*330. Никита Серегеевич Хрущев

[Николай Егорычев, первый секретарь Московского горкома КПСС]

-Интеллегенция ожидала, что после ХХII сьезда партии, который одобрил демократическое развитие в КПСС и в стране, процесс от оттепели перейдет к бурной политической весне. Но этого не получилось. Когда Хрущев почувствовал, что его авторитет непререкаем, он решил, что хватит играть роль демократа. Она ему надоела. Не надо забывать, что он вырос при Сталине. Ему больше нравилось авторитарное руководство, чем этот демократический процесс.
И все-таки Хрущев колебался. То он говорил, что Сталин-диктатор, что он нанес урон стране, а то вдруг: «Нет, Сталина мы в обиду не дадим…» А вот окружение, которое разбиралось в этих вопросах, может быть, глубже, чем Хрущев, они хотели, чтобы Хрущев вернулся «назад». Но спорить с Хрущевым не могли, потому что Хрущева переубедить было вообще очень трудно.