http://docs.historyrussia.org/ru/nod...age/298/zoom/4
1 мая 1931 года
Сегодня меня посетил Бертело. Я ему вручил французский текст проекта пакта о ненападении и обещал препроводить ему через два дня проект торгового соглашения и согласительной процедуры. Бертело попросил и русский текст. Я вручил также Бертело записку, в которой слова «взаимных материальных претензий» я заменил словом «долгах» и добавил фразу: «в соответствии с достигнутым с г. Бертело соглашением декреты, ограничивающие торговлю между Францией и СССР, буду аннулированы после второго или третьего заседания по вопросу о пакте». Это пункт вызвал со стороны Бертело возражения в том смысле, что, во-первых, не следует уточнять число заседаний и, во-вторых, что декреты не следует связывать с пактом. В конце концов, он вновь согласился на мое уточнение, но предложил сказать: «после второго или третьего заседания о временном торговом соглашении». Так как это не составит существенной разницы во времени, то я полагаю возможным согласиться, тем более что отмену декретов логичнее связать с торговым соглашением, чем с пактом. Срочно сообщите о согласии. Дальше Бертело мне сказал, что он докладывал сегодня Бриану о ходе переговоров со мной и что 4 или 5 мая вопрос будет слушаться в совете министров, который даст директивы по существу пакта и торгового соглашения. Бертело высказался в том духе, что торговое соглашение должно вытекать не из общего, а из конкретного положения. По мнению Бриана, торговое соглашение должно урегулировать не только советский экспорт, но и импорт, а потому положения, регулирующие советский импорт, в том числе уровень заказов и кредитов, должны найти точное отражение в торговом соглашении.
Дальше Бриан сомневался в возможности отменить декрет раньше заключения торгового соглашения. Я долго обьяснял Бертело нашу точку зрения по этому вопросу и, кажется, убедил его. Во всяком случае наша точка зрения ясно изложена в моей записке, когда я в заключение спросил Бертело, принимает ли он положения, изложенные в записке, он ответил утвердительно и обещал поддержать их. Дальше Бертело заявил, что он мыслит дальнейший ход переговоров следующим образом: 4 или 5 мая совет министров даст директивы по существу, постановит, что переговоры как о пакте, так и о торговом соглашении будут вестись в Париже между полпредством и МИД, и назначит экспертов для участия в переговорах о торговом соглашении. На мой вопрос, достаточно ли будет, чтобы я нотифицировал МИД о том, что моим правительством назначены для помощи мне экспертам такие-то лица, Бертело ответил согласием: для меня лично, по его мнению, полномочий не требуется. Срочно сообщите, могу ли я нотифицировать, что Советское правительство назначило экспертами Дволайцкого, Бреслава и Лашкевича. Бертело обещал сегодня же по телеграфу выслать Двойлацкому визу. Затем мы условились с Бертело, что теперь за мной только посылка наших проектов согласительной процедуры и торгового соглашения; после чего я буду ждаь его звонка, чтобы приступить к обсуждению проектов пакта и торгового соглашения по существу. Разногласия у нас обнаружились при установлении примерной даты этого свидания. Бертело полагал, что из-за открытия парламента и президентских выборов наше ближайшее свидание вряд ли может состояться раньше 15 мая, я же настаивал на ускорении, мотивировал главным образом моим стремлением уехать в отпуск не позже конца июня.
В заключение Бертело обещал сделать все от него зависящее, чтобы свидание состоялось 8 мая.
Бертело намекнул о желательности, чтобы переговоры велись дискретно. Сам Бриан собирается поставить в известность только председателей парламентской таможенной комиссии и комиссии по иностранным делам. Тут же, однако, выяснилось, что в большой политической речи, с которой Лаваль выступит 3 мая в одном из департаментов, он упомянет в сжатой и завуалированной форме о предстоящих франко-советских переговорах.
Полпред
12.02.2026, 06:21
Телеграмма в Народный Комиссариат Иностранных Дел СССР
Линейный вид
