*305. Вторая мировая война-3

[Википедия]

СССР. Нарком государственной безопасности В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину и В. М. Молотову агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина:

«Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчёркивают, что это заявление никакого значения иметь не может…»

Имеется резолюция (касательно 2 пункта): «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш „источник“ из штаба герм[анской] авиации к ёб-ной матери. Это не „источник“, а дезинформатор. И. Ст[алин]».[1] Данная резолюция Сталина — реакция на сообщения в этом донесении о том что немецкая авиация будет наносить в первую очередь авиаудары по Баку и по мелким автомастерским под Москвой.

Германия. 2-я танковая группа завершила развёртывание и занятие исходных позиций для наступления. 17 июня Гудериан провёл рекогносцировку р. Западный Буг.

[Википедия]

СССР. В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину, В. М. Молотову и Л. П. Берии записку «О массовом отъезде из СССР сотрудников германского посольства и членов их семей, и об уничтожении архивов посольства».

В ПрибОВО к 18-19 июня устными распоряжениями командующего округом привели в полную б.г. свои шесть приграничных дивизий (из 9-ти) и вывели по ПП к границе. И даже посадили в окопы те батальоны, которые по ПП там и должны были сидеть в угрожаемый период. Делалось это в связи с ожиданием нападения на 19-20 июня и эти дивизии так и остались на границе до 22 июня. 18-19 июня Кузнецов выдал ещё приказы о приведении в б.г. всех войск округа, после чего штаб стал перебираться в Паневежис.

18 июня была команда Жукова на запрос КОВО от 16 июня — начинать занимать УРы на новой границе и готовить к заполнению — УРы на старой границе…

18 июня в повышенную боевую готовность приводились ПВО, ВВС приграничных округов и флота — в «готовность № 2»… В том же ПрибОВО, в приказе № 00229 говорится: «Начальнику зоны ПВО к исходу 19 июня 1941 г. привести в полную боевую готовность всю ПВО округа…». Но на самом деле ввели готовность не № 1 а № 2 — повышенную б.г.…

До авиадивизий доводится указание ГШ — не только рассредоточивать самолеты по аэродромам но и обваловать их, построить полукапониры для защиты от осколков — если нет возможности замаскировать самолеты. И как показывают командиры, отвечая Покровскому — эти работы выполнялись. Генерал-майор авиации Андреев А. П., командующий ВВС 8-й А ПрибОВО: «1. О возможности нападения фашистской Германии в ночь на 22.6.41 точно не было известно, но части ВВС 8 армии так же, как и все части ВВС округа, были командованием ВВС округа предупреждены ещё примерно 16-17 июня о возможности нападения. Было приказано вывести части на полевые аэродромы, а где этого нельзя сделать — рассредоточить самолеты на основных и окопать их для укрытия от поражения осколками авиабомб. В истребительных частях ввести дежурные эскадрильи по одной на полк, а всему остальному летному и техническому составу находиться в расположении части». То есть — после 17 июня ВВС приводили в повышенную боевую готовность.

Как показывал бывший командира 523 сп 188 сд 11-й А ПрибОВО генерал-майор БУРЛАКИН И. И.:

«Примерно 16-17 июня в 17.00 командиром 188 сд полковником ИВАНОВЫМ были вызваны командиры частей и зачитана директива не помню чья ПрибОВО или 11 армии, кажется ПрибОВО. Точно всю директиву я перечислить не смогу, но часть пунктов хорошо помню, в которых было указано следующее:

Немцы сосредоточили большое количество пехотных и моторизованных дивизий на государственной границе. Переход границы ожидается в ночь с 19 на 20.6.

В директиве требовалось все имущество и боеприпасы погрузить в транспорт. Личному составу выдать на руки противогазы. (тогда противогаз БСС-МО-2 был секретным), части в ночь на 20.6-41 г. вывести из лагеря и рассредоточить.

Артиллерию по батарейно рассредоточить по лесу.

Самолеты полностью держать заправленными, летчикам дежурить у самолетов. Другие пункты не помню.»"

Из 39-ти приграничных дивизий в приграничных округах, которые должны были первыми принять удар Германии и её союзников по Планам прикрытия (ПП) округов, с 18 июня начали выводить и вывели на границу к моменту нападения, в полосу обороны, не занимая самих окопов — по всей границе — 17-ть приграничных дивизий. В ПрибОВО вывели — 6-ть из 9-ти приграничных дивизий, в КОВО — 5-ть и в ОдВО — все 6-ть их дивизий. В ЗапОВО — не выводили ни одной приграничной дивизии.

[Википедия]

СССР. Приказом наркома обороны СССР С. К. Тимошенко от 19 июня предписывалось провести маскировку аэродромов, воинских частей и важных военных объектов западных округов. В приказе требовалось к 1 июля 1941 г. засеять все аэродромы травой, покрасить все аэродромные сооружения, зарыть в землю и особенно тщательно замаскировать бензохранилища, категорически запретить линейное, скученное расположение самолётов… Причем, рассредоточение самолетов на аэродромах, по этим директива НКО и ГШ от 19 и 20 июня требовалось провести немедленно.

С 14 по 19 июня командование приграничных округов получило указания к 22—23 июня вывести фронтовые (армейские) управления на полевые пункты. В телеграмме начальника Генерального штаба Г. К. Жукова от 19 июня командующему войсками КОВО указывалось: «к 22.06 1941 г. управлению выйти в Тернополь, оставив в Киеве подчинённое Вам управление округа… Выделение и переброску управления фронта сохранить в строжайшей тайне, о чём предупредить личный состав штаба округа»[3]

19 июня в ПрибОВО выдали приказ, в котором приказали немедленно заканчивать работы в предпольях на границе, которые можно будет занимать «только в случае нарушения противником границ». Также требовалось — «Для обеспечения быстрого занятия позиций как в предполье так и основной оборонительной полосе соответствующие части должны быть совершенно в боевой готовности». Приказывалось «усилить контроль боевой готовности, всё делать без шума, твёрдо, спокойно».

И самое важное — приказывалось: «4. Минные поля установить по плану командующего армией там, где и должны стоять по плану оборонительного строительства. <…>. Завалы и другие противотанковые и противопехотные препятствия создавать по плану командующего армией — тоже по плану оборонительного строительства. 5. Штарм, корпусу и дивизии — на связи КП, которые обеспечить ПТО по решению соответствующего командира. 6. Выдвигающиеся наши части должны выйти в свои районы укрытия. <…> 7. Продолжать настойчиво пополнять части огневыми припасами и другими видами снабжения….» 19 июня даже замполиты ВВС доводили до комдивов САД (смешанных авиадивизий приданных каждой армии в запокругах) — дату и время возможного нападения — 3.00 22 июня… 18-19 июня западные округа получили приказы на вывод штабов округов в полевые Командные пункты. Но если ПрибОВО и КОВО срок был указан — к 22 июня вывести в полевое управление штабы округов, то Минску Жуков дал команду выводить штаб к 23 июня.

ОдВО вывел свой штаб к исходу 21 июня и был готов работать под руководством нш генерала М. В. Захарова — сам командующий выехал из Одессы в 9 часов вечера в Тирасполь.

КОВО штаб вывел не в полном составе — Оперотдел занимающийся приемом и расшифровкой телеграмм ГШ вместе с его начальников И. Х. Баграмяном был оставлен Пуркаевым в Киеве и прибыл в Тернополь только утром 22 июня, к 7 часам.

В ПрибОВО штаб с командованием был в Паневежисе и был готов принимать команды Москвы, но сам командующий Ф. И. Кузнецов «затерялся» где-то в частях 11-й армии Морозова и его потом чуть не сутки найти не могли. Вместо Кузнецова командовать пришлось в эти часы его нш Кленову.

В ЗапОВО Павлов часть офицеров штаба (из того же оперотдела — Фомин потом и отвечал Покровскому, что не был в Минске в эту ночь) отправил в полевой КП, но сам штаб остался в Минске. И шифровки ГШ принимать штаб в Минске мог.

[Википедия]

СССР. НКГБ в разведывательной сводке о военных приготовлениях Германии сообщает о продолжающемся сосредоточении германских войск.

НКВД сообщает, что с 10 по 19 июня пограничными отрядами НКВД зафиксировано 86 случаев нарушения границы СССР иностранными самолётами. Согласно донесению штаба ЗапОВО от 21 июня, за 20 июня только в районе Августов отмечено три случая нарушения границы германской авиацией группами до девяти самолётов. Замечено снятие немцами проволочных заграждений вдоль границы. 19-20 июня пограничники переходят в подчинение командиров приграничных дивизий, там, где приграничные дивизии вышли по ПП в эти дни к своим рубежам по приказу НКО и ГШ (Москвы), в погранзону, и на отдельных участках границы пограничники даже передают свои позиции войскам… 19 июня Балтфлот довел штабу ПрибОВО, что они ввели у себя готовность «№ 2»…

20 июня была команда Генштаба — согласовать округам свои ПП с флотами — в двухдневный срок…(Балтфлот уже сообщил штабу ПрибОВО что ввел повышенную б.г.. Это также показывает генерал-майор И. П. Макара, начальник кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, к.и.н., член редколлегии Военно-Исторического журнала, в статье «Из опыта планирования стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на случай войны с Германией и непосредственной подготовки к отражению» — ВИЖ № 6, 2006, с. 3-9): — «Одновременно принимались меры по повышению боевой готовности Военно-Морского Флота. 19 июня решением наркома ВМФ флоты и флотилии были переведены в оперативную готовность № 2. На следующий день командующие Ленинградским, Прибалтийским особым и Одесским военными округами получили от Генерального штаба указание в двухдневный срок отработать вопросы взаимодействия с флотом в соответствии с планом прикрытия.»…)

[Википедия]

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) принято решение об образовании Южного фронта. Командующим фронтом назначен И. В. Тюленев. Г. К. Жукову поручено общее руководство Юго-Западным и Южным фронтами, а К. А. Мерецкову — Северным фронтом.

Посол СССР в Германии Деканозов передал министру иностранных дел Риббентропу вербальную ноту советского правительства о нарушениях границы СССР германскими самолётами.

Состоялась беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. фон Шуленбургом, во время которой В. М. Молотов поднял вопрос об общей обстановке в советско-германских отношениях: почему усиленно распространяются слухи о близкой войне между СССР и Германией и в чём заключается недовольство Германии в отношении СССР. Шуленбург ответил, что все эти вопросы имеют основание, но он на них не в состоянии ответить, так как Берлин его не информирует.

Утром 21 июня пришло в Москву сообщение из Минска — и скорее всего и по всей границе, где это имело место быть, от пограничников в том числе — немцы начали снимать колючку на границе. И эти донесения срочно подаются в СНК, Сталину и в МиД, помощнику Молотова Вышинскому… (В эти же дни, 18-21 июня, в тех же США и не только, вся «русскоязычная» пресса белогвардейской сволочи, с «ятями» в текстах, аж кипела статейками о том, что: Германия уже напала на СССР, что уже идут бои на границе с Румынией, что Гитлер предъявил Сталину какие-то ультиматумы — то ли на отторжение Украины то ли о пропуске вермахта на Ирак через СССР, и прочие бредни, что нападение не началось пока, но начнется в пару дней. В общем — «поджигатели войны» на Западе всячески нагревали ситуацию и в этой атмосфере Сталину приходилось держать ситуацию под контролем — не поддаваться на провокации самому и другим не давать — не подставить СССР на роль агрессора….)

Сталин днем 21 июня оповещает партийное руководство Москвы — будет нападение. Дает указание — привести ПВО Москвы в повышенную боевую готовность… 21 июня Жуков около 18-19 часов вечера обзванивает округа и предупреждает их о возможном ожидающемся нападении. О котором ему докладывает разведка… В это же время, вечером 21-го и нарком Тимошенко, отправляя Мерецкова в ЛенВО доводит до него: «— Возможно, завтра начнется война! Вам надо быть в качестве представителя Главного командования в ЛВО. Его войска вы хорошо знаете и сможете при необходимости помочь руководству округа. Главное — не поддаваться на провокации. — Каковы мои полномочия в случае вооруженного нападения? — спросил я. — Выдержка прежде всего. Суметь отличить реальное нападение от местных инцидентов и не дать им перерасти в войну. Но будьте в боевой готовности. В случае нападения сами знаете, что делать…» (Мерецков К. А. На службе народу. — М.: Политиздат, 1968, с.209)

В 19 часов 21 июня начинает совещаться группа высших руководителей страны, которые все входили в Комиссию по военным и морским делам — у Сталина (которая буквально за несколько недель до этого называлась КО — Комитет Обороны). На котором Сталин доводит до Тимошенко и других членов Комиссии информацию о возможном нападении Германии на СССР в ближайшие сутки. На этом совещании, обсуждался вопрос (по донесениям разведки) о возможном нападении Германии в ближайшие часы, а также обсуждались вопросы мобилизации. Жуков, который зайдет к Сталину только в 20.50, в это время как раз и обзванивает округа и предупреждает командующих о возможном нападении в эту ночь.

А к 21 часу к Сталину прибыл Жуков, который принес с собой директиву — о начале выполнения Планов прикрытия — «Приступить к выполнению ПП 1941 года». Которую он приносил к Сталину ещё 11 июня!

Сталин опять тормозит жуковское предложение-директиву о «Вводе ПП 1941 года» — вдруг получится все же уладить мирно назревающую ситуацию с нападением Германии. Но дает разрешение — привести (перевести) в полную боевую готовность войска округов — подписывается директива «б/н от 22.20 21 июня». В которой округа предупреждаются — «В течение 22—23 июня возможно внезапное нападение Германии и её союзников»! Сообщается, что нападение может начаться с провокаций, на которые отвечать нельзя и дается команда занять огневые точки на границе. Как поняли в округах эту директиву Москвы? Примерно, так как понял её Пуркаев, нш КОВО — «привести войска в полную боевую готовность, в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать, до особого распоряжения».

Данной директивой, о полной боевой готовности — Директивой «без номера», т. н. «Директивой № 1», округа обязаны были поднять свои армии по боевой тревоге, не вскрывая пока «красных» пакетов.

Итак. Вечером состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б), после которого в ночь на 22 июня передана в западные военные округа директива о мероприятиях в связи с возможным внезапным нападением немцев.

Эта директива «б/н» от 22.20 21 июня доводит до округов дату возможного нападения, предупреждает что нападение может начаться внезапно (в смысле — без объявления войны) и с провокаций на которые нельзя поддаваться чтобы не вызвать проблем международного характера. И она приказывает — привести-перевести все войска приграничных округов, ВВС, ПВО этих округов и флота — в полную боевую готовность! А также — занять огневые точки на границе.

Жуков в 22.00 из кабинета Сталина дает команду оперативному дежурному по ГШ — обзвонить округа и предупредить — ждать важную шифровку Генштаба!

В 22.20 Тимошенко с Жуковым убывают из кабинета Сталина в кабинет Тимошенко в Наркомат Обороны. Там они переписывают в течение часа текст черновика директивы б/н на бланки шифрблокнота. В 23 часа в кабинет Тимошенко прибывает нарком ВМФ адмирал Кузнецов, которому дают прочесть директиву б/н, по которой он должен поднять флота по тревоге и перевести их в готовность № 1. На уточняющие вопросы адмирала — можно ли открывать огонь в случае нападения Германии, Тимошенко подтверждает — можно.

В 23 часа Тимошенко обзванивает округа и сообщает что «возможна провокация со стороны Германии и Румынии… Войны, возможно, и не будет, но войска должны быть наготове». Что означает — при всей неопределенности указаний наркома — быть готовыми к войне в том числе.

В 23.30 на границе ставятся уже боевые задачи: «Отдано приказание по телефону полковником Железняком 9 и 10 пульбатам поднять б-ны по тревоге, занять и загрузить ДОТы»…

В 23.45 текст директивы б/н передается в шифровальный отдел Оперуправления ГШ. Машинистка делает копии данной директивы — для НКВМФ, Кузнецову, и для штаба Резервного фронта, Буденному. Полчаса уходит на зашифрование текста директивы и в 0.20 начинается передача этой директивы, шифровок в округа.

В 24.00 — уже Жуков обзванивает округа и приказывает: быстрее передавать в войска директиву о боевой готовности! В это время сам текст только шифруется ещё в ГШ. Минимум в КОВО он звонил… Около 1 часа ночи все округа получили эту директиву «б/н» и к 1.20 расшифровали. В КОВО, правда, это не сделали — оперотдела не было ещё на полевом КП. Но им по телефону вполне из ГШ довели, что от них требуется. В 2 часа ночи начались обстрелы на границе — в том же ОдВО. Об этом Жуков и Тимошенко доложили Сталину. В 2 часа посол Германии начал искать Молотова (министра ИнДел СССР) — всучить Ноту о нападении (возможно в это же время в Москву пришла и телеграмма из Берлина из нашего посольства с сигналом «Гроза» от военного атташе, резидента ГРУ, генерала Тупикова)…

Ну а в 2.30 22 июня Тимошенко или Жуков, по ВЧ связи, лично дали указание — о вводе ПП. И вот уже у этой «директивы» и должен быть «номер» — Директива «№ 1» начавшейся войны…


Германия. В 13.00 по берлинскому времени немецкие войска получили сигнал «Дортмунд», означающий, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня.

21 июня Гудериан находился в передовых частях, проверяя их готовность к наступлению: «Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками».[5]

Около 23 часов немецкие минные заградители, находившиеся в финских портах, начали минировать выход из Финского залива. Одновременно финские подводные лодки начали постановку мин у побережья Эстонии.[6]

[Википедия]

22 июня 1941 года. 1-й день войны

Германия, Финляндия. В 00 часов 10 минут группа из 14 бомбардировщиков Ju-88 вылетела из Кёнигсберга и в 03 часа 05 минут сбросила 28 магнитных мин у Кронштадтского рейда. На ведущем самолете находился финский офицер, который обеспечил посадку группы на аэродроме Утти в южной Финляндии для дозаправки. Другая группа немецких бомбардировщиков в это же время вышла к Ленинграду через воздушное пространство Финляндии.[7]

СССР. С 00.30 до 1.10 минут в западные военные округа была передана т. н. директива № 1:

«1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укреплённых районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно её замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъёма приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко. Жуков.»[8]

Во всех округах эту директиву к 1.20-1.30 расшифровали. Кроме КОВО в котором шифровальщиков не было ещё на полевом КП, в Тернополе. В этот округ довели по спецсвязи ВЧ — что требуется исполнять по этой директиве.

Данной директивой все войска западных округов, ВВС, ПВО и флота переводятся в полную боевую готовность, но пока без вскрытия «красных» пакетов. В 3.00-3.30 в Западном и Киевском ОВО штабы округов дали команды в армии этих округов — вскрывать «красные» пакеты, вводить в действие Планы прикрытия армий этих округов. При этом в ЗапОВО, в 4-й армии прикрывавшей Брестское направление — команды не были выполнены. В ПрибОВО войска по тревоге не поднимались вообще. В ОдВО — свою армию подняли по тревоге, со вскрытием «красного» пакета уже к 1.00 — оставшийся за командующего начштаба ОдВО генерал Захаров, ожидая Ц"важную шифровку" из ГШЛ о которой его предупредил звонком оперативный дежурный по Генштабу, думая что придет приказ «Приступить к выполнению ПП 1941 года» «проявил» инициативу и поднял округ по тревоге уже в полночь, а в 1 час ночи отдал команду — вскрывать и «красные» пакеты в войсках округа…

22 июня В 04 часа 00 минут 22 июня 1941 года начальник штаба Черноморского флота контр-адмирал И. Д. Елисеев приказал открыть огонь по немецким самолётам, которые вторглись далеко в воздушное пространство СССР, чем и вошёл в историю: это был самый первый боевой приказ дать отпор напавшим на СССР нацистам в Великой Отечественной войне.[9].

СССР. В 4 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР сообщение о переходе на советскую территорию в районе г. Сокаль ефрейтора вермахта Альфреда Лискова. На допросе в штабе пограничного отряда он заявил, что наступление германских войск начнётся на рассвете 22 июня.

22 июня в 4 часа 20 минут немецкие войска перешли в наступление. Началась Великая Отечественная война.

СССР. В 5 часов 25 минут Д. Г. Павлов направил командующим 3, 10 и 4-й армиями директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому».[3]

Германия. В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:

«…Советское правительство вопреки своим обязательствам и в явном противоречии со своими торжественными заявлениями действовало против Германии, а именно:

Подрывная работа против Германии и Европы была не просто продолжена, а с началом войны ещё и усилена.

Внешняя политика становилась всё более враждебной по отношению к Германии.

Все вооружённые силы на германской границе были сосредоточены и развернуты в готовности к нападению.

Таким образом, советское правительство предало и нарушило договоры и соглашения с Германией. Ненависть большевистской Москвы к национал-социализму оказалась сильнее политического разума. Большевизм — смертельный враг национал-социализма.

Большевистская Москва готова нанести удар в спину национал-социалистской Германии, ведущей борьбу за существование.
Правительство Германии не может безучастно относиться к серьёзной угрозе на восточной границе. Поэтому фюрер отдал приказ германским вооружённым силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу…»[10]

СССР. В 7.15 в западные военные округа была передана директива № 2 — подтверждающая разрешение уничтожать противника перешедшего границу, но пока запрещающая пересекать границу нашим войскам, а также — разрешается наносить авиаудары по территории противника:

«22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу. В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.

2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск…

На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.
Тимошенко Маленков Жуков[1]

(аудио)
Сообщение советского радио о нападении Германии на СССР
Меню
0:00
Текст читает Ю. Левитан
Помощь по воспроизведению
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Выступления В. М. Молотова по радио 22 июня 1941 г.
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Выступления У. Черчилля по радио 22 июня 1941 г.
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Обращения Адольфа Гитлера в связи с началом войны от 22 июня 1941 г.

22 июня. В 12.00 состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова

»…Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории…

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы

В ответ на это мною от имени советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной…
Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами. «[11]

Италия. В 12 часов дня министр иностранных дел Италии Чиано заявил:

„Ввиду сложившейся ситуации, в связи с тем, что Германия объявила войну СССР, Италия, как союзница Германии и как член Тройственного пакта, также объявляет войну Советскому Союзу с момента вступления германских войск на советскую территорию, то есть с 5.30 22 июня“.[1]

СССР. В 21.15, после анализа донесений из приграничных округов в западные военные округа была передана директива № 3, разрешающая атаковать противника и пересекать границу наземными войсками:

»1. Противник, нанося удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-Волынский, Радехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Волковыск, в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях. На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими для него потерями.

2. Ближайшей задачей войск на 23—24.6 ставлю:

а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;

б) мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6А окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин…
На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей… Тимошенко Маленков Жуков[1]

Данная директива — это попытка реализации предвоенных планов Генштаба.

СССР. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17. В трёх остальных округах — Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном — мобилизация была объявлена через месяц особым решением правительства скрытным способом как «большие учебные сборы».
Схема развития Прибалтийской операции 22.06.1941 — 10.07.1941

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Началась Прибалтийская стратегическая оборонительная операция Северо-Западного фронта Ф. И. Кузнецова и части сил Балтийского флота, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках стратегической операции проведены Приграничное сражение в Литве и Латвии и Контрудар на шяуляйском направлении (см. карту — Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.).

На шяуляйском направлении 4-я танковая группа Гёпнера группы армий «Север» прорвала оборону 8-й армии Северо-Западного фронта. Немецкий 41-й моторизованный корпус занял Тауроген, отбросив советские войска за реку Дубиса. 56-й мотокорпус Манштейна продвинулся за день на 80 км, вышел в район северо-западнее Каунаса и овладел мостом через Дубису около Ариоголы.

На вильнюсском направлении 3-я танковая группа и 9-я армия группы армий «Центр» прорвали оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, захватили все три моста через Неман и форсировали реку в районах Алитус и Меркине.

На других участках фронта под давлением немецких войск советские войска отступили на 15—20 км. Таким образом, в первый же день фронт обороны советских войск оказался прорванным на нескольких направлениях, нарушена система связи, потеряно централизованное управление войсками.
Бои на Белостокском выступе 22—25 июня 1941

Белостокско-Минское сражение. Началась Белорусская стратегическая оборонительная операция Западного фронта Д. Г. Павлова при участии Пинской военной флотилии, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках данной операции проведены приграничное оборонительное сражение и контрудары на Борисовском и Лепельском направлениях (см. карту — Боевые действия на западном фронте. 22 июня — 11 июля 1941 г.). В качестве представителей Ставки Главного Командования на Западный фронт направлены Шапошников и Кулик.

На северном фланге 3-я танковая группа группы армий «Центр» прорвала оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, форсировала Неман и глубоко охватила войска 3-й армии Западного фронта. Одновременно с фронта 3-ю армию атаковала 9-я армия группы армий «Центр».

На южном фланге 2-я танковая группа группы армий «Центр» по захваченным мостам форсировала Западный Буг по обе стороны Бреста и прорвала оборону 4-й армии Западного фронта. 12-й армейский корпус 4-й армии группы армий «Центр» начал штурм Брестской крепости.

Оборонительная операция на Западной Украине. Началась Оборонительная операция на Западной Украине Юго-Западного фронта, проходившая с 22 июня по 6 июля 1941 г (см. карту — Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.). В рамках данной операции проведены: приграничное оборонительное сражение, Львовско-Луцкая и Станиславско-Проскуровская фронтовые оборонительные операции. В качестве представителя Ставки Главного Командования на Юго-Западный фронт направлен Г. К. Жуков.

1-я танковая группа и 6-я армия группы армий «Юг» нанесли главный удар по левому флангу 5-й армии и по правому флангу 6-й армий Юго-Западного фронта, в стык Владимир-Волынского и Струмиловского укреплённых районов. Противник захватил мосты через Западный Буг, занял города Кристинополь и Сокаль. За первый день сражения на направлении главного удара 1-я танковая группа вклинилась в оборону советских войск на глубину до 20 км.

На правом фланге 5-й армии советские войска встречным ударом отбросили прорвавшихся немцев к реке Буг. Но противнику вновь удалось форсировать реку и к концу дня захватить небольшой плацдарм.

На левом фланге фронта 17-я армия группы армий «Юг» нанесла удар в стык Рава-Русского и Перемышльского укреплённых районов в направлении на Львов. Упорное сопротивление советских пограничников позволило войскам 6-й армий Юго-Западного фронта занять подготовленные рубежи обороны и остановить противника перед позициями Струмиловского и Рава-Русского укрепрайонов.
Советский аэродром после немецкого авианалёта

Гальдер:[2] «Все армии, кроме 11-й армии группы армий „Юг“ в Румынии, перешли в наступление согласно плану. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолёты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать… Командование ВВС сообщило, что за сегодняшний день уничтожено 850 самолётов противника, в том числе целые эскадрильи бомбардировщиков, которые, поднявшись в воздух без прикрытия истребителей, были атакованы нашими истребителями и уничтожены.»

Оборона Ханко. Началась оборона военно-морской базы Ханко, продолжавшаяся с 22 июня по 2 декабря 1941 г. 22 июня на Ханко совершила налет немецкая бомбардировочная авиация.

Сводка Главного Командования Красной Армии.[12] С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боев противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Кристинопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Калвария, Стоянув и Цехановец (первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы).

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника. Калвария

[Cmboat.ru]

http://cmboat.ru/vov17-06-1941/
ВОВ 1941-1945 гг.

На севере. СФ в повседневной готовности. Установлено, что в Финляндию и Норвегию прибывают немецкие войска, на приграничных аэродромах концентрируется авиация, активизирована деятельность всех видов разведки, в Финляндии проводится скрытная мобилизация, однако изменений в составе и базировании ВМС вероятного противника не отмечено. В связи с этим флот расширил зону воздушной разведки в Баренцевом море, усилил корабельные дозоры у Кольского залива, установил дежурство кораблей в главной базе - Полярном, самолётов на аэродромах, береговых батарей и батарей ПВО, увеличил состав сил в боевом ядре.

В течение дня 17 июня немецкие самолёты неоднократно нарушали нашу государственную границу в Заполярье.

На западе. БФ в повседневной готовности. Отмечены: концентрация немецких и финских войск у наших границ, усиление деятельности их морской, воздушной и агентурной разведки, нарушение морских и воздушных границ СССР. Под видом подготовки к учениям финский флот приведён в боевую готовность.

В этих условиях БФ приступил к ведению систематической воздушной разведки акваторий, прилегающих к нашим терводам, Ботнического залива, Данцигской1 бухты и средней части Балтийского моря. Выставлены корабельные дозоры в устье Финского залива, проливах Ирбенском и Соэлозунд, у Либавы. Отряд лёгких сил флота (OЛC) и два дивизиона подводных лодок перебазированы из Либавы в Усть-Двинск.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2, введенной с началом флотского учения 14 июня. Выявлено, что немецкие и румынские войска выдвинуты к нашим границам, на аэродромы Румынии прибывают сотни германских самолётов, поставляется материальная часть для береговой артиллерии и минное оружие. Считалось, что ВМС Румынии усилены немецкими подводными лодками. В качестве ответных мер флот провёл мероприятия по повышению готовности к отражению агрессии, в числе которых был и выход на учение в северо-западную часть Чёрного моря.

1 Здесь и далее наименование географических пунктов приводятся так, как они употреблялись в документах тех лет.

[Cmboat.ru]

http://cmboat.ru/vov18-06-1941%e2%80%8e/
На севере. СФ в повседневной готовности. Продолжаются вторжения немецких самолётов в наше воздушное пространство. В течение дня в главной базе дважды объявлялась готовность ПВО № 1 и воздушная тревога. Истребители ВВС флота обстреляли неизвестный самолёт, а зенитные батареи - немецкий Ме-110. В дозоре к Цып-Наволоку вышла подводная лодка М-176 (старший лейтенант Бондаревич И.Л.).

На западе. БФ в повседневной готовности. В Хельсинки прибыл отряд немецких кораблей. 4 минных заградителя и 6 тральщиков германских ВМС ставили мины между Мемелем и о. Эланд.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2. Завершены учения флота.

[Cmboat.ru]

http://cmboat.ru/vov19-06-1941/

На севере. Вновь в течение дня в главной базе СФ дважды объявлялась воздушная тревога. Зенитная артиллерия открывала огонь по нарушителям, а истребительная авиация изгоняла их из нашего воздушного пространства. В связи с объявлением Финляндией мобилизации по флоту дан сигнал о введении оперативной готовности № 2. Начато рассредоточение подводных лодок.

На западе. В 17:25 по БФ объявлено о введении оперативной готовности № 2. В дозор к Ирбенскому проливу вышла подводная лодка С-7 (капитан-лейтенант Лисин С.П.).

На юге. Корабли ЧФ возвратились в базы после учения. Оперативная готовность № 2 не отменялась.

[Cmboat.ru]

http://cmboat.ru/vov20-06-1941/

На севере. СФ в оперативной готовности № 2. Зенитная батарея обстреляла над Ваенгой самолёт без опознавательных знаков.

На западе. БФ в оперативной готовности № 2. Число германских кораблей, прибывших в Хельсинки, достигло 48 единиц.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2.