![]() |
#1
|
||||
|
||||
![]()
https://web.archive.org/web/20030517...t_osipov1.html
2000 / Сентябрь / 27, Среда ( # 216 ) / Материал Экономика Три отличия Российской Федерации от Советского Союза Высокие цены на энергию позволяют использовать их с хорошей выгодой Как использовало российское правительство последний год, когда держались высокие мировые цены на энергию? Благо эти цены для нас или нет? Что удалось сделать и что теперь делается для модернизации экономики, о необходимости которой говорится последние десять лет? На эти и другие вопросы корреспонденту "Сегодня" ГЕОРГИЮ ОСИПОВУ ответил руководитель Рабочего центра экономических реформ при правительстве России ВЛАДИМИР МАУ. - Страна год живет под нефтедолларовым дождем, и это продолжится еще сколько-то времени. Подобное наблюдалось и при СССР. И хотя мы закупали тогда не только колготки для советских женщин, но и технологии, а все равно пришли к кризису. Не повторяем ли мы ошибок? - Хороший вопрос. Если посмотрим динамику нефтяных цен за последние 40 лет, то увидим всю историю роста и кризиса СССР, буквально по годам. Действительно, крах Союза стал результатом динамики этих цен. С одной стороны, да, закупали технологии. С другой - часто на деньги от продажи нефти закупали оборудование для добычи нефти и так бесконечно. Но механизм кризиса был сложнее. Кризис советской системы обозначился в середине шестидесятых. Тогда были попытки ее реформирования на рыночных принципах (кстати, в этом месяце исполняется 35 лет знаменитой "экономической реформе 1965 года"). Эти попытки были свернуты после "чехословацкой весны" и советского вторжения в эту страну, но в начале семидесятых вновь обозначился интерес к рыночным реформам. Понятно: советская социально-экономическая система нуждалась в обновлении и постоянно давала об этом знать падением темпов экономического роста. Но в 73-м резко (в разы) выросли цены на нефть, и про реформы забыли. Они стали ни к чему - без них, благодаря только нефтедолларам, удавалось и наращивать военную мощь, и развивать производство, и повышать уровень жизни советского человека. Но именно возможности, открывшиеся благодаря скачку цен на нефть, и привели к кризису. В 84-м цены резко упали, и система не смогла найти ответ на новые условия. Без нефтедолларов оказалось невозможно поддерживать ставшие уже привычными стандарты потребления, не говоря уже о способности воевать со всем миром сразу. Михаил Горбачев начинает искать, чем заменить нефтедоллары, но время благоприятной ценовой конъюнктуры было упущено. Причем, как вскоре выяснилось, упущено не только для модернизации производственной структуры, но, тем более, для адаптации к новым, постиндустриальным реалиям. Далее мы видим, как колебалась экономическая политика в зависимости от уровня нефтяных цен: при их снижении власть интересуют реформы, а в периоды их пиков явно начинает преобладать популизм. Нынешнее правительство пока удерживается от искушения популизма. Пытается накапливать богатства, как фараон по совету библейского Иосифа семь лет готовился к голодному году. Именно сейчас разумно и возможно осуществить структурные реформы, которые бы подготовили нас к тому времени, когда цены на нефть упадут. Надо провести серьезную ревизию бюджетных расходов. Не для того, чтобы их урезать, а чтобы понять куда, зачем и сколько мы тратим и должны тратить. Мы ведь не знаем, правильно ли расходуем деньги. Мало идет, к примеру, на здравоохранение? Или, наоборот, много, но распыляется и расходуется неэффективно? У нас нормальная система медобслуживания или она нуждается в реструктуризации? - Так список вопросов можно продолжить: реформа жилищно-коммунальной сферы, пенсионной системы и прочее, прочее, о чем говорим десять лет... Что надо - понятно. А что сделано за "льготный" год, или опять проедим "нефтяную манну"? - Прежде всего, это налоговая реформа... - Ну, вспомнили про Сергея Шаталова и задействовали его прежние разработки... - Сергея Шаталова, Егора Гайдара, Сергея Синельникова. Кстати, тоже пример удачного использования фактора времени. Институт Гайдара в период премьерства Евгения Примакова по понятным причинам не был востребован в практической политике и занялся детальной проработкой налоговой реформы для "будущего реформаторского правительства". После избрания Путина президентом налоговая реформа началась. Есть и другой важный результат последних месяцев. Сейчас основная дискуссия по вопросам экономполитики идет полностью в либеральной парадигме. Преодолена ситуация, когда все споры сводились к противостоянию сторонников рыночных или плановых механизмов. Теперь даже коммунисты пишут рыночные программы. Позиции в Думе теперь, скорее, напоминают борьбу между британскими лейбористами и консерваторами в пятидесятые годы, то есть когда первые были очень левыми, вторые правыми, но никто не собирался строить социализм по Сталину. Это очень важный результат последнего года, причем результат не только идеологический (и даже не столько идеологический), но прежде всего практический. Кстати, налоговая реформа создала базу для появления в стране социал-демократии. У нас много разговоров о ней, но реальной левоцентристской политической силы как не было, так и нет. У того были серьезные экономические причины. Ведь суть социал-демократической программы - рост налогов для реализации государственных программ. До сих пор ни одна из политических сил не решалась выступать за повышение налогов. Даже коммунисты требовали их снижения. Теперь же, когда налоги снижаются радикально, появляется база для требования их повышения ради повышения социальных расходов. То есть для социал-демократической программы. Еще один удивительный пример существенной трансформации экономических воззрений и желаний элиты. Настроения на заседаниях правительства не идут ни в какое сравнение с тем, что было еще год назад. Практически не слышны голоса традиционных лоббистов, требующих повышения госрегулирования, госрасходов, защиты отечественного производителя протекционистскими мерами. Особенно ярко это проявилось две недели назад, когда обсуждалась новая система таможенных сборов. Представители промышленности, вопреки своей традиционной позиции, выступили с требованиями гораздо более решительного снижения импортных пошлин, чем это предложили либералы во главе с Германом Грефом. Мотивировалось это стремлением закупать импортное оборудование, необходимого для дальнейшего экономического роста. Даже аграрии не возражали. Словом, в обществе формируется консенсус по ключевым проблемам его дальнейшего развития. И это тоже важнейшее завоевание периода высоких нефтецен, которое будет стабилизирующим фактором тогда, когда цены упадут. Не говоря уже о том, что такая политическая ситуация позволяет власти уже не тратить нефтедоллары, как в 90-х, на покупку политических союзников, раздавая доходы отраслям или компаниям. Появляется резерв для проведения структурной трансформации. - Считаем итоги. Нефтедоллары позволили начать налоговую реформу. В обществе достигнуто согласие по определению пути реформ. Снижены таможенные пошлины. Не мало? - Всегда хочется больше и быстрее. На очереди - реформы естественных монополий, причем теперь уже то же МПС не надо к этому подталкивать, напротив, правительство чуть сдерживает запал транспортников. - Ситуация с мировыми ценами создала условия для реформ. Теперь падение цен может стимулировать их проведение? - Вопрос неоднозначен. Смотрите: растет доля налога с прибыли, значит, улучшается положение предприятий. Экономика становится скучной темой для обсуждения. Я был на днях на обеде из той категории, где сразу традиционно начинают обсуждать экономические проблемы. Так вот на этот раз говорили только о политике, а про экономику вспомнили уже после кофе. Это впервые за 10 лет - чтобы после кофе. - Но и при СССР во время нефтедолларового вала в экономике была тишь и благодать... - Не обедал я тогда у послов. А вот в 1994-1996 годах цены на нефть были высокими, а говорили только об экономике. - Что изменилось? - Тогда мы не выполнили три главных условия перехода к рынку: либерализация, денежная стабилизация и сбалансированный бюджет. Первое условие выполнил Егор Гайдар. Второе - Анатолий Чубайс. А третье - Евгений Примаков. Его кабинету удалось впервые сверстать сбалансированный по доходам и расходам бюджет и провести его через Думу. Так что в ряду ключевых фигур, осуществивших либеральные экономические реформы, Гайдар, Чубайс и Примаков останутся в одном строю. И вот, как только Примаков исполнил третье условие, пошел экономический рост. Все три шага растянулись во времени - если бы мы провели их за два года, как в Польше или Эстонии, то, наверное, сейчас жили бы лучше и увереннее. |
![]() |
Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1) | |
|
|