*2186. Председатель Басманного суда о басманном правосудии

[EchoMSK]

http://www.echo.msk.ru/programs/cour.../#element-text

Понедельник, 31.01.2011


Гости: Ольга Солопова, председатель районного Басманного суда Москвы

Ведущие: Ольга Бычкова
Передача: На что жалуемся?

Понедельник,
О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, у микрофона Ольга Бычкова, это программа «На что жалуемся?» Сегодня будем жаловаться на ложный донос и дачу заведомо ложных показаний. У нас в студии, в прямом эфире «Эха Москвы», в эфире телеканала «Закон-ТВ» Ольга Солопова, председатель районного Басманного суда Москвы. Ольга Николаевна, добрый вечер.

О.СОЛОПОВА: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Я понимаю, что я сейчас буду миллионным посетителем с этим вопросом, но я не могу вас не спросить на тему «Басманного правосудия», потому что это уже притча во языцех. Даже в Википедии есть статья, где говорится, что это устойчивое выражение, которое различные авторы используют для характеристики судебной системы, сложившейся в начале 2000-х годов в России, отличающихся, по их мнению, низкой степенью независимости судебных органов в принятии решений, постановлениями, удобными для власти, но идущими вразрез с законностью.

Вам обидно?

О.СОЛОПОВА: Нет. Я по-другому оцениваю этот термин «Басманное правосудие», и всем, в том числе и представителям средств массовой информации, понятно, с какого времени Басманный суд олицетворяют с этим термином. Это связано только с территориальным расположением Следственного комитета, который находится на нашей территории, и теми громкими делами, которые он расследует. В ходе досудебного производства некоторые ходатайства рассматриваются Басманным судом. Я думаю, вам всем известно, когда появился этот термин, в связи с чем.

О.БЫЧКОВА: В связи с делом Ходорковского, конечно.

О.СОЛОПОВА: Да, в связи с делом Ходорковского. Я так понимаю, что если бы это дело, это ходатайство рассматривал другой суд, было бы не «Басманное правосудие»… Но все решения Басманного суда, связанные, в том числе и с ходатайствами по этому делу, проверены судебными инстанциями и оставлены в силе. Есть приговор Мещанского суда, вступивший в законную силу. Поэтому что бы ни видел каждый из граждан за этим термином, я за ним вижу большую, кропотливую работу судей Басманного суда, других районных судов. Поэтому мне не обидно. Басманному суду и судьям за весь этот период не стыдно за свои решения.

О.БЫЧКОВА: То есть, нет ни одного решения последнего десятилетия, как раз когда вы работаете на этом посту, за которое вам как-то вот… пришлось бы жалеть?

О.СОЛОПОВА: Мне краснеть не приходится ни за одно решение судей. Я не могу сказать, что все решения по досудебному производству, приговоры по гражданским делам, они все кассационной надзорной инстанцией оставлены в силе. Существует ряд судебных решений, отменяются приговоры, отменяются решения, но за этим стоит обычное судебное делопроизводство, разбирательство дел, по которым судьи и в любых других судах допускают судебные ошибки. Но это связано с толкованием закона, с теми доказательствами, которые стороны представили, но никак не с тем влиянием, которое подразумевается некоторыми авторами под термином «Басманное правосудие».

О.БЫЧКОВА: Это такой ярлык на самом деле, который вне зависимости от того, как к этому относиться, у вас может быть одно мнение, у кого-то – другое, но это такой ярлык, от которого отвязаться, отмыться очень сложно.

О.СОЛОПОВА: Вы говорите – отмыться. Нам отмываться не от чего. Я еще раз говорю – мы не обсуждаем с коллегами эти термины хотя бы по той простой причине, что некогда об этом думать, надо работу работать, и много работы…

О.БЫЧКОВА: Вы не обсуждаете с коллегами?

О.СОЛОПОВА: Не обсуждаем с коллегами.

О.БЫЧКОВА: А у вас нет каких-нибудь шуток на эту тему?

О.СОЛОПОВА: Нет. Если сказать по этому поводу, у нас есть альбом «Басманное правосудие», в котором запечатлены судьи при рассмотрении дел, это просто наш… ну не семейный… судебный альбом, где просто наша работа – работа в канцеляриях, работа судей. Мы, наверно, гордимся теми результатами работы, которые при Басманном суде в настоящее время есть. Хотя и ошибок достаточно.

О.БЫЧКОВА: Понятно. Прежде чем мы перейдем к теме ложных показаний, можно, я вас попрошу прокомментировать одну новость, она сегодня вечером пришла. Как раз тот самый Следственный комитет, который находится на вашей территории, закрыл дело против замминистра финансов Сергея Сторчака, который тоже у вас в суде рассматривался одним из ваших судей. Вы можете прокомментировать?

О.СОЛОПОВА: Несколькими судьями, там несколько было ходатайств. Что прокомментировать? По каким причинам закрыто дело? Это вопрос к Следственному комитету, поскольку по существу нашим судом данное уголовное дело не рассматривалось. Рассматривались ходатайства о продлении срока содержания под стражей, об избрании меры пресечения. В том числе рассматривалось ходатайство об отстранении от должности, в котором органам следствия было отказано, по решению нашего суда он не отстранялся от должности.

О.БЫЧКОВА: Но он находился в СИЗО, тем не менее.

О.СОЛОПОВА: После изменения меры пресечения ходатайство было органов следствия об отстранении его от должности, в этом следствию было отказано. По каким причинам дело закрыто, комментарии может дать Следственный комитет.

О..БЫЧКОВА: Но вы продлевали меру пресечения. В смысле, ваши коллеги в суде, ваши подчиненные. Следственный комитет теперь закрыл дело вообще. Там было еще несколько судебных решений, в том числе арбитражные, которые тоже ничего не нашли. Вам не кажется, что тут есть какое-то противоречие? То есть, вы держите человека в СИЗО, а потом выясняется, что ни за что.

О.СОЛОПОВА: Наверно, все-таки у нас тема передачи немножко другая…

О.БЫЧКОВА: Мы сейчас к ней вернемся.

О.СОЛОПОВА: Речь о чем идет? О том, что решения, которые принимались Басманным судом, в том числе и о продлении срока содержания под стражей, все-таки они состоялись и были признаны кассационной инстанцией Московского городского суда обоснованными. То, что менялась мера пресечения – она может меняться не только по такому делу, но и по другим, могут измениться обстоятельства, по которым она изменялась. В тот момент, когда она была изменена, следствие практически было завершено. А что касается оснований прекращения уголовного дела, я не располагаю сведениями, по каким причинам оно прекращено. Поэтому давать сейчас оценку тем обстоятельствам, которые мне не известны, я не вправе.

О.БЫЧКОВА: Адвокат сказал, что уголовное дело прекращено за отсутствием события преступления. Это что значит? Переведите на русский язык, если можно.

О.СОЛОПОВА: Это значит, что дело прекращено при реабилитирующем обстоятельстве. То есть, то событие, по которому обвиняли, допустим, то лицо, о котором вы говорите, оно, по мнению следствия, не нашло подтверждения. Но я еще раз говорю – я указанного постановления не видела, поэтому комментировать его очень сложно.

О.БЫЧКОВА: То есть, человек зря провел 11 месяцев в СИЗО по решению вашего судьи, получается.

О.СОЛОПОВА: Вы так говорите, потому что сейчас…

О.БЫЧКОВА: Нет, я как обыватель рассуждаю. Я же не юрист, я не понимаю.

О.СОЛОПОВА: Если приходить к таким выводам, то можно тогда что предположить? Если на стадии возбуждения уголовного дела сразу знать, каков будет результат расследования дела, будет ли это обвинительный приговор, оправдательный, либо постановление о прекращении производства по делу, тогда, наверно, не нужно всей судебной проверки обстоятельств, длительного расследования, если это все изначально можно предугадать. Дело в том, что при рассмотрении ходатайств следователей об избрании меры пресечения, о продлении суд не входит в обоснованность, в доказанность тех обвинений, которые предъявляет следствие, поскольку говорить об обоснованности обвинения можно только в обвинительном приговоре. И то, что допускаются ошибки следствием при расследовании, судами – это нормальная практика работы любого судебного органа любой страны.

О.БЫЧКОВА: Извините, я пытаюсь понять. То есть, в данном случае суд просто принимает или не принимает решение, которое ему предложено следователем?

О.БЫЧКОВА: (неразб.) Имеются ли достаточные основания полагать. Имеются ли сведения, свидетельствующие о причастности. Вот те документы, которые были представлены следователем на момент избрания меры пресечения, в момент продления и во все последующие ходатайства - такие сведения в материалах дела имелись, иначе бы не было положительного решения об избрании меры пресечения. Другой вопрос, какие доказательства представили стороны в процессе расследования, какую оценку и по каким причинам им дает следствие в период отказа в дальнейшем уголовном преследовании, поскольку прекращено, с ваших слов, уголовное дело. Это вопрос уже сбора доказательств, одним из которых являются показания свидетелей, речь о которых должна сегодня идти. Ложные это показания или не ложные. Поэтому сказать, по каким причинам дело прекращено, правильно ли оно прекращено, обоснованно ли – это вопрос оценки судебного постановления следователя, а не судебного решения, которое было,

О.БЫЧКОВА: Ну что ж, давайте мы вернемся к нашей сегодняшней основной теме – ложный донос и дача заведомо ложных показаний. Я правильно все называю, да?

О.СОЛОПОВА: Это как бы разные две статьи, есть заведомо ложный донос и есть ложные показания свидетелей, потерпевших и других участников уголовного судопроизводства.

[Википедия]

http://ru.wikipedia.org/wiki/%C1%E0%...F1%F3%E4%E8%E5

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Басма́нное правосу́дие» — устойчивое выражение[1], которые различные авторы используют для характеристики судебной системы, сложившейся в начале 2000-х годов в России и отличающейся, по их мнению, низкой степенью независимости судебных органов в принятии решений; постановлениями, удобными для властей, но идущими вразрез с законностью. В крайних случаях употребляется в смысловом значении как заказной суд, инструмент политических репрессий, синоним несамостоятельности суда. Получило название от наименования Басманного районного суда города Москвы, известного проведением громких и спорных судебных процессов, вызвавших разностороннюю критику в адрес российской судебной системы, в частности по делу Михаила Ходорковского[1][2][3][4][5]. Выражение и описываемое им явление стали предметом обсуждения журналистов, юристов и властей, включая Президента России Дмитрия Медведева и председателя Мосгорсуда Ольгу Егорову[6][7].
Содержание
[убрать]
• 1 История возникновения
• 2 Отношение власти и общества
• 3 Примеры применения термина
• 4 См. также
• 5 Примечания
• 6 Ссылки
• 7 Библиография

[править] История возникновения
Термин впервые введён главным редактором «Эхо Москвы» Алексеем Венедиктовым после оговорки Геннадия Райкова, назвавшего Басманный суд «Басмановским», что вызвало у Венедиктова ассоциации с опричниками Басмановыми.[8] Уже в ноябре 2003 года термин использовался, в частности, Григорием Явлинским и Борисом Немцовым[1].
[править] Отношение власти и общества
В 2004 году Председатель Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Вениамин Яковлев высказал мнение, что наличие устойчивого ярлыка «Басманное правосудие» способствует критической оценке работы российских судей[9]:
Мы такой народ — щедрый на ярлыки. И как только ярлык приклеили, он начинает гулять. После этого уже неважно существо дела. Хочешь о правосудии что-то сказать — вспомни ярлык. Какое правосудие? Басманное. После этого уже неважно существо дела. Хотя мы все равно пытаемся понять — а почему так? Значит, что-то не так мы делаем? Это помогает критически оценивать свою работу.
В 2005 году председатель Московского городского суда Ольга Егорова подтвердила, что «термин действительно существует», а опубликованная адвокатом Юкоса Каринной Москаленко и её коллегами книга «Басманное правосудие»[4][10][11][12] содержит «интересную дополнительную информацию», которая побудила председателя суда напомнить подчинённым ей судьям требования «четко исполнять процессуальный и материальный закон, оперативно и грамотно рассматривать каждое дело, поскольку за каждым из них стоят люди, их интересы, права, судьбы».[7]
В декабре 2009 года этот термин прокомментировал Президент России Дмитрий Медведев: "Да, я слышал этот термин. Я не уверен, что он является точным или корректным. Но если под «басманным правосудием» понимается принятие несправедливых решений любым судом в самых разных местах нашей страны, то есть так называемых неправосудных решений, как говорят юристы, то это зло, и с этим нужно бороться, бороться мерами юридического реагирования. Такие решения или приговоры должны отменяться, а если они приняты под воздействием тех или иных обстоятельств, будь то деньги, политическое давление, иные факторы, — лица, которые такие приговоры и решения принимают, должны подвергаться ответственности, нести ответственность перед законом, перед страной.

[Павел Чиков]

http://slon.ru/russia/bespretsedentn...a-789128.xhtml

Фото: Илья Питалев/РИА Новости

Вчерашнее решение председателя Басманного суда Москвы Ольги Солоповой о сносе лагеря на Чистых прудах – важнейшее событие в юридической практике. Оно требует некоторого анализа.

Формально это было заявление об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, поданное в соответствии с главой 25 Гражданско-процессуального кодекса. Заявители – жители окружающих Чистые пруды домов Татьяна Кахидзе, Инесса Скосарева, Елена Ходовчинская, Александр Борисов и Геннадий Седых. Заинтересованные лица (так в таких делах называются ответчики) – УВД Центрального административного округа Москвы, префектура ЦАО и департамент природопользования и охраны окружающей среды столичного правительства. Предмет заявления – бездействие этих органов власти, которые в течение недели допускали существование лагеря. Жильцы просили признать его незаконным и обязать власти ликвидировать лагерь.

Интересна хронология дела. Согласно карточке дела на сайте Басманного суда, заявление зарегистрировано 14 мая в 09:40. Вечером того же дня председатель суда Ольга Солопова вынесла определение о подготовке дела к судебному разбирательству, назначив на следующее утро беседу с представителями сторон. Таким образом, у УВД по ЦАО, его префектуры и департамента природопользования была одна ночь на подготовку возражений и правовой позиции по делу. У них, очевидно, возражений это не вызвало, поскольку после утреннего собеседования 15 мая на вторую половину было назначено рассмотрение дела по существу. Ничего не понадобилось истребовать, уточнять, никому не нужно было время на подготовку к процессу.

При этом позже в процессе лишь департамент природопользования жалобу признал полностью, остальные – УВД и префектура – частично возражали. Вечером вчера решение было постановлено. Судье не понадобилось обычно нарушаемых в московских судах пятидневного срока на подготовку текста решения, он был выдан сторонам, и поздно ночью представители полиции уже зачитывали его жителям лагеря.

Именно они – жители лагеря, реализовывавшие на Чистых прудах свое конституционное право на свободу мирного собрания – были единственными возражавшими в этом «чужом» споре, именно они оказались единственными обязанными исполнить решение суда, к участию в котором даже не были допущены.

Это было злоупотребление правом, когда искусственно созданный по инициативе властей спор обязывал третью сторону, никак не представленную в процессе. Это была квазиправовая конструкция, которая ни при каких других случаях не могла бы сработать. Только здесь и только при административном давлении на суд. Что касается немедленного исполнения, судья может по просьбе истца так решить, если замедление его исполнения может привести к значительному ущербу для взыскателя или исполнение может оказаться невозможным. Однако на практике суды, как правило, в таких просьбах отказывают.

Чтобы называться решением суда, документ не должен иметь лишь его внешние признаки.

К слову, председатель Басманного суда Ольга Солопова, рассматривающая, согласно сайту суда, в основном трудовые споры, в этом году рассмотрела лишь 5 других дел – все по заявлениям начальника Басманного ОВД против граждан. И все пять – удовлетворила.

Обычный срок рассмотрения жалоб на незаконные действия госорганов в московских судах – от полугода до года, при установленном кодексом сроке в 10 дней. Именно за систематические нарушения сроков месяц назад лишился своего поста председатель Тверского райсуда Москвы. Рассмотрение в нем, например, аналогичного заявления родственников трех погибших в колонии осужденных (кстати, отказанного в удовлетворении) к ФСИН, заняло полгода.

Вынесенное решение готовится московским судьей обычно около 2–4 недель при сроке 5 дней. Например, решение о признании законным отказа в регистрации Минюстом России правозащитной организации «Правовая инициатива», защищающей пострадавших от силовиков жителей Северного Кавказа в Европейском суде по правам человека, не готово спустя 1,5 месяца после его оглашения.

Затем у сторон есть законное право подать апелляционную жалобу в течение месяца. Суд всегда ждет еще несколько дней, отводя их на почтовую пересылку. Только потом при отсутствии жалоб ставится отметка о вступлении решения в силу. В течение трех дней решение суда направляется руководителю органа-нарушителя. В суд и гражданину должно быть сообщено об исполнении решения суда не позднее чем в течение месяца со дня получения решения. Как ни крути, но до конца мая действия, направленные на разгон лагеря, просто не могли быть реализованы законным способом.

Как правило, суды в столице в таких жалобах отказывают, поскольку есть подобная установка Мосгорсуда. Стандартное основание – не доказали, что ваши права и законные интересы были нарушены. За последние пять лет нашим юристам не удалось выиграть ни одного процесса по обжалованию незаконных действий должностных лиц в Москве.

Ничего этого в деле с Чистыми прудами не было. Скорость рассмотрения, недопуск представителей лагеря в процесс, рассмотрение лично главой суда, положительное решение, немедленное исполнение – вот почему решение носит прецедентный характер, открыто демонстрирует пренебрежение главой Басманного суда принципами права, зависимость от исполнительных органов власти и политической целесообразности.
8,880