Pilot6
Цитата:
Это не тот случай. "Противник" оружие не носил, а только хранил.И применять, похоже не собирался.
Юмора не понял.
|
Во-первых, как секция установила отличие между ношением и хранением в данном случае? ИМХО, это физически не смог бы установить даже национальный суд, даже если б он состоялся в 1944 году. Поскольку здесь важно психическое отношение самих колобрационистов к факту выдачи им оружия, а они уже ничего сказать не могут. Ну, ещё показания соседей могли бы пролить свет на этот вопрос. Но если мы станем в постоянной практике разграничивать комбатантов именно по критерию "ношения"/"хранения", то не факт, что в следующей войне мы участие хотя бы одного комбатанта докажем.
Во-вторых, даже если считать, что подневольная выдача = хранение, то большинство обычных солдат сюда подпадают. Редкий солдат хочет воевать, но его призвали, дали автомат в руки и велели слушаться командира. Солдат Швейк носил оружие или хранил его??? Всё-таки обычный солдат - это и есть хрестоматийный пример комбатанта.
В-третьих, оружие оружию рознь. Ладно, стрелок с автоматом ... а ежели танк, самолёт или баллистическая ракета? Обслуживающий ракетные шахты персонал хранит или носит эти ракеты?
Надеюсь, ни у кого не возникает сомнения, что ракетные установки = законный объект военного удара?! Не требующий предупреждения, предварительной эвакуации или ультиматума о капитуляции!!!
Добавлено немного позже:
Galov
Цитата:
|
Конвенции 1949 года к делу Кононова неприменимы.
|
Тогда Нюрнбергский и Дальневосточный трибуналы незаконны. А проводившие их государства - виновны в неправосудном уголовном преследовании. Собственно, именно такой вывод я прочитал в одной из статей после решения секции в пользу Кононова. У Большой палаты в этом смысле был сложный выбор - на одной стороне один Кононов, а на другой - законность Нюрнбергского процесса.
В принципе, я поддерживаю мнение о том, что должна существовать категория преступлений, которая признаётся преступлением независимо от того, предусмотрена ли она законодательством. Если есть "естесственные права" человека, то обязательно должны быть и "естесственные преступления", т.е. такие преступления, которые посягают на эти права.
ИТОГО:
1) я считаю, что обвинять Кононова в военном преступлении можно, если на это есть фактические основания;
2) я глубоко сомневаюсь в наличии фактических обстоятельств совершения Кононовым военного преступления.
То есть: обвинять Кононова в военном преступлении можно было, но в действиях Кононова нет состава военного преступления.