*7364. "Известия" Игоря Голембиовского

[«Ъ Власть» Владимира Яковлева]

Журнал "Коммерсантъ Власть" №6 от 04.02.1991

"Информационная война" - явление почти неизбежное в условиях

поляризованного общества. В политическом и экономическом противостоянии
центра и России она приобрела в последнее время ярко выраженные формы.

Так, "Демократическая Россия" и российское руководство пытаются любыми
легальными способами отвоевать себе зону влияния в радио - и телеэфире.
Союзное руководство различными способами пытается затормозить этот процесс.

Стремление заставить по крайней мере государственные средства массовой
информации отражать позицию президентской власти, о которой заявил
пресс-секретарь Президента Виталий Игнатенко, неизбежно привела к
ограничению свобод творчества профессионалов. Реакция их была вполне
предсказуема: они стали по мере сил сопротивляться "новому информационному
порядку".

Журналисты "Известий" были вынуждены прибегнуть к угрозе забастовки, чтобы
отстоять проводящего независимую линию заместителя главного редактора Игоря
Голембиовского в конфликте с главным редактором газеты. На телевидений
часть профессионалов ищет спасения в переориентации на Российскую
телерадиокомпанию.

С приходом Леонида Кравченко на ЦТ и Николая Ефимова в "Известия" две самые
мощные информационные системы оказались в руках политиков коммунистической
ориентации. Практически закрылся "Взгляд", расторгнут договор Гостелерадио
с независимым информационным агентством "Интерфакс" (см "Ъ" N 51, 52 ),
закрыта газета кадет "Гражданское достоинство" (см "Ъ" N 54),
пользовавшаяся известинской типографией. Известинцы и журналисты ЦТ все
чаще жалуются на политическую цензуру материалов. По собственному заявлению
Леонида Кравченко, он пришел в Гостелерадио для того, "чтобы выполнить волю
Президента".

По сообщениям сотрудников "Известий", в газете были сняты материалы,
освещающие перлюстрацию частной переписки, деятельность КГБ, прописку в
Москве Ивана Полозкова, необыкновенные приключения Александра Невзорова (в
январе Ефимов запретил обозревателю Альберту Плутнику писать о Невзорове),
многие публикации о событиях в Прибалтике. Но самая ожесточенная борьба
развернулась вокруг первого заместителя главного редактора Игоря
Голембиовского, олицетворяющего в газете независимую от верховной воли
позицию. Специальным решением Президиума ВС СССР его чуть было не отправили
в "почетную ссылку" в Испанию.

По заявлениям сотрудников Российской телерадиокомпании, вопрос о
независимых радио - и телеканалах России руководством ЦТ всячески
затягивается. "Жестом недоброй воли" назвал один из руководителей
телерадиокомпании России отсечение российской радиопрограммы от "Маяка" и
первой программы радио, что лишило ее трети радиослушателей.

Правда, как отмечают наблюдатели, руководство Гостелерадио стремится
сохранить видимость переговоров. Председатель Гостелерадио Леонид Кравченко
на пресс-конференции 7 февраля декларировал свою позицию "над схваткой". Он
также заявил, что вопрос о 6-часовом телевещании России на втором канале ЦТ
был бы уже практически решен, если бы вдруг не появилось письмо четырех
российских министров (Полторанина, Булгакова, Лазарева и Федорова), которые
настаивали на выделении российской доли собственности в фондах ЦТ, что, по
словам Кравченко, технически невозможно.

Председатель Всесоюзного радио Анатолий Тупикин заметил. что руководство
Гостелерадио чтит обязательство не воевать с Россией в эфире, однако
противная сторона (Радио России) злоупотребляет "призывами вешать
коммунистов". По словам Тупикина, руководство Гостелерадио борется не
против российской радиотелекомпании, а против "монополии другой партии".

Политика Гостелерадио была охарактеризована демократами как линия на
"убийство гласности". 5 февраля московские кинематографисты заявили о своем
коллективном вступлении в движение "Демократическая Россия", учредили Фонд
защиты гласности, поддержали призыв деятелей культуры к бойкоту ЦТ и
приняли обращение "Ко всем, кто хочет вернуть страну к тоталитарному
режиму". Многие московские кинематографисты решили не участвовать в
передачах "Кинопанорама", "Киносерпантин", "Воскресный кинозал", "Иллюзион"
и всех других передачах о кино.

Российский министр печати и средств массовой информации Михаил Полторанин
счел, что акция кинематографистов сильно напугала Кравченко. "Если
руководство Гостелерадио не пойдет на уступки российской радио - и
телекомпании, - сказал Полторанин, - у правительства России найдутся
возможности воздействовать на Гостелерадио".

Довольно успешная кампания неповиновения развернулась в "Известиях". На
собраниях трудового коллектива была выражена полная поддержка
Голембиовскому (коллектив пригрозил забастовкой в случае его устранения) и
недоверие Ефимову. 7 февраля этот же вопрос обсуждал Президиум ВС СССР. Из
кулуарных разговоров корреспондентам "Ъ" удалось узнать: Николай Ефимов
заявил Президиуму ВС, что он знает "о существовании в "Известиях"
антипартийного заговора, но, к сожалению, пока не сумел его раскрыть".

Однако исход "войны в эфире" не слишком ясен, и не все демократы настроены
оптимистично. Об этом свидетельствует и фраза из заявления московских
кинематографистов, которые отдают себе отчет в том, что технические
средства телевидения в обозримом будущем им не достанутся: "Пусть зрители
знают, что наши фильмы, спектакли, концерты идут в эфир без нашего согласия
и вопреки нашей воле". Многие видные деятели культуры - такие, как Марк
Захаров, Григорий Горин и другие - не смогли прийти к однозначной позиции:
ведь бойкот прежде всего лишает их постоянной аудитории.

Мастера культуры получили оперативный (8 февраля, спустя три дня после
объявления бойкота) ответ Президента СССР, как всегда в виде Указа. Этим
Указом Гостелерадио было преобразовано в государственную телекомпанию,
которой было передано все имущество бывшего госкомитета. Кравченко стал
председателем компании на правах министра.

Впрочем, среди работников ЦТ есть сторонники и еще одной позиции. Ее
выразил заместитель главного редактора редакции кинопрограмм ЦТ Шумаков.
Выступая перед кинематографистами от лица тех, "кого не видят и не знают",
он заявил: "Речь идет о том, что пошла стенка на стенку. Мы все стали
заложниками политики. Вслушайтесь в речи, которые звучат - партия, блок,
фронт, наступление. От этого просто можно сойти с ума. Вашему бойкоту я
объявляю свой маленький бойкот, я просто ухожу с ЦТ".