*1357. Похвальное слово маргиналам

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=576778522D6D0
20-06-2016 (08:27)

Я предлагаю не вести бесполезных полемик с правыми популистами, они - "механические пианино"

! Орфография и стилистика автора сохранены

ДВА НЕДОВОЛЬНЫХ И ТРИ УСОМНИВШИХСЯ

Питерский историк Александр Скобов своими обличениями в адрес литераторов Юлии Латыниной и Михаила Веллера навеял мне интересные размышления.

Но сперва небольшое справочное предисловие. Левая социология конца 20-х годов, несмотря на сегодняшний комический догматизм и все свое манихейство, была очень въедлива и внимательна к нюансам.

Ведь она была "предапокалиптической" - марксисты также чутко прислушивались к мельчайшим признакам краха капитализма, как нынешняя либеральная оппозиция во всем старается углядеть финиш путинизма.

В тридцатые загадка как бы разрешилась – апокалипсис проявился - к власти пришел Гитлер, за этим должна была последовать война всех сил реакции во главе с фашизмом против СССР и крах империализма под соединенными ударами Красной армии и объединенных антифашистских сил Запада.

Так вот, тогда левыми социологами было проведено весьма скрупулезное разделение на "буржуазные" и "мелкобуржуазные" слои, а также выделен класс наемных менеджеров ("клерков", предавших классовую борьбу).

Имелось в виду, что "буржуазия" извлекает прямую выгоду из своего статуса господствующего класса в эпоху империализма.

"Мелкая буржуазия" уже имеет двойственную природу – с одной стороны, она эксплуатирует извлечение прибавочной стоимости в качестве работодателя, но с другой стороны – страдает от всевластия монополий и из-за своей промежуточности может поддерживать как социал-реформизм, так и с другой стороны – правый популизм.

Отдельно – менеджеры, которые персонально олицетворяют власть обезличенного коллективного работодателя (акционеров), но при этом сами полностью зависимы от нанимателя (вы попробуйте уволить токарЯ – члена профсоюза, а вот "работающий в офисе" менеджер вылетает с работы с полтычка). И "предательство клерков" в том, что, будучи сами социально бесправны, они, за комфорт, часто непропорциональный трудовым и творческим усилиям, помогают угнетать действительно бедных наемных работников.

Так вот, при кризисе наиболее социально-уязвимы именно "мелкобуржуазные" слои (включая клерков). Еще достаточно архаические народные массы рабочих, мелких служащих и фермеров, столкнувшихся с лишениями, выбирают стратегию выживания, которая им ретранслируется традицией – "не жили хорошо, и не надо было привыкать".

А вот батальоны и полки завсегдатаев условной сети "Гурман", переходящие за покупками в условный "Перекресток" - это крах социального статуса, достигаемого годами тяжелого труда и унижений.

Дело еще в том, что вписывание больших рыночных систем в региональную или мировую систему разделения труда ("мир-экономики"), дающую огромную общую выгоду, всегда означает усиление экономического "дарвинистского отбора". Вот характерный пример с "исходом Британии".

Понятно, что оплата испанских рыбаков куда скромнее оплаты британских, поэтому в рамках "Общего рынка", а потом и ЕС, основные поставки рыбы, в т.ч. в Англию, куда выгоднее вести от испанцев. Разница сказочно обогащает посредников, но и выгодна покупателям рыбы в крупных сетях… Но разоряются британские рыбаки с их небольшими суденышками, неспособными рассекать бурный Бискайский залив…

Поэтому они от всей души желают провалиться Евросоюзу в ад, и грезят возвращением в эпоху доброй старой Англии, где всю рыбу привозили именно романтические британские моряки… Идея же, что им – третьему поколению славных английских мореходов - надо бы лучше сходить на компьютерные курсы и обучиться разработке дизайна товаров для "поднявшихся" испанских рыботорговцев – слишком психотравмирующая.

Огромным строительным корпорациям очень выгоден завоз миллионов гастарбайтеров. Но азиатец вырывает сумочку из рук жены мелкого русского предпринимателя (к жене крупного он просто не подойдет), а другой – ставит у него под окном пахучую шаверму.

Поэтому мелкому русскому предпринимателю очень хочется слушать истории про мифических русских студентов, готовых перед лекциями помахать метлами во дворах (тем более, что он слышал, что в годы молодости его родителей таковых было множество: так в те "года былинные" физически крепкий профессор университета за счастье почитал разрешение по совместительству вечером подмести подземных переход и убрать снег с автостоянки, удвоив свой доход).

И Латынина – пророк его! И слушателям и читателям Веллера приятно слушать хвалу экономическим рецептам Глазьева о необходимости эмиссии – хорошо, когда тебе дают лишние деньги (а рассуждения о том, что такая эмиссия с инфляционным лагом в 3 месяца обесценит выплаты по его банковским депонентам – это слишком "грузит мозгИ").

Слой "мелкой буржуазии" (и примыкающие к ним "клерки") – самый бесправный и уязвимый. Валютная волотильность бьет именно по ним, ведущим расчеты в рублях, при этом обогащая корпорации, хранящим капиталы в оффшорах, а налоги и зарплаты низшим слоям персонала платящим в рублях.

Проклинаемая Латыниной и Веллером западная леволиберальная модель за 80 лет сумела создать некоторые компенсаторные механизмы.

Но чтобы добиться этого, мелкобуржуазным слоям пришлось отвернуться от соблазна "магической" - правопопулистский демагогии: один взмах волшебной палочки – остолопы-дети начинают с почтительностью и завистью слушать отцовские рассказы о том, как славно и патриотично было, лежа в затопленном фекалиями окопе, получать в афедрон пригоршню картечи, а потом полной грудью вдыхать иприт – и все во славу разборок своего императора и чужого короля… за провинцию, название которой без поллитры пивасика и не произнесешь… два – и исчезают смущающие умы левые интеллектуалы и "шахермахерствующие" еврейчики…

Западная демократия уцелела только при переходе основной массы мелкой буржуазии в средний класс, традиционно поддерживающий либерально-реформистский курс с его борьбой с корпорациями-монополиями, с манией политкорректности и прав человека…

А ведь так порой хочется, чтобы "испарились" беженцы и их потомки, перманентно "склонные к фундаментализму мусульмане", московские гастарбайтеры, арабы на "территориях"… были бы лишены избирательных прав бедняки, низкооплачиваемые наемные работники и бюджетники - главный постулат либеральнейших французских конституций 1791 и 1849 годов, борьба с которыми с демагогически-демократических позиций и сделала правителями Франции Робеспьера и Луи-Наполеона.

И раз есть социальный слой, желающий "чуда", то согласно самой примитивной версии марксизма, именно он формулирует императивный классовый заказ, немедленно и буквально исполняемый "надстройкой", включая "идеологов-сказочников".

Если еще вернуться к Веллеру, то его программа несложна – это такой популярный "деместризм" - только сохранение в культуре сложной системы табу обеспечивает ее стабильность.

Плохо (поверхностно) образованный "мелкобуржуазный класс" судит о жизни, обращая внимание на семантические сдвиги. Если жизнь усложняется и ухудшается, а единственными видимыми изменениями стали легализация однополых браков и прием беженцев, то именно это и стало причиной кризиса.

Речь идет о масштабнейших перетеканиях капиталов (и вакансий) между отраслями, странами и целыми экономическими мирами – Северной Америкой, Восточной Азией и Западной Европой.

Но реальным и символическим следствием происходящего являются именно права геев и беженцев. И за этим стоят жесткие закономерности:
- крах "протестантской этики", понуждающей людей зубами хвататься за любую работу, и видящей в своих детях "нахес" (высшее счастье) требует огромного импорта метеков, готовых за гроши махать метлами и, как Хаим вековой давности, "то рожает двое, то рожает трое, то рожает сразу четырех…" [впрочем, в знаменитой песне ему все дружно кричат: "генук, мешугэнэ"];
- необходимости обеспечения психологического комфорта для основы технологического лидерства стран - креативно-интеллектуального слоя, для которого повышенная частота "генетической особенности" оказалась закономерной.

Проблема французских волнений, например, связана с тем, что у противников принудительного повышения социальной мобильности нет своего парламентского представительства. За реформы и социалисты, и консерваторы.
А у огромных профсоюзов нет своей фракции. Это прямое следствие краха западных левых партий четверть века тому назад…

Поэтому я предлагаю не вести бесполезных полемик с правыми популистами, в конце концов, они – "механическое пианино".

Бесполезна и полемика с их поклонниками - их уровень интеллектуального восприятия ниже порога понимания доводов оппонентов. Например, куда мне девать аргумент о том, что выстраивание западноевропейской цивилизацией (исходно – национально-этнической) механизмов аккультурации мусульман – арабов и тюрок – является закономерным и необходимым этапом для перехода на следующий уровень культурной универсализации, только и способной предоставить шанс посоревноваться в битве за глобализацию с США?

Мучительный процесс трансформации наций-государств в государства-цивилизации…

(Парадоксы: реакция на быстрорастущий исламский компонент заставила немецких шовинистов орать: вы в наш дружный многовековой христианско-еврейский коллектив басурман не пхайте; трагедия в Орландо исторгла из обывателей консервативного Юга нутряной вопль: фундаменталисты, руки прочь от наших геев).

Конструктивный подход – это разработка социально-экономических механизмов для компенсации издержек рыночного развития и вписывания в систему регионального и мирового разделения труда для среднего класса, и предложения их для внедрения.

А ругаться с куклами с пищалками в животе – себя не уважать!

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=576842F10D9B8
20-06-2016 (23:02)

о формуле "Православие - Самодержавие - "Народность" и футбольных хулиганах

! Орфография и стилистика автора сохранены

В июле 1830 года государь император Николай Павлович решительно вошел в дворцовую залу, где тусила элита его гвардии, и очень взволнованно воскликнул: "На коней, господа, в Париже – революция!". По контексту звучало СНОВА. Возникла неловкая пауза…

Веселье было напрочь испорчено… Но прочитавши новые депеши, царь охолонул – "державы", как тогда говорили, переход французского трона к младшей ветви династии – Орлеанидам – одобрили. Создание во Франции "британской системы" - торгово-олигархического "конституциализма" - не вызвало никакого отторжения (сложился консенсус, что Карл Х – последний из царствующих французских Бурбонов – испанские правят и сегодня - сам виноват, раз всех так достал).

Тем более, что "конституционная Франция" немедленно "качнула мышцой", взяв Алжир – разумеется, во имя благородней цели - борьбы с тогдашним "международным терроризмом" - язвой алжирского пиратства. Вот до чего попустительство организованной преступности доводит правителя - особенно, если у того "на носу выросла шишка"!

А у Петербурга очень вскоре возникла своя головная боль – восстало неосторожно наделенное "экспериментальной" конституцией Царство Польское. Покойный старший брат императора, перед тем как окончательно вводить на Святой Руси либерализм, решил провести в бывшем Великом Герцогстве Варшавском основательные стендовые испытания…

Мрачные предчувствия Карамзина, в свое время добившегося опалы реформатора-конституционалиста Сперанского, его не обманули – и тень демократии, подаренная побежденным французам и полякам, неукротимо вела к революции. Более того, поляки получили мощнейшую моральную поддержку от европейской общественности (как позднее и восставшие венгры осенью 1956 года, оккупированные чехословаки осенью 1968 года и польская "Солидарность" - с начала и до конца 80-х).

Все завершилось злобной патетикой Пушкина в адрес французского барда Беранже, его же гневными призывами к невмешательству Запада во внутренние дела "Русского мира" и прекращению разнузданной русофобской пропаганды: "Оставьте - то старый спор славян между собой".

Но все последующие 17 лет, пока славный король Людовик-Филипп раскачивал прекрасную Францию до следующей революции, сам государь Николай Павлович был перманентным источником свински-соблазнительнейшего дипломатического скандала, упорно отказываясь именовать в международной переписке "мой августейший брат" "короля-обывателя" (или, как злобно острили в Северной Пальмире, "короля баррикад"), как то полагалось по этикету, ограничиваясь минимально-положенным "Ваше королевское Величество" [полностью ведь легитимен только беглый Янукович, а Порошенко – тот президент от "фашистов майдана"].

Но самое главное – самодержец всероссийский осознал страшную вещь – продолжение курса на европеизацию, которую уже полтора века вели Романовы, это – путь в историческую западню. Ибо и все идеи, и сама парадигма западного развития неминуемо вели к либерализму, гражданским свободам и в итоге к революции, устанавливающей конституционный парламентаризм.

При этом обращение вестернизируемого общества исключительно к консервативному полюсу европейской цивилизации ничего не меняло – культуры принципиально биполярны [или, совсем разжевав, ведь про дзен и фэн-шуй наслышан каждый: любой ЯН содержит ИНЬ, а любой ИНЬ – ЯН], посему даже приобщаясь исключительно к деместровскому направлению политической философии, все равно нет-нет, да и зачерпнешь не только благонамеренного Локка, но и вольтерьянства и даже руссоизма… А к 1848 проклюнулся еще один "полюс" - "призрак коммунизма"…

Поэтому перед, как выражается Даниил Дондурей, "смысловиками", была поставлена по-царски грандиозная задача – идеологического апгрейда петербургской монархии.

Заготовки милейших славянофилов, точно также как и немецких романтиков "особого пути", решительно не подходили.

Во-первых, и те, и те были сторонниками, как сейчас бы сказали, "гражданского общества".
Во-вторых, понять и применить славянофильский призыв "помолясь, вернуться в родную сторону" - святую московскую Русь - было столь же экзотично, как, допустим, упования, свергнув "сатанинский большевизм", обрести счастье в реставрации порядков матушки-Екатерины… Или надежды Солженицына развернуть Россию от Андропова к Столыпину…

Но министр просвещения – граф Уваров (со всем креативным блеском человека, не тратящего внимание на прекрасно-слабый пол) - задачу выполнил идеально. В отличие от Мединского [в хорошем смысле слова], он не стал фонтанировать томиками, разоблачающими ложь о пьянстве, лени, шовинизме и постыдной готовности красноармейцев пойти против сталинского колхозного строя хоть с Гитлером, хоть с чертом лысым…

Ибо граф о личных народных недостатках мог судить как по отчетам управляющего имением, так и по жалобам коллег и по личным впечатлением от посещения своих деревенек. А о профранцузских восстаниях лета 1812 года, когда от Бонапарта-Антихриста мужики ждали отмены крепостного рабства, имея примеры его действий в Италии, Испании и в германских землях, отлично знал как современник.

Была создана доктрина "Православие – Самодержавие – Народность" (доктрина "казенной народности"), оказавшаяся настолько совершенной, что все российские правители при любом повороте от реформ и европеизации обращались к ее актуализированным интерпретациям (социально-историческим "реинкарнациям").

Чтобы разобраться в ней, надо последовать настоятельному совету Великого Учителя Куна, мудро указавшему, что только возвращение словам истинного смысла возвращает в Поднебесную предустановленную Лейбницем гармонию…

"Православие" в этой формуле – это вовсе не призыв к обращению до мозга костей секулярной элиты (для которой параллельная монастырская жизнь была так же экзотична, как среда уманских хабадников в Бруклине - для манхэттенского менеджера-еврея), как к религиозному фундаментализму или мистике.

Это было требование признать эксклюзивный характер русской цивилизации как альтернативы гуманно-просвещенному Западу, отказаться от заигрывания элит с католицизмом, с его интеллектуализмом и персонализмом, а главное – перестать раздражать средние слои своим демонстративно-небрежным отношением к "вере отцов".

"Самодержавие" - это не просто полицейско-бюрократический авторитаризм (просто и любой Меттерних или французский король сумеет), это – личная внесословная уния каждого подданного – от родовитого вельможи до крепостного холопа – с государем. (Андропов двинул популярнейший слоган: "дисциплина – от министра до рабочего").

В этих условиях феодальная иерархия – это огромная социальная проблема, это выращивание перегородки ("средостения", как сильно позднее выражались идеологи черносотенства) между мужиком и царем. Символический выход был найден в зачислении всех живущих в имениях помещиков в запасные чины минвнудел, с обязательным ношением в официальных случаях ведомственных мундиров, включая форменное черное нижнее белье…

Уваровское "самодержавие" – это перевод феодальных, сузеренно-вассальных отношений в харизматическую систему власти "правителя-пророка", древнего "царя-первосвященника" [церковью руководил царем назначенный председатель Священного Синода – как бы министр православия, он мог быть даже открытым атеистом или криптокатоликом].

Практически это было второе в русской истории "обожествление" живого царя по эллинистскому образцу.

Первое было у Ивана Грозного, третье – у Грозного Иосифа. Оно было призвано заменить начавшуюся с Петра Великого легитимацию монарха как наилучшего руководителя модернизационного проекта. Подобная сакрализация обернулось своей изнанкой при сыне и внуке Николая Первого этого имени – замысел народовольцев был именно в провоцировании взрыва социума в результате этакого люциферианского акта богосвержения.

Калейдоскопическая смена российских императоров и императриц с 1725 по 1801 вызывала только лёгкое колебание "социальной ряски".

Кстати, взрыв произошел – в виде двух волн еврейских погромов – в апреле 1881 и особенно мощной - в апреле 1882 года. Социальная ткань рванула там, где тонко. И тут и власть, и радикальная оппозиция "протянули руку народу": "Народная воля" в прокламациях восславила погромы как тренинг народной расправы с помещиками.

Молодая социалистическая еврейская интеллигенция воспылала протосионизмом, начав сельскохозяйственное освоение Святой Земли за полтора десятилетия до призывов Теодора Герцля.

Царизм принял на вооружение доктрину государственного антисемитизма, включая введение квотирования иудеев в системе образования и возникающем среднем классе (это перечеркнуло политику трёх предыдущих императоров на интеграцию иудеев) и госпрограммы сселения иудеев в штетлы-местечки (микробантустаны) – см. ленкомовскую "Поминальную молитву" - пьесу, так трогательно-надрывно завершившую "200 лет вместе".

И вот теперь, на сладкое, третья часть уваровской формулы – "Народность". Она вовсе не означает некий "консервативный" демократизм в смысле политтехнологического создания массовой поддержки власти и внедрения в появляющуюся массовую культуру квазифольклорных элементов. Это не путинизм второго и третьего срока.

Тогда слово "народность" было только и исключительно синонимом романтического "расового", т.е. племенного, национализма. А также воинствующего отрицания элитарности. Веками третируемые повадки черни были признаны социокультурным эталоном. Вся советская "рабоче-крестьянская простота" вышла именно из "николаевской шинели".

Феодально-сословная установка, согласно которой аристократы Европы (и даже благородные басурмане) – это тысячелетняя единая корпорация, внутри которой, конечно, происходят непрерывные разборки, но отделена от презренных вилланов, как мир "пацанов" от мира "коммерсов", а монастырский клир и академически-университетская среда, вообще, транснациональны. Последняя была просто растоптана.

Ни одна "космополитическая" социальная корпорация отныне не имеет права самостоятельной выработки представлений о ценностях, критериях правоты и справедливости в той или иной коллизии, но обязана следовать тому, на что укажет высшая власть. Любой иной подход – это, в нынешних терминах, "национал-предательство". "Скажи мне, чей Крым, и я скажу, кто ты…".

Три десятилетия назад это называли "классовый подход", имея в виду эталонизацию позиции русского (русифицированного) рабочего-коммуниста, с его искусственно культивируемый всепроникающей системой политобразования архаически-манихейский менталитет.

Поворот Горбачева - Яковлева к вестернизации, вынудивший обратиться к "общечеловеческим" - западно-просвещенческим – ценностям, - был проклят в период нынешней "романтической реакции".

Здесь я должен пристыжено признать, что недолюбливаю патриотизм как идею за то, что он "биологизирует" гражданские добродетели – человек и сообщества должны делать правильные, полезные и добрые дела не из верности локусу (исторической родине), этносу или государству, но именно из осознания сократовской максимы, что добродетель содержит награду сама в себе…

Самое универсальное определение национализма для меня – это переработанная мною гелнеровская формула: национализм – это доктрина, в соответствии с которой интересы моего государства-партии или государства-этноса, или этноса как протогосударства (проще говоря, национального движения) всегда приоритетны по сравнению с моральными ценностями моего культурного круга (в значении локальной цивилизации).

Здесь небольшое разъяснение. Поскольку еще не сложилась глобальная цивилизация, то термин "общечеловеческие ценности" может быть отнесен только к западным гуманистическим и демократическим ценностям. В остальных культурах есть свои обоснования солидарности и взаимопомощи - однако, скорректированные проникновением современных западных представлений о достоинстве личности и гражданской свободе.

Самый простой пример: гелнеровское определение национализма как "стремления каждой <этнической> нации иметь одно и свое государство" (т.е. иметь суверенитет, политически обеспеченное культурно-национальное единство, позволяющее проводить организованное воспитание и поддержку идентичности, а также святая святых - территориальную целостность) подразумевает постоянный конфликт этого стремления с принципами просвещенной цивилизационной солидарности, требующими избегать войн и конфликтов, разжигания ненависти, уважения договоров…
Вот теперь я перехожу к абзацам, для которых все предшествующее было вступлением.

Современный западный либерализм немного сословен. Демократические институты создаются не для содействия как можно более адекватной трансляции воли масс, но именно для её, так сказать, гармонизации; для уравновешивания конкурирующих политических устремлений и социальных запросов, а не для их фокусировки [один из эвфемизмов "управляемой демократии" - "фокусированная демократия"]. Для либерального английского общества околофутбольная шпана – это агрессивная чернь.

Чем более "запоминающе" обойдеся с этой публикой, страдающей норадреналиновой (гормон агрессии) зависимостью, французская полиция – тем лучше. Жаль нельзя выпороть в участке – для назидания.

Более всего сопротивлялся отмене телесных наказаний в школе британский профсоюз учителей. И одной из первых жалоб, четыре десятилетия назад рассмотренных Европейским судом по правам человека, была жалоба подростка, выпоротого полицией на британском острове Мэн (унижающее человеческое достоинство обращение).

Решение ЕСПЧ гласило – впредь запретить полиции порку с раздеванием (при наличии одежды стандартной ткани), только в закрытом помещении, с согласия родителей и под наблюдением врача…

Для страны, приверженной "уваровской народности" - боевитые болельщики – это, напротив, национальный авангард, показавшей свою физическую силу и моральную решимость прямо в средоточии цивилизационного соперника – "гнилого Запада".

Герои, утершие нос традиционно-русофобствующим англосаксам. Герои, 6 недель назад так хвастающиеся своей готовностью "повторить" марш Красной Армии на Берлин и Эльбу... И рисовавшие на своих иномаркахЮ как они будут "повторять"...

Точно также как военные авиахулиганы, "бочкующие" американские самолеты и корабли…

Культ архаизации и простонародности. Пусть не любят – лишь бы боялись… Боишься – значит, уважаешь... После "патриотического марша" российских болельщиков в Варшаве выручать задержанных послали федерального омбудсмена Лукина. И никуда не делся будущий тульский сенатор, помчался…

Это я клоню к тому, что когда в России к власти придут настоящие "либеральные фашисты", то выдворенных хулиганов уже в "Шереметьево" будет встречать национальная гвардия с хорошо вымоченными розгами…

И применение будет гвардии найдено, и очень как-то стильно получится - одновременно и по-русски и по-древнеримски…
Но чтобы всё строго в соответствии с практикой Страсбургского суда...

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru.prx.zazor.org...=576E12B9789B3
25-06-2016 (08:39)

Начнется ли упорное идеологическое и аппаратное сражение?

! Орфография и стилистика автора сохранены

Арест губернатора Белых почти в 63-ую годовщину ареста Берия нечто символизирует.

Диспозиция приблизительно такая:
1. Белых кругом виноват - и происходит политическое обрушение "системных либералов" и торжество бастыркинской фашизоидной линии, как она была заявлена в "апрельском манифесте" - т.е. дело Белых = делу Берия наоборот.

2. Белых - жертва провокации и его арест - аналог "дела врачей", т.е. развитие попытки ползучего дворцового переворота против "сислибов" и поворота Путина к "нормализации" (в моих терминах "Путин-4"), проявившегося в приглашении Кудрина и в умеренных поползновениях на питерском экономическом форуме.

Дальше развилка:

2А - "Системные либералы" сдают Белых и терпят сокрушительное политическое и аппаратное поражение.

2Б - "Системные либералы" не сдают Белых и начинают упорное идеологическое и аппаратное сражение, перерастающее в генеральную битву между "путинизмом-3" и "путинизмом-4" - основное политическое предвыборное событие этого лета..

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=57754C513C623
По кому сильнее всего ударили "украинские сезоны" российской политики?
01-07-2016 (19:17)

! Орфография и стилистика автора сохранены

Основой агитационной стратегии коминтерновских (коммунистических) партий в конце 20-х – начале 30-х в борьбе с правыми и очень правыми партиями был слоган, в максимально ударной формуле используемый в Веймарской Германии "Фашизм – это голод и война!" (с очень выразительным иллюстрирующим его плакатом).

Тут вся было построено на экзистенциальном опыте Мировой войны – народ опять получит пустые прилавки, похоронки и костыли, а наживутся опять "фабриканты смерти" (военные и околоармейские концерны), валютные спекулянты [после поражения] и самые консервативные политические круги, вновь восстановившие свой политический монополизм…

Исторические уроки Второй Мировой войны (которые Смоленская площадь с заслуживающим уважение настойчивостью требует не забывать), казалось, очень убедительно сей слоган подтвердили, добавив новые ощущения в виде зрелища тысячи "летающих крепостей", разом открывших бомбовые люки над родными городами, и "пикап" красноармейского взвода к "одной из берлинок"…

Дополнительным закреплением стали перипетии социал-фашизоидного режима Саддама Хусейна и последние предперестроечные годы СССР, ставшие завершением четвертьвековой эпохи "советского фашизма" (антирыночного консервативного тоталитаризма).

Поэтому в своей полемике с так называемыми "красно-коричневыми", с их имперским реваншизмом, ксенофобией и неосталинистской апологией массовых репрессий, "демократы" (либеральные революционеры и либеральные реформаторы) могли весьма красочно живописать последствия реализации "злонравия достойных плодов".

Тем более, что нарастание авторитарно-коррупционных тенденций в ельцинизме своим совпадением с Первой чеченской войной как бы показывало (любимый был "яблочный" тезис), какой бывает расплата и за самый робкий шаг в ту сторону…

Но прошли годы… Великому российскому народу надоели плоские в своей приземленности доводы нудящих либералов-западников ("и эти люди запрещают мне ковырять в носу").

Наведенная историческая амнезия милосердно покрыла вуалью забвения Афганскую и обе Чеченские кампании…

И широкие народные массы с удовольствием сыграли в игрушечный рейх (на его первой – "позитивной", "национально-собирательной" стадии).

Почти мгновенно выяснилось, что исторически верные закономерности не теряют своей правильности и неотвратимости, несмотря на банальность описывающих их формулировок.

Считается, что тоталитарные тенденции (авторитаризм и великодержавный шовинизм) поддерживают как наиболее реакционные круги правящего класса, так и примкнувшие к ним слои "мелкой буржуазии", включая т.н. "бюрократическую буржуазию" и силовое (опричное) сословие - категории, которые отечественные социологи и политологи, периодически увлекаясь, почтительно именуют "средний класс".

Но "украинские сезоны" российской политики сильнее всего ударили именно по ним.

Народ, разумеется, обеднел, но он уже дважды резко "скукоживал" свои социальные претензии – осенью 1998 и зимой 2009 года, и инстинктивно сделал это в третий раз.
Но зато чувствительно пострадали именно "средние классы" - их потребительский уровень упал, а карьерная "волотильность", напротив, возросла.

Наипреданнейшие миллионы из придонного слоя "опричного сословия" стали невыездными.

А после того, как в первые месяцы АТО "выгорел" контингент "эсесесэр-восстановителей", похоронки и щедрый шойговский "вергельд" стройными рядами пришли в семьи провинциальных офицеров и контрактников. В том числе и с сирийских фронтов…

Ухудшение социально-экономической ситуации толкнули путинизм к испытанным "андроповским" методам показательной борьбы с номенклатурной коррупцией.

"Распалась цепь великая… ударила… одним концом" по губернаторам, ритейлерским сетям и компаниям сотовых операторов связи, а "другим концом" – по валютным заемщикам, мелким импортерам продовольствия и перевозчикам…

Депутаты, три года экстатически поддерживавшие путинизм во всех его начинаниях, и своей упорной работой превратившие доставшееся от Медведева "полицейское" законодательство в уже совсем фашистское, столкнулись с тем, что партбоссы безжалостно перекроили их будущий состав.

Особенно это задело вернейших из верных – членов фракции ПЖиВ, "обновленной" наполовину, и "справороссов", которым очень быстро придется убедиться, что быть "ЛДПР наполовину" - это значит получить не в два раза меньше голосов, чем у Жириновского, а раз в восемь…

Единственным бесспорным бенефициаром произошедшего стал Путин, очевидно серьезно отодвинувший по срокам угрожающую ему лично революцию. Но это действительно для всего истеблишмента "на всех одна победа… и за ценой не постоим"…

Словом, выпушенная в ночь на 27 февраля 2014 года <вечно-возвращающаяся> "стрела Аримана" наибольшие опустошения произвела именно в рядах тех, кто радостней всего приветствовал ее пафосный старт… Чем и подтвердила учение о карме великих индо-арийских народов…

Так же было подтверждено и первое следствие из леммы "истина в вине" - "подобно доброму вину, истина с годами лишь крепчает"…

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5777FE2B07935
Нет контраста между нормой и былью. Ибо нет нормы
02-07-2016 (20:56)

! Орфография и стилистика автора сохранены

Приговор по делу о разделе Польши, "законы садистов" (о полномочиях силовиков), пакет "Яровой-Озерова" и, как ни странно, особенно, замирение с Турцией, совмещенное с мидовским обвинением США в косвенной поддержке мирового терроризма, окончательно убили в России и относительно России жанр политической сатиры.

Потому что сатира – это контраст между ничтожным или зловещим, реальным и пафосным, должным, нормативным… Смешон псих в бумажной треуголке, на туалетной бумаге увлеченно рисующий исправленный план действий наполеоновской армии после эвакуации Москвы… Но псих с бритвой, взявший в заложники санитарку и требующий, чтобы главврач вывел на построение персонал и все орали бы: императору виват! – не смешон, но страшен и противен…

Были напыщенные монархии – и коррупция и мелкость интриг…
Было газетно-надсадное построение коммунизма – и в год заявленного его построения - жесточайшая нехватка уже упомянутой туалетной бумаги и смакование рассуждений сантехника, что "тут всю систему надо менять"… Был мегапафосный нацизм с культом нордических аполлонов, каждый из которых должен был быть "стройный как Геринг, высокий как Геббельс и белокурый как фюрер…"…

Конкурс Мединского, обещающего 30 тыс. евро в награду за разработку победы на "смердяковщиной" и иными видами "россиефобии", - это не и смешно, и не страшно, и не жалко – это никак.

Последний всплеск отечественной сатиры – это вопрос советско-еврейско-германского "спонсора" Никите Белых за минуту до ареста ("целованием ли предаешь меня"): а у ваших вороватых попов морда не треснет - столько кэша в эту прорву – давай лучше задвинем синагогу?.. Но это сатира не на вятские губернские нравы, а на церковь, недавно расколовшую вселенское православие!

Да! Никакого альтернативного полюса мира, никакой национальной гордости великороссов (здравствуй, Анталия наша свободная), никакого спорта, никакого "русского мира", никакой "новороссии"…

Да, на глазах голодных стариков сожжем клубнику и колбасу!

Да, фашисты…, да, тоталитаризм, да, угрюмая провинциальная, коррумпированная до мозга костей страна… в которой единственный обсуждаемый вид хозяйственной деятельности – это укладки и переукладки уличной плитки в столице… в которой министр юстиции не может открыть мемориальную доску, не нарушив при этом закон, а выпускники академии ФСБ устраивают автопарад "гордости спецслужб" не просто на стоящих их будущий вековой оклад иномарках, но на одинаковых!..

Нет контраста между нормой и былью… Ибо нет нормы, есть только один "народный праймериз", где больше всего наказали победителей – приговорив их к мажоритарным округам, т.е. к общению с разбежавшимся от них по дачам электорату – в самый разгар августовской жары…

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=577A95959CF86
04-07-2016 (20:08)

Начинается "мыльная опера" жэковского масштаба...

! Орфография и стилистика автора сохранены

1. Михаил Прохоров согласился подписать мир без онэксим и контрибуцим.

2. Больше всего критикуют Америку за "исключительность" и евреев – за "богоизбранность" те, кто свято верит в эксклюзивность русской цивилизации. Впрочем, Западную Европу они же критикуют за банальность.

3. Бывший либеральный вельможа Касьянов заставил съезд считаться с волей праймеризунов. Вечный демократический оппозиционер Явлинский традиционно принес на съезд собственноручно составленный партийный федеральный список…

4. Либеральные партии нашли гениальный креативный ход как завлечь демократическую интеллигенцию на выборы – поделить ее на сторонников всех бывших побед партии "ЯБЛОКО" поэта Марка Гликмана и сторонников всех будущих побед партии ПАРНАС Вячеслава Мальцева.

19 лет назад один опытный предвыборный консультант (историк и бывший многократный сиделец по экономическим статьям) рассказал мне замечательный пример мобилизации электората: на муниципальные выборы соперничающими кандидатами запускают свеже(притворно)разведенную пару, каждый из которых посвящает кампанию выяснению личных отношений с бывшей половиной.

Начинается "мыльная опера" жэковского масштаба, семьи трещат, как при первом голосовании за Ельцина. Женщины тут же бегут поддержать сеньору (все мужики – к…), а мужчины – сеньора (все бабы – с…). Женская явка, естественно, выше, потому что своих мужиков-оппонентов на выборы дамы не тащат… После выборов – ко всеобщему счастью - соперники мирятся и воссоздают ячейку общества – депутатскую семью…

5. О Мальцеве. Человек необычайно личной храбрости: ведь в феврале 2008 года "Зе Нью Таймс" подробно писала, как были разворованы средства от программы размещения высокотехнологической медтехники и участия в этих событиях тогдашнего премьера Путина [дворец в Геленджике] и его друзей. И вот эту гопу Мальцев и назвал во всеуслышание "джуиш-мафией"!
(Мы со Львом Пономаревым тогда судились за отказ проводить прокурорскую проверку по публикации до посинения - четыре состава коллегии Мосгорштампа сменили, пока не отказали "правильно").

6. О Шлосберге. Человек – "машина времени". Еще год назад он говорил пламенным языком советских левых оппозиционеров середины 20-х годов. А сейчас – красивыми округлыми фразами опытного цэковского аппаратчика – уже из следующего десятилетия.

7. Вот представляю. Работают "мордоделы" со Шлосбергом – готовят к дебатам: Лёва, Вы, пожалуйста, отбросьте Ваши "отрыжки крахмальных салфеток"… резче надо, вульгарней, брутальней, с оттенком криминогенности – интеллигентам это нравится…

Работают "мордоделы" с Мальцевым: Слава, тут главное – не робеть, не теряться, не ломать уже хорошо работающего имиджа, а наоборот – усиливать его, придавать новые оттенки…

На следующий день – предвыборные дебаты либералов: Шлосберг и Мальцев азартно атакуют друг друга, обличая, кто из демократов больше слил демократию...

ВВЖ, которого этот кухонный скандал уже утомил, эдак примирительно: ну, ладно, разодрались, петухи, успокойтесь…

И оба кандидата ему, не сговариваясь: А ты, б…, козлина ж…, петушня турецкая, не разевай пасть, когда правильные пацаны тёрки трут!

Но тут вскакивает Ирина Муцуовна и со всем опытом славного начала "Круглого стола Бизнес России": А ну ша, сявкоиды, кончай гнилые разборки, не на своей законтаченной хевре тусите!

Воцаряется почтительное молчание…

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=577D34CAD76E1

06-07-2016 (20:16)

Майданоборчество в отношении Абхазии не сулит Москве никакого выигрыша

! Орфография и стилистика автора сохранены

Началась Сухумская микрореволюция, явно направленная против режима президента Хаджимба, в свою очередь, пришедшего к власти в результате "майдана" 2014 года. И тогда, и сейчас никаких воплей "майдан не пройдет!" и "нелегитимной смены власти не допустим!" не слышно.

А все почему: был идеологический миф о возможности сделать Украину частью Великой России, но, несмотря на признательность абхазов России, нет никаких доктрин о включении Абхазии (которая аспны-армянской этноальянс) в состав великого русского ("российского", как всегда добавляют в скобках в ведомстве Мединского) народа.

Поэтому майданоборчество в отношении Абхазии не сулит Москве никакого политического выигрыша – нет пророссийской части общества, симпатии которой можно привлечь тем или иным отношением к революции…

И тут мы видим очень важное обстоятельство: в живущей только российскими курортниками (самый нищий загрантуристский кластер) и огромными российскими дотациями (2/3 доходной части бюджета), в набитой российскими войсками Абхазии – нет пророссийского общественного слоя. Хотя, наверное, есть и лобби, и агенты влияния.

Поэтому, если обидевшаяся на критику из Москвы Абхазия сменит геополитическую ориентацию – на турецкую, грузинскую… за "сохранение вековечной дружбы русского и абхазского народа" на улицы не выйдет никто. Будет поворот оверштаг, совершенный тем самым вооруженным народом!

Поэтому и ведет себя Москва по отношению к сухумским политическим метаморфозам куда деликатнее, нежели чем к киевским или даже берлинским…

К слову сказать, белорусский народ, хоть и не вооруженный, сейчас столь же монолитно разворачивается от "вековых братских уз с русским народом" в сторону Западной Европы и США.

И смею уверить – ни одна заметная в лупу интеллектуальная или общественная группа публично в пользу "восточного вектора" не выступит, даже церковь, формально входящая в московскую патриархию… Тут прозападный курс "предпоследнего диктатора Европы" выражает очень и очень широкий консенсус.
И чтобы два раза не вставать: за "русский мир" - не чокаясь…

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=577ED3E30ACD9
08-07-2016 (09:01)
Необходимо развивать тему осмысления подлинных российских цивилизационных ценностей

! Орфография и стилистика автора сохранены

Очень жаль, что редкая для нынешней либеральной среды принципиальная, но при этом весьма популярно излагаемая, дискуссия о месте России в европейской цивилизации, ценностях и институтах оказалась на периферии.

Я имею в виду недавнюю пикировку Александра Янова и Владислава Иноземцева на "Снобе".

Янов, конечно, один из крупнейших наших корифеев "фолк-хистори", эдакий Виктор Суворов для постордынского периода русской истории [до стояния на Угре русская история - такая же терра инкогнито, как и скажем, доптолемеевская еврейская история], но Вячеслав Иноземцев – просто идеолог "прямодушного" западничества, причем именно в западноевропейском его изводе.

Иноземцев старательно подвергает деконструкции любые сомнения в том, что Россия – не вполне Европа и имеет существенные внутренние ограничители на стандартные попытки либеральных реформ. Позицию Янова о различии между русскими и европейскими ценностями он громит очень грамотно – интерпретируя "ценности" лишь как социальную мифологию, легитимирующую власть и принуждение, и снижая уровень обладания "ценностями" с цивилизационных и национально-культурных уровней до индивидуального, при котором броуновское движение личного выбора каждого практически не систематизируется.

За основой же ценностной матрицей Запада - Старым Заветом - он оставляет лишь нормативный набор, исходящий из Синайского декалога.

Пусть меня простят, но о Старом Завете может судить либо "находящийся внутри ситуации", либо имеющий влечение к филологии, пусть даже интуитивное.

Действительно, 10 заповедей (в обеих редакциях, включая про варку козленка в молоке) – это комплекс важнейших "мицвот" (установлений). Если убрать из него требование Единобожия, запрет на кумиротворение (на самом деле – это запрет на использование богослужения в качестве магической практики) и повеления по шабат, то оставшиеся годились и для Афин Солона, и для Мемфиса Эхнатона, и для "12 таблиц" Рима, и вавилонских таблиц Хаммурапи, и для Кира Великого…

Только в Библии есть еще и Второзаконие (Жреческий кодекс), в котором, кроме миллиона раз вспоминаемого "вставшего с мужского ложа убей" (реально – запрет на ритуальную гомосексуальную проституцию), есть еще и никогда не вспоминаемые в современной России: "пришельца не обижай, ибо кому как тебе не знать душу пришельца, ибо и ты был пришельцем в стране Египетской", "вдовы и сироты не утесняй" и "урожай на краю поля и на придорожных деревьях и кустах не убирай – он для путников и бедняков"… И "негативный талион": "не сотворяй другому ненавистное тебе" (в альтернативу тоталитарному: "делай ближнему то, что хочешь, чтобы делали тебе"), из которого вышла вся толерантность. И пресловутое "око за око…", прямо запрещающее и вендетту, и "сословно-пропорциональное" взыскивание за обиду…

Есть еще и пророки с их "горе вам, приращивающие дом к дому и поле к полю…", и с их описанием империй в виде каскада чудовищ, последовательно пожирающих друг друга…

Вот этот комплекс, увенчивающийся разрешением нарушать ритуальные запреты для спасения людей и животных, и осуждение вовлечения властей в межличностные конфликты, не исчерпав, как сейчас говорят, медиации (примирения при моральном посредничестве), и называется "библейскими ценностями".

И постепенно на основе этих ценностей выросли базовые ценности Запада: приоритет моральной личности перед обществом; приоритет общества перед государством; право личности на человеческое достоинство и свободный выбор при моральных коллизиях.
Обратим внимание на ценности Незапада: безличность как благо и отказ от свободной соревновательности в поисках правоты, которую заменяет "стремление к гармонии".

Огрубленная позиция Иноземцева: Россия – европейская страна, которая из-за трудностей исторического пути накопила негативные тенденции, но если их нейтрализовать продуманными реформами, то все наладится.

Несколько напоминает большевистскую доктрину "родимых пятен" (царизма, капитализма) - меняем социально-политический контекст, и люди улучшаются, а общество оздоровляется, власти же и общество (всемогущий коллектив) ведут себя по отношению к социуму как "заботливый садовник" (поэтический образ Сталина периода середины 1930-х).

Янов возражает: в русской культуре очень слабы европейские ферменты.

Добавлю от себя вывод: хотите европеизации – решайтесь на проведение не реформ, но глубокой реформации [об этой разнице] социума, очень травматической для него – и в плане личного психологического шока, и в плане кризиса образа жизни десятков миллионов.

Точнее, на защиту и поддержку процесса реформации ("фазового перехода"), идущего во многом автоматически, но в оставлении его на самотек приводящего к "реактивным кризисам" вроде осени 1917 года, кризису НЭПа или путинизму.

Собственно, почти все творчество Янова – это горестное повествование о том, как Русь-Россия многократно уже была на расстоянии протянутой руки от европеизации, и даже почти оказывалась "впереди планеты всей" (как в период правления Ивана III и в начале правления его жуткого внука), но тут внезапно все рушилось, и наступал период бессмысленной и беспощадной "евразийской" деспотии.

Россия действительно очень похожа на Европу. Как и США или Аргентина. В этом и есть обманчивость дочерней цивилизации. Понять и принять, что граница цивилизаций – это социокультурное "зеркало", - довольно сложно. Мне недавно прислали забавный рассказ о впечатлениях русских от нынешней Украины – это, действительно, повесть о зазеркалье…

Американцы – очень похожи на западноевропейцев. Но их цивилизация-дочка отвергает этничность и историзм как основу идентичности, отвергает аристократизм и интеллигентоцентричность.

Латинская Америка, будучи согласна с США по первому пункту, именно что аристократичноцентрична (кубинцы смирились с братьями Кастро – они истые кастильцы, а вот терапевт якобы буэнос-айресский еврей Эрнесто Гевара, якобы кузен Ариэля Шарона, не прижился) и интеллигентоцентрична.

И Россия вся до мозга костей воспитана на культе аристократизма и рафинированной интеллигентности, что дало совершенно необычный эффект, когда в конце 60-х советская интеллигенция не только вообразила себя и.о. <погубленной большевиками> аристократии, но и навязала этот миф всем.

Русь – это Византия Таежная, в том смысле, как Германия - Галлия Лесная. Но даже в Германии попытки учеников Макса Вебера пройти к демократии "галльским путем" очень быстро привели к Гитлеру.

Для построения немецкой демократии со второй попытки "не хватило" щедрой и заботливой американской оккупации [неудача первой попытки была вызвана так нам знакомым сплочением системных либералов вокруг Бисмарка и его имперского проекта].

Поэтому Янов совершенно справедливо предостерегает: у России нет европейской системы ценностей. Он мог бы добавить, в духе много писавшего об этом де Кюстина, что приверженность в России к "европейским нормам" - это маскарад, где лицо (рыло) и "личина" - не просто отличаются друг от друга, они - семантические антагонисты.

Пришедшее к власти послепутинистское правительство революционного круглого стола в стиле идей Ходорковского может, размахивая томиком Иноземцева, внедрить декретами те самые необходимые демократические институты.

Но вот небольшая историческая притча.

Когда американцы насаждали демократию в побежденных странах, они создавали аналог своей – надежной и испытанной политической системы.

В Японии – правоцентристская (Либеральная – "республиканцев" при императоре быть не могло) и левоцентристская (Демократическая) партии. Партии тут же объединяются, на полвека монополизируют политику, и только введя страну в многолетний кризис пропускают сквозь трещины в системе "третьи" и "четвертые" силы…

В Западной Германии: очень правые ХДС/ХСС (последняя – спецом для гордых баварцев) и не очень - свободные демократы (в либеральные ряды которых тут же хлынула бывшая гитлеровская номенклатура). Обе партии тут же создают 70-летнюю коалицию, монополию которой подрывает только антисистемная социал-демократия…

Италия: выкормленные американцами ХДП и Социалисты, и вместо борьбы и плюрализма – полвека политической унии, приведшей к такой коррупции, что обе союзные фракции были просто арестованы почти в полном составе (операция "Чистые руки").

Россия: яростно сражающиеся в 1999-2000 годах "Единство" (от администрации Ельцина) и "Отечество" (от Ю.Лужкова и М.Шаймиева с примкнувшей "Всей Россией" К.Титова) создают ПЖиВ ["пехота" – березовского подбора, "мозги" - лужковского, но программа их идейных антагонистов - улюкаевско-грефовская], на чем демократия тут же и заканчивается…

Представим, что декрет о демократии, написанный Иноземцевым (раздел веймарской конституции, давший в 1933 год чрезвычайные полномочия Гитлеру, был в 1919 году написан лично Максом Вебером – он тайно любил харизматичность), приводит к появлению Учредительного собрания, поделенного на половину Ходорковского и половину Навального, которые, подискустировав о судьбе "бутерброда", создают единую народно-революционную партию, политика которой заставляет несчастного Янова писать еще один опус - "Последняя контрреформа России", который тут же переиздают в английском варианте, как "Москва. Занавес закрывается".

Потому что чему нас учит социология веберовской школы – вернуть истинный смысл ценностям и аутентичный функционал институтам можно, лишь искусственно и принудительно ставя их в условия честной соревновательности, то, что Кант мысленно моделировал как "правовое государство бесов".

Помочь "либеральной реформации" можно только сломом феодальных институций, в т.ч. путем постоянно провоцирования междоусобных войн между ними, чтобы использовать силу врага против него же, как в айкидо, самому же не втягиваться в изнурительную гражданскую конфронтацию, как это произошло с российскими демократами в 1992-98 годах, когда все завершилось убийством Галины Старовойтовой и согласием запуганных модернизаторов на оборонительно-наступательный альянс с чекистами.

На самом деле, профессор Янов мог бы отметить, что крах каждого героя русской реформации был связан с его, как правильно говорили марксисты, "классовой ограниченностью" - невозможностью полностью изменить контекст.

Решительный и умный Борис Годунов не мог и вообразить реализацию модернизационной программы Григория Отрепьева. Хотя только он и мог ее провести… Пришлось ждать век.

Всемогущий Столыпин не мог собраться с духом ни на кардинальную аграрную реформу, вроде тщательно разработанной кадетом Булкиным, ни на отмену госантисемитизма (чтобы привлечь американские капиталы, уравновесив этим французские, втягивающие страну в войну).

Бухарин не мог пойти на демонстративное противопоставление Сталину, изобразив его мрачным воплощением большевистских эксцессов, и, вместо жалких придворных интриг и водопада демагогических статеек, решиться на открытое создание "антиутопической" прокрестьянской и проинженерской внутрипартийной платформы, т.е. то, что делали в 1955-56 году польские и венгерские реформаторы.

Горбачев не был готов на провокацию раскола постепенно лишаемой им власти и авторитета КПСС - путем смелого выдвижения прорыночной и конфедералистской программы, т.е. пойти по ельцинскому пути.

Я бы рекомендовал для споспешествования либеральной реформации – созданию демократического правового рыночного антифеодального общества - несколько явно не либеральных рецептов.

Первый. Широкая люстрация, разрушающая восстановленный Путиным правящий класс номенклатурного типа, проводимая по принципу: прямо виноватые в нарушениях закона идут под суд, благоприобретатели (бенефициары) от нарушений закона властями – теряют полученные статусы и дальнейшие возможности в области политики, администрации, образовании и медиа.

Второе. Учреждение чрезвычайного революционного органа высшего политического надзора, имеющего право внеюридического надзора за политической жизнью, полномочия по организации люстрации, а также инициирования судебной реабилитации, - с постепенным и поэтапным сокращением его функций.

Третье. Поощрение внедрения большого бизнеса в партийную политику и медиа, с тем, чтобы в стране всегда было несколько конкурирующих автономных центров политики и идеологии. Прямой рост политической коррупции тут компенсируется нарастающей демонополизацией политики, которая за несколько десятилетий эволюции подравнивается к приличным американским и западноевропейским образцам.

В принципе, похожие меры предпринимали американцы, только "советом революции" были сами оккупационные власти. Американские неудачи в Ираке были связаны с тем, что была принята на вооружение "итальянская" модель оккупации, т.е. как в отношении народа, ставшего другом, – позитивное поощрялось, но политически негативное авторитарно не подавлялось. Впрочем, ровно по той же причине провалилась американская политика на российском направлении.

Франклин Рузвельт (надо вспомнить и продолжателей его дела, включая Линдона Джонсона) велик не циклами своих наполовину антиконституционных реформ, но созданием огромного прообщественного бюрократического аппарата, который уравновесил влияние монополий на государство, и внедрением в бюрократию университетских интеллектуалов, презирающих коррупцию и иммунных к популистской идеологии. Именно он и начал глубинную реформацию Америки в форме ее западноевропеизации.

Россия никогда не станет аутентичной Европе, но умелая и настойчивая политика помощи в трудном и долгом процессе ее самодевизатизации и самодефеодализации, поможет ей в её реформации, т.е. в европеизации.

Страны зоны рефеодализации – Германия, Испания, Португалия и Италия - постепенно "франциизировались".

В Латинской Америке уже непредставима диктатура, и Куба идет по рыночному пути!

Здесь секрет демократической реформации был несложен: неолиберальные реформы создают многочисленный слой цивилизованного и самоуважающего среднего класса, а протестная волна, поднявшаяся в ответ на социальное расслоение, канализируется на поддержку демократических институтов.

Цена вопроса: сперва поднимаются политики-коррупционеры, а потом – политики-популисты. Но ни одного военного!

Я согласен, что мои рецепты содействия российской либеральной реформации поверхностны, а исторические примеры, наверное, воспримутся как надерганные и надуманные. Но я убежден, что для российских либеральных интеллектуалов сейчас нет задачи важнее обсуждения проблем, поднятых профессорами Иноземцевым и Яновым.

И я призываю развивать тему осмысления подлинных российских цивилизационных ценностей и глубинных социокультурных процессов, оставив в покое камлания насчет элит и их раскола, а также наговаривания мантр про необходимость российского национального государства.

Не хочу заканчивать "чернухой", но необходимо напомнить, что век назад немецкий народ добровольно избрал путь отказа от, условно говоря, "цивилизационного поля", в пользу национального государства. Ведь довольно долго все немецкие земли, а также земли империи Габсбургов, все восточноевропейские евреи, чехи и латыши были этим самым "полем".

У этого "поля" было два явных полюса – Берлинский и Венский. Более того, были все задатки к тому, чтобы это "поле" настолько автономизировалось бы от влияния Парижского полюса общеевропейской цивилизации (англомания в Германии никогда не проявлялась), что могло развиться в полюс самостоятельный и, скорее всего, именно в Берлинский, где было куда больше социальной динамики, чем в куда более утонченной Вене. ("Второй Париж" можно было получить, только сложив их вместе, но история разделила их, как призма - луч).

Путь этнического национализма (включая повсеместный реактивный национализм ненемцев, спровоцированный брутальной германизацией) этот процесс прервал на шесть-семь десятилетий. И кто мог предполагать, что именно полный, катастрофический слом немецкой социокультурной "матрицы" в 1945 и в последующее десятилетие, т.е. до приема ФРГ в НАТО и создания стержневого для Западной Европы франко-(западно)германского союза, и проложил путь Германии к нынешнему общепризнанному европейскому лидерству?

Это я о цене цивилизационной реформации для культуры мирового класса и об издержках соблазнов "простоты и ясности".

Не только у России все вдруг "обламывалось" буквально на расстоянии вытянутой руки от "сбытия мечт". У нас был "кузен Ники", у них был "кузен Вики". Повелители уникальных цивилизационных "полей", которые позволили себе вдосталь поиграться в гвардейских офицеров…

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=5783CE71EF0CA
11-07-2016 (20:06)

"Этот стон у них песней зовется..."

! Орфография и стилистика автора сохранены

Сэр Арнольд Тойнби называл эту стадию развития культуры "фазой надлома". Когда страна, ранее сравнительно легко выпутывающаяся из разных передряг и "падающая, как кошка на четыре ноги", вдруг начинает терпеть неудачу за неудачей, и постепенно полоса нарастающих неприятностей, роковых ошибок и поражений все дальше толкает к финальной катастрофе… Такой вот культур-фатализм…

Отмечу в скобках, что именно неверный диагноз, выставленный Британии им, прославленным "придворным" историком, побудил советовать кружку леди Гамильтон всячески лоббировать принятие королем и правительством условий Рудольфа Гесса по замирению с Гитлером.

Вроде как зафиксировать минимальный геополитический убыток – пока еще будущий повелитель вселенной дает за сдачу континентальной Европы "настоящую цену" - сохранение империи…

Но тут в цепь железных исторических закономерностей вмешался очередной "черный лебедь": при парашютировании в окрестностях имения Гамильтонов, Гесс сломал лодыжку и попал в плен местной добровольческой дружины, специально созданной, чтобы ловить немецких шпионов и диверсантов, кои и передали его в контрразведку…

Но оказалось, что Англия катится отнюдь не к краху, но к величайшему своему звездному часу, а надлом отложился на 5 лет, когда гордые бритты уже сдавали Грецию Трумэну, а Подмандантую Палестину - Бен-Гуриону…

Так вот, если следовать лженаучной теории Тойнби, то Россия по макушку погрузилась в фазу надлома. Давно я не слышал такого потока жалоб с подвываниями.

Когда 15 лет назад Кремль принимал исторически взвешенное решение соревноваться с миром не мозгами и руками, но ногами, никто не мог предвидеть такого кумулятивного эффекта, когда олимпиоников снимают с соревнований десятками из-за унизительного скандала с подменой мочи, а футбол… Надрывный плач…

Патриархию Московскую изобидел Вселенский Патриарх Варфоломей [иначе - Бар-Толмай, Птолемеид]…

А украинские автокефальники просятся под омофор Константинополя исключительно – цитирую заявление Смоленской площади – для "рейдерского захвата принадлежащих Моспатриархии зданий храмов".

Вопрос, как церкви, построенные на территории Украины при царизме, оказались имуществом религиозной организации, созданной в 1943 году в Москве, недоуменно повисает в воздухе.

В Сирии стадию концертов и стратосферных бомбардировок бензовозов и джипов с базуками сменила стадия похорон героев.

В Донбассе динамику "антифашистского похода" сменил непрерывный поток жалоб на провокации украинских силовиков, даже миновав пафос строительства новой жизни на землях, избавленных от необандеровцев.

В приплывшем в родную гавань Крыму - "надо держаться".

И вал жалоб на угрозу со стороны четырех батальонов НАТО, еще более потешных, чем жалобы на развертывание 15 противоракет в Румынии.

Да, лет сорок назад Александр Бовин в "Международной панораме" только сказал бы со своей ехидной улыбкой чеширского авгура, что переброска новой натовской бригады – это идеальное решение: "капать на жало" Пентагона начинают уже нормальные суммы, но при этом не превышен порог чувстивтельности, вызывающий рост напряженности, как было бы в случае развертыванием целой дивизии…

Ноющая, вечно на всех обиженная и всеми обижаемая страна… Явный кандидат на "диалектическое снятие".

[Евгений Ихлов]

http://www.kasparov.ru/material.php?id=578491EFB0A2E
12-07-2016 (09:54)

о партийных дискуссиях и о запретах агитации за бойкот выборов

! Орфография и стилистика автора сохранены

1. Буквально одним штрихом – всенародной дискуссией о том, является ли кандидат М. антисемитом, - партия стремглав ушла от темы кандидата К., в неглиже обсуждавшего: является ли Н. просто подонком, или еще и нацистом, а Я. – вымогателем…

Поэтому единственное, что способно выручить их соперников – это всенародная дискуссия о том, является ли кандидат Ш. – семитом.

Например, один историк (профессионал) раскопает, что он – потомок крестоносцев – маркграфа фон Ш., чей дед спасался от чеки пятым пунктом и генами прапрапрабабки-мавританки, а другой историк (любитель и блогер), что он, Ш. - потомок сподвижника Петра Первого – алхимика и чернокнижника ван Ш.

2. "История свидетельствует" [мем], что цензурные запреты, особенно, если царит не совсем уж кромешный террор, можно использовать против власти, как в айкидо используют натиск соперника против него же.

Например: запрещено призывать к бойкоту выборов. Но пропаганду тезиса о том, что участвуя в выборах, и особенно, поддерживая на них оппозицию, ты – как настоящий патриот – всемерно укрепляешь государство и систему – запретить нельзя никак.

Или, вот – еще интересней. На исходе советской власти категорически нельзя было предлагать рецепты ее ликвидации, но можно было подробно, хоть и витиевато, рассказывать, как и чему она мешает…

Поэтому последние три года этой власти на просторах страны шли эксперименты: от публичных голодовок (как у киевских студентов в сентябре 1990) и массовых демонстраций, до участия в выборах и даже восстаний – как в Баку в январе 1990 года.

В итоге, как известно, победил комбинированный вариант: сочетание митингов, действий оппозиционных депутатов и банального военно-дворцового переворота – переход на сторону антикоммунистов исполкома Моссовета, командующего ВДВ ген. Грачева и главкома ВВС ген.-полк. Шапошникова…

Это я к тому, что для режима куда опасней просто агитация, плавно подводящая население к как бы самопроизвольно возникающему у человека озарению: "власть – долой", но умолчанием оставляющая слишком большой простор для догадок и импровизаций, нежели возможность публично агитировать за "власть – долой" и за различные схемы "долоя", которые именно из-за свой публичности обречены на характер скорее вегетарианский…