*1189. Явлинский Григорий Алексеевич

[«Огонёк» Виталия Коротича]

опыт. В этом случае нет поражения,
есть лишь продолжение «партии». Если
пользоваться спортивной терминологией,
у нас не любительская встреча
и в ней не три раунда... Жаль только
упущенные время и возможности —
ведь на каждом следующем этапе социальная
цена реформ растет.
В Центре экономических и политических
исследований мы занимаемся макроэкономикой
и анализом политики,
пытаемся определить социальную цену
реформ. Кстати говоря, большинство
моих товарищей занялись этими проблемами
далеко не сразу, а тогда, когда
стало ясно: предлагая решить что-
то на предприятии, в городе или даже
отрасли, нас по большому счету морочат.
По-настоящему, фундаментально
на таком уровне многого сделать нельзя.
Можно подладиться, сообразить,
как «урвать деньгу», но экономику
в полном смысле слова так не трансформировать.
Я, например, пришел ко всему этому
после работы в отраслевой и конкретной
экономике. После окончания института
занимался вопросами экономики
труда, зарплаты, стимулированием.
Диссертацию делал по организации труда
на предприятии — Воскресенском
химическом комбинате. Понял: на уровне
предприятия нет и не может быть
решения проблем. Затем три года работы
в угольной промышленности. Занимаясь
проблемой организации управления,
убедился, что и здесь нельзя создать
систему, стимулирующую человека
нормально работать. Затем был заведующим
сектором тяжелой промышленности
в НИИ. И анализ вновь показал,
что и на уровне управления отраслями
решения тоже нет. Выводы, которые
я сделал, привели меня к макроэкономике,
к политике.
Программа «500 дней» была для нас
важной работой в этой области. Ее
судьба показала мне, что в нашей стране
проблема экономики вне политики
решена быть не может. Именно поэтому
последняя моя инициатива была во
многом политической. И в основе ее
лежало все то же желание начать
эффективную реформу.
Есть еще один вопрос, который задают
в последние дни особенно часто.
Это вопрос о причинах моего отказа от
поездки в Лондон.
Отказаться от этой поездки было непросто
во всех смыслах. Каковы же
были причины?
За несколько дней до Лондона наша
пресса сообщила о том, что в Ново-
Огареве состоялась очередная встреча
«9+1» и было заявлено, что предложения
Президента, с которыми он направлялся
в Лондон, всеми поддержаны.
Хочется задать вопрос: знаете ли вы,
уважаемый читатель, что конкретно
было представлено на встрече «большой
семерки»? Нет, не знаете. Боюсь,
что и руководители республик помнят
уже только общие слова.
А знаете ли вы, о чем конкретно
договорились в Ново-Огареве перед
Лондоном? И знают ли те, кто договаривался,
о чем они договорились? Если
вы спросите, вам скажут пять фраз
о том, что в Лондоне Горбачев будет
представлять эти республики, и то, что
он не едет с протянутой рукой и нужно
сотрудничать, привлекая инвестиции.
Все. Но ведь ясно было, что нужен
целый комплекс четких, понятных, конкретных,
грамотных, соответствующих
сложившейся ситуации мер. Вариант
такой программы был подготовлен.
И она была известна. Все знали и про
негативную реакцию на Западе на антикризисную
программу, и можно было
весьма определенно прогнозировать те
или иные результаты встречи от содержания
наших предложений.
Обсуждать серьезно ничего не стали.
Что же получилось? Подписана антикризисная
программа — значит, она
всех устраивает. Отлично. Из всех
предложений в очередной раз сделали
«солянку». Опять всех устраивает? Хорошо.
Но это лишь значит, что то, что
происходит, и, главное, будет происходить
в экономике, а следовательно,
и во всех других сферах жизни, устраивает
всех.
Но тогда это уже вопрос не к Президенту,
а ко всем. И в первую очередь
к нашим «великим демократам». Значит,
Президент верно улавливает
и отражает то, что подходит всем?
Тщательно разобравшись в том, что
готовится для Президента, я понял, что
независимо от будущих итогов Лондонской
встречи это расходится с моими
представлениями и убеждениями. Вот
и все — мое решение было принято.
Теперь очевидно: встреча «большой семерки
», вернее, наше участие в ней,
пока не стала поворотным пунктом для
нашей экономики, а ее политические
результаты хотя и существенны, но
в принципе едва различимы в соседстве
с достигнутыми договоренностями
в области сокращения стратегических
наступательных вооружений. Стоит ли
удивляться — ведь в области экономики
мы сами не дали согласия на имевшийся
шанс. Но хорошо уже и то. что
решения «семерки» оставляют нам возможность
со временем попытаться использовать
его еще раз. Не хочется
говорить, что он будет последним, но
в нашем положении время работает
против нас.