*1635. Вред, причинённый незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда

[Жбандиректор]

В соответствии с определением (далее – Определение) от 09.08.2007 (8) Тверского районного суда г. Москвы (далее – Райсуд) мне было отказано в принятии моего искового заявления (9) о взыскании с Российской Федерации компенсации морального вреда, возникшего вследствие нарушения Пресненским районным судом г.Москвы ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
При этом в мотивировочной части Определения судья указал, что "Вместе с тем, в настоящее время ни ГПК РФ, ни каким-либо федеральным законом дела о возмещении вреда, причиненного при осуществлении правосудия, когда спор не разрешается по существу, к подведомственности судов общей юрисдикции и к подсудности районных судов не отнесены.
Требование о компенсации вреда, причиненного при осуществлении правосудия, не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства.
…
В соответствии с п. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии заявления, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства".
Кроме того, отказывая в принятии моего иска, Райсуд сослался и на ч.1 ст. 3 ГПК РФ.
Указанный отказ лишил меня права на справедливое судебное разбирательство по гражданскому делу в первой инстанции национального суда и на разбирательство дела в том суде, к компетенции которого оно относится. Фактическое ограничение Райсудом моих прав на судебную защиту нарушает указанные в настоящей жалобе положения Конституции РФ и ст.ст. 6, 13 "Конвенции о защите прав человека и основных свобод" (Заключена в г. Риме 04.11.1950).
Вместе с тем Конституционный Суд РФ в Определении от 19.06.2007 N 431-О-О указал: «…отсутствие специального закона, определяющего подведомственность и подсудность дел о признании незаконными действий (бездействия) судьи, не означает, что к подобного рода делам не могут применяться общие правила о подведомственности и подсудности гражданских дел, установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.
Соответственно, положения пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации об отказе в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, а также нормы главы 25 указанного Кодекса не могут являться препятствием к принятию судьей подобных заявлений и сами по себе какие-либо конституционные права граждан не нарушают».
Используя принцип процессуальной аналогии (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ) и универсальность правовых принципов в решениях Конституционного Суда РФ (Определения Конституционного Суда РФ от 16.01. 2007 N 234-О-П, 16.01.2007 N 233-О-П, от 18.07. 2007 N 363-О, от 13.06.2006 N 195-О), указанные положение должны быть распространены и на порядок рассмотрения дел о взыскании вреда, причиненного при осуществлении правосудия.
ЕСПЧ в делах «Васягин (VASYAGIN) против РФ» (Жалоба N 75475/01, Постановление суда от 22.09.2005) и «Плаксин (PLAKSIN) против РФ» (Жалоба N 14949/02, Постановление суда от 29.04.2004) установил, что «в национальном законодательстве [России] отсутствуют средства правовой защиты, с помощью которых заявитель мог бы добиться вынесения судебного решения, подтверждающего его право на рассмотрение его дела в разумный срок, как это установлено в пункте 1 статьи 6 Конвенции».
Однако, в соответствии с выводами ЕСПЧ по делу «Маркин (MARKIN) против РФ» (Жалоба № 59502/00, Постановление суда от 30.03.2006), «заявитель не предоставлял российским судам возможность, которая в принципе предназначена, чтобы быть предоставленной Договаривающемуся государству Статьей 35 Конвенции, а именно, возможность адресации, и таким образом предотвращения или восстановления нарушенного права по Конвенции (см., среди других, Hentrich v. Франция, Постановление от 22.09.1994, и Remli v. Франция, Постановление от от 23 апреля 1996). Возражение, что уместное "эффективное" внутреннее средство не использовалось заявителем в данном случае, поэтому обоснованно».
Кроме того, высшие органы судебной власти РФ ранее также подтверждали, что районные суды обязаны рассматривать как суды первой инстанции дела по искам о признании нарушении прав и свобод человека.
Верховный Суд РФ в Определении от 24 апреля 2003 г. N КАС03-145 указал, что «по заявлению У. об установлении, что истец является "жертвой", нарушении в отношении его Конвенции о защите прав человека и основных свобод и взыскании компенсации морального вреда в размере… заявитель не лишен возможности обратиться с аналогичным заявлением в соответствующий районный суд по месту нахождения ответчика».
Поэтому поданный мною иск, в принятии которого было отказано, являлся именно той возможностью исправить допущенные нарушения Конвенции для Высокой Договаривающейся Стороны, о которой идет речь в статье 13 и 35 Конвенции. Эту возможность Истец обязан предоставить государству для исчерпания всех внутренних способов защиты перед обращением в ЕСПЧ, однако по настоящему делу национальные власти от нее, как видно из Определения, отказались.
Кроме того, Райсуд вообще не рассмотрел и не оценил доводы Истца о том, что при разрешении вопроса об ответственности Российской Федерации за действия (бездействие) органов внутренних дел необходимо учитывать положения гражданского законодательства, согласно которым ответственность за вред, причиненный должностными лицами государства, наступает по ст. 1069 ГК РФ на общих условиях.
Между тем Европейский Суд по правам человека (далее – ЕСПЧ), рассматривая пределы прав гарантированных ст. 6 Конвенции в деле «Хаджианастасиу против Греции» (Постановление № 12945/87 от 16 декабря 1992 г.) напомнил, что суды должны указывать с достаточной ясностью доводы и мотивы, на которых они основывают свои решения. При этом ЕСПЧ установил нарушение ст.6 Конвенции в указанном деле.
В связи с этим Истец вынужден обратить внимание Конституционного Суда РФ на необходимость соблюдения при рассмотрении настоящей жалобы прав, гарантированных п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, в толковании, данном Европейским Судом по правам человека в следующих постановлениях:
1) по делу «Пронина против Украины» (CASE OF PRONINA v. UKRAINE (Application no. 63566/00) (§ 25)): «обязанность судов по существу оценивать доводы заявителя, основанные на Конституции, игнорирование данной обязанности является нарушением ст. 6 Конвенции».
2) по делу «Х.Балани против Испании» (CASE OF Hiro Balani v Spain, постановление от 9 декабря 1994 г., Series A, no. 303-: «отказ судебной инстанции рассмотреть в своем решении главное основание жалобы (аргументы, основанные на Конвенции, которые к тому же были ясно и полно изложены) является нарушением права заявителя на справедливое разбирательство по ст. 6 Конвенции».
Подача жалобы в ЕСПЧ возможна, только если были соблюдены условия приемлемости, предусмотренные Конвенцией. В этом заключается одна из характеристик транснационального процесса, который приближается благодаря этому в особенности, хотя и со специфическими чертами, к национальным судебным процессам.
Различные условия приемлемости не имеют ни одинаковой цели, ни одного и того же значения. По общему правилу, они определяют внутренние рамки, которыми должен руководствоваться ЕСПЧ. Правило о предварительном исчерпании внутренних средств правовой защиты занимает там главенствующее место.
Условие предварительного исчерпания внутренних средств правовой защиты имеет основной целью защиту национального правопорядка. Будучи условием рассмотрения дела ЕСПЧ, это правило отражает принцип субсидиарности, на котором основана европейская система защиты прав человека. Так, транснациональный судья компетентен рассмотреть жалобу в отношении внутригосударственного органа в той мере — и только — в какой компетентные органы предварительно рассматривали дело и в силу этого факта имели возможность возместить ущерб, понесенный заявителем, посредством внутреннего права.
Поэтому, считаю, что нелишним будет напомнить некоторую практику ЕСПЧ по данному вопросу:
1. Исчерпание внутренних средств правовой защиты и прин¬ципы международного права, «Правило об исчерпании всех внут¬ренних средств правовой защиты, которое освобождает Государства от ответственности перед международной организацией до того как будет сделано все возможное для надлежащего решения дела в рам¬ках правовой системы страны, относится к числу общепризнанных принципов международного права, на что прямо указывает статья 26 Конвенции» (De Wilde, Ooms et Versip, 50).
2. Цель правила о предварительном исчерпании внутренних средств правовой защиты. «Ответственность Государства на осно¬вании Конвенции о защите прав человека наступает, в соответствии со статьей 26, только с того момента, когда были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты согласно общепризнанным принципам международного права» (CommEDH, D 235/56, Ann. Vol. 2, p. 257, spec.p. 305).
3. Исчерпание внутренних средств правовой защиты и принцип субсидиарности. «Согласно общепризнанным принципам международного права, нужно чтобы до передачи в международный суд индивидуальной жалобы лицо, о котором идет речь, исчерпало средства правовой защиты, которые ему предлагает национальное за¬конодательство и которые способны предоставить ему эффективное и достаточное возмещение; (...) правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты до подачи международной жалобы основано на том, что Государство-ответчик должно сначала иметь возможность возместить ущерб с помощью своих собственных правовых средств в рамках своего внутреннего правопорядка» (CommEDH, D 343/57, Ann. Vol. 2, Nielsen с. Danemark, p. 413, spec.p. 437 et 439).
4. Основание и условия применения правила об исчерпании внутренних средств правовой защиты. «Основание этого правила заключается в том, что до передачи дела на рассмотрение междуна¬родного суда Государство-ответчик должно иметь возможность ис¬править положение в рамках своей собственной правовой системы (...); в соответствии с общепризнанными принципами международ¬ного права это означает, что если лицу предоставлены в правовой системе Государства-ответчика средства правовой защиты, которые кажутся эффективными и достаточными, нужно чтобы он использо¬вал эти средства правовой защиты и их исчерпал; (...) именно вся система законной защиты, такая, как она установлена внутренним правопорядком, должна быть исчерпана до обращения в междуна¬родный суд» (CommEDH, D 712/60, Ann. Vol. 4, Retimag S.A. c. RFA, P- 385, spec.p. 401).
5. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель правила, содержащегося в статье 26: предоставить Государствам возможность предотвратить или уладить те нарушения, в кото¬рых их обвиняют. (Hentrich, 33; тот же принцип, Glasenapp, 44).
6. Правило об исчерпании внутренних средств правовой за¬щиты: предмет. «Суд напоминает, что правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты, о которых говорит статья 26 Конвенции, обязывает тех, кто пытается возбудить иск против Госу¬дарства в международном судебном или арбитражном органе, сна¬чала использовать средства защиты, предоставляемые национальной правовой системой. Соответственно, Государства освобождены от ответственности перед международным органом за свои действия, пока они имеют возможность исправить положение в рамках своей собственной правовой системы. Правило основывается на предпо¬ложении, которое отражено в статье 13 Конвенции, — с которой оно тесно переплетается, — что в национальной судебной системе име¬ются доступные эффективные средства правовой защиты в отноше¬нии заявленного нарушения, независимо от того, включены ли пра¬вовые нормы Конвенции в национальное законодательство. Поэтому важный аспект этого принципа состоит в том, что механизм защиты, установленный Конвенцией, является субсидиарным по отношению к национальным системам гарантий прав человека» (Aksoy, 51; тот же принцип, Akdivar et al, 65).
7. Исчерпание внутренних средств правовой защиты: пра¬вило ограничительного толкования. «Правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты подлежит ограничительному толкованию; (...) следовательно, для того чтобы заявитель не исчер¬пал внутренних средств правовой защиты достаточно, чтобы он не воспользовался одним из средств защиты, которые были ему дос¬тупны, если предположить, что, обратившись во внутренний суд, он имел шанс добиться рассмотрения всей его жалобы, критикующей одну и ту же меру» (CommEDH, D 712/60, Retimag S.A. с. RFA, Ann. Vol. 4, p. 407).
8. Исчерпание внутренних средств правовой защиты: тол¬кование правила. «Каждому Государству надлежит (...) создать со¬ответствующие суды, определить их компетенцию и условия приня¬тия дела к производству. Тем не менее, статья 26, которая отсылает к "общепризнанным принципам международного права", должна применяться с некоторой степенью гибкости и без излишнего фор¬мализма» (Guzzardi, 72).
9. Исчерпание внутренних средств правовой защиты: тол¬кование правила. «Правило об исчерпании не является абсолютным и не может быть применено автоматически; при контроле за его ис¬полнением существенно важно принимать во внимание конкретные обстоятельства каждого дела» (Van Oostenvijck, 35).
10. Исчерпание внутренних средств правовой защиты: цель правила. «Суд напоминает, что цель статьи 26 состоит в предостав¬лении Государствам-участникам возможности предотвратить или исправить заявленные против них нарушения до того, как эти дела будут переданы на рассмотрение в органы Конвенции. Так, если предполагается, что жалоба в дальнейшем будет подана в Комис¬сию, то она сначала должна быть подана, по крайней мере, по суще¬ству, в соответствующий национальный суд в соответствии с фор¬мальными требованиями и сроками, установленными национальной правовой системой. (...). Статья 26 должна применяться с некоторой степенью гибкости и без излишнего формализма» (Ankerl, 34).
11. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель, «Суд напоминает, что правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты, о которых говорит статья 26 Конвенции, обязыва¬ет тех, кто пытается возбудить иск против Государства в междуна¬родном судебном или арбитражном органе, сначала использовать средства защиты, предоставляемые национальной правовой систе¬мой» (Belziuk, 30).
12. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель правила. «Суд напоминает, что цель статьи 26 состоит в предостав¬лении Государствам-участникам возможности предотвратить или исправить — обычно путем обращения в суд — заявленные против них нарушения до того, как эти дела будут переданы на рассмотре¬ние в органы Конвенции. Так, если предполагается, что жалоба в дальнейшем будет подана в Комиссию, то она сначала должна быть подана, по крайней мере, по существу, в соответствующий нацио¬нальный суд в соответствии с формальными требованиями и срока¬ми, установленными национальной правовой системой. Тем не менее, только эффективные средства правовой защиты, способные ис¬править положение, должны быть исчерпаны. Кроме того, статья 26 должна применяться с некоторой степенью гибкости и без излишне¬го формализма» (K.-F. с. Allemagne, 46).
13. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель правила. «Суд напоминает, что правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты, о которых говорит статья 26 Конвенции, обязывает тех, кто пытается возбудить иск против Государства в международном судебном или арбитражном органе, сначала исполь¬зовать средства защиты, предоставляемые национальной правовой системой. Соответственно, Государства освобождены от ответст¬венности перед международным органом за свои действия, пока они имеют возможность исправить положение в рамках своей собствен¬ной правовой системы. Для того чтобы можно было считать, что правило соблюдено, заявитель должен воспользоваться средствами правовой защиты, обычно достаточными для возможности получе¬ния им возмещения ущерба, причиненного в результате наруше¬ний» (Assenov et al, 85).
14. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель правила. Принципы. «Суд напоминает, что цель статьи 26 состоит в предоставлении Государствам-участникам возможности предотвра¬тить или исправить — обычно путем обращения в суд — заявленные против них нарушения до того, как они будут переданы на рассмот¬рение Суда. Эта норма должна применяться "с некоторой степенью гибкости и без излишнего формализма"; достаточно, чтобы, по меньшей мере, сущность жалобы, которую впоследствии заявитель намеревается направить в Суд, совпадала с поданной сначала в со¬ответствующий внутригосударственный орган, в соответствии с ус¬ловиями и сроками, предписанными национальным правом» (Frssoz et Roire, 37).
15. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Принципы. «Суд напоминает, что правило об исчерпании внутрен¬них средств правовой защиты, взятое из прежней статьи 26 (ставшей п.1 статьи 35) Конвенции, обязывает тех, кто пытается возбудить иск против Государства в международном судебном или арбитраж¬ном органе, сначала использовать средства защиты, предоставляе¬мые национальной правовой системой. Соответственно, Государства освобождены от ответственности перед международным органом за свои действия, пока они имеют возможность исправить положение в рамках своей собственной правовой системы. Для того чтобы можно было считать, что правило соблюдено, заявитель должен воспользо¬ваться средствами правовой защиты, обычно достаточными для воз¬можности получения им возмещения ущерба, причиненного в ре¬зультате нарушений» (Bmkarini et al, 26).
16. Исчерпание внутренних средств правовой защиты. Цель правила. Связь со статьей 13. Дополнительный характер. «Суд указывает, что целью статьи 35 является дать Государствам — уча¬стникам Конвенции возможность предотвратить или уладить те на¬рушения Конвенции, в которых их обвиняют, до того, как эти дела будут переданы на рассмотрение конвенционным органам. Поэтому Государства освобождены от необходимости отвечать за свои дейст¬вия перед международным органом, пока у них есть возможность разрешить дело в рамках своей собственной правовой системы. Это правило основано на предположении, отраженном в статье 13 Кон¬венции, — с которым оно имеет тесную связь, — о том, что в на¬циональной правовой системе гражданам доступны эффективные средства правовой защиты в отношении предполагаемых нарушений национального законодательства. Таким образом, это важная со¬ставляющая принципа субсидиарности механизма защиты, установ¬ленного конвенцией по отношению к национальным системам защи¬ты прав человека. Так, если предполагается, что жалоба в дальнейшем будет подана в Суд, то она сначала должна быть пода¬на, по крайней мере, по существу, в соответствующий националь¬ный правоохранительный орган в соответствии с формальными тре¬бованиями и сроками, установленными национальной правовой системой» (Selmouni, 74).
Полагаю, что по изложенным основаниям настоящая жалоба может рассматриваться Конституционным судом как повод для признания ч.1 ст. 3, п.1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ (с учетом имеющегося правоприменительного толкования) нарушающей ст.ст. 2, 7, 15, 17, 18, 19, 35, 45, 46, 47, 52, 53, 55, 118 Конституции Российской Федерации.
Третье дело

Исходя из вышеизложенного и руководствуясь статьями 19, 35, 46, 47, 125 Конституции Российской Федерации, статьями 36, 37, 38, 71, 96, 97, 98, 99 и 100 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ “О Конституционном Суде Российской Федерации” заявитель
ПРОСИТ:
1. Принять к рассмотрению дела в Конституционном Суде Российской Федерации обращение в форме жалобы и признать ее допустимой.
2. Признать, как основание к рассмотрению дела обнаружившуюся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации отдельные положения ГПК РФ, и обнаружившаяся неопределенность в понимании положений Конституции Российской Федерации и понимании ГПК РФ, в соответствии с доводами, изложенными в жалобе.
3. В соответствии с правовой позицией, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 1998 г. № 19-П, Конституционный Суд Российской Федерации, принимая решение по делу, должен оценивать также смысл, придаваемый рассматриваемому нормативному акту сложившейся судебной практикой. Таким образом, он выражает свое отношение, как к позиции законодателя, так и к ее пониманию правоприменителем, основываясь при этом на толковании положений Конституции Российской Федерации, в сфере которого, по смыслу ее статьи 125 (части 5 и 6), только Конституционный Суд Российской Федерации выносит официальные решения, имеющие общеобязательное значение.
В Определении от 07 октября 1997 г. № 88-О Конституционный Суд РФ указал, что "правовые позиции, содержащие толкование конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решений, обязательны для всех государственных органов и должностных лиц (статья 6 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации")".
В Определении от 6 февраля 2003 г. № 34-О изложена уточняющая по сути правовая позиция: данное Конституционным Судом РФ "истолкование (в т.ч. выявленный им конституционный смысл действующего права) …. является общеобязательным, в том числе для судов…. Иное означало бы, что … суд может осуществлять истолкование акта, придавая ему иной смысл, нежели выявленный в результате проверки в конституционном судопроизводстве, и тем самым подменять Конституционный Суд Российской Федерации, чего он в силу статей 118, 125, 126, 127 и 128 Конституции Российской Федерации делать не вправе".
В связи с изложенным Заявитель просит не выносить по его жалобе отказного определения, с указанием на то, что законность и обоснованности применения обжалуемых норм ГПК РФ в деле заявителя, в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не входит.
4. Не изменять формулировки предмета обращения (жалобы) заявителя, чтобы не допустить его существенного искажения.
5. Признать не соответствующими статьям ст.ст. 2, 7, 15, 17, 18, 19, 35, 45, 46, 47, 52, 53, 55, 118 Конституции Российской Федерации статьи 24, 134 Гражданского процессуального кодекса РФ, как создавшие правовой пробел и правовую неопределенность и до настоящего времени допускающие возвращать исковое заявление истцу без рассмотрения.
6. Указать в тексте решения Конституционного Суда Российской Федерации, принятого по настоящей жалобе, что такое решение является основанием для пересмотра гражданского дела Заявителя в установленном порядке в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.