2291. Михаил Барщевский-Жиголо №1

[Право. Ru]

http://www.pravo.ru/review/view/54261/

"Бухой" доктор и другие ассоциации Барщевского

"Я должен начать с явки с повинной, потому что, с точки зрения Михаила Валентиновича [Кротова], я, выступая в КС, дважды нарушил закон", — оглянулся Михаил Барщевский на свою службу в качестве полномочного представителя Правительства в суде. Далее он высказал удивление тем, что выступление на слете "Единой России" не считается публичным. "А если мое выступление все же публичное, получается, я ничего не могу сказать по этому делу", — не без иронии заключил Барщевский и решил говорить ассоциациями. Юрист рассказал о консилиуме врачей, где один выступает за проведение полостной операции пациенту, другой — против, а третий хочет сделать ее сам, но остальные возмущаются: "Ведь ты с утра "бухой". "Обсуждение между врачами возможно любое, — перешел к морали полпред, — но не любое при пациенте".

Среди других ассоциаций был сотрудник Минюста, чей сарай сгорел во время лесных пожаров. Чиновник дает интервью, в котором подвергает критике действия МЧС, не успевшего спасти дачную постройку. При таком толковании статьи 17, его можно увольнять, считает Барщевский.

Позже представитель Правительства подтвердил, что лично согласен с большей частью юридических аргументов (но не выводов из них), которые привели его коллеги. По его мнению, сегодня тот самый случай, когда КС нужно выявить конституционно-правовой смысл этой нормы, как ее применять и какое значение она имеет. "Это хрестоматийный пример, который я буду приводить студентам, — указал Барщевский на особенность заседания, - о том, что может сделать КС для того, чтобы не дисквалифицируя норму, объяснить ее правовой смысл". Нужно исключить не публичные высказывания в целом, продолжил он, а субъективные, негативные и/или некорректные оценочные суждения.

Общаясь с корреспондентом "Право.ru" в кулуарах КС, Барщевский также привел в качестве дополнительного аргумента пример западных стран, в которых практически везде существует запрет для чиновников высказывать суждения в отношении действий своих ведомств. По его мнению, судьям Конституционного Суда предстоит решить, что означают оспариваемые нормы закона — только корректность в высказываниях или незыблемый запрет молчать для чиновников. Барщевский утвердительно ответил и на вопрос о том, подпадают ли под ограничения закона личные высказывания чиновников в персональных блогах, Твиттере, несмотря на то, что Интернет не является СМИ.

Комментируя действия Мумолина, Барщевский попросил обратить внимание, что, конечно, с одной стороны, общественность имеет право знать о плачевной кадровой ситуации в органах внутренних дел (о том, что в его структуре работает один участковый вместо положенных двух, рассказал в свое время Мумолин), но с другой стороны, Мумолин поставил об этом в известность и криминалитет, нанеся ущерб не только репутации своего ведомства, но и безопасности граждан.

Вот и делайте выводы чьи интересы защищает бухой жиголо Барщевский.
291