*2480. Рынок продовольствия

[Частный корреспондент]

http://www.chaskor.ru/article/pashni_zemli_25766

Пашни Земли

Увеличение площадей пахотных земель в мире прекратилось, а рост населения продолжается


Наиболее сильно дефицит продовольствия в ближайшие годы будет ощущаться в Китае – там уже на человека приходится всего по 0,08 га пашни. Единственный резерв земель сохранился только у нас: при нормальной сельхозполитике потенциально Россия может нарастить урожай зерновых с нынешних 80-95 млн. тонн до 180, а то и 200 млн. тонн.

На карте NASA наблюдения американцев со спутников за динамикой распашки земли в 2004-2009 годах. Жёлтым обозначены «долгосрочные пашни», коричневым – территории, испытывавшие засуху в период наблюдений.

Особенностью сельского хозяйства Китая является его крайне низкая эффективность из-за малого размера земельных наделов. Их укрупнение приведёт к дальнейшему росту безработицы. Уникальным феноменом является сельская промышленность КНР, которая существенно облегчает проблему занятости населения, зато вносит огромный вклад в разрушение окружающей среды.
Рабоче-крестьяне

Наибольшая площадь пашен в мире приходится на США – 179 млн. га. Далее идут Индия (170 млн. га), Китай (135 млн. га) и Россия (130 млн. га). Неудивительно, что лидером по сбору зерновых и зернобобовых вляется США – 500-550 млн. тонн ежегодно (из них 300-350 млн. приходится на кукурузу, на пшеницу – до 70 млн. тонн, остальное – ячмень, овёс, соя и др.) Это позволяет экспортировать Америке до 100 млн. тонн зерна ежегодно.

Однако более правильным будет учитывать не только площадь пашен, но и сколько обрабатываемой земли приходится на 1 человека в той или иной стране, также сбор зерновых на душу населения.

Ниже приведена таблица:


Добавим, что наихудшие показатели в мире по обеспеченности пашней – у Китая и Японии: по 0,08 и 0,03 га на человека (или более привычная для россиян мера – по 8 и 3 сотки соответственно). Это примерно в 10-20 раз меньше, чем в развитых странах.

При этом Китай стремительно теряет и те немногочисленные земли, что есть у него.

Так, в мире возникли два больших очага эродирующих почв. Первая – на северо-западе Китая, вторая – в Центральной Африке. Спутниковые снимки показывают постоянное возникновение пылевых бурь в этих районах. Это уже привело к тому, что в Северном Китае за последнее время было заброшено 24 тысячи деревень, а миллионы гектаров бывших пастбищ превратились в пустыни.

Другая тенденция в Китае – преобразование пахотных земель в несельскохозяйственных целях. Так, в Китае за последние 10 лет города захватили около 800 тысяч гектаров бывших пахотных земель, ещё около 100 тысяч гектаров пришлось на промышленные предприятия, складские и распределительные центры.

В 2011 году продажи новых автомобилей в Китае, по прогнозам, достигнут 20 млн штук – рекорд для любой страны. При этом на каждые 5 млн новых машин должны приходиться 1 млн. гектаров земли – под автодороги, стоянки, заправки, техцентры, и т.д.

В целом же мир исчерпал практически все резервы по наращиванию сельхозпроизводства. Прекратилось даже экстенсивное развитие сельского хозяйства: так, с 1995 по 2005 гг. население в мире увеличилось на 14%, а пахотные земли – только на 0,4 %.

В последнее десятилетие мы стали свидетелями появления еще одного ограничения на увеличение мирового сельскохозяйственного производства: в большинстве стран достигнут предел роста урожайности. Так, в Японии урожайность риса, начиная с 2005 года, так и остается на одном уровне – около 52 центнеров с гектара. Похожая ситуация с урожайностью пшеницы в европейских странах – основных её производителей. Во Франции урожайность этого злака остановилась на уровне 70-72 центнеров с гектара, в Германии она и вовсе немного падает (на 2-3% в год, до 68 центнеров).

В развитых странах в последние 5-7 лет также достигнут «потолок» по надоям, по скорости привеса свиней, по яйценоскости кур. Всё это говорит о том, что Европа, Северная Америка, Япония и Австралия больше не смогут стремительно наращивать сельскохозяйственное производство – в лучшем случае оно стабилизируется на нынешнем уровне.

Потенциал роста урожайности есть в развивающихся странах. Но там он ограничивается либо дефицитом воды, либо ростом стоимости минеральных удобрений и средств защиты растений (в 2 раза за последние 5 лет).


(Жёлтым зарисованы страны, на которые приходится 82% сбора зерновых в мире.)

В мире остаётся лишь одно государство, способное относительно быстро нарастить сельхозпроизводство – это Россия.

Учитывая опыт традиционных земледельцев, Билл Моллисон пришёл к выводу, что ранние сельскохозяйственные системы использовали энергию, которую сами же и вырабатывали, а современные получают её извне. Ричард Маннинг в своей книге «Против пшеницы» написал, что американский фермер 1940 года тратил одну калорию топлива, чтобы вырастить одну калорию пищи. Сейчас он тратит 10 калорий топлива, чтобы произвести такое же количество продукта. Таким образом, нужно замкнуть цикл внутри агросистемы, чтобы не тратить невозобновляемые ресурсы.
Перманентный рай

У нас есть и экстенсивный резерв – за годы реформ в России было заброшено 41 млн. га посевных площадей. Если эти земли ввести в оборот и собирать с них среднестатистический урожай (около 2 тонн с гектара), то сбор зерновых можно увеличить на 80 млн. тонн.

Также 40 млн. га пашни на протяжении 20 лет не получали ни одного грамма удобрений. Т.е. при нормальной их подкормке потенциально с этих земель можно увеличить урожай на 0,5-0,7 тонны с гектара. А это еще 20-28 млн. тонн зерна.

Таким образом, при нормальной сельхозполитике потенциально Россия может нарастить урожай зерновых с нынешних 80-95 млн. тонн до 180, а то и 200 млн. тонн. А это уже 1,4 тонны зерна на человека – вполне себе уровень США. Экспортные возможности России тогда увеличатся с нынешних 18-25 млн. тонн до 50-60 млн. тонн. И это при том, что десятки миллионов тонн зерна дополнительно пойдут ещё в птицеводство и животноводство.

И выйдет тогда из России не сырьевая, а аграрно-сырьевая держава – этот же статус носят такие развитые страны, как Австралия и Канада.

1,055