*305. Вторая мировая война-3 [Архив] - Страница 19 - Форум "Солнечногорской газеты"-для думающих людей

Л. А. Колоцей, М. Я. Колоцей, М.В.Мартен, И. Д .Бельская

05.02.2021, 11:35

https://texts.news/istoriya-uchebniki-vsemirnaya/sovetskiy-soyuz-nakanune.html
В условиях надвигающейся с Запада и Востока внешней военной опасности Советской стране необходимо было быстрейшее осуществление мероприятий по укреплению индустриальной самостоятельности страны, ее обороноспособности.

XVIII съезд ВКП(б) (март 1939 г.) поставил задачу: догнать и перегнать наиболее развитые капиталистические государства по производству продукции на душу населения.
Угроза войны определила характер промышленного развития Советской страны в третьей пятилетке (1938 - 1942 г.). Главные усилия были направлены на развитие отраслей промышленности, обеспечивающих обороноспособность страны. Были осуществлены специальные военно-экономические мероприятия. На Урале, в Сибири, Средней Азии ускоренными темпами развивалась топливно-энергетическая база. Большое значение имело создание «второго Баку» - нового нефтедобывающего района между Волгой и Уралом. Особое внимание обращалось на металлургическую промышленность - основу военного производства. Был расширен и модернизирован Магнитогорский металлургический комбинат, завершено строительство Нижнетагильского. Были созданы «заводы-дублеры» (филиалы заводов Европейской части СССР) на Урале, в Западной Сибири и Средней Азии - в районах вне пределов досягаемости авиации вероятного противника.

В сельском хозяйстве расширялись посевы технических культур (сахарной свеклы, в первую очередь, хлопка, необходимо-

го для производства взрывчатых веществ), осуществлялись мероприятия по расширению посевных площадей и увеличению производства зерновых в Сибири и Казахстане. К 1941 г. были созданы значительные продовольственные резервы.

Принимались меры по ускоренному развитию транспорта. С 1938 г. до середины 1941 г. было построено и коренным образом реконструировано около 3 тыс. промышленных предприятий. Особое внимание уделялось строительству авиационных, танковых и других оборонных заводов.

В первые месяцы войны стали производить автоматическое стрелковое оружие (пистолет- пулемет Шпагина - ППШ) и установки реактивной артиллерии БМ-13 («Катюша»). В годы третьей пятилетки были разработаны новые конструкции самолетов, но их широкое производство до войны наладить не сумели. Массовый выпуск современных танков Т-34 и КВ промышленность к началу войны не освоила.
Осуществлялись важные мероприятия и в области военного строительства, завершился переход к кадровой системе комплектования армии. После советско-финской войны особое внимание уделялось созданию отдельных бронетанковых и ме-ханизированных частей, развитию военно-воздушных сил. В 1 940 г. были установлены генеральские и адмиральские звания в армии и на флоте, повышен авторитет высших офицерских кадров. В 1940 г. был уволен нарком обороны К.Е.Ворошилов и назначен маршал С.К.Тимошенко.

Среди населения развернулась оборонно-массовая работа.

Для повышения производительности труда, поощрения трудового энтузиазма проводились социалистические соревнования, были учреждены звания Героя Социалистического Труда, медали «За трудовую доблесть», «За трудовое отличие».

Партийное руководство страны и лично И.В.Сталин уделяли особое внимание патриотическому воспитанию народа. Оно велось на основе возвращения к историческим и культурным ценностям отечественной истории. Широко пропагандировалась деятельность Александра Невского, Дмитрия Донского, К.Минина, А.Пожарского, А.В.Суворова, М.И.Кутузова и др. Иван Грозный и Петр I провозглашались образцовыми государственными деятелями. В 1937 г. были торжественно отмечены 125-летие Бородинской битвы и 100-летие со дня смерти А.С.Пушкина.

Таким образом, советское правительство провело серию экономических, военных, социально-политических и идеологических мероприятий для укрепления обороноспособности страны.

Международная обстановка существенно изменилась. Начавшийся в 1 929 г. мировой экономический кризис вызвал серьезные внутриполитические изменения во всех капиталистических государствах.

Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки.Узнать стоимость своей работы
В одних (Англия, Франция и др.) к власти пришли силы, стремившиеся осуществить широкие внутренние преобразования демократического характера. В других (Германия, Италия) кризис способствовал формированию антидемократических (фашистских) режимов, которые стали зачинщиками новых военных конфликтов (особенно после прихода 30 января 1933 г. Гитлера к власти в Германии).
Быстрыми темпами начали формироваться очаги международной напряженности. В связи с этим советское правительство определило новые задачи своей внешней политики: отказ от участия в международных конфликтах, особенно имеющих военный характер; признание возможности сотрудничества с демократическими западными странами для сдерживания агрессивных устремлений Германии и Японии (политика «умиротворения»); борьба за создание системы коллективной безопасности в Европе и на Дальнем Востоке.

Главная задача внешней политики СССР - пресечь в зародыше фашистскую агрессию. 16 ноября 1933 г. правительство США установило дипломатические отношения с СССР. Это было крупным успехом советской внешней политики. В 1934 г. СССР был принят в Лигу Наций и стал постоянным членом ее Совета. В декабре 1933 г. ЦК ВКП(б) принял решение о развертывании борьбы за коллективную безопасность.

Перед советской дипломатией была поставлена задача заключения пакта о взаимной защите от агрессии с участием широкого круга европейских государств. К лету 1934 г. был подготовлен советско-французский проект регионального соглашения (Восточный пакт). Планировавшаяся система соглашений имела своей целью пресечение любой агрессии и обеспечение стабильности в Европе. Но эта идея создания Восточного пакта натолкнулась на серьезные препятствия: Германия и Польша отказались участвовать в предложенном соглашении, а Англия высказала ряд оговорок, стремясь похоронить советско-французский проект.

В связи с этим советское правительство решило пойти по пути заключения двусторонних договоров с государствами, заинтересованными в отпоре агрессии. 2 мая 1935 г.

в Париже был подписан советско-французский договор о взаимной помощи, а 16 мая в Праге - договор между СССР и Чехословакией. По
предложению Чехословакии была сделана оговорка, что взаимную помощь участники окажут при условии, если жертве нападения будет оказана помощь со стороны Франции. Эти договоры СССР рассматривал как важный шаг к созданию системы коллективной безопасности.

Политика «умиротворения», проводимая западными державами в отношении Германии, Италии и Японии, не давала положительных результатов. Международная напряженность усиливалась. Фашистская Италия в октябре 1935 г. начала войну против Абиссинии. 7 марта 1936 г. Германия ввела свои войска на территорию Рейнской демилитаризованной зоны. Руководящие круги Западных стран встали на путь попустительства агрессорам. В этот же день Германия заявила о своем отказе от Локарнских соглашений.

Однако в середине 30-х годов во внешнеполитической деятельности советского руководства наметился отход от принципа невмешательства в международные конфликты. В 1936 г. СССР оказал помощь правительству Народного фронта Испании оружием и военными специалистами для борьбы с генералом Ф.Франко, которому политическую и военную поддержку оказывали Италия и Германия. Гражданская война в Испании закончилась в 1939 г. победой франкистов. Интервенция Германии и Италии в Испании ускорила оформление военного блока фашистских держав. Против СССР в 1936 г. был создан союз - антикоминтерновский пакт, куда вошли Германия и Япония, в 1937 г. к нему присоединилась Италия.

Особенно опасными для сохранения мира и безопасности в Европе были территориальные притязания Германии. 1 2 марта 1938 г. германские войска захватили Австрию, в 1939 г. Германия оккупировала всю Чехословакию. В это же время Гитлер захватил у Литвы Мемельскую область с портом Мемель (Клайпеда), потребовал у Польши передачи Германии Данцига (Гданьск). После захвата в марте 1939 г. Германией Чехии и Моравии советское правительство предпринимает попытку заключить с Англией и Францией соглашение о совместных действиях по отпору агрессии в Европе. В апреле 1939 г. советское правительство предложило заключить между этими странами тройственный договор о взаимопомощи и военной конвенции. 31 мая 1939 г. советское правительство приняло предложение Англии и Франции начать переговоры с целью укрепления взаимоотношений и организации отпора агрессии фашистских государств. 11 августа в Москву прибыли военные делегации

этих стран. Но их руководители не имели мандатов на подписание договора. Переговоры прошли безрезультатно, ибо политика правительств Англии и Франции была непоследовательной. Они не хотели связывать себя конкретными обязательствами, что фактически означало проведение политики попустительства фашистской агрессии. Эта политика особенно проявилась после Мюнхенской конференции (29 сентября 1938 г.), на которой были приняты решения, открывшие фашистам путь к развертыванию агрессии. В Мюнхене был подписан не только смертный приговор Чехословакии, но и было ясно продемонстрировано поощрение германской агрессии на Восток, против СССР.

В это же время на Дальнем Востоке активизировались японские милитаристы. В июле 1938 г. они вторглись на советскую территорию у озера Хасан, недалеко от Владивостока. Потерпев поражение, агрессор не унялся. В мае 1939 г. японцы напали на Монголию, зная, что между этой страной и СССР существует договор о взаимопомощи, по которому СССР обязался защищать монгольскую территорию, как свою собственную. В течение 3-х месяце в районе реки Халхин-Гол продолжались тяжелые бои, окончившиеся победой советских войск. Таким образом, и в Европе, и на Дальнем Востоке появилась реальная угроза войны.

В мае 1939 г. Литвинов был снят с поста наркома и наркомом иностранных дел стал В. М. Молотов, который поддерживал Сталина во всех вопросах внутренней политики, всегда призывал громить оппозицию.

20 августа 1939 г., когда в Москве еще велись советско-франко-английские переговоры, Гитлер направил Сталину телеграмму, в которой выдвинул требование заключения договора о ненападении между Германией и СССР. Безрезультативность англо-франко-советских переговоров, интенсивная подготовка Германии к походу против Польши (план «Вайс») вынудили советское правительство принять предложение Германии. Идя на эти переговоры, советское правительство учитывало и позицию Польши. Польское правительство придерживалось антисоветского курса во внешней политике, категорически отказывалось разрешить проход советским войскам через Польшу, чтобы сдержать наступавшего агрессора. В такой накаленной обстановке и начались советско-германские переговоры по экономическим, а затем и политическим вопросам. Результатом их стало подписание 23 августа 1939 г. советско-германского договора о ненападении.

Для Гитлера договор был тактическим шагом, поскольку он нужен был ему для решения ближайшей задачи - порабощения Польши. Следующим на очереди был Советский Союз.

Для СССР договор с Германией имел большое тактическое и стратегическое значение. В условиях неизбежной войны Германии против Польши договор мог обеспечить СССР безопасность за счет ограничения продвижения немецких войск на восток и отказа Германии от использования Прибалтийских государств в антисоветских целях. Сталин учитывал и то обстоятельство, что в условиях начавшейся войны наша страна могла по договоренности с Германией решить свои территориальные проблемы. Для СССР было важно возвратить такие территории, как Западная Украина, Западная Белоруссия, Бессарабия и др., которые были отторгнуты от советских республик насильственным путем еще в ходе гражданской войны. При принятии решения о заключении договора с Германией сыграл свою роль и японский фактор. Япония была открытым противником СССР. Она находилась в союзе с Германией и неоднократно пыталась втянуть СССР в военный конфликт (1938 г. - конфликт у озера Хасан, 1939 г. - на реке Халхин-Гол). Для СССР существовала угроза войны на два фронта, и, по мнению Сталина, договор с Германией мог от этого спасти. Одной из дальних стратегических задач Сталина при заключении договора с Германией была также попытка столкнуть между собой две враждующие капиталистические группировки и, таким образом, сохранить для СССР мир на довольно длительный срок. Однако пакт с Гитлером нанес урон престижу СССР.

Чего же конкретно добилась наша страна в результате заключения договора с Германией? Во-первых, СССР избежал войны на два фронта, а такая опасность ему реально угрожала. Договор между СССР и Германией был подписан в разгар боев между советскими и японскими войсками на Халхин- Голе. Возникшее тогда недоверие между Японией и Германией не было преодолено и до конца второй мировой войны. Во- вторых, СССР нанес решительный удар по планам капиталистических государств в создании единого антисоветского фронта. Были сорваны все замыслы европейских «мюн- хенцев» объединить Германию, Англию и Францию в антисоветских планах. В-третьих, СССР избежал войны в 1939 г. и получил около двух лет передышки для укрепления своей обороноспособности. Но это время было использовано СССР менее эффективно, чем Германией.

1 сентября 1939 г. Германия развязала боевые действия против Польши. 3 сентября в соответствии с выданными Польше гарантиями Англия и Франция объявили войну Германии. Польская армия, не получив помощи, была разбита. Германия захватила почти всю Польшу.

17 сентября начался освободительный поход советских войск на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии. 28 сентября был подписан советско-германский договор «О дружбе и границе», по которому западная граница СССР проходила по рекам Западный Буг и Нарев. Красная Армия продвинулась на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии примерно на 200 - 250 км. Население советские войска встречало радушно. В октябре 1939 г. прошли заседания Народных собраний Украины - во Львове, Белоруссии - в Белостоке. Они приняли решения об установлении советской власти, о конфискации помещичьих земель, национализации банков и крупных промышленных предприятий. На заключи-тельных заседаниях Народных собраний были избраны полномочные представители, которым поручалось войти в Верховный Совет Союза ССР и Верховные Советы УССР и БССР с просьбой о включении западных земель Украины и Белоруссии в состав СССР и воссоединении их с Советской Украиной и Советской Белоруссией. Внеочередные сессии Верховного Совета СССР и Верховных Советов УССР и БССР в ноябре 1939 г. удовлетворили просьбу Народных собраний Западной Украины и Западной Белоруссии. Так произошло воссоединение Западной Украины и Западной Белоруссии с соответствующими союзными республиками.

Летом 1940 г. на территорию стран Прибалтики были введены войска Красной Армии. Фашистские правительства Латвии, Литвы, Эстонии были свергнуты. В июле 1940 г. прошли выборы в Народные сеймы Латвии и Литвы и Государственную думу Эстонии. Вновь была восстановлена советская власть в Латвии, Литве, Эстонии, которые в начале августа 1940 г. седьмой сессией Верховного Совета СССР были приняты в состав СССР, в результате чего страны Балтии утратили свою независимость вплоть до начала 90-х годов.

В июне 1940 г. мирным путем был разрешен вопрос о возвращении СССР территорий Бессарабии и Северной Буковины. Идя навстречу пожеланиям трудящихся Бессарабии и Молдавии, седьмая сессия Верховного Совета СССР приняла в августе 1940 г. Закон об образовании Молдавской ССР. Ото-

шедшая к СССР Северная Буковина, населенная украинцами, вошла в состав УССР.

На вновь приобретенных территориях начались социалистические преобразования, аналогичные тем, которые были проведены в СССР в конце 20-х - 30-е годы. Они, однако, сопровождались массовым террором и депортацией значительной части населения во внутренние области Советского Союза.

В конце 1939-начале 1940 г. шла малая война СССР с Финляндией. СССР объективно нуждался в упорядочении советско-финской границы, которая проходила в 32 км от Ленинграда, и решении других спорных вопросов. Англия и Франция, со своей стороны, подстрекали Финляндию к роли антисоветского плацдарма. Обе стороны могли бы избежать войны. Но Сталин и Молотов встали на путь запугивания и нажима на Финляндию, что привело к войне. Предполагалось передать власть в Финляндии правительству, сформированному из финских коммунистов на территории СССР. В середине ноября 1939 г. на военном совете Сталин заявил: «Нам придется воевать с Финляндией». 30 ноября войска Ленинградского военного округа перешли границу Финляндии. Советские люди называли эту войну «финской», финны - «зимней», А. Т. Твардовский - «незнаменитой». Исследования ученых показали, что правомерно еще одно определение: война, которой могло и не быть. В декабре 1939 г. СССР был обвинен в агрессии и исключен из Лиги Наций.

Война оказалась крайне тяжелой, выявила множество недостатков Красной Армии. И все же советские войска преодолели «Линию Маннергейма» и принудили Финляндию подписать в марте 1 940 г. мирный договор с СССР, по которому Финляндия сохраняла свою независимость, а СССР получил Карельский перешеек с городами Выборг и Приозерск, ряд районов Карелии и военную базу на о. Ханко. Граница между СССР и Финляндией прошла по линии, существовавшей до присоединения Финляндии к Российской империи (1809 г.).

В предвоенные годы, таким образом, произошли существенные изменения в размерах территории СССР и численности населения. В границах к началу 1939 г. территория СССР составляла 21 млн. кв. км, к началу 1941 г. она увеличилась до 22,1 млн. кв. км. Население Советского Союза в 1940 г. достигло 191,7 млн. человек. По переписи населения на 17 января 1939 г. оно составляло 170,6 млн. человек. Это значительное увеличение населения страны произошло как вследствие естественного прироста, так

и главным образом в результате вхождения в СССР новых областей и республик.

Накануне Великой Отечественной войны в политике нашего государства большое внимание уделялось наращиванию экономического могущества, росту военной промышленности. Огромную роль в решении этих вопросов сыграла XVIII Всесоюзная партконференция (февраль 1941 г.), на которой отмечалось, что в выполнении третьей пятилетки имеются существенные недостатки. Партконференция потребовала укрепления военной мощи СССР. Это объяснялось нарастанием военной угрозы. Требовалось вооружить народное хозяйство передовой техникой и держать страну в состоянии боевой готовности.

Постановка этих задач вынуждала расходовать на оборону страны большие средства. В первой пятилетке ассигнования на вооруженные силы составили 5,4% бюджета, во второй пятилетке - 12,6%, а за три года третьей пятилетки - 26,4%. В начале 1941 г. на военные цели расходовалось уже 43,4% средств бюджета.

В результате этих мер к концу 30-х годов СССР обладал значительным военно-экономическим потенциалом. Социалистическая индустриализация дала возможность оснастить Красную Армию передовыми для своего времени боевой техникой и оружием. Однако значительная часть новой техники поступила в армию не к лету 1941 г., а значительно позднее, что отрицательно сказалось на первом этапе войны.

Отрицательную роль в наращивании экономической и военной мощи СССР сыграли репрессии в отношении руководи-телей промышленности, конструкторов военной техники и инженеров. Погиб в застенках НКВД один из творцов «Катюш» Г.Э.Лангемак, в лагерях многие годы провели С.П.Королев, В. П. Глушко и другие ведущие конструкторы. Создатель аппаратуры для обнаружения самолетов с помощью электромагнитного луча П.Ощепков встретил войну в тюрьме, А.Люльке было запрещено работать над созданием реактивного авиадвигателя. В закрытых, полутюремного типа КБ работали А .Туполев, П.Сухой, Н. Поликарпов и др.

Разрушение военной мощи СССР происходило также в результате необоснованных репрессий против крупных военачальников. В течение 1937-1938 г. из пяти маршалов СССР погибли трое, а всего из штатных списков РККА были вычеркнуты 259 старших командиров и комиссаров начальствующего состава. В начале 1939 г. погибли все пять командармов I ранга.

Ушли из жизни командующий Белорусским военным округом И.П.Белов, заместитель наркома обороны Н.Ф.Федько. Всего жертвами репрессий стали около 40 тыс. командиров РККА и флота, из которых к началу войны возвратились в строй не более 150 человек.

Много просчетов было допущено накануне войны и в использовании военной техники. Опыт Испании, освободительного похода в Западную Украину и Западную Белоруссию показал недостатки массового использования громоздких танковых корпусов, в связи с чем началась их реорганизация. Сказывалось и отсутствие опыта работы у многих командиров, пришедших на место репрессированных. Значительные просчеты были допущены в развитии советской военной доктрины. Считалось, что армия агрессора будет остановлена пограничными войсками и частями НКВД, а затем Р KKA отбросит противника за государственную границу и перейдет в победоносное наступление. Неверно истолкованные результаты испанской войны побудили военное руководство отказаться от специализированных воздушных армий, чем было сведено на нет стратегическое назначение авиации. Проба сил СССР в войне с Финляндией выявила недостатки в управлении и оснащении войск. РККА оказалась в тактическом отношении неподготовленной к ведению войны в связи с отсутствием четкого взаимодействия родов войск. Следовало срочно исправлять положение. С этой целью в марте 1940 г. был созван Пленум ЦК ВКП(б), который разработал комплекс мер по укреплению обороноспособности страны с учетом уроков войны.

В результате оборонной промышленности были переданы заводы, производившие сельскохозяйственную технику и мебель. Был остановлен выпуск устаревших самолетов и броневой техники, созданы новые истребители ЯК-1, МИГ-3, штурмовик ИЛ-2. Появились самолеты с высокой точностью бомбометания, в частности, пикировщик По-2. Однако вскоре обнаружился острый недостаток квалифицированной рабочей силы и особенно ИТР. Пришлось пойти на амнистию заключенных из числа организаторов промышленного производства, конструкторов и ученых. В 1939 г. была принята программа развития государственных трудовых резервов с целью подготовки квалифицированных рабочих через сеть ремесленных училищ, ФЗО, ФЗУ. В 1940 г. был осуществлен переход на 8-часовой рабочий день и 7- дневную рабочую неделю. Был принят закон о судебной ответственности за самовольное увольнение, прогулы и опоздания

на работу. В 1939 г. был принят закон о всеобщей воинской обязанности, разработан текст новой военной присяги. Эти меры позволили увеличить численность армии с 1,9 млн. человек в 1939 г. до 5,4 млн. к началу Великой Отечественной войны.

Однако грубые просчеты в оценке ситуации привели к тяжелым последствиям в начале войны. Красная Армия, уступая противнику в личном составе и артиллерии, превосходила его по всем другим показателям. Это преимущество гипнотизировало советское руководство, порождало самоуверенность и психологию «шапкозакидательства». Располагая достаточными для отражения агрессии силами, политическое и военное руководство страны оказалось неспособно рационально ими распорядиться. Планом прикрытия границы предусматривалось равномерное распределение войск как в глубину, так и по линии фронта. В начале войны это привело к тому, что соединения вступали в сражение поочередно, в отрыве от соседей, и противник получал возможность вести их уничтожение по частям, практически на марше. Авиация концентрировалась на приграничных аэродромах, что привело к тяжелым последствиям, так как противник ударил по ним в первые часы войны. Тотальная регламентация тактики РККА лишала воинов инициативы за пределами уставов и наставлений. Многие командиры всех уровней были профессионально и психологически не готовы к самостоятельным действиям. Из-за ошибочного прогноза военной и политической обстановки, боязни спровоцировать конфликт с Германией войска не были приведены в боевую готовность. Все это вместе взятое дорого обошлось стране, армии и народу.

Самоучитель Python
praktikum.yandex.ru

Обучаем разработчиков с нуля в Яндекс.Практикуме. 20 часов практики – бесплатно.
О сервисе
Веб-разработчик
Инженер по тестированию
Аналитик данных
₽
Новый жилой комплекс в Мневниках
level.ru

Level Причальный: 7 минут пешком до м. Шелепиха. Более 80! видов планировок. Звоните!
80+ видов планировок
5 редких форматов
3 вида отделки
Стильные лобби
Черновой Ремонт Под Ключ - 3000₽ м2
rewedo.ru

Черновая и предчистовая отделка и ремонт квартир и домов без предоплаты!
Точная смета
Оплата без аванса
Гарантия от 2 лет.
до 3000₽ за м2
|
Источник: Л. А. Колоцей, М. Я. Колоцей, М.В.Мартен, И. Д .Бельская. Всемирная история новейшего времени: Учеб. пособие.В 2 ч. Ч. 1 - 1917 - 1945 годы Л. А. Колоцей, М. Я. Колоцей, М.В.Мартен, И. Д .Бельская / Отв. ред. Л .А .Колоцей. - Гродно: ГрГУ,2002. - 226 с.. 2002

Сергей Гусаров

06.02.2021, 08:03

https://russian.rt.com/russia/article/756619-arhiv-minoborony-pervye-dni-voina

19 июня 2020, 13:11

Минобороны России опубликовало новые архивные материалы о Великой Отечественной войне, посвящённые её первым дням. В специальном разделе размещены оперативные и разведывательные сводки, шифрограммы, а также воспоминания участников боёв и их дневниковые записи. В них командиры делятся своим мнением о первых соприкосновениях с противником, в частности говорят о сильных и слабых сторонах гитлеровских войск. Наряду с этими материалами обнародованы архивы о подготовке Парада Победы на Красной площади, который состоялся 24 июня 1945 года.
«Немцы очень боятся штыковых атак»: опубликованы архивные документы о первых днях Великой Отечественной войны
РИА Новости © Анатолий Гаранин

В преддверии 79-й годовщины начала Великой Отечественной войны Минобороны РФ опубликовало архивные документы о первых её днях. Материалы размещены в мультимедийном разделе «В первые дни Великой войны» на сайте ведомства.

Обнародованы оперативные и разведывательные сводки Генштаба Красной армии, сводки с фронтов, шифрограммы, а также воспоминания участников первых боёв и их дневниковые записи.

«Публикация документов о начале Великой Отечественной войны из фондов Центрального архива Минобороны России является продолжением деятельности военного ведомства, направленной на охрану и защиту исторической правды, на противодействие фальсификациям истории, попыткам пересмотра итогов Второй мировой войны», — отметили в Минобороны.

В частности, опубликован документ с данными Разведывательного управления Генерального штаба Красной армии, из которого следует, что к 22 июня 1941 года командование гитлеровской Германии сосредоточило на границе с Советским Союзом 114 пехотных, 11 моторизованных и 15 танковых дивизий.

«Противник, упредив советские войска в развёртывании, вынудил части Красной армии принять бой в процессе занятия исходного положения по плану прикрытия. Используя это преимущество, противнику удалось на отдельных направлениях достичь частного успеха», — констатировал начальник Генштаба генерал армии Георгий Жуков в оперсводке Генерального штаба №1 от 22 июня 1941-го.

Опубликована также карта, на которой отмечено положение войск Западного фронта и немецких частей в первый день Великой Отечественной войны. Красной штриховкой отмечены стрелковые части и соединения, чёрной — танковые и механизированные части Западного фронта. Синим цветом обозначены места дислокации немецких частей.

© Министерство обороны РФ
Также опубликован документ от 23 июня о формировании Ставки Верховного Главнокомандования — высшего органа стратегического руководства. В его состав были включены нарком обороны маршал Семён Тимошенко, начальник Генштаба Георгий Жуков, председатель Совнаркома Иосиф Сталин, нарком иностранных дел Вячеслав Молотов, маршал Климент Ворошилов, маршал Семён Будённый и нарком Военно-морского флота адмирал Николай Кузнецов.

Согласно сведениям из утренней оперативной сводки 23 июня, в течение всей ночи противник массированно бомбил приграничные районы и аэродромы. Наиболее интенсивно бомбардировки велись на Западном фронте в направлении Минска и Бобруйска. Вместе с тем гитлеровцы и их союзники стягивали войска к границе СССР на севере.

Из рассекреченных архивов следует, что, несмотря на тяжелейшее положение войск Красной армии в начале войны, некоторым её частям удавалось не только наносить урон противнику, но и одерживать первые победы на отдельных участках фронта и даже отбрасывать наступающих за госграницу СССР.

Также по теме

Финальный аккорд войны: Минобороны рассекретило документы к 75-летию взятия Берлина
Минобороны России к 75-летию взятия Берлина рассекретило ряд архивных документов. В специальном мультимедийном разделе на сайте...
Сообщается, что только за 23 июня советская фронтовая авиация и зенитная артиллерия уничтожили 50 самолётов противника, ещё 177 — 24 июня. Во Львовской области части 6-й армии в районе Рава-Русской разгромили противника и отбросили его за госграницу. Аналогичного успеха удалось добиться подразделениям 12-й армии Юго-Западного фронта.

В целом немецкие и румынские войска развивали наступление, одновременно атакуя аэродромы, расположение советских войск и населённые пункты.

«Войска Красной армии, прикрывая сосредоточение своих основных сил, оказывают упорное сопротивление противнику, нанося ему значительные потери», — говорится в вечерней оперсводке Генштаба Красной армии от 24 июня.

Среди опубликованных документов представлены мнения командиров о первых боях советских частей с противником. Отмечается, что командование Красной армии придавало большое значение всестороннему анализу положения на фронтах из первых рук.

Многие командиры Красной армии рассказали об эффективном применении немцами миномётов, танков и фронтовой авиации, хорошем взаимодействии пехоты с самолётами при помощи сигнальных ракет.

Говоря о слабостях врага, командиры отмечали, что «ночью немцы, как правило, не ведут боёв», «солдаты отдыхают или пьянствуют», проявляют «беспечность в расположении танковых частей на отдых», артиллеристы ведут огонь «без учёта его действенности, с тем чтобы показать силу своего огня».

Один из раненых в первые месяцы войны командиров, младший лейтенант Кукачёв, отмечал: «Немцы очень боятся штыковых атак и после крика «ура!» бросаются в бегство... При появлении наших истребителей — даже одного — немецкие бомбардировщики уходят».

Архивные документы к 75-летию Парада Победы на Красной площади
В ещё одном блоке архивных документов опубликованы материалы, приуроченные к 75-летию Парада Победы на Красной площади, который состоялся 24 июня 1945 года. Эти материалы размещены в разделе «Триумф народа-победителя».

В Минобороны отметили, что посетители портала смогут ознакомиться с ранее неизвестными архивными материалами, которые в деталях описывают порядок подготовки и проведения исторического события, со схемами построения парадных расчётов и с фотографиями того времени.

В частности, сообщается, что решение о проведении парада победителей было принято Сталиным 15 мая 1945 года. Как писал в своих воспоминаниях замначальника Генштаба генерал армии Сергей Штеменко, главком приказал подготовить и провести особый парад, в котором будут участвовать представители всех фронтов и всех родов войск.

В документах приведено множество других подробностей подготовки парада. Личный состав для участия в марше отбирался с особой тщательностью, первыми кандидатами становились те, кто проявил в боях мужество и героизм, храбрость и воинское мастерство.

Также по теме

«Будем твёрдо защищать правду»: Путин написал статью о Второй мировой войне
Пренебрежение уроками истории обернётся жестокой расплатой. Такое мнение высказал президент России Владимир Путин в своей статье,...
Одной из сложностей при подготовке парада стал пошив парадного обмундирования. Швейные фабрики приступили к этой работе в конце мая и сумели справиться с задачей к 20 июня. Сложным оказалось и изготовление десяти штандартов, под которыми должны были выйти на парад сводные полки фронтов.

Сначала эту работу поручили подразделению московских военных строителей, которые трудились над образцом круглосуточно, но он был забракован. Примерно за десять дней до парада было принято решение обратиться за помощью к специалистам художественно-производственных мастерских Большого театра, которые помогли выполнить заказ.

«Совместно с ними сделали новый эскиз оригинальной формы. На вертикальное дубовое древко с серебряным венком, обрамлявшим золотую пятиконечную звезду, крепился горизонтальный металлический штырь с золотыми шпилями на концах. На нём подвешивалось двустороннее алое бархатное полотнище штандарта, окаймлённое золотой узорчатой ручной вязью и наименованием фронта. По сторонам спадали отдельные тяжёлые золотые кисти» — так описали эти штандарты в Минобороны.

На сайте военного ведомства также размещён план светового салюта, который состоялся в Москве 24 июня 1945 года в 23:00. К участию в нём было подготовлено 100 прожекторов, 6 тыс. ручных ракетниц, двести 107-мм ракетниц, 500 аэростатов заграждения.

Отметим, что в 2020 году руководство страны приняло решение провести парад Победы 24 июня. Все традиционные мероприятия, приуроченные к 75-й годовщине победы в Великой Отечественной войне, были перенесены с 9 мая из-за ситуации с распространением коронавирусной инфекции.

«Мы сделаем это 24 июня, в день, когда в 1945 году состоялся легендарный, исторический парад победителей, когда по Красной площади прошли бойцы, сражавшиеся под Москвой и защищавшие Ленинград, дравшиеся под Сталинградом, освобождавшие Европу, бравшие штурмом Берлин», — комментировал решение о дате проведения парада Владимир Путин.

МТРК "Мир"

07.02.2021, 05:57

nBFKoGlH0mc
https://www.youtube.com/watch?v=nBFKoGlH0mc

Елена Прудникова

08.02.2021, 19:29

NXB69BF3OS4
https://www.youtube.com/watch?v=NXB69BF3OS4

А.П. Ворошень

10.02.2021, 07:29

https://historical-fact.livejournal.com/216639.html

vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2020-06-27 11:20:00 194
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
Армия
1941. 6-й мехкорпус РККА в боях под Гродно
Автор статьи - Ворошень А.П.
http://artofwar.ru/w/woroshenx_a_p/text_0830-1.shtml

6-й мехкорпус РККА начал формирование 15 июля 1940 года. Управление корпуса создано на базе управления 3-го кавалерийского корпуса. Численность танков колеблется по разным источникам от 1021 до 1131, в том числе более 450 новейших Т-34 и КВ. На 1 июня 1941 имелось: 242 бронеавтомобиля, 4779 автомобилей, 294 трактора, 1042 мотоцикла. Из доклада командира 7-й тд С.В.Борзилова: 'На 22.6.1941 г. Дивизия была укомплектована в личном составе рядового состава - 98%, мл. начсостава - 60%, командного состава - 80%. Материальная часть: КВ -- 51, Т-34--150, БТ-5-7 примерно 125, Т-26--42. Кроме этого броневики, транспорт и спец.машины. Обеспеченность дивизии боевым имуществом: снарядов 76-мм - один боекомплект, бронебойных снарядов 76-мм - не было, снарядов 45-мм - 1,5 бк, патронов всех марок - 1,25 бк, ГСМ Б-70 и КБ-70 - 3 заправки. Дизельного топлива - 1 заправка.'

Согласно планам прикрытия Западного Особого военного округа 6-й мехкорпус включался в район прикрытия номер 2 - Белостокского. Задача корпусу по плану:
"В случае прорыва крупных мотомехсил противника с фронта Остроленка, Малкиня-Гурна на Белосток 6-й кав корпус с 7 птбр выбрасывается на р. Нарев, на фронт Тыкоцин, Сураж, ст. Страбля и при поддержке 43 сад и 12 бад уничтожает танки и пехоту противника, не допуская их распространения восточнее указанного рубежа.11-й мехкорпус под прикрытием 2 сд и 7 птбр сосредоточивается в районе Стренькова Гура, Тыкоцин, Кнышин и во взаимодействии с 6-м кавкорпусом и 11 сад атакует мотомехчасти противника в общем направлении на Замбрув, уничтожая их и отбрасывая остатки под удар 6-го мехкорпуса. 6-й мехкорпус под прикрытием 7 птбр сосредоточивается в районе ст. Страбля, Райск, Рыболы и, атакуя противника в общем направлении на Высоке-Мазовецк, Замбрув или Соколы, Стренькова Гура, во взаимодействии с 9, 43 сад и 12 бад уничтожает его мехкорпуса". В случае прорыва крупных мотомехчастей противника с фронта Соколув, Седлец в направлении на Бельск, Хайнувка, Волковыск 100-я СД совместно с 7 птбр, 43 сад и 12 бад, прочно заняв тыловой рубеж на фронте Грулек, Хайнувка, Войнувка, уничтожает наступающие танки и мотопехоту противника, не допуская их распространения восточнее этого рубежа. 6-й мехкорпус из района Белосток наносит удар в общем направлении на Браньск, Цехановец и во взаимодействии с 9 сад и 12 бад уничтожает противника". Как ясно из текста, Генштаб предполагал мощный прорыв немцев в районе Сувалки - Гродно, и собирался использовать 6-й мехкорпус для подрезания основания немецкого танкового тарана.

Командир корпуса - генерал-майор М. Г. Хацкилевич, начальник штаба - полковник Е. С. Коваль. Состав: 4-я танковая дивизия (генерал-майор танковых войск А. Г. Потатурчев), 7-я танковая дивизия (генерал-майор танковых войск С. В. Борзилов), 29-я моторизованная дивизия им. Финляндского пролетариата (генерал-майор И. П. Бикжанов), 4 мотоциклетный полк (полковник М. Ф. Собакин), 185-й отдельный батальон связи, 41-й отдельный мотоинженерный батальон.
Незадолго до начала войны командиром корпуса генерал-майором Хацкилевичем было проведено совещание с командирами дивизий, на котором была поставлена задача повышения боеготовности войск корпуса. В соответствии с этим в танки были загружены снаряды, усилена охрана парков и складов. Было приказано "все делать без шумихи , никому об этом не говорить, учебу продолжать по плану."
После объявления тревоги в 2.20 22 июня дивизионы ПВО 6-го мехкорпуса, находившиеся в 120 км восточнее Минска, по пути в 6-й мехкорпус были отняты и использованы как противотанковые соединения

22 июня.
В первый день войны мехкорпус не вступал в бой. Согласно оперативной сводке номер 1 штаба Западного фронта "6-й МК в течение дня вел разведку, до 17 часов 40 минут в боях не участвовал и занимал район Хорощ, Бацюты, Сураж. Штаб корпуса - Белосток был бомбардирован, имеются убитые и раненые". (ЦАМО, ф.208, оп.10169сс, д.7, лл.1-4) К исходу первого дня войны соединения 6-го механизированного корпуса занимали район западнее и юго-западнее Белостока. К вечеру 22 июня во исполнение Директивы номер 3 Народного комиссара обороны Тимошенко корпус получил приказ совместно с 11-м механизированным и 6-м кавалерийским корпусами к исходу 24 июня уничтожить сувалкинскую группировку немцев. Командовал конно-механизированной группой генерал-лейтенант И. В. Болдин, 23 июня в Белостокский выступ прибыл маршал Г. И. Кулик.

23 июня
С утра 23.06 соединения 6-го мехкорпуса, получив еще ночью приказ на передислокацию в район Грудек, начали переход в новый район. Связь с 11-м мехкорпусом установить не удалось. Сосредотачивающимся войскам 6-го МК мешали потоки отступающих тылов, кроме того, части корпуса несли серьезные потери из-за действий немецкой авиации, особенно пострадала 7-я тд. Из доклада командира 7-й тд С.В.Борзилова: 'На период марша 23.06.1941 и нахождения в районе сосредоточения до 14:00 дивизия имела потери танков - 63 разбитых и разогнанных авиацией противника; разбиты все тылы полков, в особенности пострадал тыл 13-го полка.' Болдин 23 июня отправил Д. Павлову телеграмму о том, что в корпусе имеется только четверть запасов горючего. Штаб фронта направил 300 тонн горючего для мехкорпуса, но дальше Барановичей ж/д составу продвинуться не удалось из-за разрушения ж/д полотна.7-я танковая дивизия должна была сосредоточиться в восточнее Белостока с последующей задачей уничтожить танковую дивизию немцев, якобы прорвавшуюся в район Белостока. Туда же, в район Грудек, была переброшена и 4-я тд. 29-я мотодивизия заняла рубеж для обороны по р. Лососна на фронте Кузница, Сокулка. Дивизии столкнулись с созданными на всех дорогах пробками из-за беспорядочного отступления тылов армии из Белостока. Тяжелые потери от действий немецкой авиации понесла и 36-я кавалерийская дивизия, которая должна была поддерживать правый фланг корпуса. Сосредоточение 6-го механизированного корпуса в лесном районе Супрасль, Валилы было в основном закончено к 14 часам 23 июня 1941. Противника в данном районе обнаружено не было.

В этот же день, почти одновременно с завершением сосредоточения в районе Валилы, корпус получил новую задачу: двигаться на Гродно. 4-я танковая дивизия направлялась в направлении Индура - Гродно, а 7-я танковая дивизия по линии Сокулка - Кузница - Гродно. 29-я моторизованная дивизия должна была прикрыть удар корпуса с левого фланга на линии Сокулка - Кузница. Дивизии немедленно принялись выполнять и этот приказ. Беспрерывные марши (до 90 километров), проведенные корпусом 23 июня 1941 под авиаударами противника значительно подорвали боеспособность частей и соединений. Начали сказываться усталость личного состава, особенно механиков-водителей, но самое главное - корпус начал испытывать затруднения в снабжении горюче-смазочными материалами и другими видами снабжения необходимыми для боя.

24 июня
В соответствии с приказом командующего фронтом с 10.00 24 июня группа генерала Болдина должна была атаковать в направлении Гродно, Меркине с задачей к исходу дня овладеть Меркине. 6-й мехкорпус должен атаковать в направлении Гродно, Друскининкай, Меркине.
Таким образом, задача группы увеличивалась: требовалось не только стабилизировать положение в районе Гродно, Липск, а продолжать наступление в полосу Северо-Западного фронта в район переправ через Неман у Друскининкая и Меркине. Удар группы Болдина планировался как составная часть попытки добиться перелома на северном фланге Западного фронта. 11-й механизированный корпус так и не вошел в состав группы Болдина, и действовал в подчинении 3-й армии. Для артиллерийского обеспечения наступления, в группу Болдина был включен 124-й гаубичный артиллерийский полк РГК (майор Дивизенко) в составе 48 орудий. 23 июня этот полк снялся с огневых позиций в районе Замбрува и перешел в район северо-восточнее Белостока. Движение большой массы танков было немедленно обнаружено авиацией противника, которая начала наносить бомбовые удары по боевым порядкам частей. Наземные силы немцев находились в 20-30 километрах от исходного рубежа атаки корпуса и, конечно, получили некоторое время для перехода к обороне и подтягивания на направления движения советских танков своей противотанковой артиллерии. Населенные пункты по линии Кузница - Подлипки - Старое Дубовое были спешно превращены в опорные узлы обороны. Для торможения движения 6-го мехкорпуса противник привлек 8-й авиакорпус пикирующих бомбардировщиков Ю-87. Немецкие самолеты ожесточенно атаковали советские танки, причем кроме бомб применялась специальная зажигательная смесь. 4-я танковая дивизия в 18.00 24.6.41 г. сосредоточилась в районе Лебежаны, Новая Мышь, имея потери до 20-26%, главным образом за счет легких танков; как докладывал комдив в штаб фронта - танки КВ не всегда несли потери даже от прямых попаданий бомб. 7-я танковая дивизия к исходу дня вышла в район Кузница - Старое Дубовое, где завязала бои с немецкой пехотой. 29-я моторизованная дивизия развернулась на фронте Кузница - Сокулка прикрывая левый фланг корпуса.

Подбитые советские КВ

25 июня
Танковые дивизии 3-й ТГ Гота, которым 6-й МК должен был противостоять по плану, в это время совершали глубокий обход Гродно с севера и стремительно двигались к Минску, сшибая по пути советские части. На пути частей 6-го МК, устремившихся на Гродно, оказалась практически одна 256-я пехотная дивизия 20-го армейского корпуса 9-й немецкой армии. Именно 256-я пд, организовав мощную противотанковую оборону, остановила продвижение 6-го механизированного корпуса.

Расчет немецкой 37мм противотанковой пушки Pak 35/36 в бою Расчет 37мм немецкой п/т пушки Pak-35/36 в бою

20-й армейский корпус вермахта, приказ на 25 июня 1941.
1. С 21:00 противник наступает крупными танковыми силами с поддержкой пехоты с юго-западного направления на Сидра. 162-я пехотная дивизия перешла к обороне... Следует принять во внимание возможное продолжение атак противника с использованием крупных танковых сил с юго-западного и восточного направлений.
2. 20АК временно прекращает наступление и переходит к обороне на достигнутом рубеже. 162-я пехотная дивизия должна воспрепятствовать на всем рубеже Домброво, Сидра, Starowlany прорыву противника во фланг корпуса и армии. 256-я пехотная дивизия удерживает плацдарм на реке Лососьна и препятствует прорыву противника на рубеже Starowlany, Podlipki, Bakuny. Дивизия держит в состоянии готовности для использования корпусом подвижных войсковых групп в районе севернее Кузница.
3. 102-й истребительно-противотанковый дивизион в качестве резерва корпуса выводится в район Новый Двор.
Командный пункт корпуса - Новый Двор. Командир корпуса генерал пехоты Ф. Матерна

В журнале боевых действий 20-го АК атаки советских частей были описаны следующим образом (цитаты): 'До вечера 256-я пд успешно отражает 12 танковых атак. В ходе этих боев уничтожено около 80 танков. При этом особенно отличились 210-й батальон штурмовых орудий и II батальон 4-го зенитного полка' . '14.00 - Генерал Кауфман, командир 256-й пд, лично сообщает о мощной танковой атаке противника с участием тяжелых танков на Кузницу, около 200 танков атакуют его дивизию с юго-запада. Корпус немедленно вызывает 'Штуки', которые вскоре поднимаются в воздух и рассеивают атакующих, нанося им большие потери.'
Весь день шли ожесточенные бои. Советские танкисты отчаянно штурмовали немецкие позиции, насыщенные противотанковыми пушками и орудиями ПВО, одновременно подвергаясь ударам авиации. Из-за отставания артиллерии, артиллерийская подготовка перед атакой и сопровождение огнем наступающих танков не производились. Небольшие тактические вклинения в оборону противника заканчивались налетом авиации противника и отводом танков из-под удара с воздуха. 29-я моторизованная дивизия своим правофланговым 128-м полком в районе Кузница вступила в бой с подошедшей 162-й пехотной дивизией противника. Не выдержав немецкой пехотной атаки с артиллерией полк попятился на линию Номики, Заспиче. В тыловой район этой дивизии отходили части 27-й стрелковой дивизии, которые спешно приводились в порядок. За левым флангом 29-й дивизии в лесу западнее Богуше сосредотачивалась 6-я кавалерийская дивизия 6-го кавалерийского корпуса. Дивизия с утра 25 июня в исходном районе для наступления (Маковляны, кол. Степановка) подверглась сильной бомбардировке с воздуха, продолжавшаяся до 12 часов дня. Кавалеристы были рассеяны и в беспорядке начали отходить в леса юго-западнее Нова Воля. Правее моторизованной дивизии вел бой 13-й танковый полк 7-й тд. 4-я танковая дивизия вышла к населенному пункту Индура и в 13 часов, развернувшись на запад, нанесла удар в направлении Кузница, во фланг оборонявшемуся перед главными силами корпуса противнику. Дивизии удалось несколько потеснить немцев и выйти к Старому Дубовому, прежде несколько раз атакованному 14-м танковым полком. Однако дальнейшее продвижение советских танкистов было остановлено.

Оставшись почти без горючего соединение к исходу дня перешло к обороне на линии Скоблянки, Быловины. Командир 7-й тд Борзилов впоследствии писал: "В частях дивизии ГСМ были на исходе, заправку производить не представлялось никакой возможности из-за отсутствия тары и головных складов, правда, удалось заполучить одну заправку из сгоревших складов Кузница и м.Кринки (вообще ГСМ добывали как кто сумел)".
И. Болдин вспоминал:
"Позвонил Хацкилевич, находившийся в частях. - Товарищ генерал, - донесся его взволнованный голос, - кончаются горючее и боеприпасы. Танкисты дерутся отважно. Но без снарядов и горючего наши машины становятся беспомощными. Дайте только все необходимое, и мы расправимся с фашистами".

26 июня
20-й АК вермахта, приказ на 26 июня 1941.
"Германские танковые войска вышли к Барановичи и Минск. 20 АК смог отразить 24.06 и 25.06 многочисленные, иногда очень сильные атаки противника в полосе фронта 162-й и 256-й дивизий. При этом войска 256-й дивизии, действуя в обороне отбили тринадцать атак противника и уничтожили 108 танков; войска 162-й дивизии к настоящему времени уничтожили 56 танков противника. Дивизиям была оказана мощная поддержка 2-м дивизионом 4-го зенитного полка, подбившим 21 танк противника, и частями 8-го авиационного корпуса, которые только 25.06 уничтожили 43 танка, 44 грузовика и 5 артиллерийских батарей противника. 5-я рота 41-го разведывательного батальона также внесла существенный вклад в разведке и уничтожении танков противника. По всей видимости, противник пытался с помощью массированного применения танков сорвать дальнейшее наступление корпуса и разорвать постепенно смыкающееся вокруг него кольцо окружения. Следует принимать во внимание возможность дальнейших атак противника, в том числе сильных танковых соединений, прежде всего из района лесов у Белостока. Эффективного взаимодействия сил противника пока не отмечается. Перед 20АК поставлена задача оборонять занятые районы...
Использование зенитной артиллерии: 125-му зенитному полку подчинены 2-й дивизион 4-го зенитного полка, 2-я батарея 1-го дивизиона 52-го зенитного полка, зенитный дивизион сухопутных войск. Зенитная артиллерия защищает воздушное пространство над позициями корпуса от налетов авиации противника и отбивает во взаимодействии с дивизией танковые атаки противника. Подвижной резерв корпуса находится в таком походном состоянии, чтобы он был в состоянии быстро использоваться во всей полосе фронта против танковых атак противника, особенно на участках 162-й и 256-й дивизий.
...Разведка. Наземная разведка на участке фронта дивизий. 129-я дивизия до западной окраины лесной зоны западнее дороги Домброво-Сокулка, 162-я дивизия до дороги Janow - Сокулка, 256-я дивизия до рубежа Одельск, Индура, дорога на Гродно в границах корпуса. Воздушная разведка: 5-я эскадрилья 41-го авиаполка в районе Sucholowka, Wasilkow, Крынки, Валпа, Лунно, Гродно. Задачи на разведку прежние.
11. Командные пункты: 20-й армейский корпус - Новый Двор, 129-я дивизия - фольварк Harasimowicze, 5 км восточнее Домброво, 162-я дивизия - в лесу 1200 м юго-западнее Podsulki, 256-я дивизия - Saczkowce.
Командующий корпусом Матерна."

Генерал-майор Хацкилевич в этот день погиб в боевых порядках своих войск. После его гибели управление частями и соединениями корпуса нарушилось. С этого момента дивизии вели бои не связанные единым замыслом, без связи с вышестоящими штабами и соседями по фронту. Неудивительно, что в таких условиях корпус начал разваливаться. Штаб КМГ не смог взять управление в свои руки. 4-я танковая дивизия отошла, бросая танки и автомобили, оставшиеся без горючего и снарядов. Её командир взят в плен. 7-я танковая дивизия 26 июня поддерживала боеспособность и удерживала от бегства 128-й мотострелковый полк 29-й дивизии и остатки 36-й кавалерийской дивизии. В течение дня дивизия пятилась на юг. К 21 часу оборона населенного пункта Крынка будет свернута и дивизия переправится через р. Свислочь. Это стало началом беспорядочного отступления.

27 июня
Павлов издает распоряжение командующему войсками 10-й армии: "...Командиру 6-го мехкорпуса. 6-му МК, пополнившись боеприпасами и горючим, форсированным маршем к исходу 28.6.41 г. в полном составе сосредоточиться в районе Пуховичи, имея задачей через Осиповичи атаковать на Бобруйск и уничтожить бобруйск-слуцкую группировку противника. После этого сосредоточиться в районе Бобруйск и в Червень". (ЦАМО, ф.208, оп.10169сс, д.17, л.62) Генерал И.В. Болдин написал в своих воспоминаниях: "Много лет спустя, уже после войны, мне стало известно, что Павлов давал моей несуществующей ударной группе одно боевое распоряжение за другим, совершенно не интересуясь, доходят ли они до меня, не подумав о том - реальны ли они в той обстановке, какая сложилась на Западном фронте. Ни одного из этих распоряжений я не получил, и остались они в военных архивах как тяжкое напоминание о трагедии первых дней войны..."

Ветераны Западного фронта называют дорогу Волковыск - Слоним "дорогой смерти". В конце июня 1941 район этого шоссе был завален брошенными танками, сгоревшими автомашинами, разбитыми пушками. В некоторых местах скопление техники было столь велико, что прямое и объездное движение на транспорте было невозможно. Но самое главное - на этой дороге полегла огромная масса солдат и офицеров пытавшихся пробить кольцо окружения. Здесь завершил свой короткий боевой путь 6-й механизированный корпус. Многие бойцы 6-го мехкорпуса погибли у Клепачей и Озерницы. Немногим танковым экипажам удалось вырваться из "мешка", но в Слониме, куда они стремились, уже давно находились немцы. Часть танков, оставшихся без горючего, была затоплена в Щаре и лесных озерах. Вечером 1 июля в Слоним со стороны леса вошли три советских танка - КВ и два Т-34. В городе они подбили немецкий танк, обстреляли штаб части и фельджандармерию. В центре города была подожжена первая "тридцатьчетверка". Вторую немецкие расстреляли артиллеристы при выезде на ружанское шоссе. Танк КВ, переезжая по мосту через Щару, проломив мост, упал в реку. Предположительно, все танкисты были из разных рот 13-го танкового полка.

Из воспоминаний советских бойцов. Н.С.Тимошенко, военнослужащийо 29-й моторизованной дивизии: '27 июня, в ночь, подъехали к реке Щара. Машин, бойцов, командиров собралось очень много. Деревянный мост был разбит. Укрытия не было никакого - чистое поле. На другом берегу только кустарник. Переправу наладили из машин и небольших бревен. Легковые машины прошли, а грузовые - разломали переправу. Налетевшие на рассвете самолеты разбили ее окончательно. На реке был настоящий ад. Самолеты бомбили, били зажигательными пулями. Машины горели, рвались баки с бензином. Горели и люди, многие бросались в реку, тонули. Река не могла спасти от огня. Она сама горела от разлившегося бензина. Мало кому удалось спастись. Медицинской помощи не было никакой. Крики, стоны! Это невозможно описать. Волосы дыбом становятся и слезы глаза застилают. Оставшиеся в живых, обгоревшие и раненые, стали пробиваться на восток...'

Разбитая советская техника у переправы

Фролов В. Е., инструктор пропаганды 106-го МСП 29-й о событиях 29 июня: '...В районе местечка Деречин - прорыв с боем. Тут была настоящая мясорубка. Помимо нас тут собралось разных частей около 15 тысяч человек. Всю ночь, окружив, нас расстреливали в упор, давили танками, и немногие в эту ночь остались в живых. Шли на восток, собирались снова и шли с надеждой прорваться к своим'...

Резюме.
В целом корпус сражался отважно и сделал все, что было в его силах. Упрекнуть командиров частей в чем-то сложно, ведь они четко выполняли приказы вышестоящего командования. Начальник германского Генерального штаба Ф. Гальдер в своём военном дневнике привёл впечатления немецкого генерал-инспектора пехоты Отта о боях в районе Гродно: "Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности и отступления от уставных принципов; теперь это недопустимо." Отсутствие успеха действий 6-го мехкорпуса объясняется попыткой выполнить противоречивые и необоснованные приказы командования фронта, неспособностью вышестоящих штабов обеспечить воздушное прикрытие и поддержку, организовать надлежащим образом связь и своевременное снабжение. Удар корпуса сдержала 256-я немецкая пд, потом подошли 162-я и 87-я пд. 8-й авиакорпус люфтваффе массово уничтожал советские танки, оставшиеся без прикрытия с воздуха и средств ПВО. Немецких танков в данном районе практически не было. Один из самых боеспособных и мощных советских мехкорпусов оказался полностью разгромлен буквально за считаные дни. 28-го июня, когда 6-й МК добивали немецкая пехота и авиация, танки 3-й ТГ Гота со стороны Гродно вошли в Минск. Практически одновременно с ними со стороны Бреста подошли танки 2-й ТГ Гудериана, таким образом захлопнув в огромной мышеловке крупнейшую группировку советских войск: более 300 тыс л/с, тысячи танков, множество другой техники и снаряжения. Военные историки называют этот "котел" Белостокско-Минским.

28 июня И. В. Сталин сказал членам Политбюро: "Ленин оставил нам великое наследие, а мы, его наследники, всё это просрали..." После недолгого следствия командующий фронтом генерал армии Д. Г. Павлов, начштаба фронта генерал-майор В. Е. Климовских, начальник связи фронта генерал-майор А. Т. Григорьев, командир 14-го мехкорпуса генерал-майор С. И. Оборин, начальник артиллерии фронта генерал-лейтенант Н. А. Клич, командующий 4-й армией генерал-майор А. А. Коробков, генерал-майор авиации С. А. Черных были приговорены к расстрелу. Сегодня совершенно очевидно, что пострадали "стрелочники", хотя их вина частично тоже имеется. В Прибалтике немцы продвигались еще быстрее, чем в Белоруссии, 9 июля они уже взяли Псков, однако на данном направлении никто из советских командующих не был осужден. Верховное командование, которое перед войной многократно обещало народу "войну на чужой территории и малой кровью", бросало войска в бой бездумно, не учитывая реальную обстановку. Командиры всех уровней имели слабый опыт управления войсками в полевых условиях, некоторые виды боевых действий не отрабатывались перед войной совершенно; многие части не проходили боевое слаживание. Мехкорпуса не были обеспечены по штату средствами связи, транспорта, ремонта и эвакуации техники, причем неукомплектованность была огромной. Вот цифры некомплекта техники в одном из мехкорпусов: грузовых автомобилей отсутствовало 1875, автомастерских - 155, автоцистерн - 313. Быстро израсходовав горючее и боеприпасы советские мехкорпуса становились легкой добычей немецкой авиации и подвижных частей вермахта. Невозможно совершать маневр, вести успешные бои без разведки, отличной работы связи, своевременного подвоза горючего, боеприпасов; без средств эвакуации и ремонта; без поддержки артиллерии и т.д. Почему-то этого не понимало советское командование, создавая перед войной не обученные должным образом, не сбалансированные и фактически небоеспособные крупные механизированные соединения. Именно высшие военные чины, наркомат обороны, генштаб и лично тов.Сталин, как главный эксперт по всем вопросам в СССР, в первую очередь виновны в военных катастрофах 1941 года.

Судьба командиров частей 6-го МК:
Командир корпуса генерал-майор М. Г. Хацкилевич погиб в бою в июне 1941г.; начальник штаба полковник Е. С. Коваль пропал вез вести в июне 1941г.; командир 4-й ТД генерал-майор А. Г. Потатурчев взят в плен в июле 1941г., после освобождения осужден советским судом, умер в заключении в 1947г.; командир 7-й ТД генерал-майор С. В. Борзилов вышел из окружения летом 1941г., погиб в бою осенью 1941г. под Перекопом; командир 29-й моторизованной дивизии генерал-майор И. П. Бикжанов взят в плен в июне 1941г., после освобождения и проверки продолжал службу в армии, умер в Алма-Ате в 1988г.

Источники:
6-й мехкорпус 1-го формирования http://ru.wikipedia.org/wiki/6-%E9_%EC%E5%F5%E0%ED%E8%E7%E8%F0%EE%E2%E0%ED%ED%FB% E9_%EA%EE%F0%EF%F3%F1_(1-%E3%EE_%F4%EE%F0%EC%E8%F0%EE%E2%E0%ED%E8%FF)
6 мехкорпус 1941г. http://maxpark.com/user/2458777655/content/2017128
Анализ доклада Борзилова http://rkka1941.blogspot.co.il/2013/07/blog-post_13.html
Генерал А.Г.Потатурчев в немцеком плену http://history.milportal.ru/2011/09/general-a-g-potaturchev/
Ющенко А.А. Танкисты 29 МД 6 МК http://rubon-belarus.com/2011-01-12-10-02-50/48--29-6
Солонин М. Приказы 20-го армейского корпуса вермахта. 12 - 26 июня 1941г. http://www.solonin.org/doc_prikazyi-20-go-armeyskogo
Прорыв из окружения 29.06.1941 http://www.soldat.ru/groups/minsk/29_06_41.html

Historical-fact

10.02.2021, 18:37

https://historical-fact.livejournal.com/216388.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2020-06-27 09:29:00 592

3-я танковая группа генерал-полковника Германа Гота во время вторжения в СССР была одной из двух танковых групп в составе группы армий «Центр». Состояла из следующих соединений:
39-й моторизованный корпус: 7-я танковая дивизия, 20-я танковая дивизия и 14-я моторизованная дивизия;
57-й моторизованный корпус: 12-я танковая дивизия, 19-я танковая дивизия и 18-я моторизованная дивизия;
5-й армейский корпус: 5-я пехотная дивизия и 35-я пехотная дивизия;
6-й армейский корпус: 6-я пехотная дивизия и 26-я пехотная дивизия.

Переправившись 22 июня 1941 года через реку Мемель, эта ударная группировка вторглась на территорию Литвы и 24 июня с ходу захватила Вильнюс. Затем Гот повернул на юго-восток и начал движение на Минск, чтобы соединиться там со 2-й ТГ Гудериана (наступавшей на Минск со стороны Бреста), и захлопнуть крышку огромного "котла" для советских войск в западной Белоруссии. 28-го июня танки Гота уже были в Минске. За 6 дней они преодолели расстояние 360 км, таким образом средняя скорость их продвижения была около 60 км в сутки. При этом надо учесть, что они же не двигались строго по шоссе, а совершали маневры, обходы, вступали в бои. Значит, реальная их скорость продвижения была значительно выше.

Интересно, что подавляющую часть танковых дивизий Гота составляли легкие чешские танки LP vz.38 "Прага", - в вермахте они получили обозначение Pz.Kpfw 38(t), или сокращенно – Pz.38(t). Рассмотрим подробнее боевой состав ТД:

7-я танковая дивизия: 250 танков, из них 53 Pz.II, 167 Pz.38(t), 30 Pz.IV
20-я танковая дивизия: 227 танков, из них 44 Pz.I, 31 Pz.II, 121 Pz.38(t), 31 Pz.IV
12-я танковая дивизия: 212 танков, из них 40 Pz.I, 33 Pz.II, 109 Pz. 39(t), 30 Pz.IV
19-я танковая дивизия: 217 танков, из них 42 Pz.I, 35 Pz.II, 110 Рz.38(t), 30 Pz.IV
Итого 906 танков, из них 121 средних танков Pz.IV и 785 легких танков (86% от общего состава).

Для полноты картины сразу уточним танковые силы РККА, дислоцированные в районе действий ТГ Гота:
6-й мехкорпус, штаб - Белосток, командир генерал-майор М.Г. Хацкилевич. Всего 1021 танк, из них — 114 КВ и 238 Т-34; 669 легких танков (65% от общего состава).
11-й мехкорпус, штаб — Волковыск, командир генерал-майор Д.К. Мостовенко. Всего 237 танков, из них 3 КВ и 28 Т-34; 206 ЛТ (87%).
13-й мехкорпус, штаб — Бельск-Подлясны, командир генерал-майор П.Н. Ахлюстин. Всего 294 танка, из них 15 БТ, 263 Т-26, прочих — 16 (100% ЛТ).
Итого 1552 танка, из них 117 тяжелых КВ и 264 средних Т-34, остальные - легкие танки.

Любопытно, что танки данных противоборствующих сторон в боях встречались довольно редко. Дело в том, что пехотные части вермахта успешно справлялись с советскими танками и без поддержки своих танков, им хватало для этого артиллерии и авиации. Все попытки контрударов советских мехкорпусов были отражены с огромными потерями для советских танков и танкистов. Фактически самый мощный в мире 6-й мехкорпус РККА, имевший на вооружении больше тысячи танков, в том числе 352 новейших Т-34 и КВ, был уничтожен в районе Гродно за несколько дней действиями 3-х пехотных дивизий вермахта и люфтваффе. Причем первоначально со всем 6-м мехкорпусом сражалась одна 256-я пехотная дивизия, и лишь через 1-2 сутки боев к ней на помощь подошли части 162-й и 87-й пехотных дивизий. Именно 256-я пехотная дивизия генерал-лейтенанта Г. Кауфмана (Gerhard Kauffmann), организовав мощную противотанковую оборону, остановила продвижение 6-го мехкорпуса РККА. Основными противотанковыми средствами со стороны 256-й ПД выступили: САУ Sturmgeschütz III (StuG III) в количестве одной батареи (3 штуки); 37-мм противотанковые пушки Раk. 35/36; с танками КВ и Т-34 справлялись 88-мм зенитные орудия и 150-мм дивизионные пушки. Танков Гота в районе действий 6-го мехкорпуса даже близко не было, они занимались своими прямыми обязанностями - осуществляли быстрый и глубокий прорыв.

Большую роль в разгроме 6-го мехкорпуса сыграл также 8-й авиакорпус люфтваффе, оснащенный грозными в 1941 году пикирующими бомбардировщиками Ju 87. Советские танкисты, в свою очередь, не только не имели воздушной поддержки, у них даже отсутствовала положенная по штату ПВО. Все дивизионы ПВО были у 6-го мехкорпуса отняты вышестоящим командованием и использовались не по назначению.

По своим основным характеристикам "чех" LT vz.38 не уступал легким немецким танкам.

При массе 9,7 т «Прага» имела толщину броневых листов от 25 (лоб) до 15 (борт) мм. Танк вооружался 37‑мм пушкой «Шкода» с отличной пробивной способностью, а также двумя 7,92‑мм пулемётами. Имевшаяся на танке наблюдательная башенка обеспечивала командиру хороший обзор, а радиостанция - устойчивую радиосвязь на дальности до 5–9 км. Отличными характеристиками обладали двигатель и ходовая часть, обеспечивая высочайшую проходимость. А вот система внутренней связи между членами экипажа не предусматривалась, что было существенным недостатком. Ну и тонкая броня на заклепках, конечно, была явным анахронизмом.

Остановить даже не слишком современные танки Гота советские войска были не в состоянии. Главной причиной была полнейшая некомпетентность и растерянность командования. Из немецких документов: "Не было никаких признаков целеустремленного и планового руководства войсками противника в целом. Сопротивление оказывалось отдельными разобщенными друг от друга вражескими группами. Многочисленные полевые укрепления были недостаточно обеспечены гарнизонами или же не имели их вовсе. Там, где противник встречался, он оказывал ожесточенное и храброе сопротивление, стоял насмерть."

Понимая в принципе, куда двигается Гот, командование Западного фронта бросало ему наперерез стрелковые соединения, растягивая их в тонкую линию. Немцы рвали ее своими ударными "кулаками" и при господстве в воздухе без особых проблем. Никакой оборонительной "линии Сталина" в реальности не существовало, она была лишь на бумаге. Бывший командир 64-й стрелковой дивизии генерал Иовлев писал: «Вначале думалось, что нашу участь облегчат ДОТы, но на рекогносцировке выяснилось, что их трудно, а иногда и совсем невозможно использовать по прямому назначению. Специальных войск не было, оружие и приборы наблюдения отсутствовали, связь, свет, вентиляция не действовали. Проволочные заграждения были сняты. Никаких документов (схем расположения огневых средств, управления, карточек огня) у нас не было.» Некоторые советские ДОТы держались стойко, особенно там, где их прикрывали стрелковые части, и немецкой 20-й ТД пришлось притормозить свое движение на Минск.

Один из захваченных советских ДОТов

Ничего толком не могла поделать и советская авиация. Командование ВВС с упорством, достойным лучшего применения, посылало большие группы бомбардировщиков на боевые задания без истребительного прикрытия. II группа 27-й истребительной эскадры (II/JG27), обеспечивавшая «зонтик» над группой Гота, отчиталась за 25 июня сразу о 20 сбитых ДБ-3 и 4 СБ-2, III группа 53-й истребительной эскадры(III/JG53) — о 22 ДБ-3 и 1 СБ-2. В журнале боевых действий 3-й танковой группы об этих самоубийственных полетах написано почти пренебрежительно: «Возобновились слабые бомбовые удары вражеской авиации».

Прорывая участки неустойчивой советской обороны и быстро обходя участки более стойкой, уже 26 июня одна из боевых групп 7-й танковой дивизии смогла прорваться к шоссе и железной дороге, идущим от Минска на восток к Москве. Генерал-майор в отставке Хорст Орлоф, служивший в июне 1941 г. в 7-й танковой дивизии, вспоминал: «III батальон 25-го танкового полка получил приказ возглавить продвижение полка в попытке достичь лесов к востоку от Смолевичей и организовать здесь прикрытие с севера и юга. Батальон достиг шоссе к северу от Слободы около 17.00. Соприкосновения с противником не было, однако последовало несколько атак с воздуха. Следующим шагом батальона стал захват Смолевичей, в 20 км к северо-востоку от Минска, уже в сумерках. Здесь мы тоже встретили слабое сопротивление снайперов. Непосредственно к югу от шоссе я лично остановил стрельбой из пушки товарный поезд из Минска. Четыре танка другой роты батальона вступили в бой с эшелоном с танками, прибывшим с востока и остановившимся в одном километре от маленькой станции Плисса.»

Немецкая авиация нанесла по Минску массированные бомбовые удары, что привело к полному хаосу в городе. По фото, сделанному 24 июня с немецкого самолета, легко представить масштабы разрушений.

На последнем рубеже перед Минском немцев встретила 100-я стрелковая дивизия генерала Руссиянова, ее атаковала одна из тактических боевых групп 7-й танковой дивизии группы Гота. Иван Никитич Руссиянов вспоминал: «Артиллерия, артиллерия — вот что сможет нам помочь! И вот, наконец, командование прислало 151-й корпусной артиллерийский полк в составе 20 орудий 152-мм калибра. Я немедленно направил его в расположение 355-го стрелкового полка, где бой был в самом разгаре. Оборудовать огневые позиции не было времени. 151-й артиллерийский полк с ходу вступил в бой. Большинство орудий, развернувшись на позициях полка Шварева, ударили прямой наводкой по танкам и пехоте противника. Отважные артиллеристы сожгли восемь фашистских танков и бронетранспортеров, уничтожили большое количество пехоты.»
Отбив атаку 27 июня, 100-я СД даже перешла к активным действиям и контратаковала прорвавшуюся к шоссе Минск — Борисов 7-ю танковую дивизию вермахта. В журнале боевых действий 3-й танковой группы утром 28 июня появляется запись: «У XXXIX АК 7-я тд отрезана от своих тыловых колонн и вынуждена с боями освобождать свои линии снабжения в западном направлении». Во время этих боев, как гласит донесение 100-й стрелковой дивизии, был «убит командир 25-го танкового полка полковник Ротенбург (личный портфель с документами отправлен в штаб корпуса).» На общем трагическом фоне действия 100-й дивизии под командованием Руссиянова можно считать успешными.

Захватив Минск и оставив оказавшиеся в окружении советские части погибать под ударами идущих следом соединений вермахта, танковая группа Гота двинулась к Смоленску. Однако чем дальше немцы вторгались в вглубь огромной советской территории, тем очевиднее становилось, что им не хватает войск (и о чем только думал немецкий генштаб?). Для сохранения взятого темпа наступления вермахту приходилось распылять силы своих ударных группировок, превращая "сжатые кулаки" в "ладони", а то и "пальцы". 39-й моторизованный корпус двинулся на Витебск, шедшая в авангарде 7-я танковая дивизия 4 июля взяла Лепель и продолжила продвижение на восток.

Чтобы остановить противника и предотвратить новый "котел", новый командующий Западным фронтом маршал С. К. Тимошенко решил нанести удар по наступающей группировке противника силами двух свежих мехкорпусов: 7-го и 5-го. 5-й МК должен был наступать из района Высокое на Сенно, Лепель; 7-й МК — из района Рудня на Бешенковичи, Лепель. В случае успеха советские мехкорпуса должны были организовать "котел" для дивизий Гота со смыканием "клещей" в Лепеле. В обоих мехкорпусах на вооружении находилось более 1400 танков, в том числе 47 КВ и 49 Т-34, плюс около 330 бронеавтомобилей. В принципе, огромная сила, значительно превосходящая потрепанные части Гота, в которых насчитывалось на тот момент примерно 300-400 танков. Но, как это обычно происходило в 1941, советское командование организовало все, что называется, "через задницу". Советская 14-я танковая дивизия, начав наступление 6 июля, атаковала оборону противника, расположенную за естественным противотанковым рубежом в виде реки с заболоченными берегами. Попытка под огнём противника навести переправы и атаковать противника основными силами танковых полков привела к большим потерям техники ещё на этапе форсирования реки, до перехода в атаку. Однако дивизия весь день штурмовала неприступный рубеж, к вечеру ее потери составили половину танков. По итогам боя 6 июля командующий 20-й армией генерал-лейтенант П. А. Курочкин доносил маршалу С. К. Тимошенко: «Отсутствие успеха в корпусе объясняю неумением командования организовать бой, отсутствием взаимодействия между артиллерией и танками, слабой работой штабов, недостаточной поддержкой и прикрытием со стороны авиации, позволяющей авиации противника безнаказанно бомбардировать части корпуса…»

6 июля советская 18-я ТД выбила немецкую 17-ю ТД из Сенно, однако уже на следующий день она, не дождавшись поддержки других частей, вынуждена была отступить. Дивизии 5-го мехкорпуса 7 июля они атаковали походные колонны немецкой 17-й танковой дивизии, продвигавшиеся на Сенно, а передовой отряд прорвался в район Цотово и Толпино. Однако оставление Сенно резко ухудшило положение 5-го мехкорпуса. Части немецких 7-й и 17-й танковых дивизий атаковали со стороны Сенно во фланг и тыл 5-й мехкорпус, в результате чего его передовые части оказались в окружении. В связи с наступлением противника севернее Витебска советский контрудар был остановлен и поступил приказ вывести из боя части мехкорпусов. Остатки 5-го мехкорпуса отошли в район Орши, где по приказу командующего 20-й армией П. А. Курочкина заняли рубеж обороны.

Согласно данным исследования «Год 1941 — уроки и выводы», всего за время Лепельского контрудара советские войска потеряли 832 танка. Советский контрудар закончился полной неудачей. Сковав действия крупной массы советских войск незначительной частью своих сил, немецкий 39-й МК форсировал 8 июля Западную Двину тремя дивизиями в районе Уллы, 9 июля 20-я ТД 39-го МК 3-й танковой группы Г. Гота ворвалась в Витебск. Противнику даже не пришлось менять свои планы. 9 июля 1941 года начальник немецкого Генерального штаба генерал-полковник Ф. Гальдер записал в свой дневник: «На северном фланге 2-й танковой группы противник предпринял ряд сильных контратак с направления Орша против 17-й танковой дивизии. Эти контратаки удалось отбить. Наши потери в танках незначительны, однако людские потери довольно велики…»

Действовавшие южнее части Гудериана не смогли взять Могилев, что стало еще одним настораживающим сигналом для вермахта. Там всего лишь одна советская 172-я стрелковая дивизия, усиленная сводным полком ополченцев и корпусной артиллерией, под умелым командованием генерала Романова продемонстрировала поистине чудеса воинского мастерства и доблести - она удерживала город целых 22 дня! На то время это был абсолютный мировой рекорд Второй Мировой войны. Гудериану пришлось обойти Могилев и вскоре его танки ворвались в Смоленск, но туда уже были подтянуты значительные советские силы. Целых полтора месяца вермахт и РККА перемалывали друг друга в районе Смоленска, драгоценное время для летнего блицкрига безнадежно ушло. В сентябре Гудериану приказали повернуть свои танки на юг – к Киеву, где назревал грандиозный Киевский "котел". Гот затормозился на рубеже Невель - Смоленск и стал "зализывать раны": его сильно потрепанным дивизиям, потерявшим половину "чехов", требовалась передышка.

В начале ноября заметно поредевшая на «броню» 3-я танковая группа продолжила движение вглубь советской территории. Через Ржев, Калинин и Клин ее танки наступали на Москву, охватывая столицу СССР с севера. В конце ноября 1941 года подразделения этой группы нанесли удар в стык между 30‑й и 16‑й армиями, прорвали их оборону и вышли к каналу Москва‑Волга. Это была максимальная точка продвижения танков группы Гота.

Несмотря на гигантские потери и разгром немцами наиболее боеспособных соединений РККА, в том числе всех мехкорпусов, советским войскам в 1941 году удалось задержать стремительное продвижение вермахта, а также нанести немцам значительные потери. Эти факторы позволили перевести войну в зимний период, когда абсолютно не подготовленные к русской, да еще необычно суровой зиме, немецкие войска сами оказались на грани катастрофы под Москвой. План блицкрига, сработавший в Европе, был сорван героическими усилиями в основном простых советских солдат и офицеров. Советское командование в 1941 году, можно сказать, за редким исключением работало на Гитлера. Немецкое командование, в свою очередь, повторило глупейшую ошибку Первой Мировой, начав войну на 2 фронта и растворив свои войска на огромных просторах России, которая временно называлась СССР.

Источники:
Отчет о боевых действиях ТГ Гота http://zhistory.org.ua/morf3tgd.htm
Немецкий "чех" - главный танк группы Гота https://zen.yandex.ru/media/id/5df249cdc31e4900b1b8683b/nemeckii-cheh--glavnyi-tank-gruppy-gota-5ea27fb46766da1f3c9c5288
1941. 6-й мехкорпус РККА в боях под Гродно http://artofwar.ru/w/woroshenx_a_p/text_0830-1.shtml
Год 1941 - уроки и выводы http://militera.lib.ru/h/1941/03.html
Неизвестный 1941 https://military.wikireading.ru/249
Лепельский контрудар https://ru.wikipedia.org/wiki/Лепельский_контрудар
https://ru.wikipedia.org/wiki/3-я_танковая_группа_(вермахт)

Historical-fact

12.02.2021, 08:43

https://historical-fact.livejournal.com/201523.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2020-02-18 14:41:00 862

Коротенечко о приграничном сражении в Литве в рамках 22-30 июня 1941г.

Германский генштаб прекрасно понимал значение Ленинграда как важного промышленного центра и поэтому задача по овладению городом была поставлена целой группе армий «Север». Естественно, заодно планировалось оккупировать всю Прибалтику и сделать Балтийское море внутренним морем 3-го рейха. С 20.06.1941 этой группой армий командовал генерал-фельдмаршал Вильгельм фон Лееб.

У советского генштаба тоже были лихие планы на случай войны. Основной задачей советских войск было: нанесение поражения германским силам в Восточной Пруссии и северных районах Польши, а затем овладение данным регионом. Как писали советские газеты, малой кровью на чужой территории. В составе фронта планировалось иметь 8-ю и 11-ю армии. Перед войной войска Прибалтийского Особого военного округа дислоцировались следующим образом: 8-я армия (10-й и 11-й стрелковые, 12-й механизированный корпуса, 67-я стрелковая дивизия) и 11-я армия (16-й и 29-й стрелковые, 3-й механизированный корпуса, 23-я, 126-я и 128-я стрелковые дивизии) — в Литве. Они прикрывали 300-километровый участок государственной границы. В глубине территории округа (в Эстонии и Латвии) были размещены соединения 27-й армии (65-й, 22-й, 24-й стрелковые корпуса и 3-я отдельная стрелковая бригада). 22 июня 1941 вместо Прибалтийского округа был образован Северо-Западный фронт (командующий генерал-полковник Ф.И.Кузнецов).

Рассмотрим силы и вооружение противоборствующих на данном ТВД сторон.

ВЕРМАХТ.

В состав ГА "Север" входили: 16-я и 18-я полевые армии, 4-я танковая группа и 1-й воздушный флот. В работе Б. Мюллер-Гиллебранда «Сухопутная армия Германии. 1933—1945» указано, что группа армий «Север» на 27 июня 1941 г. состояла из 16 пехотных, трех танковых, трех моторизованных дивизий и трех охранных дивизий, численность которых составляла примерно 400 тыс. человек. Общая численность ГА - 655 тыс. чел, а с учетом 3-й танковой группы и частей 5-го и 6-го армейских корпусов (которые брали Вильнюс) - 787 тыс.чел. На вооружении ГА "Север" состояло 430 боевых самолётов и 7673 орудия.

Любопытно, что советская разведка довольно точно вскрыла состав группировки вермахта, развернутой в Восточной Пруссии перед войной. 31 мая 1941 года начальник Генштаба РККА Г.К. Жуков получил сообщение Разведупра №660569 следующего содержания: "Распределение по направлениям немецких сил против СССР следующее: а) в Восточной Пруссии – 23–24 дивизии, в том числе 18–19 пехотных, 3 моторизованных, 2 танковых и 7 кавалерийских полков..."

Отдельно рассмотрим танковые силы, ведь они сыграли решающую роль в немецком блицкриге.
Итак, на прибалтийском направлении действовала 4-я танковая группа вермахта (4.Panzer-Gruppe) под командованием генерал-полковника Эрика Гепнера. В ее состав входили: 41-й моторизованный корпус генерал-полковника Рейнгардта (1-я и 6-я тд, 36-я мд, дивизия СС "Тотенкопф" и 269-я пд), 56-й моторизованный корпус генерала пехоты фон Манштейна (8-я тд, 3-я мд, 290-я пд). Вспомогательные части: 312-я артиллерийская дивизия, 539-й полк тылового обеспечения, 4-й интендантский полк, 4-й полк связи.
Боевой состав:
1-я ТД - 43 легких танков Pz.II, 71 средних танков Pz.III(5), 20 средних танков Pz.IV;
6-я ТД - 47 легких танков Pz.II, 155 легких танков Pz.35(t), 30 средних танков Pz. IV;
8-я ТД - 49 легких танков Pz.II, 118 легких танков Pz.38(t), 30 средних танков Pz.IV.
Всего у немцев в 4-й ТГ 563 танка, из них 139 Pz.II, 273 Pz.38(t), 71 Pz.III и 80 Pz.IV (не учтены командирские танки, не имевшие пушечного вооружения).

В составе 3-й танковой группы (которая взяла Вильнюс, а потом ушла на Минск) было 906 пушечных танков (из них 500 - чешские Pz.38 и Pz.39).

В немецких моторизованных дивизиях танков не было, зато они были полностью обеспечены грузовиками и имели примерно 30 бронетранспортеров в составе разведбата.

РККА.

Всего Прибалтийский округ имел 25 дивизий (19 стрелковых, 4 танковые и 2 мотострелковые), 4 бригады (1 стрелковая и 3 воздушно-десантные). В них насчитывалось: 440 тыс. личного состава, 1211 боевых самолетов, орудий и минометов — 7467.

Танковые силы (3-й и 12-й мехкорпуса).
3-й мехкорпус, штаб — Вильнюс, командир генерал-майор А.В. Куркин. В составе мехкорпуса:
2-я ТД (Укмерг): 32 КВ-1, 19 КВ-2, 27 Т-28, 116 БТ-7, 19 Т-26, 12 огнемётных танков, 63 БА-10, 27 БА-20.
5-я ТД (Алитус): 50 Т-34, 30 Т-28, 170 БТ-7, 18 Т-26, 56 БА-10, 20 БА-20.
84-я моторизованная дивизия (Вильнюс): 145 БТ-7, 4 Т-26, 42 БА-10, 6 БА-20.
Всего 51 КВ, 50 Т-34; 27 Т-28, 431 БТ-7, 41 Т-26 плюс 161 БА-10. Итого 761 пушечный танк, включая БА-10 с 45-мм пушкой.

12-й мехкорпус, штаб — Елгава, командир генерал-майор Н.М. Шестопалов. В составе мехкорпуса:
23-я ТД: 350 Т-26, 17 танков «Виккерс», 2 танкетки, 5 огнемётных танков, 3 тягача Т-26, 5 БА-10, 15 БА-20.
28-я танковая дивизия 236 БТ-7, 68 Т-26, 9 «Виккерс», 1 огнемётный танк, 15 БА-10, 25 БА-20.
202-я моторизованная дивизия, 65 Т-26, 16 «Виккерс», 6 танков «Фиат 3000», 6 танков «Рено FT-17», 11 танкеток, 1 тягач Т-26, 3 БА-10, 15 БА-20.
Всего: 236 БТ-7 + 483 Т-26 + 23 БА-10 = 742 пушечных танков (а древние виккерсы/фиат/рено давайте учитывать не будем).
Итого в 2-х мехкорпусах 1501 пушечных танков/БА.

ХОД БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ.

Военные действия в Прибалтике начались на рассвете 22 июня сильным артиллерийским обстрелом. Одновременно гитлеровская авиация подвергла бомбардировкам узлы связи, 11 аэродромов, порты, крупные железнодорожные станции. К 12 часам 4-я танковая группа врага пробила брешь в обороне на стыке 8-й и 11-й армий. Передовые части этой танковой группы переправились через полноводный Неман южнее Каунаса. Соединения 11-й армии, потерявшие связь со штабом, неорганизованно отступали на Каунас и Вильнюс.

В первые дни войны группе армий "Север" немного помогало левое крыло ГА "Центр", наступавшей в основном в Белоруссии. 3-я танковая группа ГА "Центр" на 3-й день войны взяла Вильнюс, а потом ушла южнее - на Минск. Уже 23 июня немецкие войска заняли Каунас, Пренай и Расейняй. Интересно, что в Прибалтике как раз поперек вектору наступления вермахта имелись сразу несколько весьма неприятных для форсирования рек. Но ни один мост на них не был взорван, что придало действиям танковым частям немцев потрясающую стремительность. В первый же день войны они прошли в направлении Вильнюса 60 км!

Историческое фото. На переднем плане танк Panzer III и бронетранспортер Sd Kfz 251. Прибалтика, июнь-июль 1941.

Рядовые красноармейцы и их командиры отчаянно пытались компенсировать неумелые действия советского командования. “Не было никаких признаков целеустремленного и планового руководства войсками противника в целом, — указывается в отчетных документах 3-й танковой группы, — сопротивление оказывалось отдельными разобщенными друг от друга вражескими группами. Многочисленные укрепления были недостаточно обеспечены гарнизонами или же не имели их вовсе. Там, где противник встречался, он оказывал ожесточенное и храброе сопротивление, стоял насмерть”.

Выдвигавшиеся из глубины соединения и части РККА бросались в бой с ходу, без поддержки артиллерии и авиационного прикрытия. Противник с воздуха обнаруживал советские колонны на марше, и люфтваффе наносили по ним сокрушительные удары. Так, утром 22 июня сильной бомбардировке подверглась 48-я стрелковая дивизия, направлявшаяся походным порядком к государственной границе для усиления обороны на шяуляйском направлении. Она не имела средств противовоздушной обороны, а личный состав даже не имел боеприпасов. Во второй половине дня в районе Эржвилкас эта дивизия была внезапно атакована танками, прорвавшимися со стороны Таураге. В результате дивизия потеряла около 70% личного состава.

Историческое фото. Погибший экипаж у подбитого БА-10. Литва, окрестности Алитуса, 22-23 июня 1941 г.

23 июня противник продолжал развивать наступление. 8-я и 11-я армии понесли большие потери и отходили по расходящимся направлениям. В стыке Северо-Западного и Западного фронтов образовалась брешь шириной до 130 км, которую нечем было закрыть.

Контрудар 12-го и 3-го мехкорпусов, осуществленный 23—24 июня, поначалу развивался успешно и немцы даже перешли к обороне. Из немецкого источника: «Русские неожиданно контратаковали южный плацдарм в направлении Расейняя. Они смяли 6-й мотоциклетный батальон, захватили мост и двинулись в направлении города. Чтобы остановить основные силы противника, были введены в действие 114-й моторизованный полк, два артиллерийских дивизиона и 100 танков 6-й танковой дивизии. Однако они встретились с батальоном тяжёлых танков неизвестного ранее типа. Эти танки прошли сквозь пехоту и ворвались на артиллерийские позиции. Снаряды немецких орудий отскакивали от толстой брони танков противника. 100 немецких танков не смогли выдержать бой с 20 дредноутами противника и понесли потери. Чешские танки Pz.35(t) были раздавлены вражескими монстрами. Такая же судьба постигла батарею 150-мм гаубиц, которая вела огонь до последней минуты. Несмотря на многочисленные попадания, даже с расстояния 200 метров, гаубицы не смогли повредить ни одного танка. Ситуация была критической…»

Но вследствие плохой организации и отсутствия материального обеспечения советские танки сначала остановились, а потом немцы обошли их с флангов и уничтожили. Потери в советских мехкорпусах были огромными и далеко не всегда боевыми. Ставшие весьма неприятным сюрпризом для вермахта танки КВ часто даже не вступали в бой. По воспоминаниям Д.Осадчего, командира роты танков КВ-1 во 2-й танковой дивизии: «23-24 июня, ещё до вступления в бой, многие танки KB, особенно КВ-2, вышли из строя в ходе маршей. Особенно большие проблемы были с коробкой передач и воздушными фильтрами. Июнь был жаркий, на дорогах Прибалтики пыли было огромное количество и фильтры приходилось менять через час-полтора работы двигателя. Перед вступлением в бой танки моей роты сумели их заменить, а в соседних нет. В результате, к середине дня большинство машин в этих ротах поломалось».

Видимо, именно по этой причине на дороге под Расейняем остался неподвижным танк КВ, экипаж которого не бросил танк, а героически сражался. Эта история стала известна из немецких источников. Сразу несколько офицеров вермахта вспоминали этот уникальный случай, ведь сообщение по важной дороге между фронтовыми и тыловыми частями вермахта оказалось прервано больше, чем на сутки. В итоге танк с большим трудом расстреляли из 88-мм зенитного орудия, а затем еще подорвали саперы. Имена героев-танкистов, к сожалению, до сих пор неизвестны.

Историческое фото: немцы у подбитого КВ-2 из состава 2-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса РККА. Машина была оставлена экипажем у литовского местечка Шаукотас. На башне танка видны многочисленные следы от попаданий снарядов немецких малокалиберных пушек.

Советские части начали беспорядочный отход. Вместе с ними двигались до 60 тыс. невооруженных строительных рабочих, которые возводили оборонительные укрепления в приграничной полосе, а также беженцы, что усугубляло общие трудности. Немецкие авиадесанты и диверсионные группы нарушали деятельность тыла, выводили из строя проводные средства связи.

Штабу Северо-Западного фронта удалось сохранить проводную связь только с Москвой и 8-й армией. В работе радиосвязи из-за создаваемых врагом помех возникали перебои. Почти полностью прекратился подвоз боеприпасов и горючего к воюющим частям. В обстановке потери управления восстановить положение и предотвратить отход 8-й и 11-й армий не представлялось возможным.

Историческое фото. Подбитые и брошенные экипажами танки БТ-7 из состава 2-й ТД 3-го МК. Литва, июнь 1941.

25 июня командующий фронтом получил директиву Ставки Главного Командования, потребовавшей организовать оборону силами отходящих объединений, резервами и соединениями второго эшелона по Западной Двине. Из резерва Ставки к этому рубежу выдвигался 21-й механизированный корпус (командир генерал-майор Д. Д. Лелюшенко), который своевременно занять оборону не успел, так как противник 26 июня крупными силами форсировал реку в районе Двинска (и опять по сохранившимся в целости мостам). Не сумела выйти и организовать оборону на водном рубеже и 27-я армия (второй эшелон фронта). 26 июня ее соединения атаковал 56-й моторизованный корпус вермахта.

Разрозненные части 11-й армии с боями пробивались в направлении белорусского Полоцка. К этому времени армия потеряла до 75 % боевой техники и примерно 60 % личного состава. Связь с ней отсутствовала. Ее местонахождение стало известно только к вечеру 30 июня. Начальник Генерального штаба генерал армии Г. К. Жуков телеграфировал командующему Северо-Западным фронтом: “В районе ст. Довгилишки, Колтыняны, леса западнее Свенцяны найдена 11-я армия Северо-Западного фронта, отходящая из района Каунас. Армия не имеет горючего, снарядов, продфуража. Армия не знает обстановки и что ей делать. Ставка Главного Командования приказала под вашу личную ответственность немедленно организовать вывод этой армии из района Свенцяны в район севернее Дисны...”.

Каунас был захвачен 23 июня, Вильнюс — 24 июня, 26 июня были захвачен Даугавпилс, 29 июня — Паневежис и Лиепая. Буквально за 4 дня войны вермахт уже контролировал почти всю территорию Литвы. А за 18 дней войны советские войска отступили на глубину до 450 км и Прибалтика оказалась оккупированной. Учитывая, что 8-я танковая дивизия вермахта к исходу 25 июня подошла к латвийскому городу Даугавпилс, получается, за 4 дня от границы она двигалась в среднем со скоростью 85-90 км в сутки. Невероятный темп наступления! Кстати, в Первой Мировой войне немцы не могли взять Даугавпилс (тогда Двинск) 2,5 года, а во Второй они взяли его ровно за 1 день.

Фактически единственным достойным в смысле военного искусства эпизодом сражения в Литве с советской стороны стала оборона Лиепаи, продлившаяся с 23 по 29 июня. Умело руководил обороной командир 67-й стрелковой дивизии генерал-майор Н. А. Дедаев. Ещё за день до начала войны Дедаев отдал приказ вывести из казарм войска (как бы на учения) и рассредоточить их вокруг города. Таким образом, немецкие бомбардировщики утром 22 июня бомбили в Лиепае пустые казармы гарнизона. Пехотинцы, моряки и отряды литовских ополченцев сражались отчаянно, а потом решительной атакой прорвали кольцо окружения. Значительная часть прорвавшихся с боями дошла до своих. И да - защитники Лиепаи при отходе взорвали все мосты. Генерал Дедаев погиб 25 июня, после войны его могила была найдена и останки перезахоронены на центральном кладбище Лиепаи.

Талантливый советский военачальник генерал-майор Н. А. Дедаев

Таким образом, приграничное сражение Северо-Западного фронта в Прибалтике закончилось катастрофой. Главную роль в неудачных действиях РККА сыграло некомпетентное управление войсками командованием фронта. Фактически командование не умело ничего: ни поддерживать устойчивую связь с войсками, ни организовывать разведку, ни своевременно обеспечивать сражающиеся войска материальными ресурсами, ни грамотно оценивать обстановку и ставить войскам обоснованные задачи. Совершенно бездарно провален контрудар, в котором участвовали советские новейшие танки Т-34 и КВ. Командование не смогло использовать удобные рубежи обороны по берегам многочисленных рек. Командование не смогло даже обеспечить взрыв мостов при подходе противника, и практически все мосты оказались захвачены. Любопытно, что командующего фронтом Ф.Кузнецова, фактически работавшего на врага, сняли с должности 30 июня, но вскоре назначили на новую ответственную должность командующего армией на Центральном фронте. Там он опять облажался и 7 августа был снят, но уже 14 августа назначен на должность командующего 51-й Особой армией, оборонявшей Крым, и Федор Исидорович, как и следовало ожидать, быстро сдал Крым противнику. И что вы думаете, его и после этого продолжали ставить на различные ответственные должности: командующего армией на Западном фронте, заместителя командующего нескольких фронтов и т.д.

Выдающийся бездарь генерал-полковник Ф.И.Кузнецов

Страшно даже представить - сколько людей полегло в войну в результате идиотской деятельности вот таких "кузнецовых" и тех, кто ставил их на высокие должности... Вечная память павшим...

Источники:
Мощанский И.Б. «Запад-Восток» https://history.wikireading.ru/209238

Петров Б.Н. «Военные действия на северо-западном направлении» http://www.rkka.ru/oper/szf/szf.htm

Начало Прибалтийской оборонительной операции http://wwii.space/22-06-41-начало-прибалтийской-оборонител/

Состав немецких танковых групп http://armedman.ru/stati/sostav-nemetskih-tankovyih-grupp-v-1941-godu-pri-napadenii-na-sssr.html

2-я танковая дивизия РККА в боях под Расейняем https://historical-fact.livejournal.com/182701.html

Работа Генштаба РККА в 1941 году http://www.telenir.net/istorija/zhukov_protiv_galdera_shvatka_voennyh_geniev/p7.php

Организация танковых войск 3-го рейха https://www.mihistory.kiev.ua/reich/tank_vo/organiz.htm

Состав ГА "Север" http://www.warmech.ru/1941war/nwf/nwfgem1.html

https://ru.wikipedia.org/wiki/3-й_механизированный_корпус_(1-го_формирования)

https://ru.wikipedia.org/wiki/12-й_механизированный_корпус

4-я танковая группа http://tankfront.ru/deutschland/PzGruppe/PzGr4.html

Г.К. Жуков

13.02.2021, 03:57

https://af1461.livejournal.com/249716.html

"В 3 часа 07 минут мне позвонил по ВЧ командующий Черноморским флотом адмирал Ф.С.Октябрьский и сообщил: "Система ВНОС флота докладывает о подходе со стороны моря большого количества неизвестных самолетов, флот находится в полной боевой готовности. Прошу указаний".

Я спросил адмирала:
– Ваше решение?
– Решение одно: встретить самолеты огнем противовоздушной обороны флота.
Переговорив с С.К.Тимошенко, я ответил адмиралу Ф.С.Октябрьскому:
– Действуйте и доложите своему наркому."

Через несколько минут первые фашистские самолеты совершили налет на Севастополь – главную базу Черноморского флота. Они пытались поставить морские мины, но были встречены ожесточенным зенитным огнем кораблей и железнодорожных батарей и, потеряв одну машину, убрались восвояси. Адмирал Октябрьский сумел встретить первую атаку войны без потерь

"В 3 часа 30 минут начальник штаба Западного округа генерал В.Е.Климовских доложил Тимошенко о налете немецкой авиации на города Белоруссии. Минуты через три начальник штаба Киевского округа генерал М.А.Пуркаев доложил о налете авиации на города Украины. В 3 часа 40 минут позвонил командующий Прибалтийским военным округом генерал Ф.И.Кузнецов, который доложил о налетах вражеской авиации на Каунас и другие города." К этому моменту наши войска уже подверглись атаке по всей линии границы.

А в 12 часов дня утесовская песня «Сердце» из кинофильма «Веселые ребята» прервалась на втором куплете: "Любовь нечаянно нагрянет…» Юрий Левитан объявил экстренное выступление народного комиссара по иностранным делам Вячеслава Молотова. Нарком произнёс простые и ясные слова, навсегда разделившие жизнь наших бабушек и дедушек на до и после войны: "Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие... Началась освободительная война советского народа против фашистских захватчиков. Наше дело правое. Враг будет разбит! Победа будет за нами!»"

В это время многие ещё не знали о начале войны, многие уже погибли. Тысячам и тысячам предстояло погибнуть задолго до Победы, в эти страшные 1418 дней.

Но первый немецкий самолёт был уже сбит. Почти девять часов назад.

Аргументы и Факты

14.02.2021, 05:15

https://aif.ru/society/people/ya_byl_uveren_voyna_skoro_konchitsya_kakim_bylo_22 _iyunya_41-go
22.06.2013 00:05
Яна Раловец, Эльфия Гарипова, Алина Менькова, Полина Седова, Алия Шарафутдинова, Юлия Волкова, Анастасия Дроздова

www.russianlook.com

«Первый день войны был на удивление спокойным». Муза Бурлакова, журналист и режиссёр социального театра «Доверие», Петербург
Когда началась война, мне было шесть лет. Родители отдыхали на юге, а мы с бабушкой и старшим братом – на даче. 22-го июня стояла отличная погода, обычный летний день. Вдруг у оврага недалеко от дачи появились красноармейцы. Они стали копать землю. Солдаты раскопали странный слой, там была разноцветная глина: синяя, зелёная, жёлтая. Нам, детям, было очень интересно. Мы путались под ногами у красноармейцев. От них мы и узнали, что началась война, ведь на даче не было ни радио, ни киоска с газетами.

Шестилетняя Муза незадолго до июня 1941-го
Шестилетняя Муза незадолго до июня 1941-го. Фото: Из личного архива / Муза Бурлакова
В тот же день на дачу приехала мама, забрала нас в город. В Ленинграде уже начиналась суматоха. Люди бегали по улицам и пытались запасаться продуктами. В сквере у памятника Горькому стояла тележка с газировкой. К ней выстроилась длинная очередь – люди изнывали от жары. Мимо тележки проходил строй военных: они с вожделением смотрели на эту газировку с сиропами. Народ сразу расступился и пропустил их без очереди.

Паники и ужаса у нас не было. Из книг у меня было представление о войне. Я понимала, что можно погибнуть, но страха не ощущала. Телевизора ведь тоже не было.

Вечером в дверь квартиры постучалась бригада по сбору цветного металла для нужд армии. Бабушка отдала им большой таз для варенья. Я тоже очень хотела помочь красноармейцам и притащила старинную семейную реликвию – бронзовый подсвечник.

Если первый день войны был относительно спокойным, то потом всё стало развиваться очень быстро – обстрелы, бомбёжки, блокада. Я до сих пор вздрагиваю, когда слышу звук нереактивного мотора – а вдруг летит вражеский самолёт?

Я до сих пор вздрагиваю, когда слышу звук мотора
«Я до сих пор вздрагиваю, когда слышу звук мотора». Фото: АиФ / Яна Раловец
«Кружок естествоиспытателей в первые дни войны приняли за диверсантов». Людмила Кузьмичёва, пенсионер, Нижний Новгород
В июне 1941 года мне было всего 19 лет, и начало войны я… пропустила. Я училась в Московском институте геодезии, съёмки и картографии, но заболела брюшным тифом, ушла в академический отпуск и вернулась в родной город. Случилось так, что в те дни в Горьком сформировали экспедицию из восьми молодых людей, которые должны были исследовать верховья малых рек области – Кезы, Линды и Керженца. Возглавить эту экспедицию предложили мне.

Людмила Кузьмичёва (на фото вторая слева) узнала, что идёт война, на три дня позже
Людмила Кузьмичёва (на фото – вторая слева) узнала, что идёт война, на три дня позже. Фото: Из личного архива / Людмила Кузьмичёва
Было тепло, солнечно. 22 июня рано утром мальчики поймали рыбу и сварили вкусную уху. Помню, мы начали копать и сразу же нашли предметы неандертальского быта. Ещё спорили, скребок это или просто кремень. Никакой связи с городом у нас не было.

В таком счастливом неведении прожили три дня, пока не закончились продукты. Пришлось искать по карте ближайший населённый пункт и идти туда за продовольствием.

СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Роковое лето. Можно ли было избежать Великой отечественной войны?
Заходим в село: неестественная тишина. Ни людей, ни животных. Даже петухи молчат.

Навстречу естествоиспытателям вышла деревенская женщина. Оглядела недоверчиво: «Вы кто такие?».

«Мы из научной экспедиции, – отвечаем. – Нам бы председателя вашего повидать».

«А нет никого, – недружелюбно буркнула женщина. – Вечером приедет начальство – разберётся. А вы пока от жары передохните в амбаре: там прохладно».

Зашли в амбар и вдруг с удивлением услышали за спинами лязг щеколды. Бросились к запертой двери и стали колотить в неё кулаками.

«Сидите тихо, диверсанты, – говорит хозяйка. – А то думали, что мы вас не узнаем. Какая-такая экспедиция, когда в стране такое горе?»

Так и просидели до вечера взаперти, голодные, в недоумении, какие могут быть диверсанты в семёновской глухомани.

Только вечером, когда приехал председатель колхоза с милиционером, мы узнали, что идёт война, и у нас волею судьбы получилось на три мирных дня больше. Вернулись в Горький, а там наших парней уже ждали повестки.

Людмила Кузьмичёва возглавляла отряд натуралистов, принятый за диверсантов
Людмила Кузьмичёва возглавляла отряд натуралистов, принятый за диверсантов. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова
«Я думал, Гитлер – это название какого-то чудовищного оружия». Эдуард Меньков, военнослужащий в отставке, Краснодар
Когда началась война, я был шестилетним мальчиком. В июле должно было исполниться семь. А в сентябре мама, как и все, планировала вести меня в первый класс.

Из-за войны у Эдуарда Менькова не осталось ни одного детского фото
Из-за войны у Эдуарда Менькова не осталось ни одного детского фото. Фото: Из личного архива / Эдуард Меньков
Тот летний день – 22 июня – я очень хорошо помню. Наверно, потому что он был долгожданным – я собирался опробовать новый двухколёсный велосипед, папин подарок. Я собирался на улицу, как обычно. Думал – сейчас похвастаю своим железным конём перед дворовыми мальчишками. Весь такой восторженный, неугомонный бегу! Но в коридоре я заметил шепчущихся родителей. Мама почему-то закрывала лицо руками, её плечи вздрагивали. Я понял, что она плачет. Где-то в глубине коридора я слышал мужские голоса: «Что делать, пойдём на фронт. Кто, если не мы?», – говорил один. «Бедная Лида, как она будет без меня с тремя-то малышами!» – отвечал другой. Их голоса тоже дрожали. Все пытались говорить спокойно, как будто вселяя друг в друга веру. Мама мне сказала, что сегодня началась война. Но я плохо представлял, что значит это слово. Я думал, Гитлер – это название какого-то чудовищного оружия, которого все боятся. Оказалось, это был просто человек.

Мы проводили отца, до сих пор помню, как горько плакала мама. Потом нас в срочном порядке эвакуировали в Астрахань: в квартиры тех, кто имел так называемую «излишенку», лишние квадратные метры по меркам государства. Помню, мама таскала меня с собой на работу – она сортировала одежду, которая прибывала с фронта. Неприятное зрелище – эшелоны гимнастёрок, пробитых пулями, телогреек в пятнах крови. Эта одежда шла на переработку – чистку, штопанье и снова её отправляли на фронт».

На велосипеде я в тот день так и не покатался. И вообще больше не покатался: не было ни времени, ни возможностей. Когда наступил мир, и папа вернулся с войны, я из него уже вырос.

Я плохо представлял, что такое война
«Я плохо представлял, что такое война». Фото: АиФ / Алина Менькова
«Всю ночь сушили сухари для соседей». Анна Колосок, пенсионерка, село Неженка Оренбургской области
О войне мы узнали 22 июня ближе к вечеру. Мама с работы бежит, кричит: «Ребятишки, ребятишки, война!». Что было в деревне… даже сейчас мурашки по телу бегут. Мне было почти 11 лет, я уже тогда маме помогала: за курами колхозными смотрела. Мужчины как раз на покосе были, их сразу с полей забирали, прямо вместе с лошадьми. Все местные жители очень быстро около сельсовета собирались. Женщины многие в обмороки падали, рыдали. Мы до полуночи стояли около сельсовета с другими детьми, а потом нас разогнали, сказали, нельзя там находиться.

Когда началась война, Анне Колосок (на фото третья слева во втором сверху ряду) было 11 лет
Когда началась война, Анне Колосок (на фото – третья слева во втором сверху ряду) было 11 лет. Фото: Из личного архива / Анна Колосок
У меня-то отца не было, он умер, когда мне ещё год не исполнился, но мать всё равно всю ночь сушила сухари в дорогу, для соседей.

В фильмах показывают, что в ночь с 21 на 22 июня выпускные были, у нас нет. Да и вообще, окончание школы особо не праздновали, в нашем селе только большой костёр разводили и веселились около него, прыгали, танцевали, пели.

СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Где правда, где ложь? Эксперт развенчал мифы о Великой Отечественной войне
У моей подружки в первые дни отца забрали на фронт, мы с ребятами его проводили и идём домой, ревём, жалко же! А вечером сидим около дома, смотрим: он обратно едет, близорукий был, его отпустили, слава Богу. Вот он и остался: один мужчина на всю улицу.

Работы стало очень много, старались себя подбадривать: ходили с песнями, танцевали под гармошку, балалайку, а когда не было, так просто ложкой по алюминиевому блюду стучали. Вечером собирались у окошка, слушали, какие новости по радио передают.

Не люблю те года вспоминать, не дай Бог, когда-нибудь вам в такие времена жить. Да больно-то ничего и не запомнила, тёмная была. Это сейчас дети умные, а тогда нам и не надо было.

А вот как война кончилась, я уже хорошо помню! Мама на базар уехала, а мы все на хозяйстве остались. Но она быстро вернулась, да с трёхлитровой корчагой сметаны, на стол поставила, всем ложки раздала, и сама вся в слезах за стол села.

Анна Колосок не любит вспоминать то время
Анна Колосок не любит вспоминать то время. Фото: АиФ / Полина Седова
«Никто не сомневался в быстрой победе». Ильтазар Алеев, пенсионер, Казань
В первые дни войны Великая Отечественная не воспринималась как что-то страшное. Известие о немецком вторжении застало меня на вокзале. Мне тогда было 14 лет. Жили мы с семьёй в Петропавловске. Меня включили в областную команду, которая 22 июня должна была ехать в Алма-Ату на республиканские оборонно-физкультурные соревнования. Поезд отправлялся днём, но мы прибыли на вокзал за два часа: все такие радостные, молодые, позитивные. Проводить нас пришёл мой отец, и он первым сообщил мне, что началась война.

Ильтазар Алеев ехал на соревнования и был уверен, война это ненадолго
Ильтазар Алеев ехал на соревнования и был уверен, война – это ненадолго. Фото: Из личного архива / Ильтазар Алеев
Несмотря на известие, команда спортсменов отправилась на соревнования. Поскольку Трансказахстанской железной дороги тогда не было, поезд пять дней ехал через Омск, Новосибирск, Барнаул.

В пути никто не сомневался в быстрой победе советских войск. «Мы уже слышали о сражениях на озере Хасан, у реки Халхин-гол, о советско-финской войне. Во всех этих боевых действиях мы победили. В дороге пели песню из кинофильма «Если завтра война»: «И на вражьей земле мы врага разгромим, малой кровью, могучим ударом!». У нас не было паники.

О серьёзности военного положения узнали только в Алма-Ате, когда нам объявили, что соревнования отменены. Обратный пятидневный путь полностью изменил настроения. По радио мы слышали одну и ту же трафаретную фразу: «После тяжёлых ожесточённых боёв наши войска оставили и такой-то город». Мы с ребятами смотрели на карту и видели, каким будет следующий завоёванный немцами населённый пункт.

Паника началась, только когда немцы начали брать город за городом
«Паника началась, только когда немцы начали брать город за городом». Фото: АиФ / Алия Шарафутдинова
«Как будто вороньё летит в глаза». Александр Китаев, пенсионер, Самара
Когда началась война, мне только исполнилось 18 лет, призвали в армию, 22 июня я ехал в эшелоне в учебную часть. Даже не знал, куда нас везут. Мы ехали через Украину, настоящее путешествие для мальчуганов, которые дальше своего городка ничего не видели. Леса, поля, всё казалось таким красивым и в то же время не родным. И вот, удивительный город Полтава! Везде цветы, девушки в венках встречают нас, как на картинках книг! Мы не могли наглядеться на эту красоту. Наш эшелон остановился в цветущем городе. Только мы выбежали посмотреть на красоту, как всё и началось».

22 июня Александр Китаев ехал на службу в армии и ещё ничего не знал про войну
22 июня Александр Китаев ехал на службу в армии и ещё ничего не знал про войну. Фото: АиФ / Юлия Волкова
Неожиданно мой друг услышал шум, тут все обернулись на эшелон. Запрыгнули на вагон, чтобы посмотреть, откуда шум, и очередь пуль понеслась на нас сверху. Такой грохот начался, темнота, дым. Кровь, мальчишки из родной деревни просто падали мне на руки. Я не знал, как им помочь.

Зазвучали сирены, в громкоговоритель стали объявлять о начале войны. Мы не верили, не понимали ничего. Был обстрел, пришлось биться за выживание, хотя оружие мы до этого в руках практически не держали.

Это страшно. Такое ощущение, что вороньё летит в глаза. Многие там и остались, погибли в первый же день войны.

Не могу это вспоминать, вы не представляете, что я пережил. Но Бог дал вам этого не видеть. Но в тыл я бы в жизни не пошёл. Я рад, что воевал и всё знаю, что такое – жизнь, и радуюсь даже тому, что вы улыбаетесь. Мы вам подарили новую жизнь, пусть нас не видит правительство, нам недолго осталось, но что вы живёте мирно, это радость и честь для нас.

Первый день войны Александр Китаев вспоминает с ужасом: попал под обстрел
Первый день войны Александр Китаев вспоминает с ужасом: попал под обстрел. Фото: АиФ / Юлия Волкова
«Папа сказал, надо выжить». Надежда Полуаршинова, Ветеран труда, Омск
В июне 41-го мне исполнилось 12 лет. Наша семья – 9 человек, не особо большая по меркам тех времён, жила в селе. Лето же было – стояло такое хорошее тёплое утро. Мы в амбаре спали летом всегда – на сене – и нам веселей, и маме мороки в доме меньше. Вот и тогда только проснулись ещё, вышли на улицу. А потом услышали вой. До сих пор помню утро 22 июня – время громкого и очень почему-то дружного плача.

Надежда Полуаршинова и её отец
Надежда Полуаршинова и её отец. Фото: Из личного архива / Надежда Полуаршинова
В маленькую деревню – всего 36 дворов – прискакал вестовой уже около полудня. До ближайшего телефона было больше 12 километров, и сообщить новость можно было только лично. Он влетел в село – и к конторе – там и управление, и школа в одном здании были. У вестового в руках был какой-то маленький тёмный флажок – не наше знамя, а именно короткий флаг тёмный. Он громко кричал: «Война, война началась!» – и передал председателю талон – по этому талону всех должны были на фронт отправить, кого полагалось.

Михаил Худолеев.
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Привет из 1941-го. Воспоминания участника Таллинского прорыва
Тогда как было – каждый парень призывного возраста должен был по первому же слову разом быть готов выступить и добраться до фронта – и одежда, и еда – всё при тебе должно быть, никто тебя по дороге не обеспечит.

Тот самый вой, перепугавший нас, детей, был оттого, что из большинства семей забирали сыновей и отцов. А детей везде много, все остались на женщинах.

Мой отец, 50-летний Михаил Михайлович, в тот же день не уехал. Он считался мастеровым – был пимокатом (пимы – местное название валенок – прим. ред.), его забрали в город позже – обеспечивать нужды фронта. А тогда он зашёл в дом и очень медленно опустился на лавку. Мы смотрели на него во все глаза. А он только охнул и сказал: «Ну что. Готовиться надо. Выжить надо». В тот же день мужчины, парни молодые и многие девушки уже отправились на телегах в Тюкалу, а оттуда в обозах уезжали в город, чтобы отправиться на фронт.

Уже в три – четыре часа дня все уехали, кто должен был. Остальные – кого в город вызвали – собирались по домам. Тихо стало очень.

Папа дожил до Победы
«Папа дожил до Победы». Фото: АиФ / Анастасия Дроздова

Андрей Уланов

16.02.2021, 07:51

https://warspot.ru/6414-iyun-1941-goda-4-y-mehkorpus-na-lvovskom-vystupe
24 июня '16

В советской историографии действия механизированных корпусов РККА в начале войны редко удостаивались подробного описания. Обычно дело ограничивалось общими словами о нехватке современных танков, бесполезности машин старого типа и многократном превосходстве немцев. Но даже на общем невесёлом фоне действия советского 4-го механизированного корпуса в июне 1941 года выглядят белым пятном. А причина в том, что командовал им в то время генерал-майор А. Власов. Поминать будущего предателя и командующего РОА в сколь-нибудь положительном ключе в СССР было не принято. Как бы то ни было, из песни слов не выкинешь — первые приказы 4-му корпусу отдавал Власов. По большому счёту, на этом его участие в июньских боях закончилось, и дальше дивизии воевали сами по себе…

Первая тревога
К началу войны 4-й механизированный корпус был одним из наиболее укомплектованных соединений в советских танковых войсках. На 22 июня 1941 года в его составе числилось 892 танка, в том числе 101 КВ и 313 Т-34. Корпус дислоцировался во Львове и, согласно довоенным планам, в случае начала боевых действий подчинялся 6-й армии генерал-лейтенанта И. Н. Музыченко.

На отведённом ему участке командарма-6 больше всего беспокоили фланги. У Львова граница СССР образовывала так называемый «львовский выступ», и советским частям, находившимся в нём, окружение грозило «по умолчанию». Поэтому в 6-й армии за признаками приближающейся войны следили особенно внимательно. Её бойцов, в отличие от многих других, немцы не застали спящими в казармах.

Бой на улицах города Немиров. На заднем плане видны разбитые немецкие 150-мм тяжёлые пехотные орудия s.IG.33.71-й пехотной дивизии и подбитый танк БТ-7 8-й танковой дивизии 4-го МК - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Бой на улицах города Немиров. На заднем плане видны разбитые немецкие 150-мм тяжёлые пехотные орудия s.IG.33.71-й пехотной дивизии и подбитый танк БТ-7 8-й танковой дивизии 4-го МК
Части 4-го мехкорпуса начали выдвигаться в районы сосредоточения ещё 17 июня. К сожалению, не все: уже на этом этапе началось «растаскивание» соединения. В частности, 202-й мотострелковый полк остался во Львове. Конечно, в городе, где значительная часть населения не питала особой любви к советской власти, сильный гарнизон был нужен. К сожалению, последовавшие события показали, что и танкам 4-го мехкорпуса без поддержки было никак.

«Боевой приказ №1 штаб 4 мк

Сведенья о противнике сообщаются особо.
Части второго района прикрытия выдвигаются к госгранице и занимают оборону предполья:
4 МК отмобилизиовавшись и подготовившись к бою, выдвинуться в резерв района прикрытия – Крехув, иск. Янув, Бжуховище.
Сосредоточение частей корпуса прикрывается полками 15 САД 26 ИАП и 154 ИАП.
Одновременно с приведением частей в боевую готовность организовать оборонительные работы силами инженерных подразделений и с привлечением местного населения.»
Война в районе львовского выступа началась 22 июня 1941 года, в 4:15 утра. Первыми приняли бой пограничные заставы. Хотя наступавшую немецкую пехоту поддерживали «Штуги», на то, чтобы полностью сломить сопротивление советских «зелёных фуражек», противнику понадобилось несколько часов. На некоторых участках бои продолжались даже во второй половине дня.

К этому времени в схватку уже вступила выдвинутая к границе 97-я стрелковая дивизия. По итогам 1940 года она была признана лучшей в РККА, но даже ей было не под силу выстоять под ударом сразу четырёх немецких дивизий.

Танк Т-34 из 8-й танковой дивизии 4-го МК, подбитый западнее городка Магерув - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Танк Т-34 из 8-й танковой дивизии 4-го МК, подбитый западнее городка Магерув
С самого начала войны главной заботой штаба командарма Музыченко стал правый фланг армии. Здесь, севернее Львова, в стык между войсками 6-й и соседней 5-й армией М. И. Потапова била 1-я танковая группа Э. фон Клейста. По разрозненным донесениям от советских частей, попавших под удар в первый день войны, понять это было сложно — отовсюду шли новые и новые доклады о превосходящих силах противника и его прорывающихся танках. Но даже того, что было видно, хватило, чтобы командарм-6 принял решение отправить на правый фланг часть войск 4-го механизированного корпуса — 32-ю танковую дивизию.

«Боевой приказ №3 штакор 4 18.00 22.6.41 г

…

32 ТД двумя батальонами средних танков с одним батальоном мотопехоты от 81 МД нанести удар в направлении Жулькев, Камнонка, Струмилова, м. Холоюв, во взаимодействии с частями 15 МК уничтожить пехоту и танки противника в районе Радзехув.»

Остальные части 4-го корпуса пока должны были оставаться в районах сосредоточения и вести разведку. Именно разведчикам первыми довелось вступить в бой с немцами. Были потеряны два танка, погибло двое танкистов. Также пришлось повоевать мотострелковому батальону, который вместе с ротой танков послали на розыски вражеских парашютистов. Летом 1941 года «парашютные десанты» в донесениях встречались регулярно — то, что глубоко в тыл могут прорваться подвижные части противника, советское командование осознало не сразу.

«2/323 сп. С ротой танков 53 ТП составлял отряд по борьбе с парашютными десантами в районе Гноиница. Встретившись с противником на рубеже Сенев, Бучина, Залаз батальон перешел к обороне. В результате боя имеются потери: 1 раненый.

Разведрота 53 ТП ведя разведку в направлении Дуньковище-Радумно по достижении рубежа Залеска Воля и роща западнее была встречена противником из направления Дуньковище, Ниновице.

В результате боя выведены из строя два танка, один из них сгорел. Потери в личном составе: Убито 1 средний командир, 1 младший командир ранено 1 человек».

По уточнённым данным оказалось, что потеряны оба танка — второй завяз в болоте. Ещё один танк сгорел по пути, опрокинувшись в кювет. Наверняка имелись также машины, вышедшие из строя и даже оставленные в парках. Увы, уровень боеготовности советских танковых частей в июне 1941 года был далёк от стопроцентного. Но 4-й мехкорпус всё ещё представлял собой достаточно грозную силу.

«Командиру 81 мд.

При следовании в район сосредоточения танк БТ-7А (на бакинском бензине) опрокинувшись в кювет, воспламенился. Огонь при всем усилии экипажа затушить не удалось. После расследования сообщу более подробно.

Командир 53 ТП

Полковник Кобец»

Тем временем обстановка в полосе 6-й армии ухудшалась. Севернее Львова рвались на восток дивизии 1-й танковой группы Клейста. В самом львовском выступе ситуация тоже была не из лучших — под нажимом немцев передовые советские дивизии отходили назад. При этом между флангами 97-й и 41-й стрелковых дивизий уже к вечеру 23 июня образовался разрыв, не занятый нашими частями.

Фрагмент немецкой карты по состоянию на 23 июня - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Фрагмент немецкой карты по состоянию на 23 июня
Дилемма командарма-6. Город Немиров
Музыченко предстоял сложный выбор. С одной стороны, угроза правому флангу 6-й армии никуда не делась. С другой, как раз в это время штаб Юго-Западного фронта запланировал контрудар по немецкому танковому клину, в котором должны были принять участие советские 4-й, 8-й и 15-й механизированные корпуса. И без того сложную обстановку усугублял «туман войны»: штаб 6-й армии в это время не располагал информацией о том, как далеко и какими силами немцы продвинулись вглубь обороны. В результате Музыченко решил всё-таки сначала разобраться со «своими» проблемами, устранив угрозу раскола фронта. По приказу штаба армии танковые части должны были начать наступление в 14:00, во взаимодействии с 97-й стрелковой дивизией.

Но бой начался раньше и не по советскому плану.

Танки Т-28 8-й тд 4-го МК, подбитые на южной окраине Немирова - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Танки Т-28 8-й тд 4-го МК, подбитые на южной окраине Немирова
Маршрут, проложенный для 8-й танковой и 8-й мотострелковой дивизий, проходил через небольшой украинский городок Немиров. Он находился как раз в «разрыве» и не был обозначен как захваченный противником. По состоянию на вечер 23 июня это соответствовало истине.

Но утром 24 июня в Немиров начали входить части 71-й пехотной дивизии вермахта. Они ещё не успели толком развернуться и организовать оборону, когда в 12:40 на окраине города оказались сначала танки головного дозора, а затем походной заставы 16-го танкового полка 8-й танковой дивизии. На улицах Немирова их встретила мечта любого танкиста — вражеская артиллерия в походных колоннах. Немцы успели развернуть всего несколько пушек, прежде чем советские танки начали расстреливать лошадей и автомашины, давить гусеницами орудия и артиллеристов, не успевших убежать. Немецкий противотанковый дивизион, входивший в город, успел подбить два Т-28, прежде чем его проутюжили идущие следом танки. «Проход» советских дозоров обошёлся немцам в четыре 37-мм Pak-36, одну раздавленную 50-мм Pak-38 и несколько «пехотных орудий». Между тем, к городу вот-вот должны были подойти основные силы советской танковой дивизии.

Казалось, что теперь, после успехов передовых дозоров, «тридцатьчетвёркам» останется только добить оставшихся немцев. Но вышло иначе. Советские танки развернулись для атаки Немирова и угодили в почти незаметное и не обозначенное на карте болото сбоку от шоссе. Нескольким «тридцатьчетвёркам» удалось прорваться в город, но немцы их расстреляли сосредоточенным огнём противотанковых орудий. Учитывая, что прямого приказа брать город не было, а дальнейшие атаки без поддержки пехоты и артиллерии могли привести к ещё большим потерям, командир 8-й танковой дивизии предпочёл обойти Немиров стороной.

Танк Т-34 8-й тд 4-го МК, раздавивший немецкую 50-мм противотанковую пушку Pak 38 - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Танк Т-34 8-й тд 4-го МК, раздавивший немецкую 50-мм противотанковую пушку Pak 38
Зато приказ на взятие был у идущей следом 81-й мотострелковой дивизии, подошедшей к городу через несколько часов. Правда, состав соединения оказался весьма далёк от штатного расписания: вместо двух мотострелковых полков, артполка и разведбата к городу подошли два танковых батальона и всего одна мотострелковая рота. Проще говоря, в советской группировке было много танков и очень мало пехоты. Причём 81-я дивизия была укомплектована, в основном, танками БТ-7, для которых 37-мм пушки Pak-36 были смертельно опасны. К тому же немцы за прошедшие несколько часов значительно усилили оборону, превратив Немиров в «противотанкового ежа». Оборона города ощетинилась 19-ю 37-мм пушками, тремя 50-мм Pak-38, миномётами. Кроме того, позади Немирова расположилась тяжёлая артиллерия, готовая поддержать защитников навесным огнём.

Первым в город пошла разведка — рота БТ из 1-го батальона. Затем город атаковали всеми имеющимися силами. Чтобы хоть чем-то заменить отставшую артиллерию, часть танков оставили для ведения огня с места.

Пехотную роту немцы почти сразу же отсекли пулемётно-миномётным огнем. Танки, которым удалось прорваться в город, в дыму и огне играли в смертельные прятки с немецкими противотанкистами. К вечеру 24 июня Немиров охватило пламя.

Из доклада 53-го танкового полка:

«Противник из города был изгнан, но наши части городом не овладели, так как по нему был открыт ураганный огонь противника и наших частей и город горел».

Бой за Магерув
71-я пехотная дивизия вермахта не была единственным соединением, которое в июне 1941 года попало под советский танковый каток.

В 20 километрах к востоку от Немирова расположен городок Магерув. В первой половине дня 25 июня в него вошла 97-я легкопехотная дивизия вермахта. На пути от границы немцы почти не встретили сопротивления, и тот факт, что им удалось пройти дальше соседей — 295-й и 71-й пехотных дивизий, — командование поначалу сочло большим успехом. Правда, немцы не знали, что советская сторона тоже уделила внимание этому достижению.

15-й танковый полк получил задачу выбить немцев из Магерува. Описание боя в советском отчёте по-военному сухое и чёткое. Командир полка принял решение: на дистанции 150 метров танк от танка ворваться в Магерув и уничтожить имевшегося там противника. Судя по немецким описаниям, советские танкисты действовали более творчески. Наши танки атаковали тройками — три машины рядом, боковые ведут огонь по сторонам, центральный танк — вперёд. Машины включили прожектора и фары боевого света. Часть танков несла пехотный десант.

Подбитый танк Т-34 8-й тд 4 МК, раздавивший немецкую 50-мм противотанковую пушку Pak 38 - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
Подбитый танк Т-34 8-й тд 4 МК, раздавивший немецкую 50-мм противотанковую пушку Pak 38
Есть данные, что в этой атаке отлично себя показали трёхбашенные «старички» Т-28, носовые пулемётные башни которых были будто созданы, чтобы «подметать» улицы перед собой свинцовым веником.

Согласно рапорту 15-го танкового полка, при занятии города была уничтожена батарея 75-мм пушек и миномётная батарея, разгромлен штаб 7-го артиллерийского полка и захвачены штабные документа. А судя по немецким фото, на улицах Магерува в виде груд раздавленного танками металлолома остались не только 75-мм пушки, но и тяжёлые гаубицы.

Боевые потери 15-го танкового полка непосредственно в Магеруве были сравнительно небольшими. Гораздо хуже отразилась на состоянии части потеря управления в последовавшем ночном бою — на сборный пункт сумели вернуться лишь 15 танков из 53, вышедших в атаку.

БТ-7М 81-й мотострелковой дивизии 4-го механизированного корпуса, вышедший из строя по технической причине - Июнь 1941 года. 4-й мехкорпус на Львовском выступе | Военно-исторический портал Warspot.ru
БТ-7М 81-й мотострелковой дивизии 4-го механизированного корпуса, вышедший из строя по технической причине
Заканчивался июнь 1941 года и бои в львовском выступе. Части 6-й армии и 4-ого мехкорпуса отходили на восток. За ними оставались подбитые и брошенные танки, а ещё – разбитые и раздавленные немецкие орудия, и убитые враги, для которых поход в СССР закончился, не успев начаться.

Через три года советские танки вновь вернуться в эти места. Но тогда всё будет совсем иначе. В июле 1944 года Немиров будет взят 21-м гвардейским кавалерийским полком при поддержке всего пяти танков 87-го танкового полка. Взят без потерь.

Автор горячо благодарит команду проекта «Немиров-41»: Андрея Карпова, Юрия Моргуна, Константина Ковалышина, Владимира Гречуха, Романа Шалева и Дениса Колокольчикова

Источники:

Оперативные документы 4-ого механизированного корпуса.
Оперативные документы 81-й мотострелковой дивизии.
Оперативные документы 6-й армии.
Фронтовая иллюстрация за 2008 №4 — Немиров. Первый бой корпуса генерала Власова.
Фронтовая иллюстрация за 2004 №4–1941 Бои на Украине.

Humus

16.02.2021, 10:13

https://humus.livejournal.com/7606715.html
Пишет хумус (humus)
2021-02-16 06:01:00 Сейчас запись на 80 месте в рейтинге 192

01. Вена. Зрители во время скачек

02.«Антисемитская кампания в Вене сейчас в самом разгаре. На больших плакатах написано «Иудаизм - это криминал - прочтите дополнительный выпуск Штюрмера». Подобные плакаты можно найти на многих заметных и оживленных перекрестках по всей Вене».

03. Вена. Влюбленные пары во время поездки на трамвае

04. Антисемитская кампания в Вене

05. Курорт Бад-Ишль. Женщина выходит из антикварного магазина

06. Антисемитские надписи на кафе, принадлежащем евреям

07. Вена. Ресторан в районе Гринцинг. Официантка пополняет запасы графинов с вином

08. Антисемитские надписи на здании магазина

09. Венский хор мальчиков путешествует из дома отдыха в Тироле в Америку

10. Надпись в витрине шляпного магазина гласит «Nichtarische Firma» (неарийская фирма)

11. Рудольф Гесс посетил Клагенфурт. Его приветствуют местные жители

12. Вывеска в магазине ювелирных изделий на Кертнерштрассе гласит «Nicht Arische Firma» (неарийская фирма)

13. Двое нацистов охраняют ворота большого здания в Вене

14. Выставка «Вечный жид» в Вене

15. Лени Рифеншталь в Вене перед показом документального фильма «Олимпия»

16. Группа австрийских нацистов совершает поездку в Вену, пытаясь атаковать принадлежащие евреям предприятия в городе

17. Фасад кафе «Рембрандт» в Вене и пешеходная дорожка исписаны антисемитскими надписями

18. Две влюбленные пары вечером в пабе

19. Мальчик помечает дом надписью «жид»

20. Две молодые девушки в шортах перед фонтаном в Зальцбурге

Foto_history

17.02.2021, 08:19

https://foto-history.livejournal.com/13410951.html
sergei_1956 (sergei_1956) написал в foto_history
2020-04-04 17:21:00 467

...В первый поход он вывел свою лодку вечером 22 июня 1941 года. Согласно его заявлениям, «Щ-421» потопила 7 кораблей и транспортов противника общим водоизмещением 49 тыс. тонн. Однако подтверждённым документально является потопление только одного парохода: 5 февраля 1942 года «Щ-421» потопила немецкий пароход «Консул Шульте» (2975 брт). В начале апреля 1942 года «Щ-421» была награждена орденом Красного Знамени. Тогда же Лунину было присвоено звание Героя Советского Союза.

28 февраля 1942 года Лунин получает новое назначение и становится командиром подводного крейсера «К-21». Выполнил на этом корабле 12 боевых походов (9181 мили), выполнил 13 торпедных атак, доложил о потоплении 10 немецких кораблей. Также выполнил 4 минные постановки.

Николай Лунин родился в Одессе в семье моряка в 1907 году, 21 августа . В 1910 году семья переехала в Мариуполь, где отец стал работать на портовой землечерпалке, в Мариуполе прошли детство и подростковые годы Николая. Жила семья недалеко от Морвокзала, учился Николай в школе № 31. После окончания школы-семилетки в 1924 году стал работать камбузником, юнгой, матросом на судах портфлота. В 1925 году уезжает в Ростов-на-Дону учиться в морском политехникуме (ныне — Институт водного транспорта имени Г. Я. Седова), окончил его в 1930 году. Член ВКП(б) с 1928 года.
В августе 1930 года был призван на срочную службу в Красную Армию, служил шифровальщиком в штабе Северо-Кавказского военного округа. В ноябре 1931 года уволен в запас.

После увольнения в запас вернулся на торговый флот, с января 1932 года преподавал в Одесском институте инженеров водного транспорта. С мая 1933 года плавал на баркентине «Вега» по Чёрному морю вторым помощником капитана, а вскоре стал старпомом и капитаном судна. затем плавал на нефтевозе «Совтанкер» штурманом и капитаном. *** В октябре 1935 года был призван в Рабоче-Крестьянский Красный Флот, направлен на учёбу в Учебный отряд подводного плавания ВМС РККА имени С. М. Кирова. Окончил отряд в апреле 1937 года, назначен помощником командира подводной лодки «Щ-402» Северного флота, в апреле 1938 года командиром лодки Щ-404. ... Читать дальше »

Командир подводной лодки Северного флота Лунин Николай Александрович
***На севере, подводная лодка Магомету Гаджиеву приписывают фразу: «Нигде нет такого равенства, какое существует на подводной лодке, где все или побеждают, или погибают». Фраза оказалась пророческой: из находившихся на борту К-23 не уцелел никто....Великую Отечественную войну Гаджиев встретил на Северном флоте. 30 июля 1941 года ему было присвоено звание капитана 2 ранга. С начала войны дивизион Гаджиева произвёл 12 боевых походов. По советским данным, к лету 1942 года при личном участии Гаджиева были потоплены 10 транспортов противника. Он ввёл в практику подводников потопление транспортов противника из артиллерийских орудий, которыми были оснащены лодки типа «К» (2 орудия Б-24ПЛ калибра 100 мм и 2 орудия по 45 мм). Кроме того, Гаджиев ввёл в традицию подводников салют из орудия в знак того, что экипаж одержал очередную победу в море. Обе эти традиции родились одновременно:

4 декабря 1941 года после атаки на конвой «К-3» с комдивом на борту была атакована противолодочными кораблями и легла на дно с течью соляра и поступлением воды в корпус. По приказу Гаджиева «К-3» всплыла и приняла артиллерийский бой против трёх сторожевиков противника. Два потопила, третий повредила, а вернувшись 6 декабря из боевого похода — впервые произвела орудийный салют.

Гаджиев Магомет Имадутдинович. Герой Советского Союза

12 мая 1942 года подводная лодка «К-23», на которой находился Гаджиев, атаковала конвой, а затем вступила в бой с охранявшими суда тремя противолодочными кораблями. Силы оказались неравны, и попытавшаяся уйти в подводном положении лодка, оставлявшая на поверхности след соляра, была потоплена глубинными бомбами с большого охотника «Uj 1109».

Служба, Альбом.ДМБ - 78
***
***

***КСФ, Альбом.ДМБ - 78

Прощайте, скалистые горы

Музыка: Е. Жарковский Слова: Н. Букин

Прощайте, скалистые горы,

На подвиг Отчизна зовет!

Мы вышли в открытое море,

В суровый и дальний поход.

А волны и стонут, и плачут,

И плещут на борт корабля...

Растаял в далеком тумане Рыбачий,

Родимая наша земля.

Корабль мой упрямо качает

Крутая морская волна,

Поднимет и снова бросает

В кипящую бездну она.

Обратно вернусь я не скоро,

Но хватит для битвы огня.

Я знаю, друзья, что не жить мне без моря,

Как море мертво без меня.

Нелегкой походкой матросской

Иду я навстречу врагам,

А после с победой геройской

К скалистым вернусь берегам.

Хоть волны и стонут, и плачут,

И плещут на борт корабля,

Но радостно встретит героев Рыбачий,

Родимая наша земля.

Альбом. ДМБ - 78. КСФ

*** Кольский полуостров.jpg

Альбом ДМБ - 78 001 (140).jpg Альбом ДМБ - 78 001 (107).jpg КСФ, Альбом.ДМБ - 78 КСФ, Альбом.ДМБ - 78 В День ВМФ ... В День ВМФ ... В День ВМФ ... На флоте Северном... На флоте Северном...

Баренцево море... у маяка Выевнаволок

*** Фото, Альбом.ДМБ - 78

***В День ВМФ ...

***На флоте Северном...

***На флоте Северном...

***Когда мы были молодыми...

***С Днём Защитника Отечества !

***Служба, Альбом.ДМБ - 78

*** КСФ + ещё инфо...

***

***

***

Магомед Имадутдинович Гаджиев Жизнь, биография.Магомед Имадутдинович Гаджиев

***

Во всех своих походах М. И. Гаджиев выступал в роли обеспечивающего действия командира подводной лодки и являлся старшим на борту. Он ходил в море на всех кораблях своего дивизиона, кроме К-1, которой командовал капитан 3-го ранга М. П. Августинович, ставший командиром 1-го дивизиона после гибели Гаджиева.

Суммарно Магомет Имадутдинович провёл в боевых походах по меньшей мере 127 суток за неполный год, что даёт очень высокий для того времени коэффициент оперативного напряжения в 0,39.

№

Корабль

Командир

Выход из базы

Окончание похода

Суток в походе

Описание
1 Д-3 Константинов Ф. В. 23.06.1941 04.07.1941 11 Порсангер-фьорд
2 К-2 Уткин В. П. 07.08.1941 31.08.1941 24 Тана-фьорд и Бос-фьорд
3 К-2 Уткин В. П. 07.09.1941 19.09.1941 12 к Вардё
4 К-23 Потапов Л. С. 28.10.1941 30.10.1941 2 мины к Киркенесу
5 К-21 Жуков А. А. 07.11.1941 21.11.1941 14 Хаммерфест
6 К-3 Малафеев К. И. 21.11.1941 06.12.1941 15 Хаммерфест
7 К-22 Котельников В. Н. 13.01.1942 01.02.1942 19 Конгс-фьорд
8 К-21 Лунин Н. А. 11.03.1942 14.03.1942 3 На помощь Щ-402, у которой закончилось топливо
9 К-21 Лунин Н. А. 21.03.1942 03.04.1942 13 к мысу Нордкап
10 К-2 Уткин В. П. 09.04.1942 10.04.1942 1 На помощь подорвавшейся на мине Щ-421
11 К-23 Потапов Л. С. 29.04.1942 12.05.1942† 13 к о. Фуглё, затем позиция 4

***

Награды Гаджиева М.И.

Звание Героя Советского Союза было присвоено 23 октября 1942 года посмертно.

Два ордена Ленина,

Орден Красного Знамени,

Медали.

***

В честь Героя Советского Союза Гаджиева М.И. назван город Гаджиево в Мурманской области.

Воздвигнут монумент в городе Гаджиево.

Воздвигнуты памятник в городе Махачкала и бюст в ауле Мегеб.

Его имя присвоено заводу в Махачкале.

Его имя носит базовый тральщик БТ-116 «Магомед Гаджиев» Каспийской флотилии. В составе ВМФ СССР было два корабля «Магомед Гаджиев»: морской тральщик (1953—1958 годы) и плавучая база подводных лодок проекта 310 (1956—1993).

Его имя присвоено улицам в городах: Мурманске, Североморске, Полярном, Усть-Каменогорске, Хасавюрте и Махачкале.

Его имя присвоено улицам в сёлах Дагестана: Чинаре Геджух, Уллутеркеме и др.

Его именем названа плавучая база подводных лодок.

Его именем названы школы в: Москве, Каспийске, Избербаше и др.

Источник : .wikipedia.

***

***

***

***

С тельняшки она начинается...

Память о родителях. Фотография Марии Ульяновой (Шалаевой.jpgФото-ретро, фото о людях, Фотографии Марии Ульяновой(Шалаевой), фото из интернета, люди, ретро , о человеке, человек, ретро, память, фотографии моих друзей,Ораниенбаум, Ленинград. Фото-ретро

С тельняшки она начиналась,

Жизнь, что дали мать и отец.

В море судьба качалась,

Когда примеряли венец.

…В далёком году сорок третьем,

В тельняшках ходили в бой -

За Родину, землю отчую, за тем,

Чтоб мирно внуки шагали, к Кургану тропой.

Пули летали, были раненья, бои

Жить им сильно хотелось…

И Песня была! Сыграли её соловьи.

Всё одолела их флотская молодость.

Жизни моей пробился росток.

В будни военных лишений,

Вместе со мною смотрели, с запада – на восток.

Делали, как умели, Победу! Для поколений…

1.07.17.

С тельняшки она начинается

На планете живущий

***

*** Фото от Марии... Смотреть ещё - ...

***

... Читать дальше »

С тельняшки она начинается

Источник : На флоте Северном. На подводной лодке *** подводный флот, военный подводный флот, На подводной лодке, Баренцево море, Гаджиев, С тельняшки она начинается, На флоте Северном, Лунин Николай Александрович, Северный флот, память, видео, Гаджиево, флот, КСФ

Игорь Елков

17.02.2021, 18:47

https://rubin65.livejournal.com/1300407.html
2020-04-24 13:09:00

С 23 июня 1941 года в армию призывали военнообязанных от 1905 по 1918 год рождения включительно, — то есть мужчин в возрасте 23—36 лет.
Территория призыва — Ленинградский, Прибалтийский, Западный, Киевский, Одесский, Харьковский, Орловский, Московский, Архангельский, Уральский, Сибирский, Приволжский, Северо-Кавказский и Закавказский военные округа. Были и территориальные нюансы. Например, уже в ночь на 23 июня 1941 года в Сибири военкоматы разослали извещения призывникам, но повестки о мобилизации были вручены далеко не всем. В связи с угрозой нападения Японии часть будущих солдат приписали к Дальневосточному фронту и не стали вызывать на пункты сбора.

архив
Сохранилось достаточно много видов повесток военной поры: единого бланка не было. Но в документе обязательно указывалось главное: когда и куда прибыть, что иметь с собой. Призывнику напоминали и об ответственности за неявку в срок. В городах повестку из военкомата приносили на дом, в деревнях — в сельсовет.

Всего за июнь и июль 1941 года была проведена всеобщая и полная мобилизация мужчин и частичная — женщин. К этому времени уже были сняты классовые ограничения — защищать Родину мог каждый. И это не простая формальность. Дело в том, что в 1925 году в СССР приняли закон об обязательной военной службе. В армию запрещалось призывать "лиц эксплуататорских классов", а именно: детей бывших дворян, купцов, офицеров старой армии, священников, фабрикантов, а также казаков и кулаков.
В 1935 году для казаков сделали исключение. Закон 1939 года отменил ограничения на призыв в армию по классовому признаку, однако в военные училища по-прежнему принимали только детей рабочих и крестьян. Война поправила и это правило. Фактически каждый, кто хотел попасть на фронт и в училище, так или иначе мог это сделать.
Всего за первые 8 дней войны призвали 5,3 миллиона человек. То есть армия удвоилась: фактическая численность РККА к 22 июня 1941 года составляла 5,4 миллиона человек. Но огромные невосполнимые потери первых месяцев войны требовали всё новых солдат. К началу 1942 года призыв в Красную Армию уже обеспечивали призывники 1923—1925 гг. рождения. А всего за время войны под ружьё поставили 34,5 миллиона человек.
Происходил призыв так: в городах повестку из военкомата приносили на дом, в деревнях — в сельсовет. Прямо на повестке указывалось: администрации предприятий немедленно освободить призывника от работы и выдать деньги на две недели вперёд. На обороте указания: остричь голову наголо, иметь с собой документы и продукты, громоздких вещей — не брать.

Единого бланка не было, вариантов повесток было много. Но всегда указывалось главное: куда и когда прибыть. Предупреждали: за опоздание или неявку будете привлечены к ответственности.
Вместе с мобилизацией на фронт власти "бронировали" специалистов для работы на военных заводах. В призывную кампанию 1942 года предоставлялись отсрочки комбайнёрам и трактористам, занятым на уборке урожая. В зависимости от региона "бронь" также давали студентам речных техникумов, лесотехнических институтов, которые находились в навигации и на лесозаготовках в тайге. В 1941 году и до первой половины 1942 года право на отсрочки имели и учителя, которых до 1940 года вообще не брали на военную службу.
Но фронт требовал пополнения: миллионы погибших и раненых, пленных и окруженцев. В армию уже брали и 17-летних, и 50-летних.
Правда, термин "мобилизация" не совсем точно отражает ситуацию. Да, были и уклонисты, и дезертиры, но всё-таки и комсомольцы-добровольцы — не выдумка пропаганды. В части, служба в которых была сопряжена с особым риском, отбирали добровольцев 1922-1924 годов рождения. Через райкомы комсомола проходил набор десантников, лыжников, лётчиков, истребителей танков. Требовались положительные характеристики, предпочтение отдавали спортсменам, приветствовалась сдача нормативов БГТО ("Будь готов к труду и обороне СССР" — для школьников 1-8-х классов, ГТО (для лиц старше 16 лет) и ПВХО ("Готов к противохимической обороне СССР").

архив
Сохранилось достаточно много видов повесток военной поры: единого бланка не было. Но в документе обязательно указывалось главное: когда и куда прибыть, что иметь с собой. Призывнику напоминали и об ответственности за неявку в срок. В городах повестку из военкомата приносили на дом, в деревнях — в сельсовет.

Легендарная женщина — монахиня матушка Адриана (Наталья Малышева) — незадолго до смерти рассказала в интервью о том, как встретила молодёжь известие о начале войны в Москве. "Как только из репродукторов голос Левитана сообщил о начале войны, я с друзьями-студентами по авиационному институту побежала по военным академиям, — рассказала монахиня. — Мы требовали и умоляли перевести к ним из нашего института: чтобы быстро получить нужную армии специальность и — на фронт. Но только одному из нашей компании это удалось, и только потому, что у него отец был командиром Красной Армии".
Многие боялись лишь одного: война закончится, и они не успеют совершить подвиги. Потому пытались попасть на войну "по блату". "Меня не взяли из-за того, что девчонка, — вспоминала Наталья Малышева. — Было очень обидно. Ну, раз так, думаю, пойду добровольцем. А в военкомате опять отказали, сказали — учись. Правда, к октябрю, когда немец подошёл близко к Москве, в райкоме комсомола на меня посмотрели как-то странно и без проволочек дали направление в Третью Коммунистическую дивизию народного ополчения".
Дивизия — 11 тысяч добровольцев, которые не подлежали призыву. Брали всех: и детей репрессированных, и священников. Фронтовые будни внесли коррективы в юношеское представление о войне, в окопах всё оказалось прозаичнее и страшнее. Но дивизии стояли насмерть. Малышева просилась в медсёстры, но взяли в дивизионную разведку. 18 раз ходила за линию фронта. Закончила войну лейтенантом в армейской разведке. "Знаете, я ведь до сих пор себя спрашиваю: ну как такое было возможно? — рассуждала монахиня. — Столько было до войны репрессированных, сколько разрушено церквей! Я лично знала двоих ребят, у которых отцов расстреляли. Но никто не таил злобы. И эти люди поднялись над своими обидами, всё бросили и пошли защищать Родину".

фото Александра Устинова
В десантные и лыжные бригады, а также в спецподразделения истребителей танков отбирали добровольцев — по комсомольским путёвкам. Предпочтение отдавали спортсменам.

Сотрудники Центрального музея Великой Отечественной войны показали мне документ. Выдан Сталинским райвоенкоматом Москвы: военнообязанный Юдовский В.М. 6 июля 1941 года зачислен в народное ополчение. Это не повестка и не справка — просто лист бумаги с угловым штампом и круглой печатью. Примерно такое же положение с документами было и у партизан. Справка: выдана товарищу Троян Надежде Васильевне в том, что она находилась в партизанском отряде "Буря" в должности бойца. Штабам партизанских движений, скорее всего, приходилось импровизировать — даже у кадровой армии не всё гладко было с официальными документами у красноармейцев. Приказ НКО СССР №330 от 7 октября 1941 года "О введении красноармейской книжки в войсковых частях и учреждениях в тылу и на фронте" приходилось выполнять в тяжелейших условиях, когда армия отступала и бойцам не хватало очень многого, включая документов и смертных жетонов. Что уж говорить о справках для партизан и ополченцев.
... Потери Красной Армии, Военно-морского флота, пограничных и внутренних войск в ходе войны составили 11,4 миллионов человек — с учётом попавших в плен и пропавших без вести. Сколько человек полегло в партизанских отрядах, точно сказать никто не может.

Кстати

После окончания войны армия насчитывала 11 миллионов человек, что было избыточно для мирного времени. В июле 1945 года из армии были уволены все солдаты и сержанты старше 45 лет и офицеры старше 50 лет. С сентября 1945 года началось увольнение в запас солдат и сержантов старше 30 лет, а также солдат, сержантов, офицеров, имеющих ценные для восстановления народного хозяйства специальности (строители, шахтёры, металлурги, станочники и т.п.), вне зависимости от возраста.
С 1946 по 1948 год призыва в армию не производилось. Молодёжь направляли на восстановительные работы на шахтах, предприятиях тяжёлого машиностроения, стройках. В военные училища для подготовки офицеров принимались люди в возрасте 17—23 лет, имеющие среднее образование.
К началу 1948 года численность армии снизилась до 2,8 млн человек.
После Великой Отечественной новый закон о всеобщей воинской обязанности был принят в 1949 году. Призыву подлежали молодые люди в возрасте 18 лет: в сухопутные войска и в авиацию на 3 года, во флот — на 4.

○ Игорь Елков. Российская газета — Неделя №93. 30 апреля 2015

Россия 24

20.02.2021, 09:08

uFjs6hQgzoQ
https://www.youtube.com/watch?v=uFjs6hQgzoQ

Ю.А.Никифоров

22.02.2021, 07:12

o-FnKu3yAp0
https://www.youtube.com/watch?v=o-FnKu3yAp0
Автор доцент МПГУ

Михаил Тимин

23.02.2021, 07:28

eRNrRw-1wzs
https://www.youtube.com/watch?v=eRNrRw-1wzs

"The New York Times"

24.02.2021, 08:11

https://0gnev.livejournal.com/84864.html
Редакционная статья, "The New York Times", США.

Статья опубликована 20 июня 1941 года.

Единственный непреложный факт в густом тумане слухов по поводу возникшей напряженности в нацистско-советских отношениях – это подписание германо-турецкого пакта. Очевидно, он стал частью скрытой от глаз драмы, - одной из самых знаменательных с начала войны – что разыгрывается в Москве и Берлине. Немцы официально заявляют, что это соглашение обеспечивает нейтралитет Турции в нынешнем конфликте, и позволяют журналистам дать более подробные разъяснения: договор обезопасит Рейх от нападения на его южный фланг. Нападения – но с чьей стороны? Вильгельмштрассе отказывается комментировать заполонившие мировую печать сообщения о предъявленных России ультиматумах, о передвижениях войск по всей линии от Балтики до Черного моря, ограничиваясь лишь замечанием, что эти сообщения исходят не от Германии. И снова возникает вопрос: от кого же они тогда исходят?

Можно сказать с уверенностью, что из Москвы и Берлина никаких утечек не происходит. По какой-то причине эти упорные слухи о грядущей войне беспримерного масштаба пускаются в оборот в Турции и Швеции. И они, судя по всему, неизменно исходят из нацистских источников. Уже одного этого достаточно, чтобы усомниться в достоверности этих данных. Но в чем причина их намеренного распространения? Для чего Гитлер и его мастера маскировки накрывают Европу гигантской дымовой завесой? В чем здесь цель – создать ложное впечатление, что арена военных действий перемещается на восток? Почти вся германская армия уже год бездействует, и существует - пусть и небольшая – вероятность, что Берлин имитирует бросок в этом направлении, давая понять британцам: Гитлер готов остановиться на Западе – конечно, на тех рубежах, что он уже занял – как только они сами будут готовы пойти на мировую. Не стоит сомневаться и в том, что он «закручивает гайки» в отношениях со Сталиным, чтобы получить полномасштабный союз с Россией на случай, если война затянется.

Возможно, Гитлер создает иллюзию единого фронта на всем пространстве от Атлантики до Тихого океана, намекая Британии и США, что бороться против столь мощного альянса – дело безнадежное. Не исключено также, что, рисуя ту же самую картину, он дает понять: долгосрочные интересы Германии лежат не в Африке или на путях снабжения Британских островов, а в плодородных и неосвоенных пространствах русских степей. Третий вариант, который тоже нельзя полностью сбрасывать со счетов, заключается в том, что он действительно решил подчинить Сталина силой и потом забрать все, что захочет. Впрочем, нет никакой уверенности и в том, что он не пытается в очередной раз отвлечь внимание от своей истинной цели. Больше всего, однако, этот маневр напоминает его излюбленный трюк с «орлом и решкой» - угроза войны с одной стороны, протянутая пальмовая ветвь с другой. Мало того, по сути этот демарш представляет собой угрозу в ответ на угрозу со стороны Америки – дескать, Европы ему уже мало, «нового порядка» уже мало. Раз против него поднялся Новый Свет, Гитлеру придется поставить в строй весь остальной мир. Одним словом, идет «война кривых зеркал», но силы, собирающиеся на заднем плане, вполне реальны и смертельно опасны. Перевод: Максим Коробочкин</a>

"The New York Times"

25.02.2021, 07:19

https://0gnev.livejournal.com/84992.html
Редакционная статья, "The New York Times", США.

Статья опубликована 21 июня 1941 года.

Сообщается, что Берлин требует от Москвы предоставления Украине самостоятельности под германским протекторатом, демобилизации Красной Армии, передачи под контроль немцев судостроительных заводов на Балтике и гарантий, что русская тяжелая промышленность будет работать на Германию. Подтвердить, что именно в этом состоят германские требования, и даже сам факт предъявления каких-либо требований немцами, несмотря на массу туманных слухов, по-прежнему невозможно. Однако есть у приведенного списка притязаний одна черта, которую мы, несомненно, обнаружим в подлинных требованиях, когда они наконец станут известны, поскольку эта черта свойственна всей дипломатической стратегии Гитлера: его требования будут таковы, что их удовлетворение существенно ослабит способность России противостоять дальнейшим требованиям. Именно таковы все пункты фигурирующего в прессе «списка».

Идеальный образец этой стратегии Гитлер продемонстрировал во время Чехословацкого кризиса. В Мюнхене он проявил «умеренность», потребовав лишь Судетскую область. Лондон и Париж сочли, что из-за Судет не стоит начинать войну. Однако в результате ее уступки Чехословакия вместо удобной для обороны и укрепленной границы получила новую, незащищенную, и позднее оккупация всей страны стала для немцев «легкой прогулкой». Тот же метод Гитлер снова применил на Балканах: сначала проникновение немецких «технических специалистов», потом требование о проходе войск, и наконец, постепенное усиление контроля и влияния, вплоть до полного захвата.

Кстати, самое подозрительное относительно муссируемых германских «требований» к России - их крайняя жесткость. Логичнее было бы предположить предъявление притязаний, которые сами по себе казались бы недостаточным поводом, чтобы затевать войну, но, в случае удовлетворения, лишили бы Сталина возможности отклонить следующие требования. // Перевод: Максим Коробочкин.

Waralbum.Ru

26.02.2021, 09:23

26 ДЕКАБРЯ 2009
Фото: Чешский пилот британских ВВС с собакой
Чешский пилот в Королевских ВВС Великобритании и его собака.
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/chezh_41.51o0fccwz008ogos0ck844oww.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Категория: Битва за Британию, Жизнь британских войск
Информация о фото
Время съемки: июнь 1941

Tacticmedia

27.02.2021, 04:56

z5dOk7Iz8W0
https://www.youtube.com/watch?v=z5dOk7Iz8W0

Mari_batinak

01.03.2021, 08:41

https://picturehistory.livejournal.com/4588819.html
mari_batinak (mari_batinak) написал в picturehistory
2019-06-22 12:00:00 240
https://pbs.twimg.com/media/D8DELIlWwAA9blM.jpg
В этот день, 22 июня 1941 года, немецкие войска без объявления войны атаковали границы СССР - началась Великая Отечественная война.

Таким образом, мой родной город Брест стал одним из первых городов советского союза, принявших на себя главные удары нацистской Германии в этой войне.

На фото - немецкие солдаты форсируют реку Буг под Брестом.

Brest.mil.ru

02.03.2021, 06:38

http://brest.mil.ru
28 июля 1944 года войска 1-го Белорусского фронта в результате умелого обходного маневра и атаки с фронта освободили город и крепость Брест. На следующий день в газете 415-й стрелковой дивизии «В бой за Родину» была напечатана статья «Брест – город нашей славы». Это было одно из первых упоминаний о защитниках гарнизона Брестской крепости.

В политдонесении 42-й стрелковой дивизии от 22 июня 1941 года сообщалось о том, что противник начал артобстрел в 4 часа утра и вскоре огонь был перенесен на крепость. Из крепости поступали сведения о потерях убитыми и ранеными.
Что касается самой крепости, то, толщина и прочность стен фортов и казематов значили многое, но исход сражений решает в конце концов, твердость духа и железная воля бойцов, их защищающих. Героизм и мужество защитников Брестской крепости оказались для врага неодолимыми.
Фашисты рассматривали Брестскую крепость как крупный опорный пункт, оборудованный по последнему слову техники, с сильными оборонительными сооружениями.
В 1954 году вышла в свет книга писателя-фронтовика Сергея Смирнова «Брестская крепость». В открытом письме он обратился к защитникам гарнизона: «Дорогие друзья! … Десять лет назад Брестская крепость лежала в забытых заброшенных развалинах, а вы – ее герои-защитники – не только были безвестными, но, как люди, в большинстве своем прошедшие через гитлеровский плен, встречали обидное недоверие к себе, а порой испытывали и прямые несправедливости …».
23 марта 1942 года в районе Орла в штабе 45 пехотной дивизии фашистских войск было захвачено "Боевое донесение о занятии Брест-Литовска".

3 января 1957 года был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями участников обороны Брестской крепости.
3 января 1957 года был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями участников обороны Брестской крепости.
Заместитель командира по политчасти 84-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии полковой комиссар Фомин Ефим Моисеевич с первых минут войны фактически стал организатором и вдохновителем обороны центральной части крепости. Будучи оглушен взрывом и полузасыпан камнями при взрыве, раненым был взят в плен. Его расстреляли у крепостной стены по доносу предателя.
Военфельдшер Абакумова Раиса Ивановна в июне 1941 года проходила службу в 95-м отдельном медико-санитарном батальоне в должности старшей операционной сестры. В момент начала боевых действий она оказалась единственным медработником в Восточном форте Брестской крепости. Под непрекращающимся огнем она оказывала помощь раненым.
Начальник химслужбы 455-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии лейтенант А.А. Виноградов с 22 по 26 июня 1941 года исполнял обязанности начальника штаба сводной группы центральной части крепости. Несмотря на контузию, остался в строю с товарищами. Совместно с полковым комиссаром Фоминым и капитаном Зубачевым лейтенант Виноградов был инициатором издания приказа № 1 по штабу обороны крепости и лично составлял его.
Лейтенант Любочко Иван Пантелеймонович в мае 1941 года окончил пехотное училище и был назначен командиром пулеметного взвода 357-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии. Во время обороны Брестской крепости его командиру капитану Соломахо стало известно о том, что фашисты заложили ящики со взрывчаткой под стены крепости.
Овладев крепостью, фашисты занимали стратегически важное шоссе и большой узел дорог – Брест, имевший решающее значение для всей операции в целом. Именно поэтому они предпринимали серьезные усилия чтобы сломить сопротивление гарнизона.
Благодаря активной позиции писателя в вопросе признания заслуг защитников Брестской крепости, в Министерстве обороны СССР была организована работа по представлению к правительственным наградам военнослужащих гарнизона. Сергей Смирнов высказывался за то, чтобы командир 44-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии майор П.М. Гаврилов был представлен к званию Героя Советского Союза как офицер, организовавший оборону крепости в первые дни Великой Отечественной войны.Командир 44-го Стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии майор Гаврилов П.М. возглавил разрозненные группы бойцов и командиров из разных подразделений в Северной части крепости, организовал прочную оборону на участке, центром которого был так называемый восточный форт.

Гитлеровцы были поражены мужеством майора Гаврилова и проявили уважение к его храбрости, оставив ему жизнь. По свидетельствам очевидцев, в лагерный госпиталь, где он находился, из Бреста приезжали немецкие офицеры, чтобы увидеть советского офицера, проявившего такое мужество и упорство в бою.

Попав в плен, совершила удачный побег, но при попытке связаться с партизанами была арестована, посажена в тюрьму, а затем угнана в Германию. Освобождение произошло через долгих четыре года в мае 1945 года.Согласно этому приказу 26 июня он был назначен командиром отряда прорыва в составе 120 человек. Прорыв был удачен, но позднее члены отряда попали в плен. Лейтенант Виноградов во время нахождения в плену состоял в подпольной группе лагеря, вел подрывную работу, бежал из плена в марте 1945 года.Чтобы не допустить подрыв, лейтенант Любочко, рискуя жизнью, под непрерывным минометно-пулеметным огнем противника успешно провел операцию. Позже, в бессознательном состоянии, будучи контужен, попал в плен.В июне 1941 года Матевосян Самвел Минасович служил в 84-м стрелковом полку 6-й стрелковой дивизии. На рассвете 22 июня возглавил первую штыковую контратаку, которая окончилась полной победой. За время обороны Брестской крепости получил несколько ранений. Попал в плен в бессознательном состоянии, находился в лагере военнопленных.
Организовав удачный побег, продолжил воевать в партизанском отряде, а позже, когда оккупированная территория была освобождена, продолжил службу в действующей армии. Дошел до Берлина, где расписался на стене Рейхстага.Командир пулемётного отделения пулеметного взвода полковой школы 455-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии сержант Романов Алексей Данилович держал оборону в крепости до 1 июля. Отказавшись капитулировать, он с группой бойцов с боем вырвался из крепости и двинулся навстречу частям Красной Армии. В августе 1941 года в 120 км от Бреста его группа была окружена и взята в плен. В декабре 1943 года сержант Романов совершил побег в трюме шведского торгового парохода, заполненного коксом. Через девять суток его, голодного, обезвоженного, обнаружили и затем передали в советское посольство в Швеции.
Капитан Зубачев Иван Николаевич в июне 1941 года командовал стрелковым батальоном 44-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии. Вместе с полковым комиссаром Фоминым был активным организатором обороны крепости, настаивал на необходимости защищать ее до конца. По показаниям очевидцев, руководил всеми операциями в крепости. Был ранен и при попытке вырваться из окружения захвачен в плен. Погиб в лагере для военнопленных в Хамельбурге, где его в 1943 году встретил майор Гаврилов.Рядовой Исполатов Николай Михайлович в момент вероломного нападения на Советский Союз вместе со своим братом-близнецом служил в 44-м стрелковом полку 42-й стрелковой дивизии. 21 июня 1941 года 1-й стрелковый взвод, в котором служил рядовой Исполатов, заступил в гарнизонный караул.Он вспоминал, что «… нападение началось с варварского артобстрела … Затем в крепость под прикрытием танков ворвались фашисты-автоматчики …». 24 июня при выполнении задания командования Исполатов был тяжело ранен в обе ноги и контужен в голову, пролежав под развалинами 2 или 3 дня, очнулся он уже в лагере военнопленных.Капитан Касаткин Константин Федорович во время обороны Брестской крепости был назначен начальником штаба оборонительной группы форта. Без пищи, воды, имея небольшой запас боеприпасов, при постоянном артобстреле и бомбардировке с воздуха, к исходу 29 июня Восточный форт Брестской крепости пал, капитан Касаткин, будучи контужен, с сильным ушибом ноги, попал в плен.
После войны при разборе завалов Брестской крепости были обнаружены останки командира взвода полковой школы 33-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии Наганова Алексея Федоровича. При нем находился пистолет на боевом взводе.Заместитель командира по политчасти старший политрук Нестерчук Николай Васильевич принял на себя командование дивизионом, организовал и возглавил оборону на северо-восточном участке крепости.
Когда положение стало безнадежным, командование решило отправить в плен женщин и детей, находившихся в казематах внутри земляного вала. Нестерчук объяснил это возможным спасением ребятишек и попросил женщин вынести издевательства со стороны фашистов во имя Родины и своих детей. Оставшиеся в крепости бойцы во главе со старшим политруком Нестерчуком погибли, но свой долг перед Родиной выполнили полностью.Командир стрелкового взвода 44-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии младший лейтенант Разин Николай Александрович со своим взводом восемь суток отбивал яростные атаки гитлеровцев.29 июня во время ожесточенного штурма вместе с группой автоматчиков он пытался вырваться из окружения, но был захвачен в плен.Командир стрелкового батальона 125-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии капитан Шабловский Владимир Васильевич с первых минут начала войны организовал оборону на участке домов комсостава северной части крепости. Был захвачен в плен вместе с остатками своей группы, а также женщинами и детьми, среди которых находились его жена и четыре маленькие дочери.
Когда колонну пленных вели в тыл по мосту, капитан Шабловский предпочел смерть плену. Он поцеловал маленькую дочь, которую нес на руках, передал ее своей жене и скомандовал бойцам: «Кто не хочет оставаться в плену, за мной!» С этими словами он бросился в реку, за ним последовали несколько его бойцов. Фашисты расстреляли их из автоматов.
Старший военфельдшер 333-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии Раевская Валентина Сергеевна в первый день войны под огнем противника сделала около двадцати перевязок раненым бойцам и командирам. Во время перебежки к очередному раненому была тяжело ранена и контужена взрывом ручной гранаты и попала в плен в бессознательном состоянии.
Отец Вали Сачковской служил капельмейстером в 33-м инженерном полку. Девочка вместе с родителями проживала в Брестской крепости. В ночь на 22 июня ее отец был на службе, а она с матерью оставалась дома, попала в плен. Фашисты, узнав, что ее отец находится в крепости, отправили девочку к защитникам с ультиматумом о сдаче.
Дойдя до крепости под минометно-оружейным огнем, Валя сообщила об ультиматуме старшему лейтенанту Потапову и осталась внутри, оказывая помощь раненым бойцам. 2 июля группа под командованием старшего лейтенанта Потапова предприняла попытку вырваться из окружения, но была захвачена в плен, вместе с ними в плен попала и Валя Сачковская. При следовании на поезде в лагерь военнопленных, ей удалось бежать.Для установления судеб защитников Брестской крепости были собраны свидетельства очевидцев об их гибели.
В этих показаниях отражены дни и минуты героической обороны цитадели.
Свидетельские показания о гибели
рядового Пономарева М.В.Свидетельские показания о гибели Фролова Н.Н.Свидетельские показания о гибели Горбунова И.В.Свидетельские показания о гибели Ширяева М.И.Свидетельские показания о гибели Сулейманова БотабаяСвидетельские показания о гибели Вохменцева И.С., Миронова Е.А.Минобороны России
2019Героическая оборона Брестской крепости стала одной из самых ярких страниц в истории Великой Отечественной войны. 22 июня 1941 года в результате внезапного нападения гитлеровские войска планировали за несколько часов полностью овладеть цитаделью, однако встретили яростный отпор ее защитников, до конца сдерживавших натиск врага.

Когда 28 июля 1944 года Брестскую крепость освободили советские войска, на расплавленных кирпичах одного из казематов была найдена надпись ее последнего защитника: «Умираю, но не сдаюсь! Прощай, Родина».В ходе обороны Брестской крепости бойцы Красной Армии проявили беспримерное мужество, потрясение от которого не скрывал даже враг, именно здесь, у твердыни над Бугом он осознал, что «поход на Восток» не будет для него легкой прогулкой.В канун 78-й годовщины начала Великой Отечественной войны Минобороны России представляет специальный историко-познавательный раздел, созданный на основе рассекреченных документов из фондов Центрального архива Министерства обороны, о героической обороне Брестской крепости.

Форум Имеющие надежду

04.03.2021, 06:57

4kB2zAR0jgQ
https://www.youtube.com/watch?v=4kB2zAR0jgQ

WarSpot

05.03.2021, 09:20

WclqH4Mto3I&t=65s
https://www.youtube.com/watch?v=WclqH4Mto3I&t=65s

Foto_history

06.03.2021, 04:36

https://foto-history.livejournal.com/9537684.html

Википедия

08.03.2021, 08:58

Википедия

09.03.2021, 05:50

СССР. Народный комиссар внутренних дел Л. П. Берия направил в ЦК ВКП(б) и СНК сообщение о военных мероприятиях немцев вблизи границы с СССР.[1]

Википедия

10.03.2021, 07:43

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию во исполнение договора: меди 6.000 тонн, никеля 1.500 тонн, олова 500 тонн, молибдена 500 тонн, вольфрама 500 тонн.[1]
4 июня 1941 года

Википедия

11.03.2021, 07:36

СССР. СНК принял Постановление «Об укреплённых районах», в котором утвердил перечень создаваемых частей для вновь строящихся укреплённых районов и установил срок окончания формирование частей — 1 октября 1941 года.[1]

Германия. Состоялось совещание с начальниками штабов армий и групп армий, на котором обсуждались вопросы о взаимодействии пехоты с танками в начале наступления последних и вопрос об артиллерийской подготовке наступления.[2]

Википедия

11.03.2021, 07:37

СССР. Состоялась беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом США в СССР Л. А. Штейнгардтом, во время которой обсуждались отношения между странами. По вопросу о скоплении германских войск на западной границе СССР Штейнгардт был уверен, что немцы готовы напасть на Советский Союз. На это С. А. Лозовской ответил, что «Советский Союз относится очень спокойно ко всякого рода слухам о нападении на его границы. Советский Союз встретит во всеоружии всякого, кто попытается нарушить его границы. Если бы нашлись такие люди, которые попытались бы это сделать, то день нападения на Советский Союз был бы самым несчастным в истории напавшей на СССР страны.»[1]

Википедия

11.03.2021, 07:37

СССР. В спецсообщении НКГБ БССР наркому госбезопасности СССР В. Н. Меркулову, по данным закордонной агентуры и опроса нарушителей государственной границы, отмечаются продолжающиеся интенсивные военно-мобилизационные приготовления немцев на сопредельной территории.[1]

Германия. На совещании в Генеральном штабе Сухопутных войск отмечалось усиление деятельности русской авиации в восточных районах и усиливающееся беспокойство русских на границе Румынии.[2]

В «Указаниях ОКВ об обращении с политическими комиссарами» говорилось, что комиссаров, схваченных в бою или при оказании сопротивления, как правило, необходимо немедленно уничтожать. Казнь политических комиссаров после их отбора из общей массы военнопленных в войсках вне зоны боевых действий, производить незаметно, по приказу офицера. Политических комиссаров, которые не проявляют враждебных действий и не заподозрены в них, вначале не следует трогать. Только с дальнейшим продвижением в глубь страны станет возможным решить, оставить ли таких деятелей на месте или передать их специальным командам.[1]

Википедия

11.03.2021, 07:38

СССР. В спецсообщении разведуправления Генштаба Красной армии «О военных приготовлениях Румынии» отмечалась мобилизация в Румынии возрастных контингентов от 19 до 42 лет.[1]

Википедия

11.03.2021, 07:38

Германия. На совещании с начальниками штабов 12-го армейского корпуса (Вальденбург), 47-го армейского корпуса (Бамлер) и офицерами службы генштаба отмечалось, что подготовка соединений будет закончена к 22 июня.[2]

Википедия

11.03.2021, 07:39

СССР. НКГБ СССР направил наркому госбезопасности УССР Мешику Директиву по проведению разведдеятельности в связи с военными приготовлениями Германии, в которой поставил задачу по выяснению всех вопросов, связанных с подготовкой войны против СССР и в первую очередь со стороны Германии.[1]

9-10 июня в связи с усилением группировки немецких войск по ту сторону границы Военные Советы западных округов стали отправлять запросы в НКО и ГШ с предложениями-просьбами на вывод войск округов ближе к границе по Планам прикрытия. Также в начале июня и Генштаб рассылал округам сводки с данными о количестве немецких войск возле нашей границы.

ВС ОдВО отправил такой запрос ещё 6 июня — в связи с ожиданием нападения Румынии и немецких войск на границе ОдВО на 12 июня.

ВС ЗапОВО отправил свой запрос — 8 июня.

ВС КОВО 9 июня тоже дал запрос на вывод и попытался начать поднимать и приграничные дивизии с последующим выводом их на их рубежи обороны, в предполье. В связи с ожиданием нападения на 17 июня.

По ПрибОВО — такой запрос пока неизвестен. Однако, скорее всего лично прибывший в Москву командующий округом генерал Кузнецов, на личной встрече со Сталиным 11 июня вполне мог обсуждать и этот вопрос.…

Википедия

11.03.2021, 07:40

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в Директиве военному совету КОВО отменил указание частям занимать предполье укреплённых районов, так как «такое действие может спровоцировать немцев на вооружённое столкновение и чревато всякими последствиями». Данная телеграмма была отправлена в Киев в связи с тем что на Военном Совете КОВО 9 июня где присутствовало и командование погранвойск, обсуждался вопрос — не пора ли вывести в Укрепрайоны дополнительные части — уровские, не полевые части — к уже выведенным по разрешению Генштаба батальонам. Командование погранвойск, не разобравшись доложило своему руководству — лично Берии — что командование КОВО собирается вывести именно полевые войска и в погранзону, в т. н. предполье. Результатом чего и стала телеграмма Жукова запрещающая это делать. Произошла переписка между штабом Киевского ОВО и Генштабом и вопрос был снят. А 12 июня Жуков уже лично разрешил, по запросу начштаба КОВО Пуркаева — отдельной директивой — начать выводить в УРы (севернее Львовского выступа пока) дополнительные силы — две дивизии 5-й Армии КОВО.

Германия. Верховное главнокомандование вооружённых сил Германии в Распоряжении о назначении срока нападения на Советский Союз назначило для приготовления к военным действиям следующие сроки:

1. Днем «Д» операции «Барбаросса» предлагается считать 22 июня.

2. В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее 18 июня. Данные о направлении главного удара будут в этом случае по-прежнему оставаться в тайне.

3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов:

а) сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов;

б) сигнал «Альтона». Он означает, что наступление переносится на другой срок; но в этом случае уже придётся пойти на полное раскрытие целей сосредоточения немецких войск, так как последние будут уже находиться в полной боевой готовности.

4. 22 июня, 3 часа 30 минут: начало наступления сухопутных войск и перелёт авиации через границу. Если метеорологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут наступление самостоятельно.[1]

Википедия

11.03.2021, 07:41

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в телеграмме командующему войсками КОВО М. П. Кирпоносу приказал:

1). Полосу предполья без особого на то приказания полевыми и уровскими частями не занимать. Охрану сооружений организовать службой часовых и патрулированием.

2). Отданные Вами распоряжения о занятии предполья уровскими частями немедленно отменить.[3]

Данная телеграмма была дополнительным напоминанием КОВО — не выводить войска непосредственно на границу, где их могли обнаружить немцы и обвинить СССР в подготовке агрессии. Последующие телеграммы и указания НКО и ГШ (Жукова) до 22 июня также требовали — тщательно маскировать выводимые войска и особенно приграничные дивизии, которые выходили в свои полосы обороны — чтобы их не мог обнаружить противник. Занять т. н. предполья, окопы на границе войска могли только по сигналу — «Вскрыть „красный“ пакет» — «Приступить к выполнению ПП 1941 года».

Нарком обороны маршал Тимошенко с начальником Генерального штаба генералом армии Жуковым с запросами Военных Советов округов от 9-10 июня пришли к Сталину 11-го июня и предложили ввести «План прикрытия 1941 года» — 11 июня Жуков попытался предложить Сталину ввести Планы прикрытия в действие формальной директивой. Что означало бы начало и мобилизации. Тот отказал, но разрешил выводить по ПП вторые эшелоны и резервы округов, а также мехкорпуса.

Поступившие в округа директивы-разрешения ГШ от 11-12 июня указывали — начать пока вывод войск только 2-го эшелона и резервов. Приграничным же дивизиям указали ждать «особый приказ наркома» на их выход в районы сосредоточения и тем более на занятие рубежей на самой границе. При этом мехкорпуса, как соединения не участвующие непосредственно в отражении первых ударов немцев по отдельным директивам Москвы после 14 июня также должны были приводиться в боевую готовность. Генштаб отправляет в округа, подписанные 11-12 июня директивы на вывод этих, «глубинных» дивизий, но в них оговаривается — приграничные до особого приказа наркома не выводить. При этом приграничные дивизии, пополнение которых (не мобилизация, а именно доукомплектование) должно происходить в случае угрозы войны, в «угрожаемый период», за счет населения окрестных сел в считанные часы, 12 июня получают приказы на переход в штат военного времени.

В 7.00 11-го июня первые дивизии второго эшелона ЗапОВО начали свой вывод по Плану прикрытия (ПП) — в районы сосредоточения по ПП.

11 июня в КОВО издали директиву для приграничных дивизий о проведении мероприятий «В целях сокращения сроков боеготовности частей прикрытия и отрядов, выделяемых для поддержки погранвойск», в которой предписывалось провести мероприятия которые позволили бы в случае получения сигнала тревоги быстро привести войска в б.г. и занять рубежи обороны.

Википедия

11.03.2021, 07:41

СССР. 12 июня нарком обороны С. К. Тимошенко приказал «запретить полёты нашей авиации в приграничной полосе 10 км от госграницы.» 11-12 июня Тимошенко и Жуков обратились к Сталину с предложением обратиться к Гитлеру и правительству Германии с целью создания некой совместной Комиссии — для проверки-инспекции их приграничной полосы — на предмет отсутствия угрозы нападения Германии на СССР. Сталин им в этом отказал, сказав, что Гитлер все равно не даст разрешение на проверку их войск на границе, время будет упущено попусту на эту возню с комиссией, и поэтому будет умнее и проще сделать по-другому… Директивой начальника Генерального штаба Г. К. Жуков западным приграничным округам предписывалось с 12 по 15 июня скрытно вывести дивизии, расположенные в глубине, ближе к государственной границе. 12 июня командование приграничных военных округов под видом учений и изменения дислокации летних лагерей приступило к скрытному развёртыванию войск вторых эшелонов округов в соответствии с планами обороны государственной границы.12 июня Жуков дал разрешение занимать УРы в Киевском ОВО.

Википедия

11.03.2021, 07:42

СССР. Нарком обороны СССР С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Красной Армии Г. К. Жуков 12 июня подписали Военному совету КОВО Директиву: «Для повышения боевой готовности войск округа к 1 июля 1941 г. все глубинные дивизии и управления корпусов с корпусными частями перевести ближе к госгранице в новые лагеря… Передвижения войск сохранить в полной тайне. Марш совершать с тактическими учениями, по ночам.» Однако данную директиву отправили в Киев (как и такую же в Ригу) после 14 июня.

13 июня Заместитель Начальника Генерального штаба Красной Армии Н. Ф. Ватутин подготовил Справку о развёртывании вооружённых сил СССР на случай войны на западе, в которой говорилось, что всего в СССР имеется 303 дивизии, из них для развёртывания на западных границах в составе фронтов — 186 дивизий.[1]

Опубликовано сообщение ТАСС от 13 июня 1941 г.:

«…в английской и вообще в иностранной печати стали муссироваться слухи о „близости войны между СССР и Германией“. По этим слухам: 1) Германия будто бы предъявила СССР претензии территориального и экономического характера… 2) СССР будто бы отклонил эти претензии, в связи с чем Германия стала сосредоточивать свои войска у границ СССР с целью нападения на СССР; 3) Советский Союз, в свою очередь, стал будто бы усиленно готовиться к войне с Германией и сосредоточивает войска у границ последней…
ТАСС заявляет, что: 1) Германия не предъявляла СССР никаких претензий… 2) по данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении… 3) СССР, как это вытекает из его мирной политики, соблюдал и намерен соблюдать условия советско-германского пакта о ненападении, ввиду чего слухи о том, что СССР готовится к войне с Германией, являются лживыми и провокационными; 4) проводимые сейчас летние сборы запасных частей Красной Армии и предстоящие манёвры имеют своей целью не что иное, как обучение запасных и проверку работы железнодорожного аппарата, осуществляемые, как известно, каждый год, ввиду чего изображать эти мероприятия Красной Армии как враждебные Германии по меньшей мере нелепо.»[4]

Данным «Сообщением» Советского Правительства Сталин и дал Гитлеру шанс — показать свое миролюбие, которое тот провозглашал в отношении СССР в те дни и подтвердить — что если немецкие войска и выведены к границе с СССР то нападать на СССР как распространяет слухи Англия, Гитлер не собирается. Это Сообщение было более эффективным способом выяснить намерения Германии, чем идея с Комиссией по проверке приграничной полосы. Ведь если Гитлер ответит что воевать с СССР не собирается но нападает — то он в глазах т. н. «мировой общественности» (прежде всего США от позиции которой зависело — на чью сторону она станет в случае войны) агрессор однозначно. И если не ответит но нападет первым на СССР — агрессор все равно.

Таким образом Сталину оставалось только одно — убедительно показать и доказать что СССР к войне с Германией, с которой у нас Договор о ненападении и «дружбе» с границами, не готовится и тем более — точно не собирается нападать первым на Германию! Поэтому главная задача тех предвоенных дней была — выводя войска всячески требовать от командиров мер маскировки и — никоим образом не дать Германии повода обвинить СССР в подготовке агрессии.

Википедия

11.03.2021, 07:42

Германия. В Берлине Гитлер провёл совещание, на котором были заслушаны доклады командующих группами армий, армиями и танковыми группами о предстоящих действиях в операции «Барбаросса». После обеда фюрер произнёс большую политическую речь, в которой мотивировал причины своего решения напасть на Россию и обосновал то положение, что разгром России вынудит Англию прекратить борьбу.[2]

14 июня отдельные авиадивизии начали перебазироваться ближе к границе — на свои оперативные, полевые аэродромы. После 14 июня — были директивы НКО и ГШ на приведение в боевую готовность полная — мехкорпусов (МК). С выводом их в их районы сбора.

Википедия

11.03.2021, 07:43

СССР. К 15 июня более половины дивизий, составлявших второй эшелон и резерв западных военных округов, были приведены в движение. Всего к началу войны осуществляли выдвижение из резерва приграничных округов около 32 дивизий. Из них успели сосредоточиться в новых районах только 4—5 дивизий. Эти мероприятия проводились с особой осторожностью и соблюдением мер маскировки. Нарком обороны, Генеральный штаб и командующие военными приграничными округами были предупреждены Сталиным о личной ответственности за последствия, которые могут возникнуть из-за неосторожных действий наших войск.[3] 14-15 июня КОВО и ПрибОВО получили свои директивы от 12 июня — на вывод 2-х эшелонов и резервов, по некой карте…

Германия. После совещания Гитлера с генералами Гудериан вылетел в Варшаву, где находился штаб 2-й танковой группы в составе группы армий «Центр», и приступил к осмотру частей и исходных позиций для наступления и согласовыванию вопросов взаимодействия с соседними соединениями.

Википедия

11.03.2021, 07:43

СССР. 16 июня ЦК ВКП(б) и СНК СССР принял постановление «Об ускорении приведения в боевую готовность укреплённых районов». 16 июня тот же КОВО снова запросил Генеральный штаб — можно ли занимать оставшиеся УРы, что делать с приписными призванными на БУС (Большие Учебные Сборы)в мае-июне? Ответ Генштаба гласил — т. н. «учебные сборы» продлить, начать выводить войска в УРы южнее Львовского выступа. 16-17 июня — в ПрибОВО до полков включительно довели директиву по округу — приводить в повышенную боевую готовность ВВС и ПВО, а приграничным дивизиям — занимать чуть не окопы на границе. И директивой по округу сообщается — делается это в виду возможного нападения Германии в ночь на 20 июня!

Википедия

11.03.2021, 07:44

СССР. Нарком государственной безопасности В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину и В. М. Молотову агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина:

«Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчёркивают, что это заявление никакого значения иметь не может…»

Имеется резолюция (касательно 2 пункта): «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш „источник“ из штаба герм[анской] авиации к ёб-ной матери. Это не „источник“, а дезинформатор. И. Ст[алин]».[1] Данная резолюция Сталина — реакция на сообщения в этом донесении о том что немецкая авиация будет наносить в первую очередь авиаудары по Баку и по мелким автомастерским под Москвой.

Германия. 2-я танковая группа завершила развёртывание и занятие исходных позиций для наступления. 17 июня Гудериан провёл рекогносцировку р. Западный Буг.

Википедия

11.03.2021, 07:45

СССР. В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину, В. М. Молотову и Л. П. Берии записку «О массовом отъезде из СССР сотрудников германского посольства и членов их семей, и об уничтожении архивов посольства».

В ПрибОВО к 18-19 июня устными распоряжениями командующего округом привели в полную б.г. свои шесть приграничных дивизий (из 9-ти) и вывели по ПП к границе. И даже посадили в окопы те батальоны, которые по ПП там и должны были сидеть в угрожаемый период. Делалось это в связи с ожиданием нападения на 19-20 июня и эти дивизии так и остались на границе до 22 июня. 18-19 июня Кузнецов выдал ещё приказы о приведении в б.г. всех войск округа, после чего штаб стал перебираться в Паневежис.

18 июня была команда Жукова на запрос КОВО от 16 июня — начинать занимать УРы на новой границе и готовить к заполнению — УРы на старой границе…

18 июня в повышенную боевую готовность приводились ПВО, ВВС приграничных округов и флота — в «готовность № 2»… В том же ПрибОВО, в приказе № 00229 говорится: «Начальнику зоны ПВО к исходу 19 июня 1941 г. привести в полную боевую готовность всю ПВО округа…». Но на самом деле ввели готовность не № 1 а № 2 — повышенную б.г.…

До авиадивизий доводится указание ГШ — не только рассредоточивать самолеты по аэродромам но и обваловать их, построить полукапониры для защиты от осколков — если нет возможности замаскировать самолеты. И как показывают командиры, отвечая Покровскому — эти работы выполнялись. Генерал-майор авиации Андреев А. П., командующий ВВС 8-й А ПрибОВО: «1. О возможности нападения фашистской Германии в ночь на 22.6.41 точно не было известно, но части ВВС 8 армии так же, как и все части ВВС округа, были командованием ВВС округа предупреждены ещё примерно 16-17 июня о возможности нападения. Было приказано вывести части на полевые аэродромы, а где этого нельзя сделать — рассредоточить самолеты на основных и окопать их для укрытия от поражения осколками авиабомб. В истребительных частях ввести дежурные эскадрильи по одной на полк, а всему остальному летному и техническому составу находиться в расположении части». То есть — после 17 июня ВВС приводили в повышенную боевую готовность.

Как показывал бывший командира 523 сп 188 сд 11-й А ПрибОВО генерал-майор БУРЛАКИН И. И.:

«Примерно 16-17 июня в 17.00 командиром 188 сд полковником ИВАНОВЫМ были вызваны командиры частей и зачитана директива не помню чья ПрибОВО или 11 армии, кажется ПрибОВО. Точно всю директиву я перечислить не смогу, но часть пунктов хорошо помню, в которых было указано следующее:

Немцы сосредоточили большое количество пехотных и моторизованных дивизий на государственной границе. Переход границы ожидается в ночь с 19 на 20.6.

В директиве требовалось все имущество и боеприпасы погрузить в транспорт. Личному составу выдать на руки противогазы. (тогда противогаз БСС-МО-2 был секретным), части в ночь на 20.6-41 г. вывести из лагеря и рассредоточить.

Артиллерию по батарейно рассредоточить по лесу.

Самолеты полностью держать заправленными, летчикам дежурить у самолетов. Другие пункты не помню.»"

Из 39-ти приграничных дивизий в приграничных округах, которые должны были первыми принять удар Германии и её союзников по Планам прикрытия (ПП) округов, с 18 июня начали выводить и вывели на границу к моменту нападения, в полосу обороны, не занимая самих окопов — по всей границе — 17-ть приграничных дивизий. В ПрибОВО вывели — 6-ть из 9-ти приграничных дивизий, в КОВО — 5-ть и в ОдВО — все 6-ть их дивизий. В ЗапОВО — не выводили ни одной приграничной дивизии.

Википедия

11.03.2021, 07:45

СССР. Приказом наркома обороны СССР С. К. Тимошенко от 19 июня предписывалось провести маскировку аэродромов, воинских частей и важных военных объектов западных округов. В приказе требовалось к 1 июля 1941 г. засеять все аэродромы травой, покрасить все аэродромные сооружения, зарыть в землю и особенно тщательно замаскировать бензохранилища, категорически запретить линейное, скученное расположение самолётов… Причем, рассредоточение самолетов на аэродромах, по этим директива НКО и ГШ от 19 и 20 июня требовалось провести немедленно.

С 14 по 19 июня командование приграничных округов получило указания к 22—23 июня вывести фронтовые (армейские) управления на полевые пункты. В телеграмме начальника Генерального штаба Г. К. Жукова от 19 июня командующему войсками КОВО указывалось: «к 22.06 1941 г. управлению выйти в Тернополь, оставив в Киеве подчинённое Вам управление округа… Выделение и переброску управления фронта сохранить в строжайшей тайне, о чём предупредить личный состав штаба округа»[3]

19 июня в ПрибОВО выдали приказ, в котором приказали немедленно заканчивать работы в предпольях на границе, которые можно будет занимать «только в случае нарушения противником границ». Также требовалось — «Для обеспечения быстрого занятия позиций как в предполье так и основной оборонительной полосе соответствующие части должны быть совершенно в боевой готовности». Приказывалось «усилить контроль боевой готовности, всё делать без шума, твёрдо, спокойно».

И самое важное — приказывалось: «4. Минные поля установить по плану командующего армией там, где и должны стоять по плану оборонительного строительства. <…>. Завалы и другие противотанковые и противопехотные препятствия создавать по плану командующего армией — тоже по плану оборонительного строительства. 5. Штарм, корпусу и дивизии — на связи КП, которые обеспечить ПТО по решению соответствующего командира. 6. Выдвигающиеся наши части должны выйти в свои районы укрытия. <…> 7. Продолжать настойчиво пополнять части огневыми припасами и другими видами снабжения….» 19 июня даже замполиты ВВС доводили до комдивов САД (смешанных авиадивизий приданных каждой армии в запокругах) — дату и время возможного нападения — 3.00 22 июня… 18-19 июня западные округа получили приказы на вывод штабов округов в полевые Командные пункты. Но если ПрибОВО и КОВО срок был указан — к 22 июня вывести в полевое управление штабы округов, то Минску Жуков дал команду выводить штаб к 23 июня.

ОдВО вывел свой штаб к исходу 21 июня и был готов работать под руководством нш генерала М. В. Захарова — сам командующий выехал из Одессы в 9 часов вечера в Тирасполь.

КОВО штаб вывел не в полном составе — Оперотдел занимающийся приемом и расшифровкой телеграмм ГШ вместе с его начальников И. Х. Баграмяном был оставлен Пуркаевым в Киеве и прибыл в Тернополь только утром 22 июня, к 7 часам.

В ПрибОВО штаб с командованием был в Паневежисе и был готов принимать команды Москвы, но сам командующий Ф. И. Кузнецов «затерялся» где-то в частях 11-й армии Морозова и его потом чуть не сутки найти не могли. Вместо Кузнецова командовать пришлось в эти часы его нш Кленову.

В ЗапОВО Павлов часть офицеров штаба (из того же оперотдела — Фомин потом и отвечал Покровскому, что не был в Минске в эту ночь) отправил в полевой КП, но сам штаб остался в Минске. И шифровки ГШ принимать штаб в Минске мог.

Википедия

11.03.2021, 07:46

СССР. НКГБ в разведывательной сводке о военных приготовлениях Германии сообщает о продолжающемся сосредоточении германских войск.

НКВД сообщает, что с 10 по 19 июня пограничными отрядами НКВД зафиксировано 86 случаев нарушения границы СССР иностранными самолётами. Согласно донесению штаба ЗапОВО от 21 июня, за 20 июня только в районе Августов отмечено три случая нарушения границы германской авиацией группами до девяти самолётов. Замечено снятие немцами проволочных заграждений вдоль границы. 19-20 июня пограничники переходят в подчинение командиров приграничных дивизий, там, где приграничные дивизии вышли по ПП в эти дни к своим рубежам по приказу НКО и ГШ (Москвы), в погранзону, и на отдельных участках границы пограничники даже передают свои позиции войскам… 19 июня Балтфлот довел штабу ПрибОВО, что они ввели у себя готовность «№ 2»…

20 июня была команда Генштаба — согласовать округам свои ПП с флотами — в двухдневный срок…(Балтфлот уже сообщил штабу ПрибОВО что ввел повышенную б.г.. Это также показывает генерал-майор И. П. Макара, начальник кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, к.и.н., член редколлегии Военно-Исторического журнала, в статье «Из опыта планирования стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на случай войны с Германией и непосредственной подготовки к отражению» — ВИЖ № 6, 2006, с. 3-9): — «Одновременно принимались меры по повышению боевой готовности Военно-Морского Флота. 19 июня решением наркома ВМФ флоты и флотилии были переведены в оперативную готовность № 2. На следующий день командующие Ленинградским, Прибалтийским особым и Одесским военными округами получили от Генерального штаба указание в двухдневный срок отработать вопросы взаимодействия с флотом в соответствии с планом прикрытия.»…)

Википедия

11.03.2021, 07:47

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) принято решение об образовании Южного фронта. Командующим фронтом назначен И. В. Тюленев. Г. К. Жукову поручено общее руководство Юго-Западным и Южным фронтами, а К. А. Мерецкову — Северным фронтом.

Посол СССР в Германии Деканозов передал министру иностранных дел Риббентропу вербальную ноту советского правительства о нарушениях границы СССР германскими самолётами.

Состоялась беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. фон Шуленбургом, во время которой В. М. Молотов поднял вопрос об общей обстановке в советско-германских отношениях: почему усиленно распространяются слухи о близкой войне между СССР и Германией и в чём заключается недовольство Германии в отношении СССР. Шуленбург ответил, что все эти вопросы имеют основание, но он на них не в состоянии ответить, так как Берлин его не информирует.

Утром 21 июня пришло в Москву сообщение из Минска — и скорее всего и по всей границе, где это имело место быть, от пограничников в том числе — немцы начали снимать колючку на границе. И эти донесения срочно подаются в СНК, Сталину и в МиД, помощнику Молотова Вышинскому… (В эти же дни, 18-21 июня, в тех же США и не только, вся «русскоязычная» пресса белогвардейской сволочи, с «ятями» в текстах, аж кипела статейками о том, что: Германия уже напала на СССР, что уже идут бои на границе с Румынией, что Гитлер предъявил Сталину какие-то ультиматумы — то ли на отторжение Украины то ли о пропуске вермахта на Ирак через СССР, и прочие бредни, что нападение не началось пока, но начнется в пару дней. В общем — «поджигатели войны» на Западе всячески нагревали ситуацию и в этой атмосфере Сталину приходилось держать ситуацию под контролем — не поддаваться на провокации самому и другим не давать — не подставить СССР на роль агрессора….)

Сталин днем 21 июня оповещает партийное руководство Москвы — будет нападение. Дает указание — привести ПВО Москвы в повышенную боевую готовность… 21 июня Жуков около 18-19 часов вечера обзванивает округа и предупреждает их о возможном ожидающемся нападении. О котором ему докладывает разведка… В это же время, вечером 21-го и нарком Тимошенко, отправляя Мерецкова в ЛенВО доводит до него: «— Возможно, завтра начнется война! Вам надо быть в качестве представителя Главного командования в ЛВО. Его войска вы хорошо знаете и сможете при необходимости помочь руководству округа. Главное — не поддаваться на провокации. — Каковы мои полномочия в случае вооруженного нападения? — спросил я. — Выдержка прежде всего. Суметь отличить реальное нападение от местных инцидентов и не дать им перерасти в войну. Но будьте в боевой готовности. В случае нападения сами знаете, что делать…» (Мерецков К. А. На службе народу. — М.: Политиздат, 1968, с.209)

В 19 часов 21 июня начинает совещаться группа высших руководителей страны, которые все входили в Комиссию по военным и морским делам — у Сталина (которая буквально за несколько недель до этого называлась КО — Комитет Обороны). На котором Сталин доводит до Тимошенко и других членов Комиссии информацию о возможном нападении Германии на СССР в ближайшие сутки. На этом совещании, обсуждался вопрос (по донесениям разведки) о возможном нападении Германии в ближайшие часы, а также обсуждались вопросы мобилизации. Жуков, который зайдет к Сталину только в 20.50, в это время как раз и обзванивает округа и предупреждает командующих о возможном нападении в эту ночь.

А к 21 часу к Сталину прибыл Жуков, который принес с собой директиву — о начале выполнения Планов прикрытия — «Приступить к выполнению ПП 1941 года». Которую он приносил к Сталину ещё 11 июня!

Сталин опять тормозит жуковское предложение-директиву о «Вводе ПП 1941 года» — вдруг получится все же уладить мирно назревающую ситуацию с нападением Германии. Но дает разрешение — привести (перевести) в полную боевую готовность войска округов — подписывается директива «б/н от 22.20 21 июня». В которой округа предупреждаются — «В течение 22—23 июня возможно внезапное нападение Германии и её союзников»! Сообщается, что нападение может начаться с провокаций, на которые отвечать нельзя и дается команда занять огневые точки на границе. Как поняли в округах эту директиву Москвы? Примерно, так как понял её Пуркаев, нш КОВО — «привести войска в полную боевую готовность, в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать, до особого распоряжения».

Данной директивой, о полной боевой готовности — Директивой «без номера», т. н. «Директивой № 1», округа обязаны были поднять свои армии по боевой тревоге, не вскрывая пока «красных» пакетов.

Итак. Вечером состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б), после которого в ночь на 22 июня передана в западные военные округа директива о мероприятиях в связи с возможным внезапным нападением немцев.

Эта директива «б/н» от 22.20 21 июня доводит до округов дату возможного нападения, предупреждает что нападение может начаться внезапно (в смысле — без объявления войны) и с провокаций на которые нельзя поддаваться чтобы не вызвать проблем международного характера. И она приказывает — привести-перевести все войска приграничных округов, ВВС, ПВО этих округов и флота — в полную боевую готовность! А также — занять огневые точки на границе.

Жуков в 22.00 из кабинета Сталина дает команду оперативному дежурному по ГШ — обзвонить округа и предупредить — ждать важную шифровку Генштаба!

В 22.20 Тимошенко с Жуковым убывают из кабинета Сталина в кабинет Тимошенко в Наркомат Обороны. Там они переписывают в течение часа текст черновика директивы б/н на бланки шифрблокнота. В 23 часа в кабинет Тимошенко прибывает нарком ВМФ адмирал Кузнецов, которому дают прочесть директиву б/н, по которой он должен поднять флота по тревоге и перевести их в готовность № 1. На уточняющие вопросы адмирала — можно ли открывать огонь в случае нападения Германии, Тимошенко подтверждает — можно.

В 23 часа Тимошенко обзванивает округа и сообщает что «возможна провокация со стороны Германии и Румынии… Войны, возможно, и не будет, но войска должны быть наготове». Что означает — при всей неопределенности указаний наркома — быть готовыми к войне в том числе.

В 23.30 на границе ставятся уже боевые задачи: «Отдано приказание по телефону полковником Железняком 9 и 10 пульбатам поднять б-ны по тревоге, занять и загрузить ДОТы»…

В 23.45 текст директивы б/н передается в шифровальный отдел Оперуправления ГШ. Машинистка делает копии данной директивы — для НКВМФ, Кузнецову, и для штаба Резервного фронта, Буденному. Полчаса уходит на зашифрование текста директивы и в 0.20 начинается передача этой директивы, шифровок в округа.

В 24.00 — уже Жуков обзванивает округа и приказывает: быстрее передавать в войска директиву о боевой готовности! В это время сам текст только шифруется ещё в ГШ. Минимум в КОВО он звонил… Около 1 часа ночи все округа получили эту директиву «б/н» и к 1.20 расшифровали. В КОВО, правда, это не сделали — оперотдела не было ещё на полевом КП. Но им по телефону вполне из ГШ довели, что от них требуется. В 2 часа ночи начались обстрелы на границе — в том же ОдВО. Об этом Жуков и Тимошенко доложили Сталину. В 2 часа посол Германии начал искать Молотова (министра ИнДел СССР) — всучить Ноту о нападении (возможно в это же время в Москву пришла и телеграмма из Берлина из нашего посольства с сигналом «Гроза» от военного атташе, резидента ГРУ, генерала Тупикова)…

Ну а в 2.30 22 июня Тимошенко или Жуков, по ВЧ связи, лично дали указание — о вводе ПП. И вот уже у этой «директивы» и должен быть «номер» — Директива «№ 1» начавшейся войны…

Германия. В 13.00 по берлинскому времени немецкие войска получили сигнал «Дортмунд», означающий, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня.

21 июня Гудериан находился в передовых частях, проверяя их готовность к наступлению: «Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками».[5]

Около 23 часов немецкие минные заградители, находившиеся в финских портах, начали минировать выход из Финского залива. Одновременно финские подводные лодки начали постановку мин у побережья Эстонии.[6]

Википедия

11.03.2021, 07:49

22 июня 1941 года. 1-й день войны

Германия, Финляндия. В 00 часов 10 минут группа из 14 бомбардировщиков Ju-88 вылетела из Кёнигсберга и в 03 часа 05 минут сбросила 28 магнитных мин у Кронштадтского рейда. На ведущем самолете находился финский офицер, который обеспечил посадку группы на аэродроме Утти в южной Финляндии для дозаправки. Другая группа немецких бомбардировщиков в это же время вышла к Ленинграду через воздушное пространство Финляндии.[7]

СССР. С 00.30 до 1.10 минут в западные военные округа была передана т. н. директива № 1:

«1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укреплённых районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно её замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъёма приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко. Жуков.»[8]

Во всех округах эту директиву к 1.20-1.30 расшифровали. Кроме КОВО в котором шифровальщиков не было ещё на полевом КП, в Тернополе. В этот округ довели по спецсвязи ВЧ — что требуется исполнять по этой директиве.

Данной директивой все войска западных округов, ВВС, ПВО и флота переводятся в полную боевую готовность, но пока без вскрытия «красных» пакетов. В 3.00-3.30 в Западном и Киевском ОВО штабы округов дали команды в армии этих округов — вскрывать «красные» пакеты, вводить в действие Планы прикрытия армий этих округов. При этом в ЗапОВО, в 4-й армии прикрывавшей Брестское направление — команды не были выполнены. В ПрибОВО войска по тревоге не поднимались вообще. В ОдВО — свою армию подняли по тревоге, со вскрытием «красного» пакета уже к 1.00 — оставшийся за командующего начштаба ОдВО генерал Захаров, ожидая Ц"важную шифровку" из ГШЛ о которой его предупредил звонком оперативный дежурный по Генштабу, думая что придет приказ «Приступить к выполнению ПП 1941 года» «проявил» инициативу и поднял округ по тревоге уже в полночь, а в 1 час ночи отдал команду — вскрывать и «красные» пакеты в войсках округа…

22 июня В 04 часа 00 минут 22 июня 1941 года начальник штаба Черноморского флота контр-адмирал И. Д. Елисеев приказал открыть огонь по немецким самолётам, которые вторглись далеко в воздушное пространство СССР, чем и вошёл в историю: это был самый первый боевой приказ дать отпор напавшим на СССР нацистам в Великой Отечественной войне.[9].

СССР. В 4 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР сообщение о переходе на советскую территорию в районе г. Сокаль ефрейтора вермахта Альфреда Лискова. На допросе в штабе пограничного отряда он заявил, что наступление германских войск начнётся на рассвете 22 июня.

22 июня в 4 часа 20 минут немецкие войска перешли в наступление. Началась Великая Отечественная война.

СССР. В 5 часов 25 минут Д. Г. Павлов направил командующим 3, 10 и 4-й армиями директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому».[3]

Германия. В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:

«…Советское правительство вопреки своим обязательствам и в явном противоречии со своими торжественными заявлениями действовало против Германии, а именно:

Подрывная работа против Германии и Европы была не просто продолжена, а с началом войны ещё и усилена.

Внешняя политика становилась всё более враждебной по отношению к Германии.

Все вооружённые силы на германской границе были сосредоточены и развернуты в готовности к нападению.

Таким образом, советское правительство предало и нарушило договоры и соглашения с Германией. Ненависть большевистской Москвы к национал-социализму оказалась сильнее политического разума. Большевизм — смертельный враг национал-социализма.

Большевистская Москва готова нанести удар в спину национал-социалистской Германии, ведущей борьбу за существование.
Правительство Германии не может безучастно относиться к серьёзной угрозе на восточной границе. Поэтому фюрер отдал приказ германским вооружённым силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу…»[10]

СССР. В 7.15 в западные военные округа была передана директива № 2 — подтверждающая разрешение уничтожать противника перешедшего границу, но пока запрещающая пересекать границу нашим войскам, а также — разрешается наносить авиаудары по территории противника:

«22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу. В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.

2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск…

На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.
Тимошенко Маленков Жуков[1]

(аудио)
Сообщение советского радио о нападении Германии на СССР
Меню
0:00
Текст читает Ю. Левитан
Помощь по воспроизведению
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Выступления В. М. Молотова по радио 22 июня 1941 г.
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Выступления У. Черчилля по радио 22 июня 1941 г.
Логотип Викитеки
В Викитеке есть полный текст Обращения Адольфа Гитлера в связи с началом войны от 22 июня 1941 г.

22 июня. В 12.00 состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова

»…Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории…

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы

В ответ на это мною от имени советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной…
Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами. «[11]

Италия. В 12 часов дня министр иностранных дел Италии Чиано заявил:

„Ввиду сложившейся ситуации, в связи с тем, что Германия объявила войну СССР, Италия, как союзница Германии и как член Тройственного пакта, также объявляет войну Советскому Союзу с момента вступления германских войск на советскую территорию, то есть с 5.30 22 июня“.[1]

СССР. В 21.15, после анализа донесений из приграничных округов в западные военные округа была передана директива № 3, разрешающая атаковать противника и пересекать границу наземными войсками:

»1. Противник, нанося удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-Волынский, Радехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Волковыск, в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях. На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими для него потерями.

2. Ближайшей задачей войск на 23—24.6 ставлю:

а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;

б) мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6А окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин…
На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей… Тимошенко Маленков Жуков[1]

Данная директива — это попытка реализации предвоенных планов Генштаба.

СССР. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17. В трёх остальных округах — Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном — мобилизация была объявлена через месяц особым решением правительства скрытным способом как «большие учебные сборы».
Схема развития Прибалтийской операции 22.06.1941 — 10.07.1941

Прибалтийская стратегическая оборонительная операция. Началась Прибалтийская стратегическая оборонительная операция Северо-Западного фронта Ф. И. Кузнецова и части сил Балтийского флота, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках стратегической операции проведены Приграничное сражение в Литве и Латвии и Контрудар на шяуляйском направлении (см. карту — Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.).

На шяуляйском направлении 4-я танковая группа Гёпнера группы армий «Север» прорвала оборону 8-й армии Северо-Западного фронта. Немецкий 41-й моторизованный корпус занял Тауроген, отбросив советские войска за реку Дубиса. 56-й мотокорпус Манштейна продвинулся за день на 80 км, вышел в район северо-западнее Каунаса и овладел мостом через Дубису около Ариоголы.

На вильнюсском направлении 3-я танковая группа и 9-я армия группы армий «Центр» прорвали оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, захватили все три моста через Неман и форсировали реку в районах Алитус и Меркине.

На других участках фронта под давлением немецких войск советские войска отступили на 15—20 км. Таким образом, в первый же день фронт обороны советских войск оказался прорванным на нескольких направлениях, нарушена система связи, потеряно централизованное управление войсками.
Бои на Белостокском выступе 22—25 июня 1941

Белостокско-Минское сражение. Началась Белорусская стратегическая оборонительная операция Западного фронта Д. Г. Павлова при участии Пинской военной флотилии, проходившая с 22 июня по 9 июля 1941 г. В рамках данной операции проведены приграничное оборонительное сражение и контрудары на Борисовском и Лепельском направлениях (см. карту — Боевые действия на западном фронте. 22 июня — 11 июля 1941 г.). В качестве представителей Ставки Главного Командования на Западный фронт направлены Шапошников и Кулик.

На северном фланге 3-я танковая группа группы армий «Центр» прорвала оборону 11-й армии Северо-Западного фронта, форсировала Неман и глубоко охватила войска 3-й армии Западного фронта. Одновременно с фронта 3-ю армию атаковала 9-я армия группы армий «Центр».

На южном фланге 2-я танковая группа группы армий «Центр» по захваченным мостам форсировала Западный Буг по обе стороны Бреста и прорвала оборону 4-й армии Западного фронта. 12-й армейский корпус 4-й армии группы армий «Центр» начал штурм Брестской крепости.

Оборонительная операция на Западной Украине. Началась Оборонительная операция на Западной Украине Юго-Западного фронта, проходившая с 22 июня по 6 июля 1941 г (см. карту — Боевые действия на северо-западном, западном и юго-западном направлениях. 22 июня — 9 июля 1941 г.). В рамках данной операции проведены: приграничное оборонительное сражение, Львовско-Луцкая и Станиславско-Проскуровская фронтовые оборонительные операции. В качестве представителя Ставки Главного Командования на Юго-Западный фронт направлен Г. К. Жуков.

1-я танковая группа и 6-я армия группы армий «Юг» нанесли главный удар по левому флангу 5-й армии и по правому флангу 6-й армий Юго-Западного фронта, в стык Владимир-Волынского и Струмиловского укреплённых районов. Противник захватил мосты через Западный Буг, занял города Кристинополь и Сокаль. За первый день сражения на направлении главного удара 1-я танковая группа вклинилась в оборону советских войск на глубину до 20 км.

На правом фланге 5-й армии советские войска встречным ударом отбросили прорвавшихся немцев к реке Буг. Но противнику вновь удалось форсировать реку и к концу дня захватить небольшой плацдарм.

На левом фланге фронта 17-я армия группы армий «Юг» нанесла удар в стык Рава-Русского и Перемышльского укреплённых районов в направлении на Львов. Упорное сопротивление советских пограничников позволило войскам 6-й армий Юго-Западного фронта занять подготовленные рубежи обороны и остановить противника перед позициями Струмиловского и Рава-Русского укрепрайонов.
Советский аэродром после немецкого авианалёта

Гальдер:[2] «Все армии, кроме 11-й армии группы армий „Юг“ в Румынии, перешли в наступление согласно плану. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолёты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать… Командование ВВС сообщило, что за сегодняшний день уничтожено 850 самолётов противника, в том числе целые эскадрильи бомбардировщиков, которые, поднявшись в воздух без прикрытия истребителей, были атакованы нашими истребителями и уничтожены.»

Оборона Ханко. Началась оборона военно-морской базы Ханко, продолжавшаяся с 22 июня по 2 декабря 1941 г. 22 июня на Ханко совершила налет немецкая бомбардировочная авиация.

Сводка Главного Командования Красной Армии.[12] С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боев противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Кристинопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Калвария, Стоянув и Цехановец (первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы).

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника. Калвария

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:05

http://cmboat.ru/vov17-06-1941/
ВОВ 1941-1945 гг.

На севере. СФ в повседневной готовности. Установлено, что в Финляндию и Норвегию прибывают немецкие войска, на приграничных аэродромах концентрируется авиация, активизирована деятельность всех видов разведки, в Финляндии проводится скрытная мобилизация, однако изменений в составе и базировании ВМС вероятного противника не отмечено. В связи с этим флот расширил зону воздушной разведки в Баренцевом море, усилил корабельные дозоры у Кольского залива, установил дежурство кораблей в главной базе - Полярном, самолётов на аэродромах, береговых батарей и батарей ПВО, увеличил состав сил в боевом ядре.

В течение дня 17 июня немецкие самолёты неоднократно нарушали нашу государственную границу в Заполярье.

На западе. БФ в повседневной готовности. Отмечены: концентрация немецких и финских войск у наших границ, усиление деятельности их морской, воздушной и агентурной разведки, нарушение морских и воздушных границ СССР. Под видом подготовки к учениям финский флот приведён в боевую готовность.

В этих условиях БФ приступил к ведению систематической воздушной разведки акваторий, прилегающих к нашим терводам, Ботнического залива, Данцигской1 бухты и средней части Балтийского моря. Выставлены корабельные дозоры в устье Финского залива, проливах Ирбенском и Соэлозунд, у Либавы. Отряд лёгких сил флота (OЛC) и два дивизиона подводных лодок перебазированы из Либавы в Усть-Двинск.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2, введенной с началом флотского учения 14 июня. Выявлено, что немецкие и румынские войска выдвинуты к нашим границам, на аэродромы Румынии прибывают сотни германских самолётов, поставляется материальная часть для береговой артиллерии и минное оружие. Считалось, что ВМС Румынии усилены немецкими подводными лодками. В качестве ответных мер флот провёл мероприятия по повышению готовности к отражению агрессии, в числе которых был и выход на учение в северо-западную часть Чёрного моря.

1 Здесь и далее наименование географических пунктов приводятся так, как они употреблялись в документах тех лет.

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:06

http://cmboat.ru/vov18-06-1941%e2%80%8e/
На севере. СФ в повседневной готовности. Продолжаются вторжения немецких самолётов в наше воздушное пространство. В течение дня в главной базе дважды объявлялась готовность ПВО № 1 и воздушная тревога. Истребители ВВС флота обстреляли неизвестный самолёт, а зенитные батареи - немецкий Ме-110. В дозоре к Цып-Наволоку вышла подводная лодка М-176 (старший лейтенант Бондаревич И.Л.).

На западе. БФ в повседневной готовности. В Хельсинки прибыл отряд немецких кораблей. 4 минных заградителя и 6 тральщиков германских ВМС ставили мины между Мемелем и о. Эланд.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2. Завершены учения флота.

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:07

http://cmboat.ru/vov19-06-1941/

На севере. Вновь в течение дня в главной базе СФ дважды объявлялась воздушная тревога. Зенитная артиллерия открывала огонь по нарушителям, а истребительная авиация изгоняла их из нашего воздушного пространства. В связи с объявлением Финляндией мобилизации по флоту дан сигнал о введении оперативной готовности № 2. Начато рассредоточение подводных лодок.

На западе. В 17:25 по БФ объявлено о введении оперативной готовности № 2. В дозор к Ирбенскому проливу вышла подводная лодка С-7 (капитан-лейтенант Лисин С.П.).

На юге. Корабли ЧФ возвратились в базы после учения. Оперативная готовность № 2 не отменялась.

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:07

http://cmboat.ru/vov20-06-1941/

На севере. СФ в оперативной готовности № 2. Зенитная батарея обстреляла над Ваенгой самолёт без опознавательных знаков.

На западе. БФ в оперативной готовности № 2. Число германских кораблей, прибывших в Хельсинки, достигло 48 единиц.

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2.

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:08

http://cmboat.ru/vov21-06-1941/
На севере. СФ в оперативной готовности № 2. Нарушений госграницы не отмечено.

На западе. В 23:37 по приказу наркома ВМФ адмирала Кузнецова Н.Г., отданному по телефону, по БФ дан сигнал о переводе сил в оперативную готовность № 1. В дозор в устье Финского залива вышла подводная лодка М-99 (старший лейтенант Попов Б.М.).

На юге. ЧФ в оперативной готовности № 2.

В Москве. Вечером нарком ВМФ заслушал доклад прибывшего из Германии военно-морского атташе при нашем посольстве капитана 1 ранга Воронцова М.А., и после посещения Наркома обороны Маршала Советского Союза Тимошенко С.К. и начальника Генштаба генерала армии Жукова Г.К. в 23:50 распорядился о передаче на флоты приказания на перевод сил в оперативную готовность № 1.

Cmboat.ru

13.03.2021, 05:09

http://cmboat.ru/vov22-06-1941/
В ночь с 21 на 22 июня береговые посты и корабельные дозоры БФ отмечали плавание неопознанных кораблей и судов вблизи территориальных вод СССР.

0 ч 10 мин. Нарком ВМФ подписал директиву командующим Северным (контр-адмирал Головко А.Г.), Балтийским (вице-адмирал Трибуц В.Ф.) и Черноморским (вице-адмирал Октябрьский Ф.С.) флотами, Дунайской (контр-адмирал Абрамов Н.О.) и Пинской (контр-адмирал Рогачев Д.Д.) военными флотилиями.

0 ч 00 мин. Начальник штаба БФ контр-адмирал Пантелеев Ю.А. отдал распоряжение о рассредоточении кораблей флота.

1 ч 15 мин. По СФ и ЧФ, а около 2 ч ночи по ДВФ и ПВФ дан сигнал о введении оперативной готовности № 1.

3 ч 15 мин. Налёт фашистской миноносной авиации на главную базу ЧФ - Севастополь. Огнём 59-й отдельной железнодорожной зенитной батареи ЧФ (лейтенант Котов И.Е.) сбит первый в войне самолёт противника.

3 ч 50 мин. Начало бомбёжек фашистской авиацией Либавы. В течение дня город подвергся пятнадцати налётам, в которых участвовало до 135 самолётов. В ходе их отражения сбито 3 машины противника.

4 ч 00 мин. Германские войска перешли государственную границу СССР.

4 ч 12 мин. Налёт фашистской авиации на Кронштадт.

4 ч 14 мин. Транспорт «Гайсма», следовавший с грузом леса из Риги в Любек, атакован четырьмя торпедными катерами противника и потоплен.

4 ч 15 мин. Румынская наземная артиллерия и мониторы открыли огонь по советскому берегу Дуная и кораблям ДВФ. Одновременно фашистская авиация произвела налёт на Измаил. Береговые батареи и корабли флотилии открыли ответный огонь. В течение дня противник неоднократно возобновлял артогонь и авианалёты, при отражении которых истребители сбили 3, а зенитные батареи 1 самолёт противника. Силы ДВФ совместно с частями 14-го стрелкового корпуса и 79-го погранотряда сорвали попытки противника форсировать Дунай.

8 ч 52 мин. Из Полярного в Иоканьгу для последующего занятия позиции у Горла Белого моря вышла подводная лодка Щ-404 (капитан-лейтенант Иванов В.А.).

9 ч 00 мин. Фашистская авиация нанесла удар по кораблям и объектам Пинской военной флотилии. В соответствии с планом прикрытия госграницы корабли флотилии вышли из Бреста в Кобрин.

9 ч 30 мин. Завершено развертывание в позиции на подходах к Либаве подводная лодка Л-3 (капитан 3 ранга Грищенко П.Д.), М-79 (старший лейтенант Автомонов И.В.), М-81 (капитан-лейтенант Зубков Ф.А.) и М-83 (старший лейтенант Шалаев П.М.).

9 ч 40 мин. Базовый тральщик БТЩ-216 обнаружил вражеские мины севернее о. Даго.

11 ч 07 мин. Начальник Главного морского штаба адмирал Исаков И.С. отдублировал директиву Главного Военного Совета военным советам флотов и командующим флотилиями .

11 ч 45 мин. Части 67-й стрелковой дивизии (генерал-майор Дедаев Н.А.) под натиском превосходящих сил противника отошли на рубеж обороны в 40 км южнее Либавы.

12 ч 12 мин. Из Усть-Двинска на позицию к Мемелю вышла подводная лодка С-4 (капитан-лейтенант Абросимов Д.С.).

13 ч 00 мин. Начальник штаба БФ приказал командиру подводная лодка М-99 оставить позицию и возвратиться в Таллин, куда она и прибыла к исходу дня.

13 ч 30 мин. По СФ дан сигнал о мобилизации приписанных судов.

13 ч 00 мин. Базовый тральщик «Фугас» (старший лейтенант Гиллерман В.П.) в обеспечении двух торпедных катеров и береговой артиллерии начал постановку минного заграждения на подходе к Либаве.

16 ч 40 мин. Завершён выход из главной базы ЧФ группы подводных лодок; в западную часть Чёрного моря направлены подводные лодки Щ-205 (капитан-лейтенант Дронин П.С.), Щ-206 (капитан-лейтенант Каракай С.А.) и Щ-209 (капитан-лейтенант Киселев И.Н.), а в дальний дозор у главной базы флота - М-33 (старший лейтенант Суров Д.И.) и М-34 (старший лейтенант Голованов Н.И.), 6 подводная лодка и 10 тка перебазированы из Севастополя в Балаклаву.

17 ч 00 мин. По приказу командующего БФ начат вывод кораблей и судов из Либавы. К исходу суток убыло 5 подводных лодок. 8 транспортов и 1 танкер. Оставшиеся суда (10 транспортов, 4 буксира и 1 самоходная баржа) приступили к погрузке эвакуируемых и имущества.

17 ч 50 мин. Из Ханко в Палдиски переведены 3 подводные лодки.

17 ч. 55 мин. Командующий СФ направил к Киркенесу подводная лодка Щ-421 (капитан-лейтенант Лунин Н.А.), а к исходу дня на позиции вышли ещё три подводные лодки: к мысу Нордкин Д-3 (капитан-лейтенант Костантинов Ф.В.), в район Барде Щ-401 (капитан-лейтенант Моисеев А.Е.), к Варангер-фиорду М-176 (старший лейтенант Бондаревич И.Л.).

17 ч 57 мин. Из Усть-Двинска под командованием начальника штаба ОЛС БФ капитана 2 ранга Святова И.Г. для прикрытия минных постановок в устье Финского залива вышли кр «М.Горький» (капитан 2 ранга Петров А.Н.), эм «Гневный» (капитан 2 ранга Устинов М.Т.), «Гордый» (капитан-лейтенант Ефет Е.Б.) и «Стерегущий» (капитан-лейтенант Збрицкий Е.П.).

18 ч 27 мин. Из Ханко в сопровождении эсминец «Смелый» (капитан 3 ранга Быков B.C.) вышел теплоход «И. Сталин» с эвакуируемыми.

20 ч 16 мин. Нарком ВМФ приказал ввести во всех военно-морских базах, укрепленных районах и секторах флотов и флотилий военное положение.

21 ч 00 мин. Береговая батарея № 221 СФ (старший лейтенант Космачёв П.Ф.) обстреляла и повредила тральщик противника, выходивший из Петсамо.

23 ч 00 мин. Первый налёт 2-го минно-торпедного (подполковник Биба А.Г.) и 40-го бомбардировочного (полковник Мохирев А.Г.) авиаполков ВВС ЧФ на Констанцу (три ДБ-3 и четыре СБ), а также на Сулину (два СБ).

23 ч 30 мин. Первый налёт фашистской авиации на ВМБ Ханко.

Отражение 33-пограничным отрядом атаки финнов 22-23 июня 1941 года

В течение первых суток войны на всех флотах у баз были развернуты дополнительные корабельные дозоры, усилена воздушная разведка на театрах, началось боевое траление, велась подготовка к постановке оборонительных минных заграждений, введена организация военного времени в работу маяков систем ограждения фарватеров и для плавания гражданских судов. Авиация БФ начала наносить бомбовые удары по скоплению живой силы и техники противника, наступающего на Либаву.

В первые сутки войны ВМФ потерь кораблей и самолётов не имел. В Финском заливе в 13:00 на минах противника подорвался и затонул транспорт морфлота «Рухно», в районе Севастополя в 20:30 морской буксир СП-12. Кроме того, в портах и терводах Германии, Дании и Португалии захвачено 32 судна, а в портах Швеции интернировано 3 транспорта.

Приграничные сражения 22-29 июня 1941 года

Википедия

14.03.2021, 04:07

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_%D0%92% D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B9_%D0%BC%D0%B8%D1%80%D 0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D1 %8B_(1939_%D0%B3%D0%BE%D0%B4)#cite_ref-CZW_1-0
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Хроника Второй мировой войны представляет собой тему, неизменно находящуюся под постоянным вниманием и развиваемую авторами как отечественной, так и зарубежной, в том числе немецкой исторической литературы. В многократно издаваемую и переиздаваемую хронику войны ими включается упоминание событий, представляющих иногда с различных точек зрения наибольшее значение для хода мировой истории.

Ниже излагаются в хронологической последовательности основные события войны в 1939 году.

31 Августа пресса Германии сообщила, «… в четверг приблизительно в 20 часов помещение радиостанции в Гляйвице было захвачено поляками.»[1]

Содержание

1 Сентябрь
2 Октябрь
3 Ноябрь
4 Декабрь
5 Примечания
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/1/19/Second_world_war_europe_animation_small.gif
Ход Второй мировой войны в Европе в виде анимации

Сентябрь

1 сентября в 4 часа 45 минут прибывший в Данциг с дружеским визитом и с воодушевлением встреченный местным населением немецкий учебный корабль — устаревший броненосец «Шлезвиг-Гольштейн» открывает огонь по польским укреплениям на Вестерплятте.

В тот же день в Германии полиция издаёт распоряжение, запрещающее выезд евреям за границу. С первых же дней наступления в военные действия включилось население. В польском городе Бромберге несколько тысяч проживавших здесь немцев были убиты поляками по подозрению в сотрудничестве с немецкой армией. Эти убийства использовались немецкой пропагандой для оправдания террора против местного населения.[1]

1 сентября, надев солдатскую форму, в Рейхстаге выступил Гитлер. В оправдание нападения на Польшу Гитлер ссылался инцидент в Гляйвице. При этом он тщательно избегал термина «война», опасаясь вступления в конфликт Англии и Франции, давших Польше соответствующие гарантии. В изданном им приказе говорилось лишь об «активной обороне» против польской агрессии.

В этот же день Англия и Франция под угрозой объявления войны потребовали немедленного вывода немецких войск с польской территории. Муссолини предложил созвать конференцию для мирного решения польского вопроса. Но Гитлер отказался.[1]

1 сентября в Советском Союзе была введена всеобщая воинская повинность. При этом призывной возраст был снижен с 21 до 19 лет, а для некоторых категорий — до 18 лет. В короткое время численный состав армии достиг 5 миллионов человек. Что составило около 3 % населения. Таким образом Сталин начал в скрытой форме мобилизацию, представляющую собой необратимый процесс, имеющий характер цепной реакции, неизбежно ведущей к войне.[2]

3 сентября в 9 часов Англия, а в 12.20 и Франция объявили Германии войну. То же самое делают Австралия, Индия и Новая Зеландия)[3] Началась «странная война». На Европейском континенте никаких имеющих стратегическое значение операций не велось. Стороны осознавали опасность вступления в сухопутную войну с её огромными человеческими жертвами. Наступление немецких войск развивалось по плану. Польские уланы были слабой военной силой по сравнению с согласованно действующими танковыми соединениями и люфтваффе.[1]

4 сентября во время налёта английской авиации на Вильгельмсхафен сбито 24 бомбардировщика[1]

5 сентября США и Япония объявляют о своём нейтралитете[1]

6 сентября немцы захватывают Краков. Правительство эвакуируется в Люблин[1][4]

6 сентября войну Германии объявляет Южная Африка[3]

7 сентября французские войска переходят границу с Сааром[1]

8 сентября 4-я танковая дивизия под командованием ген.- лейт. Рейнхарда достигает границ Варшавы. Войска 10 армии генерала Рейхенау начинают под Радомом окружение польской армии «Pruzy» под командованием генерала Стефана Даб-Бернацкого[1]

9 сентября польская армия «Poznan» под командованием генерала Тадеуша Кутрцеба начинает решающее сражение под Бзурой с немецкой 8 армией под командованием генерала от инфантерии Иоганна Бласковица.[1]

10 сентября Канада объявляет Германии войну.[1][3]

12 сентября окружённая под Радомом польская армия капитулирует. В плен попадает 60 000 поляков. В тот же день в Абевиле (Abbeville) собрался первый военный совет союзников.[1]

14 сентября у берегов Шотландии глубинными бомбами потоплена первая немецкая подводная лодка U-39 при попытке торпедировать авианосец «Арк-Роял»[1]

15 сентября немцы захватывают Пржемышль и Белосток.[1]

16 сентября послу Польши в СССР было заявлено, что, поскольку Польское государство больше не существует, Советский союз должен взять под свою защиту жителей Западной Украины и Западной Белоруссии.[1]

16 сентября войсковая группа «Юг» под командованием генерал-полковника Герда фон Рундштедта начинают окружение польских армий «Poznan» и «Pomorze» под Бзурой[1]

17 сентября, в 6 часов утра в соответствие с ранее согласованным с Гитлером планом, две советские войсковые группы перешли государственную границу с Польшей.[1][3]

Белорусским фронтом командовал генерал Ковалев, наступавший на Вильно, Гродно и Белосток. Украинским фронтом командовал маршал Тимошенко, который наступал на Лемберг (Львов). Раньше польская армия, по численности даже несколько превосходящая армию Германии, сохраняла надежду если не на победу, то, по крайней мере, на заключение мира на тяжелых условиях, то теперь для Польши не осталось никакой возможности сохранить свою государственность. Вечером того же дня польское правительство и армейское командование переехало в Румынию.

18 сентября под Брестом встретились советские и немецкие солдаты.

19 сентября окружённые под Бзурой польские войска капитулируют. Пленных 170 000[1]

21 сентября шеф тайной полиции и службы безопасности СС Рейнхард Гейдрих излагает принципы оккупационной политики в Польше: ликвидация интеллигенции, геттоизация евреев и переселение поляков в специальную территорию с центром в Кракове.[1]

22 сентября 1939 года комбриг С. М. Кривошеин вместе с генералом Г. Гудерианом принимает совместный парад советских и германских войск в белорусском городе Брест, они были знакомы ещё по учёбе в школе «Кама».

22 сентября под ударами Красной Армии капитулировала крепость Лемберг (Львов).

23 сентября Верховное командование Германии заявляет об окончании Польского похода

25 сентября в Германии вводится карточная система распределения продуктов питания[1]

26 сентября после 17-дневного сопротивления, в котором участвовало около 100 000 человек, капитулировала Варшава.

28 сентября капитулировала крепость Модлин, польская кампания закончилась, хотя отдельные гарнизоны продолжали сопротивление в районе Люблина до 6 октября.

28 сентября Иохим Риббентроп отправляется в Москву для согласования советско-польской границы. Согласно новому секретному протоколу вся Литва отходила к области интересов СССР, а граница с Вислы смещалась восточнее на Буг. В польской кампании Советский Союз потерял убитыми 737 и ранеными 1859 солдат.

В советском плену оказалось 217 000 польских военнослужащих. Государство Польша исчезло с географических карт. В изданном в 1940 году школьном географическом атласе атласе на месте бывшей Польши появилась надпись «Область государственных интересов Германии». Немцы же называли это административное образование Немецким Генерал-губернаторством (Deutsche Generalgouvernement).

30 сентября во Франции генерал Владислав Сикорский (Wladislaw Sikopski) организовал Польское правительство в изгнании и одновременно сформировал армию из 90 000 поляков, сумевших бежать на Запад.[1]

Октябрь

3 октября немцы выводят из Польши 30 дивизий[1]

4 октября секретным распоряжением амнистируют проживавших в Польше немцев, принимавших участие в немецких погромах.[1]

6 октября под Коцком и Люблином капитулируют последние польские войска.[1]

6 октября на заседании Рейхстага Гитлер подвел итоги Польской кампании, на котором предложил Западу мир. При этом он потребовал пересмотра Версальского соглашения, возвращения Германии утраченных колоний и отмену ограничений на вооружения. Поскольку Германия на этот момент превратилась в гегемона в центральной Европе, мирная инициатива Гитлера была отклонена Францией 10, а Британией 12 октября.

7 октября Рейхсфюрер СС и шеф полиции Генрих Гиммлер отдаёт распоряжение об «Укреплении немецкой народной государственности» путём принудительного переселения поляков в образованное Генерал-губернаторство[1]

9 октября в Рейхсканцелярии состоялось обсуждение осуществления планов по эвтаназии. Предполагалось уничтожить 65 −70 тысяч человек.

СССР передаёт Литве ранее находившийся в Польше Вильнюс[1]

12 октября оккупированные немцами и не вошедшие в состав Германии земли были превращены в генерал-губернаторство под руководством рехсминистра Ганса Франка. Начата депортация евреев из Австрии, и протектората Чехии и Моравии[1]

14 октября капитан U-47 Гюнтер Прин топит в бухте Скапа Флоу английский линкор «Роял Оук»[1]

15 октября Германия и Эстония подписывают протокол о переселении балтийских немцев[1]

17 октября при налёте немецкой авиации на Скапа Флоу серьезно повреждён устаревший линкор Айрон Дьюк[1]

20 октября из Вены депортируются в генерал-губернаторство 2000 евреев[1]

21 октября министр иностранных дел Италии Галеаццо Чиано граф фон Корнелаццо и посол Германии Ганс Георг фон Макензен договариваются о переселении немцев из Южного Тироля[1]

25 октября создаётся "Генералгубернаторство для оккупации польской территории " (Generalgouvernements für die besetzen pollnischen Gebiete) >[3]

28 октября Гиммлер издаёт приказ, адресованный неженатым членам СС принять участие в воспитании молодежи[1]

30 октября заключается соглашение с Литвой о переселении Издаётся приказ о выселении в генерал-губернаторство евреев из Померании, Западной Пруссии (Позен) и Верхней Силезии[1]

31 октября В Лодзи Ганс Франк излагает принципы оккупационной политики[1]

31 октября 1939 года Народный Комиссар иностранных дел Вячеслав Молотов, выступая на сессии Верховного Совета СССР под гром аплодисментов заявил: «Потребовался не такой уж сильный удар немецких вооруженных сил и присоединившихся к ним частей Красной Армии, чтобы от Польши — этого омерзительного порождения Версальского Договора, не осталось ничего»

Оккупанты на захваченной территории начали широкую кампанию по уничтожению польской интеллигенции, духовенства и офицерского состава вооруженных сил. Несколько тысяч польских офицеров были расстреляны в Катыни под Смоленском. После захвата в ходе военных действий Второй мировой войны этой территории, немецкое командование пригласило представителей Международного Красного Креста и предъявило им неопровержимые доказательства этого преступления [5]

Ноябрь

1 ноября Верховный Совет одобряет присоединение Западной Украины к СССР[1]

3 ноября Советское и Германское правительства подписывают соглашение о переселении немецкого населения (нем. Volksdeutsche) из Западной Украины, а также украинцев, белорусов, русских и русинов из Генерал-губернаторства[1]

4 ноября Рузвельт подписывает пересмотренный акт о нейтралитете. Он даёт разрешение воюющим сторонам на закупку американского оружия при условии его вывоза на собственных судах этих стран.[1]

6 ноября весь преподавательский состав университета в Кракове направлен в концентрационный лагерь[1]

7 ноября из-за погоды намечавшийся ранее переход в наступление немецких войск перенесён с 12 на 15 ноября.[1]

8 ноября Иоганн Георг Эльзер совершает неудачную попытку убить Гитлера. Заключённый в лагерь Дахау, Эльзер был там убит 9 апреля 1945 г.[3]

11 ноября генерал-губернатор Ганс Франк отдаёт распоряжение о расстреле всех жителей домов, на которых появлялись плакаты, напоминающие о дне восстановления Польского государства 11 ноября 1918 года[1]

16 ноября генерал фельдмаршал Геринг приказывает усилить привлечение польской рабочей силы для работы в Германии[1]

18 ноября генерал Бласковиц докладывает Гитлеру о зверствах полиции и зондеркоманд СС в Польше Евреи области Кракова должны с 1 ноября носить отличительную звезду Давида. При следовании через Канал голландский пассажирский корабль подрывается на мине. 84 человека погибли.[1]

21 ноября у берегов Шотландии у залива Фирт оф форт получает тяжёлые повреждения от взрыва на мине крейсер «Белфаст»[1]

В своих переговорах с Финляндией Советское правительство предлагало в обмен на территорию Карельского Перешейка и право аренды полуострова Ханко для организации там военной базы значительно большую территорию в центральной Карелии. Финское правительство отказалось, и Молотов обозвал его «гороховыми шутами».

26 ноября Советское правительство вручило Финляндии ноту протеста против якобы совершенного с финской стороны обстрела советской пограничной заставы около Майнила. Но финское правительство сообщило, что в данном месте не имелось орудий, пригодных для такого обстрела. Кроме того, по данным финской звукометрической разведки стрельба велась с Советской территории из района Сертолова и Чёрной речки, где недалеко от Ленинграда располагались крупные контингенты Красной Армии. Тем не менее, финны предложили созвать компетентную комиссию для расследования пограничного инцидента.

27 ноября король Англии Георг VI подписывает декрет о запрете экспорта в Германию. Это мероприятие поддерживает и Франция[1]

28 ноября немецкое верховное командование сообщает о потоплении английского крейсера подводной лодкой U47 под командованием капитан-лейтенанта Гюнтера Прина.[1]

29 ноября Гитлер даёт распоряжение о минировании и обстреле английских портов.[1]

29 ноября Москва разрывает дипломатические отношения с Финляндией

30 ноября. Советская авиация бомбит Хельсинки. Начинается «зимняя война». В первые дни войны Красная Армия практически не встречала сопротивления от оборонявшихся финнов.[3]

Декабрь

1 декабря из Рейхсгау Позен в генерал-губернаторство переселяется 150 000 поляков.[1]

1 декабря в Стокгольме начинается запись добровольцев в финскую армию.

7 декабря немцы совершают успешное минирование вод у берегов Англии. При этом тяжело повреждён английский эсминец.[1]

8 декабря после прибытия в Перемышль комиссии, начинается переселение 120 000 фольксдойче из Волыни и Восточной Галиции в Германию.[1]

9 декабря народный комиссариат иностранных дел СССР информирует аккредитованных в Москве послов о начале блокады финского побережья и объявлении его зоной военных действий[1]

14 декабря Лига Наций в Женеве исключает Советский Союз из своего состава за агрессию против Финляндии.[1],[3]

14 декабря налёт английской авиации на Вильгельмхафен заканчивается потерей 6 бомбардировщиков Администрация Лиги Наций в Женеве исключат СССР из членов этой организации за агрессию против Финляндии[1]

16 декабря первый лорд адмиралтейства Уинстон Черчилль повторяет заявление, сделанное им 19 сентября о готовности вступления в Норвегию[1]

17 декабря тяжело повреждённый карманный линкор Адмирал граф Шпее затоплен командиром в устье Лаплаты[1]

18 декабря при авианалёте сбиты 12 английских бомбардировщиков[1]

22 декабря после семидневных боев в районе Сумма-Хотинен безрезультатно заканчивается с огромными потерями попытка прорвать в лоб «линию Маннергейма». Флегматичные и невозмутимые финны в своих дотах падали в обморок при виде горы трупов, которую они создавали своим огнём.

Советские войска вторглись на территорию Финляндии, имея намерение разрезать её и выйти к Ботническому заливу. Но здесь финны приняли тактику партизанской войны. Небольшими партиями из хорошо знавших местность лыжников они из засад обстреливали растянувшиеся по узким лесным дорогам колонны войск. При этом основной их целью были командиры и походные кухни. Окружённые войска в соответствии с уставами занимали круговую оборону, образуя малоподвижные очаги сопротивления, называемые финнами «мотти», ликвидация которых была лишь вопросом времени [6]

28 декабря заканчиваются полным разгромом после боёв, длившихся 17 дней советской 163 стрелковой дивизии Красной Армии, (предназначавшейся для захвата Оулу на побережьи Ботнического залива) у Суомуссалми.[6]

Полная профессиональная некомпетентность командного состава и безынициативность всей массы командиров были отличительной чертой Красной Армии этого времени. Немецкие офицеры и солдаты, дружески наблюдавшие за действием советских военачальников во время совместных учений, говорили, что в своем подавляющем большинстве их квалификация не должна была позволять им занимать должности, выше унтер офицерских. Положение усугублялось ещё и тем, что все тактические и стратегические разработки и мероприятия по изменению структуры армии в соответствии с новыми условиями ведения войны были объявлены «буржуазными предрассудками», и обучение солдат снова свелось к строевой подготовке и овладению политическими знаниями, как это имело место во время гражданской войны. Это имело в своей основе страх перед ответственностью, являвшийся следствием охватившей всю страну кампании подозрительности и необоснованных репрессий, в которых не было никакой возможности доказать свою правоту при любом проявлении собственной инициативы. Такая армия принципиально была обречена на военные неудачи и от полного поражения её могла бы спасти лишь личная стойкость солдат, а достижение победы могли обеспечить лишь огромные людские резервы, значительно превосходящие резервы, которыми располагал бы возможный противник

31 декабря Гитлер заслушивает доклад немецкого Верховного командования (ОКВ), в котором обосновывается мысль, что, как оказалось, для современной армии Красная Армия вовсе не представляет собой серьезного противника. Для Германии стало возможным при ухудшении отношений с Советским Союзом пойти на риск войны на два фронта.[1]

Примечания

Chronik des Zweiten Weltkrieges Chronik Verlag im Wissen Media Verlag GmbH/ Erweiterte Neuausgabe 2004 MOHN Media. Mohndruck GmbH< Gütersloch ISBN 3-577-14367-3
↑ Шапошников Б. М. «Мозг армии». В 3 кн.\М:Л.:Госиздат (отдел военной литературы),1927-1929.
<Gerhard Schreiber. Kurze Geschichte des Zweiten Weltkrieges. Verlag C.H.Beck oHG, München 2005 ISBN 3 406 52953 4
↑ <<Gerhard Schreiber. Kurze Geschichte des Zweiten Weltkrieges. Verlag C.H.Beck oHG, München 2005 ISBN 3 406 52953 4
↑ Reinhard Pözorny(Hg)Deutsches National-Lexikon- DSZ-Verlag. 1992. ISBN 3-925924-09-4
Энгл Э. Паанен Л. Советско-финская война. Прорыв линии Маннергейма. 1939—1940/ Пер.с английского О. А. Федяева. М.: ЗАО Центрполиграф 2004. 253 с. ISBN 5-9524-1467-2

Википедия

14.03.2021, 04:08

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_%D0%92% D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B9_%D0%BC%D0%B8%D1%80%D 0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D1 %8B_(%D1%81%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8F%D0%B1%D1%80%D1 %8C_1939_%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0)#1_%D1%81%D0%B5% D0%BD%D1%82%D1%8F%D0%B1%D1%80%D1%8F_1939_%D0%B3%D0 %BE%D0%B4%D0%B0_(%D0%BF%D1%8F%D1%82%D0%BD%D0%B8%D1 %86%D0%B0)._1-%D0%B9_%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%8C_%D0%B2%D0%BE%D0%B9 %D0%BD%D1%8B
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Mail-mark-junk red.svg

Эта статья предлагается к удалению.
Пояснение причин и соответствующее обсуждение вы можете найти на странице Википедия:К удалению/27 октября 2017.
Пока процесс обсуждения не завершён, статью можно попытаться улучшить, однако следует воздерживаться от переименований или немотивированного удаления содержания, подробнее см. руководство к дальнейшему действию.
Не снимайте пометку о выставлении на удаление до окончания обсуждения. Последнее изменение сделано участником E737 (вклад, журналы) в 11:48, 7 ноября 2017 (UTC; около 53 дней назад).

[показать]
Хроника Второй мировой войны
Основная статья: Хроника Второй мировой войны/1939 год
Содержание

1 1 сентября 1939 года (пятница). 1-й день войны
2 2 сентября 1939 года (суббота). 2-й день войны
3 3 сентября 1939 года. 3-й день войны
4 4 сентября 1939 года. 4-й день войны
5 5 сентября 1939 года. 5-й день войны
6 6 сентября 1939 года. 6-й день войны
7 7 сентября 1939 года. 7-й день войны
8 8 сентября 1939 года. 8-й день войны
9 9 сентября 1939 года. 9-й день войны
10 10 сентября 1939 года. 10-й день войны
11 11 сентября 1939 года. 11-й день войны
12 12 сентября 1939 года. 12-й день войны
13 13 сентября 1939 года. 13-й день войны
14 14 сентября 1939 года. 14-й день войны
15 15 сентября 1939 года. 15-й день войны
16 16 сентября 1939 года. 16-й день войны
17 17 сентября 1939 года. 17-й день войны
18 18 сентября 1939 года. 18-й день войны
19 19 сентября 1939 года. 19-й день войны
20 20 сентября 1939 года. 20-й день войны
21 21 сентября 1939 года. 21-й день войны
22 22 сентября 1939 года. 22-й день войны
23 23 сентября 1939 года. 23-й день войны
24 24 сентября 1939 года. 24-й день войны
25 25 сентября 1939 года. 25-й день войны
26 26 сентября 1939 года. 26-й день войны
27 27 сентября 1939 года. 27-й день войны
28 28 сентября 1939 года. 28-й день войны
29 29 сентября 1939 года. 29-й день войны
30 30 сентября 1939 года. 30-й день войны
31 Примечания
32 Список литературы

1 сентября 1939 года (пятница). 1-й день войны

Нападение на Польшу

Планы и силы сторон
Основная статья: Расстановка сил в Польской кампании
1 сентября 1939 г.

Германия

Немецкая группа армий «Юг» (генерал-полковник фон Рундштедт) состояла из 8-й, 10-й и 14-й армий. Она должна была наступать из Силезии в общем направлении на Варшаву (10-я армия — 2 танковые, 8 пехотных, 3 лёгкие дивизии, генерал-полковник фон Рейхенау). 14-я армия (2 танковые, 6 пехотных, 1 лёгкая, 1 горная дивизии, генерал-полковник Лист) — в направлении на Краков, её должны были поддерживать вооружённые силы Словакии. 8-я армия (4 пехотные дивизии, 1 полк войск СС, генерал-полковник Бласковиц) имела целью Лодзь.
Немецкая группа армий «Север» (генерал-полковник фон Бок) состояла из 3-й (1 танковая, 5 пехотных дивизий, генерал-полковник фон Кюхлер) и 4-й (1 танковая, 2 моторизованные, 6 пехотных дивизий, генерал-полковник фон Клюге) армий. Её цель — одновременным ударом из Восточной Пруссии и Померании разгромить польские силы в районе северной Вислы.

Всего для войны против Польши были развёрнуты 44 немецкие дивизии (в том числе 6 танковых и 2 моторизованных), 1-й воздушный флот (генерал авиации Кессельринг) и 4-й воздушный флот (генерал авиации Лёр) — всего около 2 тыс. самолётов. ВВС Первой Словацкой республики. Словацкая полевая армия «Бернолак» общей численностью 50 тыс. солдат наступала в составе 14-й немецкой армии под командованием фон Листа. «Бернолак» состоял из трёх дивизий — 1-я «Яношик» (полковник Антонин Пуланих), 2-я «Шкултети» (генерал Александр Чундерлик) и 3-я «Разус» (генерал Августин Малар). Операцией руководил министр обороны Фердинанд Чатлош.

Немецкая группа армий «C»(командующий Вильгельм Йозеф Франц фон Лееб) состояла из штаба группы армий «С», 639-й полк связи группы армий «С», 1-я армия — командующий генерал-полковник Эрвин фон Вицлебен, 5-я армия — командующий генерал от инфантерии Курт Либман, 7-я армия — командующий генерал-полковник Фридрих Дольман. В период кампании в Польше и Странной войны она находилась на южном участке западной границы Германии.

Польша

Главнокомандующим польскими силами был маршал Рыдз-Смиглы. Его план — оборонять западную границу Польши и вести наступательные действия в Восточной Пруссии.

На границе с Восточной Пруссией были размещены армия «Модлин»(4 пехотные дивизии и 2 кавалерийские бригады, а также в районе Сувалки — 2 пехотные дивизии и 2 кавалерийские бригады. В Польском коридоре — армия «Поморье»(6 пехотных дивизий).

Против Померании — армия «Лодзь» (4 пехотные дивизии и 2 кавалерийские бригады).

Против Силезии — армия «Краков» (6 пехотных дивизий, 1 кавалерийская и 1 моторизованная бригады).

За армиями «Краков» и «Лодзь» — армия «Пруссия» (6 пехотных дивизий и 1 кавалерийская бригада).

Южную границу Польши должна была оборонять армия «Карпаты» (из резервных соединений).

Резервы — 3 пехотные дивизии и 1 кавалерийская бригада — у Вислы в районе Варшавы и Люблина.

Всего в составе польских вооружённых сил было 39 пехотных дивизий, 2 моторизованные бригады, 11 кавалерийских бригад, 3 горные бригады.
Первые выстрелы новой войны, учебный линкор «Шлезвиг-Гольштейн»

Войска Германии и Словакии нападением на Польшу начали боевые действия в Европе. Под предлогом нарушения Польшей границ и якобы устроенного поляками нападения на радиостанцию Глейвиц, германским войскам был отдан приказ перейти польскую границу. В 4.30 утра германские ВВС нанесли массированный удар по польским аэродромам. В 4 часа 45 минут прибывший в Данциг с дружеским визитом и с воодушевлением встреченный местным населением немецкий учебный корабль — устаревший броненосец «Шлезвиг-Гольштейн» открывает огонь по польским укреплениям на Вестерплятте. Одновременно сухопутные войска Германии перешли границу Польши, стремясь осуществить стратегический замысел операции «Вайс».
1 сентября 1939 г. Немцы уничтожают польско-данцигскую границу в районе Сопота

Началась оборона Вестерплатте — небольшого полуострова в Гданьской бухте, в устье Мёртвой Вислы (у самого входа в порт).

В 04:26 первый боевой вылет люфтваффе во Второй мировой войне совершило звено пикировщиков Ju-87 обер-лейтенанта Диллеи. Целью были польские пункты управления, расположенные на железнодорожной станции Диршау (Тчев). Перед пилотами стояла задача уничтожить управляющие кабели, протянутые поляками от Диршау к стратегически важному мосту через Вислу, который соединял Восточную Прус*сию с остальной территорией Рейха. По плану немецкого командования внезапный налёт должен был помешать полякам взорвать мост в первые минуты войны. Затем к мосту должна была прибыть наземная штурмовая группа и взять его под контроль. В это же время Франк Нойберт сбил первый самолёт — польский истребитель PZL P.11C.

В 5:00 часов утра словацкие солдаты пересекли границу и заняли деревни, оккупированные Польшей 11 месяцев назад. 1-й дивизии удалось быстро занять Закопане и продвинуться вглубь польской территории на 30 км. 3-я дивизия, присоединившись к немецким альпийским стрелкам, заняли Кросно и Санок, а 2-я дивизия зачищала территорию между Дуклой и Саноком от остатков разбитых польских подразделений.

В 5 часов утра были брошены в битву польские войска, против 76-го пехотного полка из 200-й моторизованной дивизии вермахта, которая действовала на левом фланге 19-го танкового корпуса под командованием Хайнца Гудериана. В 6 часов германские парашютисты начали операцию по захвату моста у Тчева (Диршау). К 7.30 польская оборона была прорвана, но в момент, когда солдаты вермахта уже овладели мостом, польский капитан, командовавший его обороной, успел активировать взрывное устройство. Мост рухнул в реку. На южном участке фронта три авиационные группы 4-го воздушного флота атаковали аэродромы в Катовицах и Кракове, где уничтожили 17 польских самолетов и ангары. С восходом солнца туман рассеялся, погода улучшилась. В атаки включились новые воздушные эскадры, но попытка застигнуть польскую авиацию врасплох в полной мере не удалась, поскольку германские ВВС не смогли атаковать польские авиабазы одновременно. Господство в воздухе было захвачено германской авиацией в последующие дни благодаря количественному и особенно техническому превосходству немецких самолетов над польскими.

Несмотря на ожидание нападения польская армия оказалась не способна противостоять агрессии Германии.

8.00 — Операция в районе Диршау, по-видимому, не удалась. Воздушный налет, вероятно, не дал эффективных результатов. Начальник разведотдела из Кенигсберга сообщил: операция не удалась, мост взорван.

8.40 — Главком: Приказ по войскам. Беседа с работниками штаба (Шефер). Возможности сообщения с Восточной Пруссией по морю и воздуху. Не посылать никаких донесений фюреру без согласования с главкомом.

Группа армий «Север»: На восточно-прусском и померанском участках фронта противник отброшен от границы.

Диршау — бои идут также на севере. В Восточной Пруссии и Померании — туман. Излучина рек Одер и Варта: отмечаются передвижения войск противника. Группа «Грауденц» продвинулась вперед, группа «Млава» перешла в наступление. В Сувалках ничего не отмечено (бригада Брандта: 3 полка).

Группа армий «Юг»: 14-я армия — слабый противник;

2-я танковая дивизия полностью введена в бой. Хауэншильд продвигается. Встречаются заграждения. 4-я легкая пехотная и 2-я танковая дивизия к 8.30 находились в 8 км восточнее [границы]. 3-я горнопехотная дивизия выступает в 10.00. 7-я пехотная дивизия к 8.20 находилась у Яблонка. 17-й армейский корпус занял командные высоты западнее Цешина. 8-й армейский корпус 10-я армия: Встречен лишь слабый противник. 2-я легкая пехотная дивизия продвинулась через лес. 4-й армейский корпус ведет бой в районе Люблинец. 16-й армейский корпус в 8.00 прошел Панки. Опатув. 8-я армия: Все дивизии планомерно продвигаются. Железнодорожные мосты у Одерберга и Ольжи взорваны. (Там находятся железнодорожные войска!) «Военная организация» [Абвера] сумела захватить многие мосты. Польская пехота предпринимает контратаки.
ВВС: Налет на Варшаву не производился. Следует подтянуть силы, для чего мы пока не имеем возможностей.

— [1]

К началу польской кампании 1-я танковая дивизия была одной из шести танковых в вермахте. Она входила в состав 16-го корпуса, 10-й армии, группы армий «Юг», и была развёрнута в Верхней Силезии.

1 сентября 1939 года 16-й корпус во главе с 1-й и 4-й танковыми дивизиями начал наступать на северо-восток, быстро проникая вглубь польской территории по направлению к Варшаве.

Операция «Пекин». В 9:25 1 сентября на кораблях получили известие о германском вторжении в Польшу.

10.00 — Речь фюрера в рейхстаге (главком — там же). Надев солдатскую форму, в Рейхстаге выступил Гитлер и представил операцию как полицейскую акцию, которая не направлена против западных держав. В оправдание нападения на Польшу Гитлер ссылался инцидент в Гляйвице. При этом он тщательно избегал термина «война», опасаясь вступления в конфликт Англии и Франции, давших Польше соответствующие гарантии. В изданном им приказе говорилось лишь об «активной обороне» против польской агрессии.

Обращение Адольфа Гитлера к вермахту.

Польское государство отказалось от мирного урегулирования конфликта, как хотел этого я, и взялось за оружие. Немцы в Польше подвергаются кровавому террору и изгоняются из их домов. Несколько случаев нарушений границы, которые нестерпимы для великого государства, доказывают, что Польша не намерена с уважением относиться к границам Империи.
Чтобы прекратить это безумие, у меня нет другого выхода, кроме как отныне и впредь силе противопоставить силу. Германская армия будет сражаться за честь и жизнь возрождённой Германии без колебаний. Я рассчитываю, что каждый солдат, верный вечным германским воинским традициям, будет всегда помнить, что он является представителем национал-социалистической великой Германии. Да здравствует наш народ и наша Империя!

В Германии полиция издаёт распоряжение, запрещающее выезд евреям за границу. С первых же дней наступления в военные действия включилось население. В польском городе Бромберге несколько тысяч проживавших здесь немцев были убиты поляками по подозрению в сотрудничестве с немецкой армией. Эти убийства использовались немецкой пропагандой для оправдания террора против местного населения.[1]

Англия и Франция, заключившие с Польшей союзнические договоры и также готовившиеся к боевым действиям, вместо оказания обещанной военной помощи Польше, продолжили поиски путей умиротворения Германии ведя через Муссолини переговоры о созыве конференции в Италии для обсуждения «затруднений, вытекающих из Версальского договора».

В 21.30 Английский и французский послы в Берлине вручили Риббентропу идентичные ноты, правительства обеих стран заявляли: Им «кажется», что создавшиеся условия требуют выполнения ими взятых в отношении Польши обязательств. Если германское правительство не представит «удовлетворительных заверений» в том, что прекратило агрессию, Англия и Франция окажут помощь полякам.

Египет. Премьер-министр Али Махир заявил о разрыве дипломатических отношений с Германией. В стране введено военное положение, Махир назначен военным губернатором Египта, отменены гражданские свободы и введена цензура.

Советский Союз. На внеочередной Четвёртой сессии Верховного Совета СССР принят Закон о всеобщей воинской обязанности. При этом призывной возраст был снижен с 21 до 19 лет, а для некоторых категорий — до 18 лет. В короткое время численный состав армии достиг 5 миллионов человек. Что составило около 3 % населения. Таким образом Сталин начал в скрытой форме мобилизацию, представляющую собой необратимый процесс, имеющий характер цепной реакции, неизбежно ведущей к войне.[2]
2 сентября 1939 года (суббота). 2-й день войны

В 10.00 после переговоров с Англией и Францией Муссолини сообщил Гитлеру, что «Италия ставит в известность, конечно, оставляя любое решение за фюрером, что ещё имеется возможность созвать конференцию Франции, Англии и Польши на следующей основе: 1) установление перемирия, по которому войска останутся на занятых сейчас позициях; 2) созыв конференции через 2—3 дня; 3) разрешение германо-польского конфликта, которое, учитывая нынешнюю обстановку, будет благоприятным для Германии… Данциг уже немецкий…, и Германия уже имеет в своих руках залог, обеспечивающий наибольшую часть её требований. Если предложение конференции будет принято, то она добьется всех своих целей и одновременно устранит войну, которая уже сегодня выглядит как всеобщая и чрезвычайно продолжительная». В ответ фюрер заявил; «В течение последних двух дней германские войска чрезвычайно быстро продвинулись по Польше. Нельзя добытое кровью объявлять полученным в результате дипломатических интриг… Дуче, я не уступлю англичанам, потому что я не верю, что мир будет сохранен более полугода или года. При этих обстоятельствах, я полагаю, что, несмотря на все, нынешний момент более подходит для войны».[1]

Группа армий «Север»(н). Немцы осуществили двойной охват польских войск, оборонявших Польский коридор. Командующий польскими войсками ген. В.Бортновский потерял связь со своими дивизиями. Группа армий «Юг»(н). Немецкий танковый прорыв в р-не г. Ченстохов дополнился разгромом польской 6пд южнее г. Катовице, где 5тд(н) прорвалась к г. Освенцим, захватив склады горючего и снаряжения. Восточнее части 18ак 14А(н) перешли словацко-польскую границу в районе Дуклинского перевала.

Битва под Ченстоховой — одно из первых вооруженных столкновений 7-й пехотной дивизии Войска Польского под командованием генерала Януша Гансяровского (польск.)русск. в ходе сентябрьской кампании, которые имели место 2 — 3 сентября 1939 года.

4-я танковая немцев наступала через Ченстохову в направлении Варшавы в составе 16-го моторизованного корпуса (10-й армии, группа армий «Юг»). Ещё в первые дни дивизия потеряла до 100 танков, подбитых из 37-мм пушек и противотанковых ружей.

Французское правительство объявило мобилизацию и приступило к концентрации своих войск на германской границе.
3 сентября 1939 года. 3-й день войны

Странная война. В 9 часов утра английский посол в Берлине Н. Гендерсон вручил германскому правительству ноту, в которой заявлялось, что если в течение двух часов не последует согласия Гитлера на вывод немецких войск из Польши, Англия объявит Германии войну. Аналогичный демарш сделал и французский посол в Берлине с той лишь разницей, что срок французского ультиматума истекал не в 11, а в 5 часов дня.

В 11.00 Англия объявила Германии войну.

В 17.00 Франция объявила Германии войну.

Им последовали страны Британского содружества наций — Австралия, Новая Зеландия, Канада, Южная Африка и Индия. Индия, Австралия и Новая Зеландия объявили войну Германии[3].

Начало «Странной войны» («Сидячая война») (фр. Drôle de guerre, англ. Phony War, нем. Sitzkrieg) — был подчёркнут характер боевых действий между враждующими сторонами — почти полное их отсутствие, за исключением боевых действий на море. На Европейском континенте никаких имеющих стратегическое значение операций не велось. Стороны осознавали опасность вступления в сухопутную войну с её огромными человеческими жертвами. Враждующие стороны вели только бои локального значения на франко-немецкой границе, в основном находясь под защитой оборонительных линий Мажино и Зигфрида. Действия Англии и Франции, практически бросившие Польшу на произвол судьбы.

Словакия объявила войну Польше.

Началась Вторая мировая война.

Польша. Варшава.

Приказ военного министра об организации обороны столицы в связи с наметившимся немецким прорывом из «ченстоховской бреши». Группа армий «Север»(н). Немецкие войска 3А(н) отрезали на побережье Балтийского моря группировку польских войск армии «Поможе» в р-не гг.Гдыня и Хель (до 18 тыс. польских солдат). Группа армий «Юг»(н). Штаб немецкой 10А отдал войскам приказ на «продвижение вперед через Варту и переход в беспощадное преследование разбитого противника в направлении Варшавы».

В течение дня с 10:00 в Быдгоще была осуществлена планово подготовленная немецкая диверсионная акция, действия которой приобрели такие серьёзные масштабы, что арьергард войска (штаб 15-й пехотной дивизии) был вынуждены отступить на окраины города с потерями, и только после этого организовать их приходилось буквально штурмовать Быдгощ, борясь с диверсантами.

Битва под Ченстоховой. На территории Ченстохова сохранилось 10 укреплений и 2 наблюдательных пункта, большинство из которых несёт следы попаданий из противотанковых ружей, танков или артиллерии. Ни одно из укреплений не было разрушено или серьезно повреждено.

Наступление немецких войск развивалось по плану. Польские уланы были слабой военной силой по сравнению с согласованно действующими танковыми соединениями и люфтваффе.[1]
4 сентября 1939 года. 4-й день войны
Французские солдаты на линии Мажино, 1939 г.

Странная война. Первое заседание верховного совета союзников в Абвиле. Запрет на бомбардировку военных объектов в Германии

Подписан франко-польский договор о взаимопомощи фактически так и не получивший реализации.

Уже к 4 сентября мобилизация во Франции завершилась, а войска были развернуты на позициях. На появившемся «втором фронте» против Германии французские войска, передовым частям которых было запрещено заряжать оружие боевыми снарядами и патронами, безучастно взирали на германскую территорию в то время как немцы продолжали возведение укреплений.

Французские военно-воздушные силы ограничивались разведкой.

Во время налёта английской авиации на Вильгельмсхафен сбито 24 бомбардировщика[1]

Проведен английскими ВВС (10 бомбардировщиков) налет на рейд в Киле, в котором была потеряна половина самолетов, не имел результатов[4], а в дальнейшем англичане (по признанию У. Черчилля) «ограничивались тем, что разбрасывали листовки, взывающие к нравственности немцев».

Неоднократные просьбы поляков о военной помощи оставались без ответа, а в отдельных случаях их просто дезинформировали.

Польша. Варшава.

Началась эвакуация правительственных учреждений. Группа армий «Север»(н). После упорных трехдневных боев войска 3А(н) ген. Г.Кюхлера взяли г. Млава. Группа армий «Юг»(н). Польская армия «Лодзь», отступившая на главную позицию вдоль рр. Варта и Видавка, пытается слабыми силами остановить натиск десяти германских дивизий 8 и 10А (Сражение на Варте и Видавке 4-5.09.1939 г).

Постановление СНК СССР «О развитии танкостроительной промышленности СССР».

Заявление японского правительства о невмешательстве Японии в европейскую войну.

Бои на Халхин-Голе. Утром 4 сентября два батальона японской пехоты попытались занять высоту Эрис-Улын-Обо, но были отброшены за линию государственной границы, потеряв убитыми до 350 солдат и офицеров.
5 сентября 1939 года. 5-й день войны

Эвакуация правительства Славой-Складовского и золотого запаса Польского банка в г. Люблин. Группа армий «Север»(н). Части 4А(н) ген. Г.Клюге соединилась с войсками 3А(н) ген. Г.Кюхлера в р-не г. Грундзенд, на границе с Восточной Пруссией (Германия), окружив в Померании крупную группировку польских войск Армии «Поможе». Группа армий «Юг»(н). Части 10А(н) ген. В.Рейхенау взяли г. Кельце.

Президент США заявил, что США распространяют на польско-германскую войну свою политику нейтралитета.[5][6]

Япония объявляет о своём нейтралитете[1].
6 сентября 1939 года. 6-й день войны

Группа армий «Север»(н). Немецкие войска 4А ген. Г.Клюге заняли г. Быдгощ и вышли на окраины г. Торунь и на р. Дрвенца. В ходе боев в «Польском коридоре» (1-6.09.1939) немцами было взято в плен 16 тыс. польских солдат и 100 орудий. Группа армий «Юг»(н). Части 18ак 14А(н) ген. В.Листа взяли г. Новы-Сонч и завязали бои за г. Горлице. 22мк занял г. Тарнув и перешел р. Дунаец. 17ак 14А занял оставленный поляками г. Краков. Правительство эвакуируется в Люблин[1][7].

Странная война. Южно-Африканский Союз объявил войну Германии.[3]
7 сентября 1939 года. 7-й день войны

Главнокомандующий марш. Э.Рыдз-Смиглы перенес свою Ставку в г. Брест. В Варшаве остался начальник Главного штаба ген. Стахевич с небольшой группой офицеров. Группа армий «Север»(н). После того, как немцы применили огнеметы, после 7-дневной обороны (1-7.09.1939), капитулировал польский гарнизон п-ова Вестерплятте под командованием майора Сухарского. Германские части подошли к окраинам г. Гдыня. (Оборона Гдыни 7-19.09.1939 г). Группа армий «Юг»(н). Немецкие танки 4тд 10А(н) беспрепятственно движутся от г. Петркув к Варшаве. Оборона Визны Немцы оккупируют Померанию и Силезию и к 10 сентября устанавливают контроль над Западной Польшей.

Странная война. Саарская наступательная операция. Французские войска переходят границу с Сааром[1]. Французы вошли в долину Рейна. Они рассчитывали, что немцы, отвлечённые войной в Польше, не смогут перебросить силы против французских войск, и надеялись численным превосходством смять противника. Однако ни одно действие армии Франции не принесло облегчения полякам, да и сами французы оказались в опасном положении, не добившись крупных успехов.
8 сентября 1939 года. 8-й день войны
Советские артиллеристы изучают трофейную 70-мм батальонную гаубицу Тип 92. Халхин-Гол, сентябрь 1939 года.

Бои на Халхин-Голе. Ночью 8 сентября в районе высоты Эрис-Улын-Обо японские войска предприняли новую попытку проникновения на территорию Монголии силами до четырёх пехотных рот, однако вновь были отбиты с большими потерями. Всего в этих атаках противник потерял до 500 военнослужащих убитыми, были захвачены 18 пулемётов и более 150 винтовок.

После 8 сентября японское командование не предпринимало действий наземными войсками, однако воздушные бои продолжались. В первой половине сентября в небе над территорией МНР состоялись 7 воздушных боёв.

4-я танковая дивизия 10-й немецкой армии около 17 часов ворвалась в южную часть Варшавы. Однако силами польских отрядов атаки были отражены. Войска 10 армии генерала Рейхенау начинают под Радомом окружение польской армии «Pruzy» под командованием генерала Стефана Даб-Бернацкого[1]

Оборона Варшавы.

Саарская наступательная операция.
9 сентября 1939 года. 9-й день войны

Польскими войсками и ополченцами отражены три танковые атаки 4тд 10-й немецкой армии. Группа армий «Север»(н). Части 3А(н) прорвали оборону польских войск на р. Нарев в р-не г. Ломжа. Группа армий «Юг»(н). Польская армия «Poznan» под командованием генерала Тадеуша Кутрцеба ночью перешли в наступление под Бзурой против левого фланга 8А(н) под командованием генерала от инфантерии Иоганна Бласковица.[1]. (Битва на Бзуре 9-18.09.1939 г). Оборона Хельской косы

Странная война. Саарская наступательная операция. Части 9 французских дивизий начали продвижение в предполье линии Зигфрида к востоку от Саарбрюккена, не встречая сопротивления войск противника, которым было приказано уклоняться, от боя, и отходить на линию укреплений.
10 сентября 1939 года. 10-й день войны

Варшава. Третий день обороны. Отражены ещё 2 попытки немецкой 4тд ген. Рейнгардта 8А(н) прорваться в город. Приказом польского главного командования образован особый Варшавский район обороны. Группа армий «Север»(н). Части 3А(н) перерезали ж/д Варшава-Брест и соединились с войсками 10А(н) ГР.А «Юг», завершив окружение Варшавской группировки польских войск. Группа армий «Юг»(н). Второй день битвы на Бзуре. Польские войска армии «Познань» ген. Кутшебы разгромили 30пд 8А(н), которая в боях потеряла до 1 500 человек и более 30 орудий. В этот день немецкие войска ГР.А «Юг» вступили на территорию Западной Украины.

Странная война. Саарская наступательная операция. Французские вооруженные силы закончили развертывание по штатам военного времени и насчитывали почти 5 млн человек.

Не всё складывалось благополучно даже в этой ситуации: во-первых, немцы без потерь сдали города и тем самым ввели французов в заблуждение, скапливая силы. Во-вторых, близ Блисбрюка (Bliesbrück) сразу четыре танка Renault R35 были уничтожены минами. В-третьих, постепенно немцы стали контратаковать: 10 сентября французы отбили первую атаку близ Апаха. Тем не менее, командование не отзывало войска с фронта.
Французский солдат в саарской деревне Лаутербах

Канада объявила войну Германии.[1][3]
11 сентября 1939 года. 11-й день войны

Группа армий «Север»(н). Части 4А(н) форсировали р. Буг в р-не г. Вышкув. Соединения 21ак(н) заняли г. Бельск. Группа армий «Юг»(н). Части 7ак 8А(н) взяли г. Сандомир. Части 22мк 14А взяли г. Ярослав. На правом фланге армии 18ак, наступавший от г. Новы-Сонч, форсировал р. Сан у г. Санок и достиг верховий р. Днестр.

Саарская наступательная операция.
12 сентября 1939 года. 12-й день войны

Продвинувшись в глубину германской территории на десяток километров, на фронте протяженностью около 25 км, французы получили приказ принятый на первом Высшем военном совете союзников в Абвилле (Abbeville) прекратить наступление «ввиду быстрого развития событий в Польше».[1]

Окружённая под Радомом польская армия капитулирует. В плен попадает 60 000 поляков.[1]

Группа армий «Север»(н). Части 19мк ген. Г.Гудериана наступают вдоль восточного берега р. Буг на г. Брест. Группа армий «Юг»(н). Части 10А(н) взяли г. Рандом. Немецкие войска вышли к среднему течению р. Висла и к р. Сан, форсировав его верховья. Части 14А(н) вышли к г. Львов. (Оборона Львова 12-22.09.1939 г). Нападение отряда ОУН на польские войска в р-не г. Стрый.

Саарская наступательная операция. 12 сентября 32-й пехотный полк дошёл до Бреншельбаха, потеряв капитана, сержанта и семь рядовых[8]. После захвата Варндтского леса французское наступление выдохлось: значительная часть солдат при захвате погибла от противопехотных мин, и французы даже не добрались до Западного вала.

12 сентября англо-французский Верховный Военный Совет собрался впервые в Аббвиле. Было принято решение о немедленном прекращении боевых действий, и в итоге штурм был отменён. Приказом Мориса Гамелена французам было запрещено приближаться менее чем на 1 км к немецким позициям. Сам же Гамелен не уведомил поляков о своём решении и скрыл правду, а польскому маршалу Эдварду Рыдз-Смиглы доложил о том, что французы якобы отправили половину своих дивизий в бой и вынудили немцев снять шесть дивизий. Командир французской военной миссии в Польше генерал Луис Фори пошёл дальше и заявил прямо начальнику штаба Войска Польского Вацлаву Стахевичу, что французы организуют второе наступление с 17 по 20 сентября.
13 сентября 1939 года. 13-й день войны

Группа армий «Север»(н). Части 3А(н) вышли на восточные окраины г. Варшава и блокировали кр. Модлин. В р-не г. Остров-Мазовецкий войска 3А(н) уничтожили окруженные 11.09.1939 г. польские части18пд. Группа армий «Юг»(н). Части 10А(н) завершили разгром окруженной польской группировки Армии «Прусы» в р-не г. Радом. В германский плен попали 65 тыс. человек, захвачено 145 польских орудий. Части 14А ворвались в г. Львов и заняли главный вокзал. Однако дальнейшее их продвижение было остановлено польским гарнизоном.

Министр иностранных дел Германии И.Риббентроп сообщил в Москву наркому иностранных дел СССР В.Молотову на запрос последнего от 10.09.1939 г . о возможности заключения перемирия между Германией и Польшей, что этот вопрос никогда не ставился.

Саарская наступательная операция.
14 сентября 1939 года. 14-й день войны

Группа армий «Север»(н). Части 3А(н) соединились с войсками 10А(н) восточнее г. Варшава, создав ближнее кольцо окружения польской столицы. Части 19мк ген. Г.Гудериана заняли г. Брест. В Брестской крепости закрепился польский отряд ген. К.Плисовского. Группа армий «Юг»(н). На второй день боев польские войска выбили из г. Львов части немецкой 4лпд. В результате бомбардировок немецкой авиации в осажденном городе прекратилась подача воды и газа.

Битва за Кобрин

Бой за Брест

У берегов Шотландии глубинными бомбами потоплена первая немецкая подводная лодка U-39 при попытке торпедировать авианосец «Арк-Роял»[1]

Директива наркома обороны СССР К. Е. Ворошилова и начальника Генштаба РККА Б. М. Шапошникова Военному совету Белорусского особого военного округа о начале наступления против Польши

7-я армия. Управление 7-й армий было сформировано 14 сентября 1939 года в Ленинградском военном округе на базе управления Калининского военного округа. Командующим войсками был назначен командарм 2-го ранга В. Ф. Яковлев.

Саарская наступательная операция.
15 сентября 1939 года. 15-й день войны

Варшава отклоняет немецкий ультиматум о капитуляции.

Группа армий «Север»(н). Войска 21ак(н) заняли г. Белосток.[1] Части 19мк ген. Г.Гудериана 3А(н) завязали бои за Брестскую крепость. К исходу дня наступавшие немецкие войска 4А вышли на линию гг. Осовец — Белосток — Бельск — Каменец-Литовск — Брест-Литовск — Влодава. Группа армий «Юг»(н). Части 1гпд 14А(н) подошли с юга к г. Львов. Город оказался блокирован с севера частями 4лпд, с запада — 45пд, с юга — 1гпд. К исходу дня войска немецкой 14А вышли на линию гг. Владимир-Волынский — Замосць — Львов — Самбор, а войска 10А, форсировав Вислу, подходили с юго-запада к г. Люблин.

Немцы захватывают Пржемышль.[1]

На базе Бобруйской армейской группы в Белорусском Особом военном округе развёрнута 4-я армия(командующий В. И. Чуйков)[9]

Саарская наступательная операция.

Бои на Халхин-Голе. В первой половине сентября в небе над территорией МНР состоялись 7 воздушных боёв. Крупнейший — 120 японских самолётов против 207 советских — состоялся 15 сентября в день подписания перемирия[10].

Подписание соглашения между СССР, МНР и Японией о прекращении военных действий в районе реки Халхин-Гол.

Всего за время конфликта СССР потерял 207 самолётов, Япония — 162[11].

Началось наступление японских войск в Китае (13 сентября — 15 октября).
16 сентября 1939 года. 16-й день войны

Группа армий «Север»(н). Части 3тд 19мк ген. Г.Гудериана 4А(н) соединились с частями 22мк 10А(н) ГР.А «Юг» в р-не г. Влодава, окружив польские войска АГ «Пискор», ОГ «Вышкув» и остатки Армий «Прусы» и «Краков». Группа армий «Юг»(н). Части 22мк 14А(н) взяли г. Владимир-Волынский, после чего соединения корпуса были повернуты на юго-запад в направлении гг. Рава-Русская — Львов. Войсковая группа «Юг» под командованием генерал-полковника Герда фон Рундштедта начинают окружение польских армий «Poznan» и «Pomorze» под Бзурой[1]

Послу Польши в СССР было заявлено, что, поскольку Польское государство больше не существует, Советский союз должен взять под свою защиту жителей Западной Украины и Западной Белоруссии.[1]

Приказ № 005 Военного совета Белорусского фронта войскам фронта о целях вступления Красной Армии на территорию Западной Белоруссии

Саарская наступательная операция.

Бои на Халхин-Голе. Боевые действия на границе были прекращены[12]. Между СССР и Японией было заключено перемирие.
17 сентября 1939 года. 17-й день войны
Советские войска пересекают границу Польши.

В 6 часов утра в соответствие с ранее согласованным с Гитлером планом две советские войсковые группы перешли государственную границу с Польшей.[1][3]

Белорусским фронтом командовал генерал Ковалев, наступавший на Вильно, Гродно и Белосток. Украинским фронтом командовал маршал Тимошенко, который наступал на Лемберг (Львов). Если раньше польская армия, по численности даже несколько превосходившая армию Германии, сохраняла надежду если не на победу, то, по крайней мере, на заключение мира на тяжелых условиях, то теперь для Польши не осталось никакой возможности сохранить свою государственность. Вечером того же дня польское правительство и армейское командование переехало в Румынию.

Нота правительства СССР польскому послу в Москве.

Приказ Верховного главнокомандующего Польской армии Э. Рыдз-Смиглы в связи с наступлением советских войск.

А. Гитлер приказал своим войскам в Польше «остановиться на линии Сколе — Львов — Владимир-Волынский — Брест — Белосток». Куты. В польской Ставке получено донесение кап. Е. Фризендорфа из разведки КОП: «В 6:20 опознано, что это большевистские регулярные части. За ними слышен шум моторов. В районе Подволочиск, Точиск и Секержинец части КОП отступают под напором». В войну вступил СССР

Саарская наступательная операция.

Японо-китайская война. В сентябре 1939 китайским войскам удалось остановить японское наступление в 18 км севернее города Чанша.

Первая Чаншайская операция (17 сентября 1939 — 6 октября 1939) — военная наступательная операция японских войск на территории Китая в ходе Японо-китайской войны (1937—1945), преследовавшая цель захвата города Чанша. Цель операции достигнута не была.

Чанша стал первым крупным городом, который выстоял перед ударами японской армии. Руководитель обороны города генерал Сюэ Юэ, выпускник академии Вампу, удостоился высокой чести за свою победу под Чаншаем. Оборона города позволила предотвратить объединение японских сил на юге Китая.
18 сентября 1939 года. 18-й день войны

Бой за Вильно

Ночью в посольство СССР прибыли представители от командующего армией «Варшава» ген. Руммеля, сообщившие, что согласно приказу Главкома марш. Э.Рыдз-Смиглы польские войска не воюют с Красной армией.

Командующий польским гарнизоном полковник Я.Окулич-Козарин отдал приказ: «Мы не находимся с большевиками в состоянии войны, части по дополнительному приказу оставят Вильно и перейдут литовскую границу; небоевые части могут начать оставление города, боевые — остаются на позициях, но не могут стрелять без приказа». В это время в Вильно находилось около 16 батальонов польской пехоты (примерно 7 тыс. солдат и 14 тыс. ополченцев с 14 легкими орудиями). Белорусский фронт. Командующий 3А комкор В.Кузнецов поставил Подвижной группе комбрига П.Ахлюстина задачу взять г. Вильно утром 19.09.1939 г.

Странная война. На заседании английского правительства, созванному в связи с вторжением советских войск в Польшу, было решено, что, согласно англо-польскому соглашению, Великобритания связана обязательством защищать Польшу только в случае агрессии со стороны Германии. Поэтому было решено «не посылать России никакого протеста». Одновременно Великобритания, заинтересованная в получении советского леса, предложила СССР обменять его на задержанные в связи с войной советские заказы.

Премьер-министр Э.Даладье на встрече с послом СССР в связи с началом советско-польской войны поинтересовался, берет ли СССР украинское и белорусское население Польши под свой вооруженный протекторат временно, или Москва намерена присоединить эти территории к СССР.

Под Брестом встретились советские и немецкие солдаты.
19 сентября 1939 года. 19-й день войны
Совещание немецкиx и советских военнослужащих

Немецкие войска неожиданно предприняли атаку на западную и южную окраину Львова. При этом танки и бронемашины советского разведбатальона оказались между двух огней, немцев и поляков. Командир 24-й танковой бригады полковник П. С. Фотченков выслал с куском нижней рубахи на палке бронемашину к немцам. Советские танки выбрасывали красные и белые флажки, но огонь по ним с обеих сторон не прекращался, было подбито 2 советских броневика и 1 танк, убито 3 и ранены 4 человек. Тогда советские танки открыли по немцам ответный огонь. При этом у немцев было подбито 3 противотанковые орудия, убито 2 майора и 1 лейтенант, ранено 9 немецких солдат. Вскоре огонь был прекращен, с бронемашиной прибыл командир 137-го полка горной немецкой дивизии полковник фон Шляммер, с которым командир бригады в немецком штабе договорились по всем спорным вопросам. Русские и немцы подобрали своих раненых и убитых.

Окружённые под Бзурой польские войска капитулируют. Пленных 170 000[1]
20 сентября 1939 года. 20-й день войны

Бой за Гродно

Начались переговоры наркома обороны марш. К.Ворошилова и нач. Генштаба ген. Б.Шапошникова с представителями германского военного командования в лице военного атташе ген-л. Э.Кестринга, полк. Г.Ашенбреннера и подп. Г.Кребса о порядке отвода германских войск и продвижения советских войск на демаркационную линию в Польше. Достигнута предварительная договоренность, что движение Красной армии на запад начнется с утра 23 сентября, войска должны будут двигаться с 25-км интервалом, и к вечеру 3 октября германские войска в Польше отойдут за окончательную демаркационную линию.

ГЕРМАНИЯ. Берлин. Мид И.Риббентроп вручил послу Литвы проект секретного германо-литовского договора о защите Литвы германскими войсками. В документе говорилось, что Литва при сохранении своей государственной независимости становится «под охрану» Германии. С этой целью обе страны заключают военную конвенцию и экономическое соглашение. Было также определено, что численность, дислокация и вооружение литовской армии будут устанавливаться по согласованию с верховным командованием вермахта. С этой целью в Каунас будет направлена постоянная немецкая военная комиссия.

Странная война. МИД Франции повторил свой запрос о намерениях СССР в отношении Польши.
21 сентября 1939 года. 21-й день войны

Нарком обороны марш. К.Ворошилов и нач. Генштаба ген. Б.Шапошников совместно с представителями германского военного командования в лице военного атташе ген-л. Э.Кестринга, полк. Г.Ашенбреннера и подп. Г.Кребса подписали протокол о порядке отвода германских войск и продвижения советских войск на демаркационную линию в Польше.

Шеф тайной полиции и службы безопасности СС Рейнхард Гейдрих излагает принципы оккупационной политики в Польше: ликвидация интеллигенции, геттоизация евреев и переселение поляков в специальную территорию с центром в Кракове.[1]
22 сентября 1939 года. 22-й день войны

В результате последнего раунда советско-польских переговоров в пригороде Львова Винники, командующий польским гарнизоном ген. В.Лянгнер подписал соглашение о «передаче города Львова войскам Советского Союза». Согласно 8-му пункту соглашения, офицерам польских войск гарантировалась «личная свобода и неприкосновенность их личного имущества. Отъезды в зарубежные страны им разрешаются местными властями вместе с представителями дипломатических властей данного государства».

Совместный парад вермахта и РККА в Бресте. Комбриг С. М. Кривошеин вместе с генералом Г. Гудерианом принимает совместный парад советских и германских войск в белорусском городе Брест, они были знакомы ещё по учёбе в школе «Кама».

Под ударами Красной Армии капитулировала крепость Лемберг (Львов).
23 сентября 1939 года. 23-й день войны

Верховное командование Германии заявляет об окончании Польского похода.

Встреча наркома обороны марш. К.Ворошилова с военным атташе Франции ген. Паласом. Касаясь провала августовских переговоров СССР, Франции и Великобритании, К.Ворошилов сказал: «Мы не могли ждать, пока немцы разобьют польскую армию и нападут на нас, будут бить по частям, а вы будете стоять на своей границе и держать какие-нибудь 10 немецких дивизий… Нам нужен был плацдарм для соприкосновения с противником, иначе мы не могли помочь вам». Генерал Палас отметил, что во время англо-франко-советских переговоров французский генштаб уже знал о сроках нападения Германии на Польшу. «Если бы мы договорились с вами,- добавил он,- то Гитлер ничего бы не сделал».

Японо-китайская война. В сентябре 1939 года приказом № 362 за счёт объединения Центрально-Китайской экспедиционной армии и Северо-Китайского фронта была образована Экспедиционная армия в Китае со штаб-квартирой в Нанкине.

23 сентября 1939 года Северо-Китайский фронт был переподчинён свежесформированной Экспедиционной армии в Китае и продолжил существование в качестве подчинённой структуры со штаб-квартирой в Бэйпине, и отвечал за операции в Северном Китае от Хуанхэ до Великой стены, а также во Внутренней Монголии.

За операции в центральном и южном Китае стал отвечать 6-й фронт Помимо него существовало несколько отдельных армий, использовавшихся для гарнизонной службы, в качестве стратегического резерва или для отдельных операций, которые подчинялись непосредственно штаб-квартире в Нанкине.
24 сентября 1939 года. 24-й день войны

Германское командование решило не выпускать беженцев из г. Варшава, чтобы не дать «польскому гарнизону возможности вести бои в самом городе, используя все средства». Началась систематическая артиллерийская и авиационная немецкая подготовка штурма кр. Модлин.

СССР. Москва. Начались переговоры наркома иностранных дел В.Молотова с прибывшим в Москву для подписания договора о торговле министром иностранных дел Эстонии К.Сельтером. От обсуждения экономических проблем Молотов перешел к проблемам взаимной безопасности и предложил «заключить военный союз или договор о взаимной помощи, который вместе с тем обеспечивал бы Советскому Союзу права иметь на территории Эстонии опорные пункты или базы для флота и авиации».
25 сентября 1939 года. 25-й день войны

Поверенный в делах СССР в Польше Чебышев сообщил в Москву, что польское командование в Варшаве ждет скорого прихода Красной армии, рассчитывая сдаться ей, а не немецкому вермахту.

Массированная воздушная бомбардировка города. 1150 немецких самолетов весь день, волна за волной, бомбили город с использованием зажигательных бомб. Одновременно немецкая артиллерия вела огонь по внешним фортам Варшавского УРа. Вечером части 13ак(н) начали штурм города.

ГЕРМАНИЯ. Растенбург. А.Гитлер подписал Директиву ОКВ № 4 о дальнейшем ведении войны. Директивой предусматривался в Польше захват гг. Варшава и Модлин до 3.10.1939 г, подготовка к захвату немецкими войсками Литвы («даже в случае её вооруженного сопротивления»).

СССР. Москва. Директива НКО № 030 о сосредоточении войска 7А на границе с Латвией и передислокации управления армии в г. Идрица.

В Германии вводится карточная система распределения продуктов питания[1]

Начался визит министра иностранных дел Турции Ш. Сараджоглу в Советский Союз (25 сентября — 18 октября).
26 сентября 1939 года. 26-й день войны

Варшава. Немецкие войска начали штурм польской столицы. Группа армий «Юг»(н). Части 14А(н) завершили разгром окруженных польских Армий «Краков» и «Карпаты» в р-не г. Томашув-Любески.

Польское командование армии «Варшава» через парламентеров попросило командование вермахта о предоставлении 24-часового перемирия для вывода из города гражданского населения. Эта просьба была отклонена, и у поляков потребовали прислать офицера для переговоров о сдаче гарнизона. Немецкая артиллерия возобновила артобстрел столицы.

СССР. Москва. Директива НКО № 043/оп штабу Ленинградского военного округа, согласно которой требовалось «немедленно приступить к сосредоточению сил на эстонско-латвийской границе и закончить таковое 29 сентября 1939 г.»

Странная война. Запрещение французским правительством Французской коммунистической партии.
27 сентября 1939 года. 27-й день войны

По приказу командующего обороной Варшавы генерала Юлиуша Роммеля(за день до капитуляции города)была создана подпольная организация Служба победе Польши. Главной целью СПП была борьба за освобождение Польши от оккупации и восстановление государства в границах до 1939 года, тактической целью являлось возрождение и реорганизация польской армии и создание временных центров власти. Начальником был назначен генерал Михал Токажевский-Карашевич.

20:30 СССР. Москва. Начало советско-эстонских переговоров.

22:00 СССР. Москва. Начались советско-германские переговоры (И.Сталин, В.Молотов, посол СССР в Германии А.Шкварцев — И.Риббентроп, посол Германии в СССР В.фон Шуленбург). Министр иностранных дел Германии И.Риббентроп.

Странная война. Разработка наступления на Францию На собрании главнокомандующих и военачальников штабов Гитлер подчеркнул: «Цель войны — поставить Англию на колени, разгромить Францию».

Против плана выступили главнокомандующий сухопутными войсками Браухич и начальник генерального штаба Гальдер. Они даже подготовили план отстранения Гитлера от власти, но, не найдя поддержки командующего резервной армией генерала Фромма, отказались от попытки.
28 сентября 1939 года. 28-й день войны

Капитуляции города Варшавы

Командующий обороной Варшавы генерал Юлиуш Роммель.

СССР. Москва. Поздно вечером В.Молотов и К.Сельтер подписали Договор о взаимопомощи между СССР и Эстонией сроком на 10 лет. Советский Союз получает опорные пункты в Эстонии.

СССР. Москва. Завершен второй раунд советско-германских переговоров. Был подготовлен договор «О дружбе и границе» между СССР и Германией, подписание которого должно состояться в ночь на 29.09.1939 г.

Капитулировала крепость Модлин, польская кампания закончилась, хотя отдельные гарнизоны продолжали сопротивление в районе Люблина до 6 октября.

Иохим Риббентроп отправляется в Москву для согласования советско-польской границы. Согласно новому секретному протоколу вся Литва отходила к области интересов СССР, а граница с Вислы смещалась восточнее на Буг. В польской кампании Советский Союз потерял убитыми 737 и ранеными 1859 солдат.

В советском плену оказалось 217 000 польских военнослужащих. Государство Польша исчезло с географических карт. В изданном в 1940 году школьном географическом атласе атласе на месте бывшей Польши появилась надпись «Область государственных интересов Германии». Немцы же называли это административное образование Немецким Генерал-губернаторством (Deutsche Generalgouvernement).
29 сентября 1939 года. 29-й день войны

Бой под Шацком

Польша, Модлин. Командующий польским гарнизоном ген. Томме ввиду нехватки в крепости боеприпасов, продуктов и медикаментов начал переговоры с немцами о капитуляции. Хель. Немецкие войска силами двух пехотных полков при артиллерийской поддержке линейных крейсеров «Шлезвиг-Гольштейн» и «Шлезиен» начали штурм города.

Москва. Нкид СССР В.Молотов и мид Германии И.Риббентроп подписали договор «О дружбе и границе» между СССР и Германией, протокол о переселении немцев, проживавших в сфере советских интересов, в Германию, а украинцев и белорусов, проживающих в сфере германских интересов, в СССР, и 2 секретных дополнительных протокола. В одном из них стороны брали на себя обязательства не допускать «никакой польской агитации» и сотрудничать в деле её пресечения. В соответствии с другим протоколом, Литва отходила в сферу интересов СССР в обмен на Люблинское и часть Варшавского воеводства, передававшихся Германии. После же принятия советским правительством мер по обеспечению своих интересов в Литве часть литовских территорий на юго-западе страны должна была отойти к Германии.
30 сентября 1939 года. 30-й день войны

Группа армий «Север» (н). Перед немецкими войсками капитулировал 30-тысячный гарнизон польской крепости Модлин.

Президент Польши И. Мосциский отказался от своего поста в пользу спикера Сената В. Рачкевича, находящегося во Франции.

Странная война. Франция, Париж. Генерал В. Сикорский (Wladislaw Sikopski) сформировал правительство Польши в изгнании и одновременно сформировал армию из 90 000 поляков, сумевших бежать на Запад.[1]
Примечания

↑ Показывать компактно

Chronik des Zweiten Weltkrieges Chronik Verlag im Wissen Media Verlag GmbH/ Erweiterte Neuausgabe 2004 MOHN Media. Mohndruck GmbH< Gütersloch ISBN 3-577-14367-3
↑ Шапошников Б. М. «Мозг армии». В 3 кн.\М:Л.:Госиздат (отдел военной литературы),1927-1929.

<Gerhard Schreiber. Kurze Geschichte des Zweiten Weltkrieges. Verlag C.H.Beck oHG, München 2005 ISBN 3 406 52953 4
↑ Middlebrook, Martin (1985). The Bomber Command War Diaries. London: Penguin Books. P. 19 ISBN 0-670-80137-2
↑ Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок павлов не указан текст
↑ (англ.) Robert M. Kennedy, The German Campaign In Poland (1939), Major Infantry United States Army DEPARTMENT OF THE ARMY DC 1956
↑ <<Gerhard Schreiber. Kurze Geschichte des Zweiten Weltkrieges. Verlag C.H.Beck oHG, München 2005 ISBN 3 406 52953 4
↑ La drôle de guerre. Ministére de la Defénse
↑ М. И. Мельтюхов. Советско-польские войны. Военно-политическое противостояние 1918—1939 гг. Часть третья. Сентябрь 1939 года. Война с запада — М., 2001.
↑ Воротников М. Ф. Г. К. Жуков на Халхин-Голе. Омск: книжное издательство, 1989. стр.112
↑ Артем Кречетников. Би-Би-Си: «Халхин-Гол: первый блицкриг» (20 августа 2009). Архивировано 24 февраля 2012 года.
↑ Бородин Б. А. Помощь СССР китайскому народу в антияпонской войне 1937—1941. М., Мысль, 1965. стр.182

Список литературы

Германо-советский договор о дружбе и границе между СССР и Германией.
Освободительный поход в Западную Белоруссию и Западную Украину
Директива № 16633 наркома обороны СССР К. Е. Ворошилова и начальника Генштаба РККА Б. М. Шапошникова Военному совету Белорусского особого военного округа1 о начале наступления против Польши
Директива № 16634 К. Е. Ворошилова и Б. М. Шапошникова Военному совету Киевского особого военного округа1 о начале наступления против Польши
Приказ № 005 Военного совета Белорусского фронта войскам фронта о целях вступления Красной Армии на территорию Западной Белоруссии
Приказ Верховного Главнокомандующего польской армией Э. Рыдз-Смиглы в связи с наступлением советских войск
Выписка из служебного дневника заместителя наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкина о беседе с польским послом В. Гжибовским, направленная Генеральному секретарю ЦК ВКП(б) И. В. Сталину

Википедия

14.03.2021, 04:09

Википедия

14.03.2021, 04:09

Википедия

14.03.2021, 04:10

Википедия

14.03.2021, 04:11

Википедия

14.03.2021, 04:12

Википедия

14.03.2021, 04:13

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D 0%B8%D1%8F_%D0%92%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B9_%D 0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0 %BE%D0%B9%D0%BD%D1%8B#1940
Март

12 — Заключение мира между Финляндией и Советским Союзом.
21 — Отставка французского правительства Даладье. Рейно становится премьер-министром.

Апрель

8 — Великобритания минирует норвежские территориальные воды.
9 — Немецкие войска занимают Данию и высаживаются в Норвегии.
13 — Войска западных держав высаживаются в Ондальснесе.
14 — Войска западных держав высаживаются в Намсусе.

Май

2 — Войска западных держав заканчивают эвакуацию Намсуса и Ондальснеса.
10 — Начало Западной кампании против Франции, Бельгии и Голландии.
13 — Прорыв немцев на реке Маас между Намюром и Седаном.
14 — Капитуляция голландской армии.
17 — Преобразование французского правительства. Петен становится заместителем председателя Совета Министров.
20 — Вейган принимает командование французскими вооруженными силами.
24 — Западные державы решают прекратить боевые действия в районе Нарвика.
27 — Капитуляция бельгийской армии. Начало эвакуации английских войск из Дюнкерка.

Июнь

4 — Окончание эвакуации английских войск из Дюнкерка.
5 — Начало битвы за Францию.
8 — Окончание эвакуации Нарвика западными державами. Норвегия прекращает борьбу.
9 — Прорыв немецкой группы армий «А» на реке Эна.
10 — Италия объявляет войну Франции и Великобритании и начинает наступление.
14 — Занятие Парижа немецкими войсками.
15 — Прорыв линии Мажино. Дополнительный контингент советских войск вводится в Литву
16 — Отставка правительства Рейно. Петен становится председателем Совета Министров.
17 — Просьба французского правительства о перемирии. Дополнительные контингенты советских войск вводится в Латвию и Эстонию
18 — Гитлер и Муссолини встречаются в Бреннере.
21/22 — Переговоры о перемирии в Компьене.
23/24 — Переговоры о перемирии в Риме.
25 — 0.35 Начало перемирия во Франции.
26 — Советский Союз ультимативно требует передачи Румынией Бессарабии и Северной Буковины.
28 — Части Красной Армии вступают в Бессарабию и Северную Буковину.

Июль

З — Английское нападение на французский флот в Мерс-эль-Кебире.
10 — начало битвы за Британию

Август

22 августа битва под Бессарабией

7 — Нападение итальянских войск на Британское Сомали.
30 — Венский арбитраж государств оси по поводу нового начертания венгерско-румынской границы.

Сентябрь

6 — Отречение от престола румынского короля Кароля II.
7 — Подписан Крайовский мирный договор, Румыния уступает Южную Добруджу Болгарии.
13 — Продвижение итальянских войск в Египте до Сиди-Баррани.
23-25 — Сенегальская операция
27 — Подписание трехстороннего пакта Германией, Италией и Японией в Берлине.

Октябрь

7 — Начало переброски немецких войск в Румынию.
23 — Встреча Гитлера и Франко в Андай.
24 — Встреча Гитлера и Петена в Монтуаре.
28 — Нападение Италии на Грецию. Встреча Гитлера и Муссолини во Флоренции.
30 — конец битвы за Британию.

Ноябрь

4 — Высадка английских войск на Крите.
5 — Рузвельт в третий раз избирается президентом США.
10 — Смерть бывшего английского премьер министра Чемберлена.
12-14 — Посещение Берлина Молотовым.
13 — Налет английской авиации на итальянский флот в Таранто.
18 — Великобритания сдает в аренду Соединенным Штатам ряд баз на островах у восточного побережья Северной Америки.
23 — Румыния присоединяется к пакту трех держав.
24 — Словакия присоединяется к пакту трех держав.

Декабрь

9 — Наступление англичан против итальянцев в Северной Африке.
18 — Гитлером подписана «директива № 21» о подготовке к войне против Советского Союза.

Википедия

14.03.2021, 04:13

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D 0%B8%D1%8F_%D0%92%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B9_%D 0%BC%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0 %BE%D0%B9%D0%BD%D1%8B#1941
Январь

5 — Капитуляция итальянского гарнизона Бардии в Ливии.
19 — Начало наступления англичан на Эритрею.
22 — Капитуляция английского гарнизона Тобрука в Ливии.
24 — Начало наступления англичан на Абиссинию.

Февраль

11 — Высадка немецких войск в Триполи.
12 — Прибытие в Северную Африку генерала Роммеля.

Март

1 — Присоединение Болгарии к пакту трех держав.
2 — Немецкие войска вступают в Болгарию.
16 — Англичане вновь овладевают Британским Сомали.
25 — Присоединение Югославии к пакту трех держав (см. Венский протокол).
27 — Государственный переворот в Югославии. Гитлер отдает приказ о наступлении на Югославию и Грецию.
27-29 — Посещение Берлина японским министром иностранных дел Мацуока.
31 — Начало наступления немецкого Африканского корпуса на Тобрук.

Апрель

4 — Англичане овладевают столицей Абиссинии Аддис-Абебой.
5 — Заключение пакта о ненападении между Югославией и Советским Союзом.
6 — Начало немецкого наступления на Югославию и Грецию.
Англичане захватывают Массауа на Красном море и завершают овладение итальянской колонией Эритрея.
9 — Капитуляция 2-й греческой армии в Восточной Греции.
10 — Советский Союз приводит в боевую готовность войска на западной границе.
11 — Окружение Тобрука немецким Африканским корпусом. Хорватия объявляет себя независимой.
13 — Немецкие войска овладевают Белградом. Подписание советско-японского пакта о ненападении в Москве.
18 — Перемирие в Югославии.
21 — Перемирие между Германией и Грецией.
23 — Перемирие между Италией и Грецией.
24 — Начало эвакуации английских войск из Южной Греции.
27 — Немецкие войска вступают в Афины.
29 — Окончание эвакуации английских войск из Южной Греции.

Май

2 — Ирак восстает против Великобритании и обращается к Германии за помощью.
6 — Сталин, до этого Генеральный Секретарь Всесоюзной Коммунистической партии, становится Председателем Сов.наркома.
11 — заместитель фюрера по партии Рудольф Гесс совершил, по официальной версии, втайне от нацистского руководства перелет в Шотландию с целью предложить британскому правительству заключить мир и совместно участвовать в войне против СССР.
18 — Италия заключает государственный договор с Хорватией.
20 — Высадка немцами воздушного десанта на Крите.
24 — Гибель английского линейного крейсера «Худ».
27 — Гибель немецкого линкора «Бисмарк».
28 — Англичане начинают эвакуацию Крита.

Википедия

14.03.2021, 04:15

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_%D0%92% D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%9E%D1%82%D 0%B5%D1%87%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0% BD%D0%BE%D0%B9_%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D1%8B_(%D0 %B8%D1%8E%D0%BD%D1%8C_1941_%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B 0)
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Хроника Великой Отечественной войны
Содержание

1 1 июня 1941 года
2 2 июня 1941 года
3 3 июня 1941 года
4 4 июня 1941 года
5 5 июня 1941 года
6 6 июня 1941 года
7 7 июня 1941 года
8 8 июня 1941 года
9 9 июня 1941 года
10 10 июня 1941 года
11 11 июня 1941 года
12 12 июня 1941 года
13 13 июня 1941 года
14 14 июня 1941 года
15 15 июня 1941 года
16 16 июня 1941 года
17 17 июня 1941 года
18 18 июня 1941 года
19 19 июня 1941 года
20 20 июня 1941 года
21 21 июня 1941 года
22 22 июня 1941 года. 1-й день войны
23 23 июня 1941 года. 2-й день войны
24 24 июня 1941 года. 3-й день войны
25 25 июня 1941 года. 4-й день войны
26 26 июня 1941 года. 5-й день войны
27 27 июня 1941 года. 6-й день войны
28 28 июня 1941 года. 7-й день войны
29 29 июня 1941 года. 8-й день войны
30 30 июня 1941 года. 9-й день войны
31 Перечень карт
32 Примечания
33 Литература
34 Ссылки

1 июня 1941 года

СССР. Начальник Разведывательного управления Генштаба Красной армии Ф. И. Голиков направил руководству страны спецсообщение о группировке немецких войск на 1 июня 1941 г, в котором отмечалось, что немецкое командование сосредоточило для борьбы против Англии на всех фронтах 122—126 дивизий, против СССР — 120—122 дивизии, в резерве — 44—48 дивизий.[1]
2 июня 1941 года

СССР. Народный комиссар внутренних дел Л. П. Берия направил в ЦК ВКП(б) и СНК сообщение о военных мероприятиях немцев вблизи границы с СССР.[1]
3 июня 1941 года

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию во исполнение договора: меди 6.000 тонн, никеля 1.500 тонн, олова 500 тонн, молибдена 500 тонн, вольфрама 500 тонн.[1]
4 июня 1941 года

СССР. СНК принял Постановление «Об укреплённых районах», в котором утвердил перечень создаваемых частей для вновь строящихся укреплённых районов и установил срок окончания формирование частей — 1 октября 1941 года.[1]

Германия. Состоялось совещание с начальниками штабов армий и групп армий, на котором обсуждались вопросы о взаимодействии пехоты с танками в начале наступления последних и вопрос об артиллерийской подготовке наступления.[2]
5 июня 1941 года

СССР. Состоялась беседа заместителя наркома иностранных дел СССР С. А. Лозовского с послом США в СССР Л. А. Штейнгардтом, во время которой обсуждались отношения между странами. По вопросу о скоплении германских войск на западной границе СССР Штейнгардт был уверен, что немцы готовы напасть на Советский Союз. На это С. А. Лозовской ответил, что «Советский Союз относится очень спокойно ко всякого рода слухам о нападении на его границы. Советский Союз встретит во всеоружии всякого, кто попытается нарушить его границы. Если бы нашлись такие люди, которые попытались бы это сделать, то день нападения на Советский Союз был бы самым несчастным в истории напавшей на СССР страны.»[1]
6 июня 1941 года

СССР. В спецсообщении НКГБ БССР наркому госбезопасности СССР В. Н. Меркулову, по данным закордонной агентуры и опроса нарушителей государственной границы, отмечаются продолжающиеся интенсивные военно-мобилизационные приготовления немцев на сопредельной территории.[1]

Германия. На совещании в Генеральном штабе Сухопутных войск отмечалось усиление деятельности русской авиации в восточных районах и усиливающееся беспокойство русских на границе Румынии.[2]

В «Указаниях ОКВ об обращении с политическими комиссарами» говорилось, что комиссаров, схваченных в бою или при оказании сопротивления, как правило, необходимо немедленно уничтожать. Казнь политических комиссаров после их отбора из общей массы военнопленных в войсках вне зоны боевых действий, производить незаметно, по приказу офицера. Политических комиссаров, которые не проявляют враждебных действий и не заподозрены в них, вначале не следует трогать. Только с дальнейшим продвижением в глубь страны станет возможным решить, оставить ли таких деятелей на месте или передать их специальным командам.[1]
7 июня 1941 года

СССР. В спецсообщении разведуправления Генштаба Красной армии «О военных приготовлениях Румынии» отмечалась мобилизация в Румынии возрастных контингентов от 19 до 42 лет.[1]
8 июня 1941 года

Германия. На совещании с начальниками штабов 12-го армейского корпуса (Вальденбург), 47-го армейского корпуса (Бамлер) и офицерами службы генштаба отмечалось, что подготовка соединений будет закончена к 22 июня.[2]
9 июня 1941 года

СССР. НКГБ СССР направил наркому госбезопасности УССР Мешику Директиву по проведению разведдеятельности в связи с военными приготовлениями Германии, в которой поставил задачу по выяснению всех вопросов, связанных с подготовкой войны против СССР и в первую очередь со стороны Германии.[1]

9-10 июня в связи с усилением группировки немецких войск по ту сторону границы Военные Советы западных округов стали отправлять запросы в НКО и ГШ с предложениями-просьбами на вывод войск округов ближе к границе по Планам прикрытия. Также в начале июня и Генштаб рассылал округам сводки с данными о количестве немецких войск возле нашей границы.

ВС ОдВО отправил такой запрос ещё 6 июня — в связи с ожиданием нападения Румынии и немецких войск на границе ОдВО на 12 июня.

ВС ЗапОВО отправил свой запрос — 8 июня.

ВС КОВО 9 июня тоже дал запрос на вывод и попытался начать поднимать и приграничные дивизии с последующим выводом их на их рубежи обороны, в предполье. В связи с ожиданием нападения на 17 июня.

По ПрибОВО — такой запрос пока неизвестен. Однако, скорее всего лично прибывший в Москву командующий округом генерал Кузнецов, на личной встрече со Сталиным 11 июня вполне мог обсуждать и этот вопрос.…
10 июня 1941 года

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в Директиве военному совету КОВО отменил указание частям занимать предполье укреплённых районов, так как «такое действие может спровоцировать немцев на вооружённое столкновение и чревато всякими последствиями». Данная телеграмма была отправлена в Киев в связи с тем что на Военном Совете КОВО 9 июня где присутствовало и командование погранвойск, обсуждался вопрос — не пора ли вывести в Укрепрайоны дополнительные части — уровские, не полевые части — к уже выведенным по разрешению Генштаба батальонам. Командование погранвойск, не разобравшись доложило своему руководству — лично Берии — что командование КОВО собирается вывести именно полевые войска и в погранзону, в т. н. предполье. Результатом чего и стала телеграмма Жукова запрещающая это делать. Произошла переписка между штабом Киевского ОВО и Генштабом и вопрос был снят. А 12 июня Жуков уже лично разрешил, по запросу начштаба КОВО Пуркаева — отдельной директивой — начать выводить в УРы (севернее Львовского выступа пока) дополнительные силы — две дивизии 5-й Армии КОВО.

Германия. Верховное главнокомандование вооружённых сил Германии в Распоряжении о назначении срока нападения на Советский Союз назначило для приготовления к военным действиям следующие сроки:

1. Днем «Д» операции «Барбаросса» предлагается считать 22 июня.

2. В случае переноса этого срока соответствующее решение будет принято не позднее 18 июня. Данные о направлении главного удара будут в этом случае по-прежнему оставаться в тайне.

3. В 13.00 21 июня в войска будет передан один из двух следующих сигналов:

а) сигнал «Дортмунд». Он означает, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня и что можно приступать к открытому выполнению приказов;

б) сигнал «Альтона». Он означает, что наступление переносится на другой срок; но в этом случае уже придётся пойти на полное раскрытие целей сосредоточения немецких войск, так как последние будут уже находиться в полной боевой готовности.

4. 22 июня, 3 часа 30 минут: начало наступления сухопутных войск и перелёт авиации через границу. Если метеорологические условия задержат вылет авиации, то сухопутные войска начнут наступление самостоятельно.[1]
11 июня 1941 года

СССР. Начальник Генерального штаба Г. К. Жуков в телеграмме командующему войсками КОВО М. П. Кирпоносу приказал:

1). Полосу предполья без особого на то приказания полевыми и уровскими частями не занимать. Охрану сооружений организовать службой часовых и патрулированием.

2). Отданные Вами распоряжения о занятии предполья уровскими частями немедленно отменить.[3]

Данная телеграмма была дополнительным напоминанием КОВО — не выводить войска непосредственно на границу, где их могли обнаружить немцы и обвинить СССР в подготовке агрессии. Последующие телеграммы и указания НКО и ГШ (Жукова) до 22 июня также требовали — тщательно маскировать выводимые войска и особенно приграничные дивизии, которые выходили в свои полосы обороны — чтобы их не мог обнаружить противник. Занять т. н. предполья, окопы на границе войска могли только по сигналу — «Вскрыть „красный“ пакет» — «Приступить к выполнению ПП 1941 года».

Нарком обороны маршал Тимошенко с начальником Генерального штаба генералом армии Жуковым с запросами Военных Советов округов от 9-10 июня пришли к Сталину 11-го июня и предложили ввести «План прикрытия 1941 года» — 11 июня Жуков попытался предложить Сталину ввести Планы прикрытия в действие формальной директивой. Что означало бы начало и мобилизации. Тот отказал, но разрешил выводить по ПП вторые эшелоны и резервы округов, а также мехкорпуса.

Поступившие в округа директивы-разрешения ГШ от 11-12 июня указывали — начать пока вывод войск только 2-го эшелона и резервов. Приграничным же дивизиям указали ждать «особый приказ наркома» на их выход в районы сосредоточения и тем более на занятие рубежей на самой границе. При этом мехкорпуса, как соединения не участвующие непосредственно в отражении первых ударов немцев по отдельным директивам Москвы после 14 июня также должны были приводиться в боевую готовность. Генштаб отправляет в округа, подписанные 11-12 июня директивы на вывод этих, «глубинных» дивизий, но в них оговаривается — приграничные до особого приказа наркома не выводить. При этом приграничные дивизии, пополнение которых (не мобилизация, а именно доукомплектование) должно происходить в случае угрозы войны, в «угрожаемый период», за счет населения окрестных сел в считанные часы, 12 июня получают приказы на переход в штат военного времени.

В 7.00 11-го июня первые дивизии второго эшелона ЗапОВО начали свой вывод по Плану прикрытия (ПП) — в районы сосредоточения по ПП.

11 июня в КОВО издали директиву для приграничных дивизий о проведении мероприятий «В целях сокращения сроков боеготовности частей прикрытия и отрядов, выделяемых для поддержки погранвойск», в которой предписывалось провести мероприятия которые позволили бы в случае получения сигнала тревоги быстро привести войска в б.г. и занять рубежи обороны.
12 июня 1941 года

СССР. 12 июня нарком обороны С. К. Тимошенко приказал «запретить полёты нашей авиации в приграничной полосе 10 км от госграницы.» 11-12 июня Тимошенко и Жуков обратились к Сталину с предложением обратиться к Гитлеру и правительству Германии с целью создания некой совместной Комиссии — для проверки-инспекции их приграничной полосы — на предмет отсутствия угрозы нападения Германии на СССР. Сталин им в этом отказал, сказав, что Гитлер все равно не даст разрешение на проверку их войск на границе, время будет упущено попусту на эту возню с комиссией, и поэтому будет умнее и проще сделать по-другому… Директивой начальника Генерального штаба Г. К. Жуков западным приграничным округам предписывалось с 12 по 15 июня скрытно вывести дивизии, расположенные в глубине, ближе к государственной границе. 12 июня командование приграничных военных округов под видом учений и изменения дислокации летних лагерей приступило к скрытному развёртыванию войск вторых эшелонов округов в соответствии с планами обороны государственной границы.12 июня Жуков дал разрешение занимать УРы в Киевском ОВО.
13 июня 1941 года

СССР. Нарком обороны СССР С. К. Тимошенко и начальник Генштаба Красной Армии Г. К. Жуков 12 июня подписали Военному совету КОВО Директиву: «Для повышения боевой готовности войск округа к 1 июля 1941 г. все глубинные дивизии и управления корпусов с корпусными частями перевести ближе к госгранице в новые лагеря… Передвижения войск сохранить в полной тайне. Марш совершать с тактическими учениями, по ночам.» Однако данную директиву отправили в Киев (как и такую же в Ригу) после 14 июня.

13 июня Заместитель Начальника Генерального штаба Красной Армии Н. Ф. Ватутин подготовил Справку о развёртывании вооружённых сил СССР на случай войны на западе, в которой говорилось, что всего в СССР имеется 303 дивизии, из них для развёртывания на западных границах в составе фронтов — 186 дивизий.[1]

Опубликовано сообщение ТАСС от 13 июня 1941 г.:

«…в английской и вообще в иностранной печати стали муссироваться слухи о „близости войны между СССР и Германией“. По этим слухам: 1) Германия будто бы предъявила СССР претензии территориального и экономического характера… 2) СССР будто бы отклонил эти претензии, в связи с чем Германия стала сосредоточивать свои войска у границ СССР с целью нападения на СССР; 3) Советский Союз, в свою очередь, стал будто бы усиленно готовиться к войне с Германией и сосредоточивает войска у границ последней…
ТАСС заявляет, что: 1) Германия не предъявляла СССР никаких претензий… 2) по данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении… 3) СССР, как это вытекает из его мирной политики, соблюдал и намерен соблюдать условия советско-германского пакта о ненападении, ввиду чего слухи о том, что СССР готовится к войне с Германией, являются лживыми и провокационными; 4) проводимые сейчас летние сборы запасных частей Красной Армии и предстоящие манёвры имеют своей целью не что иное, как обучение запасных и проверку работы железнодорожного аппарата, осуществляемые, как известно, каждый год, ввиду чего изображать эти мероприятия Красной Армии как враждебные Германии по меньшей мере нелепо.»[4]

Данным «Сообщением» Советского Правительства Сталин и дал Гитлеру шанс — показать свое миролюбие, которое тот провозглашал в отношении СССР в те дни и подтвердить — что если немецкие войска и выведены к границе с СССР то нападать на СССР как распространяет слухи Англия, Гитлер не собирается. Это Сообщение было более эффективным способом выяснить намерения Германии, чем идея с Комиссией по проверке приграничной полосы. Ведь если Гитлер ответит что воевать с СССР не собирается но нападает — то он в глазах т. н. «мировой общественности» (прежде всего США от позиции которой зависело — на чью сторону она станет в случае войны) агрессор однозначно. И если не ответит но нападет первым на СССР — агрессор все равно.

Таким образом Сталину оставалось только одно — убедительно показать и доказать что СССР к войне с Германией, с которой у нас Договор о ненападении и «дружбе» с границами, не готовится и тем более — точно не собирается нападать первым на Германию! Поэтому главная задача тех предвоенных дней была — выводя войска всячески требовать от командиров мер маскировки и — никоим образом не дать Германии повода обвинить СССР в подготовке агрессии.
14 июня 1941 года

Германия. В Берлине Гитлер провёл совещание, на котором были заслушаны доклады командующих группами армий, армиями и танковыми группами о предстоящих действиях в операции «Барбаросса». После обеда фюрер произнёс большую политическую речь, в которой мотивировал причины своего решения напасть на Россию и обосновал то положение, что разгром России вынудит Англию прекратить борьбу.[2]

14 июня отдельные авиадивизии начали перебазироваться ближе к границе — на свои оперативные, полевые аэродромы. После 14 июня — были директивы НКО и ГШ на приведение в боевую готовность полная — мехкорпусов (МК). С выводом их в их районы сбора.
15 июня 1941 года

СССР. К 15 июня более половины дивизий, составлявших второй эшелон и резерв западных военных округов, были приведены в движение. Всего к началу войны осуществляли выдвижение из резерва приграничных округов около 32 дивизий. Из них успели сосредоточиться в новых районах только 4—5 дивизий. Эти мероприятия проводились с особой осторожностью и соблюдением мер маскировки. Нарком обороны, Генеральный штаб и командующие военными приграничными округами были предупреждены Сталиным о личной ответственности за последствия, которые могут возникнуть из-за неосторожных действий наших войск.[3] 14-15 июня КОВО и ПрибОВО получили свои директивы от 12 июня — на вывод 2-х эшелонов и резервов, по некой карте…

Германия. После совещания Гитлера с генералами Гудериан вылетел в Варшаву, где находился штаб 2-й танковой группы в составе группы армий «Центр», и приступил к осмотру частей и исходных позиций для наступления и согласовыванию вопросов взаимодействия с соседними соединениями.
16 июня 1941 года

СССР. 16 июня ЦК ВКП(б) и СНК СССР принял постановление «Об ускорении приведения в боевую готовность укреплённых районов». 16 июня тот же КОВО снова запросил Генеральный штаб — можно ли занимать оставшиеся УРы, что делать с приписными призванными на БУС (Большие Учебные Сборы)в мае-июне? Ответ Генштаба гласил — т. н. «учебные сборы» продлить, начать выводить войска в УРы южнее Львовского выступа. 16-17 июня — в ПрибОВО до полков включительно довели директиву по округу — приводить в повышенную боевую готовность ВВС и ПВО, а приграничным дивизиям — занимать чуть не окопы на границе. И директивой по округу сообщается — делается это в виду возможного нападения Германии в ночь на 20 июня!
17 июня 1941 года

СССР. Нарком государственной безопасности В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину и В. М. Молотову агентурное сообщение, полученное НКГБ СССР из Берлина:

«Источник, работающий в штабе германской авиации, сообщает:

1. Все военные мероприятия Германии по подготовке вооружённого выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время.

2. В кругах штаба авиации сообщение ТАСС от 6 июня воспринято весьма иронически. Подчёркивают, что это заявление никакого значения иметь не может…»

Имеется резолюция (касательно 2 пункта): «Т[овари]щу Меркулову. Может послать ваш „источник“ из штаба герм[анской] авиации к ёб-ной матери. Это не „источник“, а дезинформатор. И. Ст[алин]».[1] Данная резолюция Сталина — реакция на сообщения в этом донесении о том что немецкая авиация будет наносить в первую очередь авиаудары по Баку и по мелким автомастерским под Москвой.

Германия. 2-я танковая группа завершила развёртывание и занятие исходных позиций для наступления. 17 июня Гудериан провёл рекогносцировку р. Западный Буг.
18 июня 1941 года

СССР. В. Н. Меркулов направил И. В. Сталину, В. М. Молотову и Л. П. Берии записку «О массовом отъезде из СССР сотрудников германского посольства и членов их семей, и об уничтожении архивов посольства».

В ПрибОВО к 18-19 июня устными распоряжениями командующего округом привели в полную б.г. свои шесть приграничных дивизий (из 9-ти) и вывели по ПП к границе. И даже посадили в окопы те батальоны, которые по ПП там и должны были сидеть в угрожаемый период. Делалось это в связи с ожиданием нападения на 19-20 июня и эти дивизии так и остались на границе до 22 июня. 18-19 июня Кузнецов выдал ещё приказы о приведении в б.г. всех войск округа, после чего штаб стал перебираться в Паневежис.

18 июня была команда Жукова на запрос КОВО от 16 июня — начинать занимать УРы на новой границе и готовить к заполнению — УРы на старой границе…

18 июня в повышенную боевую готовность приводились ПВО, ВВС приграничных округов и флота — в «готовность № 2»… В том же ПрибОВО, в приказе № 00229 говорится: «Начальнику зоны ПВО к исходу 19 июня 1941 г. привести в полную боевую готовность всю ПВО округа…». Но на самом деле ввели готовность не № 1 а № 2 — повышенную б.г.…

До авиадивизий доводится указание ГШ — не только рассредоточивать самолеты по аэродромам но и обваловать их, построить полукапониры для защиты от осколков — если нет возможности замаскировать самолеты. И как показывают командиры, отвечая Покровскому — эти работы выполнялись. Генерал-майор авиации Андреев А. П., командующий ВВС 8-й А ПрибОВО: «1. О возможности нападения фашистской Германии в ночь на 22.6.41 точно не было известно, но части ВВС 8 армии так же, как и все части ВВС округа, были командованием ВВС округа предупреждены ещё примерно 16-17 июня о возможности нападения. Было приказано вывести части на полевые аэродромы, а где этого нельзя сделать — рассредоточить самолеты на основных и окопать их для укрытия от поражения осколками авиабомб. В истребительных частях ввести дежурные эскадрильи по одной на полк, а всему остальному летному и техническому составу находиться в расположении части». То есть — после 17 июня ВВС приводили в повышенную боевую готовность.

Как показывал бывший командира 523 сп 188 сд 11-й А ПрибОВО генерал-майор БУРЛАКИН И. И.:

«Примерно 16-17 июня в 17.00 командиром 188 сд полковником ИВАНОВЫМ были вызваны командиры частей и зачитана директива не помню чья ПрибОВО или 11 армии, кажется ПрибОВО. Точно всю директиву я перечислить не смогу, но часть пунктов хорошо помню, в которых было указано следующее:

Немцы сосредоточили большое количество пехотных и моторизованных дивизий на государственной границе. Переход границы ожидается в ночь с 19 на 20.6.

В директиве требовалось все имущество и боеприпасы погрузить в транспорт. Личному составу выдать на руки противогазы. (тогда противогаз БСС-МО-2 был секретным), части в ночь на 20.6-41 г. вывести из лагеря и рассредоточить.

Артиллерию по батарейно рассредоточить по лесу.

Самолеты полностью держать заправленными, летчикам дежурить у самолетов. Другие пункты не помню.»"

Из 39-ти приграничных дивизий в приграничных округах, которые должны были первыми принять удар Германии и её союзников по Планам прикрытия (ПП) округов, с 18 июня начали выводить и вывели на границу к моменту нападения, в полосу обороны, не занимая самих окопов — по всей границе — 17-ть приграничных дивизий. В ПрибОВО вывели — 6-ть из 9-ти приграничных дивизий, в КОВО — 5-ть и в ОдВО — все 6-ть их дивизий. В ЗапОВО — не выводили ни одной приграничной дивизии.
19 июня 1941 года

СССР. Приказом наркома обороны СССР С. К. Тимошенко от 19 июня предписывалось провести маскировку аэродромов, воинских частей и важных военных объектов западных округов. В приказе требовалось к 1 июля 1941 г. засеять все аэродромы травой, покрасить все аэродромные сооружения, зарыть в землю и особенно тщательно замаскировать бензохранилища, категорически запретить линейное, скученное расположение самолётов… Причем, рассредоточение самолетов на аэродромах, по этим директива НКО и ГШ от 19 и 20 июня требовалось провести немедленно.

С 14 по 19 июня командование приграничных округов получило указания к 22—23 июня вывести фронтовые (армейские) управления на полевые пункты. В телеграмме начальника Генерального штаба Г. К. Жукова от 19 июня командующему войсками КОВО указывалось: «к 22.06 1941 г. управлению выйти в Тернополь, оставив в Киеве подчинённое Вам управление округа… Выделение и переброску управления фронта сохранить в строжайшей тайне, о чём предупредить личный состав штаба округа»[3]

19 июня в ПрибОВО выдали приказ, в котором приказали немедленно заканчивать работы в предпольях на границе, которые можно будет занимать «только в случае нарушения противником границ». Также требовалось — «Для обеспечения быстрого занятия позиций как в предполье так и основной оборонительной полосе соответствующие части должны быть совершенно в боевой готовности». Приказывалось «усилить контроль боевой готовности, всё делать без шума, твёрдо, спокойно».

И самое важное — приказывалось: «4. Минные поля установить по плану командующего армией там, где и должны стоять по плану оборонительного строительства. <…>. Завалы и другие противотанковые и противопехотные препятствия создавать по плану командующего армией — тоже по плану оборонительного строительства. 5. Штарм, корпусу и дивизии — на связи КП, которые обеспечить ПТО по решению соответствующего командира. 6. Выдвигающиеся наши части должны выйти в свои районы укрытия. <…> 7. Продолжать настойчиво пополнять части огневыми припасами и другими видами снабжения….» 19 июня даже замполиты ВВС доводили до комдивов САД (смешанных авиадивизий приданных каждой армии в запокругах) — дату и время возможного нападения — 3.00 22 июня… 18-19 июня западные округа получили приказы на вывод штабов округов в полевые Командные пункты. Но если ПрибОВО и КОВО срок был указан — к 22 июня вывести в полевое управление штабы округов, то Минску Жуков дал команду выводить штаб к 23 июня.

ОдВО вывел свой штаб к исходу 21 июня и был готов работать под руководством нш генерала М. В. Захарова — сам командующий выехал из Одессы в 9 часов вечера в Тирасполь.

КОВО штаб вывел не в полном составе — Оперотдел занимающийся приемом и расшифровкой телеграмм ГШ вместе с его начальников И. Х. Баграмяном был оставлен Пуркаевым в Киеве и прибыл в Тернополь только утром 22 июня, к 7 часам.

В ПрибОВО штаб с командованием был в Паневежисе и был готов принимать команды Москвы, но сам командующий Ф. И. Кузнецов «затерялся» где-то в частях 11-й армии Морозова и его потом чуть не сутки найти не могли. Вместо Кузнецова командовать пришлось в эти часы его нш Кленову.

В ЗапОВО Павлов часть офицеров штаба (из того же оперотдела — Фомин потом и отвечал Покровскому, что не был в Минске в эту ночь) отправил в полевой КП, но сам штаб остался в Минске. И шифровки ГШ принимать штаб в Минске мог.
20 июня 1941 года

СССР. НКГБ в разведывательной сводке о военных приготовлениях Германии сообщает о продолжающемся сосредоточении германских войск.

НКВД сообщает, что с 10 по 19 июня пограничными отрядами НКВД зафиксировано 86 случаев нарушения границы СССР иностранными самолётами. Согласно донесению штаба ЗапОВО от 21 июня, за 20 июня только в районе Августов отмечено три случая нарушения границы германской авиацией группами до девяти самолётов. Замечено снятие немцами проволочных заграждений вдоль границы. 19-20 июня пограничники переходят в подчинение командиров приграничных дивизий, там, где приграничные дивизии вышли по ПП в эти дни к своим рубежам по приказу НКО и ГШ (Москвы), в погранзону, и на отдельных участках границы пограничники даже передают свои позиции войскам… 19 июня Балтфлот довел штабу ПрибОВО, что они ввели у себя готовность «№ 2»…

20 июня была команда Генштаба — согласовать округам свои ПП с флотами — в двухдневный срок…(Балтфлот уже сообщил штабу ПрибОВО что ввел повышенную б.г.. Это также показывает генерал-майор И. П. Макара, начальник кафедры истории войн и военного искусства Военной академии Генерального штаба ВС РФ, к.и.н., член редколлегии Военно-Исторического журнала, в статье «Из опыта планирования стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на случай войны с Германией и непосредственной подготовки к отражению» — ВИЖ № 6, 2006, с. 3-9): — «Одновременно принимались меры по повышению боевой готовности Военно-Морского Флота. 19 июня решением наркома ВМФ флоты и флотилии были переведены в оперативную готовность № 2. На следующий день командующие Ленинградским, Прибалтийским особым и Одесским военными округами получили от Генерального штаба указание в двухдневный срок отработать вопросы взаимодействия с флотом в соответствии с планом прикрытия.»…)
21 июня 1941 года

СССР. Политбюро ЦК ВКП(б) принято решение об образовании Южного фронта. Командующим фронтом назначен И. В. Тюленев. Г. К. Жукову поручено общее руководство Юго-Западным и Южным фронтами, а К. А. Мерецкову — Северным фронтом.

Посол СССР в Германии Деканозов передал министру иностранных дел Риббентропу вербальную ноту советского правительства о нарушениях границы СССР германскими самолётами.

Состоялась беседа наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова с послом Германии в СССР Ф. фон Шуленбургом, во время которой В. М. Молотов поднял вопрос об общей обстановке в советско-германских отношениях: почему усиленно распространяются слухи о близкой войне между СССР и Германией и в чём заключается недовольство Германии в отношении СССР. Шуленбург ответил, что все эти вопросы имеют основание, но он на них не в состоянии ответить, так как Берлин его не информирует.

Утром 21 июня пришло в Москву сообщение из Минска — и скорее всего и по всей границе, где это имело место быть, от пограничников в том числе — немцы начали снимать колючку на границе. И эти донесения срочно подаются в СНК, Сталину и в МиД, помощнику Молотова Вышинскому… (В эти же дни, 18-21 июня, в тех же США и не только, вся «русскоязычная» пресса белогвардейской сволочи, с «ятями» в текстах, аж кипела статейками о том, что: Германия уже напала на СССР, что уже идут бои на границе с Румынией, что Гитлер предъявил Сталину какие-то ультиматумы — то ли на отторжение Украины то ли о пропуске вермахта на Ирак через СССР, и прочие бредни, что нападение не началось пока, но начнется в пару дней. В общем — «поджигатели войны» на Западе всячески нагревали ситуацию и в этой атмосфере Сталину приходилось держать ситуацию под контролем — не поддаваться на провокации самому и другим не давать — не подставить СССР на роль агрессора….)

Сталин днем 21 июня оповещает партийное руководство Москвы — будет нападение. Дает указание — привести ПВО Москвы в повышенную боевую готовность… 21 июня Жуков около 18-19 часов вечера обзванивает округа и предупреждает их о возможном ожидающемся нападении. О котором ему докладывает разведка… В это же время, вечером 21-го и нарком Тимошенко, отправляя Мерецкова в ЛенВО доводит до него: «— Возможно, завтра начнется война! Вам надо быть в качестве представителя Главного командования в ЛВО. Его войска вы хорошо знаете и сможете при необходимости помочь руководству округа. Главное — не поддаваться на провокации. — Каковы мои полномочия в случае вооруженного нападения? — спросил я. — Выдержка прежде всего. Суметь отличить реальное нападение от местных инцидентов и не дать им перерасти в войну. Но будьте в боевой готовности. В случае нападения сами знаете, что делать…» (Мерецков К. А. На службе народу. — М.: Политиздат, 1968, с.209)

В 19 часов 21 июня начинает совещаться группа высших руководителей страны, которые все входили в Комиссию по военным и морским делам — у Сталина (которая буквально за несколько недель до этого называлась КО — Комитет Обороны). На котором Сталин доводит до Тимошенко и других членов Комиссии информацию о возможном нападении Германии на СССР в ближайшие сутки. На этом совещании, обсуждался вопрос (по донесениям разведки) о возможном нападении Германии в ближайшие часы, а также обсуждались вопросы мобилизации. Жуков, который зайдет к Сталину только в 20.50, в это время как раз и обзванивает округа и предупреждает командующих о возможном нападении в эту ночь.

А к 21 часу к Сталину прибыл Жуков, который принес с собой директиву — о начале выполнения Планов прикрытия — «Приступить к выполнению ПП 1941 года». Которую он приносил к Сталину ещё 11 июня!

Сталин опять тормозит жуковское предложение-директиву о «Вводе ПП 1941 года» — вдруг получится все же уладить мирно назревающую ситуацию с нападением Германии. Но дает разрешение — привести (перевести) в полную боевую готовность войска округов — подписывается директива «б/н от 22.20 21 июня». В которой округа предупреждаются — «В течение 22—23 июня возможно внезапное нападение Германии и её союзников»! Сообщается, что нападение может начаться с провокаций, на которые отвечать нельзя и дается команда занять огневые точки на границе. Как поняли в округах эту директиву Москвы? Примерно, так как понял её Пуркаев, нш КОВО — «привести войска в полную боевую готовность, в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать, до особого распоряжения».

Данной директивой, о полной боевой готовности — Директивой «без номера», т. н. «Директивой № 1», округа обязаны были поднять свои армии по боевой тревоге, не вскрывая пока «красных» пакетов.

Итак. Вечером состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б), после которого в ночь на 22 июня передана в западные военные округа директива о мероприятиях в связи с возможным внезапным нападением немцев.

Эта директива «б/н» от 22.20 21 июня доводит до округов дату возможного нападения, предупреждает что нападение может начаться внезапно (в смысле — без объявления войны) и с провокаций на которые нельзя поддаваться чтобы не вызвать проблем международного характера. И она приказывает — привести-перевести все войска приграничных округов, ВВС, ПВО этих округов и флота — в полную боевую готовность! А также — занять огневые точки на границе.

Жуков в 22.00 из кабинета Сталина дает команду оперативному дежурному по ГШ — обзвонить округа и предупредить — ждать важную шифровку Генштаба!

В 22.20 Тимошенко с Жуковым убывают из кабинета Сталина в кабинет Тимошенко в Наркомат Обороны. Там они переписывают в течение часа текст черновика директивы б/н на бланки шифрблокнота. В 23 часа в кабинет Тимошенко прибывает нарком ВМФ адмирал Кузнецов, которому дают прочесть директиву б/н, по которой он должен поднять флота по тревоге и перевести их в готовность № 1. На уточняющие вопросы адмирала — можно ли открывать огонь в случае нападения Германии, Тимошенко подтверждает — можно.

В 23 часа Тимошенко обзванивает округа и сообщает что «возможна провокация со стороны Германии и Румынии… Войны, возможно, и не будет, но войска должны быть наготове». Что означает — при всей неопределенности указаний наркома — быть готовыми к войне в том числе.

В 23.30 на границе ставятся уже боевые задачи: «Отдано приказание по телефону полковником Железняком 9 и 10 пульбатам поднять б-ны по тревоге, занять и загрузить ДОТы»…

В 23.45 текст директивы б/н передается в шифровальный отдел Оперуправления ГШ. Машинистка делает копии данной директивы — для НКВМФ, Кузнецову, и для штаба Резервного фронта, Буденному. Полчаса уходит на зашифрование текста директивы и в 0.20 начинается передача этой директивы, шифровок в округа.

В 24.00 — уже Жуков обзванивает округа и приказывает: быстрее передавать в войска директиву о боевой готовности! В это время сам текст только шифруется ещё в ГШ. Минимум в КОВО он звонил… Около 1 часа ночи все округа получили эту директиву «б/н» и к 1.20 расшифровали. В КОВО, правда, это не сделали — оперотдела не было ещё на полевом КП. Но им по телефону вполне из ГШ довели, что от них требуется. В 2 часа ночи начались обстрелы на границе — в том же ОдВО. Об этом Жуков и Тимошенко доложили Сталину. В 2 часа посол Германии начал искать Молотова (министра ИнДел СССР) — всучить Ноту о нападении (возможно в это же время в Москву пришла и телеграмма из Берлина из нашего посольства с сигналом «Гроза» от военного атташе, резидента ГРУ, генерала Тупикова)…

Ну а в 2.30 22 июня Тимошенко или Жуков, по ВЧ связи, лично дали указание — о вводе ПП. И вот уже у этой «директивы» и должен быть «номер» — Директива «№ 1» начавшейся войны…

Германия. В 13.00 по берлинскому времени немецкие войска получили сигнал «Дортмунд», означающий, что наступление, как и запланировано, начнётся 22 июня.

21 июня Гудериан находился в передовых частях, проверяя их готовность к наступлению: «Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками».[5]

Около 23 часов немецкие минные заградители, находившиеся в финских портах, начали минировать выход из Финского залива. Одновременно финские подводные лодки начали постановку мин у побережья Эстонии.[6]

Нistoric. Ru

15.03.2021, 07:56

http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000025/st027.shtml
По крайней мере с начала 1941 г. правительства США и Англии во все возрастающей степени основывают свои стратегические планы на возможности войны между Германией и Советским Союзом. Действия германских подводных лодок в Атлантике склоняли Рузвельта и правительство США к более активному вмешательству, даже если это могло привести к вовлечению в войну. Командование американской армии на совещании 16 апреля в основном поддержало точку зрения, высказанную одним из участников совещания: «Если мы будем выжидать, то дело кончится тем, что мы останемся в одиночестве, и внутренние беспорядки могут привести к появлению коммунизма. Меня могут назвать задирой, но что-то надо делать». Было спланировано занять 22 июня 1941 г. Азорские острова, высадить морскую пехоту в Исландии, сменив там англичан. Главнокомандующий Атлантическим флотом адмирал Кинг заметил в этой связи: «Это фактически акт войны» 2 апреля Рузвельт обсудил «план № 1 обороны полушария» — американские корабли будут конвоировать английские суда в Западной Атлантике, в случае необходимости ппинимая решительные меры против подводных лодок. Однако с середины апреля Рузвельт внезапно круто поворачивает руль политики: экспедиция на Азорские острова отменяется, 24 апреля вступает в силу «план № 2 обороны полушария» — американские корабли патрулируют воды Атлантики только до 25° з. д. (на полпути между Америкой и Европой) и их функции ограничиваются сообщением о передвижении немецких подводных лодок.

Биограф Рузвельта Р. Шервуд пишет о «необъяснимом поведении» президента в эти месяцы: «Во время ужасного кризиса, вызванного молниеносной войной на Западе, Дюнкерком и падением Франции, он был почти одинок в своем собственном правительстве, когда принимал смелые, даже отчаянные решения. Теперь, год спустя, когда положение Великобритании снова было исключительно тяжелым, он снова был почти одинок. Однако теперь он был одинок в своем нежелании принимать решения и действовать». Рузвельт не поддержал воинственных деятелей правительства и представителей командования: он предпочитал выжидать. Белый дом получал все новую и новую информацию о сосредоточении германских войск у границ Советского Союза. И когда ночью 21 июня 1941 г. в США стало известно о нападении Германии на СССР, первой мыслью ближайшего советника президента Г. Гопкинса было: «Проводившаяся президентом политика поддержки Великобритании действительно окупила себя. Гитлер повернул налево». Военный министр США Г. Стимсон 23 июня в меморандуме президенту сообщил мнение командования вооруженных сил о последствиях войны между СССР и Германией для США: «Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России». Соединенные Штаты должны без промедления использовать эту «драгоценную передышку... прежде чем Германия высвободит ноги из русской трясины... Этот шаг Германии почти напоминает дар провидения». Стимсон предложил принять активные меры в Атлантике для дальнейшего оказания помощи Англии. Штаб американской армии летом 1941 г. сформулировал свое мнение таким образом: «Лучший способ помочь СССР — продолжить помощь Великобритании».

Публично правительство США на первых порах заняло весьма сдержанную позицию в соответствии с политическими планами, составленными еще до 22 июня 1941 г. 14 июня Вашингтон информировал британское правительство о политике США по отношению к СССР в случае нападения на него гитлеровской Германии. «Наша политика заключается в том, чтобы не идти на уступки Советской России, которые она может предложить с целью улучшения американо-советских отношений. Если же мы пойдем на них, то потребуем компенсаций в полном объеме». Накануне вероломного нападения гитлеровской Германии на СССР — 21 июня государственный департамент докладывал правительству: «Мы должны твердо придерживаться следующего политического курса: тот факт, что Советский Союз сражается с Германией, не означает защиту им, борьбу за или согласие с принципами международных отношений, которых придерживаемся мы. Мы не должны заранее давать Советскому Союзу никаких обещаний в отношении помощи, которую мы сможем оказать в случае германо-советского конфликта, и не принимать на себя никаких обязательств в отношении нашей будущей помощи Советскому Союзу, или Германии». Официальная точка зрения правительства США о советско-германской войне была сформулирована и. о. государственного секретаря С. Уэллесом на пресс-конференции 23 июня 1941 г. «Для Соединенных Штатов принципы и доктрины коммунистической диктатуры столь же нетерпимы и чужды, как принципы и доктрины нацистской диктатуры, — говорил С. Уэллес.— По мнению правительства США, любая борьба против гитлеризма, любое сплочение сил, выступающих против гитлеризма, независимо от их происхождения, ускорит конец нынешних гитлеровских руководителей и тем самым будет способствовать нашей собственной обороне и безопасности. Гитлеровские армии сегодня — главная опасность для американского континента». 24 июня Рузвельт публично заявил, что США окажут помощь СССР. В первые недели войны между Германией и СССР правительство США на словах пришло на помощь СССР, на деле оно заняло выжидательную позицию, изменение ее зависело от хода вооруженной борьбы на советско-германском фронте.

Британские правящие круги, имевшие за плечами двадцать два месяца войны, пошли дальше. 21 июня в узком кругу Черчилль беседовал о возможности войны между Германией и СССР. Он заметил, что Гитлер надеется заручиться в этой войне поддержкой правых в Англии и США и что в этом он ошибается. Англия окажет помощь СССР. Черчиллю был задан недоуменный вопрос: не означает ли это отступление от его принципов убежденного противника коммунизма. «Нисколько, — ответил Черчилль. — У меня лишь одна цель — уничтожение Гитлера, и это сильно упрощает мою жизнь. Если бы Гитлер вторгся в ад, я по меньшей мере благожелательно отозвался бы о сатане в палате общин». И в самом деле, вечером 22 июня Черчилль выступил по радио. Он начал с оговорки: «За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем». И далее британский премьер-министр сказал, что Англия окажет помощь СССР, ибо «вторжение в Россию — это лишь прелюдия к попытке вторжения на Британские острова. Он (Гитлер), несомненно, надеется, что все это можно будет осуществить до наступления зимы и что он сможет сокрушить Великобританию, прежде чем вмешаются флот и авиация Соединенных Штатов... Поэтому опасность, угрожающая России, — это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам». В Советский Союз была послана британская миссия. По предложению Советского правительства, 12 июля 1941 г. между СССР и Англией было подписано соглашение о совместных действиях в войне против Германии. Стороны обязались оказывать друг другу взаимную помощь и не заключать сепаратного мира с врагом. Советско-английское соглашение послужило началом образования антигитлеровской коалиции.

Однако до окончательного оформления ее еще должно было пройти время. Против помощи Советскому Союзу и сотрудничества с ним в США и Англии выступили влиятельные реакционные силы. Советско-германская война представлялась им высшим торжеством политики «баланса сил» — видные деятели в англосаксонских странах публично призывали остаться в стороне от нее, дать Германии и СССР максимально истощить друг друга. Г. Гувер рекомендовал: поскольку СССР и Германия «сцепились в смертельной схватке... государственная мудрость требует от США остаться посторонним, внимательным наблюдателем, но вооруженным до зубов». Еще дальше пошел Г. Трумэн, настаивавший: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если будет выигрывать Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше». Аналогичные высказывания делались и в Англии, в том числе министром авиации Мур-Брабазоном. Они вызвали бурю возмущения в английском народе, и Черчилль был вынужден уволить Мур-Брабазона в отставку. Смысл этих наглых выпадов реакционеров заключался в том, чтобы не допустить помощи СССР со стороны США и Англии. Летом 1941 г. правительство США, а в некоторой степени и Англии, практически разделяло их позицию, хотя и по другим мотивам. В Вашингтоне и Лондоне считали, что сопротивление Советских Вооруженных Сил не продлится более трех месяцев. Вооружение и снаряжение, посланное в Советский Союз, неизбежно попадет в руки гитлеровцев. В первые месяцы войны Советский Союз не получил ощутимой помощи от США и Англии. Как мимоходом замечает Черчилль в своих мемуарах: «Я прекрасно понимал, что в эти первые месяцы нашего союза мы могли сделать очень мало и старались заполнить пустоту вежливыми фразами». Укрепление антигитлеровской коалиции зависело не от доброй воли правительств США и Англии, а от успеха советского народа в борьбе против гитлеровской Германии.

Вступление Советского Союза в войну с Германией окончательно изменило характер второй мировой войны, ставшей антифашистской, освободительной. Это не могло не наложить отпечаток на политику правящих кругов Англии, США, ибо широкие народные массы требовали скорейшего нанесения поражения европейским державам «оси» активными действиями. Поскольку, однако, Англия в тот период не вела широких операций, а США вообще не принимали участия в войне, демократическая общественность решительно выступила за оказание помощи Советскому Союзу. Активную роль в этом движении как в США, так и в Англии сыграли коммунистические партии. В декларации Английской компартии в связи с нападением Германии на СССР говорилось: «Дело Советского Союза — дело трудящихся всего земного шара, дело свободы и социализма... Мы требуем солидарности с социалистическим Советским Союзом». Американские коммунисты, учитывая политическую обстановку в стране, призывали: «Давайте защитим Америку оказанием всесторонней помощи Советскому Союзу, Великобритании и всем народам, сражающимся против Гитлера».

21 июля Рузвельт отдает первое указание о продаже вооружения и военных материалов Советскому Союзу — до конца октября (начало действий ленд-лиза в отношении СССР) было продано вооружения и военных материалов на 41 млн. долларов. 16 августа правительство Англии предоставило кредит СССР в размере 10 млн. фунтов стерлингов. Это было ничтожной каплей по сравнению с потребностями, вызванными войной с Германией. Размеры помощи, по-прежнему ограничивала затянувшаяся дискуссия о сроках сопротивления Советского Союза. Американские и английские штабы все еще предсказывали победу Германии над Советским Союзом в три месяца. Рузвельт был «оптимистом» — он отодвигал этот срок до 1 октября.

В конце июля Рузвельт направляет в Советский Союз своего ближайшего советника Гопкинса для ознакомления с обстановкой на месте. Гопкинс 30—31 июля вел в Москве переговоры с Советским правительством. Здесь, в столице Советского Союза, посланец Рузвельта убедился в огромной мощи нашего государства. В докладе Рузвельту Гопкинс писал: «Я очень уверен в отношении этого фронта... Здесь существует безусловная решимость победить». Позднее, свидетельствует Шервуд, Гопкинс высказывал «чрезвычайное раздражение по адресу военных наблюдателей в Москве, когда они присылали по телеграфу пессимистические доклады, которые могли основываться только на догадках и предубеждении». Гопкинс обещал, что США и Англия окажут Советскому Союзу помощь, но предупредил, что она не поможет поступить «в оставшееся до плохой погоды время». Прямым следствием миссии Гопкинса явилось официальное сообщение государственного департамента советскому послу в США 2 августа 1941 г. о продлении на год советско-американского торгового соглашения 1937 г. В американской ноте указывалось, что США «решили оказать все осуществимое экономическое содействие с целью укрепления Советского Союза в его борьбе против вооруженной агрессии... (так как это) соответствует интересам государственной обороны Соединенных Штатов».

Однако предоставление помощи из США, даже за наличный расчет, по-прежнему затягивалось, указания президента на этот счет фактически игнорировались. В правительстве США тем временем обсуждался вопрос, что следует запросить с Советского Союза за помощь. На заседании правительства «зашел разговор о золотых запасах, которые могут иметь русские...— записывает в дневнике Икес.— Мы, по-видимому, стремимся к тому, чтобы русские передали нам все свое золото, которое пойдет в погашение за поставки товаров, пока не будет исчерпано. С этого момента мы применим к России закон о ленд-лизе». 24 августа 1941 г. конгресс ассигновал очередные 5 млрд. долларов на осуществление ленд-лиза. Советский Союз был исключен из числа государств — получателей помощи. Орган монополистического капитала США газета «Уолл-стрит джорнэл» писала: «оказывать» помощь Советскому Союзу значит «бросать вызов нравственности». А в это время советский народ в кровопролитной борьбе защищал интересы всего человечества. Командование германского флота, видевшее возраставшее участие американских кораблей в патрулировании Атлантики, настаивало, чтобы было разрешено атаковать их. Гитлер категорически запретил, приказав избегать любых инцидентов с США до выяснения перспектив войны с Советским Союзом. Так советские солдаты спасли жизни моряков невоевавших Соединенных Штатов.

Петр Спивак

15.03.2021, 08:21

http://www.ng.ru/upload/medialibrary/789/199-16-03.jpg
Нейтральное, безоценочное поименование: Польский поход РККА. После подписания пакта Молотова–Риббентропа войска Гитлера вторглись в Польшу, а через 16 дней, 17 сентября 1939-го, ее границу перешла армия Сталина. Удар в спину, с последующим разделом Польши между Германией и СССР. Завтра они сойдутся в противоборстве, а пока – не союзники, нет, но подельники, братья по духу. Океания всегда воевала с Евразией, правда ведь? Солдаты РККА в Люблине. Фото из Федерального архива Германии. 1939

Андрей Сидорчик

15.03.2021, 13:51

https://aif.ru/society/history/zharkoe_leto_1939-go_10_faktov_o_srazhenii_na_reke_halhin-gol
Аргументы и ФактыAIF.RUФЕДЕРАЛЬНЫЙ АИФ

Аргументы и ФактыAIF.RUФЕДЕРАЛЬНЫЙ АИФ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙСАНКТ-ПЕТЕРБУРГАДЫГЕЯАРХАНГЕЛЬСКБАРНАУЛБЕЛАРУСЬБЕЛГОРОДБ РЯНСКБУРЯТИЯВЛАДИВОСТОКВЛАДИМИРВОЛГОГРАДВОЛОГДАВОР ОНЕЖДАГЕСТАНИВАНОВОИРКУТСККАЗАНЬКАЗАХСТАНКАЛИНИНГР АДКАЛУГАКАМЧАТКАКАРЕЛИЯКИРОВКОСТРОМАКОМИКРАСНОДАРК РАСНОЯРСККРЫМКУЗБАССКЫРГЫЗСТАНМУРМАНСКНИЖНИЙ НОВГОРОДНОВОСИБИРСКОМСКОРЕНБУРГПЕНЗАПЕРМЬПСКОВРОСТ ОВ-НА-ДОНУРЯЗАНЬСАМАРАСАРАТОВСМОЛЕНСКСТАВРОПОЛЬТВЕРЬТОМС КТУЛАТЮМЕНЬУДМУРТИЯУКРАИНАУЛЬЯНОВСКУРАЛУФАХАБАРОВС КЧЕБОКСАРЫЧЕЛЯБИНСКЧЕРНОЗЕМЬЕЧИТАЮГРАЯКУТИЯЯМАЛЯРО СЛАВЛЬ
СПЕЦПРОЕКТЫ
ВСЕ О КОРОНАВИРУСЕ
МОЙ РАЙОН
АКАДЕМИЧЕСКИЙ
ВНУКОВО
ГАГАРИНСКИЙ
ДОРОГОМИЛОВО
ЗЮЗИНО
КОНЬКОВО
КОТЛОВКА
КРЫЛАТСКОЕ
КУНЦЕВО
КУРКИНО
ЛОМОНОСОВСКИЙ
МИТИНО
МОЖАЙСКИЙ
НОВО-ПЕРЕДЕЛКИНО
ОБРУЧЕВСКИЙ
ОЧАКОВО-МАТВЕЕВСКОЕ
ПОКРОВСКОЕ-СТРЕШНЕВО
ПРОСПЕКТ ВЕРНАДСКОГО
РАМЕНКИ
СЕВЕРНОЕ БУТОВО
СЕВЕРНОЕ ТУШИНО
СОЛНЦЕВО
СТРОГИНО
ТЕПЛЫЙ СТАН
ТРОПАРЕВО-НИКУЛИНО
ФИЛЕВСКИЙ ПАРК
ФИЛИ-ДАВЫДКОВО
ХОРОШЁВО-МНЁВНИКИ
ЧЕРЕМУШКИ
ЩУКИНО
ЮЖНОЕ БУТОВО
ЮЖНОЕ ТУШИНО
ЯСЕНЕВО
ИЗМЕНЕНИЯ В КОНСТИТУЦИЮ
АНТИВИРУС
КАЗАХСТАН СЕГОДНЯ
ОБЩЕСТВО
75 ЛЕТ ПОБЕДЕ
ПРОСТО О СЛОЖНОМ
СЕТЬ
НАУКА
ЗДРАВООХРАНЕНИЕ
АРМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
ОБРАЗОВАНИЕ
ПРАВО
КОНКУРС «РЕГИОНЫ РОССИИ»
АРКТИКА — ТЕРРИТОРИЯ РАЗВИТИЯ
ЭКОЛОГИЯ
МЧС РОССИИ
МУСОРА.НЕТ
АГРОНОВОСТИ
ИСТОРИЯ
ЛЮДИ
РЕЛИГИЯ
ОБЩЕСТВЕННЫЙ ТРАНСПОРТ
СМИ
ПРИРОДА
ТУРИЗМ
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ
СОЦИАЛЬНОЕ СТРАХОВАНИЕ
ИЗМЕНИ ОДНУ ЖИЗНЬ
ГАЛЕРЕИ
МНЕНИЕ
ПРОИСШЕСТВИЯ
ПОЛИТИКА
В РОССИИ
ГОСДУМА 2021
МОСКОВСКИЕ ВЫБОРЫ
В МИРЕ
ИТОГИ ПЯТИЛЕТКИ. КУРСКАЯ ОБЛАСТЬ
ВЫБОРЫ В ПРИДНЕСТРОВЬЕ
ГАЛЕРЕИ
МНЕНИЯ
ДЕНЬГИ
ЭКОНОМИКА
КОРРУПЦИЯ
КАРЬЕРА И БИЗНЕС
ЛИЧНЫЕ ДЕНЬГИ
КОМПАНИИ
РЫНОК
МОСКВА
ЗДОРОВЬЕ ШКОЛЬНИКА
НА СТРАЖЕ ЗРЕНИЯ
ГИГИЕНА ЗРЕНИЯ
ЗАЩИТА ИММУНИТЕТА
ПРОФИЛАКТИКА БОЛЕЗНЕЙ ГОРЛА
КУЛЬТУРА
КИНО
ТЕАТР
КНИГИ
ИСКУССТВО
ШОУ-БИЗНЕС
ПЕРСОНА
ПРОБЛЕМА
КУДА ПОЙТИ
ГАЛЕРЕИ
АКТУАЛЬНАЯ КЛАССИКА
СПОРТ
ФУТБОЛ
ХОККЕЙ
ЗИМНИЕ ВИДЫ
ЛЕТНИЕ ВИДЫ
ДРУГИЕ ВИДЫ
ОЛИМПИАДА
ИНФРАСТРУКТУРА
ПЕРСОНА
ФОТО
КУХНЯ
РЕЦЕПТЫ
РЕЦЕПТЫ В ИНФОГРАФИКЕ
ПРОДУКТЫ И НАПИТКИ
ПИТАНИЕ И ДИЕТЫ
КУЛИНАРНЫЕ ХИТРОСТИ
МАСТЕР-КЛАССЫ
ДЕТСКОЕ ПИТАНИЕ
КУХНИ МИРА
БЫТОВАЯ ТЕХНИКА
ДЕБАТЫ
ЖУРНАЛ АИФ ПРО КУХНЮ
ВКУСЫ РОССИИ
ДАЧА
ОГОРОД
САД
СТРОЙКА И ДИЗАЙН
ПОМОЩЬ ЮРИСТА
ЗДОРОВЬЕ
ВСЕ О КОРОНАВИРУСЕ
ЗДОРОВЫЙ ГОЛОС
ЗДОРОВАЯ ЖИЗНЬ
ПРАВИЛЬНОЕ ПИТАНИЕ
ЗДОРОВЬЕ РЕБЕНКА
СЕКРЕТЫ КРАСОТЫ
ЛАЗЕРНАЯ ЭПИЛЯЦИЯ
ПСИХОЛОГИЯ ЖИЗНИ
КАК ЗАЩИТИТЬ СЕБЯ ОТ ВИРУСОВ?
ВРЕМЯ ЗДОРОВЬЯ
МУЖСКОЕ ЗДОРОВЬЕ
ЛЕКАРСТВЕННЫЙ СПРАВОЧНИК
ГАЗЕТА АИФ ЗДОРОВЬЕ
ЖУРНАЛ АИФ ПРО ЗДОРОВЬЕ
АВТО
ГИБДД
ОБ АВТОМОБИЛЯХ
ОБСЛУЖИВАНИЕ
ПРАКТИЧЕСКИЕ СОВЕТЫ
ПРОБКИ/ДОРОГИ
БЕЗОПАСНОСТЬ
ФОТО
БЕЗОПАСНАЯ ДОРОГА
НАУКА
КОНКУРСЫ И ТЕСТЫ
ФОТОГОЛОСОВАНИЯ
ТЕХНИКА
ИНДУСТРИЯ
СЕТЬ
ГАДЖЕТЫ
ПРИЛОЖЕНИЯ
КОМПЬЮТЕРЫ
ТЕХНОЛОГИИ
ФОТО
ВИРТУАЛЬНЫЕ СЕРВЕРЫ
РЕНОВАЦИЯ В МОСКВЕ
МНЕНИЯ
УСАДЬБА БАРЫШНИКОВА
ЖИВЫЕ ИСТОРИИ
СЧАСТЬЕ - ЭТО...
НЕДВИЖИМОСТЬ
ГОРОД
ЗАГОРОД
ДОМ/РЕМОНТ
ЖКХ
ЦЕНЫ И РЫНОК
ФОТО
МОЙ БИЗНЕС
МАСТЕР-КЛАСС
РАЗБОР ПОЛЁТОВ
ШКОЛА РЫНКА
КАК ВЕСТИ СЕБЯ С ПРОВЕРЯЮЩИМИ
ЦЕНТРЫ
ВРЕМЯ СОЗИДАТЬ
ИСКУССТВО РОССИИ
НАУКА РОССИИ
ПРОИЗВОДСТВО
СПОРТ РОССИИ
ТЕХНОЛОГИИ
7 ЛЕТ РАЗВИТИЯ МОСКВЫ
МЦК В ВОПРОСАХ И ОТВЕТАХ
ЧТО?
СКОЛЬКО?
КОГДА?
КАК?
ГДЕ?
75 ЛЕТ ПОБЕДЕ
ПРОСТО О СЛОЖНОМ
СЕТЬ
НАУКА
ЗДРАВООХРАНЕНИЕ
АРМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
ОБРАЗОВАНИЕ
ПРАВО
КОНКУРС «РЕГИОНЫ РОССИИ»
АРКТИКА — ТЕРРИТОРИЯ РАЗВИТИЯ
ЭКОЛОГИЯ
МЧС РОССИИ
МУСОРА.НЕТ
АГРОНОВОСТИ
ИСТОРИЯ
ЛЮДИ
РЕЛИГИЯ
ОБЩЕСТВЕННЫЙ ТРАНСПОРТ
СМИ
ПРИРОДА
ТУРИЗМ
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ
СОЦИАЛЬНОЕ СТРАХОВАНИЕ
ИЗМЕНИ ОДНУ ЖИЗНЬ
ГАЛЕРЕИ
МНЕНИЕ
СВЕЖИЙ НОМЕР

№ 10. 10/03/2021
Как разводят доверчивых граждан
ИЗДАНИЯ
АиФ в социальных сетях

11.05.2019 00:01Андрей Сидорчик 14680
Жаркое лето 1939-го. 10 фактов о сражении на реке Халхин-Гол
Сюжет Всемирная история с Андреем Сидорчиком
Маршал Монгольской Народной Республики Хорлогийн Чойбалсан (в центре), командир корпуса Георгий Констинтинович Жуков (справа) и командарм 2 ранга Георгий Михайлович Штерн (слева) в районе боевых действий на Халхин-Голе. 1 мая 1939 г.
Маршал Монгольской Народной Республики Хорлогийн Чойбалсан (в центре), командир корпуса Георгий Констинтинович Жуков (справа) и командарм 2 ранга Георгий Михайлович Штерн (слева) в районе боевых действий на Халхин-Голе. 1 мая 1939 г. / Трошкин / РИА Новости

Причиной конфликта стало нападение Японии на Монголию
К 1932 году Япония оккупировала Маньчжурию, где было создано марионеточное государство Маньчжоу-го. Дальнейшие планы японцев касались Монголии — страны, являвшейся союзницей Советского Союза. После того как СССР и Монголия в 1936 году подписали «Протокол о взаимопомощи», на монгольской территории были развернуты подразделения Красной армии, готовые дать отпор агрессорам. Несмотря на это, к началу 1939 года японская армия вела активную подготовку к вторжению в Монголию.

До этого Красная армия и японцы уже сталкивались на озере Хасан
Первым масштабным военным противостоянием Японии и СССР стали бои у озера Хасан в июле — августе 1938 года. Формальным поводом к конфликту стали территориальные притязания Японии на стратегические высоты в районе озера Хасан и реки Туманная, расположенные на советской территории. На самом деле японские военные проводили масштабную «разведку боем», оценивая состояние советские войск и надежность их обороны.

Двухнедельные бои закончились победой Красной Армии, однако успех был не слишком убедительным, а советские потери в живой силе оказались выше японских.

Бойцы поздравляют друг друга с победой у знамени, водружённого в окрестностях озера Хасан.
На сопках Маньчжурии. Как СССР и Япония провели лето 1938 года
Подробнее

Вернуться к просмотру
РЕКЛАМА
nissan.ru
Япония требовала от Монголии уступить ей территории. Получив отказ, японцы совершили нападение
Японская сторона потребовала признания реки Халхин-Гол границей между Маньчжоу-го и Монголией, хотя граница проходила на 20–25 км восточнее. Дело в том, что буквально в паре километров от реальной границы японцы вели строительство стратегической железной дороги. Новая транспортная артерия должна была обеспечить переброску японских войск к границе СССР в районе Иркутска и озера Байкал. Далеко идущие планы японцев требовали обеспечения безопасности новой железной дороги. Разумеется, Монголия при поддержке СССР отказала в требовании об изменении границы. После этого, с января 1939 года, начались пограничные провокации японской стороны.

Активные боевые действия на Халхин-Голе начались 11 мая
11 мая 1939 года японский отряд атаковал позиции монгольских пограничников на высоте Номон-Хан-Бурд-Обо. Чтобы оттеснить противника, в бой были введены войсковые подразделения армии Монголии.

Однако уже 14 мая была предпринята новая атака — разведотряд 23-й японской пехотной дивизии выбил монгольских пограничников с высоты Дунгур-Обо и закрепился на ней.

Чтобы выбить противника с занимаемых позиций, командир 57-го особого стрелкового корпуса комдив Фекленко послал к Халхин-Голу группу советских войск в составе трёх мотострелковых рот, сапёрной роты и артиллерийской батареи РККА. 22 мая советские подразделения вместе с монгольскими частями отбросили японцев к границе.

Танковая атака РККА. Халхин-Гол, август 1939 года.
Монгольское «кольцо». Как Георгий Жуков усмирил самураев
Подробнее
Халхин-Гол стал первой большой победой Георгия Жукова
В июне 1939 года командующим 1-й армейской группой советских войск в МНР был назначен генерал Георгий Жуков. Успешные действия советских войск на Халхин-Голе сделали Жукова известным в стране и в мире. Жуков, используя маневренные механизированные и танковые части, в августе 1939 года неожиданными сильными фланговыми ударами окружил и уничтожил противника в районе между государственной границей Монголии и рекой Халхин-Гол. Подобную тактику, которая тогда являлась новым словом в военной науке, в начале Второй мировой войны успешно применял германский вермахт.

На Халхин-Голе состоялось первое крупное танковое сражение в истории Красной армии
В начале июля 1939 года японские войска планировали сильной ударной группировкой переправиться через Халхин-Гол на северном участке фронта у горы Баян-Цаган, выйдя в тыл советско-монгольской группировке. После того, как противнику удалось форсировать реку, Жуков отдал приказ советским бронечастям нанести удар по японскому плацдарму. В результате завязались встречные сражения, растянувшиеся на несколько дней. Впервые советским танкистам пришлось принять участие в масштабном столкновении с танками противника. Бои завершились поражением японцев. Этот эпизод противостояния на Халхин-Голе впоследствии получил название «Баян-Цаганское побоище».

Георгий Жуков. 1971 г.
О Егории Храбром. Маршал Жуков - рыцарь, «Чингисхан» и баянист
Подробнее
В отличие от сражения на озере Хасан, поражение японцев на Халхин-Голе получилось безоговорочным
В отличие от боев на озере Хасан, произошедших летом 1938 года, у реки Халхин-Гол поражение Японии было очевидным. Общие потери японских войск за четыре месяца боев убитыми, ранеными и пленными превысили 61 тысячу человек, из которых 45 тысяч пришлись на июль и август 1939 года. Была утрачена практически вся техника 6-й японской армии, потеряно более 600 самолётов. Совокупные потери советско-монгольских сил составили около 18 500 человек убитыми, ранеными, пропавшими без вести, попавшими в плен и больными.

Поражение на Халхин-Голе привело к отставке премьер-министра Японии
Бои на реке Халхин-Гол завершились в сентябре 1939 года. Это был уже второй тяжелый удар для японских властей – ранее они были неприятно удивлены подписанием 23 августа в Москве Пакта о ненападении между СССР и гитлеровской Германией. В результате Хиранума Киитиро, премьер-министр Японии, занимавший этот пост с января 1939 года, был вынужден уйти в отставку. В 1946 году Киитиро станет одним из подсудимых Международного военного трибунала для Дальнего Восток, и будет приговорен к пожизненному лишению свободы.

Медаль «Золотая звезда» Героя Советского Союза.
Героическая история. Первым Героем СССР стал лётчик, а последним — водолаз
Подробнее
Первые «Золотые Звезды» Героям Советского Союза вручили за Халхин-Гол
За бои на Халхин-Голе звания Героя Советского Союза были удостоены 70 советских солдат и командиров. Они стали первыми, кто получил медаль «Золотая Звезда» — утвержденный 1 августа 1939 года дополнительный знак отличия к высшей степени отличия в СССР. Среди 70 награжденных — 27 лётчиков, 26 танкистов, 14 пехотинцев и общевойсковых командиров, 3 артиллериста. 20 человек стали Героями Советского Союза посмертно.

Победа на Халхин-Голе помогла в 1941 году отстоять Москву
Победа советских войск на реке Халхин-Гол серьезно повлияла на события первых месяцев Великой Отечественной войны. Несмотря на намеки Берлина, руководство Японии приняло решение не осуществлять в 1941 году масштабное нападение на Советский Союз. Это позволило перебросить к Москве советские части из Сибири, которые решили исход битвы под Москвой. Решение Токио не реагировать на призывы Третьего Рейха объяснялось просто — в Японии очень хорошо помнили итоги сражения на Халхин-Голе.

Андрей Сидорчик

17.03.2021, 11:32

http://www.aif.ru/society/history/os_zla_kto_vmeste_s_nacistskoy_germaniey_napal_na_ sssr
00:04 22/06/2016

22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Вместе с нацистской Германией в вооруженный конфликт с СССР вступили и ее союзники. Кто же именно объявил войну Советскому Союзу?

Моряки-разведчики Северного флота на оккупированном фашистами берегу. © / Евгений Халдей / РИА Новости

Пакт о нападении

Начало коалиции, которая впоследствии развяжет Вторую Мировую войну, было положено 25 ноября 1936 года, когда Германия и Япония заключили так называемый «Антикоминтерновский пакт», или «Германо-японское соглашение против Коммунистического Интернационала», ставивший своей задачей недопущение дальнейшего распространения коммунистической идеологии в мире.

22 июня 1941 года - начало Великой Отечественной войны. Первый день войны. Хронология событий 22 июня 1941 года
В ноябре 1937 года к «Антикоминтерновскому пакту» в лице Бенито Муссолини присоединилась Италия. А позднее — ещё ряд государств, в которых к власти пришли правительства, разделяющие идеологии гитлеровского нацизма и итальянского фашизма, либо правительства, крайне отрицательно относящиеся к СССР и коммунизму в целом.

22 мая 1939 года был подписан «Германо-итальянский договор о союзе и дружбе», или «Стальной пакт», который закрепил военно-политический союз между Третьим Рейхом и Италией.

Костяк военного блока был окончательно сформирован 27 сентября 1940 года, когда был подписан Тройственный, или Берлинский пакт, между Германией, Японией и Италией. Так сложилась ось Берлин – Рим – Токио. Поэтому участников гитлеровского военного блока во время Второй Мировой войны еще называют «страны Оси».

Бенито Муссолини. Бенито Муссолини. История пламенного социалиста, придумавшего фашизм
Германия, Италия и Япония составили костяк военного блока, к которому затем присоединился еще ряд государств.

Тем не менее, 22 июня 1941 года в нападении на СССР не приняла участия Япония. В то же время в агрессии спустя несколько дней приняла участие Финляндия, формально не входившая в гитлеровский военный блок.

Первыми официальными участниками нападения на Советский Союз 22 июня 1941 года стали Германия, Италия и Румыния.
Германия

18 декабря 1940 года германское командование утвердило план «Барбаросса» - военную операцию по стремительному разгрому Советского Союза с захватом его европейской территории. Примерный срок завершения военных приготовлений был обозначен как 15 мая 1941 года. 10 июня главнокомандующий Сухопутных войск Германии генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич издаёт приказ о сроке начала войны против СССР — 22 июня.

Ильзе Штёбе. Стойкая «Альта». План «Барбаросса» в СССР передала «Штирлиц в юбке»
22 июня 1941 года Германия без объявления войны начала боевые действия. Немецкие войска наносят мощный внезапный удар по всей западной советской границе тремя группами армий: «Север», «Центр» и «Юг». В первый же день уничтожена или захвачена значительная часть советских боеприпасов, горючего и военной техники; уничтожено около 1200 самолётов. К концу первой декады июля немецкие войска захватывают Латвию, Литву, Белоруссию, значительную часть Украины, Молдавии и Эстонии.

Дальнейший ход борьбы Советского Союза с основным противником хорошо известен. Разумеется, силы Третьего Рейха участвовали в нем от начала и до конца.
Италия

Дуче Бенито Муссолини, верный союзническим обязательствам перед Третьим Рейхом, объявил войну СССР 22 июня 1941 года. 10 июля 1941 года был создан «Экспедиционный итальянский корпус в России», который прибыл в СССР в июле – августе 1941 года.

На момент создания корпуса в него входили три дивизии общей численностью около 3000 офицеров и 59 000 солдат. Корпус располагал 5500 моторных транспортных средств и свыше 4000 лошадей и мулов.

Но вооружении итальянцев находились танкетки L3/35, лёгкие танки Fiat L6/40 и противотанковые самоходные артиллерийские установки Semovente 47/32.

За первый год, участвуя в боях на Украине, итальянский корпус потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести 15 000 человек.
Бенито Муссолини.
Конец главного фашиста. Как казнили Бенито Муссолини
Подробнее

В июле 1942 года, Муссолини, с целью активизации боевых действий на Восточном фронте усилил итальянские войска. Корпус был пополнен и сменил название на «8-я итальянская армия». Другое название 8-й итальянской армии — «Итальянская армия в России». Армия была подчинена группе армий «B» немецкого генерала Максимилиана фон Вейхса.

Общее количество итальянских дивизий в СССР достигло десяти. Кроме того, вместе с ними воевали три бригады «чернорубашечников» - добровольцев.

Во время контрнаступления советских войск под Сталинградом один из основных ударов пришелся по итальянским частям. Всего около 130 000 итальянцев было окружено в ходе наступления советских войск. Согласно итальянским источникам, около 20 800 солдат погибло в боях, 64 000 было захвачено в плен и 45 000 удалось отойти.

В феврале 1943 года, после окончания битвы под Сталинградом, остатки итальянской армии были выведены с Восточного фронта.
Румыния

Румынский диктатор Ион Антонеску отдал приказ о нападении на СССР вместе с Германией. На территории Румынии уже находились 11-я немецкая армия и части 17-й немецкой армии, которые вместе с 3-й и 4-й румынскими армиями 22 июня 1941 года составили силы вторжения на этом направлении. Общая численность войск на советско-румынской границе составила 600 тысяч человек. Румынская авиация в первые часы боёв нанесла воздушные удары по территории СССР — Молдавской ССР, Черновицкой и Аккерманской областям Украинской ССР, Крымской АССР РСФСР. Одновременно с южного берега Дуная и правого берега Прута начался артиллерийский обстрел приграничных населённых пунктов.
Кондукэтор Румынии маршал Ион Антонеску. Фото времён Второй мировой войны.
Кондукэтор Румынии маршал Ион Антонеску. Фото времён Второй мировой войны. Фото: Commons.wikimedia.org

В тот же день после артподготовки румынские и германские войска форсировали Прут близ Куконешти-Веки, Скулен, Леушен, Чоры и в направлении Кагула, Днестр у Картал, а также попытались форсировать Дунай. План с плацдармами был реализован частично: уже 24 июня советские пограничники уничтожили все румынские войска на территории СССР, за исключением Скулен. Более того, в конце июня советским войскам удалось захватить на территории Румынии протяженностью 76 км. Однако перевес противника в силе и неудачи на других участках фронта заставили советские войска отступать.

Румынские войска принимали участие в оккупации Буковины и Бессарабии, осаде Одессы и вторжении в Крым, в боях на востоке Украины, в битве за Кавказ и Сталинградской битве.

Во время контрнаступления советских войск под Сталинградом румынские войска потеряли более 185 000 солдат и офицеров.

Поворот в войне резко изменил политическую ситуацию в стране. 23 августа 1944 года Антонеску был свергнут, а новые власти не только вышли из нацистского блока, но и вступили в антигитлеровскую коалицию. В конце 1944—1945 годах румынские сухопутные войска весьма активно сражались в составе советских фронтов.

В ходе военных действий на Восточном фронте против СССР румынская армия потеряла 630 000 человек, из них убитыми — 480 000.
Словакия

23 июня 1941 года войну СССР объявила Словакия. Государство, образовавшееся после раздела Чехословакии, выступало в качестве сателлита Третьего Рейха. Формальное присоединение Словакии к пакту стран Оси состоялось 15 июня 1941 года. Национальная армия состояла из двух дивизий и насчитывала 28 000 человек.

Немецкое командование не рассматривало словаков как серьезную военную силу. Тем не менее, с учетом настоятельной просьбы властей Словакии элитная бригада словацкой армии численностью 3500 человек была включена в состав 17-й немецкой армии.

Иосиф Сталин и Иоахим фон Риббентроп в августе 1939 года в Кремле. Аргументы и пакты. Зачем Сталин договорился с Гитлером?
Уже в первых боях 22 июня 1941 года словаки потерпели поражение, а немецкие военные отметили крайне низкий уровень подготовки союзников. Впоследствии, увеличив бригаду до численности дивизии, немцы использовали словацких солдат как вспомогательные силы на фронте и для антипартизанских действий в тылу. Власти Словакии настаивали на нахождении своих солдат на Восточном фронте, дабы защитить свои интересы от другого союзника Германии – Венгрии.

В словацкой армии процветало дезертирство, солдаты и офицеры уходили к партизанам. Деморализованные остатки словацкого войска были по указанию немецкого командования направлены в Италию, Румынию и Венгрию, где использовались как строительные части.

Летом 1944 года в Словакии началось антинацистское восстание, участниками которого стали словацкие военные. Несмотря на то, что к ноябрю 1944 года немцам удалось его подавить, вопрос об участии словацкой армии в войне на стороне Германии более не возникал.
Финляндия

26 июня 1941 года в войну на стороне Германии вступила Финляндия. В самой Финляндии называют эту войну «Войной – продолжением», имея ввиду «Зимнюю войну» 1939/1940 годов. На этом основании финны полагаю себя отдельной стороной конфликта, преследовавшей цель возвращения ранее утраченных территорий.

По состоянию на 22 июня 1941 года, для войны против СССР на территории Финляндии была развернута группировка немецко-финских войск общей численностью 407 500 человек (эквивалент 21,5 дивизий, из них 17,5 финских дивизий и 4 немецких дивизии).
ВОВ
Дело было в Майниле. Кто спровоцировал войну между СССР и Финляндией?
Подробнее

К концу 1941 года финская армия вернула территории, потерянные в «Зимней войне» и продолжила наступление, добравшись до Онежского озера и блокировав Ленинград с севера. Финны участвовали в боевых действиях против Северного флота, блокаде Ленинграда и обстрелах «Дороги жизни». Однако после поражения немцев под Москвой и вплоть до 1944 года эти бои носили оборонительный характер. Отдельные финские подразделения задействовались немцами на других участка советско-германского фронта.

Ленинградско-Новгородская, Выборгско-Петрозаводская им Свирско-Петрозаводская наступательные операции советских войск в 1944 году заставили финнов отступить с советской территории и поставили их на грань полного военного разгрома.

4 сентября 1944 года СССР и Финляндия подписали соглашение о прекращении огня. По условиям перемирия, Финляндия не только прекращала войну против СССР, но и обязалась начать боевые операции против немецких войск на своей территории.

Безвозвратные потери Финляндии в войне против СССР составили 84 337 человек — в том числе, 82 000 военнослужащих убитыми, умершими от ран и болезней и пропавшими без вести, а также 2377 пленными.
Венгрия

Венгрия объявила войну СССР 27 июня 1941 года. Формальным поводом стал бомбовый удар, якобы нанесенный советской авиацией по венгерской территории. Вопрос об этом бомбовом ударе остается спорным. В то же время режим венгерского диктатора Миклоша Хорти рассматривал вступление в войну с СССР как необходимость. Причиной были территориальные споры Венгрии с другими союзниками Германии – Словакией и Румынией. Правящие круги Венгрии опасались, что без участия в нападении на СССР они могут быть разрешены в пользу оппонентов.

22 июня 1941 г. Медсёстры оказывают помощь первым раненым после воздушного налёта фашистов. «Товарищу Ватутину — Румынию бомбить». Что происходило 22 июня 1941 года?
1 июля 1941 года по согласованию с германским Генеральным штабом венгерская Карпатская группа войск атаковала советскую 12-ю армию. В дальнейшем Карпатская группа действует в составе 17-й немецкой армии.

Активное участие венгерских войск в войне на советской территории продолжалось вплоть до Сталинградской битвы, когда в результате контрудара Красной Армии была разбита 2-я венгерская армия.

Венгерские власти предпринимали попытки выйти из войны, в марте 1944 года германские войска оккупировали Венгрию. Под контролем подразделений вермахта венгерские части продолжали сопротивление Красной Армии, оставаясь последними союзниками Германии. Окончательно венгерские подразделения сложили оружие 9 мая 1945 года на территории Австрии, сдавшись американцам.

Общие потери Венгрии составили около 800 000 военнослужащих убитыми и ранеными, еще более 500 000 попали в плен.

Андрей Сидорчик

17.03.2021, 11:33

http://www.aif.ru/society/history/tovarischu_vatutinu_rumyniyu_bombit_chto_proishodi lo_22_iyunya_1941_goda
19:03 07/04/2015

Первый день Великой Отечественной войны в документах Красной армии и гитлеровского вермахта.

22 июня 1941 г. Медсёстры оказывают помощь первым раненым после воздушного налёта фашистов. © / РИА Новости

История в военных приказах и донесениях

Ранним утром 22 июня 1941 года на советскую землю пришла страшная беда. Тишину летнего воскресного утра нарушил гул моторов бомбардировщиков нацистской Германии. Через несколько минут сброшенные ими бомбы обрушатся на головы жителей городов Советского Союза.

На всём протяжении западной границы СССР начнётся невиданное по своим масштабам военное вторжение, в котором участвовали 190 дивизий, 4 тысячи танков, 47 тысяч орудий и миномётов, около 4,5 тысяч самолётов.

Началась Великая Отечественная война, в которой на карту было поставлено само существование не только Советского Союза, но и населявших его народов.
«Я был уверен, война скоро кончится». Каким было 22 июня 41-го

Победа досталась дорогой ценой — война унесла жизни 27 миллионов советских граждан.

О первых трагических днях нацистского вторжения мы знаем много и одновременно не знаем почти ничего.

В канун 70-летия Великой Победы Министерство обороны России на своём интернет-портале открыло выставку «Первый день войны», экспозиция которой содержит коллекцию исторических документов из фондов Центрального архива МО РФ, посвящённых событиям первых дней начала великого противостояния.

Среди более 100 исторических документов много таких, которые до настоящего времени находились в закрытых фондах спецхрана и были ранее доступны только работникам архива и военным специалистам.

Опубликованные документы — свидетельства событий первых часов войны, настроений, которые царили среди командования Красной армии и генералитета вермахта.
Роковое лето. Можно ли было избежать Великой Отечественной войны?
Подробнее
«Разбомбить Кенигсберг и Мемель»

Из приказа Народного комиссара обороны № 2 от 22 июня 1941 года на 7:15 московского времени:

«…Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу. Впредь до особого распоряжения границу не переходить.

Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировки его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить основные группировки его наземных войск.
«Нападут на вас утром». Кто пытался предупредить СССР о немецком вторжении

Удары авиацией наносить на глубину германской территории на 100–150 километров. Разбомбить Кенигсберг и Мемель. На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.

Тимошенко, Маленков, Жуков».

В конце приказа дописано указание: «т. Ватутину — Румынию бомбить».

Из оперсводки № 1 Генерального штаба Красной армии на 10:00 22.6.1941:

«4:00 22.6.41 немцы без всякого повода совершили налёт на наши аэродромы и города и перешли границу наземными войсками.

…Противник, упредив наши войска в развёртывании, вынудил части Красной армии в процессе занятия исходного положения по плану прикрытия. Используя это преимущество, противнику удалось на отдельных направлениях достичь частного успеха.

Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Жуков».

Из боевого донесения штаба 3-й армии № 1 на 4:45 22 июня 1941 года командующему Западным Особым военным округом:

«Противник в 4:00 22.6 нарушил госграницу на участке от станции Сопоцкин до Августов, бомбит Гродно, в частности штаб армии. Проводная связь с частями нарушена, перешли на радио, две радиостанции уничтожено. Действуем в точном соответствии с директивой по прикрытию госграницы».

© РИА Новости
Так началась война: 22 июня 1941 года в фотографиях
В 1940 году Адольф Гитлер подписал основную директиву N 21 под кодовым названием “Барбаросса”. 22 июня 1941 года немецкая авиация бомбит советские города. Германия начала войну против СССР.
1/10 Фотографий
Перейти к фотоленте

В 1940 году Адольф Гитлер подписал основную директиву N 21 под кодовым названием “Барбаросса”. 22 июня 1941 года немецкая авиация бомбит советские города. Германия начала войну против СССР.
23 июня 1941 года в Киеве. Район Грушки.
Ленинградцы бегут по улицам города в первые дни войны. 1941
Лучи прожекторов войск ПВО освещают небо Москвы. Москва, июнь 1941 год.
Мобилизация. Колонны бойцов движутся на фронт. Москва, 23 июня 1941 года.
На Красной площади в первые дни войны. Москва, июнь 1941 год.
Новобранцы. 1941
Первый пленный немецкий солдат Альфред Лискоф 1941
Советские дети во время фашистской бомбежки под Минском в первые дни войны. 1941
Танковый полк при Военной Академии механизации и моторизации им. Сталина. Колонна танков на марше. Москва, июнь 1941 года.

PreviousNext

«Противник выбросил десант, численность десанта не установлена»

Из оперативной сводки штаба ВВС Западного Особого военного округа № 02 от 22 июня 1941 года на 20 часов 00 минут:

«…связи с тремя авиадивизиями не имею и оперативных сводок от них до сих пор добиться не смог…

На аэродроме Новый Двор уничтожено до 15 самолётов И-16 112-го истребительного авиаполка… На аэродроме Черлена уничтожена вся материальная часть полностью… вся материальная часть 41, 124, 126 и 129 ИАП уничтожена противником на аэродромах».
Где правда, где ложь? Эксперт развенчал мифы о Великой Отечественной войне

Из разведсводки штаба Прибалтийского Особого военного округа №3 на 12:00 22 июня 1941 года:

«После артиллерийской подготовки ВВС противника нарушили госграницу и начиная с 4:15 22.6.41 производили налёты и бомбардировку объектов на нашей территории. С 5:25 пехота и танки противника перешли в наступление…

В 6:00 22.6.41 мотоциклетный батальон с танками занял Кретинга и к 9:00 до полка пехоты занял Картена. В районе Вежайчей до батальона танков прорвались к Рьэтавас… в 7:30 танковый батальон противника занял Гавры…

…в 7:30 в район Воджгиры противник выбросил авиадесант, к 10:00 численность десанта не установлена…»
«Встречным ударом разбить противника»

Из боевого приказа штаба Киевского Особого военного округа командиру 15-го механизированного корпуса 22 июня 1941 года:

«По донесению командира 124 стрелковой дивизии, левый фланг дивизии отброшен на Стоянув. Крупные мотомехчасти противника обнаружены в движении на Радзехув.

Командующий войсками приказал 15 мк выдвинуться из занимаемого района в направлении Радзехув и встречным ударом разбить мотомехчасти противника и восстановить положение 124 сд.

Наштафронт Пуркаев».
Советские воины раздают хлеб жителям города Бреслау в годы Великой Отечественной войны. Европа неблагодарная. Что было бы, отбрось мы Гитлера ровно до своих границ

Из оперативной сводки штаба Юго-Западного фронта № 01 на 22 часа 00 минут 22 июня 1941 года:

«5 армия частями прикрытия ведёт упорные бои и продолжает сосредоточение войск по фронту. В районе Городло до 200 танков противника в 16:00 22.6.41 в готовности к форсированию р. Буг. В районе Ковель в 16:20 высажен авиадесант противника с 18 самолётов…

124 сд — обороняет фронт Баране Перитоки, Бобятын, Стоянув. На правом фланге дивизии противником занят Порыцк…

Авиация противника в течение дня неоднократно бомбардировала Луцк, Любомль, Влодзимеж, Ковель, Ровно. Сбито 4 самолёта противника…

По данным местных органов НКВД и райвоенкоматов, в районе Козова (юго-восточнее Брзежаны) и 12 км северо-западнее Залещики высажены парашютные десанты неустановленной численности; для их ликвидации брошены части 80 сд и 49 сд…»

Из оперативной сводки штаба 9-й армии № 02 от 22 июня 1941 года на 20 часов 00 минут:

«В течение дня румынские войска при поддержке германских частей вели активную разведку на всём фронте армии, пытаясь в ряде пунктов форсировать реки Прут и Дунай. Все атаки противника отбиты…

2/263 сп с 1/69 АП обороняет район Картал. Трофеи — сбито 5–7 самолётов противника, взято из состава экипажей 5 человек в плен. Потери — уточняются».
Мобилизация. Колонны бойцов движутся на фронт. Москва, 23 июня 1941 года
Мобилизация. Колонны бойцов движутся на фронт. Москва, 23 июня 1941 года. Фото: РИА Новости
«Русские запрашивали командование, что им делать»

Из дневника начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Гальдера, запись от 22 июня 1941 года:
Снятие фашистского орла со здания имперской канцелярии. Покаяние Берлина. Через 70 лет у немцев однозначное отношение к Победе СССР

«Пограничные мосты через р. Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолёты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать…

Перехвачена русская радиограмма: "Штаб 3-й армии разбит. Пришлите истребители"…

Командование ВВС сообщило, что наши военно-воздушные силы уничтожили 800 самолётов противника… Наши потери до сих пор составляют 10 самолётов… Я считаю, что русское командование благодаря своей неповоротливости в ближайшее время будет не в состоянии организовать противодействия нашему наступлению».
«Население уходит на восток»

Из утреннего донесения оперативного отдела группы армий «Центр» от 22 июня 1941 года на 8 часов 00 минут:

«На участке 4-й армии наступление продолжается успешно. В общем отмечается слабое сопротивление противника. По-видимому, противник на всех участках застигнут врасплох…

Сопротивление в Бресте оказывается главным образом в городской части — в крепости…

Преждевременно перешедшие в наступление подразделения 800 полка особого назначения на Августов были противником отброшены назад…

На участке 8-го армейского корпуса отмечается действие одной тяжёлой артиллерийской батареи противника…

39-й моторизованный корпус к 6:15 достиг района Мурганинкай (5 км юго-западнее Калвария). Мосты у Свентоянск и через реку Неман в районе Меречь и Алитус до сих пор не разрушены.

Население уходит на восток».
Мобилизация. Колонны бойцов движутся на фронт. Москва, 23 июня 1941 года
Мобилизация. Колонны бойцов движутся на фронт. Москва, 23 июня 1941 года. Фото: РИА Новости
«Там, где противник встречался, он стоял насмерть»

Из донесения разведотдела штаба 4-й немецкой армии на 7:30 22 июня 1941 года:
Советские солдаты. 1941 год. «Ни шагу назад»: отрезвляющая пощёчина. Мифы и правда о приказе № 227

«Приграничные позиции частично не заняты. Противник совершенно застигнут врасплох, что подтверждается данными воздушной разведки и радиоперехватом русских (донесения передаются открытым текстом). Пленных мало…

Настроение у русских плохое, в частности из-за плохо продовольственного снабжения. Солдаты ничего не хотят слышать о политике. Во время боевых действий каждому солдату полагается комплект патронов из 15 штук».

Из отчёта о боевых действиях штаба 3-й немецкой танковой группы за 22 июня 1941 года:

«Там, где противник встречался, он оказывал ожесточённое и храброе сопротивление, стоял насмерть. Донесений о перебежчиках и о сдавшихся в плен ниоткуда не поступало. Поэтому бои отмечались большей ожесточённостью, чем во время польской кампании или Западного похода…

Одиночный советский боец отличался большим упорством, чем русский солдат эпохи мировой войны, что должно быть следствием большевистских идей, которые к тому же подогревались политическими комиссарами (которые сами из предосторожности сняли с себя знаки различия и носили солдатские шинели). В нём чувствовался результат господства советской власти, которая воспитала в нём бесчувственность и действительное презрение к смерти».

22 июня 1941 года подходило к концу. Впереди были ещё 1417 дней войны…

Война ТВ

19.03.2021, 06:52

ldsl3fJCFPc
https://youtu.be/ldsl3fJCFPc

Foto_history

21.03.2021, 07:48

http://foto-history.livejournal.com/10862325.html
June 2017
https://img-fotki.yandex.ru/get/102548/115662641.204/0_18025b_bd788e87_orig.jpg
1941 г. Немецкий танк ночью заплутал и попал в русскую колонну:

"К этому времени наступила полночь. Луна зловеще осветила странную картину. Мы двигались мимо идущих маршевой колонной русских. Они не обращали на нас внимания. Опьяненные сном, они клевали носом в своих телегах.
Время от времени Яков (наш проводник-переводчик) дружески окликал их. У нас уже началось головокружение. Мы шли километр за километром во вражеской колонне. Никто в темноте нас не узнавал. Воистину это был смелый ход!
Мы свернули и продолжили движение по лесной дороге. Неожиданно перед нами возникла деревня. Пройдя по длинному деревянному мосту, мы добрались до ее центра. Затем мы остановились. Согласно карте, мы должны были находиться в Добротово. На деревенской площади клевал носом русский часовой; его винтовка сползла с плеч.
Я поставил танк в тени дерева и неспешно направился к нему вместе с Яковом и лейтенантом Виллиром. Мы пожелали ему доброго вечера и предложили сигарету, за которой он жадно потянулся. Быстро оглядевшись по сторонам, мы увидели, что по всей деревне стоят телеги.

Из темноты один за другим появились солдаты. Нас троих окружило 30-40 вооруженных русских солдат, опершихся на свои винтовки. Это была кавалерийская часть. Они не хотели идти с нами, сначала должны были спросить у своих комиссаров. Мы пытались убедить русских, что сопротивление бесполезно.
Затем перед нами неожиданно возник русский и бегло выпалил по-немецки:
- Что вам тут надо?
Положение становилось для нас критическим. Но, несмотря на это, мы дерзко ответили:
- Мы хотим забрать вас в плен.

Но он на это не отреагировал. Он схватил винтовку:
- Что за бред! Сорок вооруженных красноармейцев против всего-навсего вас троих! Да мы разорвем вас на куски!
Я вытащил из кобуры свой 08 и подумал, в кого я выстрелю первым и насколько далеко от меня мой танк. Но не показал виду. Я смело глянул в лицо парню и заставил себя сохранять спокойствие. Я предложил ему сигарету, но он отказался. Несколько русских отошли в сторону, перешептываясь. Они явно не ждали ничего хорошего.
- Пойдем со мной к танку. Там много сигарет, - предложил я.
https://img-fotki.yandex.ru/get/17865/115662641.204/0_18025c_3567a794_orig.jpg
Эти сорок шагов показались бесконечным расстоянием. Вступать с ними в перестрелку? За мной шла целая толпа. Будут они стрелять нам в спину или нет?
Спокойно, приказывал я себе, несмотря на то что ощущал, как по спине пробежали мурашки. Но даже эти сорок шагов были пройдены, и я почувствовал себя лучше. Я снова сидел в своем танке и раздавал сигареты.
Наш переводчик-проводник о чем то весело болтал с русскими. Незаметно я положил на колени автомат. Мне захотелось побыстрее убраться отсюда! Я пресек импровизированную дискуссию, сказав им, что собираюсь двинуться дальше.
Танк вздрогнул и завелся. Камень свалился у нас с плеч, едва мы завернули за ближайший угол и пропали в ночи. Черт побери, все едва не провалилось! Но в конце концов все завершилось для нас благополучно. Найдя укромное место в лесу мы дождались утра. Руские к этому времени уже ушли из деревни." - из воспоминаний обер-лейтенана Артура Волльшлегера.
https://img-fotki.yandex.ru/get/197807/115662641.206/0_1802a5_8b9aad0a_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/165720/115662641.205/0_18029c_c593e0d9_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/17865/115662641.204/0_18026b_21a4065d_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/9509/115662641.204/0_18026e_8e29dfaf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/107080/115662641.204/0_18025d_5cabcaf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/6312/115662641.204/0_18025e_9f06baf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/56796/115662641.204/0_18025f_c352b78e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198488/115662641.204/0_180260_2f576da1_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/197741/115662641.204/0_180261_95c688fc_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195990/115662641.204/0_180262_8fda73bd_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/150569/115662641.204/0_180263_4f165b89_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/5401/115662641.204/0_180264_877bf1c8_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/6109/115662641.204/0_180265_3906670c_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/174613/115662641.204/0_180266_4caac215_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195990/115662641.204/0_180267_b62bfe6e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/26/115662641.204/0_180268_ab189275_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/118982/115662641.204/0_180269_e5fc577b_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/220200/115662641.204/0_18026a_2698e1af_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/104700/115662641.204/0_18026c_b9551d9e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/114758/115662641.204/0_18026d_fcd66a59_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/6109/115662641.204/0_18026f_a9c02f29_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/98813/115662641.205/0_180270_d9436543_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4120/115662641.205/0_180271_c178cfa1_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/3913/115662641.205/0_180272_db0c1c30_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4610/115662641.205/0_180273_ed6ab430_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/118982/115662641.205/0_180274_ab18d39_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/59023/115662641.205/0_180276_a64ef08a_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4707/115662641.205/0_180277_c07ae427_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/62701/115662641.205/0_180278_80107e83_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/150569/115662641.205/0_180279_9dfa60d5_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/242441/115662641.205/0_18027a_eba60cd2_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/239438/115662641.205/0_18027b_67a95257_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/6607/115662641.205/0_18027c_ea39b8e4_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/48890/115662641.205/0_18027d_191c0e2b_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/196060/115662641.205/0_18027e_d5620e93_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195125/115662641.205/0_18027f_2776a0bf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/93917/115662641.205/0_180280_5260e5e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/165720/115662641.205/0_180281_56aaa3bc_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4412/115662641.205/0_180282_9cb92f12_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/93917/115662641.205/0_180283_bd37a26b_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/220200/115662641.205/0_180284_94010d1f_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/59572/115662641.205/0_180285_bc31d726_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/62701/115662641.205/0_180286_714dd2b9_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/3210/115662641.205/0_18028b_b07b9f91_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/114758/115662641.205/0_18028c_790f2fe0_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/220200/115662641.205/0_18028d_d3f6996_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/49312/115662641.205/0_18028f_4865977e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/118982/115662641.205/0_180290_aec2bb35_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/94189/115662641.205/0_180291_8337955_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/169608/115662641.205/0_180292_a966b9fa_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/98619/115662641.205/0_180293_f785be4d_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/150569/115662641.205/0_180294_334585ac_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/241199/115662641.205/0_180295_9b9d0103_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198613/115662641.205/0_180296_899daacf_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/194549/115662641.205/0_180299_fc44d99e_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/93917/115662641.205/0_18029a_1bcebff3_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/62701/115662641.205/0_18029d_7977970b_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4412/115662641.205/0_18029e_d42ab925_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198026/115662641.205/0_18029f_fdbccca2_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/220200/115662641.205/0_1802a0_103e0844_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/242441/115662641.205/0_1802a1_2dd5d712_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4607/115662641.206/0_1802a2_de8d33dd_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/196121/115662641.206/0_1802a4_5d48d61f_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/5411/115662641.206/0_1802a6_b5b74799_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/5409/115662641.206/0_1802a7_49e727b8_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/164839/115662641.206/0_1802a8_6678439a_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/101645/115662641.206/0_1802a9_8fa51f07_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195637/115662641.206/0_1802aa_cd09ddb0_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/220200/115662641.206/0_1802ab_a809e140_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/4119/115662641.205/0_180297_5aa8c86d_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195125/115662641.205/0_180287_8dfd5ea8_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/169883/115662641.205/0_180288_230daef4_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198998/115662641.205/0_180289_e58b6d90_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/198998/115662641.205/0_180289_e58b6d90_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/143523/115662641.205/0_18028a_95d36f32_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/9806/115662641.205/0_18029b_ae0e1142_orig.jpg
https://img-fotki.yandex.ru/get/195990/115662641.205/0_18028e_8cbb5d0_orig.jpg

Foto_history

21.03.2021, 07:52

http://foto-history.livejournal.com/10899549.html
Name: история в фотографиях
yVa8dDpRAp0
https://youtu.be/yVa8dDpRAp0
Мне кажется порою, что солдаты,
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю эту полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей.
June 2017
http://ic.pics.livejournal.com/sergpodzoro/46530753/164203/164203_800.jpg
PQbfl7qxlW8
https://youtu.be/PQbfl7qxlW8
До свидания, мальчики
d_zh92Xv4QI
https://youtu.be/d_zh92Xv4QI
Он не вернулся из боя
Дымилась роща под горою
И вместе с ней горел закат
Нас оставалось только двое
Из восемнадцати ребят.
Как много их, друзей хороших
Лежать осталось в темноте
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.
2l1bBzv-u6U
https://youtu.be/2l1bBzv-u6U
PS06mV4k9yQ
https://youtu.be/PS06mV4k9yQ
Вечный огонь (Те кто брал Берлин)
sDGLFLKa5o4
https://youtu.be/sDGLFLKa5o4
Смерть не страшна,
С ней не раз мы встречались в степи,
Вот и теперь надо мною она кружится.
Ты меня ждёшь
И у детской кроватки не спишь,
И поэтому знаю - со мной
Ничего не случится.
_L_FfLFYyaE
https://youtu.be/_L_FfLFYyaE
Нам нужна одна победа

Нас извлекут из под обломков,
Поднимут на руки каркас,
И залпы башенных орудий
В последний путь проводят нас.
IWqxXZqhdhc
https://youtu.be/IWqxXZqhdhc
da1e9Sz8I8k
https://youtu.be/da1e9Sz8I8k
e1gdH_aPVa8
https://youtu.be/e1gdH_aPVa8
Туман- туман
VzS_4CNQQGA
https://youtu.be/VzS_4CNQQGA
Полем, вдоль берега крутого,
Мимо хат,
В серой шинели рядового
Шел солдат.
Шел солдат, преград не зная
Шел солдат, друзей теряя,
Часто, бывало,
Шел без привала,
Шел вперед солдат.
hu3994RS7VI
https://youtu.be/hu3994RS7VI
Мы так давно, мы так давно не отдыхали.
Нам было просто не до отдыха с тобой.
Мы пол-Европы по-пластунски пропахали,
И завтра, завтра, наконец, последний бой.

Еще немного, еще чуть-чуть,
Последний бой - он трудный самый
А я в Россию, домой хочу,
Я так давно не видел маму!
UB1bpf4FmiM
https://youtu.be/UB1bpf4FmiM
А мы с тобой,брат,из пехоты
v1hxAziqkdA
https://youtu.be/v1hxAziqkdA
Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда идти теперь солдату,
Кому нести печаль свою?
TGyvj6Tnj7M
https://youtu.be/TGyvj6Tnj7M
Баллада о матери

Foto_history

21.03.2021, 07:58

http://foto-history.livejournal.com/10897295.html

22nd-Jun-2017 04:35 pm

Ровно 76 лет назад, 22 июня 1941 года в 4 утра без объявления войны фашистская Германия и её союзники напали на Советский Союз. Бомбардировкам подверглись Рига, Виндава, Либава, Шауляй, Каунас, Вильнюс, Гродно, Лида, Волковыск, Брест, Кобрин, Слоним, Барановичи, Бобруйск, Житомир, Киев, Севастополь и многие другие города, железнодорожные узлы, аэродромы, военно-морские базы СССР, осуществлялся артиллерийский обстрел пограничных укреплений и районов дислокации советских войск вблизи границы от Балтийского моря до Карпат. В 5-6 часов немецко-фашистские войска перешли Государственную границу СССР и повели наступление в глубь советской территории. Началась Великая Отечественная война.
sailmeWkm_A
https://youtu.be/sailmeWkm_A
http://img-fotki.yandex.ru/get/9825/225044291.f9/0_fad94_a486993f_XXL.jpg
Небольшая подборка фото о начале этой страшной войны.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9497/225044291.f8/0_fad82_95ebcfa7_XXL.jpg
1. Войска фашистской Германии переходят пограничную реку. 22 июня 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9819/225044291.f8/0_fad83_ff1965d_XXL.jpg
2. Начало боевых действий фашистской Германии против СССР. Литовская ССР. 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9766/225044291.f8/0_fad84_7772d576_XXL.jpg
3. Начало боевых действий фашистской Германии против СССР. Белорусская ССР. 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9742/225044291.f8/0_fad85_d5e8e329_XXL.jpg
4. Части германской армии вступили на территорию СССР. Июнь 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9260/225044291.f8/0_fad86_2a1dba12_XXL.jpg
5. Части германской армии вступили на территорию СССР. Июнь 1941 г.

http://img-fotki.yandex.ru/get/9090/225044291.f8/0_fad89_dfcfdbbd_XXL.jpg
6. Части германской армии вступили на территорию СССР. Июнь 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9746/225044291.f8/0_fad87_48b985df_XXL.jpg
7. Дети во время традиционного праздника, посвященного окончанию учебного года. Молотов. 22 июня 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/5011/225044291.f8/0_fad88_cf168c95_XXL.jpg
8. Москвичи слушают по радио заявление Советского правительства о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз. 22 июня 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9824/225044291.f8/0_fad8a_efcb39f1_XXL.jpg
9. Рабочие завода «Серп и Молот» слушают заявление Советского правительства о вероломном нападении фашистской Германии на СССР. Москва. 22 июня 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9091/225044291.f8/0_fad8b_b5b67449_XXL.jpg
10. Митинг трудящихся Тамбова в связи с нападением фашистской Германии на Советский Союз. 22 июня 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9743/225044291.f8/0_fad8c_b0d5959f_XXL.jpg
11. Митинг жителей Омска в связи с вероломным нападением немецко-фашистских захватчиков на Советский Союз. 1941 г.
http://img-fotki.yandex.ru/get/9260/225044291.f8/0_fad8d_f2db268f_XXL.jpg
12. Жители Владивостока слушают по радио сообщение о нападении гитлеровской Германии на СССР. 22 июня 1941 г.

Foto_history

21.03.2021, 08:05

http://foto-history.livejournal.com/10897941.html

June 2017
https://img-fotki.yandex.ru/get/171750/67000176.391/0_c99d5_476fe5e8_XL.jpg
Тот самый длинный день в году

С его безоблачной погодой

Нам выдал общую беду

На всех, на все четыре года.

Она такой вдавила след

И стольких наземь положила,

Что двадцать лет, и тридцать лет

Живым не верится, что живы.

А к мертвым, выправив билет,

Все едет кто-нибудь из близких,

И время добавляет в списки

Еще кого-то, кого нет...

И ставит,

ставит
обелиски.

К.Симонов
*** ВСПОМНИМ!
https://img-fotki.yandex.ru/get/759574/67000176.399/0_ca8f8_2f98b305_XL.jpg
1
https://img-fotki.yandex.ru/get/25939/67000176.346/0_bec9b_102d8024_XL.jpg
2
https://img-fotki.yandex.ru/get/103922/67000176.346/0_bec9d_a156fa6a_XL.jpg
3
https://img-fotki.yandex.ru/get/48278/67000176.346/0_bec9f_9bff1c57_XL.jpg
4
https://img-fotki.yandex.ru/get/131107/67000176.346/0_beca2_b02ccc32_XL.jpg
5
https://img-fotki.yandex.ru/get/43800/67000176.346/0_beca3_53ac5c12_XL.jpg
6
https://img-fotki.yandex.ru/get/107800/67000176.346/0_beca5_50f0379a_XL.jpg
7
https://img-fotki.yandex.ru/get/52325/67000176.346/0_beca8_d064844e_XL.jpg
8
https://img-fotki.yandex.ru/get/174352/67000176.391/0_c99ec_7879646f_XL.jpg
9
https://img-fotki.yandex.ru/get/251308/67000176.391/0_c99ed_21b1334b_XL.jpg
10
https://img-fotki.yandex.ru/get/194869/67000176.391/0_c99ef_3bb5aa41_XL.jpg
11
https://img-fotki.yandex.ru/get/51322/67000176.391/0_c99f1_fd2ce73e_XL.jpg
12
https://img-fotki.yandex.ru/get/246231/67000176.391/0_c99f6_ca917616_XL.jpg
13
https://img-fotki.yandex.ru/get/195518/67000176.391/0_c99f7_54a4332e_XL.jpg
14
https://img-fotki.yandex.ru/get/50623/67000176.346/0_bec97_14027301_XL.jpg
15
https://img-fotki.yandex.ru/get/48448/67000176.346/0_beca1_6ce4a285_XL.jpg
16
https://img-fotki.yandex.ru/get/107800/67000176.346/0_bec98_3db02b7d_XL.jpg
17

22nd-Jun-2017 06:03 pm

Википедия

22.03.2021, 08:51

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F_% C2%AB%D0%91%D0%B0%D1%80%D0%B1%D0%B0%D1%80%D0%BE%D1 %81%D1%81%D0%B0%C2%BB
Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Основной конфликт: Великая Отечественная война
Вторая мировая война
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/5f/Operation_Barbarossa_Infobox.jpg/450px-Operation_Barbarossa_Infobox.jpg
Продвижение вермахта вглубь СССР
Дата

22 июня — 30 сентября 1941 года
Место

СССР: Украинская ССР, Белорусская ССР, Молдавская ССР, Литовская ССР, Латвийская ССР, Эстонская ССР; области РСФСР: Псковская, Смоленская, Курская, Орловская, Ленинградская, Белгородская.
Причина

военная агрессия нацистской Германии и её союзников

Итог

оперативный — поражение советских войск в приграничных сражениях и отступление вглубь страны при относительно малых потерях вермахта и союзников Германии;
стратегический итог — провал стратегии блицкрига, рассчитанной на разгром СССР в ходе кампании 1941 года.

Противники

Flag of the Soviet Union (1923-1955).svg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngСССР
при поддержке:
Flag of the United Kingdom.svg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/a/ae/Flag_of_the_United_Kingdom.svg/33px-Flag_of_the_United_Kingdom.svg.pngВеликобритания

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7c/Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg/33px-Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg.pngГермания
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/73/Flag_of_Romania.svg/33px-Flag_of_Romania.svg.png Королевство Румыния
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/a/ad/Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg/33px-Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg.png Италия
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/8/8b/Flag_of_Hungary_%281915-1918%2C_1919-1946%29.svg/33px-Flag_of_Hungary_%281915-1918%2C_1919-1946%29.svg.png Венгрия (С 27 июня 1941 года)
Flag of Finland.svg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/b/bc/Flag_of_Finland.svg/33px-Flag_of_Finland.svg.pngФинляндия (С 25 июня 1941)
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7e/Flag_of_First_Slovak_Republic_1939-1945.svg/33px-Flag_of_First_Slovak_Republic_1939-1945.svg.png Словакия
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/3/3d/Flag_of_Spain_%281938_-_1945%29.svg/33px-Flag_of_Spain_%281938_-_1945%29.svg.png Испанские добровольцы
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/c/c7/Flag_of_Independent_State_of_Croatia.svg/33px-Flag_of_Independent_State_of_Croatia.svg.png Хорватские добровольцы

Командующие
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/70/Znamya-GOZNAK-R.jpg/33px-Znamya-GOZNAK-R.jpg
Znamya-GOZNAK-R.jpg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngИосиф Сталин
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngСемён Тимошенко
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngГеоргий Жуков
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngФёдор Кузнецов
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngДмитрий Павлов †
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngМихаил Кирпонос †
Союз Советских Социалистических Республик https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/58/Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg/33px-Flag_of_the_Soviet_Union_%281923-1955%29.svg.pngИван Тюленев
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/12/Standarte_Adolf_Hitlers.svg/33px-Standarte_Adolf_Hitlers.svg.png
Standarte Adolf Hitlers.svg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7c/Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg/33px-Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg.pngАдольф Гитлер Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой Вальтер фон Браухич
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7c/Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg/33px-Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg.pngВильгельм Риттер фон Лееб
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7c/Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg/33px-Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg.pngФедор фон Бок
Красный флаг, в центре которого находится белый круг с чёрной свастикой https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7c/Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg/33px-Flag_of_the_German_Reich_%281935%E2%80%931945%29.s vg.pngГерд фон Рундштедт
Королевство Румыния https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/73/Flag_of_Romania.svg/33px-Flag_of_Romania.svg.pngИон Антонеску
Финляндия https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/b/bc/Flag_of_Finland.svg/33px-Flag_of_Finland.svg.pngГустав Маннергейм
Королевство Италия (1861—1946) https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/a/ad/Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg/33px-Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg.pngДжованни Мессе
Королевство Италия (1861—1946) https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/a/ad/Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg/33px-Flag_of_Italy_%281861-1946%29.svg.pngИтало Гарибольди
Флаг Венгрии (1919—1946) https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/8/8b/Flag_of_Hungary_%281915-1918%2C_1919-1946%29.svg/33px-Flag_of_Hungary_%281915-1918%2C_1919-1946%29.svg.png Миклош Хорти
Флаг Словакии (1939-1945) https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/7/7e/Flag_of_First_Slovak_Republic_1939-1945.svg/33px-Flag_of_First_Slovak_Republic_1939-1945.svg.png Йозеф Тисо
Flag of Spain (1938 - 1945).svg https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/3/3d/Flag_of_Spain_%281938_-_1945%29.svg/33px-Flag_of_Spain_%281938_-_1945%29.svg.pngАгустин Муньос Грандес

Силы сторон

4,05 млн человек + 619 тыс. Резерв ГК (ВСЭ)
13 981 танк

9397 самолётов
(7758 исправных)

52 666 орудий и миномётов[1]

7 млн 234 тыс. человек
+ 0,85 млн союзники Германии
4215 танков
+ 402 танка союзников
4,36 тыс самолётов
+ 964 самолёта союзников
43 812 орудий и миномётов
+ 6673 орудий и миномётов союзников[2]

Потери

2 630 067 убитыми и пленными
877 815 ранеными и больными[3]

Потери с 22.06. по 05.12.1941

209.918 убитых и пропавших без вести,

620.628 раненых, заболевших и обмороженных,

10.996 пленных

Итог: 941.542 человека[4][5]

Великая Отечественная война

Вторжение в СССР • Карелия • Заполярье • Ленинград • Донбасс—Ростов • Москва • Горький • Севастополь • Барвенково-Лозовая • Демянск • Ржев • Харьков • Воронеж-Ворошиловград • Сталинград • Кавказ • Великие Луки • Острогожск-Россошь • Воронеж-Касторное • Курск • Смоленск • Донбасс • Днепр • Правобережная Украина • Крым • Белоруссия • Львов-Сандомир • Яссы-Кишинёв • Восточные Карпаты • Прибалтика • Курляндия • Бухарест-Арад • Болгария • Белград • Дебрецен • Гумбиннен-Гольдап • Будапешт • Апатин-Капошвар • Польша • Западные Карпаты • Восточная Пруссия • Нижняя Силезия • Восточная Померания • Моравска-Острава • Верхняя Силезия • Балатон • Вена • Берлин • Прага

Операция «Барбаросса»

Брест • Белосток-Минск • Прибалтика • Дубно — Луцк — Броды • Бессарабия и Буковина • Могилёв • Витебск • Псков • Смоленск • Таллин • Одесса • Ленинград • Умань • Тирасполь-Мелитополь • Киев • Моонзунд • Орёл-Брянск • Вязьма • Донбасс—Ростов • Харьков (1941) • Москва • Крым

Операция «Барбаро́сса» (Директива № 21. План «Барбаросса»; нем. Weisung Nr. 21. Fall Barbarossa, в честь короля Германии и императора Священной Римской империи Фридриха I Барбаросса) — разработанный в 1940—1941 гг. план нападения Германии на СССР и одноимённая военная операция, осуществлявшаяся в соответствии с этим планом на начальной стадии Великой Отечественной войны.

Решение Гитлера осуществить операцию «Барбаросса» стало поворотным в истории Третьего рейха, приведшим к его краху четыре года спустя. При разработке плана «Барбаросса», рассчитанного только на «молниеносную войну», изначально была допущена недооценка противника и не учтена возможность перерастания быстротечной войны в затяжную [6].

Содержание

1 Подготовка к войне
1.1 Маскировка и дезинформация
1.1.1 Участие высших должностных лиц в дезинформационных мероприятиях
1.1.2 Маскировка мероприятий вооружённых сил по подготовке «восточного похода»
1.2 Стратегическая воздушная разведка
2 Расстановка сил
2.1 Германия и союзники
2.2 СССР
3 Первая фаза. Вторжение. Приграничные сражения (22 июня — 10 июля 1941)
3.1 Начало вторжения
3.2 Северное направление
3.3 Центральное направление
3.4 Южное направление
3.5 Итоги приграничных сражений
4 Особенности действий советских войск в приграничных сражениях
5 Сколько продержится Россия?
6 Вторая фаза. Наступление немецких войск по всему фронту (10 июля — август 1941 года)
6.1 Северное направление
6.2 Наступление на Ленинград
6.3 Центральное направление
6.4 Южное направление
6.5 Сражение под Киевом
6.6 Продолжение наступления на юге
7 Кризис наступления по плану «Барбаросса»
7.1 Директива № 33
7.1.1 Дополнение к директиве № 33
7.2 Директива ОКВ № 34
7.2.1 Дополнение к директиве № 34
8 Поворот от Москвы
8.1 Оценка решения Гитлера
9 Итоги операции «Барбаросса»
10 См. также
11 Комментарии
12 Примечания
13 Литература
14 Ссылки

Подготовка к войне
Маскировка и дезинформация

С самого начала планирования войны против СССР важное место в деятельности германского военно-политического руководства и командования вермахта занимали вопросы дезинформации, стратегической и оперативной маскировки[6], имевшие целью введение руководства СССР в заблуждение относительно сроков возможного нападения Германии на Советский Союз[7].

Создавая благоприятные условия для подготовки к войне, Гитлер прикрывал свои агрессивные замыслы мероприятиями дипломатического характера, которые были призваны демонстрировать советскому руководству сравнительно высокий уровень развития советско-германских отношений. На фоне демонстрации этих «добрососедских» отношений началась постепенная переброска германских войск с западного на восточное направление и поэтапное оборудование театра будущей войны (см. Ауфбау Ост). Наращивание объёмов производства оружия, военной техники и других товаров военного предназначения, а также проведение дополнительных мобилизационных мероприятий объяснялись необходимостью ведения войны против Великобритании[7].

Оценивая проведённые мероприятия по дезинформации советского руководства, Геббельс в своем дневнике летом 1941 г. сделал запись: «…Фюрер чрезвычайно доволен тем, что маскировка приготовлений к восточному походу вполне удалась… Весь манёвр проведён с невероятной хитростью»[7].
Участие высших должностных лиц в дезинформационных мероприятиях

В разработке и проведении основных дезинформационных мероприятий принимали участие сам Гитлер, министр иностранных дел Риббентроп, министр пропаганды Геббельс, начальник генштаба сухопутных войск Гальдер, начальник отдела Е (контрразведка) IV управления РСХА (гестапо) В. Шелленберг, начальник службы военной разведки и контрразведки адмирал В. Канарис и некоторые другие высокопоставленные чиновники. Основные мероприятия по дезинформации советского руководства проводились под непосредственным руководством Гитлера и в некоторых случаях при его личном участии[7].

В распространении дезинформационных сведений принимали участие высшие должностные лица германского руководства, германские послы и дипломаты, военные атташе, сотрудники политической и военной разведки Германии, которые действовали в европейских странах и на Дальнем Востоке, члены германских правительственных и торгово-экономических делегаций, посещавших Москву и столицы других европейских государств, германские средства массовой информации[7].

Дезинформационные мероприятия в политической области должны были демонстрировать приверженность Гитлера советско-германскому пакту о ненападении, убеждать советское руководство в отсутствии у Германии территориальных претензий к СССР, активизировать советско-германские контакты на высшем уровне для обсуждения различных международных проблем, что позволяло бы создавать у советских представителей положительное впечатление о состоянии советско-германских отношений. Большое значение придавалось тому, чтобы не допустить создания в Европе блока антифашистских государств[7].

Первой крупной политической акцией, призванной замаскировать подготовку Германии к войне против СССР, продемонстрировать доверительный уровень германско-советских отношений и твёрдое намерение военно-политического руководства Германии добиться победы в войне против Англии, стали официальные послания Гитлера советскому руководству в конце сентября 1940 года, в которых фюрер вначале известил Сталина о предстоящем подписании пакта с Японией, а затем предложил ему принять участие в дележе «английского наследства» в Иране и Индии. 13 октября Сталин получил письмо от министра иностранных дел Германии Риббентропа, в котором содержалось приглашение наркому иностранных дел СССР Молотову прибыть с визитом в Берлин. В этом письме Риббентроп также особо подчеркнул, что «…Германия полна решимости вести войну против Англии и её империи до тех пор, пока Британия не будет окончательно сломлена…». В Кремле, доверившись содержанию послания Гитлера, предположили, что наиболее вероятным сроком обострения советско-германских отношений может стать период после окончания англо-германского военного конфликта, который может завершиться через два-три года, то есть в 1942—1943 гг. 12-13 ноября в Берлине состоялись переговоры Риббентропа и Молотова, на которых советскому руководству вновь предложили заняться «дележом наследства Англии», убеждая, таким образом, СССР в том, что война с Англией является первостепенной задачей для Германии на ближайшие годы. По их завершению в печати было опубликовано официальное сообщение о том, что «…обмен мнениями протекал в атмосфере взаимного доверия и установил взаимное понимание по всем важнейшим вопросам, интересующим СССР и Германию». Эта фраза в проект сообщения, подготовленного Молотовым, была вставлена по указанию Сталина. Германская сторона приняла такую формулировку без возражений. Между тем ещё 12 ноября Гитлер подписал директиву № 18, которой приказал продолжать подготовку плана войны против СССР «…независимо от результатов» переговоров с Молотовым[7].

Через месяц после переговоров в Берлине, 18 декабря 1940 года, Гитлер подписал директиву № 21 (операция «Барбаросса») о подготовке к войне против Советского Союза, начинавшуюся с указания: «…Германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании ещё до того, как будет закончена война против Англии». А уже на следующий день Гитлером был устроен торжественный приём для нового посла СССР в Германии В. Г. Деканозова[7].

Вводя в заблуждение Сталина, Гитлер стремился некоторое время держать в неведении относительно своих военных планов и лидеров союзных Германии государств. Предпринимались все меры в целях исключения любой утечки сведений о подготовке Германии к нападению на Советский Союз[7].

Маскировка мероприятий вооружённых сил по подготовке «восточного похода»

6 сентября 1940 года был издан специальный приказ начальника штаба ОКВ о маскировке всех мероприятий, связанных с подготовкой «восточного похода». Приказ, в частности, требовал[6][7]:

1. Маскировать общую численность немецких войск на востоке по возможности распространением слухов и известий о якобы интенсивной замене войсковых соединений в этом районе. Передвижение войск обосновывать их переводом в учебные лагеря, переформированием и т. п.
2. Создать впечатление, что основное направление в наших перемещениях сдвинуто в южные районы генерал-губернаторства, в протекторат и Австрию и что концентрация войск на севере сравнительно невелика…
4. Распространять соответствующим образом подобранные сведения для создания впечатления, будто после западного похода противовоздушная оборона на востоке серьёзно усиливается и что зенитные средства всех важных объектов укрепляются за счет трофейной французской техники.
5. Работы по улучшению сети шоссейных и железных дорог и аэродромов объяснять необходимостью развития только что завоёванных восточных областей, ссылаясь при этом на то, что они ведутся нормальными темпами и служат главным образом экономическим целям.

3 февраля 1941 года на секретном совещании у фюрера, на котором присутствовали начальник генштаба ОКВ и начальник штаба оперативного руководства вермахта, Гитлер ещё раз дал указание «…сосредоточение и развертывание войск по плану „Барбаросса“ маскировать посредством дезинформации относительно осуществления операции „Морской лев“ и второстепенной операции „Марита“»[7].

В январе 1941 года переброска германских войск с запада на восток активизировалась и проводилась ускоренными темпами. Прикрывая сосредоточение войск в районах, прилегающих к южной границе СССР, командование германских войск объясняло это тем, что все подобные мероприятия якобы вызваны необходимостью предотвращения попыток английского проникновения на Балканы. Именно этим предполагаемым актом со стороны Англии Германия объясняла необходимость введения её войск в Румынию и Болгарию[7].

15 февраля 1941 года генерал-фельдмаршал В. Кейтель подписал распоряжение по дезинформации и маскировке подготовки нападения на СССР в период сосредоточения и развёртывания германских войск, где проведение дезинформационных мероприятий разбивалось на два этапа. На первом (примерно до середины апреля 1941 г.) предусматривалось создавать ложное представление относительно намерений немецкого командования, акцентируя внимание на планах вторжения в Англию, а также на подготовке операции «Марита» (на Балканах) и «Зонненблюме» (в Северной Африке). Переброски войск для операции «Барбаросса» предлагалось изображать как обмен сил между Западом, Германией и Востоком, либо как подтягивание тыловых эшелонов для операции «Марита», либо как подготовку обороны на случай советского нападения. На втором этапе, когда скрыть подготовку станет уже невозможно, стратегическое развёртывание сил для операции «Барбаросса» должно было изображаться как «крупнейший в истории войн отвлекающий манёвр» будто бы с целью отвлечения внимания от последних приготовлений к вторжению в Англию. Чтобы создать полную иллюзию подготовки вторжения на Британские острова, немецкое командование приказало распространить сведения о несуществующем «авиадесантном корпусе», а кроме того, напечатать массовым тиражом топографические материалы по Англии, немецко-английские разговорники и т. д.[6]

Организатором дезинформационных мероприятий в военной сфере была определена информационная служба, которая была создана в управлении военной разведки и контрразведки. Деятельность этой службы контролировалась адмиралом В. Канарисом. Предусматривалось, что Канарис организует передачу германским военным атташе в нейтральных странах и атташе нейтральных стран в Берлине дезинформационных сведений, которые должны будут носить «…отрывочный характер, но отвечать одной общей тенденции» — указывать на якобы ведущуюся подготовку вторжения в Англию[7].

Чтобы ввести в заблуждение руководство СССР о действиях германских войск в Польше и Восточной Пруссии, командующий группой армий «Б» (с 22 июня 1941 года — «Центр») Ф. Ф. фон Бок 24 марта 1941 года отдал приказ о сооружении различных укреплений вдоль границы, предназначенных якобы для обороны от возможного советского наступления. Было отдано распоряжение не препятствовать советской воздушной разведке вести наблюдение за производимыми работами[6].

Операция «Марита» действительно была проведена в период 6 — 24 апреля 1941 года. Германские войска, поддержанные Италией и Венгрией, захватили Югославию и Грецию. В результате этой операции Германии удалось создать стратегический плацдарм для обеспечения южного фланга накануне войны против СССР. Прибытие британского экспедиционного корпуса в район боевых действий не изменило обстановки[7].

24 апреля фон Браухич отдал приказ об операции «Хайфиш» («Акула») — высадке германских войск на южном побережье Британских островов. В действительности это была лишь имитация подготовки нескольких дивизий к высадке с атлантического побережья Франции. Одновременно аналогичную акцию проводили германские войска, находившиеся в Норвегии и Дании[6].

12 мая 1941 года штаб оперативного руководства ОКВ утвердил новые указания о мероприятиях по проведению второй фазы дезинформации. В этих указаниях предписывалось: «Вторая фаза дезинформации противника начинается одновременно с введением максимально уплотнённого графика движения эшелонов 22 мая. В этот момент усилия высших штабов и прочих участвующих в дезинформации органов должны быть в повышенной мере направлены на то, чтобы представить сосредоточение сил к операции „Барбаросса“ как широко задуманный манёвр с целью ввести в заблуждение западного противника». Особое внимание обращалось на то, что среди расположенных на востоке соединений должен циркулировать слух о тыловом прикрытии против России и «…отвлекающем сосредоточении сил на востоке», а войска, расположенные на Ла-Манше, должны были верить в действительную подготовку к вторжению в Англию. В указаниях рекомендовалось использовать тезис о том, что захват немецкими войсками острова Крит (операция «Меркурий») являлся генеральной репетицией форсирования Ла-Манша и высадки германского десанта на Британские острова[7].

Командование вермахта стремилось как можно дольше держать в неведении личный состав своих войск о планируемой операции. В одних частях солдатам говорили, что они направляются на отдых перед вторжением в Англию, в других — что войска будут пропущены через советскую территорию для боевых действий против Британской Индии[7][8][9].

Командование оперативного руководства ОКВ строго указывало, что все усилия по дезинформации противника окажутся напрасными, если немецкие войска узнают о предстоящем нападении и распространят эти сведения по Германии[7].

Согласно указанию штаба ОКВ от 8 мая 1941 года, офицеров должны были проинформировать примерно за восемь дней до начала боевых действий, а рядовой и унтер-офицерский состав — только в самые последние дни[6].

Стратегическая воздушная разведка
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/5e/Aerial_photography_of_Gorky.jpg/330px-Aerial_photography_of_Gorky.jpg
Горький. Зона — Кремль:

Для нейтрализации численного превосходства советских ВВС план вторжения предусматривал уничтожение основной части авиации Западного ВО на аэродромах базирования. Решающими условиями успеха этой операции были тщательное планирование и внезапность удара. Важную роль в подготовке операции сыграла стратегическая воздушная разведка Люфтваффе. Для ведения разведки была создана специальная эскадра — «Разведывательная группа главнокомандования Люфтваффе» (нем. Aufkl ungsgruppe des Oberbefehlshabers der Luftwaffe — Aufkl. St. (F)/Ob. d. L), так называемая «Группа Ровеля». Группа имела на вооружении флот высотных бомбардировщиков (Do 215 B-2, He 111, Ju 88, Ju 86 P), модифицированных для ведения аэрофотосъемки. Летая на высотах, недоступных для советских истребителей, группа выполнила обширный объём фотосъемки стратегических объектов в западной части СССР, включая военные аэродромы. Часть вылетов осуществлялась на большую глубину, вплоть до городов Баку и Горький. Именно эти снимки обеспечили высокую эффективность первого удара по советским аэродромам[10].

Расстановка сил

Германия и союзники

Для нападения на СССР к 22 июня 1941 года было создано четыре группы армий, общей численностью 157 дивизий и 12 бригад. С учётом стратегического резерва группировка для действий на Востоке состояла из 183 дивизий и 13 бригад.

Группа армий «Север» (командующий — генерал-фельдмаршал Вильгельм Риттер фон Лееб) была развёрнута в Восточной Пруссии, на фронте от Мемеля до Голдапа. В неё входили 16-я армия, 18-я армия и 4-я танковая группа — всего 29 дивизий (в том числе 3 танковых и 3 моторизованных). Наступление поддерживал 1-й воздушный флот, располагавший 1070 боевыми самолётами. В задачу группы армий «Север» входил разгром советских войск в Прибалтике, захват Ленинграда и портов на Балтийском море, в том числе Таллина и Кронштадта.
Группа армий «Центр» (командующий — генерал-фельдмаршал Федор фон Бок) занимала фронт от Голдапа до Влодавы. В неё входили 4-я армия, 9-я армия, 2-я танковая группа и 3-я танковая группа — всего 50 дивизий (в том числе 9 танковых и 6 моторизованных) и 1 бригада. Наступление поддерживал 2-й воздушный флот (1680 боевых самолётов). Группе армий «Центр» ставилась задача рассечь стратегический фронт советской обороны, окружить и уничтожить войска Красной армии в Белоруссии и развивать наступление на московском направлении.
Группа армий «Юг» (командующий — генерал-фельдмаршал Герд фон Рундштедт), в оперативном подчинении которой находилось Командование сухопутных войск Румынии, занимала фронт от Люблина до устья Дуная. В неё входили 6-я армия, 11-я армия, 17-я армия, 4-я румынская армия, 1-я танковая группа — всего 57 дивизий (в том числе 9 танковых и моторизованных) и 9 бригад (в том числе 2 моторизованные). Наступление поддерживал 4-й воздушный флот (800 боевых самолётов) и румынские ВВС (500 самолётов). Группа армий «Юг» имела задачу уничтожить советские войска на Правобережной Украине, выйти к Днепру и в последующем развивать наступление восточнее Днепра.
Немецко-Финская группа войск (командующий — фельдмаршал Карл Густав Эмиль Маннергейм) занимала фронт по советско-финской границе. В неё входили: Армия «Норвегия» (Главное командование вермахта в Финляндии), Финская армия (Финляндия), Карельская армия (Финляндия) — всего 20 дивизий (в том числе 1 моторизованная) и 3 бригады. Эта группа войск имела задачу, перейдя в наступление позже остальных групп армий, разгромить противостоящие советские силы, блокировать Ленинград, захватить Мурманск, ведя дальнейшее наступление на Архангельск.
Резервы Главного командования сухопутных войск Германии. К 4 июля 1941 года планировалось сосредоточить на Востоке 13 дивизий и 1 бригаду, после 4 июля 1941 года — 11 дивизий на Востоке и две в Германии.

СССР

В СССР на базе военных округов, находившихся на западной границе, согласно решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 21 июня 1941 года, было создано 4 фронта[11]. 24 июня 1941 года был создан Северный фронт. Согласно справке, составленной накануне войны заместителем начальника Генерального штаба РККА генералом Ватутиным, всего в составе сухопутных войск имелось 303 дивизии, из них в составе группировки для действий на Западе 237 дивизий (из них 51 танковая и 25 моторизованных). Группировка для действий на Западе была выстроена в три стратегических эшелона.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/59/OrderOfBattle-22june1941.jpg/450px-OrderOfBattle-22june1941.jpg
Конфигурация границы и дислокация войск противостоящих сторон на 22 июня 1941 года
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/c/c7/22jun1941.jpg/450px-22jun1941.jpg
Конфигурация границы и дислокация войск противостоящих сторон на 22 июня 1941 года на Южном направлении

Северо-Западный фронт (командующий генерал-полковник Ф. И. Кузнецов) был создан в Прибалтике. В него входили 8-я армия (генерал-майор П. П. Собенников), 11-я армия (генерал-лейтенант В. И. Морозов) и 27-я армия (генерал-майор Н. Э. Берзарин) — всего 34 дивизии (из них 6 танковых и моторизованных). Фронт поддерживали ВВС Северо-Западного фронта.
Западный фронт (командующий генерал армии Д. Г. Павлов) был создан в Белоруссии. В него входили 3-я армия (генерал-лейтенант В. И. Кузнецов), 4-я армия (генерал-майор А. А. Коробков), 10-я армия (генерал-майор К. Д. Голубев) и 13-я армия (генерал-лейтенант П. М. Филатов) — всего 45 дивизий (из них 20 танковых и моторизованных). Фронт поддерживали ВВС Западного фронта.
Юго-Западный фронт (командующий генерал-полковник М. П. Кирпонос) был создан на Западной Украине. В него входили 5-я армия (генерал-майор танковых войск М. И. Потапов), 6-я армия (генерал-лейтенант И. Н. Музыченко), 12-я армия (генерал-майор П. Г. Понеделин) и 26-я армия генерал-лейтенант Ф. Я. Костенко) — всего 45 дивизий (из них 18 танковых и моторизованных). Фронт поддерживали ВВС Юго-Западного фронта.
Южный фронт (командующий генерал армии И. В. Тюленев) был создан в Молдавии и на Южной Украине. В него входили 9-я армия (генерал-полковник Я. Т. Черевиченко) и 18-я армия (генерал-лейтенант А. К. Смирнов) — всего 26 дивизий (из них 9 танковых и моторизованных). Фронт поддерживали ВВС Южного фронта.
Северный фронт (командующий генерал-лейтенант М. М. Попов) был создан на базе Ленинградского военного округа. В него входили 7-я армия (генерал-лейтенант Ф. Д. Гореленко), 14-я армия (генерал-лейтенант В. А. Фролов), 23-я армия (генерал-лейтенант П. С. Пшенников) — всего 22 дивизии и 1 бригада. Фронт поддерживали ВВС Северного фронта
Балтийский флот (командующий адмирал В. Ф. Трибуц) дислоцировался в Балтийском море. Он имел в своём составе 2 линкора, 2 крейсера, 2 лидера эсминцев, 19 эсминцев, 65 подводных лодок, 48 торпедных катеров и другие корабли, 656 самолётов.
Черноморский флот (командующий вице-адмирал Ф. С. Октябрьский) дислоцировался в Чёрном море. Он имел в своём составе 1 линкор, 5 лёгких крейсеров, 16 лидеров эсминцев, 47 подводных лодок, 2 бригады торпедных катеров, несколько дивизионов тральщиков, сторожевых и противолодочных катеров, свыше 600 самолётов.

В конце мая — начале июня 1941 года (как и летом 1940 года) была проведена частичная мобилизация под видом учебных сборов запаса, что позволило призвать свыше 800 тысяч человек, использованных для пополнения дивизий, расположенных в основном на западе страны. С середины мая из внутренних военных округов началось выдвижение четырёх армий (16-й, 19-й, 21-й и 22-й) и одного стрелкового корпуса к рубежу рек Днепр и Западная Двина. С середины июня началась скрытая перегруппировка соединений самых западных приграничных округов: под видом выхода в лагеря было приведено в движение более половины дивизий, составляющих резерв этих округов. С 14 по 19 июня командования западных приграничных округов получили указания вывести фронтовые управления на полевые командные пункты[12]. С середины июня были отменены отпуска личному составу[13].

При этом Генеральный штаб Красной армии категорически пресекал любые попытки командующих западными приграничными округами усилить оборону путём занятия предполья. Лишь в ночь на 22 июня советские военные округа получили директиву о переходе к боевой готовности, однако до многих штабов она дошла уже после нападения. Хотя по другим данным, приказы об отводе войск с границы командующим западных округов были отданы с 14 по 18 июня 1941 года.
Первая фаза. Вторжение. Приграничные сражения (22 июня — 10 июля 1941)

Начало вторжения
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/15/Eastern_Front_1941-06_to_1941-09.png/600px-Eastern_Front_1941-06_to_1941-09.png
Боевые действия с 22 июня по 1 сентября 1941
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/4/48/22june1941.jpg/330px-22june1941.jpg
Войска вермахта пересекают границу СССР

Обращение Гитлера «Солдатам Восточного фронта» было зачитано командирами лишь в ночь на 22 июня 1941 года. В тот же день войну СССР объявила Италия (итальянские войска начали боевые действия с 20 июля 1941 года) и Румыния, 23 июня — Словакия, 27 июня — Венгрия. Немецкое вторжение застало советские войска врасплох; в первый же день была уничтожена значительная часть боеприпасов, горючего и военной техники; немцам удалось обеспечить полное господство в воздухе (было выведено из строя около 1200 самолётов)[Комм. 1].

Ранним утром 22 июня, в 3 часа, первые сапёры вермахта перебрались на советскую территорию, а в 4 часа 00 минут после мощной артиллерийской подготовки началось вторжение передовых частей, за которыми последовали главные силы. Немецкое наступление развернулось на фронте протяжённостью 3 тыс. км, в трёх направлениях — на Ленинград, Москву и Киев[9][14]. На морских коммуникациях Балтийского и Чёрного морей были развёрнуты подводные лодки, ставились минные заграждения. Советское командование было не в состоянии трезво оценить положение своих войск. Главный Военный совет вечером 22 июня направил Военным советам фронтов директивы, требовавшие нанести с утра 23 июня по прорвавшимся группировкам противника решительные контрудары. В результате неудачных контрударов и без того тяжёлое положение советских войск ещё больше ухудшилось.

Финские войска не перешли линию фронта, ожидая развития событий, но Финляндия предоставила авиации Германии возможность дозаправки. 25 июня, после того как советская авиация нанесла бомбовые удары по финской территории, Финляндия объявила СССР войну, и немецкие и финские войска вторглись в Карелию и Заполярье, увеличив линию фронта и поставив под угрозу Ленинград и Мурманскую железную дорогу. Боевые действия здесь, однако, вскоре перешли в позиционную войну и не оказывали влияния на общее положение дел на советско-германском фронте.

Северное направление

Против советского Северо-Западного фронта поначалу действовала не одна, а две танковые группы:

Группа армий «Север» действовала на ленинградском направлении, а её основная ударная сила 4-я танковая группа наступала на Даугавпилс.
3-я танковая группа группы армий «Центр» наступала на вильнюсском направлении.

22 июня 1941 года сторонники Литовского фронта активистов подняли вооружённое восстание против советской власти. Повстанцы брали под контроль стратегически важные объекты и целые города, нападали на отступающие подразделения Красной армии и убивали советских активистов.

Попытка командования Северо-Западного фронта нанести контрудар силами двух механизированных корпусов (почти 1000 танков) возле города Расейняй окончилась полным провалом, и 25 июня было принято решение об отводе войск на рубеж Западной Двины.

Но уже 26 июня немецкая 4-я танковая группа форсировала Западную Двину у Даугавпилса (56-й мотокорпус Э. фон Манштейна), 2 июля — у Екабпилса (41-й мотокорпус Г. Райнхардта). Вслед за моторизованными корпусами продвигались пехотные дивизии. 27 июня части Красной армии оставили Либаву. 1 июля немецкая 18-я армия заняла Ригу и вышла в южную Эстонию.

Тем временем 3-я танковая группа группы армий «Центр», преодолев сопротивление советских войск под Алитусом, 24 июня взяла Вильнюс, повернула на юго-восток и зашла в тыл советскому Западному фронту.

Центральное направление

Тяжёлая ситуация сложилась на Западном фронте. В первый же день фланговые армии Западного фронта (3-я армия в районе Гродно и 4-я армия в районе Бреста) понесли большие потери. Контрудары механизированных корпусов Западного фронта 23—25 июня завершились неудачей. Немецкая 3-я танковая группа, преодолев сопротивление советских войск в Литве и развивая наступление на вильнюсском направлении, обошла 3-ю и 10-ю армии с севера, а 2-я танковая группа, оставив в тылу Брестскую крепость, прорвалась к Барановичам и обошла их с юга. 28 июня немцы взяли столицу Белоруссии и замкнули кольцо окружения, в котором оказались основные силы Западного фронта.

30 июня командующий Западным фронтом генерал армии Д. Г. Павлов был отстранён от командования; позже по решению военного трибунала он вместе с другими генералами и офицерами штаба Западного фронта был расстрелян. Войска Западного фронта возглавил сначала генерал-лейтенант А. И. Ерёменко (30 июня), затем нарком обороны маршал С. К. Тимошенко (назначен 2 июля, вступил в должность 4 июля). В связи с тем, что основные силы Западного фронта оказались разгромлены в Белостокско-Минском сражении, 2 июля в состав Западного фронта были переданы войска Второго Стратегического эшелона.

В начале июля моторизованные корпуса вермахта преодолели рубеж советской обороны на реке Березина и устремились к линии рек Западная Двина и Днепр, однако неожиданно натолкнулись на войска восстановленного Западного фронта (в первом эшелоне 22-я, 20-я и 21-я Армии). 6 июля 1941 советское командование предприняло наступление на лепельском направлении. В ходе разгоревшегося танкового сражения 6—9 июля между Оршей и Витебском, в котором с советской стороны участвовало более 1600 танков, а с немецкой до 700 единиц, немецкие войска нанесли поражение советским войскам и 9 июля взяли Витебск. Уцелевшие советские части отошли в район между Витебском и Оршей. Немецкие войска заняли исходные позиции для последующего наступления в районе Полоцка, Витебска, южнее Орши, а также севернее и южнее Могилёва.

Википедия

22.03.2021, 08:53

Южное направление

Боевые действия вермахта на юге, где находилась самая мощная группировка РККА, оказались не столь успешными. 23—25 июня авиация Черноморского флота нанесла бомбовые удары по румынским городам Сулина и Констанца; 26 июня по Констанце был нанесён удар кораблями Черноморского флота совместно с авиацией. Стремясь остановить наступление 1-й танковой группы, командование Юго-Западного фронта нанесло контрудар силами шести механизированных корпусов (около 2500 танков). В ходе крупного танкового сражения в районе Дубно — Луцк — Броды советские войска не смогли разбить противника и понесли большие потери, однако помешали немцам осуществить стратегический прорыв и отрезать львовскую группировку (6-я и 26-я армии) от остальных сил. К 1 июля войска Юго-Западного фронта отошли на укреплённый рубеж Коростень — Новоград-Волынский — Проскуров. В начале июля немцы прорвали правое крыло фронта под Новоградом-Волынским и захватили Бердичев и Житомир, но благодаря контрударам советских войск их дальнейшее продвижение было остановлено.

На стыке Юго-Западного и Южного фронта 2 июля германо-румынские войска форсировали Прут и устремились к Могилёву-Подольскому. К 10 июля они вышли к Днестру.

Итоги приграничных сражений

В результате приграничных сражений вермахт нанёс тяжёлое поражение Красной армии.

Подводя итоги первой фазы операции «Барбаросса», 3 июля 1941 года начальник германского Генерального штаба сухопутных войск Ф. Гальдер записал в своём дневнике:

В целом уже можно сказать, что задача разгрома главных сил русской сухопутной армии перед Западной Двиной и Днепром выполнена… Поэтому не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней. Конечно, она ещё не закончена. Огромная протяжённость территории и упорное сопротивление противника, использующего все средства, будут сковывать наши силы ещё в течение многих недель. …Когда мы форсируем Западную Двину и Днепр, то речь пойдёт не столько о разгроме вооружённых сил противника, сколько о том, чтобы забрать у противника его промышленные районы и не дать ему возможности, используя гигантскую мощь своей индустрии и неисчерпаемые людские ресурсы, создать новые вооружённые силы. Как только война на востоке перейдёт из фазы разгрома вооружённых сил противника в фазу экономического подавления противника, на первый план снова выступят дальнейшие задачи войны против Англии…[15]

В дневнике Верховного главнокомандования вермахта за 4 июля 1941 г. приводится заявление Гитлера, что Советский Союз уже практически проиграл войну[16]:

Фюрер: «Я всё время стараюсь поставить себя в положение противника. Практически он войну уже проиграл. Хорошо, что мы разгромили танковые и военно-воздушные силы русских в самом начале. Русские не смогут их больше восстановить».

— приводится по «Военно-исторический журнал», 1966, № 1, стр 74 77

Примерно за три недели войны немецкие войска оккупировали всю Прибалтику, Белоруссию, значительную часть Украины и Молдавии. На северо-западном и юго-западном направлениях противник вторгся на территорию СССР до 500 км, на западном — до 600 км. Средний темп наступления немецких войск составил от 15 до 30 км в сутки. В приграничных сражениях и в последующих оборонительных операциях были полностью разгромлены 28 советских дивизий (12 стрелковых, 10 танковых, 4 моторизованные, 2 кавалерийские), ещё свыше 72 дивизий понесли потери в людях и технике от 50 % и более. Общие потери советских войск к 30 июля составили 651 065 чел. (безвозвратные — 447 015 чел., санитарные — 204 050 чел.) По неполным данным фронтов и штаба, дальнебомбардировочная авиация потеряла за это время 3468 самолетов, советские войска потеряли около 9,5 тыс. орудий, 12 тыс. минометов, 6 тыс. танков (больше половины всех танков, имевшихся в западных военных округах на начало войны).[17] При этом многие танки были не уничтожены в бою, а брошены или взорваны при отступлении из-за поломок и отсутствия топлива.[18] В результате огромных потерь танков и последовавшей эвакуации танковых заводов из Ленинграда и Харькова к концу 1941 г. советские войска испытывали острую нехватку танков.[19][20][21]

Было потеряно 200 складов (52 % окружных складов и складов Наркомата обороны на территории приграничных округов). Это привело к острому недостатку боеприпасов, горючего и продовольствия в советских частях и соединениях.[17] Немецкой же армии достались значительные трофеи. Так, Гальдер 1 июля записал, что около одной трети расхода горючего покрыто трофейными запасами.[22]

К началу битвы за Москву советские войска только пленными потеряли 1,8 млн человек.

В то же время Гальдер признавал, что советские войска сопротивлялись упорно. 29 июня он записал[23]:

Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека. Лишь местами сдаются в плен, в первую очередь там, где в войсках большой процент монгольских народностей (перед фронтом 6-й и 9-й армий).
Бросается в глаза, что при захвате артиллерийских батарей и т. п. в плен сдаются лишь немногие… Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности и отступления от уставных принципов; теперь это уже недопустимо.

Немецкие войска потеряли к середине июля около 100 тыс. человек (столько же, сколько за два предыдущие года мировой войны), свыше 1 тыс. самолетов и до 1,5 тыс. танков.[17]

С другой стороны, К. Рокоссовский писал[24]:

Воспевая героическое поведение и подвиги войск, частей и отдельных лиц в боях с врагом, носившие массовый характер, нельзя обойти молчанием и имевшиеся случаи паники, позорного бегства, дезертирства с поля боя и в пути следования к фронту, членовредительства и даже самоубийств на почве боязни ответственности за своё поведение в бою.

Нанесенный врагом неожиданный удар огромными силами и его стремительное продвижение в глубь территории на некоторое время ошеломили наши не подготовленные к этому войска. Они подверглись шоку. Чтобы вывести их из этого состояния, потребовалось длительное время. Растерянности способствовали ещё причины военного и политического характера, относившиеся ко времени, отдалённому от начала войны.

Совокупность важных причин и обстоятельств в определённой степени понизила боеспособность войск в моральном отношении, на какой-то период ослабила их устойчивость и упорство, вывела из равновесия особенно те части, которые вступали в бой неорганизованно. А иные неустойчивые элементы совершенно потеряли веру в свои силы, в возможность сопротивления грозному врагу.

Наблюдались случаи, когда даже целые части, попавшие под внезапный фланговый удар небольшой группы вражеских танков и авиации, подвергались панике… Боязнь окружения и страх перед воображаемыми парашютными десантами противника в течение длительного времени были настоящим бичом. И только там, где были крепкие кадры командного и политического состава, люди в любой обстановке дрались уверенно, оказывая врагу организованный отпор.

По официальным данным, с 22 июня 1941 по 10 октября 1941 года органами НКВД было задержано 647 364 человека по подозрению в дезертирстве; большинство из них было возвращено на фронт, но более 10 тыс. человек было расстреляно, из них более 3 тысяч — публично[25].
Особенности действий советских войск в приграничных сражениях

Недостаточный профессионализм командного состава, связанный с тем, что многие командиры высшего звена были недавно назначены на свои должности и не имели должного опыта. Это было следствием массовых репрессий высшего командного состава в 1937-38 годах.[26][27][28] Недостоверная информация.
Бывший начальник Генерального штаба Г. К. Жуков вспоминал: «До 1936 года, то есть до массовых арестов крупных военных деятелей страны и командиров высших соединений, как теоретически, так и практически уделялось серьезное внимание оперативно-стратегическому взаимодействию видов вооружённых сил; рассматривались и решались важнейшие проблемные вопросы, в период же 1936—1939 гг. эта важнейшая стратегическая работа стояла на мертвой точке, попросту говоря, её некому было вести, так как почти всё серьёзно и глубоко мыслящее постигла трагическая участь. Эта важнейшая государственная работа несколько оживилась после советско-финской войны, в 1940 году и в начале 1941 года, то есть непосредственно перед внезапным нападением фашистской Германии на Советский Союз».[29] Недостоверная информация.

Значительная часть войск советских приграничных западных военных округов была сконцентрирована в Белостокском и Львовском выступах вблизи границы, что привело к тому, что ещё до начала войны они были фактически полуокружены противником. В этих выступах находилась главная ударная сила округов — механизированные корпуса. В ряде случаев исходные районы сосредоточения частей и соединений для занятия обороны находились в зоне видимости противника и могли поражаться огнём его артиллерии. Такая дислокация войск была связана с тем, что советское командование исходило из наступательной стратегии будущей войны.[26][27] В Белостокском и Львовском выступах также были сосредоточены огромные запасы боеприпасов и горючего.[26][27] Вот что писал по этому поводу Г. К. Жуков[30]: «Накануне войны 3-я, 4-я и 10-я армии Западного округа были расположены в Белостокском выступе, выгнутом в сторону противника, 10-я армия занимала самое невыгодное расположение. Такая оперативная конфигурация войск создавала угрозу глубокого охвата и окружения их со стороны Гродно и Бреста путём удара под фланги. Между тем дислокация войск фронта на гродненско-сувалковском и брестском направлениях была недостаточно глубокой и мощной, чтобы не допустить здесь прорыва и охвата белостокской группировки. Это ошибочное расположение войск, допущенное в 1940 году, не было устранено вплоть до самой войны».
Укреплённые районы по линии новой западной границы (так называемая Линия Молотова) строились непосредственно на самой границе, и зачастую без требуемого предполья. К июню 1941 года их строительство и вооружение не было завершено. Между тем, из сооружений укреплённых районов по линии старой границы (Линия Сталина) была изъята часть вооружения для оснащения укрепрайонов на новой границе, что помешало расконсервировать старые укрепрайоны при приближении неприятеля.[26][27]
Советское командование, исходившее из наступательной стратегии будущей войны, не уделяло должного внимания разработке оборонительных операций. Г. К. Жуков вспоминал: «Обучение войск оборонительным действиям, встречным сражениям, отступательным действиям редко выходило из тактических рамок. Я не знаю ни одного оперативно-стратегического мероприятия, где оборона была бы разыграна или отработана в крупных оперативно-стратегических масштабах, где бы оборона противодействовала глубокому прорыву крупных бронетанковых группировок, взаимодействующих с крупными воздушными силами, а как следствие наши штабы и командиры оперативного масштаба накануне войны не были обучены эффективному ведению обороны оперативно-стратегического масштаба, не говоря уже о том, что такие оборонительные операции не были разработаны в штабах приграничных округов и генштабе как возможный вариант»[29].
Противнику удалось добиться практически полной оперативной и тактической внезапности своего наступления, что привело к тяжелым потерям, вследствие первого огневого удара, и быстрому продвижению ударных группировок вглубь советской обороны уже в первые часы наступления.

Сколько продержится Россия?

Журнал «Тайм» в редакционной статье «Сколько продержится Россия?» от 30 июня 1941 г. писал[31]:

«Вопрос о том, станет ли битва за Россию самой важной битвой в истории человечества, решают не немецкие солдаты. Ответ на него зависит от русских».

— Журнал «Тайм», 30 июня 1941 г.

14 июня Объединённый разведывательный комитет США сделал вывод[32] , что Германии потребуется самое большее шесть недель, чтобы взять Москву[16] . Также В. И. Дашичев упоминает о докладе военного министра США Стимсона, представленном 23 июня Рузвельту. В нём предполагалось, что Германия сокрушит Советский Союз «по меньшей мере за один месяц, а вероятнее всего за три месяца» и поэтому в войне англосаксонских держав против Германии и Японии Россия будет лишь временным союзником, как Польша в 1939 г. или Франция в 1940 г.[16]. По расчётам Дэвида Гланца[33]:

Захватив Смоленск 16 июля, силы фон Бока продвинулись примерно на 500 км за 25 дней боев, побив при этом все рекорды стремительности наступления, поставленные вермахтом в ходе кампаний в Европе. И до главной цели операции – Москвы – оставалось, таким образом, всего 300 км. То есть, если исходить из прежних темпов наступления – 20 км в день и 140 км в неделю, учитывая паузы на отдых, ремонт техники и пополнение запасов, от Москвы фон Бока отделяли 2–3 недели.

— Гланц Д. Крах плана «Барбаросса». Противостояние под Смоленском. Том 2. 2011.

В конце июля 1941 года состоялась поездка в Москву советника президента США Г. Гопкинса, по итогам которой в США сделали вывод об отсутствии в СССР пораженческих настроений и целесообразности оказания ему помощи[34].

Вторая фаза. Наступление немецких войск по всему фронту (10 июля — август 1941 года)

Северное направление

2 июля группа армий «Север» продолжила наступление, её 4-я танковая группа наступала в направление Резекне, Остров, Псков. 4 июля 41-й мотокорпус занял Остров, 9 июля — Псков.

10 июля группа армий «Север» продолжила наступление на ленинградском (4-я танковая группа) и таллинском (18-я армия) направлениях. Однако немецкий 56-й мотокорпус был остановлен контрударом советской 11-й армии под Сольцами. В этих условиях немецкое командование 19 июля почти на три недели приостановило наступление 4-й танковой группы до подхода соединений 18-й и 16-й армий. Только в конце июля немцы вышли на рубеж рек Нарва, Луга и Мшага.

7 августа немецкие войска прорвали оборону 8-й армии и вышли на побережье Финского залива в районе Кунды. 8-я армия оказалась расчленённой на две части: 11-й стрелковый корпус отошёл к Нарве, а 10-й стрелковый корпус — к Таллину, где вместе с моряками Балтийского флота обороняли город до 28 августа.

8 августа возобновилось наступление группы армий «Север» на Ленинград в направлении Красногвардейска, 10 августа — в районе Луги и на новгород-чудовском направлении. 12 августа советское командование нанесло контрудар под Старой Руссой, однако 19 августа противник произвёл ответный удар и нанёс поражение советским войскам.

19 августа немецкие войска заняли Новгород, 20 августа — Чудово. 23 августа завязались бои за Ораниенбаум; немцы были остановлены юго-восточнее Копорья (река Воронка).

Наступление на Ленинград

Для усиления группы армий «Север» ей были переданы 3-я танковая группа Г. Гота (39-й и 57-й мотокорпуса) и 8-й авиакорпус В. фон Рихтгофена.

В конце августа немецкие войска предприняли новое наступление на Ленинград. 25 августа 39-й мотокорпус взял Любань, 30 августа вышел к Неве и перерезал железнодорожное сообщение с городом, 8 сентября взял Шлиссельбург и замкнул кольцо блокады вокруг Ленинграда.

Однако, приняв решение о проведении операции «Тайфун», А. Гитлер приказал высвободить не позднее 15 сентября большую часть подвижных соединений и 8-й авиакорпус для участия в наступлении на Москву.

К началу сентября Гитлер пришёл к мнению, что Ленинград становится второстепенной целью, а силы должны быть сконцентрированы на московском направлении.

12 сентября Гитлер отменил штурм города после получения от Маннергейма категорического отказа перейти согласованную с Лениным границу на Карельском перешейке (Weisung Nr.35. 06.09.1941) (О дальнейших боевых действиях на Ленинградском направлении см. Блокада Ленинграда.)

7 ноября немцы продолжили наступление в северном направлении. Были перерезаны железные дороги, по которым через Ладожское озеро поставлялось продовольствие в осаждённый Ленинград. Немецкие войска заняли Тихвин. Возникла угроза прорыва немецких войск в тыл и окружения 7-й отдельной армии, оборонявшей рубежи на реке Свирь. Однако уже 11 ноября 52-я армия наносит контрудар по войскам вермахта, занявшим Малую Вишеру. В ходе развернувшихся боёв маловишерская группировка немецких войск потерпела серьёзное поражение. Её силы были отброшены от города за реку Большую Вишеру.

Центральное направление

10 — 12 июля 1941 года группа армий «Центр» начала новое наступление на московском направлении. 2-я танковая группа форсировала Днепр южнее Орши, а 3-я танковая группа нанесла удар со стороны Витебска. 16 июля немецкие войска вступили в Смоленск, при этом в окружении оказались три советские армии (19-я, 20-я и 16-я). К 5 августа бои в Смоленском «котле» завершились, через Днепр переправились остатки войск 16-й и 20-й армий; в плен попало 310 тыс. человек.

На северном фланге советского Западного фронта немецкие войска овладели Невелем (16 июля), однако далее в течение целого месяца вели бои за Великие Луки. Большие проблемы для противника возникли также на южном фланге центрального участка советско-германского фронта: здесь советские войска 21-й армии предприняли наступление на Бобруйском направлении. Несмотря на то, что советским войскам не удалось захватить Бобруйск, они сковали значительное число дивизий немецкой 2-й полевой армии и треть 2-й танковой группы.

Таким образом, с учётом двух крупных группировок советских войск на флангах и непрекращающихся атак по фронту немецкая группа армий «Центр» не могла возобновить наступление на Москву. 30 июля она основными силами перешла к обороне и уделила основное внимание решению проблем на флангах. В конце августа 1941 года немецким войскам удалось разгромить советские войска в районе Великих Лук и 29 августа захватить Торопец.

8 — 12 августа началось продвижение 2-й танковой группы и 2-й полевой армии в южном направлении. В результате советский Центральный фронт был разгромлен, 19 августа пал Гомель. Широкомасштабное наступление советских фронтов Западного направления (Западного, Резервного и Брянского), начатое 30 августа — 1 сентября, не увенчалось успехом, советские войска понесли тяжёлые потери и 10 сентября перешли к обороне. Единственным успехом стало освобождение Ельни 6 сентября.

Южное направление

В Молдавии попытка командования Южного фронта остановить румынское наступление контратакой двух механизированных корпусов (770 танков) не увенчалась успехом. 16 июля 4-я румынская армия взяла Кишинёв, а в начале августа оттеснила Отдельную Приморскую армию к Одессе. Оборона Одессы почти на два с половиной месяца сковала силы румынских войск. Советские войска покинули город только в первой половине октября.

Тем временем в конце июля немецкие войска развернули наступление на белоцерковском направлении. 2 августа они отрезали от Днепра 6-ю и 12-ю советские армии и окружили их под Уманью; в плену оказалось 103 тыс. человек, в том числе оба командарма. Но хотя немецкие войска в результате нового наступления прорвались к Днепру и создали несколько плацдармов на восточном берегу, взять Киев с хода им не удалось.

Таким образом, группа армий «Юг» не смогла самостоятельно решить задачи, поставленные перед ней планом «Барбаросса». С начала августа по начало октября Красная армия осуществила серию контрударов под Воронежем.

Сражение под Киевом

Во исполнение приказа Гитлера южный фланг группы армий «Центр» начал наступление в поддержку группы армий «Юг».

После занятия Гомеля немецкая 2-я армия группы армий «Центр» наступала на соединение с 6-й армией группы армий «Юг»; 9 сентября обе немецкие армии соединились в восточном Полесье. К 13 сентября фронт советских 5-й армии Юго-Западного фронта и 21-й армии Брянского фронта оказался взломан окончательно, обе армии перешли к подвижной обороне.

Одновременно немецкая 2-я танковая группа, отразив удар советского Брянского фронта под Трубчевском, вышла на оперативный простор. 9 сентября 3-я танковая дивизия Моделя прорвалась на юг и 10 сентября захватила Ромны.

Тем временем 1-я танковая группа 12 сентября начала наступление с кременчугского плацдарма в северном направлении. 15 сентября 1-я и 2-я танковые группы соединились у Лохвицы. В гигантском Киевском «котле» оказались основные силы советского Юго-Западного фронта; число пленных составило 665 тыс. человек. Оказалось разгромлено управление Юго-Западного фронта; командующий фронтом генерал-полковник М. П. Кирпонос погиб.

В результате в руках противника оказалась Правобережная Украина, путь на Донбасс был открыт, советские войска в Крыму оказались отрезаны от основных сил. В середине сентября немцы вышли на подступы к Крыму.

Продолжение наступления на юге

Крым имел стратегическое значение как один из путей к нефтеносным районам Кавказа (через Керченский пролив и Тамань). Кроме того, Крым был важен как база для авиации. С потерей Крыма советская авиация лишилась бы возможности налетов на нефтепромыслы Румынии, а немцы смогли бы наносить удары по целям на Кавказе. Советское командование понимало важность удержания полуострова и сосредоточило на этом усилия, отказавшись от обороны Одессы. 16 октября Одесса пала.

В направлении Приазовья 8 октября была окружена и разгромлена 18-я армия Южного фронта.

17 октября был занят Донбасс (пал Таганрог), 25 октября захвачен Харьков, 2 ноября — занят Крым и блокирован Севастополь. 30 ноября силы группы армий «Юг» закрепились на рубеже Миус-фронта.
Кризис наступления по плану «Барбаросса»

Уже в конце июля 1941 года немецкое командование было вынуждено ввести коррективы в первую фазу блицкрига — наступательную операцию «Барбаросса».

Директива № 33

В директиве ОКВ № 33 от 19 июля 1941 года «ДАЛЬНЕЙШЕЕ ВЕДЕНИЕ ВОЙНЫ НА ВОСТОКЕ» были подведены итоги «Второго наступления на Востоке»[16]:

Второе наступление на Востоке окончилось прорывом линии Сталина по всему фронту и дальнейшим глубоким продвижением танковых групп в восточном направлении. Группе армий «Центр» потребуется значительное время для ликвидации сильных боевых групп противника, продолжающих оставаться между нашими подвижными соединениями

— «Военно-исторический журнал», 1959, № 6, стр 79—81

Дополнение к директиве № 33

После доклада главнокомандующего сухопутными войсками Гитлер 22 июля 1941 года дополнил директиву № 33[16] :

1) Южный участок Восточного фронта. Противник, все ещё находящийся западнее Днепра, должен быть окончательно разгромлен и полностью ликвидирован. Как только позволит оперативное и материально-техническое положение, следует объединить 1-ю и 2-ю танковые группы под руководством командующего 4-й танковой армией и совместно с идущими за ними пехотными и горно-стрелковыми дивизиями после овладения Харьковским промышленным районом предпринять наступление через Дон на Кавказ.

— «Военно-исторический журнал», 1959, № 6, стр 82—83

Уточняется, что «первоочередной задачей основной массы пехотных дивизий является овладение Украиной, Крымом и территорией Российской Федерации до Дона». Но Группа армий «Центр» при этом «… должна разгромить противника, продолжающего находиться в районе между Смоленском и Москвой, продвинуться своим левым флангом по возможности дальше на восток и захватить Москву». Причём «3-ю танковую группу временно передать в подчинение группе армий „Север“ с задачей обеспечения правого фланга последней и окружения противника в районе Ленинграда».

Директива ОКВ № 34

Была издана 30 июля 1941 года как реакция на «развитие событий за последние дни, появление крупных сил противника перед фронтом и на флангах группы армий „Центр“». Также констатируется: «Необходимость предоставить 2-й и 3-й танковым группам для восстановления и пополнения их соединений около десяти дней вынудила временно отложить выполнение целей и задач, поставленных в директиве № 33 от 19.7 и в дополнении к ней от 23.7.»

Соответственно, «ГА „Центр“ переходит к обороне, используя наиболее удобные для этого участки местности».

Задача на южном участке фронта — «пока продолжить операции силами только группы армий „Юг“».

Дополнение к директиве № 34

12.8.41 г. Гитлер приказывает «наступление на город Киев приостановить», а сам город «должен быть уничтожен зажигательными бомбами и артиллерийским огнём».

Также констатируется, что «после полной ликвидации угрожающего положения на флангах и пополнения танковых групп будут созданы условия для наступления на широком фронте глубоко эшелонированными фланговыми группировками против крупных сил противника, сосредоточенных для обороны Москвы», «чтобы ещё до прихода зимы овладеть всем комплексом государственных экономических и коммуникационных центров противника в районе Москвы».

Поворот от Москвы

В конце июля 1941 года немецкое командование было ещё полно оптимизма и считало, что цели, поставленные планом «Барбаросса», будут достигнуты в ближайшее время. В качестве сроков достижения этих целей были указаны: Москва и Ленинград — 25 августа; рубеж Волги — начало октября; Баку и Батуми—начало ноября[35].

25 июля на совещании начальников штабов Восточного фронта вермахта говорилось об осуществлении операции «Барбаросса» по времени:

Группа армий «Север»: Операции развивались почти в полном соответствии с планами.
Группа армий «Центр»: До начала Смоленского сражения операции развивались в соответствии с планами, затем развитие замедлилось.
Группа армий «Юг»: Операции по времени развивались медленнее, чем предполагалось.

К 27 июля относятся первые обсуждения возможного изменения направления главного удара группы армий «Центр». Йодль обращается к Гитлеру с предложением продолжить после окончания боев под Смоленском наступление на Москву, на что получает ответ: «Необходимо как можно скорее овладеть Донецким промышленным районом и тем самым лишить русских возможности получать вооружение и отрезать их от нефтяных источников». 28 июля Гитлер вновь повторяет своё мнение, что для него большее значение имеет индустриальный район Харькова, нежели Москва. Гитлер всё более стал склоняться к тому, чтобы отложить наступление на Москву. На совещании в штабе группы армий «Юг» 4 августа он заявил: «Вначале должен быть захвачен Ленинград, для этого используются войска группы Гота. Во вторую очередь производится захват восточной части Украины… И только в последнюю очередь будет предпринято наступление с целью захвата Москвы».

На следующий день Ф. Гальдер уточнил у А. Йодля мнение Гитлера: «Каковы наши главные цели: хотим ли мы разбить противника или преследуем хозяйственные цели (захват Украины и Кавказа)?». Йодль ответил, что фюрер считает, что обе цели могут быть достигнуты одновременно. На вопрос: Москва или Украина или Москва и Украина следует ответить: и Москва, и Украина. Мы должны это сделать, ибо в противном случае мы не сможем разгромить противника до наступления осени[36].

21 августа Гитлер издал новую директиву, в которой говорилось: «Важнейшей задачей до наступления зимы является не захват Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на реке Донец и блокирование путей подвоза русскими нефти с Кавказа. На севере такой задачей является окружение Ленинграда и соединение с финскими войсками».

Оценка решения Гитлера

Решение Гитлера отказаться от немедленного наступления на Москву и повернуть 2-ю армию и 2-ю танковую группу в помощь группе армий «Юг» вызвало неоднозначные оценки в среде немецкого командования.

Командующий 3-й танковой группой Г. Гот писал в своих мемуарах: «Против продолжения наступления на Москву в то время был один веский аргумент оперативного значения. Если в центре разгром находившихся в Белоруссии войск противника удался неожиданно быстро и полно, то на других направлениях успехи были не столь велики. Например, не удалось отбросить на юг противника, действовавшего южнее Припяти и западнее Днепра. Попытка сбросить прибалтийскую группировку в море также не увенчалась успехом. Таким образом, оба фланга группы армий „Центр“ при продвижении на Москву подверглись опасности оказаться под ударами, на юге эта опасность уже давала о себе знать…»[37].

Командующий немецкой 2-й танковой группой Г. Гудериан писал: «Бои за Киев, несомненно, означали собой крупный тактический успех. Однако вопрос о том, имел ли этот тактический успех также и крупное стратегическое значение, остаётся под сомнением. Теперь всё зависело от того, удастся ли немцам добиться решающих результатов ещё до наступления зимы, пожалуй, даже до наступления периода осенней распутицы»[38].

Лишь 30 сентября немецкие войска, подтянув резервы, перешли в наступление на Москву. Однако позднее начало наступления, упорное сопротивление советских войск, сложные погодные условия поздней осени привели к остановке наступления на Москву и провалу операции «Барбаросса» в целом.

Итоги операции «Барбаросса»

Конечная цель операции «Барбаросса» осталась не достигнутой. Несмотря на впечатляющие успехи вермахта, попытка разгромить СССР в одной летне-осенней кампании провалилась.

В основе этого лежит общая недооценка Красной Армии и мобилизационных возможностей СССР. Несмотря на то, что до войны общее количество и состав советских войск были определены немецким командованием достаточно верно, к крупным просчётам абвера следует отнести неверную оценку способности СССР по формированию и вооружению новых соединений и объединений сухопутных войск. К третьему месяцу войны ожидалось встретить не более 40 новых дивизий Красной Армии. На самом деле советское руководство только летом 1941 года направило на фронт 324 дивизии (с учётом развёрнутых ранее 222 дивизий), то есть в этом вопросе немецкая разведка значительно ошиблась. Уже в ходе штабных игр, проведённых немецким Генеральным штабом, выяснилось, что наличных сил окажется недостаточно. Особенно тяжёлая ситуация складывалась с резервами. Фактически, «Восточный поход» предстояло выигрывать одним стратегическим эшелоном войск. В результате штабных игр было установлено, что при успешном развитии операций на театре военных действий, «который расширяется к востоку наподобие воронки», немецкие силы «окажутся недостаточными, если не удастся нанести решающее поражение русским до линии Киев — Минск — Чудское озеро». Ещё один вывод состоял в том, что резерв личного состава вермахта насчитывает лишь 400 тыс. человек, то есть может покрыть потери личного состава лишь до осени. А значит, операция должна длиться не более трёх месяцев.

Между тем, на линии рек Днепр — Западная Двина вермахт ждал Второй стратегический эшелон советских войск, а за спиной у него сосредотачивался Третий стратегический эшелон. Важным этапом в срыве плана «Барбаросса» стало Смоленское сражение, в котором советские войска, несмотря на тяжёлые потери, остановили продвижение противника на восток.

Взаимодействие между группами армий осложнялось тем, что они наносили удары по расходящимся направлениям — на Ленинград, Москву и Киев. В связи с этим немецкому командованию пришлось проводить частные операции по защите флангов центральной наступающей группировки. Эти операции, хотя и были успешными, приводили к потере времени и трате моторесурса бронетехники механизированных войск. Уже в августе возник вопрос приоритета целей: Ленинград, Москва или Ростов-на-Дону. Когда эти цели вступили между собой в противоречие, возник кризис командования.

Группа армий «Север» не смогла захватить Ленинград. Группа армий «Юг» не смогла совершить глубокий охват своим левым флангом (6-я и 17-я армии) и уничтожить основные войска противника на правобережной Украине в намеченные сроки и, как следствие, войска Юго-Западного и Южного фронтов смогли отойти к Днепру и закрепиться. В дальнейшем, поворот основных сил группы армий «Центр» от Москвы привёл к потере времени и стратегической инициативы. Осенью 1941 года немецкое командование попыталось найти выход из кризиса в битве за Москву — операции «Тайфун».

Австралийский историк Дэвид Стэйхел доказывает в своих работах, что вермахт в принципе был не способен выигрывать войны, по масштабам сравнимые с той, которая развернулась на германо-советском фронте. Даже если бы немецкие части продвигались в глубь вражеской территории еще быстрее, исход был бы тот же: германская армия и поддерживающие ее тыловые структуры не могли «переварить» такого массива территорий, людей, ресурсов. По мнению Стэйхела, в стратегическом смысле вермахт проиграл войну уже к концу лета 1941 года, к началу сражения за Киев. Конечно, успехи первых месяцев «восточного похода» давали немцам определенные преимущества, но в целом эффективно контролировать столь огромные территории они не могли. Небольшой шанс выиграть, предоставленный немцам во второй половине июля и связанный с колебаниями Японии по поводу вступления в войну, был ими упущен: руководство «рейха» не смогло оказать должного давления на Токио. Все остальное, как считает историк, было лишь вопросом времени[39].

Кампания 1941 года окончилась поражением немецких войск на центральном участке советско-германского фронта под Москвой, на северном фланге под Тихвином и на южном фланге под Ростовом.

По оценке американских военных наблюдателей, немецкие потери на 11 декабря 1941 составляли 1,3 миллиона убитыми[40][41].

См. также

План «Ольденбург»
План «Ост»
Тезис о превентивной войне Германии против СССР
Гитлер против СССР
План «Кантокуэн»

Комментарии

↑ Командующий ВВС Западного Особого военного Округа генерал-майор авиации И. И. Ко́пец, узнав о потерях ВВС округа в течение первого дня войны, застрелился. Генерал-майор авиации С. А. Черных, командир 9-й смешанной авиационной дивизии, потерявшей в первый день войны 347 самолетов из 409, 8 июля 1941 года был арестован и вскоре расстрелян.

Примечания

↑ Боевой и численный состав Вооруженных Сил СССР в период Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.). Статистический сборник № 1 (22 июня 1941 г.)
↑ М. И. Мельтюхов. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000
↑ Коллектив авторов. Россия и СССР в войнах ХХ века: Потери Вооружённых Сил / Г. Ф. Кривошеев. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. — С. 263. — 608 с. — (Архив). — 5 000 экз. — ISBN 5-224-01515-4.
↑ 1941
↑ Army vs. NKVD Figures

Подробности разработки плана «Барбаросса» / Великая отечественная война 1941—1945. М. 1999. т.1
Лота В. И. Статья «Операция прикрытия „Барбароссы“» на сайте МО РФ.
↑ Gerhart Binder.Epoche der Entscheidungen/ Eine geschichte des 20.Jahrhunderts mit Dokumenten in text und Bild. Sechste Auflage 40.-48.Tausend. Seewald Verlag Stuttgart-Degerloch. 1960.
Paul Carell. Unternehmen Barbarossa. 1963. Verlag Ullstein GmbH. Frankfurt/M — Berlin
↑ Исаев, 2010, Глава I, с. 32-33.
↑ Боевой состав советской армии. Часть 1 (июнь-декабрь 1941 года).// Военно-научное управление Генерального штаба. Военно-исторический отдел. (pdf, 478 КБ)
↑ Бобылёв П. Н.Точку в дискуссии ставить рано. К вопросу о планировании в генеральном штабе РККА возможной войны с Германией в 1940—1941 годах // Отечественная история. — 2000. — № 1.
↑ А. В. Исаев. От Дубно до Ростова. — М.: АСТ; Транзиткнига, 2004. — С. 105.
↑ Сахаров, Андрей Николаевич. Глава 5: // История России с древнейших времен до наших дней.. — 2010. — Т. 2. — С. 531. — 718 с. — ISBN 9785392010257.
↑ Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Т. III. — М.: Воениздат, 1971.
Дашичев В. И. «Совершенно секретно! Только для командования». Стратегия фашистской Германии в войне против СССР. Документы и материалы. — М.: Наука, 1967. — 752 с.
1941 год — уроки и выводы
↑ Причины поражения механизированных корпусов РККА
↑ М.Моргунов. Стальные армады
↑ Производство танков в СССР накануне и в начале войны
↑ А.Ермолов. ЭВАКУАЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ СОВЕТСКОЙ ТАНКОВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В 1941 Г.: УНИКАЛЬНОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ ИЛИ МАСШТАБНАЯ НЕУДАЧА?
↑ Ф.Гальдер. Военный дневник
↑ Гордость России
↑ [К. Рокоссовский. Солдатский долг http://militera.lib.ru/memo/russian/rokossovsky/01.html]
↑ Oleg Budnitskii. The Great Patriotic War and Soviet Society: Defeatism, 1941-42 // Kritika: Explorations in Russian and Eurasian History. — Volume 15. — Number 4 (Fall 2014, New Series). — PP. 767—797.
1941 год — уроки и выводы — М.: Воениздат, 1992.
Владимир Мартов. БЕЛОРУССКИЕ ХРОНИКИ, 1941 ГОД
↑ К.СимоновРазные дни войны. Дневник писателя

Из неопубликованных воспоминаний Маршала Советского Союза Г. К. Жукова
↑ Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. В 2-х тт. — М.: Олма-Пресс, 2002.
↑ Перевод статьи «Сколько продержится Россия?» на Интернет-проекте ИноСМИ.Ru
↑ U. Matloff, E. Snell. Strategic Planning for Coalition Warfare 1941—1942. Washington, 1953, p. 32.
↑ Гланц Д. Крах плана «Барбаросса». Сорванный блицкриг. Том 2. Перевод Л. Уткин, издание на русском языке — М.: ЗАО «Центрполиграф», 2015. — 656 с. — ISBN 978-5-227-06068-6
↑ Советско-американские отношения во время Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. Т. 1. 1941—1943 гг. С. 482.
↑ Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Том III. — М.: Воениздат, 1971; комментарии к записи от 23 июля 1941 года.
↑ Ф. Гальдер. Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск. Том III. — М.: Воениздат, 1971
↑ Г. Гот. Танковые операции. — М.: Воениздат, 1961.
↑ Г. Гудериан. Воспоминания солдата. — Смоленск.: Русич, 1999. — с.305-306.
↑ Рецензии | Издательство «Новое литературное обозрение». www.nlobooks.ru. Проверено 4 августа 2016.
↑ «СОВЕТСКАЯ РОССИЯ»
↑ Наша Победа. День за днём — проект РИА Новости

Литература

1941 год — уроки и выводы — М.: Воениздат, 1992.
Голицын В. В. «Досье Барбаросса». — М.: Рейтар, 2011. — 202 стр. ISBN 978-5-8067-0055-0
Мельтюхов, М. И. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941 (Документы, факты, суждения). Москва: Вече, 2000.
Исаев А. В. От Дубно до Ростова. — М.: АСТ; Транзиткнига, 2004.
Исаев А. В. «Котлы 41-го. История ВОВ, которую мы не знали». — М.: Яуза, Эксмо, 2005. — 400 с ISBN 5-699-12899-9
Переслегин С., «Вторая мировая война между Реальностями», ч. 1-2. — М.: Эксмо, 2006. ISBN 5-699-15132-X
Лота В. «Альта» против «Барбароссы». Изд-во «Молодая гвардия» — 2005, 471 стр. ISBN 5-235-02726-4
Г. Гудериан. «Воспоминания солдата», М.: Воениздат, 1954., пер. нем. — H. Guderian. Erinnerungen eines Soldaten. Heidelberg, 1951. ISBN 5-9524-1585-7
Кайюс Беккер. ч.7: Операция "Барбаросса" // Военные дневники люфтваффе. Хроника боевых действий германских ВВС во Второй мировой войне 1939-1945 = The Luftwaffe War Diaries / пер. А.Цыпленков. — М.: Центрполиграф, 2005. — 544 с. — (За линией фронта. Мемуары). — доп, 5 000 экз. — ISBN 5-9524-1174-6.
Алексей Исаев. Неизвестный 1941. Остановленный блицкриг. — М.: Яуза, Эксмо, 2010. — 488 с. — ISBN ISBN 978-5-699-41198-6.
Lewin, Ronald (2001), Ultra goes to War (Penguin Classic Military History ed.), London: Penguin Group, ISBN 978-0-14-139042-0
Наумов Л. Б. (под ред.). Сборник 1941: В 2 кн. / Яковлев А. Н. (общ. ред.). — М.: Международный фонд «Демократия», 1998. — Т. кн. 1. — 832 с. — ISBN 5-89511-009-6.

Ссылки

Павел Густерин. Об одном неудачном названии
Карта расположения войск на 22 июня 1941 г.
В.Коровкин. Мы воевали лучше, чем союзники
«Начало войны» документальный фильм
Великая Война. 1 Серия. Барбаросса

Виктор Миронов

23.03.2021, 08:05

https://russian.rt.com/science/article/402187-ministerstvo-oborony-unikalnye-dokumenty
На сайте Министерства обороны открылся новый раздел, в котором размещены уникальные свидетельства советских военачальников о первых днях Великой Отечественной войны. Эти материалы представляют собой ответы командиров на вопросы, которые вскоре после войны им задавало Военно-историческое управление Генерального штаба Советской армии. RT изучил рассекреченные документы.
https://rus.rt.com/russian/images/2017.06/original/594b8df4c461886b148b4809.jpg
Министерство обороны Российской Федерации

К годовщине начала Великой Отечественной войны на сайте Министерства обороны появился раздел, в котором можно познакомиться с уникальными свидетельствами очевидцев.

В 1952 году специальная группа при Военно-историческом управлении Генерального штаба Советской армии начала работу над описанием событий Великой Отечественной войны.

Те, кто командовал в начале войны округами, армиями, корпусами и дивизиями, получили список из пяти вопросов. Военачальников, в частности, спрашивали, почему в июне 1941 года большая часть артиллерии корпусов и дивизий находилась в учебных лагерях, насколько штаб их части был подготовлен к управлению войсками и в какой степени это отразилось на ходе ведения операций первых дней войны.
Министерство обороны опубликовало уникальные документы о начале Великой Отечественной войны
https://rus.rt.com/russian/images/2017.06/original/594b8f3cc3618839758b47f1.jpg
© Министерство обороны Российской Федерации

Теперь часть этих, ранее засекреченных, исторических документов стала доступна пользователям интернета.

Несмотря на по-военному сухие формулировки, которыми высшие офицерские чины описывают события 22 июня 1941 года, возникает ясное представление о том, что им пришлось пережить в первые дни немецкого вторжения.

Пётр Собенников, в 1941 г. — командующий войсками 8-й армии Прибалтийского особого военного округа (Северо-Западный фронт):

«Насколько неожиданно для подходивших войск началась война, можно судить, например, по тому, что личный состав тяжёлого артиллерийского полка, двигавшийся по железной дороге на рассвете 22 июня, прибыв на ст. Шауляй и увидев бомбёжку наших аэродромов, посчитал, что начались манёвры.

А в это время уже почти вся авиация Прибалтийского военного округа была сожжена на аэродромах. Например, из смешанной авиадивизии, которая должна была поддерживать 8-ю армию, к 15 часам 22 июня осталось 5 или 6 самолётов СБ».

Внезапность нападения привела к тому, что в первые часы война воспринималась частью командиров просто как провокация, на которую не стоит поддаваться:

«На провокацию не поддаваться, по самолётам не стрелять! … Немцы кое-где начали вести бой с нашими погранзаставами.

Это очередная провокация. На провокацию не идти. Войска поднять по тревоге, но патронов на руки не давать».

Документы дают представление и о личном мужестве командного состава в самые тяжёлые часы войны.

Николай Иванов, в 1941 г. — начальник штаба 6-й армии Киевского особого военного округа (Юго-Западный фронт):

«...Было принято решение замазать знаки на танке грязью и двигаться по дороге на Смела днём с закрытыми люками вместе с немецкими машинами, которые изредка проходили по дороге. Эта маленькая хитрость удалась, и мы днём двигались от Звенигорода на Шполу, причём немецкие регулировщики давали нам дорогу.

Надеясь и в дальнейшем безнаказанно двигаться с немцами, мы выехали на дорогу, идущую от м. Смела на Черкассы. Танк дошёл по дамбе до взорванного моста, но был обстрелян немецкой артиллерией зажигательными снарядами, при развороте сполз с дамбы и наполовину затонул. Вместе с экипажем мы вышли из танка и через час, перейдя болото, соединились со своими частями на участке 38-й армии».

Михаил Зашибалов, в 1941 г. — командующий 86-й стрелковой дивизией 5-го стрелкового корпуса 10-й армии Белорусского особого военного округа (Западный фронт):

«Начальнику штаба дивизии я приказал связаться с пограничными комендатурами и заставами и установить, что делают немецко-фашистские войска и что делают наши пограничные комендатуры и заставы на Государственной границе СССР.

В 2 часа 00 минут начальник штаба дивизии доложил сведения, полученные от начальника Нурской пограничной заставы, что немецко-фашистские войска подходят к реке Западный Буг и подвозят переправочные средства.

После доклада начальника штаба дивизии в 2 часа 10 минут 22 июня 1941 года я приказал подать сигнал «Буря 2», поднять стрелковые полки по тревоге и выступить форсированным маршем для занятия участков и районов обороны.

В 2 часа 40 минут 22 июня я получил приказ вскрыть пакет командира корпуса, хранящийся в моём сейфе, из которого мне стало известно, что я должен поднять дивизию по боевой тревоге и действовать согласно принятому мной решению и приказу по дивизии, что мною и было сделано — по моей инициативе на час раньше».

На данный момент в разделе сайта Минобороны «Так начиналась война» представлены развернутые показания семерых военачальников в виде ответов на пять вопросов.

Биограф.Ru

24.03.2021, 08:28

http://www.biograph.ru/index.php/operations/1756-01-beforethewar
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/001-nakanune-small.jpg
Прошло 60 лет с тех пор, как отгремели последние залпы Великой Отечественной войны. В Европу пришел мир, ее народы приступили к мирному созидательному труду. Но и по прошествии времени события той поры продолжают волновать умы людей.

Во второй половине 1930-х годов гитлеровская Германия превратилась в главную угрозу для мира на планете. Игнорируя положения Версальского мирного договора 1919 года, ограничивавшего военную мощь Германии, немецкое руководство вначале завуалированно, а затем и открыто стало наращивать военное производство и численность своих вооруженных сил. Все это осуществлялось при попустительстве подписантов Версальского договора, надеявшихся направить устремления Гитлера на восток, на Советский Союз. К тому же правители Германии и не скрывали, а даже афишировали, что их целью является завоевание «жизненного пространства» прежде всего за счет присоединения восточных территорий. Уничтожение СССР они считали важной составной частью своих планов. Однако в Берлине хорошо понимали всю сложность решения этой задачи. «Советская Россия, - говорил Гитлер, - трудная задача. Вряд ли я смогу начать с нее». Поэтому было решено приступить к созданию в центре Европы ударного кулака в виде рейха (империи) с населением 90 – 100 млн человек, ядро которого составили бы народы арийского происхождения. «К тому ядру, - утверждал Гитлер, - в первую очередь относится Австрия… Но к нему принадлежат также Богемия и Моравия, равно как и западные районы Польши… Частью этого ядра… являются также прибалтийские государства». Изначально предполагалось, что население этих стран, кроме проживавших там немцев и «пригодных для онемечивания элементов», подлежит уничтожению или выселению за Урал.

Высшее политическое руководство Советского Союза предпринимало усилия к обузданию агрессора, подавлению очага мировой войны в его зародыше. В 1933 году СССР добился принятия конвенции об определении понятия «агрессия». Он выдвинул также концепцию «неделимости мира», согласно которой любой региональный конфликт несет угрозу перерастания в мировую войну, а потому важнейшей задачей является предотвращение военного конфликта в любом регионе мира. В противовес созданному в июле 1933 года пакту четырех в составе Англии, Франции, Германии и Италии Советский Союз предложил создать Восточный пакт – заключить договоры о взаимопомощи между СССР, Чехословакией, Финляндией, Латвией, Эстонией и Литвой. Однако подписание пакта заблокировали не только Германия, но и Англия, и некоторые другие государства.

Со второй половины 1930-х годов обстановка в мире стала резко накаляться. В 1935 году Италия захватила Эфиопию. В ноябре 1936 года между Германией и Японией был заключен Антикоминтерновский пакт, через год к нему присоединилась Италия. Осенью 1936 года Германия и Италия вмешались в гражданскую войну в Испании на стороне франкистов. В ответ на это СССР стал оказывать военную помощь республиканцам. В 1937 году Япония напала на Китай, на помощь которому пришел Советский Союз. В 1938 году возник вооруженный конфликт у озера Хасан на Дальнем Востоке. В это же время ухудшились отношения СССР с западными державами, которые увязывали усиление коммунистического движения в Западной Европе с деятельностью Коминтерна.

Отношение правящих кругов Англии к идее коллективной безопасности становилось все более отрицательным, в этом же направлении менялась и политика Франции. В июне 1935 года между Лондоном и Берлином было подписано морское соглашение, которое, вопреки Версальскому договору, позволяло Германии наращивать свой военно-морской флот до уровня 35% надводных и 45% подводных кораблей от английского флота. В том же году гитлеровское правительство изменило статус германских вооруженных сил. Вместо скованного версальскими ограничениями рейхсвера создавалась новая военная организация – вермахт – армия агрессии и реванша. Западные державы никак не отреагировали на это, также как и на ввод немецких войск в ремилитаризованную после Первой мировой войны Рейнскую зону – территорию по берегам Рейна, где Германии запрещалось иметь вооруженные силы. Гитлер почувствовал безнаказанность своих действий. В марте 1938 года произошел аншлюс (присоединение) Австрии, независимая страна стала германской провинцией. Реакции на это со стороны западных держав вновь не последовало. Германское руководство уверовало в то, что ему можно все.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-05.jpg
Съезд НСДАП

Следующим шагом Германии на пути расширения своего жизненного пространства должна была стать Чехословакия. «Моим твердым решением является уничтожение Чехословакии военным нападением в ближайшем будущем», - заявил Гитлер. Поразительно, но и эти планы нашли понимание у западных лидеров. Еще в 1937 году заместитель английского премьер-министра лорд Э. Галифакс заверил Гитлера, что правительство Великобритании проявляет полное понимание «законных» территориальных требований Германии в отношении Данцига, Австрии и Чехословакии. Он лишь высказал пожелание, чтобы возможные изменения в данной части Европы «были произведены путем мировой эволюции» с целью «избежать методов, которые могут причинить дальнейшие потрясения, которых не желали ни фюрер, ни другие страны». В переводе на общедоступный язык это означало: «Делайте что хотите, но тихо». При этом мнением чехословацкого народа и его правительства никто не интересовался. Однако против агрессивных устремлений гитлеровского руководства выступил Советский Союз, который в соответствии с договорами о совместных оборонительных действиях, заключенных с Чехословакией и Францией в 1935 году, заявил о своей готовности оказать помощь чехословацкому народу. В связи с этим Англия и Франция оказали сильнейшее давление на правительство Чехословакии, с тем чтобы оно отказалось от советской помощи и согласилось с требованиями Гитлера. Их усилия увенчались успехом. 21 сентября 1938 года чехословацкий президент Э. Бенеш заявил, что принимает англо-французские требования. Это вызвало волну массового возмущения в стране. Было создано новое правительство, объявлена всеобщая мобилизация. СССР еще раз заявил о готовности оказать военную помощь Чехословакии, если ее руководство попросит об этом. Однако и новое правительство стало проводить капитулянтскую политику.

29 – 30 сентября в Мюнхене на специальную конференцию по поводу территориальных претензий Третьего рейха к Чехословакии собрались главы правительств Германии, Италии, Англии, Франции, но без представителей Чехословацкой республики. Они заключили соглашение, которое обязывало чехословацкое правительство передать наиболее развитую в промышленном отношении часть страны —Судетскую область — в состав Германии. Одновременно новые границы Чехословакии «гарантировались» от неспровоцированной агрессии. Так без единого выстрела Германия отторгла около 20% чехословацкой территории, где проживала четверть населения страны и находилась половина промышленности. Этот акт резко изменил обстановку в Европе, она стала стремительно скатываться в пучину большой войны. Попустительство и «умиротворение» Гитлера, желание направить его устремления на восток лишь укрепили амбиции и увеличили аппетиты гитлеровского руководства. В октябре 1938 года глава германского МИДа И. Риббентроп говорил главе итальянского правительства Б. Муссолини: «Чешский кризис показал нашу силу! У нас есть превосходство в инициативе, поэтому мы будем хозяевами положения. На нас не могут напасть. С военной точки зрения ситуация превосходная: уже в сентябре 1939 г. мы сможем вести войну с великими демократиями».
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-01.jpg
Маршируют по Варшаве
Гитлер, убедившись в том, что лидеры западных стран идут на удовлетворение его территориальных притязаний, все больше склонялся к мысли нанести сокрушительный удар по Франции, а затем принудить Англию к заключению мирного договора на выгодных для себя условиях. Но для этого надо было обезопасить себя с востока, прежде всего отколоть Польшу от союза с Англией и Францией. Однако польское правительство отвергло просьбу Германии уступить ей Данциг и так называемый Польский коридор в обмен на передачу ей других земель. Не согласилась Польша и на участие в походе против СССР с целью создания «Великой Украины», куда вошли бы все украинские земли Советского Союза и Польши, а также так называемая Закарпатская Русь. В этих условиях гитлеровское руководство принимает решение разбить в скоротечной кампании Польшу, обеспечив при этом нейтралитет СССР, а затем нацелить удар на Францию. С конца 1938 года оно активизировало советско-германские торгово-экономические переговоры.

15 марта 1939 года Германия, грубо нарушив Мюнхенское соглашение, оккупировала всю Чехословакию. В ответ английское и французское правительства заявили о своих гарантиях Польше, Румынии и еще некоторым странам. Они приняли ряд демонстративных мер по укреплению своей обороны, в апреле наконец-то откликнулись на предложения СССР заключить трехстороннее соглашение о взаимной помощи, которое предусматривало: 1) СССР, Великобритания и Франция взаимно обязуются немедленно оказывать друг другу всяческую, в том числе военную, помощь в случае агрессии против любой из этих стран; 2) такую же помощь три державы оказывают граничащим с СССР европейским государствам в случае агрессии против одного из них; 3) размеры и формы военной помощи в любом из этих случаев должны быть установлены в короткий срок.

Однако правительства Англии и Франции всячески затягивали переговоры. Они начались лишь 15 июня, проходили вяло. При этом западные представители пытались добиться от Советского Союза гораздо больших обязательств, чем брали на себя. Становилось все более очевидным, что переговоры заходят в тупик. В этих условиях, чтобы не оказаться в полной изоляции, один на один с Германией, советское руководство приняло предложение германского правительства заключить советско-германский пакт о ненападении, который был подписан 23 августа. Подобные пакты с Германией уже имели к этому времени Англия, Франция и ряд других государств.

Советско-германский пакт о ненападении содержал также секретный дополнительный протокол, который разграничивал сферу интересов двух сторон. В сферу интересов СССР попадали Финляндия, Эстония, Латвия, восточная часть Польши и Бессарабия. Заключение пакта имело для Советского Союза большое значение. Он позволял СССР избежать перспективы быть втянутым в войну на Западе, если такая возникнет, в крайне неблагоприятных для себя условиях, предотвратить возможность, как полагало советское руководство, «нового Мюнхена», положить в соответствии с секретным протоколом предел движению немецких войск на восток. В то же время пакт имел и отрицательные стороны. Прежде всего, он нанес большой урон международному престижу СССР, внес смятение в ряды антифашистского движения. Секретный дополнительный протокол затрагивал интересы третьих сторон и уже поэтому имел противоправный характер. Хотя следует отметить, что подобные секретные протоколы содержали многие международные договоры того времени.

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу. Через два дня Англия и Франция объявили войну Германии. Их примеру последовал ряд союзных им стран. Так заполыхал пожар Второй мировой войны. Чуть более месяца потребовалось Гитлеру, чтобы сломить сопротивление польской армии. Немецкая армия все ближе подступала к границам СССР. Большие опасения в отношении дальнейшего развития событий вызывала у руководства СССР и позиция западных держав. Формально объявив войну Германии, лидеры Англии и Франции фактически ничего не сделали для того, чтобы помочь Польше отразить вражеское вторжение. Имея огромное превосходство над вермахтом на франко-германской границе, англо-французские войска так и не решились начать полномасштабные действия. Лишь 9 сентября 10 французских дивизий (из 78 имевшихся на границе) перешли в наступление. Продвинувшись почти без боя на 8 – 18 км в глубь немецкой территории, они остановились по приказу своего командования, а затем вернулись на исходные позиции. Такая «странная война» позволила Гитлеру сосредоточить свои силы на разгроме Польши, в апреле 1940 года оккупировать Данию, а затем очередь дошла и до самой Франции.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-02.jpg
Встреча Наркома иностранных дел В.Молотова с Рейхсканцлером Германии А. Гитлером

В этих условиях, стремясь остановить вермахт как можно дальше на западе и в то же время не желая осложнять отношения с Германией, советское руководство пошло на подписание Договора о дружбе и границе (заключен 28 сентября 1939 г.). Договор определил границу между двумя государствами, а Литва из сферы интересов Германии переходила в сферу интересов СССР. Договор от 28 сентября, также грубо нарушивший международное право, еще более дезориентировал международное антифашистское и коммунистическое движение. В растерянности было и население СССР. Фашизм, к борьбе с которым много лет призывала советская пропаганда, вдруг оказался дружественным. С осени 1939 года вся антифашистская пропаганда в стране была свернута. Тем не менее высшее советское руководство ясно понимало цену этой «дружбы». Оно осознавало, что война с фашизмом неизбежна. Сталин и его окружение считали, что Советский Союз будет готов к схватке с Германией не ранее лета 1942 года. Это в значительной степени объясняет стремление оттянуть начало войны, идти на заключение ущербных для себя договоров и соглашений.

Быстрое падение Польши со всей очевидностью показало мощь и агрессивность Германии. Пожар мировой войны разгорался, охватывая своим пламенем все больше стран и народов. Это требовало консолидации всех миролюбивых стран на отпор агрессору. Однако этого не произошло. Западноевропейские государства (прежде всего Англия и Франция) видели в СССР распространителя коммунистических идей, которые угрожали их государственному и общественному строю. В свою очередь советское руководство рассматривало действия западных держав с классовых позиций, не доверяя «империалистам». Оно не верило в искренность Англии и Франции, в их желание заключить антигитлеровский союз и опасалось, что в случае войны западные державы подставят Советский Союз под удар вермахта, а сами останутся в стороне.

В такой непростой обстановке советское руководство принимало меры по укреплению своих границ, усилению мощи Вооруженных сил. 4 сентября 1939 года нарком обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов потребовал от командующих ряда военных округов провести к 15 сентября мероприятия по усилению боевой готовности войск, в том числе задержать увольнение старослужащих на один месяц и прекратить отпуска. 7 сентября этим же военным округам была поставлена задача провести большие сборы войск с привлечением приписного состава. На следующий день военным советам Киевского и Белорусского Особых военных округов предписывалось начать скрытые оперативные переброски войск на запад. На базе этих округов создавались Украинский и Белорусский фронты под командованием командарма 1 ранга С. К. Тимошенко и командарма 2 ранга М. П. Ковалева соответственно. Их задача состояла в том, чтобы сосредоточенными ударами разгромить противостоявшие соединения польской армии, отрезать им пути отхода в Румынию и Венгрию, а затем выйти и закрепиться на определенных советско-германским пактом о ненападении рубежах.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-03.jpg
На рассвете 17 сентября 1939 года войска Белорусского фронта перешли границу и, подавляя отдельные очаги сопротивления, стали продвигаться на запад. 19 сентября после упорного боя с польским пехотным полком они заняли Вильно (Вильнюс). Почти беспрепятственно продвигались и соединения Украинского фронта. 20 сентября германское и советское командования достигли договоренности о координации действий своих войск при занятии территорий, входивших в согласованные ранее сферы интересов сторон. К исходу 30 сентября на согласованные рубежи вышли войска Белорусского, а 12 октября – Украинского фронтов. В октябре на территории Западной Украины и Западной Белоруссии состоялись выборы в Народные собрания, по просьбе которых Верховный Совет СССР в ноябре принял Западную Украину и Западную Белоруссию в состав Советского Союза.

В сентябре – октябре 1939 года были заключены договоры о взаимной помощи между СССР и республиками Прибалтики. Предусматривалось создание на территории Латвии, Литвы, Эстонии советских военных и военно-морских баз и размещение на них небольших воинских контингентов (по 25 тыс. человек в Латвии и Эстонии, 20 тыс. человек в Литве).

Изменение международной обстановки весной и летом 1940 года подтолкнуло советское правительство к принятию срочных мер по усилению своего влияния в Прибалтике, повышению боевых возможностей размещенных там войск. Правительство СССР направило ноту руководству Литвы (14 июня), Латвии и Эстонии (16 июня), где указало, что считает совершенно необходимым и неотложным сформировать в них такие правительства, которые могли бы обеспечить «честное проведение в жизнь» договоров о взаимной помощи с СССР, а также потребовало согласия на увеличение численности советских войск. Ультимативность нот основывалась и на том, что в самих Прибалтийских республиках сформировалось в это время мощное левое движение, требовавшее замены правящих режимов и радикальных изменений в жизни этих стран. В августе 1940 года Латвия, Литва и Эстония вошли в состав СССР как союзные республики.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-09.jpg
Советские танки на улицах Каунаса

Ввод дополнительных соединений Красной Армии и замена правительств в странах Прибалтики большинством зарубежных государств были встречены как вполне объяснимые меры, продиктованные интересами безопасности Советского Союза. Германский посланник в Каунасе Э. Цехлин докладывал в Берлин: «Совершенно очевидно, что столь внушительная демонстрация сил не может проводиться только с целью оккупации Литвы. С учетом всей политической обстановки становится ясно, что Советский Союз направил сюда такое огромное количество войск из недоверия к Германии с чисто оборонительными целями». Ему вторит и глава британского МИДа Э. Галифакс, отметивший, что «концентрация советских войск в Прибалтийских государствах является мероприятием оборонного характера». В то же время включение Прибалтийских республик в состав СССР вызвало резко негативную реакцию на Западе. Оно было расценено как аннексия, как проявление «имперских амбиций коммунистического тоталитарного государства» и ухудшило отношения Советского Союза с Англией и США.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-08.jpg
Красная Армия входит в Кишинев. 1940 год

Необходимость укрепления юго-западных границ СССР выдвинула проблему решения бессарабского вопроса с Румынией. Румынское правительство, тяготевшее к Германии, демонстративно провело мобилизацию более 1 млн резервистов, увеличило военные расходы и усилило группировку своих войск в Бессарабии. 26 июня 1940 года советское правительство передало румынскому представителю ноту с предложением «приступить совместно с Румынией к немедленному решению вопроса о возвращении Бессарабии Советскому Союзу». На следующий день в очередной советской ноте требовалось вывести румынские войска из Северной Буковины и Бессарабии в течение 4 дней. Попытка румынского правительства обратиться за помощью к Берлину успеха не имела. В итоге удалось решить бессарабскую проблему мирным путем. 28 июня 1940 года на территорию Северной Буковины и Бессарабии вошли советские войска. Румынские политические партии на этих территориях были распущены, повсеместно создавались органы советской власти. 2 августа образована Молдавская Советская Социалистическая Республика, куда вошли большая часть Бессарабии и Молдавская автономная республика; Северная Буковина и некоторые районы Бессарабии включены в состав Украины.

Большое беспокойство у советского руководства вызывала безопасность северо-западной границы СССР. Она проходила в 32 км от Ленинграда, что в случае войны создавало непосредственную угрозу городу. В 1938 году финляндскому правительству было предложено заключить с СССР договор о взаимопомощи. Оно ответило отказом, так как Финляндия с 1935 года придерживалась политики нейтралитета, хотя в ее военных кругах были сильны прогерманские настроения. Не нашло поддержки и предложение предоставить Советскому Союзу в аренду полуостров Ханко и несколько островов в восточной части Финского залива в обмен на вдвое большую по площади территорию в Карелии. Финны соглашались лишь отодвинуть границу от Ленинграда. 9 ноября 1939 года финляндское правительство прервало проходившие в это время советско-финляндские переговоры. 28 ноября СССР денонсировал договор 1932 года с Финляндией о ненападении и 30 ноября начал военные действия. В ходе советско-финляндской войны советские войска нанесли тяжелое поражение финской армии, что вынудило Финляндию 12 марта 1940 года подписать мирный договор. По его условиям граница на Карельском перешейке была отодвинута на север, на кандалакшском направлении – на запад. К Советскому Союзу отошла часть территории полуостровов Рыбачий и Средний, а также острова Выборгского залива. Полуостров Ханко поступил в аренду СССР на 30 лет за ежегодную плату 8 млн финских марок. Главной стратегической цели, которую преследовало советское руководство, – обезопасить северо-западную границу удалось достичь. Однако полной гарантии того, что Финляндия останется нейтральной в случае агрессии против СССР, не было, так как поставленной политической цели – создания в Финляндии просоветского режима – достичь не удалось, а враждебное отношение к Советскому Союзу усилилось. Негативные итоги войны состояли и в том, что СССР был исключен из Лиги Наций, на Западе развернулась антисоветская пропагандистская кампания, резко ухудшились отношения Советского Союза с Англией и Францией – он остался один на один с Германией.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune10.jpg
Подписание советско-финляндского мирного договора

Одновременно с укреплением границ СССР советское правительство уделяло пристальное внимание реорганизации Вооруженных сил, росту экономики страны. Началась радикальная перестройка системы оперативной, боевой и политической подготовки армии и флота. Стали создаваться механизированные корпуса, ранее расформированные в результате ошибочной оценки их роли в операциях того времени. Дальнейшее развитие получили артиллерия, авиация, флот. Это стало возможным в результате неуклонного роста военного производства. Уже в годы второй пятилетки (1933 – 1937) оно значительно опережало развитие мирных отраслей. Темпы его роста составили 286% по сравнению со 120% роста промышленного производства в целом. Значительно выросли расходы на оборону, которые в абсолютном выражении увеличились с 17,5 в 1937 году до 56,8 млрд рублей в 1940 году. В первую очередь развивалось производство самолетов, танков и артиллерии. Для решения военно-научных задач создавались специальные научно-исследовательские центры и конструкторские бюро, в том числе и в системе исправительно-трудовых лагерей НКВД.

В то же время огромный вред обороноспособности страны, боеспособности его Вооруженных сил нанес авторитарно-бюрократический режим государства. В первую очередь это связано с политическими репрессиями, прокатившимися по всем отраслям и структурам. Только в армии и на флоте накануне войны репрессиям подверглись почти 40 тыс. командиров и политработников. В результате к руководству войсками пришли командиры, не обладавшие достаточным опытом и образованием. Особенно пагубно это сказалось в оперативном и оперативно-стратегическом звене управления. К началу 1941 года некомплект командно-начальствующего состава был 19,4%, при этом лишь 2,9% командиров имели высшее военное образование.

Кроме того, страх за последствия принятых решений, за высказывание мыслей, не совпадающих с мнением высшего руководства, приводил к искажению сведений о реальном состоянии дел. Политика в отношении Германии, с весны 1941 года все более напоминавшая политику умиротворения, вводила в заблуждение не только армию и флот, но и все население страны. Стремление Сталина и его окружения оттянуть начало войны хотя бы до 1942 года пресекало любые действия, которые могли бы, как считалось тогда, спровоцировать вооруженный конфликт. Перенос государственной границы и передислокация основной части войск западных военных округов на территорию Западной Украины, Западной Белоруссии, республик Прибалтики и в Бессарабию создали трудности в подготовке театра военных действий. Значительная часть укрепленных районов на старой границе была законсервирована. Возникла необходимость в срочном строительстве новых укреплений, расширении аэродромной сети и реконструкции большинства аэродромов. Для решения этих задач привлекались значительные силы, но к началу войны намеченные работы удалось выполнить только на 20 – 25%.

Между тем война уже стояла на пороге Советского государства. Летом 1940 года всего за месяц Гитлер расправился с Францией, его войска вторглись в Северную Африку, оккупировали Данию и Норвегию. Весной 1941 года под пятой фашистской Германии оказались почти все страны Европы. Следующей целью Гитлера стал Советский Союз. Германское руководство сделало вывод, что созданы все условия для решительного шага на пути рейха к мировому господству. Разработка плана нападения на СССР началась в июле 1940 года. Его окончательный вариант, получивший наименование «Барбаросса», был изложен в директиве главного командования вооруженных сил (ОКВ) № 21 от 16 декабря 1940 года и Директиве по стратегическому сосредоточению и развертыванию войск главного командования сухопутных войск (ОКХ) от 31 января 1941 года.
При планировании войны против СССР германское руководство исходило из того, что она должна быть молниеносной. Предполагалось одним ударом сокрушить Красную Армию, в течение полутора-двух месяцев оккупировать советскую территорию вплоть до Волги и тем самым добиться окончательной победы. Замыслом предусматривалось быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот расколоть фронт главных сил советских войск, сосредоточенных в западной части СССР, и, используя этот прорыв, уничтожить их разобщенные группировки западнее линии Западная Двина, Днепр. В дальнейшем планировалось овладеть главными стратегическими объектами – Москвой, Ленинградом, Центральным промышленным районом, Донбассом и выйти на линию Архангельск, Волга, Астрахань. Осуществление плана «Барбаросса» предусматривалось начать в мае 1941 года, однако затем этот срок был перенесен. 30 апреля 1941 года Гитлер принял окончательное решение о дне нападения – 22 июня.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-06.jpg
В соответствии с планом началось сосредоточение ударных группировок. Для войны против СССР выделялось 182 дивизии (в том числе 19 танковых и 13 моторизованных), 20 бригад Германии и ее союзников. Они насчитывали около 5 млн. человек, до 4,4 тыс. танков и штурмовых орудий, 47,2 тыс. орудий и минометов, 4,4 тыс. боевых самолетов, 192 боевых корабля. Подавляющая часть этих сил – свыше 4 млн человек – развертывалась в первом стратегическом эшелоне. Предусматривалось нанести три основных удара: группой армий «Север» (командующий — генерал-фельдмаршал В. Лееб) – из Восточной Пруссии в общем направлении на Псков, Ленинград; группой армий «Центр» (командующий — генерал-фельдмаршал Ф. Бок) – из района восточнее Варшавы на Минск, Смоленск и далее на Москву; группой армий «Юг» (командующий — генерал-фельдмаршал К. Рундштедт) – из района Люблина на Житомир, Киев. Кроме того, намечалось нанесение вспомогательных ударов с территории Финляндии на Ленинград, Мурманск; с территории Румынии – на Могилев-Подольский, Жмеринку и вдоль побережья Черного моря.

Особое внимание при подготовке агрессии против СССР уделялось оперативной маскировке и дезинформации. 15 февраля 1941 года начальник штаба ОКВ генерал-фельдмаршал В. Кейтель подписал распоряжение, где проведение дезинформационных мероприятий разбивалось на три этапа. На первом (примерно до середины апреля 1941 г.) предусматривалось создавать ложное представление относительно намерений немецкого командования, акцентируя внимание на планах вторжения в Англию, а также на подготовке операции на Балканах и в Северной Африке. Переброски войск для операции «Барбаросса» предлагалось изображать как обмен сил между Западом, Германией и Востоком, либо как подтягивание тыловых эшелонов для действий на Балканах, либо как подготовку обороны на случай советского нападения. На втором этапе, когда скрыть подготовку станет уже невозможно, стратегическое развертывание сил вторжения должно было изображаться как «крупнейший в истории войн отвлекающий маневр» будто бы с целью отвлечения внимания от последних приготовлений к нападению на Англию.

14 июня на совещании у Гитлера в Берлине были заслушаны доклады командующих группами армий и равных им командующих ВМС и ВВС о готовности к проведению операции «Барбаросса». Тогда же уточнено и время ее начала. Оно переносилось с 3 часов 30 минут на 3 часа ровно по среднеевропейскому времени.

С 10 июня войска, предназначенные для прорыва, стали выдвигаться в исходные районы: 7-20 км от советской границы – для пехотных соединений и 20-30 км – для танковых. Начиная с 18 июня дивизии первых эшелонов по ночам выдвигались в исходное положение для наступления. К полудню 21 июня соединения немецких ВВС первого удара сосредоточились на аэродромах западнее реки Вислы. К вечеру того же дня они одиночными самолетами на малой высоте перебазировались на оперативные аэродромы, расположенные в непосредственной близости от границы СССР.

Военные приготовления фашистской Германии не остались незамеченными советским руководством. Однако оно не учитывало вариант внезапного нападения агрессора полностью отмобилизованными и заранее развернутыми войсками. Поэтому перед войсками приграничных военных округов ставилась задача прикрыть отмобилизование, сосредоточение и развертывание главных сил, предназначенных для боевых действий на западе, которые на 20-30-е сутки должны были перейти в наступление с целью полного разгрома агрессора.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-07.jpg
Советские и германские офицеры во время совместных учений

Серьезным просчетом явилось также определение возможных сроков начала войны (не ранее 1942 г.). Тем не менее в мае 1941 года было проведено доукомплектование ряда соединений за счет призыва на учебные сборы военнообязанных, а также началось выдвижение советских войск из внутренних округов на запад. Однако полностью завершить перегруппировку не удалось. В результате к началу войны в западной части СССР было сосредоточено лишь 186 дивизий (вместо 240 по плану) : около 3,1 млн человек, более 47,2 тыс. орудий и минометов, 12,8 тыс. танков (из них требовали ремонта более 2,2 тыс.), около 7,5 тыс. боевых самолетов (из них исправных 6,4 тыс.). Кроме того, авиация Северного, Балтийского и Черноморского флотов имела еще 1,4 тыс. боевых самолетов. Советские войска были не полностью укомплектованы командным и рядовым составом, а также техникой и другим вооружением. Качественное превосходство было на стороне противника. Оно выражалось в лучшей технической оснащенности, более высокой слаженности, обученности и укомплектованности войск. Немецкие войска, получившие в свое распоряжение автотранспорт почти всей Западной Европы, превосходили советские в подвижности, значительно лучше были оснащены радиосредствами.

Тяжелые последствия имело запоздалое решение привести войска западных военных округов в полную боевую готовность. Неоднократные попытки высшего военного руководства убедить Сталина в необходимости этого шага не увенчались успехом. Тот по-прежнему находился в плену своих иллюзий – война не начнется ранее 1942 года. Доклады советской разведки о планах Гитлера начать вторжение летом 1941 года он воспринимал как дезинформацию западных спецслужб, имеющую цель спровоцировать советское руководство на такие действия, которые бы ускорили развязывание войны.

Тем не менее некоторые меры принимались. 12 июня нарком обороны отдал директивы о выдвижении к границе стрелковых дивизий, располагавшихся в глубине территории приграничных военных округов. С середины июня были отменены отпуска личному составу. Некоторые командиры и командующие на свой страх и риск предпринимали меры по повышению боеготовности войск. Например, командующий Прибалтийским Особым военным округом генерал-полковник Ф. И. Кузнецов 15 июня своим приказом потребовал рассредоточить авиацию. Начальник противовоздушной обороны округа получил приказ к исходу 20 июня привести в полную боевую готовность подчиненные ему войска. Начиная с 17 июня командир 41-й стрелковой дивизии генерал-майор Г. Н. Микушев стал собирать свои части в летнем лагере. Во второй половине дня 21 июня он предупредил командиров о возможном нападении Германии и приказал всем офицерам оставаться в своих подразделениях. Солдатам было выдано все, что положено брать с собой по боевой тревоге. Таким образом, дивизия без выхода в назначенные планом прикрытия районы оказалась почти в полной боевой готовности. Это позволило ее частям 22 июня быстро собраться по боевой тревоге и организованно вступить в бой. Совместно с войсками укрепленных районов и пограничниками дивизия отразила наступление четырех немецких дивизий, а на следующий день, перейдя в наступление, не только отбросила врага к границе, но и углубилась на территорию Польши на 3 км.

К сожалению, таких примеров было немного. Большинство командиров и командующих или совсем не предпринимали никаких мер, или делали это весьма осторожно. Их можно понять: в то время когда сверху шли грозные приказы «не поддаваться на провокации», чтобы не спровоцировать военные действия, подобное своеволие могло стоить их инициаторам головы. В результате к утру 22 июня большинство войск приграничных военных округов располагалось в пунктах постоянной дислокации, авиация – на основных аэродромах, боеприпасы находились на складах.

Весь день 21 июня с границы поступали тревожные вести. Советская разведка вскрыла подготовку немецких войск к вторжению, о чем штабы приграничных военных округов тут же доложили в Генеральный штаб: к исходу дня немцы закончили строительство мостов через Неман, в полосе Западного Особого военного округа они сняли свои проволочные заграждения, а в лесу, расположенном недалеко от границы, слышался шум моторов.

Вечером того же дня начальник штаба Киевского Особого военного округа генерал-лейтенант М. А. Пуркаев доложил начальнику Генерального штаба генералу армии Г. К. Жукову о немецком перебежчике, который сообщил, что на рассвете германская армия начнет войну против СССР. Жуков немедленно передал это Сталину и наркому обороны Маршалу Советского Союза С. К. Тимошенко. По указанию Сталина Генеральным штабом была подготовлена директива, предупреждавшая командующих приграничных округов о возможном в течение 22-23 июня нападении агрессора и требовавшая «в полной боевой готовности встретить внезапный удар немцев или их союзников». Директива отличалась неконкретностью, двусмысленно звучало требование не поддаваться на провокации. Вместо короткой шифротелеграммы: «Приступить к выполнению плана прикрытия 1941 г.», смысл которой хорошо был знаком всем командующим, в войска направлялся громоздкий документ. Его передача закончилась только в половине первого ночи. В связи с этим, а также из-за нарушения связи со многими дивизиями в результате действий диверсантов противника большинство соединений и частей приказ о боевой тревоге так и не получили. Начало военных действий явилось для них полной неожиданностью, что в значительной степени привело к поражению в начальный период войны.
http://www.biograph.ru/images/stories/soldat/battles/nakanune/nakanune-04.jpg
С парада - на фронт!

На рассвете 22 июня фашистская армада вторглась на территорию СССР. Началась война, равной которой по ожесточенности и трагичности еще не знала история человечества. По характеру военных действий она условно делилась на 3 периода.

Первый период – 22 июня 1941 года – 18 ноября 1942 года. Отражение вторжения, срыв немецкого плана «молниеносной войны» и сокрушения СССР в 1942 году.

Второй период – 19 ноября 1942 года – конец 1943 года. Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны.

Третий период – январь 1943 года – 9 мая 1945 года. Полное изгнание врага с советской земли, освобождение порабощенных народов Европы, безоговорочная капитуляция вооруженных сил фашистской Германии.

Корпорация историков

25.03.2021, 05:10

http://www.krunch.ru/blog/research/213.html
28 ноября 2015, 19:59

Для тех, кто интересуется историей начала Великой Отечественной войны, мы представляем ряд материалов, посвященных этой теме.
http://www.krunch.ru/uploads/images/00/00/01/2015/10/07/06c728.jpg
Карта 22 июня 1941 г.
На карте дана дислокация:
— всех сухопутных дивизий Красной Армии (стрелковых, танковых, мотострелковых, горнострелковых) и Вермахта (пехотных, танковых, моторизованных, горных), с указанием их боевого и численного состава, количества танков, а также званий и фамилий командиров.
— всех авиационных дивизий ВВС и Люфтваффе, советских и германских аэродромов, с указанием марок и количества самолетов, а также званий и фамилий командиров.

На карте нанесены линии государственных границ, областей, укрепленных районов, дана топонимика 40-х годов и погодные условия на 22 июня 1941 г. Расположение объектов дано на современной геоподоснове, что облегчает их идентификацию. В подробных таблицах к карте приведены данные по всем сухопутным и авиационным войсковым частям и соединениям Красной Армии и ВВС СССР, а также Германии и их союзников, включая численный состав, количество танков, артиллерии и авиации.

При разработке карты использовалось большое количество источников информации, среди которых:
— Боевой и численный состав мехкорпусов РККА: mechcorps.rkka.ru
— Боевой и численный состав ВВС РККА: www.allaces.ru
— Боевой и численный состав вермахта: www.lexikon-der-wehrmacht.de
— Боевой и численный состав люфтваффе: www.ww2.dk
— Координаты аэродромов: wikimapia.org
— Карты Верховного командования сухопутных войск (ОКХ);
— Мемуары, воспоминания, документы: militera.lib.ru
— План стратегического развертывания вооруженных сил Советского Союза;
и т.д.

Карта предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей нашей страны. Она будет служить удобным наглядным пособием при изучении военных документов, книг и мемуаров о войне.

Для предварительного заказа, пожалуйста, оставьте заявку на masterkrunch@gmail.com. По мере изготовления, с вами свяжется наш сотрудник и уточнит адрес получения.

____________________
http://www.krunch.ru/uploads/images/00/00/01/2015/10/07/098a77.jpg
Онлайн-карта 22 июня 1941 г.
Значительно расширенный аналог бумажной карты, включающий таблицы боевого и численного состава Красной Армии и вермахта (и союзников) с указанием всех командиров, численного состава, количества самолетов, танков, артиллерии.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:25

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/189/
В 00.30 минут в западные военные округа была передана директива № 1:

«1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно её замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;

г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко. Жуков.»

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:25

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/30/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1321118073.jpg
Родина-мать зовёт! — плакат первых дней Великой Отечественной войны

В 4 часа Германия и ее союзники без объявления войны напали на СССР. Бомбардировке авиации подверглись Рига, Виндава, Либава, Шяуляй, Каунас, Вильнюс, Гродно, Лида, Волковыск, Брест, Кобрин, Слоним, Барановичи, Бобруйск, Житомир, Киев, Севастополь и многие другие города, железнодорожные узлы, аэродромы, военно-морские базы; осуществлялся артобстрел пограничных укреплений и районов дислокации советских войск вблизи границы от Балтийского до Черного моря. В 5–6 часов немецкие войска перешли государственную границу СССР и повели наступление в глубь территории.

В тот же день Правительство фашистской Италии объявило войну СССР (войска начали боевые действия с 20 июля).

Начались приграничные сражения советских войск прикрытия и пограничных войск на территории Южной Латвии, Литвы, Западной Белоруссии и Западной Украины, продолжавшиеся по 29 июня. В приграничных ВО находилось 170 дивизий и 2 бригады.

Главные удары противник наносил юго-восточнее Тильзита, восточнее Сувалок, в районе Бреста и южнее Владимир-Волынского.

Войска Северо-Западного фронта к исходу дня отошли от государственной границы на восток, местами до 50 км. Передовые части противника выдвинулись на р. Дубисса (35 км северо-западнее Каунаса), переправились через р. Неман в 60 км южнее Каунаса.

Войска Западного фронта начали отступать в глубь страны.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:26

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3952/
В 7.15 в западные военные округа была передана директива № 2:

«22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу. В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:

1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.

2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск…

На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.
Тимошенко, Маленков, Жуков»

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:27

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3951/
В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:

«…Советское правительство вопреки своим обязательствам и в явном противоречии со своими торжественными заявлениями действовало против Германии, а именно:

Подрывная работа против Германии и Европы была не просто продолжена, а с началом войны ещё и усилена.

Внешняя политика становилась всё более враждебной по отношению к Германии.

Все вооруженные силы на германской границе были сосредоточены и развернуты в готовности к нападению.

Таким образом, советское правительство предало и нарушило договоры и соглашения с Германией. Ненависть большевистской Москвы к национал-социализму оказалась сильнее политического разума. Большевизм — смертельный враг национал-социализма.

Большевистская Москва готова нанести удар в спину национал-социалистской Германии, ведущей борьбу за существование.
Правительство Германии не может безучастно относиться к серьёзной угрозе на восточной границе. Поэтому фюрер отдал приказ германским вооруженным силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу…»

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:27

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/4723/
22 июня 1941 года в 3:15 (по европейскому времени) или 4:15 (по московскому) по крепости был открыт ураганный артиллерийский огонь, заставший гарнизон врасплох. В результате были уничтожены склады, поврежден водопровод, прервана связь, нанесены крупные потери гарнизону. В 3:23 начался штурм. Непосредственно на крепость наступали до полутора тысяч пехоты из трёх батальонов 45-й пехотной дивизии . Неожиданность атаки привела к тому, что единого скоординированного сопротивления гарнизон оказать не смог и был разбит на несколько отдельных очагов. Штурмовой отряд немцев, наступавший через Тереспольское укрепление, первоначально не встретил серьёзного сопротивления, и пройдя Цитадель, передовыми группами вышел на Кобринское укрепление. Однако оказавшиеся в тылу немцев части гарнизона перешли в контратаку, расчленив и частично уничтожив атакующих.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1352901801.jpg
Немецкие войска ведут бой у стен Брестской крепости.

Немцы в Цитадели смогли закрепиться лишь на отдельных участках, включая господствующее над крепостью здание клуба (бывшая церковь св. Николая), столовую командного состава и участок казармы у Брестских ворот. Сильное сопротивление они встретили на Волынском и, особенно, на Кобринском укреплении, где дело доходило до штыковых атак. Малая часть гарнизона с частью техники сумела покинуть крепость и соединиться со своими частями; к 9 часам утра крепость с остававшимися в ней 6 — 8 тысячами человек была окружена. В течение дня немцы были вынуждены ввести в бой резерв 45-й пехотной дивизии , а также 130-й пехотный полк, первоначально являвшийся резервом корпуса, таким образом доведя группировку штурмующих до двух полков.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1352901880.jpg
Надписи на стенах Брестской крепости

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:28

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/209/
22 июня в 3:15 (по европейскому времени) или 4:15 (по московскому) по крепости был открыт ураганный артиллерийский огонь, заставший гарнизон врасплох. В результате были уничтожены склады, поврежден водопровод, прервана связь, нанесены крупные потери гарнизону. В 3:23 начался штурм. Непосредственно на крепость наступали до полутора тысяч пехоты из трех батальонов 45пд (135пп/1, 135пп/3, 130пп/3). Неожиданность атаки привела к тому, что единого скоординированного сопротивления гарнизон оказать не смог и был разбит на несколько отдельных очагов. Штурмовой отряд немцев, наступавший через Тереспольское укрепление, первоначально не встретил серьезного сопротивления и, пройдя Цитадель, передовыми группами вышел на Кобринское укрепление. Однако оказавшиеся в тылу немцев части гарнизона перешли в контратаку, расчленив и частично уничтожив атакующих. Немцы в Цитадели смогли закрепиться лишь на отдельных участках, включая господствующее над крепостью здание клуба (бывшая церковь св. Николая), столовую командного состава и участок казармы у Брестских ворот. Сильное сопротивление немцы встретили на Волынском и, особенно, на Кобринском укреплении, где дело доходило до штыковых атак. Малая часть гарнизона с частью техники сумела покинуть крепость и соединиться со своими частями; к 9 часам утра крепость с остававшимися в ней 6-8 тысячами человек была окружена. В течение дня немцы были вынуждены ввести в бой резерв 45пд (135пп/2), а также 130пп дивизии, первоначально являвшийся резервом корпуса, таким образом доведя группировку штурмующих до двух полков.

Всего в обороне участвовало около 3.5 тысяч человек. 8 мая 1965г. крепости за героизм и мужество её защитников присвоено звание "Крепость-герой".
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1326955902.jpg
Защитники Брестской крепости, картина Петра Кривоногова

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:28

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3956/
С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боев противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Кристинопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Кальвария, Стоянув и Цехановец (первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы).

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:30

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:31

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3955/
Все армии, кроме 11-й армии группы армий „Юг“ в Румынии, перешли в наступление согласно плану. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать…

Командование ВВС сообщило, что за сегодняшний день уничтожено 850 самолетов противника, в том числе целые эскадрильи бомбардировщиков, которые, поднявшись в воздух без прикрытия истребителей, были атакованы нашими истребителями и уничтожены.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:31

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/58/
Приграничные сражения в Молдавии 22 июня — 26 июля 1941 года (Оборонительная операция в Молдавии 1 — 26 июля 1941 года, оборонительная операция в Бессарабии и Северной Буковине) — оборонительная фронтовая операция советского Южного фронта против румынско-немецких войск в Бессарабии и Северной Буковине в начале Великой Отечественной войны. В немецкой историографии известна под наименованием операция «Мюнхен», начало которой приходится на 22 июня 1941 года.
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1321258117.jpg
На фото: Германские войска строят мост через реку Прут

Боевые действия начались на рассвете 22 июня 1941 года. Румынско-немецкая авиация нанесла бомбовые удары по городам, аэродромам и военным объектам, штурмовые группы румын форсировали реку Прут и пытались захватить мосты и плацдармы. В течение 22 — 23 июня было захвачено пять плацдармов, разгорелись ожесточенные бои по их уничтожению. Уже к 25 июня четыре плацдарма были ликвидированы, румынские войска смогли с большим трудом удержать только один плацдарм в районе Скулян. Более того, 25 и 26 июня советская Дунайская военная флотилия (командующий контр-адмирал Н. О. Абрамов) совместно с действовавшими в устье Дуная сухопутными войсками сумела провести успешную высадку Дунайского десанта, форсировать Дунай и занять на румынском берегу крупный плацдарм (76 километров по фронту).

25 июня был создан Южный фронт (командующий генерал армии И. В. Тюленев) в составе 9-й армии и 18-й армии (командующий генерал-лейтенант А. К. Смирнов). Управление фронта было создано на базе штаба Московского военного округа, штаб оказался абсолютно незнаком с театром военных действий и с подчинёнными войсками, прибытие штаба на фронт и прием войск под командование неоправданно затянулось. Это сразу отрицательно сказалось на руководстве войсками. Во многом из-за возникшей неразберихи в советском командовании, румынские войска сумели значительно расширить плацдарм в районе Скулян и до 30 июня захватить два новых плацдарма.

Успешное развитие наступления немецких войск на Украине позволили румынско-немецким войскам приступить к решению задачи по разгрому советских войск в Молдавии. Командующий немецкой группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Гердт фон Рундштедт 24 июня приказал командующему 11-й армией с утра 2 июля начать операцию по прорыву советской обороны, ударами 11-й немецкой армии и румынских армий в направлении на Винницу во взаимодействии с 17-й армией окружить и уничтожить основные силы Южного и левого крыла Юго-Западного фронтов. Основной удар должен был наноситься с плацдарма из района Скулян. Командующий Южным фронтом И. В. Тюленев полагал, что немецкое наступление начнется на 100 км севернее, на могилев-подольском направлении.

В связи с тем, что к 30 июня немецкие войска глубоко охватили главные силы Юго-Западного фронта, Ставка Главного Командования отдала приказ на отвод войск из Львовского выступа на линию укреплённых районов вдоль старой государственной границы 1939 года. Одновременно генералу Тюленеву было приказано прикрыть отход Юго-Западного фронта и с 6 июля отвести правый фланг 18-й армии в Каменец-Подольский укреплённый район, который упорно оборонять. Таким образом, переход немецко-румынских войск в наступление совпал с передвижением немногочисленных советских войск, что усугубило неблагоприятное развитие событий.

Утром 2 июля немецко-румынские войска перешли в наступление, нанося главный удар в направлении Яссы — Бельцы. Концентрация вражеских войск в этом районе осталась незамеченной советской разведкой — достаточно сказать, что удар двух пехотных дивизий и кавалерийской бригады пришёлся по одному советскому стрелковому полку. На другом направлении наступала ударная группировка в составе четырёх пехотных дивизий. Уже в первый день советская оборона на реке Прут была прорвана на глубину 8-10 километров. На следующий день прорыв был углублен до 30 километров. 5 июля были заняты Черновцы. Наспех организованный контрудар силами механизированного корпуса и стрелковой дивизии, а также разрозненные действия советской авиации успеха не принесли.

5 июля командующий Южным фронтом Тюленев приказал отвести войска за Днестр и занять там оборону по линии укреплённых районов. При этом Тюленев докладывал в Москву, что против его войск действует не менее 40 пехотных, 13 танковых и моторизованных дивизий (фактически действовало 20 дивизий, все — пехотные). Поскольку приказ был отдан без согласования с Ставкой, последняя 7 июля отменила его, приказав перейти в контрнаступление и отбросить противника за Прут. Отвод был разрешен только для правого фланга примыкавшей к Юго-Западному фронту 18-й армии, фактически уже открытому для действий врага. При этом, ставя фронту задачу на контрнаступление, Ставка приказала ему передать на Юго-Западный фронт один стрелковый корпус, два механизированных корпуса, несколько дивизий. Тем самым советское командование лишило запланированное им контрнаступление шансов на успех.

Выполняя приказ, утром 8 июля 48-й стрелковый, 2-й механизированный и 2-й кавалерийский корпуса генералов Р. Я. Малиновского, Ю. В. Новосельского и П. А. Белова атаковали противника в полосе 9-й армии. Жестокие встречные бои продолжались до 10 июля. Не имея возможности отбросить противника за Прут, советские войска смогли задержать наступление 11-й немецкой и 4-й румынской армий. Это позволило советской 18-й армии в полном порядке отвести свои войска и занять Могилев-Подольский укрепленный район.

Явно переоценив силу и значение советского контрудара, командующий немецкой 11-й армией генерал Ойген фон Шоберт затребовал у генерал-фельдмаршала Рундштедта передышки в наступлении на Винницу. Соответствующее разрешение было получено, но Шоберту было приказано решить задачу по очищению от советских войск Молдавской ССР.
В дальнейшем до конца июля советские войска вели упорные оборонительные бои в Молдавии, организованно отводили свои силы на рубеж Днестра и занимали там оборону. К 16 июля был оставлен и благополучно эвакуирован советский плацдарм на Дунае, 16 июля оставлен Кишинёв, 21 июля — Бельцы. В целом, ценой неимоверного напряжения положение на Южном фронте удалось временно стабилизировать. В ходе операции советские войска отошли на 60 — 80 километров, оставив Молдавию и Северную Буковину. Основная часть промышленного оборудования и материальных запасов были эвакуированы.

Итог операции

Оборона советских войск в Молдавии, в отличие от Прибалтики и Белоруссии, сохранила устойчивость, однако основной причиной этого стала небольшая численность противостоящих немецко-румынских войск и их низкая активность. Когда в августе — сентябре 1941 года немецкое командование перенесло тяжесть боевых действий против Южного фронта, катастрофическое для советской стороны развитие событий не заставило себя долго ждать (Тирасполь-мелитопольская операция).

Действия ВВС Южного фронта отличались высокой активностью: удары наносились по переправам и скоплениям войск врага. Было организовано несколько мощных налетов на нефтепромыслы в Плоешти для затруднения снабжения войск врага горючим, с достаточно скромными результатами. Взаимодействие же с мощным Черноморским флотом, господствовавшим на Чёрном море, практически отсутствовало — флот весь июнь и июль решал свои узкие задачи: авиация флота бомбила Констанцу и базы речной румынской флотилии, было предпринято несколько набеговых операций на румынское побережье (в одной из которых был потерян лидер «Москва»). Активное взаимодействие фронт имел только с Дунайской флотилией.

Потери войск Южного фронта составили 8519 человек безвозвратно, 9374 человек — санитарные, общие — 17 893 человека. По румынским сообщениям называется совершенно фантастическая цифра потерь советских войск — 80 000 пленных. Общие потери румынских войск составили за июль 1941 года около 23 000 человек, немецкие потери неизвестны. Кроме того, общие потери румынской армии в июне 1941 года составили до 8 000 человек, советские потери за этот же период неизвестны.
Относительно даты начала оборонительного сражения в Молдавии отечественные историки называют разные даты — 22 июня (начало боевых действий, в которых планы и задачи сторон полностью совпадают с планами и задачами этой оборонительной операции), 2 июля (переход румынско-немецких войск в решающее наступление), по Кривошееву — с 1 июля.

ПОМНИ ВОЙНУ

28.03.2021, 06:32

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/48/
http://www.pomnivoinu.ru/img/news/upload/1321222089.jpg
Руины Минска (июль 1941)

Белостокско-Минское сражение — название приграничного сражения на центральном участке советско-германского фронта во время Великой Отечественной войны 22 июня — 8 июля 1941 года. В результате сражения основные силы советского Западного фронта оказались в окружении и разгромлены, 28 июня немецкие войска взяли Минск.

В ходе наступления противник добился серьёзных оперативных успехов: нанёс тяжёлое поражение советскому Западному фронту, захватил значительную часть Белоруссии и продвинулся на глубину свыше 300 км. Только сосредоточение Второго Стратегического эшелона, занявшего позиции по рр. Западная Двина и Днепр, позволило задержать продвижение вермахта к Москве в Смоленском сражении.

Всего в Белостокском и Минском «котлах» были уничтожены 11 стрелковых, 2 кавалерийские, 6 танковых и 4 моторизованные дивизии, погибли 3 комкора и 2 комдива, попали в плен 2 комкора и 6 командиров дивизий, ещё 1 командир корпуса и 2 командира дивизий пропали без вести.

11 июля 1941 года в сводке немецкого Главного Командования подведены итоги боёв группы армий «Центр»: в двух «котлах» — Белостокском и Минском взято в плен 324,000 человек, в том числе несколько старших генералов, захвачено 3332 танка, 1809 орудий и другие многочисленные военные трофеи. .

Вопреки сегодняшней точке зрения немецкие военные высоко оценивали боевые качества РККА.

Через месяц боёв Гальдер записывает окончательный и крайне неприятный для германского командования вывод, сделанный фельдмаршалом Браухичем: «Своеобразие страны и своеобразие характера русских придаёт кампании особую специфику. Первый серьёзный противник».

К тому же выводу приходит и командование группы армий «Юг»: «Силы, которые нам противостоят, являются по большей части решительной массой, которая в упорстве ведения войны представляет собой нечто совершенно новое по сравнению с нашими бывшими противниками. Мы вынуждены признать, что Красная Армия является очень серьёзным противником... Русская пехота проявила неслыханное упорство прежде всего в обороне стационарных укреплённых сооружений. Даже в случае падения всех соседних сооружений некоторые доты, призываемые сдаться, держались до последнего человека».

Министр пропаганды Геббельс, перед началом вторжения считавший, что «большевизм рухнет как карточный домик», уже 2 июля записывает в дневнике: «На Восточном фронте: боевые действия продолжаются. Усиленное и отчаянное сопротивление противника... У противника много убитых, мало раненых и пленных... В общем, происходят очень тяжёлые бои. О «прогулке» не может быть и речи. Красный режим мобилизовал народ. К этому прибавляется ещё и баснословное упрямство русских. Наши солдаты еле справляются. Но до сих пор всё идёт по плану. Положение не критическое, но серьезное и требует всех усилий».

Генерал Гюнтер Блюментрит:
«Теперь политическим руководителям Германии важно было понять, что дни блицкрига канули в прошлое. Нам противостояла армия, по своим боевым качествам намного превосходившая все другие армии, с которыми нам когда-либо приходилось встречаться на поле боя. Но следует сказать, что и немецкая армия продемонстрировала высокую моральную стойкость в преодолении всех бедствий и опасностей, обрушившихся на нее.»

Игорь Гурьев

29.03.2021, 08:23

http://egor-23.livejournal.com/425837.html
2017-06-18 09:38:00
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1854911/1854911_1000.jpg
Вооруженные силы Германии должны быть готовы к тому, чтобы еще до завершения войны с Англией одержать победу над Россией в быстротечной кампании (план Барбаросса). Сухопутные войска в этом случае должны быть готовы отправить для участия в боевых действиях все имеющиеся в их распоряжении соединения, с тем условием, однако, что оккупированные территории будут защищены от внезапного нападения.

ВВС придется предоставить для поддержки сухопутных войск в ходе Восточной кампании силы адекватной численности, чтобы обеспечить быстрое подавление противодействия на земле и предоставить восточным немецким территориям максимальную защиту от вражеских налетов с воздуха. При переносе главного акцента на действия на Востоке не должна, однако, забываться необходимость наличия адекватного прикрытия нашим войскам в других местах боевых действий и защиты наших производственных мощностей от налетов противника, как не должны пострадатъ интересы нашего наступления на Англию, а особенно на ее коммуникации. Для ВМС основные усилия, безусловно, должны быть сосредоточены на Англии, даже тогда, когда начнется и будет развиваться Восточная кампания.

Я отдам приказ по сосредоточению войск и т.д. в связи с предполагаемыми действиями против Советской России, если представится возможность, за восемь недель до предполагаемого начала операции. Приготовления, которые требуют больше времени, чем этот срок, начнутся — если они еще не сделаны — немедленно и должны будут закончиться к 15 мая 1941 г. Необходимо, однако, приложить особые усилия для маскировки наших намерений накануне предстоящего наступления. При подготовке Главному командованию опираться на следующие соображения.
I. Общий замысел:
Главные силы русских сухопутных войск в Западной России необходимо уничтожить смелыми действиями проникающих далеко на вражескую территорию танковых клиньев, не допуская отвода боеспособных войск противника в глубь страны. Посредством быстрого продвижения наших войск нужно выйти на линию, из-за которой русские ВВС не смогут осуществлять налеты на объекты на территории Германского рейха. Конечная цель операции — создание щита, разделяющего азиатскую и европейскую части России на главной линии Волга- Архангельск. В этом случае объекты последнего промышленного региона, который останется в распоряжении русских, Урала, могут быть в случае необходимости уничтожены Люфтваффе. В ходе этой операции русский Балтийский флот будет быстро лишен своих баз и соответственно не сможет далее принимать участия в боевых действиях. Эффективное вмешательство русских ВВС должно быть предотвращено с самого начала операции путем мощных атак против них.
II. Предполагаемые союзники и их задачи
1 На флангах нашего оперативного пространства мы можем рассчитывать на взаимодействие и на участие в войне с Советской Россией Румынии и Финляндии. Определить, каким именно образом вооруженные силы этих двух стран будут действовать под немецким командованием и когда они вступят в войну, является задачей Верховного командования Вермахта, которую ему надлежит выполнить в разумные сроки и доложить об этом.
2 Задача Румынии будет состоять в том, чтобы связывать действия вражеских войск на ее участке и оказывать помощь в тыловых районах.
3 Финляндия будет прикрывать передвижения северной немецкой группы войск, которая выступит с территории Норвегии (части 21-й группы), а затем будет действовать во взаимодействии с этими войсками. Уничтожение противника на полуострове Ханко также станет обязанностью Финляндии.
4 Следует предполагать возможность использования шведских железных и автомобильных дорог для переброски войск северной немецкой группы самое позднее к моменту начала операции.
III. Проведение операций
Сухопутные войска (в соответствии с доложенными мне оперативными замыслами)
В районе предстоящих боевых действий, разделенном Припятскими болотами на южный и северный участки, основной упор должен быть сделан на северный участок. Здесь должны будут действовать две группы армий. Южной из этих групп — в центре общего фронта — ставится задача прорыва наиболее мощными танковыми и моторизованными соединениями из района Варшавы и к северу от нее на территорию Белоруссии и уничтожения дислоцированных там сил противника. Так, сильным подвижным частям должны быть созданы условия для поворота на север. Здесь в тесном взаимодействии с северной группой армий, наступающей с территории Восточной Пруссии на Ленинградском направлении, немецким войскам предстоит уничтожить силы противника в Прибалтийском регионе. Только после достижения вышеизложенных целей, за которым предстоит захват Ленинграда и Кронштадта, следует продолжить наступательные операции по овладению важнейшими линиями коммуникаций и ключевыми оборонительными узлами на пути к Москве. Только неожиданно быстрое крушение сопротивления русских может послужить оправданием попытки достигнуть двух главных целей одновременно. Наиважнейшая задача 21-й группы в ходе операций на Востоке заключается в защите Норвегии. Имеющиеся сверх этого силы (горный корпус) следует использовать в первую очередь для прикрытия района Петсамо (Печенга) и его рудников вместе с Арктической трассой, а затем во взаимодействии с финскими войсками они будут продвигаться к Мурманской железной дороге и перережут пути поступления снабжения в район Мурманска. Возможность использования для такого рода операции более крупных немецких сил (от двух до трех дивизий), выступающих из района Рованиеми и южнее, зависит от готовности Швеции предоставить для таковой переброски шведские железные дороги. Основная масса финской армии будет иметь задачей, в соответствии с продвижением, достигнутым северным крылом немецкой армии, связать максимальное количество русских войск наступлением к западу — или с двух сторон — от Ладожского озера. Финны также захватят Ханко. Группа армий, развернутая к югу от Припятских болот и действующая из района Люблина, должна будет сконцентрировать главные усилия на продвижении к Киеву, чтобы ее сильные танковые соединения вышли во фланг и в тыл русским войскам, смяв их и окружив до отхода к Днепру. Немецко-румынская группа на правом фланге будет иметь следующую задачу:
1 защита румынской территории и, таким образом, прикрытие южного фланга всей операции;
2 связывание сил противника на данном участке фронта во взаимодействии с северными частями южной группы армий;
затем по мере развития ситуации, осуществление второго броска и таким образом — во взаимодействии с ВВС — недопущение отступления противника в порядке за репу Днестр. После того как будет сломлено сопротивление противника к северу и к югу от Припятских болот, в ходе преследования неприятеля предстоит обеспечить выполнение следующих задач: — на юге необходимо как можно скорее овладеть Донбассом, являющимся важнейшим с точки зрения военной экономики; — на севере нужно быстро захватить Москву.
ВВС
Задачей ВВС станет нанесение насколько это будет возможно наиболее значительного ущерба русским ВВС и сведение на нет их способности к эффективному противодействию, а также поддержка операций сухопутных сил на главных участках и направлениях, иными словами, на участке центральной группы армий и там, где южная группа армий будет предпринимать основные усилия. Русские железные дороги должны либо уничтожаться, либо — в случае наличия наиболее важных объектов в пределах досягаемости (т.е. железнодорожных мостов) — захватываться смелыми действиями парашютных и посадочно- десантных войск. Для того чтобы высвободить максимальные силы для операций против вражеских ВВС и для непосредственной поддержки армии, в ходе развития главных боевых действий не будут подвергаться атакам объекты оборонной промышленности и промышленных объектов Урала.
ВМС
Во время войны с Советской Россией задача ВМС будет заключаться в обороне немецкого побережья и в предотвращении прорыва каких бы то ни было морских сил противника с Балтики. Поскольку, когда мы достигнем Ленинграда, советский Балтийский флот лишится последней базы и окажется, таким образом, в безнадежном положении; прежде этого следует избегать крупных морских операций. После уничтожения советского флота обязанностью ВМС станет сделать Балтийское море в полной мере пригодным к судоходству, в том числе и для осуществления снабжения по морю северного крыла армии. (Траление минных нолей!)
IV
Очень важно, чтобы все командующие и командиры разъяснили подчиненным, что необходимые меры в соответствии с этой директивой принимаются как превентивные для предотвращения возможности того, что русские займут по отношению к нам позицию иную, чем это обстоит сейчас. Количество офицеров, задействованных в подготовке на ранней стадии планирования, должно быть максимально ограниченным, и каждый офицер должен получать лишь ту информацию, которая необходима для выполнения поставленных перед ним задач. В противном случае возникает возможность того, что о наших приготовлениях станет известно тогда, когда еще не все будет готово для проведения предполагаемой операции. Это повлечет за собой для нас тяжелейшие политические и военные последствия.
V
Я предполагаю дальнейшие совещания с командующими в отношении намерений, обрисованных в этой директиве. Доклады о проведении предполагаемых приготовлений всеми родами войск вооруженных сил будут направляться ко мне через Верховное командование Вермахта.
Подпись А. Гитлер
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1854979/1854979_1000.jpg
План Барбаросса - условное название плана войны Третего Рейха против СССР. План получил название по имени императора Священной Римской империи Фридриха I Барбароссы. 21 июля 1940, в день капитуляции Франции, Гитлер начал разработывать плана вторжения на территорию Советского Союза. "Специальные указания" по этому плану определяли систему жесточайшего фашистского террора на оккупированной территории и политического управления на ней во главе с рейхсфюрером СС Гиммлером.
План Барбаросса, окончательно разработанный под руководством генерала Ф. Паулюса, был утверждён 18 декабря 1940 года директивой Верховного главнокомандующего Вермахта № 21.
Планирование германской агрессии против Советского Союза началось задолго до войны. Еще в середине 30-х годов, как можно судить по документам, политическое и военное руководство Германии в решении ряда вопросов исходило из варианта "А", под которым подразумевалась война против СССР. В то время гитлеровское командование уже накапливало сведения о Советской Армии, изучало основные операционные направления восточной кампании и намечало возможные варианты военных действий. Начавшаяся война против Польши, а затем кампании в Северной и Западной Европе временно переключили германскую штабную мысль на другие проблемы. Но и в это время подготовка войны против СССР не уходила из поля зрения гитлеровцев. Планирование Войны, конкретное и всестороннее, германский генеральный штаб возобновил после разгрома Франции, когда, по мнению фашистского руководства, был обеспечен тыл будущей войны и в распоряжении Германии оказалось достаточно ресурсов для ее ведения.
Уже 25 июня 1940 г. на третий день после подписания перемирия в Компьене, обсуждался вариант "ударная сила на Востоке". 28 июня рассматривались "новые задачи". 30 июня Гальдер записал в служебном дневнике: "Основное внимание- на Восток". 21 июля 1940 г. главнокомандующий сухопутными войсками генерал фельдмаршал В. Браухич получил приказ начать разработку детального плана войны на востоке. Стратегические взгляды на ведение войны против СССР у гитлеровского руководства складывались постепенно и уточнялись во всех подробностях в высших военных инстанциях: в штабе верховного главнокомандования вермахта, в генеральных штабах сухопутных войск, военно-воздушных сил и в штабе военно-морского флота. 22 июля Браухич поручил начальнику генерального штаба сухопутных войск Гальдеру всесторонне продумать различные варианты, "касающиеся операции против России". Гальдер энергично взялся за выполнение полученного приказа. Он был убежден, что "наступление, предпринятое из района сосредоточения в Восточной Пруссии и северной части Польши в общем направлении на Москву будет иметь наибольшие шансы на успех". Преимущество этого стратегического замысла Гальдер видел в том, что кроме прямой угрозы, создаваемой Москве, наступление с этих направлений ставит в невыгодное положение советские войска на Украине, принуждая их вести оборонительные сражения фронтом, повернутым на север. Для конкретной разработки плана восточного похода к генеральному штабу сухопутных войск был прикомандирован начальник штаба 18-й армии генерал Э. Маркс, считавшийся знатоком Советского Союза и пользовавшийся особым доверием Гитлера. 29 июля Гальдер подробно проинформировал его о существе намечаемой кампании против СССР, и генерал незамедлительно приступил к ее планированию. Эта стадия разработки замысла вторжения в Советский Союз завершилась 31 июля 1940 г. В этот день в Бергхофе состоялось совещание руководящего состава вооруженных сил фашистской Германии, на котором были уточнены цели и замысел войны, намечены ее сроки. Выступая на совещании, Гитлер обосновывал необходимость разгрома Советского Союза стремлением завоевать господство в Европе. "В соответствии с этим... - заявил он, - Россия должна быть ликвидирована. Срок- весна 1941 года".
Фашистское военное руководство рассматривало этот срок нападения на СССР как наиболее благоприятный, рассчитывая, что к весне 1941 г. Советские Вооруженные Силы не успеют закончить реорганизацию и не будут готовы отразить вторжение. Продолжительность войны определялась в несколько недель. Завершить ее намечалось к осени 1941 г. Предполагалось нанести Советскому Союзу два мощных удара: южный - на Киев и в излучину Днепра с глубоким обходом района Одессы и северный - через Прибалтику на Москву. Кроме того, предусматривалось проведение на юге самостоятельных операций по захвату Баку, а на севере - удар немецких войск, сконцентрированных в Норвегии, в направлении Мурманска.
Гитлеровское командование, готовясь к войне с Советским Союзом, придавало огромное значение политической и оперативно-стратегической маскировке агрессии. Предполагалось провести серию крупных мероприятий, которые должны были создать впечатление о приготовлении вермахта к операциям в Гибралтаре, Северной Африки и Англии. О замысле и плане войны против СССР знал весьма ограниченный круг лиц. На совещании в Бергхофе 31 июля было принято решение выяснить, будут ли союзниками в войне против СССР Финляндия и Турция. Чтобы втянуть эти страны в войну, намечалось отдать им некоторые территории Советского Союза после успешного завершения кампании. Тут же были рассмотрены соображения об урегулировании венгерско-румынских отношений и гарантиях Румынии. 1 августа Гальдер вновь обсуждал с генералом Марксом план войны против СССР и уже 5 августа получил первый вариант этого плана.
По оценке фашистского руководства, Советская Армия к августу 1940 г. располагала 151 стрелковой и 32 кавалерийскими дивизиями, 38 механизированными бригадами, из которых 119 дивизий и 28 бригад находились на западе и были разделены Полесьем примерно на равные части; резервы располагались в районе Москвы. К весне 1941 г. увеличения Советских Вооруженных Сил не ожидалось. Предполагалось, что Советский Союз будет вести оборонительные действия вдоль всей западной границы, за исключением советско-румынского участка, где ожидался переход Советской Армии в наступление с целью захвата румынских нефтепромыслов. Считалось, что советские войска не будут уклоняться от решительных сражений в приграничных районах, не смогут сразу отойти вглубь своей территории и повторить маневр русской армии 1812 г. Исходя из этой оценки, гитлеровское командование намечало главный удар сухопутных сил нанести из Северной Польши и Восточной Пруссии в направлении на Москву, поскольку сосредоточение немецких войск в Румынии в это время было невозможно, южное направление не принималось в расчет. Был исключен и маневр севернее московского направления, который удлинял коммуникации войск и в конечном счете выводил их в труднопроходимую лесистую область северо-западнее Москвы.
Главной группировке ставилась задача уничтожить основные силы Советской Армии на западном направлении, овладеть Москвой и север- ной частью Советского Союза; в дальнейшем - повернуть фронт на юг, чтобы во взаимодействии с южной группировкой занять Украину. В итоге предполагалось выйти на рубеж Ростов, Горький, Архангельск.
Для нанесения главного удара намечалось создать группу армий "Север" из трех армий (всего 68 дивизий, из них 15 танковых и две моторизованные) . Северный фланг ударной группировки должен был прикрываться одной из армий, которой на первом этапе предстояло, перейдя в наступление, форсировать Западную Двину в нижнем ее течении и продвигаться в направлении Псков, Ленинград.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1855280/1855280_1000.jpg
Вспомогательный удар предполагалось нанести к югу от Припятских болот группой армий "Юг" в составе двух армий(всего 35 дивизий, в том числе 5 танковых и 6 моторизованных) с целью захвата Киева и переправ на Днепре в его среднем течении. В резерв главного командования сухопутных войск выделялось 44 дивизии, которым надлежало продвигаться за группой армий "Север". Военно-воздушным силам Германии ставилась задача уничтожить советскую авиацию, завоевать господство в воздухе, нарушить железнодорожные и автодорожные перевозки, воспрепятствовать сосредоточению советских сухопутных войск в лесных районах, поддерживать немецкие подвижные соединения атаками пикирующих бомбардировщиков, готовить и осуществлять воздушно-десантные операции и обеспечить прикрытие с воздуха скоплений немецких войск и транспорта. Военно-морскому флоту предстояло нейтрализовать советский флот на Балтийском море, охранять транспорты с железной рудой, идущие из Швеции, и обеспечить морские перевозки на Балтике для снабжения действующих немецких соединений. Наиболее благоприятным временем года для ведения войны против СССР считался период с середины мая до середины октября.
Главная идея плана войны против СССР в этом варианте сводилась к проведению операций на двух стратегических направлениях, врезавшиеся в территорию клиньями, которые перерастали затем, после форсирования Днепра, в гигантские клещи для охвата советских войск в центральных районах страны.
В плане выявились серьезные просчеты. Как заключило немецко-фашистское командование, план в этом варианте недооценивал силу сопротивления Советской Армии в приграничной зоне и, кроме того, был трудно осуществим из-за сложности намеченного маневра и его обеспечения. Поэтому гитлеровское руководство сочло необходимым улучшить первый вариант плана войны против СССР. Разработка его была продолжена в генеральном штабе сухопутных войск под руководством генерал-лейтенанта Ф. Паулюса, и параллельно - в штабе оперативного руководства верховного главнокомандования, начальником которого был генерал- лейтенант А. Иодль.
К 15 сентября 1940 г. начальник группы штаба ОКВ подполковник Б. Лоссберг представил генералу Иодлю новый вариант плана войны против СССР. Многие идеи Лоссберг заимствовал из первого варианта: предлагались те же формы стратегического маневра - нанесение мощных рассекающих ударов с последующим расчленением, окружением и уничижением в гигантских котлах войск Советской Армии, выход на рубеж нижнее течение Дона и Волги (от Сталинграда до Горького) , далее Северная Двина (до Архангельска) .
Новый вариант плана войны против СССР имел особенности. Он допускал возможность организованного отхода советских войск с западных оборонительных рубежей вглубь страны и нанесение контрударов по растянувшимся в ходе наступления немецким группировкам. Считалось, что наиболее благоприятная обстановка для успешного завершения похода против СССР сложится в том случае, если советские войска основными своими силами окажут упорное сопротивление в приграничной зоне. Предполагалось, что при таком развитии событий немецкие объединения за счет своего превосходства в силах, средствах и маневренности легко нанесут поражение войскам Советской Армии в приграничных районах, после которого советское командование не сможет организовать планомерного отступления своих вооруженных сил. По проекту Лоссберга планировалось вести боевые действия на трех стратегических направлениях: киевском(украинском) , московском и ленинградском. На каждом из них намечалось развернуть: от сухопутных войск - группу армий и от военно-воздушных сил - воздушный флот. Предполагалось, что главный удар нанесет южная группа армий(так она и была названа в проекте) из района Варшавы и Юго-Восточной Пруссии в общем направлении Минск, Москва. Ей придавалась основная масса танковых и моторизованных соединений. "Южная группа армий, - говорилось в проекте, перейдя в наступление, направит главный удар в промежуток между Днепром и Двиной против русских сил в районе Минска, а затем поведет наступление на Москву". Северная группа армий должна была наступать из Восточной Пруссии через нижнее течение Западной Двины в общем направлении на Ленинград. Предполагалось, что в ходе наступления южная группа армий сможет в зависимости от обстановки на какое-то время повернуть часть своих сил с рубежа восточнее Западной Двины на север, чтобы не допустить отступления Советской Армии на восток. Для ведения операций южнее Припятских Болот Лоссберг предлагал сосредоточить третью группу армий, боевой состав которой был бы равен трети немецких войск, предназначенных для действия южнее Полесья. Этой группе ставилась задача в ходе двойного захватывающего удара (из района Дублина и с рубежа севернее устья Дуная) разгромить войска Советской Армии на Юге и захватить Украину.
К войне против СССР привлекались союзники Германии - Финляндия и Румыния. Финские войска вместе с немецкими, переброшенными из Норвегии, должны были организовать отдельную оперативную группу и наступать частью сил на Мурманск, а основными силами севернее Ладожского озера - на Ленинград. Румынской армии предстояло прикрывать действовавшие с территории Румынии немецкие войска. Германские ВВС по проекту Лоссберга обеспечивали подавление и уничтожение советской авиации на аэродромах, поддержку с воздуха наступления немецких войск на избранных стратегических направлениях. В проекте учитывалось, что характер прибрежной полосы Балтийского моря исключает применение крупных немецких надводных сил против советского Балтийского флота. Поэтому германскому военно-морскому флоту ставились ограниченные задачи: обеспечить охрану собственной прибрежной полосы и закрыть выходы советским военным кораблям в Балтийское море. При этом подчеркивалось, что угроза немецким коммуникациям в Балтийском море со стороны советского надводного и подводного флота "будет устранена только в том случае, если русские военно-морские базы, включая Ленинград, будут захвачены в ходе сухопутных операций. Тогда для снабжения северного крыла можно будет использовать и морской путь. Раньше на надежную связь морем между портами Балтики и Финляндии рассчитывать невозможно".
Вариант плана войны, предложенный Лоссбергом, неоднократно уточнялся. Возникали и новые разработки, пока в середине ноября 1940 г. ОКХ не представил детального плана войны, первоначально получившего условное название "Отто". 19 ноября Гальдер доложил его главнокомандующему сухопутными войсками Браухичу. Тот не внес в него каких-либо существенных изменений. План предусматривал создание трех групп армий - "Север", "Центр" и "Юг", которые должны были наступать на Ленинград, Москву и Киев. Основное внимание уделялось московскому направлению, где сосредотачивались главные силы.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1855608/1855608_1000.jpg
5 декабря план был представлен Гитлеру. Фюрер одобрил его, подчеркнув при этом, что важно воспрепятствовать планомерному отходу советских войск и добиться полного уничтожения военного потенциала СССР. Гитлер потребовал вести войну так, чтобы уничтожить максимальное количество сил Советской Армии еще в приграничных районах. Он дал указание предусмотреть окружение советских войск в Прибалтике. Группе армий "Юг" по словам Гитлера, следовало начать наступление несколько позже, чем группам армий "Центр" и "Север". Завершить кампанию намечалось до наступления зимних холодов. "Я не повторю ошибки Наполеона. Когда пойду на Москву, -заявил самоуверенный фюрер, - я выступлю достаточно рано, чтобы достичь ее до зимы". По плану "Отто" с 29 ноября по 7 декабря под руководством генерала Паулюса была проведена военная игра. 13 и 14 декабря 1940 г. в штабе ОКХ состоялась дискуссия, которая, по словам Гальдера, способствовала выработке единой точки зрения на основные вопросы ведения войны против СССР. Участники дискуссии пришли к выводу, что для разгрома Советского Союза потребуется не более 8-10 недель....

Игорь Гурьев

29.03.2021, 08:24

http://egor-23.livejournal.com/425995.html
2017-06-18 10:05:00
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1855876/1855876_1000.jpg
ПЛАН "БАРБАРОССА". Вечером 18 декабря 1940 г. Гитлер подписал директиву на развертывание военных действий против СССР, которая получила порядковый номер 21 и условное наименование вариант "Барбаросса" (Fall "Barbarossa") . Она была изготовлена лишь в девяти экземплярах, три из которых вручили главнокомандующим видами вооруженных сил (сухопутных войск, ВВС и ВМФ) , а шесть были закрыты в сейфах ОКВ.

Директива N21 излагала лишь общий замысел и исходные указания о ведении войны против СССР и не представляла собой законченного плана войны. План войны против СССР - это целый комплекс политических, экономических и стратегических мероприятий гитлеровского руководства. Помимо директивы N21 план включал в себя директивы и распоряжения верховного главнокомандования и главных командований видов вооруженных сил по стратегическому сосредоточению и развертыванию, материально-техническому обеспечению, подготовке театра военных действий, маскировке, дезинформации и другие документы. Среди этих документов особо важной была директива по стратегическому сосредоточению и развертыванию сухопутных войск от 31 января 1941 г. Она конкретизировала и уточняла задачи и способы действий вооруженных сил, изложенные в директиве N21.
Планом "Барбаросса" предусматривался разгром Советского Союза в ходе одной кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. Главными стратегическими объектами были признаны Ленинград, Москва, Центральный промышленный район и Донецкий бассейн. Особое место в плане отводилось Москве. Предполагалось, что ее захват будет иметь решающее значение для победоносного исхода всей войны. "Конечной целью операции, - говорилось в директиве N21, -является создание защитного барьера против азиатской России по общей линии Волга-Архангельск. Таким образом, в случае необходимости, последний индустриальный район, оставшийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации". Для разгрома Советского Союза планировалось использовать все сухопутные силы Германии, исключая лишь соединения и части, необходимые для ведения оккупационной службы в порабощенных странах. Германским ВВС ставилась задача "высвободить такие силы для поддержки сухопутных войск при проведении восточной компании, чтобы можно было рассчитывать на быстрое завершение наземных операций и вместе с тем ограничить до минимума разрушение восточных областей Германии вражеской авиацией". Для боевых действий на море против трех советских флотов Северного, Балтийского и Черноморского - предусматривалось выделить значительную часть боевых кораблей германского ВМФ и военно-морских сил Финляндии и Румынии. По плану "Барбаросса" для нападения на СССР выделялось 152 дивизии (в том числе 19 танковых и 14 моторизованных) и две бригады. Союзники Германии выставляли 29 пехотных дивизий и 16 бригад. Таким образом, если принять две бригады за одну дивизию, всего выделялось 190 дивизий. Кроме того, к войне против СССР привлекалось две трети имевшихся в Германии ВВС и значительные силы флота. Сухопутные войска, предназначенные для нападения на Советский Союз, сводились в три группы армий: "Юг" - 11-я, 17-я и 6-я полевые армии и 1-я танковая группа; "Центр" - 4-я и 9-я полевые армии, 2-я и 3-я танковые группы; "Север" - 16-я и 18-я и 4-я танковая группа. 2-я отдельная полевая армия оставалась в резерве ОКХ, армия "Норвегия" получила задачу действовать самостоятельно на мурманском и кандалашском направлениях.
План "Барбаросса" содержал несколько утонченную оценку Вооруженных Сил СССР. Согласно немецким данным, к началу германского вторжения (на 20 июня 1941 г.) в Советских Вооруженных Силах имелось 170 стрелковых, 33.5 кавалерийских дивизий и 46 механизированных и танковых бригад. Из них, как излагало фашистское командование, 118 стрелковых, 20 кавалерийских дивизий и 40 бригад дислоцировались в западных приграничных округах, 27 стрелковых, 5.5 кавалерийских дивизий и 1 бригада на остальной европейской части СССР, а 33 дивизии и 5 бригад на Дальнем Востоке. Предполагалось, что советская авиация насчитывает 8 тыс. боевых самолетов (в том числе около 1100 современных) , из которых 6 тыс. находилось в европейской части СССР. Гитлеровское командование предполагало, что советские войска, развернутые на западе, используют для обороны полевые укрепления на новой и старой государственных границах, а так же многочисленные водные преграды, вступят в бой крупными соединениями западнее рек Днепр и Западная Двина. При этом советское командование будет стремиться удержать авиационные и морские базы в Прибалтике, а южным крылом фронта опираться на побережье Черного моря. "При неблагоприятном развитии операций южнее и севернее Припятских болот, -отмечалось в плане "Барбаросса", - русские будут пытаться остановить немец кое наступление на линии рек Днепр, Западная Двина.При попытках ликвидации немецких прорывов, а так же при возможных попытках отвести находящиеся под угрозой войска за линию Днепр, Западная Двина следует считаться с возможностью наступательных действий со стороны крупных русских соединений с использованием танков".
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1856010/1856010_1000.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1856389/1856389_1000.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1856648/1856648_1000.jpg
Согласно пану "Барбаросса" крупные танковые и моторизованные силы, используя поддержку авиации, должны были нанести стремительный удар на большую глубину севернее и южнее Припятских болот, прорвать оборону главных сил Советской Армии, предположительно сосредоточенных в западной части СССР, и уничтожить разобщенные группировки советских войск. Севернее Припятских болот планировалось наступление двух групп армий: "Центр" (командующий генерал-фельдмаршал Ф. Бок) и "Север" (командующий генерал-фельдмаршал В. Лееб) . Группа Армий "Центр" наносила главный удар и должна была, сосредоточивая основные усилия на флангах, где развертывались 2-я и 3-я танковые группы, осуществить глубокий прорыв этими объединениями севернее и южнее Минска, выйти в район Смоленска, намеченный для соединения танковых групп. Предполагалось, что с выходом танковых соединений в район Смоленска будут созданы предпосылки для уничтожения полевыми армиями советских войск, оставшихся между Белостоком и Минском. В последующем, по достижении основными силами рубежа Рославль, Смоленск, Витебск, группе армий "Центр" предстояло действовать в зависимости от обстановки, складывающейся на ее левом крыле. Если соседу слева не удастся быстро разгромить обороняющиеся перед ним войска, группа армий должна была повернуть танковые соединения на север, а наступление в восточном направлении на Москву вести полевыми армиями. Если же группа армий "Север" сможет осуществить разгром Советской Армии в своей полосе наступления, группе армий "Цетр" надлежало немедленно нанести удар на Москву. Группа армий "Север" получила задачу, наступая из восточной Пруссии, нанести главный удар в направлении Даугавпилс, Ленинград, уничтожить оборонявшиеся в Прибалтике войска Советской Армии и, захватив порты на Балтийском море, включая Ленинград и Кронштадт, лишить советский Балтийский флот его баз. Если же этой группе армий окажется не под силу разгром группировки советских войск в Прибалтике, ей на помощь должны были прийти подвижные войска группы армий "Центр", финская армия и переброшенные из Норвегии соединения. Усиленной таким образом группе армий "Север" предстояло добиться уничтожения противостоящих ей советских войск. По замыслу немецкого командования, операция усиленной группы армий "Север" обеспечивала группе армий "Центр" свободу маневра для захвата Москвы и решение оперативно-стратегических задач во взаимодействии с группой армий "Юг".
Южнее Припятских болот планировалось наступление группы армий "Юг" (командующий генерал- фельдмаршал Г. Рундштедт) . Она наносила один сильный удар из района Люблина в общем направлении на Киев и далее на юг вдоль излучины Днепра. В результате удара, в котором главную роль должны были сыграть мощные танковые соединения, она должна была отрезать советские войска, находившиеся в Западной Ук- раине, от их коммуникаций на Днепре, захватить переправы через Днепр в районе Киева и южнее его. Этим она обеспечивала свободу маневра для развития наступления в восточном направлении во взаимодействии с войсками, продвигавшимися севернее, или для наступления на юг Советского Союза с целью захвата важных экономических районов. Войска правого крыла группы армий "Юг" (11-я армия) должны были, создавая ложное впечатление о развертывании крупных сил на территории Румынии, сковать противостоящие войска Советской Армии, а в дальнейшем, по мере развития наступления на советско- германском фронте, препятствовать организованному отходу советских соединений за Днестр.
В плане "Барбаросса" намечалось использовать принципы боевых действий, оправдавшие себя в польской и западноевропейских кампаниях. Однако подчеркивалось, что в отличие от действий на Западе, наступление против советских войск необходимо вести одновременно на всем фронте: как на направлении главных ударов, так и на второстепенных участках. "Только таким образом, - говорилось в директиве от 31 января 1941г., -можно будет воспрепятствовать своевременному отходу боеспособных сил противника и уничтожить их западнее линии Днепр, Двина".
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1856882/1856882_1000.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1857181/1857181_1000.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1857347/1857347_1000.jpg
План "Барбаросса" учитывал возможность активного противодействия советской авиации наступлению немецких сухопутных войск. Германским ВВС ставилась задача с самого начала боевых действий подавить советские ВВС и поддерживать наступление сухопутных сил на направлениях главных ударов. Для решения этих задач на первом этапе войны предусматривалось использование почти всей немецкой авиации, выделенной для действий против Советского Союза. Удары по тыловым промышленным центрам СССР планировалось начать только после того, как войска Советской Армии будут разгромлены в Белоруссии, Прибалтике и на Украине. Наступление группы армий "Центр" намечалось поддержать 2-м воздушным флотом, "Юг" - 4-м воздушным флотом, "Север" - 1-м воздушным флотом.
Военно-Морской Флот фашистской Германии должен был вести оборону своего побережья и не допустить прорыва кораблей советского Военно-Морского Флота из Балтийского моря. При этом предусматривалось избегать крупных морских операций до овладения сухопутными войсками Ленинградом как последней военно-морской базой советского Балтийского флота. В дальнейшем перед военно-морскими силами фашистской Германии ставились задачи обеспечить свободу плавания по Балтийскому морю и снабжение войск северного крыла сухопутных сил. Нападение на СССР намечалось осуществить 15 мая 1941г.
Таким образом, согласно плану "Барбаросса" ближайшей стратегической целью гитлеровцев в войне против СССР был разгром войск Советской Армии в Прибалтике, Белоруссии и на Правобережной Украине. Последующая цель заключалась в том, чтобы на севере овладеть Ленинградом, в центре- Центральным промышленным районом и столицей Советского Союза, на юге- как можно быстрее захватить всю Украину и Донецкий бассейн. Конечной целью восточной кампании являлся выход немецко-фашистских войск на Волгу и Северную Двину.
3 февраля 1941 г. на совещании в Берхтесгадене Гитлер в присутствии Кейтеля и Иодля заслушал подробный доклад Браухича и Гайдера о плане войны против СССР. Фюрер одобрил доклад и заверил генералов, что план будет успешно выполнен: "Когда начнется осуществление плана "Барбаросса" мир затаит дыхание и замрет". Вооруженные силы Румынии, Венгрии и Финляндии- союзников фашистской Германии - должны были получить конкретные задачи непосредственно перед началом войны. Использование Румынских войск определялось планом "Мюнхен", разработанным командованием германских войск в Румынии. В середине июня этот план был доведен до сведения румынского руководства. 20 июне румынский диктатор Антонеску отдал на его основе приказ вооруженным силам Румынии, в котором излагались задачи румынских войск. Румынские сухопутные силы до начала боевых действий должны были прикрывать сосредоточение и развертывание германских войск в Румынии, а с началом войны сковать группировку советских войск, располагавшуюся на границе с Румынией. С отходом советских войск с рубежа реки Прут, который, как полагали, последует в результате наступления немецкой группы армий "Юг", румынским войскам надлежало перейти к энергичному преследованию частей Советской Армии. Если бы советским войскам удалось удержать свои позиции по реке Прут, Румынским соединениям предстояло осуществить прорыв советской обороны на участке Цуцора, Новый Бедраж. Задачи финским и немецким войскам, развертывавшимся в Северной и Центральной Финляндии, были определены директивой ОКВ от 7 апреля 1941 г. и объявлены оперативными директивами Финского генерального штаба, а так же директивой командующего армией "Норвегия" от 20 апреля. Директива ОКВ предусматривала, что вооруженные силы Финляндии до наступления гитлеровских войск должны были прикрыть развертывание германских соединений в Финляндии, а с переходом вермахта в наступление- сковать советские группировки на карельском и петрозаводском направлениях. С выходом группы армий "Север" на рубеж реки Луга финским войскам предстояло перейти в решительное наступление на Карельском перешейке, а так же между Онежским и Ладожским озерами, чтобы соединиться с немецкими армиями на реке Свирь и в районе Ленинграда. Немецким войскам, развернутым на территории Финляндии, согласно директиве командующего армией "Норвегия" ставилась задача наступать двумя группировками (каждая состояла из усиленного корпуса) : одной -на Мурманск, другой -на Кандалакшу. Южная группировка, прорвав оборону, должна была выйти к Белому морю в районе Кандалакшии затем наступать вдоль Мурманской железной дороги на север, чтобы во взаимодействии с северной группировкой уничтожить советские войска, находившиеся на Кольском полуострове, и захватить Мурманск и Полярное. Авиационное обеспечение финских и немецких войск, наступавших из Финляндии, возлагалось на 5-й воздушный флот Германии и ВВС Финляндии.
В конце апреля политическое и военное руководство фашистской Германии окончательно установило дату нападения на СССР: воскресенье 22 июня 1941 г. Перенесение сроков с мая на июнь было вызвано с необходимостью передислоцировать к границам СССР силы, участвовавшие в агрессии против Югославии и Греции.
Готовя войну против СССР, Гитлеровское руководство наметило крупные мероприятия по перестройке своих вооруженных сил. Они касались в первую очередь сухопутных войск. Планировалось довести количество дивизий действующей армии до 180 и увеличить армию резерва. К началу войны против СССР вермахт, включая армию резерва и войска СС, должен был иметь около 250 полностью укомплектованных дивизий. Особое внимание обращалось на усиление подвижных войск. Намечалось развернуть 20 танковых дивизий вместо имевшихся 10 и повысить уровень моторизации пехоты. С этой целью предусматривалось дополнительно выделить на производство военных грузовиков, вездеходов и бронемашин 130 тыс. тонн стали за счет флота и авиации. Большие изменения планировались в производстве вооружений. Согласно намеченной программе важнейшей задачей стал выпуск новейших образцов танков и противотанковой артиллерии. Предусматривалось и значительное увеличение производства самолетов тех конструкций, которые выдержали испытания в ходе боев на Западе. Огромное значение придавалось подготовке театра военных действий. В директиве от 9 августа 1940 г., получившей условное наименование "Ауфбау Ост" ("Строительство на Востоке") , намечались перевод с запада на восток баз снабжения, строительство в восточных районах новых железных и шоссейных дорог, полигонов, казарм и т.д., расширение и усовершенствование аэродромов, сети связи.
В приготовлениях к агрессии против СССР гитлеровское руководство отвело важнейшее место обеспечению внезапности нападения и скрытности проведения каждого мероприятия подготовительного характера, касалось ли оно перестройки экономики, стратегического планирования, подготовки театра военных действий или развертывания вооруженных сил и т.п. Все документы, связанные с планированием войны на Востоке, готовились с соблюдением особой секретности. К их разработке допускался предельно узкий круг лиц. Сосредоточение и оперативное развертывание войск намечалось осуществлять с соблюдением всех мер маскировки. Однако гитлеровское руководство понимало, что невозможно полностью скрыть сосредоточение и развертывание у советских границ многомиллионной армии с огромным количеством боевой техники. Поэтому оно прибегло к широко задуманной политической и оперативно-стратегической маскировке готовящейся агрессии, признав задачей номер один введение правительства Советского Союза и командования Советской Армии в заблуждение о плане, масштабах и времени начала агрессии.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1857673/1857673_1000.jpg
В разработке мероприятий по маскировке сосредоточения войск вермахта на востоке принимали участие как органы оперативно-стратегического руководства, так и Абвер(разведка и контрразведка) . Абвер разработал директиву, подписанную 6 сентября 1940 г. Иодлем, в которой конкретно излагались цели и задачи дезинформации. Указания о скрытности приготовлений к агрессии содержала и директива N21 -вариант "Барбаросса". Но пожалуй, наиболее полно вероломную тактику гитлеровцев раскрывает директива по дезинформации противника, изданная ОКВ 15 февраля 1941 г. "Цель дезинформации заключается в том, - указывалось в директиве, -чтобы скрыть подготовку к операции "Барбаросса". Эта главная цель и должна лечь в основу всех мероприятий по дезинформации противника". Маскировочные мероприятия планировалось осуществить в два этапа. Первый этап- приблизительно до середины апреля 1941 г. - включал маскировку общих военных приготовлений, не связанных с массовой перегруппировкой войск. Второй - с апреля по июнь 1941 г. -маскировку сосредоточения и оперативного развертывания войск у границ СССР. На первом этапе предусматривалось создать ложное представление относительно истинных намерений немецкого командования, используя различного рода приготовления к вторжению в Англию, а так же к операции "Марита" (против Греции) и "Зонненблюме" (в Северной Африке) . Первоначальное развертывание войск для нападения на СССР планировалось проводить под видом обычных для армии перемещений. При этом ставились задачи создать впечатление, что центр концентрации вооруженных сил находится на юге Польши, в Чехословакии и Австрии и что скопление войск на севере сравнительно невелико. На втором этапе, когда, как отмечалось в директиве, скрыть подготовку к нападению на Советский Союз станет уже невозможно, сосредоточение и развертывание сил для восточной кампании планировалось представить в виде ложных мероприятий, проводимых якобы с целью отвлечения внимания от намеченного вторжения в Англию. Этот отвлекающий маневр гитлеровское командование выдавало за "величайший в истории войн". В то же время проводилась работа, направленная на сохранение у личного состава немецких вооруженных сил впечатления, будто подготовка к высадке в Англии продолжается, но в другой форме- выделенные для этой цели войска отводятся в тыл до определенного момента. "Необходимо, -говорилось в директиве, - как можно дольше держать в заблуждении относительно действительных планов даже те войска, которые предназначены для действия непосредственно на востоке". Важное значение придавалось, в частности, распространению дезинформационных сведений о несуществующих авиадесантных корпусах, предназначавшихся якобы для вторжения в Англию. О предстоящей высадке на Британские острова должны были свидетельствовать такие факты, как прикомандирование к войсковым частям переводчиков с английского языка, выпуск новых английских топографических карт, справочников и т.п. Среди офицеров группы армий "Юг" распространялись слухи, что германские войска будут якобы переброшены в Иран для ведения войны за захват английских колоний. Директива ОКВ по дезинформации противника указывала, что, чем больше будет сосредоточено сил на востоке, тем больше усилий необходимо прилагать, чтобы держать общественное мнение в заблуждении относительно германских планов. В указаниях начальника штаба ОКВ от 9 марта рекомендовалось представлять развертывание вермахта на востоке и как оборонительные мероприятия по обеспечению тыла Германии на время высадки в Англии и операций на Балканах.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1857884/1857884_1000.jpg
Гитлеровское руководство было настолько уверено в успешном осуществлении плана "Барбаросса", что примерно с весны 1941 г. приступило к детальной разработке дальнейших замыслов завоевания мирового господства. В служебном дневнике верховного главнокомандования немецко-фашистских вооруженных сил за 17 февраля 1941 г. было изложено требование Гитлера о том, что "после окончания восточной кампании необходимо предусмотреть захват Афганистана и организацию наступления на Индию". Исходя из этих указаний, штаб ОКВ начал планирование операций вермахта на будущее. Эти операции намечалось про вести поздней осенью 1941 г. и зимой 1941/42 г. Замысел их был изложен в проекте директивы N32 "Подготовка к периоду после осуществления плана "Барбаросса", разосланном сухопутным войскам, ВВС и ВМС 11 июня 1941 г. Проект предусматривал, что после разгрома Советских Вооруженных Сил вермахту предстоит захват английских колониальных владений и некоторых независимых стран в бассейне Средиземного моря, Африке, на Ближнем и Среднем Востоке, вторжение на Британские острова, развертывание военных действий против Америки. Гитлеровские стратеги рассчитывали уже с осени 1941 г. приступить к завоеванию Ирана, Ирака, Египта, района Суэцкого канала, а затем Индии, где планировалось соединиться с японскими войсками. Немецко-фашистское руководство надеялось, присоединив к Германии Испанию и Португалию, быстро принять осаду островов. Разработка директивы N32 и других документов свидетельствует, что после разгрома СССР и решения "английской проблемы" гитлеровцы намеревались в союзе с Японией "устранить влияние англосаксов в Северной Америке". Захват Канады и Соединенных Штатов Америки предполагалось осуществить, произведя высадку крупных морских десантов с баз в Гренландии, Исландии, на Азорских островах и в Бразилии - на восточное побережье Северной Америки и с Алеутских и Гавайских островов - на западное. В апреле- июне 1941 г. эти вопросы неоднократно обсуждались в высших штабах германских вооруженных сил. Таким образом, немецко-фашистское руководство еще до агрессии против СССР наметило Далеко идущие планы завоевания мирового господства. Ключевые позиции для их осуществления, как представлялось гитлеровскому командованию, давал поход против СССР.
В отличие от подготовки кампаний против Польши, Франции и балканских государств война против СССР готовилась гитлеровским командованием с особой тщательностью и в течение более длительного времени. Агрессия против СССР по плану "Барбаросса" намечалась как скоротечная кампания, конечную цель которой - разгром Советских Вооруженных Сил и уничтожение Советского Союза - предполагалось достигнуть уже осенью 1941 г.
Боевые действия вооруженных сил предполагалось вести в форме блицкрига. При этом наступление основных стратегических группировок представлялось в виде непрерывного наступления в быстрых темпах. Короткие паузы допускались лишь для перегруппировки войск и подтягивания отстающих тылов. Возможность остановить наступление из-за сопротивления Советской Армии исключалась. Чрезмерная уверенность в непогрешимости своих замыслов и планов "загипнотизировала" фашистский генералитет. Гитлеровская машина набирала разгон для завоевания победы, которая руководителям "третьего рейха" казалась такой легкой и близкой.

Foto_history

29.03.2021, 18:56

https://foto-history.livejournal.com/12561102.html
Французский флот под огнем; 1940 год
Подконтрольный правительству Виши французский флот под огнем британских кораблей в Мерс-Эль-Кебире
(Северная Африка), 3 июля 1940 года. Британский новостной киноролик British Pathé. Виден момент взрыва
погребов, уничтожившего французский линкор "Бретань":

Фукидид

30.03.2021, 17:49

https://colonelcassad.livejournal.com/5001263.html

2019-05-19 19:36:00 63719
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
Немцы о параде 1 мая 1941 года

Немецкие генералы о первомайском параде в Москве 1941 года.

Плюс еще из накопившихся исторических материалов.

1. Поездка на Лондонский съезд - https://prorivists.org/story_vlasov/ - Большевик А.С.Власов вспоминает (в 1928 году) как он ездил на съезд большевиков и меньшевиков в Лондон (интересны описания быта революционеров того времени и нарастающего раскола внутри партии)
2. Темная сторона Томаса Джефферсона - https://prometej.info/temnaya-storona-tomasa-dzheffersona/ - Один из отцов-основателей США и его рабовладельческие практики
3. Конспирология ВОВ и Ржевская битва - https://www.youtube.com/watch?v=oONPspN1e9Q - Военный историк Алексей Исаев разбирает различные мифы связанные с Ржевской битвой.
4. Стреляем из РПГ-7 головой - https://youtu.be/JVvV45daSdg - Проверка эпизода из фильма "Чистилище" - можно ли привязать отрезанную голову к гранате и попасть в нужное окно в здании
5. Пять мифов о Ленине - https://www.youtube.com/watch?v=n5s96Qb7CgI - Рассказывает школьник (!) Борис Морозов
6. Блокада Ленинграда. Книга для детей - https://planeta.ru/campaigns/blokadakniga - Заканчивается краудфандинговая кампания по выпуску иллюстрированной книги для детей посвященной блокаде Ленинграда. Сумму уже собрали, но кто хочет заказать, еще пара недель есть
7. У Ютуб-блогера Алконафтера (пилил контент про бронетехнику) ТК "Звезда" заблокировала канал - https://www.youtube.com/watch?v=jvmICJ7_vcI - Достаточно странный конфликт с "Военной приемкой".
8. Красавицы Мемфиса - http://alternathistory.com/krasavitsa-memfisa-memphis-belle-1990/ - последний фильм, где в съемках участвовали реальные B-17, "Мессершмитт Bf-109" и FW-190.
9. 9 мая в Перми год спустя - https://wm-t.livejournal.com/14673.html - В 2018 году в Перми были попытки запретить Красное знамя на 9 мая. В 2019 выводы явно сделали и до крупных провокаций дело не дошло. Вот и хорошо.

И плюс вот такое наблюдение по поводу Белоруссии от sergeikd:

В этот раз хотелось бы затронуть тему культуры и изменения политического климата в этом разрезе. Наверняка вы ничего не знаете о такой группе как "Ляпис Трубецкой", но в масштабах Республики Беларусь (далее РБ) она наделала немало шуму. До того как впасть в опалу в РБ она исполнила немало хороших композиций. Попробую перечислить
https://www.youtube.com/watch?v=m5qDsOmz-Yk (обратите внимание на фигурирующих еще живых персонажей)
https://www.youtube.com/watch?v=nKaedJyARWg (вообще рыдал, 100% попадание в мое детство)
https://www.youtube.com/watch?v=TmFpvgOqybo
и это не считая той их попсы, что по всем радиостанциям крутили.
Ввиду политической позиции фронт-мена этой группы, власти начали гонения на нее и они свалили в Незалежную. В РБ все их творчество оказалось под тотальным запретом.
Прошло время, их политически-нейтральные песни вернулись в ротацию FM-радиостанций и им самим позволили вернутся, даже пригласили на тест-драйв нового стадиона к Европейским играм https://people.onliner.by/2019/05/11/razminka
Все это (не только это) свидетельствует об оттепели по типу Хрущевской.
Не могу судить о тектонических сдвигах во внешней или внутренней политике РБ, но изнутри явно видно, что есть изменения. Так что это вам как сигнал. Хотите публикуйте, хотите расширяйте :)

Виктория Кузнецова, Евгения Приемская

31.03.2021, 09:38

http://iz.ru/609193/gallery/istoriia-v-datakh-22-iiunia
22 июня 2017, 07:00
http://iz.cdnvideo.ru/sites/default/files/styles/900x506/public/photo_item-2017-06/19390901_gaf_u92_066.jpg?itok=E5G_BsxS
22 июня 1941 года германские войска перешли в наступление на границе с СССР, началась Великая Отечественная война. С 1996 года в России 22 июня официально отмечается День памяти и скорби. На фото: немецкие бомбардировщики во время наступления
Фото: Global Look Press
http://iz.cdnvideo.ru/sites/default/files/styles/900x506/public/photo_item-2017-06/19411004_gaf_u92_004.jpg?itok=4r9nHkpw
В первый же день войны бомбежкам подверглись 15 советских городов, в том числе Киев, Каунас и Барановичи. На фото: Киев после бомбежки, лето 1941 года
Фото: Global Look Press
http://iz.cdnvideo.ru/sites/default/files/styles/900x506/public/photo_item-2017-06/RIAN_00662757.HR_.ru_.jpg?itok=fy49w19a
С первых дней войны в СССР началась массовая мобилизация, многие призывники являлись на мобилизационные пункты еще до их открытия. На фото: новобранцы в Москве, 23 июня 1941 года
Фото: РИА Новости/Анатолий Гаранин
http://iz.cdnvideo.ru/sites/default/files/styles/900x506/public/photo_item-2017-06/TASS_265251.jpg?itok=z2Ss4Uzq
Одним из первых сражений Великой Отечественной войны стала героическая оборона Брестской крепости, которая началась в 4:15 утра 22 июня 1941 года. Защитники, лишенные доступа к воде, сопротивлялись до августа 1941-го, последний из них оставался в катакомбах до 1942 года. На фото: Брестская крепость во время освобождения в 1944 году
Фото: ТАСС/А. Капустянский

Кадет Биглер

03.04.2021, 06:52

http://bigler-ru.livejournal.com/618393.html
Jun. 22nd, 2016 at 12:00 AM

В этот день..

22 июня 1941 года

День памяти и скорби. Начало Великой Отечественной войны советского народа против фашистских захватчиков.
В 4 ч. 15 мин. Д.В. Кокорев тараном сбил До-215. А всего в этот день было 16 таранов.

22 июня 1941 года

Британские войска заняли территорию Кувейта. В этот же день британцы завершили операцию по установлению полного контроля над территорией Ирака. Эта операция явилась продолжением быстротечной Англо-Иракской войны 1941 г. (боевые действия продолжались с 18 апреля по 30 мая 1941 г.).

22 июня 1941 года

Местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий выступил с "Посланием пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви", в котором призвал русский народ на защиту Отечества.
(В отличие от Сталина, обратившегося к народу лишь через 10 дней после начала войны, митрополит Сергий сразу же сказал точные и очень нужные людям слова - прим. Иоанн)

22 июня 1941 года

В этот день старший лейтенант Александр Покрышкин (будущий маршал авиации) на МиГ-3 сбил свой первый самолет: по трагическому недоразумению этим самолетом оказался советский бомбардировщик Су-2 из состава 211-го бап. Пилот успел выпрыгнуть с парашютом, но штурман погиб. После этой атаки Покрышкин приготовился атаковать второй самолет Су-2, но пилот успел показать звезды на крыльях и МиГ отошел в сторону. Пилотом второго Су-2 был лейтенант Иван Пстыго (тоже будущий маршал авиации). Причиной трагедии стала любимая в СССР секретность: легкий бомбардировщик Су-2 (очень удачная и надежная разработка Павла Сухого) был принят на вооружение в январе 1941 года, в войска начал поставляться незадолго до начала войны, но советские летчики ничего об этом не знали. О том, что Покрышкин атаковал Пстыго, оба узнали после войны во время учебы в Академии Генерального штаба. Услышав в курилке рассказ Пстыго, Покрышкин смущенно и расстроено сказал: "Вань, это был я"...

Петр Мультатули

04.04.2021, 05:15

https://tsargrad.tv/articles/odin-den-v-istorii-22-ijunja-1941-goda_70618
https://img.tsargrad.tv/cache/f/6/3_voina.jpg/w1056h594fill.jpg
Москвичи слушают сообщение о нападении гитлеровской Германии на нашу Родину. Евгений Халдей/Фотохроника ТАСС

Как могло случиться, что такая мощная военная сила как Рабоче-Крестьянская Красная Армия не только не смогла сдержать наступление противника, но в короткие строки оставила Прибалтику, Белоруссию, Украину, Крым, позволила окружить Ленинград и вплотную подойти к Москве

22 июня 1941 года. Сама эта дата не требует никаких пояснений. В ней, как в капле, отразился весь океан народного горя, народного страдания, народного Подвига, народной Жертвы.

Но помня об этой священной жертве, мы не можем не задаться вопросом: как могло случиться, что такая мощная военная сила как Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА) не только не смогла сдержать наступление противника, но в короткие строки оставила Прибалтику, Белоруссию, Украину, Крым, позволила окружить Ленинград и вплотную подойти к Москве?

Традиционные объяснения о "внезапности нападения", численном превосходстве германской армии, "отсталости" советской военной техники и авиации, не выдерживают никакой критики и не соответствуют историческим фактам.

Гораздо важнее была идеологическая и организационная слабость РККА. Изначально советское политическое руководство ставило перед армией задачу ведения не отечественной, а революционной войны. Сталинская военная концепция вплоть до 3 июля 1941 года строилась на том, что в случае агрессии против СССР ему на помощь должен был прийти пролетариат стран-агрессоров. Хотя советское руководство и говорило с началом войны об её отечественном характере, оно под этим словом понимало совсем не то, что мы сегодня.

В Директиве ГУПП РККА предписывалось: "Глубоко разъяснить всему личному составу вероломный разбойничий характер войны со стороны Германии, показать, что нападение фашистов - это иноземное нашествие, против которого, как и в 1918 году, на Отечественную войну поднялся весь советский народ". Но, как известно, никакой "отечественной" войны в 1918 году не было: в том году началась развязанная большевиками братоубийственная Гражданская война. Значит, советские агитаторы имели ввиду не Россию-Отечество, а "Отечество рабочих и крестьян", то есть то, о чем говорил Сталин в 1931 году: "В прошлом (то есть до революции - П.М.) у нас не было и не могло быть отечества. Но теперь, когда мы свергли капитализм, а власть у нас, у народа, у нас есть отечество и мы будем отстаивать его независимость".

То есть Отечество Александра Невского, Димитрия Донского, Сергия Радонежского, Петра Великого, Потёмкина, Суворова, Пушкина, Серафима Саровского, Менделеева, Пирогова, Александра III, Николая II - не было отечеством Сталина.

Заключив пакт с Германией, Сталин был убеждён в том, что фюрер и германская политико-промышленная верхушка крайне заинтересованы в поддержании добрых отношений с СССР по политическим и экономическим причинам, а потому в ближайшие несколько лет Гитлер не нападет на СССР. Сам вождь собирался строить с Германией отношения "всерьёз и надолго".

В самом преддверии войны советское руководство сделало несколько заявлений, которые оказали самое вредное воздействие на внутреннюю обстановку в стране и армии. 5 мая 1941 года, выступая перед выпускниками военных академий, Сталин сказал, что "с точки зрения военной в германской армии ничего особенного нет, в германской армии появилось хвастовство, самодовольство, зазнайство, военная мысль Германии не идёт вперёд, военная техника отстает от нашей". 14 июня 1941 года ТАСС заявил, что войны с Германией не будет.

Поэтому нападение Гитлера на СССР стало для многих советских граждан полной неожиданностью. Но ещё страшнее, что это нападение психологически стало совершенно неожиданным для Красной Армии. Начальник штаба Верховного командования сухопутных сил Германии (ОКH) генерал-полковник Ф. Гальдер писал в дневнике 22 июня 1941 года: "Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью. […] Части были в казарменном положении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом".

21 июня 1941 года советское правительство в очередной раз попыталось добиться диалога с германским руководством. Примечательно, что при этом никаких серьёзных приготовлений к отражению неизбежного удара с советской стороны не предпринималось.
объявление войны
http://fanstudio.ru/archive/20170623/W2E5v4dV.jpg
22.06.1941. Министр иностранных дел Германии фон Риббентроп информирует дипломатический корпус и прессу о начавшемся нападении на Советский Союз. /Репродукция Фотохроники ТАСС

Только когда стало окончательно ясно, что нацисты не пойдут ни на какие переговоры, Тимошенко и Жуков в ночь с 21 на 22 июня отдали шифрованный приказ привести войска на западной границе в боевую готовность. Это была так называемая Директива № 1. Директива при этом четко не указывала на необходимость уничтожения германских войск в случае их вторжения на территорию СССР. Авиация получила приказ при нападении в бой не ввязываться, до открытия огня самолётами противника огня ответного не открывать.

Таким образом, подводя итоги предвоенной политики советского руководства, можно утверждать, что Красная Армия была не готова к нападению ни психологически, ни организационно; политическое руководство страны до конца не было уверено в неизбежности самого факта войны с Германией.

Нельзя не согласиться с доктором исторических наук В.К. Волковым, который писал: "Цена политико-стратегического просчёта Сталина оказалась фантастически высока. Искусство руководить - это прежде всего искусство предвидеть. Однако прогнозистом Сталин не был!"

Разразившаяся катастрофа 22 июня 1941 года была личной катастрофой Сталина как политика. Он не знал точного положения дел на фронте, более того, до конца не мог решить для себя вопроса, не является ли это все же провокацией? Не случайно разрешение переходить государственную границу и не считаться с ней, Сталин позволил лишь вечером 22 июня. О чём в таком состоянии Сталин мог говорить с народом? Одиннадцать дней вождь приходил в себя. Это не было проявлением трусости, это было полным непониманием, что делать?..

Но на рассвете 22 июня 1941 года большая часть огромной страны ничего об этом не знала. Оставались считанные минуты до того момента, когда от Полярного края до Чёрного моря на нее обрушится огненный смерч и начнется Война. Война, с которой не вернутся миллионы наших дедов и отцов.

Вечная им память!

Русская историческая библиотека

08.04.2021, 07:05

http://rushist.com/index.php/toland-adolf-gitler/1028-vtorzhenie-germanii-v-sssr
Глава 24

«ДВЕРЬ В ТЕМНУЮ КОМНАТУ» (22 июня – 19 декабря 1941 г.)

1

Рано утром 22 июня на берлинских улицах по громкоговорителям передавалось обращение фюрера к народу и продавались экстренные выпуски газет. Хотя люди были ошеломлены нападением на союзника, большинство немцев испытывало чувство облегчения. Мало кто мог понять сам факт заключения договора с красными. Разъяснительной работой занялся Геббельс. Шеф пропаганды сразу начал давать установки подчиненным: «Теперь, когда фюрер разоблачил предательство большевистских правителей, национал-социализм и, следовательно, немецкий, народ возвращаются к принципам, которые их вдохновляли, – к борьбе против плутократии и большевизма». Фюрер, добавил он, уверен, что русская кампания завершится через четыре месяца. «Но я вам говорю: она завершится через восемь недель», – самонадеянно заявлял Геббельс.

Он повторил этот прогноз на приеме в министерстве пропаганды. Повернувшись к кинозвезде Ольге Чеховой, племяннице великого русского писателя, он сказал: «У нас здесь эксперт по России. Как вы думаете, будем ли мы в Москве к Рождеству?» Раздраженная его бесцеремонностью, актриса холодно ответила: «Вы знаете, Россия – беспредельная страна. Даже Наполеон был вынужден уйти оттуда». От неожиданности Геббельс потерял дар речи. Через десять минут его адъютант подошел к актрисе: «Думаю, мадам, вы готовы уйти. Машина ждет».

Сталин был в растерянности. За несколько часов советская авиация потеряла 1200 самолетов, оборона была дезорганизована. Отказываясь верить в серьезность первых сообщений, поступающих из района боевых действий, Сталин приказал Красной Армии не вступать на немецкую территорию, а авиации ограничить свои действия приграничной полосой. Он был убежден, что нацистское нападение всего лишь досадная ошибка и можно остановить войну дипломатическими средствами, а потому оставил открытой радиосвязь с министерством иностранных дел Германии и попросил Японию посредничать в урегулировании политических и экономических разногласий между Германией и Советским Союзом.
http://fanstudio.ru/archive/20170702/22R2wgqc.jpg
Советский аэродром после немецкого налёта, 1941

Советский посол в Англии не питал таких иллюзий. Майский посетил министра иностранных дел Идена и прямо спросил, не собирается ли английское правительство ослабить свои военные усилия и, возможно, прислушаться к «мирному наступлению» Гитлера. Идеи ответил категорическим «нет». Вечером Черчилль подтвердил это в страстном обращении к стране: «Мы преисполнены решимости уничтожить Гитлера и все следы нацистского режима. Мы никогда не будем вести переговоры с Гитлером или с кем-либо из его клики». Черчилль обещал оказать всевозможную помощь СССР.

Президент Рузвельт осуждал диктаторскую политику Сталина, его жажду территориальных приобретений. Но он опасался Гитлера и без колебаний одобрил заявление государственного департамента о том, что оказание помощи коммунизму отвечает интересам американской безопасности.

Папа римский придерживался иной позиции. Хотя он не высказался прямо об агрессивных действиях Германии, но ясно дал понять, что поддерживает борьбу нацизма против большевизма, охарактеризовав ее как «благородную отвагу в защите основ христианской культуры». А ряд немецких епископов, как и ожидалось, открыто поддержал нападение на СССР. Один из служителей церкви назвал его «европейским крестовым походом», миссией, подобной подвигам тевтонских рыцарей. Он призвал католиков бороться за «победу, которая позволит Европе снова вздохнуть свободно и откроет всем странам новое будущее».

Буквально через сутки интерес немцев к войне стал падать. Граждане занялись обыденными делами, как будто это была всего лишь очередная военная кампания Гитлера. В 12.30 23 июня фюрер со свитой выехал из столицы. Поезд доставил его в «Волчье логово», новую ставку в лесу в нескольких километрах от Растенбурга в Восточной Пруссии. Когда по прибытии на место все стали располагаться в деревянных домах и бетонных бункерах, в ставке фюрера царила уверенность в быстрой победе. Однако Гитлера одолевали смешанные чувства. «Нам стоит лишь толкнуть дверь, и прогнившее строение рухнет», – сказал он Йодлю. Но вскоре заметил адъютанту: «В начале каждой кампании толкаешь дверь в темную комнату. Никто не знает, что тебя ждет внутри».

Первые победы, казалось, оправдывали самые радужные надежды, За два дня было захвачено огромное количество военнопленных. Повсеместно немецкие танки прорывали советскую оборону. Казалось, организованного сопротивления противника не было. В первую неделю не сообщалось каких-либо подробностей. Зато в воскресенье, 29 июня, по радио с интервалами в один час было зачитано десять специальных сообщений, лично одобренных Гитлером. Геббельс возражал против чрезмерных доз информации, но Гитлер считал это блестящей идеей. Когда Отто Дитрих сообщил о недовольстве людей, которые были вынуждены весь воскресный день просидеть у радиоприемников, Гитлер ответил, что образ мышления и эмоции масс известны ему лучше, чем всем интеллектуалам, вместе взятым.
http://rushist.com/images/toland/prisoned-red-soldiers-1941.jpg
Колонна пленных красноармейцев. Минск, 1941

Войска продвигались стремительно. К 29 июня почти полмиллиона красноармейцев сдались в плен. Гальдер в своем дневнике 3 июля записал: «Не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна за четырнадцать дней». Фюрер был уверен, что с Советами покончено. «Как удачно, – восторгался он, – что мы уничтожили советскую танковую мощь и авиацию в самом начале». Многие западные военные эксперты разделяли эту оценку, и в Пентагоне спорили, когда будет покончено с Красной Армией: через месяц или раньше.

2

За передовыми немецкими частями следовали четыре «айнзацгруппен» СС по три тысячи человек в каждой. Их задачей было обеспечение безопасности оперативной зоны, иными словами, репрессии против гражданского населения с целью подавить его сопротивление оккупантам. Это была полиция особого рода, подчиненная непосредственно Рейнхарду Гейдриху. «Войска специального назначения» должны были хватать не только активных большевиков, но и всех евреев, а также цыган, «азиатских недочеловеков» и «дармоедов» – умалишенных и безнадежно больных.

Для осуществления массовых убийств Гейдрих и Гиммлер лично подбирали офицеров, В их число попадали протестантский священник и врач, оперный певец и юрист. Трудно было предположить, что они годятся для такой работы. Но эти люди оправдали надежды своих шефов и, несмотря на угрызения совести, стали искусными палачами.

Большинство жертв были евреи. Они не имели представления о гитлеровской программе «расового очищения»: в советской прессе мало что сообщалось об антисемитских зверствах немцев. Поэтому многие евреи становились легкой добычей «айнзацгрупп».

Истребление евреев проводилось с холодным расчётом. Работа подразделений СС редко встречала сопротивление. «Как ни странно, приговоренные позволяют расстреливать себя спокойно, – докладывал один командир. – Это относится и к евреям, и к неевреям».

Самой серьезной проблемой Гейдриха были психические расстройства среди эсэсовцев. Некоторые из них получали нервные потрясения, ударялись в запой, страдали желудочно-кишечными заболеваниями. А были и такие, которые выполняли свою задачу с чрезмерным рвением и садистски избивали арестованных, нарушая приказ Гиммлера о том, что ликвидацию надо производить «гуманным способом».

Гиммлер сам не раз был свидетелем деморализующего эффекта ежедневных убийств. Во время своей летней поездки в Минск он попросил командира айнзацгруппы расстрелять при нем сто арестованных. Когда отделение солдат подняло винтовки, шеф СС заметил одного светловолосого молодого арестованного с голубыми глазами, который показался ему типичным арийцем. Гиммлер поинтересовался, не еврей ли он. Да, еврей, ответил тот. «И родители евреи?»– продолжал допрашивать Гиммлер. «Да», – ответил приговоренный. «Но, может быть, кто-нибудь из предков не был евреем?»– не отступался обер-палач. Услышав отрицательный ответ, он топнул ногой: «В таком случае ничем не могу помочь...»

Загремели выстрелы. Гиммлер уставился в землю и нервно переступал с ноги на ногу. Послышался второй залп. Подняв глаза, он увидел, что две женщины все еще корчатся на земле. «Не мучайте этих женщин!– крикнул он. – Прикончите их, быстро!» Сопровождавший Гиммлера обер-группенфюрер СС фон Бах-Зелевски, командующий «войсками специального назначения» в Центральной России, попросил шефа взглянуть на расстрельную команду. «Они уже конченые люди. Кого мы воспитываем? Неврастеников или скотов!»

Гиммлер приказал всем собраться и произнес речь. Ваша работа отвратительна, сказал он, однако никто не должен испытывать угрызений совести: солдаты обязаны беспрекословно выполнить любой приказ. Перед Богом и фюрером он один несет ответственность. Все, конечно, заметили, что эта кровавая работа для него очень неприятна, она потрясла его до глубины души. Но он тоже подчиняется высшему закону, выполняя свой долг.

Розенберг получил от Гитлера приказ разработать схему управления восточными территориями. Рейхсминистр хотел ввести здесь ограниченное самоуправление. Так как фюрер ранее согласился с установлением на завоеванных землях России «слабых социалистических государств», Розенберг оптимистично полагал, что Гитлер в принципе одобряет его план, который должен был обсуждаться на специальном совещании в «Волчьем логове» 16 июля. «Мы не должны оповещать мир о своих намерениях, – заявил Гитлер. – Главное, чтобы мы сами знали, чего хотим. Мы пойдем на все необходимые меры, какие мы сочтем нужными, – расстрелы, переселение и тому подобное. В принципе мы должны разрезать гигантской пирог в соответствии с нашими нуждами, чтобы, во-первых, господствовать, во-вторых, управлять и, в-третьих, эксплуатировать. Русские стали вести партизанскую войну за линией фронта. Такие действия дают нам право истреблять каждого, кто выступит против нас». Замыслы Розенберга относительно «слабых социалистических государств» рухнули, словно карточный домик.

Какая трагедия, думал он, что Гитлер сохраняет ложное представление о славянах, сформировавшееся у него еще в годы венской молодости на основании поджигательских брошюр, которые изображали славян ленивой, примитивной, безнадежно второсортной расой. Обернется катастрофой и полное непонимание Гитлером структуры Советского Союза. Украинцы и другие народности под игом великороссов были потенциальными союзниками «третьего рейха» и могли бы стать оплотом в борьбе против большевизма, если с ними обращаться должным образом. Но Борман и Геринг убедили фюрера, что это враги, которыми надо управлять только при помощи кнута.

3

В начале лета 1941 года Гитлер заболел. Снова возобновились спазмы желудка. Его организм был подорван чрезмерной дозой лекарств: 120–150 антигазовых таблеток в неделю, а также десяток инъекций сильнодействующего препарата «ультрасептил». Затем у фюрера началась дизентерия, обычная болезнь в болотистой местности, где располагалось «Волчье логово». Он страдал от поноса и тошноты, его попеременно то лихорадило, то бросало в пот... Во время резкого спора с Риббентропом в конце июля Гитлер испытал сердечный приступ. Министр иностранных дел, с самого начала настроенный против «Барбароссы», не сдержался и начал громко выражать свое неодобрение восточной политики фюрера. Гитлер побледнел, сделал попытку возразить, но осекся на полуслове, схватился за сердце и рухнул в кресло. Все испуганно замолчали. «Так со мной больше не разговаривайте», – произнес наконец Гитлер.

Доктор Морель был настолько встревожен, что послал кардиограмму фюрера директору Института сердца профессору Карлу Веберу. Тот не знал, что пациентом является сам фюрер. Диагноз был неутешителен: быстро прогрессирующий коронарный склероз, практически неизлечимая болезнь сердца. Вероятно, Морель не сообщил об этом Гитлеру, напротив, сказал, что сердце фюрера в прекрасном состоянии.

Гитлер заболел в самый разгар конфликта со своими военачальниками. Он приказал остановить наступление на Москву, отобрав у группы армий «Центр» самые мощные бронетанковые соединения. Одно из них было направлено на север для операции по захвату Ленинграда, другое – на юг для содействия захвату Украины. По мнению Гитлера, эти два района были более важными, чем Москва. Ленинград, этот крупный промышленный центр, считался символом большевистской революции. Украина была житницей страны, а Крым – непотопляемым советским авианосцем для налетов на нефтяной район Плоешти в Румынии. Его можно было использовать и как трамплин для рывка на Кавказ.

Болезнь Гитлера дала возможность Браухичу и Гальдеру внести коррективы в стратегию фюрера. Только в середине августа, когда Гитлер почувствовал, себя лучше, он полностью осознал, что творилось за его спиной: ни его директивы, ни план Гальдера не были осуществлены, выполнялся некий компромиссный вариант. Для прояснения ситуации 21 августа Гитлер издал недвусмысленный приказ: «Самой важной целью, которой необходимо достичь к зиме, является не Москва, а Крым». Наступление на Москву, по мнению фюрера, не может начаться, пока Ленинград не будет изолирован и 5-я армия противника на юге не будет разгромлена. За приказом через несколько часов последовал пространный меморандум о том, как вести войну. В нем содержались обвинения по адресу не названных по имени командующих в том, что они руководствуются «эгоистичными желаниями» и «деспотическими склонностями». Армейское командование характеризовалось как сборище пустых голов, «закостенелых в устаревших теориях».

«Черный день для армии!»– записал в своем дневнике Энгель. «Невыносимо!– вторил ему Гальдер. – Неслыханно! Это предел!» 22 августа он имел длительный разговор с Браухичем о «недопустимом» вмешательстве фюрера в армейские дела. Итогом этого разговора было предложение и тому, и другому уйти в отставку. Но подавленный, болезненный фельдмаршал отказался последовать совету начальника генерального штаба. Более того, он сделал все, чтобы подавить «бунт» в своем штабе, заверив Гальдера, что фюрер лично обещал: как только на Украине будет обеспечена победа, все силы устремятся на Москву. «Бунт», если его можно так назвать, завершился на ноте глухого ворчания.

4

Этот кризис отошел на задний план, когда состоялся широко разрекламированный выезд Муссолини на фронт. Дуче намеревался убедить Гитлера в том, что необходимо увеличить численность итальянского экспедиционного корпуса. Римский диктатор хотел таким образом заполучить и свою долю славы в деле уничтожения коммунизма. Но он был в неважной форме и не мог спорить с Гитлером. Недавняя гибель сына в авиакатастрофе сильно травмировала Муссолини.

Гитлер встретил дуче на маленькой станции неподалеку от своей ставки и почти весь день не давал ему открыть рот. Фюрер беспрерывно говорил о предстоящей победе на Востоке, о глупости Франции и злостных махинациях еврейской клики, окружавшей Рузвельта. Когда наконец гость заикнулся о том, что хочет послать больше войск на Восточный фронт, Гитлер изменил тему разговора. Его затяжной монолог продолжался еще несколько дней, и Муссолини так надоели тирады о славе иподвигах Германии, что он постарался перевести разговор на победы Древнего Рима...

Позднее близ Умани на Украине они провели инспекцию итальянской дивизии, и когда берсальеры в украшенных перьями касках промчались на мотоциклах с криками «Дуче!», Муссолини просиял. Но после обеда Гитлер оставил гостя и отправился в воинские части. Дуче чувствовал себя оскорбленным и на обратном пути задумал «отплатить» бесцеремонному хозяину. Он прошел в пилотскую кабину и долго беседовал с пилотом Гитлера Бауром. Тот был тронут вниманием высокого гостя и разрешил ему сесть за штурвал самолета. Гитлер был шокирован.

Итоги визита расстроили Муссолини. Он испытывал беспокойство по поводу того, что война на Востоке обещает быть длительной и кровавой. Депрессия дуче сменилась яростью, когда он узнал, что Риббентроп не хочет опубликовать совместное коммюнике о его визите. На этот раз Гитлер уступил Муссолини и поставил Риббентропа на место. Дуче оживился. Он вызвал своего посла в Берлине Дино Альфиери и дал ему указания по освещению его поездки на? фронт. «Не забудьте упомянуть, – подчеркнул тщеславный дуче, – что значительную часть пути я сам пилотировал четырехмоторный самолет фюрера!»

В «Волчьем логове» Гитлер пересмотрел свою стратегию, придя к выводу, что наступила пора для начала наступления на Москву. За чашкой чая он сообщил секретарям и адъютантам: «Через несколько недель мы будем в Москве. В этом нет сомнений. Я сотру этот проклятый город с лица земли и построю на его месте искусственное озеро. Название «Москва» исчезнет навсегда». 5 сентября он сказал Гальдеру: «Начинайте наступление на Центральном фронте через восемь – девять дней». Его высказывания записывал Вернер Кеппен, связной Розенберга в ставке фюрера. С начала июля этого года по просьбе своего начальника он незаметно фиксировал застольные разговоры Гитлера. Кеппен украдкой делал пометки на столовых салфетках, а вечером, уединившись, записывал те части разговора, которые хорошо помнил. Оригинал и копия записи отправлялись в Берлин курьером.

Кеппен не знал, что за столом был еще один летописец. Вскоре после своего прибытия в «Волчье логово» Борман предложил своему адъютанту Генриху Хайму незаметно записывать все, что говорит фюрер. Хайм делал подробные записи на карточках, которые он держал на коленях.

Записи Хайма и Кеппена дают редкую возможность проникнуть в механизм событий, которые разворачивались на Восточном фронте.

Гитлер заверил слушателей в том, что захват русского пространства обеспечит Германии мировое господство. «Тогда Европа станет неприступной крепостью. Откроются такие перспективы, что большинство западных демократов поверит в новый порядок. В настоящее время самое важное – завоевать «жизненное пространство». После этого все будет вопросом организации». Славяне, по его словам, – прирожденные рабы, которые чувствуют потребность в господине, и роль Германии в России будет такая же, как Англии в Индии. «Как и Англия, мы будем управлять этой империей с помощью горстки людей».

Он пространно рассуждал о своих планах сделать Украину житницей Европы и осчастливить завоеванные народы шарфами и стеклянными бусами, а потом признался, что в то время, как все другие мечтают о международной конференции по обеспечению мира, он предпочитает вести войну еще десять лет, но не лишаться плодов победы.

Взятие Киева три дня спустя вызвало в «Волчьем логове» ликование. Это означает, предсказал Гитлер, скорое завоевание всей Украины и оправдывает его настойчивость в нанесении главного удара в южном направлении. За обедом 21 сентября фюрер сиял, сообщая о взятии в плен 145 тысяч красноармейцев в окрестностях Киева. Советский Союз, утверждал Гитлер, находится на грани краха.

Во время обеда 25 сентября он заговорил о том, как опасны эти «недочеловеки с востока»; Европа не будет спокойна, пока эти азиаты не будут оттеснены за Урал. «Они скоты, и ни большевизм, ни царизм здесь ни при чем, они скоты по своей природе». Вечером Гитлер продолжал витийствовать за столом, превознёс достоинства войны и сравнивая первый бой солдата с первым сексуальным опытом женщины, поскольку и то, и другое – акт агрессии. «На войне юноша становится мужчиной. Если бы я сам не был закален этим опытом, я бы не смог взвалить на себя столь грандиозную миссию, как строительство империи».

Застольные беседы касались почти исключительно войны на Востоке. На другом фронте – в Северной Африке – активных действий не велось. Английские попытки отбросить Роммеля провалились, и к началу осени в пустыне наступило затишье. Ни одна сторона не была готова к наступлению. Энергия Гитлера и мощь вермахта были сосредоточены на генеральном наступлении на Москву, но фельдмаршал фон Бок предупредил, что время выбрано неудачно. Почему бы не пережить зиму на укрепленных позициях? Гитлер ответил своего рода аллегорией: «До того как я стал канцлером, я думал, что генеральный штаб – это пес, которого надо крепко держать за ошейник, чтобы он не набросился на любого, кого заметит». Но, продолжал фюрер, этот «пес» оказался далеко не свирепым. Он был против перевооружения, оккупации Рейнской области, вторжения в Австрию и Чехословакию и даже против захвата Польши. «Именно мне приходится натравливать этого зверя», – заключил Гитлер.

Он настоял на массированном наступлении на Москву, и операция под кодовым названием «Тайфун» началась в последний день сентября. Ее целью было уничтожение советских сил на центральном фронте с помощью танковых клещей.
http://rushist.com/images/toland/guderian.jpg
Гейнц Гудериан
Советское верховное командование было застигнуто врасплох. За первые сутки 2-я танковая группа Гудериана продвинулась на 80 километров. В брешь ринулась пехота, подавляя изолированные очаги сопротивления.

Гитлер был настолько уверен в победе, что на своем специальном поезде отправился в Берлин. На следующий день он произнес речь во Дворце спорта. Гитлер начал перечислять потери противника: два с половиной миллиона военнопленных, уничтожено или захвачено 22 тысячи артиллерийских орудий, 18 тысяч танков, около 15 тысяч самолетов. Цифры впечатляли. Немецкие солдаты продвинулись на тысячу километров, свыше 25 тысяч километров разрушенных железных дорог на оккупированной территории снова введены в действие, и большинство из них уже переведено на немецкую, более узкую, колею. В то же время фюрер выразил озабоченность. Война на Востоке, подчеркнул он, – это война идеологий, поэтому все лучшие элементы в Германии должны сплотиться и стать монолитом. «Только тогда мы сможем надеяться на то, что Провидение будет с нами. Всемогущий Бог никогда не помогал ленивому. Не помогает он и трусу», – заключил Гитлер. Свое выступление он закончил словами: «Противник уже разбит и не поднимется никогда». Зал взорвался бурными аплодисментами,

К вечеру было передано сообщение о том, что танкисты Гудериана взяли Орел.

На следующий день Гитлер вернулся в «Волчье логово», и все обитатели ставки фюрера заметили, что за ужином он был в особенно хорошем настроении. Разговор за обедом 6 октября был посвящен Чехословакии, где усилилась подпольная деятельность. И в этом, по мнению фюрера, были виноваты евреи: это источник, через который распространяется вражеская пропаганда. Тут же было принято решение о депортации евреев «далеко на Восток».

В этот день Гудериан взял Брянск и завершил окружение оборонявших его советских армий. Через два дня донесения с фронта сообщали, что Красную Армию можно «в основном считать разгромленной». Вдохновленный предстоящим взятием Москвы, Гитлер приказал, чтобы ни один немецкий солдат не входил в столицу. «Город, – сказал он, – будет разрушен и полностью стерт с лица земли».

9 октября немецкие газеты сообщили о великой победе – окружении двух советских фронтов. Настроение немцев резко повысилось. Прежде напряженные лица теперь сияли. В ресторанах и пивных люди вставали в нацистском приветствии, когда по радио звучали «Хорст Вессель» и «Германия превыше всего». В столице распространились слухи, что Москва пала.

В тот же день фельдмаршал фон Райхенау, первый генерал, перешедший к нацистам, издал приказ по 6-й армии об усилении мер борьбы с партизанами. В нем говорилось, что идет не обычная война, а смертельная борьба между немецкой культурой и еврейско-большевистской системой. «Поэтому солдат должен полностью осознать необходимость жестоких, но справедливых мер против еврейских недочеловеков». Такие же приказы были изданы Рундштедтом, Манштейном и другими военачальниками.

Заявление Гитлера о том, что Красная Армия разгромлена и победа обеспечена, было не просто пропагандой для поднятия морального духа в стране. Он верил в то, что говорил, в отличие своего более прагматично настроенного шефа пропаганды. 14 октября Геббельс начал свое выступление перед аппаратом министерства пропаганды с оптимистического заявления: «В военном отношении война уже выиграна. Все, что остается сделать, имеет преимущественно политический характер как в стране, так и за рубежом». Потом он начал противоречить самому себе, предупредив, что немецкий народ должен быть готов продолжать войну на Востоке еще десять лет. Поэтому задача немецкой прессы – укреплять стойкость нации.

Между тем сообщения свидетельствовали о том, что дипломатический корпус переместился из Москвы в Куйбышев. Началась эвакуация из столицы высокопоставленных партийных деятелей и сотрудников секретных служб.

В Берлине в коридорах министерства иностранных дел на Вилыельмштрассе говорили, что Сталин запросил мира через болгарского царя Бориса. Фриц Хессе спросил Риббентропа, верно ли это, и тот под большим секретом сказал ему, что Гитлер отверг это предложение, потому что уверен в близкой победе. Большинство военачальников разделяло его оптимизм. Например, Йодль не сомневался в том, что Советы израсходовали последние резервы.

Деморализованный Сталин наконец стал приходить в себя. Появившись в Кремле, он спросил председателя Московского Совета: «Будем ли мы защищать Москву?» И, не дождавшись ответа, объявил осадное положение. Нарушения законности и порядка должны были строго караться. Все шпионы, диверсанты и провокаторы подлежали расстрелу на месте. Эти жестокие меры подняли моральный дух москвичей.

Обороняющие Москву советские войска держались стойко, и продвижение немецких танковых клиньев, подошедших к столице на расстояние в шестьдесят километров, замедлилось. Затем резко изменилась погода. Начались осенние дожди, и мощные немецкие танки Т-4 застревали в грязи, тогда как более маневренные советские Т-34 не боялись бездорожья.

Наиболее значительные победы Гитлера в последние два года были одержаны благодаря массированным танковым ударам, поддержанным авиацией. Но теперь мощная техника буксовала в море грязи, а плохая видимость вынудила люфтваффе оставаться на земле. Не было больше ни мобильности, ни огневой мощи, и молниеносная война, на которую делал ставку Гитлер, захлебнулась. Большинство военачальников считало, что главная причина неудач – отказ Гитлера начать наступление месяцем раньше. Если бы фюрер последовал их совету, доказывали генералы, Москва была бы взята, а Красная Армия разгромлена.

В конце октября дождь сменился снегом. Наступление прекратилось. Положение стало таким отчаянным, что архитектор Гизлер получил приказ прервать работу по реконструкции немецких городов. Все рабочие, инженеры, строительные материалы и техника были переброшены на Восток для прокладки автомобильных дорог, ремонта железнодорожных путей, строительства станций и локомотивных депо.

Гитлер, казалось, сохранял уверенность в близкой победе. Накануне отъезда в Мюнхен на празднование годовщины «пивного путча» он оживлял ужин шутками и воспоминаниями...

В эти часы в Москве его личный враг выступал на торжественном собрании по случаю годовщины революции в просторном вестибюле станции метро «Маяковская». Сталин признал, что потери на поле боя составили почти 1 700 000 человек. Но утверждение нацистов, что советский режим рушится, не имеет никаких оснований, сказал он. Наоборот, советский тыл сегодня более прочен, чем когда-либо... В то время как немцы воюют при поддержке многочисленных союзников – финнов, румын, итальянцев и венгров, Россия стоит перед трудной задачей: ни один английский или американский солдат пока не в состоянии ей помочь. Сталин взывал к русской национальной гордости, упомянув в этой связи имена Плеханова и Ленина, Белинского и Чернышевского, Пушкина и Толстого, Горького и Чехова, Глинки и Чайковского, Сеченова и Павлова, Суворова и Кутузова. Немецкие захватчики хотят войны на истребление народов Советского Союза. Если они хотят войны на истребление, они ее получат, заключил Сталин.

На следующее утро, 7 ноября, Сталин выступил с речью перед войсками на Красной площади. Сюда доносилась артиллерийская канонада, а в небе ревели патрульные советские истребители. «Как можно сомневаться, что такой народ одолеет немецких захватчиков, – обращался к войскам Сталин. – Кто только не угрожал многострадальной земле русской! Тевтонские рыцари, татары, поляки, Наполеон… Нынешнего врага ждет та же участь – он будет разбит. И пусть вдохновляют вас на это образы наших великих предков: Александра Невского, Дмитрия Донского, Минина и Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова».

8 ноября Гитлер прибыл в Мюнхен. Он выступил на совещании рейхсляйтеров и гауляйтеров, затем произнес речь в пивном зале «Левенбройкеллер», в которой, помимо прочего, предупредил президент Рузвельта, что если американские корабли станут обстреливать немецкие суда, они поплатятся за это. Гитлер произносил грозные слова, но на самом деле он был встревожен. Восточная кампания зашла в тупик.

На следующий день Гитлер напомнил своему окружению о судьбе армии Наполеона в России. Но фельдмаршал фон Бок был настроен оптимистично. Он призвал продолжать наступление. Фельдмаршала поддержали Браухич и Гальдер.

Когда в «Волчьем логове» появился японский посол в Германии генерал Осима, периодически наносивший визиты Гитлеру, тот посетовал, что зима пришла намного раньше, чем предсказывал его метеоролог. Затем фюрер выразил сомнение в том, что Москву удастся взять в этом году.

Холода усилились. Гитлер в свое время запретил интендантским службам запасать зимнюю одежду; и солдаты мерзли. 21 ноября Гудериан позвонил Гальдеру и сообщил, что его войска «дошли до предела своей выносливости». Он намерен посетить фон Бока и просить фельдмаршала изменить только что изданные приказы, потому что «не видит возможности их выполнения». Но фельдмаршал под прямым давлением фюрера ни за что не хотел внять просьбам Гудериана и приказал возобновить атаки. После незначительного продвижения войска снова выдохлись. Прибыв на передовой командный пункт, фон Бок приказал 24 ноября начать новую атаку. Она была остановлена снежной бурей и фанатичным сопротивлением русских.

Пять дней спустя разразился кризис на юге. Фельдмаршал фон Рундштедт был вынужден оставить Ростов, захваченный лишь неделю назад. Разгневанный Гитлер по телеграфу приказал Рундштедту оставаться на занимаемых позициях. Командующий группой армий ответил, что его войска не в состоянии сделать это. Если они не отступят, то будут уничтожены. Фельдмаршал потребовал отменить приказ и предупредил, что в противном случае он будет вынужден подать в отставку. Последнее особенно разгневало фюрера, и он тут же сообщил командующему группой армий, что удовлетворяет его просьбу. На место Рундштедта он назначил одного из старейших военачальников, фельдмаршала Вальтера фон Райхенау, а сам вылетел в Мариуполь, чтобы разобраться с положением дел на месте, Гитлер вызвал старого товарища, командира дивизии СС Зеппа Дитриха и, к своему разочарованию, узнал, что тот полностью согласен с Рундштедтом в оценке сложившейся ситуации.

Отдав Райхенау приказ держаться, он вызвал Рундштедта. Тот уже паковал вещи, собираясь домой, и полагал, что фюрер хочет извиниться перед ним. Но Гитлер и не думал делать это. Он стал распекать фельдмаршала, заявив, что в будущем не потерпит заявлений об отставке. «Я сам, например, не в состоянии пойти к Всевышнему и сказать ему: «Все, хватит, – мне надоело одному брать на себя ответственность», – раздраженно говорил Гитлер.

Известие о сдаче Ростова вызвало мрачное настроение в Берлине. Но неудачу на юге вскоре затмила наметившаяся катастрофа на Центральном фронте. Генеральное наступление на Москву выдохлось. Хотя одно подразделение армейской разведки в начале декабря дошло до окраин Москвы и даже увидело башни Кремля, оно быстро было рассеяно танками и отрядами народного ополчения. Фельдмаршал фон Бок, страдающий болями в желудке, признался Браухичу по телефону, что войска физически истощены. 3 декабря фон Бок позвонил Гальдеру и сообщил ему, что намерен перейти к обороне.

На следующий день столбик термометра опустился до отметки минус 31 градус. Танки можно было заводить, только разогревая двигатели. Холод вывел из строя телескопические прицелы. У солдат не было зимней одежды, шерстяных носков. 5 декабря температура опустилась еще на пять градусов. Гудериан не только прекратил наступление, но и начал отход на более удобные оборонительные позиции.
http://rushist.com/images/toland/zhukov.jpg
Георгий Жуков

В тот же день командующий советским Центральным фронтом генерал Георгий Жуков перешел в массированное контрнаступление силами в 100 дивизий на трехсоткилометровом фронте. Эта комбинированная атака пехоты, танков и авиации застала немцев врасплох, и Гитлер не только потерял Москву, но и оказался под угрозой повторить судьбу Наполеона на снежных просторах России. Германское верховное командование охватили ужас и отчаяние. Главнокомандующий сухопутными силами фон Браухич, больной и подавленный, заявил о желании уйти в отставку.

Гитлер был близок к отчаянию. В первой мировой войне русские пехотинцы сражались плохо, теперь они стояли насмерть. Удрученный фюрер 6 декабря признался Йодлю, что «победы больше не добиться».

5

Последние два года Гитлер тщательно избегал конфронтации с Соединенными Штатами. Убежденный в том, что эта страна находится в тисках «еврейской клики», которая не только господствует в Вашингтоне, но и контролирует прессу, радио и кино, он проявлял крайнюю сдержанность перед лицом массированной американской помощи Англии. Хотя Гитлер был весьма невысокого мнения об американцах как солдатах, он признавал промышленную мощь США и стремился удержать заокеанского соперника от прямого участия в войне.

Американская военная техника непрерывным потоком шла на Британские острова, но Гитлер, стараясь избегать инцидентов, запретил атаковать военные корабли и торговые суда США. Однако 23 июня 1941 года президент Рузвельт уполномочил и.о. государственного секретаря Самнера Уэллса сделать заявление о том, что Гитлера надо любой ценой остановить, даже если для этого понадобится оказать помощь другой тоталитарной стране. Рузвельт разморозил советские активы в сумме до 40 миллионов долларов, а затем объявил, что положения закона о нейтралитете не относятся к Советскому Союзу. Порт Владивосток оставался открытым для американских судов. Две недели спустя, 7 июля, американские войска прибыли в Исландию, чтобы заменить там английский десант, ранее высадившийся на этот остров.

Встревоженный этими событиями Гитлер в середине июля заявил японскому послу Осиме: сложившаяся ситуация меняет его прежнее мнение о том, что Япония должна сдерживать Англию и стремиться к нейтралитету Америки. «Соединенные Штаты и Англия всегда будут нашими врагами, – заявил он. – Такое понимание должно быть основой нашей внешней политики». «Мы должны совместно уничтожить их», – добавил фюрер. В качестве приманки он предложил, чтобы Япония помогла «оприходовать имущество» разгромленного Советского Союза и занять его дальневосточные территории.

В Токио к этим предложениям отнеслись сдержанно. Японцы уже решили не нападать на Россию с востока, а продвигаться на юг, в Индокитай, который они вскоре захватили без боя. Последнее вызвало негативную реакцию США, которые в отместку за эту агрессию заморозили японские активы в Америке, тем самым лишив Японию основного источника нефти. Японские руководители восприняли этот шаг как попытку обезоружить империю и не позволить Японии занять «законное» место азиатского лидера.

Месяц спустя Рузвельт встретился с Черчиллем у побережья Ньюфаундленда и подписал «Атлантическую хартию» о целях Англии и США в войне. Ее формулировки не только не оставили сомнений в том, что Рузвельт – непоколебимый противник Гитлера, но и по иронии судьбы разочаровали противников Гитлера в Германии, поскольку в документе не прослеживалась четкая грань между нацистами и антинацистами. Последние сочли хартию неофициальным объявлением войны против всех немцев. Особенно их покоробил пункт, в котором говорилось о необходимости разоружения Германии после войны.

Надежды Гитлера избежать столкновения с США рухнули в последний день октября, когда американский эсминец «Ройбен Джеймс», сопровождавший конвой в 600 милях западнее Исландии, был потоплен немецкой торпедой, в результате чего погиб 101 американец. В ответ США экспроприировали французский лайнер «Нормандия», погрузили на него 400 самолетов и отправили в Мурманск. По всей Америке прокатилась волна антигерманских выступлений, и 7 ноября управление по ленд-лизу получило указание сделать все, чтобы оказать военную и экономическую помощь Советскому Союзу. На это был выделен миллиард долларов.

На следующий день, 8 ноября, Гитлер произнес в Мюнхене воинственную речь, в которой оправдывал потопление «Ройбена Джеймса» и осудил приказ Рузвельта «стрелять по немецким кораблям, как только они будут замечены», но в то же время подчеркнул, что сам приказал немецким кораблям не стрелять по американским судам, кроме как в порядке самообороны. Эта речь должна была продемонстрировать всему миру, что фюрер стремится избежать войны с США.

Тем не менее позиция Гитлера по отношению к США ужесточалась, и это отразилось на поведении Риббентропа. 28 ноября он пригласил генерала Осиму и высказал пожелание, чтобы Япония объявила войну США и Англии. Японский посол выразил удивление по поводу этого предложения. Риббентроп обещал, что если Япония начнет воевать с Америкой, Германия ее поддержит.

Эта информация была встречена японским генштабом со вздохом облегчения. Японский флот уже плыл к Пирл-Харбору. В последний день ноября Осима получил указание немедленно сообщить Гитлеру и Риббентропу, что англичане и американцы планируют ввести военные силы в Восточную Азию, но этому будет дан отпор, что может привести к войне между Японией и англо-саксонскими странами. 5 декабря был подписан германо-японский договор, по которому Германия обещала присоединиться к Японии в войне против Соединенных Штатов.

В «Волчьем логове» первым узнал о нападении Японии на США в Пирл-Харборе 7 декабря Отто Дитрих. Он поспешил в бункер Гитлера, который в тот момент читал удручающие донесения с Восточного фронта. Когда Дитрих сообщил, что у него важная новость, фюрер с опаской посмотрел на Дитриха, полагая, что тот принес что-то далеко не радостное. Но когда Дитрих зачитал полученное им сообщение, Гитлер просиял, схватил у него бумагу и без пальто и фуражки поспешил в бункер Кейтеля. Фюрер торжественно объявил: «Мы не можем проиграть войну. Теперь у нас есть партнер, который за три тысячи лет ни разу не потерпел поражения».

6

Отчаянные донесения с Восточного фронта побудили Гитлера 8 декабря издать новую директиву. «Суровые зимние условия, – говорилось в ней, – и, как следствие, трудности в снабжении войск вынуждают нас немедленно прекратить все крупные наступательные операции и перейти к обороне». Поручив Гальдеру составить более конкретные указания, он выехал в Берлин, чтобы лично заняться разрешением проблемы, связанной с Пирл-Харбором. Облегчение по поводу нападения Японии на военно-морскую базу США сменилось озабоченностью. Пирл-Харбор освободил Сталина от страха перед нападением с востока, и теперь он мог направить против Германии почти все силы из Азии, перебросив их на запад.

Одним из первых, кто посетил фюрера в Берлине, был Риббентроп, сообщивший, что посол Осима просит немедленно объявить войну Америке. Риббентроп счел нужным предупредить, что он не считает Германию обязанной сделать это, так как по Тройственному пакту она должна помочь своему союзнику только в случае прямого нападения на Японию. Но Гитлер с этим не согласился. «Если мы не станем на сторону Японии, – сказал он, – пакт будет политически мертвым. Но это не главная причина. Главное в том, что Америка уже стреляет по нашим кораблям. Тем самым она уже создала ситуацию войны».

В пользу решения объявить войну США были и более веские аргументы: помощь, полученная от Японии, значительно превосходила возможные потери, связанные со вступлением Америки в войну. С пропагандистской точки зрения приобретение такого сильного союзника, как Япония, должно было заметно поднять дух народа после неудач в России. Кроме того, Гитлер преследовал идеологические цели. Почему бы не сделать 1941 год началом тотальной войны против международного марксизма (Россия) и международного капитала (Америка), двух очагов международного еврейства?

11 декабря Гитлер выступил на заседании рейхстага. «Мы всегда наносим удар первыми», – заявил он. Рузвельт такой же «сумасшедший», как и Вудро Вильсон. «Сначала он провоцирует войну, потом фальсифицирует причины, затем надевает на себя мантию христианского лицемерия и медленно, но верно ведет человечество к войне...» Отождествив международное еврейство с большевистской Россией и режимом Рузвельта, Гитлер объявил войну США. Это решение фюрера было встречено бурным ликованием. Начальник оперативного управления слушал речь скорее с тревогой, чем с удовлетворением. Как только Йодль вышел из оперного театра, он позвонил в «Волчье логово» своему заместителю генералу Варлимонту. Узнав, что тот слушал речь фюрера. Йодль распорядился спрогнозировать возможные акции США на Дальнем Востоке и в Европе и подготовить варианты ответных действий Германии.

Но вскоре резко осложнилась обстановка на Восточном фронте. Немецкое отступление от Москвы грозило превратиться в паническое бегство. Район западнее столицы и окрестности Тулы стали кладбищем вражеских орудий, машин и танков. К русским вернулась уверенность, утраченная в первые месяцы войны, в победе. Советы публично объявили о провале попытки Гитлера окружить Москву, а через два дня политбюро приказало главным правительственным органам вернуться в столицу.

Браухич хотел продолжать отвод войск, но Гитлер, к ужасу генералов, отменил его приказ: «Стоять твердо, ни шагу назад!» Командующий Центральным фронтом фельдмаршал фон Бок, страдающий болезнью желудка, сообщил, что больше не может выполнять свои обязанности. Он был заменен фельдмаршалом Гюнтером фон Клюге. На следующий день, 19 декабря, Браухич, который только что перенес инфаркт, набрался смелости и в течение двух часов наедине спорил с Гитлером. Вышел он от него бледный и потрясенный.

– Я еду домой, – сказал он Кейтелю. – Он меня уволил. Я больше не могу.

– А что будет теперь?– спросил Кейтель.

– Не знаю, спросите сами.

Через несколько часов к Гитлеру был вызван Кейтель. Фюрер зачитал ему короткий приказ, из которого следовало, что он принимает на себя командование сухопутными силами, неразрывно связывая судьбу Германии со своей собственной. «Задача главнокомандующего – готовить армию в национал-социалистском духе, и я не знаю ни одного генерала, который может взять на себя такую ответственность. По этой причине я принял командование армией».

Фактически Гитлер и раньше руководил войсками, позволяя военным брать на себя вину за все неудачи. Теперь он стал официальным главнокомандующим и должен был лично отвечать за все, что произойдет.

Историк. РФ

09.04.2021, 04:12

http://историк.рф/history_day/22-%d0%b8%d1%8e%d0%bd%d1%8f-1941-%d0%b3%d0%be%d0%b4%d0%b0-%d0%bd%d0%b0%d1%87%d0%b0%d0%bb%d0%b0%d1%81%d1%8c-%d0%b2%d0%b5%d0%bb%d0%b8%d0%ba%d0%b0%d1%8f-%d0%be%d1%82%d0%b5%d1%87%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%b2-2/
https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/wp-content/uploads/2017/05/2206-1.jpg
В этот день, в воскресенье, в 4 утра без объявления войны гитлеровская Германия и её союзники напали на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война, унёсшая миллионы жизней наших соотечественников. В полдень по всесоюзному радио с обращением к народу выступил нарком иностранных дел Вячеслав Молотов. Миллионы людей запомнили его слова, оказавшиеся пророческими: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».
https://историк.рф/wp-content/uploads/2017/05/2206.jpg
Вечная память павшим на той войне — на фронте и в тылу. Вечная слава победителям. День 22 июня вошёл в историю нашей страны как самая трагическая дата. День памяти и скорби.

Совинформбюро

10.04.2021, 08:30

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/2480/
СВОДКА ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ КРАСНОЙ АРМИИ

за 22.VI. — 1941 года

С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от БАЛТИЙСКОГО до ЧЁРНОГО моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боёв противник был отбит с большими потерями. Только в ГРОДНЕНСКОМ и КРИСТЫНОПОЛЬСКОМ направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки КАЛЬВАРИЯ, СТОЯНУВ и ЦЕХАНОВЕЦ (первые два в 15 км. и последнее в 10 км. от границы).

Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника.

ПОМНИ ВОЙНУ

11.04.2021, 08:06

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3954/
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17.

В трех остальных округах — Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном — мобилизация была объявлена через месяц особым решением правительства скрытным способом как «большие учебные сборы».

ПОМНИ ВОЙНУ

11.04.2021, 08:07

http://www.pomnivoinu.ru/home/calendar/6/22/3953/
В 12.00 состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова:

«…Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории…

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы

В ответ на это мною от имени советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной…
Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.»

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:19

http://waralbum.ru/45326/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/22_june_1941.4su3wvla3wg0k40c84c4ckwcw.ejcuplo1l0o o0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Немецкие солдаты пересекают государственную границу СССР.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:21

http://waralbum.ru/78/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/children_bomb.5blw88qc6oowoo8cgwcg0k4so.ejcuplo1l0 oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Источники информации о фото:

1. vvkorrespondentvov.shpl.ru
2. www.rg.ru

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:22

http://waralbum.ru/152/
4 июня 2009
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/20090706_sig33_3.869bm6nbuqcc0o08sw8wg4g8w.ejcuplo 1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Немецкая САУ sIG-33 проезжает мимо брошенного КВ-2 из 2-й танковой дивизии РККА

Немецкая самоходная гаубица sIG-33 проезжает мимо брошенного экипажем советского тяжелого танка КВ-2 из состава 2-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса 11-й армии генерала Морозова.

КВ-2 на снимке очень редкий — он имеет башню МТ-1, таких было выпущено всего 24 штуки.

САУ sIG 33 auf Pz.Kpfw. 1 Ausf. В (тяжелое пехотное орудие образца 1933 года на шасси 1В, по другим источникам — штурмовое орудие) представляла собой тяжелое пехотное орудие sIG-33, смонтированное на шасси танка Pz.Kpfw. I и снабженное бронещитами для защиты экипажа. Первоначально было построено две опытные машины с 150-мм пушкой sIG 30 (schweres Infanterie Geschutze — тяжелое пехотное орудие): sIG 30 с длиной ствола 11,4 калибра была установлена на шасси танка вместе с лафетом и колесами! Однако на серийных машинах было применено более новое орудие sIG 33, того же калибра, принятое на вооружение вермахта в 1936 году. Это орудие устанавливалось на последних выпущенных САУ уже на специальных подпорках, после чего колеса снимались. Для защиты расчета вокруг орудия было построено сооружение довольно устрашающего, по сравнению с самим шасси, размера из 10-мм бронелистов. Кроме увеличения высоты до почти 3-х метров, масса машины возросла до 8,5 тонн, что не лучшим образом сказалось на проходимости, и без того весьма скромной. Кроме того машина получила большую склонность к опрокидыванию. Экипаж машины насчитывал 4 человека. Угол горизонтального обстрела составлял 12.5°, вертикального — от —4° до +75°. Начальная скорость снаряда — 240 м/с, дальность стрельбы до 4700 м. До 1941 года это орудие не имело штатных бронебойных боеприпасов, но осенью оно начало комплектоваться кумулятивным снарядом Gr 39 Н1/А массой 25 кг, имевшим начальную скорость 280 м/с. С расстояния 100 м он пробивал броню толщиной 160 мм. Однако в боекомплекте этих САУ кумулятивных снарядов практически не встречалось. В боекомплект орудия sIG 33 входили осколочные. осколочно-фугасные и дымовые гранаты. В январе—феврале 1940 года фирма Alkett изготовила 38 САУ.

Описание фото изменено редактором проекта по результатам обсуждения в комментариях.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:22

http://waralbum.ru/260337/
30 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/0_d5736_dba702c8_orig.a51lwwcrcg00g048kw484koko.ej cuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Немецкие солдаты рассматривают советские танки БТ-7 и Т-34, уничтоженные на Украине. Возле легкого танка БТ-7 стоят три мотоцикла, на которых нанесен опознавательный знак 1-й танковой группы Клейста.

Источник: https://fotki.yandex.ru/next/users/kuznezov-85/tag/бои%20за%20дубно/album/445251/view/874294?page=4&search-author=kuznezov-85.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:23

http://waralbum.ru/322333/
24 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/dau1941.63novm7iv6o0co8kocogww4os.ejcuplo1l0oo0sk8 c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Немецкие войска ведут бой на набережной Даугавы в Риге
Немецкие войска ведут бой на набережной Даугавы (Западная Двина) в Риге, на дальне плане Земгальский мост. В кадре 20-мм автоматическое зенитное орудие (2.0 cm FlaK 30), установленное на грузовик Krupp L 2 H 143, за ним видно штурмовое орудие Stug III.

Источник информации о фото:
1. audiovis.nac.gov.pl

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:24

http://waralbum.ru/321917/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/p1000181_2.drm8vmo47c0kco8080g4o08k8.ejcuplo1l0oo0 sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Портрет мужчины в гражданской одежде, помещенного в лагерь военнопленных в Белоруссии

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:24

http://waralbum.ru/260305/
22 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/0_d54b0_dcc59b9_orig.ck86a4x9qw0gk8ks4cwsokg0w.ejc uplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Советские танки КВ-1, подбитые на дороге Псков – Остров в районе деревни Карпово [2]

Танки были подбиты артиллерией немецкой 1-й танковой дивизией. Машины из 6-го танкового полка 3-й танковой дивизии. Дальний танк был эвакуирован и отремонтирован немцами, использовался в 8-й танковой дивизии вермахта. Вторая машина во время боя протаранила немецкий автомобиль, по прошествии некоторого времени, данный танк был взорван немцами. На втором плане, за мостом, стоят подбитые легкие танки Т-26 и химический (огнеметный) танк ХТ-26. Справа на снимке ещё один подбитый танк Т-26 с конической башней.

Источник: https://fotki.yandex.ru/next/users/kuznezov-85/tag/бои%20за%20остров/album/442985/view/873648?page=3&search-author=kuznezov-85.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:25

http://waralbum.ru/321489/
20 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/1941______________________________________________ ____34_________________2.b4ii7ia1w3s48wgkk4o8cks4k .ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Техника РККА, захваченная вермахтом на дороге
Техника РККА, захваченная вермахтом на дороге. В кадре 152-мм гаубица образца 1909/30 годов и танк Т-34.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:25

http://waralbum.ru/260053/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/z_i1200_4.65iamxtzojgg848g80okwgwsg.ejcuplo1l0oo0s k8c40s8osc4.th.jpeg
15 ИЮНЯ 2017
Фото: Немецкие солдаты рядом с советским танком Т-34, уничтоженным внутренним взрывом [2]
Немецкие солдаты рядом с советским средним танком Т-34, уничтоженным внутренним взрывом на улице населенного пункта.

Источник: www.ebay.de.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:26

http://waralbum.ru/260050/
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/z_i1200_0.3l9ytv9niugw4wo8wck008c4w.ejcuplo1l0oo0s k8c40s8osc4.th.jpeg
15 ИЮНЯ 2017
Фото: Немецкие солдаты рядом с советским танком Т-34, уничтоженным внутренним взрывом [1]

Источник: www.ebay.de.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:26

http://waralbum.ru/321185/
13 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/p1060505.cz1uo9y51g08848kkoc4kkgsk.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Фотограф роты пропаганды вермахта Г. Гронефельд в захваченной Ясеновке
Фотограф роты пропаганды вермахта Герхард Гронефельд (Gerhard Gronefeld) в захваченной деревне Ясеновка Белостокской области (ныне Jasionowka в Польше).

Источник: Wienfried Ranke. «Deutsche Geschichte kurz belichtet. Photoreportagen von Gerhard Gronefeld 1937—1965». DHM GmbH. Berlin, 1991.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:27

http://waralbum.ru/321083/
10 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/p1060531.dyjduhphhe04wco8co400csg.ejcuplo1l0oo0sk8 c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Немецкие пулеметчики идут вдоль сгоревших домов по улице в Ясеновке
Солдаты расчетов пулеметов MG-34 немецкой армии идут вдоль сгоревших домов по улице в захваченной Ясеновке Белостокской области (ныне Jasionowka в Польше).

Источник: Wienfried Ranke. «Deutsche Geschichte kurz belichtet. Photoreportagen von Gerhard Gronefeld 1937—1965». DHM GmbH. Berlin, 1991.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:28

http://waralbum.ru/261172/
10 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/1801861671.adhx6g9cwjs48cs8wo8oo40o4.ejcuplo1l0oo0 sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Советский танк Т-34 из 5-й танковой дивизии, подбитый в районе Алитуса
Советский средний танк Т-34 из 5-й танковой дивизии 3-го механизированного корпуса 11-й армии Северо-Западного фронта, подбитый в районе Алитуса. Рядом с танком разбитый автобус.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:28

http://waralbum.ru/320720/
2 ИЮНЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/p1000204.c72mc21xzb400oc8gk4888kc4.ejcuplo1l0oo0sk 8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Оберштурмбаннфюрер СС Карл Брандт в лагере для советских военнопленных в Белоруссии
Оберштурмбаннфюрер СС, уполномоченный по проведению программы эвтаназии и личный врач А. Гитлера Карл Брандт (Karl Brandt, 1904—1948, слева) в лагере для советских военнопленных в Белоруссии. Рядом с ним идут офицер вермахта, еще один эсэсовец и унтер-офицер вермахта из охраны лагеря с дубиной в руке.

Waralbum.Ru

12.04.2021, 08:29

http://waralbum.ru/262707/
30 МАЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/t_i6200_78.3smmatw93ysk4o0sw4ggo0oc4.ejcuplo1l0oo0 sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Подбитый у дороги советский легкий танк Т-26
Подбитый у дороги советский легкий танк Т-26 выпуска 1940 года.

Источник: www.ebay.de.

Waralbum.Ru

13.04.2021, 11:03

http://waralbum.ru/262674/
26 МАЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/t_i6200_90.ez597231dk0goo08c44cgwckg.ejcuplo1l0oo0 sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Немецкие солдаты рассматривают подбитый советский танк БТ-7
Немецкие солдаты рассматривают подбитый советский легкий танк БТ-7. Вероятнее всего экипаж погиб, и солдаты рассматривают результаты поражения башни танка.

Источник: www.ebay.de.

Waralbum.Ru

13.04.2021, 11:04

http://waralbum.ru/320563/
25 МАЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/germans.2at6lsy2lx5wk4o44g8ow840g.ejcuplo1l0oo0sk8 c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Офицеры и солдаты вермахта на марше по проселочной дороге во время операции «Барбаросса».

Waralbum.Ru

13.04.2021, 11:04

http://waralbum.ru/262471/
21 МАЯ 2017
http://waralbum.ru/wp-content/uploads/yapb_cache/ru_a2000_00.m6jbipimbi8404cs80kw4coc.ejcuplo1l0oo0 sk8c40s8osc4.th.jpeg
Фото: Подбитый и сгоревший советский бронеавтомобиль БА-10

Источник: www.ebay.de.

Ирина Антропова

14.04.2021, 03:03

jSoOvhH9DLo&feature
https://www.youtube.com/watch?v=jSoOvhH9DLo&feature=youtu.be

Foto_history

15.04.2021, 07:21

http://foto-history.livejournal.com/10896435.html

22nd-Jun-2017 02:52 am

В этот день, ровно 76 лет назад, ранним утром 22 июня 1941 года началась война...
http://fanstudio.ru/archive/20170706/QLx2CSaY.jpg
Самая кровопролитная в истории, потребовшая от страны и народа нечеловеческого напряжения, стоившая неимоверных жертв.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2374394/2374394_original.jpg
С рассветом тень крыльев легла на поляны...

Заявление Шуленбурга в 5 час. 30 мин. 22 июня 1941 г.

Ввиду нетерпимой далее угрозы, создавшейся для германской восточной границы вследствие массированной концентрации и подготовки всех вооруженных сил Красной Армии, Германское правительство считает себя вынужденным немедленно принять военные контрмеры.

Соответственная нота одновременно будет передана Деканозову в Берлине.

АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. П. 1. Д. 5. Лл. 12–15.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2374634/2374634_original.jpg
Выступление по радио заместителя председателя СНК и наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова
22.06.1941

Граждане и гражданки Советского Союза!

Советское правительство и его глава тов. Сталин поручили мне сделать следующее заявление:

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.
http://fanstudio.ru/archive/20170706/lw5s4zrO.jpg
Все фото - июнь 1941

Ветераны вспоминают:

Вечером 21 июня 1941 года я прибыл к месту службы, в бывший польский город Ломжа, в отдельный дивизион связи 6-го Кавалерийского Казачьего Корпуса имени Сталина, находившегося в составе 10-й Армии. Мне указали место ночлега, и сказали, что утром, я должен вступить в командование военно-телеграфной станцией... А в четыре часа утра началась война...
- Что происходило с Вами в первые дни войны?

- Ломжу разбомбили рано утром. Многие солдаты и командиры метались по военному городку, не зная, что делать. Проволочную связь диверсанты перерезали сразу. К полудню командир дивизиона капитан Костромин собрал весь личный состав и объявил, что он, лично, своей властью, отдает приказ на отход на восток. Мы пошли колонной в сторону Гродно. Про то что происходило на дорогах июньского отступления в Белоруссии мне даже не стоит рассказывать... Про весь этот ужас ... Уже на второй день мы бросили в овраг все свои аппараты и установки связи, предварительно сломав их. Я не успел получить оружие в части, так подобрал кем-то брошенный на дороге револьвер "наган". Уже 25 июня стало ясно, что мы находимся в полном окружении. Бомбили нас беспощадно. За день наша колонна подвергалась бомбардировкам по нескольку раз. Немецкие пилоты ходили "по нашим головам" на бреющем полете и сбрасывали на нас не только бомбы и листовки, с призывом сдаваться в плен. Кидали пустые бочки и плуги, издававшие жуткий и дикий вой, сводивший с ума и парализующий волю. Кругом царила паника. Если в первые дни мы еще рыли окопы, в ожидании приказа занять оборону, то вскоре, красноармейцы, неорганизованными толпами, просто шли лесами к Неману, в надежде прорваться к своим. Я не видел ни одной попытки организованного сопротивления, ни одной целой воинской части занявшей оборонительные рубежи. Небо было закрыто немецкими самолетами. Переправлялись через Неман днем, вплавь, под огнем немецких пулеметов.

Вода в реке была красной от людской крови. И это не метафора...
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2375121/2375121_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2375272/2375272_original.jpg
Наша колонна таяла как снег, прямо на глазах, трудно было понять, кто убит, а кто ушел сдаваться в плен. Провианта не было, мы ничего не кушали по трое-четверо суток. Убитых никто не хоронил. Раненых оставляли у крестьян, не питая особых иллюзий о их дальнейшей судьбе. Масштабы той июньской катастрофы уже много раз обсуждены историками, что тут еще добавить...

Наше моральное состояние было подавленным... Но даже не страшные потери и кошмарная неразбериха ломали наш боевой дух. Видеть, как "непобедимая и легендарная Красная Армия" отступает и беспомощно мечется в окружении - мне было невыносимо больно. К 8-му июля нас осталось примерно 50 человек из дивизиона, и мы пробились в Валовниковский лес, в 45 километрах юго-западнее Минска, и оказалось, что мы полностью окружены. В лесу прятались многие сотни красноармейцев и командиров Красной Армии, окруженцы из двух армий. Немцы непрерывно обстреливали лес из орудий и минометов. Тысячи листовок летели на наши головы с текстом "Бей жидов-комиссаров, сдавайся в плен!".

Люди молча вставали с земли и уходили из леса сдаваться к немцам.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2375455/2375455_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2375848/2375848_original.jpg
22 июня 1941 г. все курсанты с утра были на аэродроме. В 11 часов услышали по радио о нападении Германии на СССР. Полеты были прекращены. Мы стали дооснащать самолеты вооружением, крепили бомбодержатели, завершали ремонтные работы, заправляли баки бензином, маслом, водой.
Всего на самолетной стоянке находилось около 50 самолетов У-2, Р-5 и СБ. Они стояли двумя рядами, как обычно в мирное время. В военное время самолеты должны быть рассредоточены по всему периметру аэродрома и замаскированы. Ничего этого, по непонятным причинам, сделано не было. Думаю, дело в том, что наш начальник училища, полковник Тимофеев, был стреляный воробей. Он ждал указаний сверху о рассредоточении самолетов, боясь самостоятельно принять решение. В то время за это могли посадить.

Около самолетов работали два отряда курсантов (около 200 человек), а также инструкторский и технический состав (около 100 человек). В 17 часов мы услышали гул моторов. Все повернули головы в сторону гула и увидели девятку двухмоторных самолетов летевших на высоте около 1000 метров. Так как никаких сигналов воздушной тревоги не было, все решили, что это возвращаются наши бомбардировщики после налета на немцев. Мы даже не заметили кресты на крыльях самолетов. А это были Ю-88 немного похожие на наши СБ. За первой девяткой следовала вторая, а за ней шестерка самолетов. Мы стояли, разинув рты, как завороженные. Никаких криков или паники не было. Я понял, что это немцы, только когда увидел отделяющиеся от самолета бомбы. Сразу упал на землю, и тут же началась жуткая какофония. Когда все стихло, я поднял голову и понял, что остался цел, и невредим. Горело 20-25 самолетов, остальные были уничтожены или повреждены. Позже только один СБ и один У-2 смогли взлететь. Кругом раздавались крики и стоны. Все курсанты и техники, оставшиеся невредимыми стали вытаскивать раненых из-под горящих самолетов, которые периодически взрывались.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2376135/2376135_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2376225/2376225_original.jpg
- Утром двадцать второго июня меня разбудила мама и сказала, что на нашей улице идут разговоры о какой-то войне Наскоро одевшись, я вышел на улицу. Стояла какая-то жуткая, особая тишина, то тут, то там шептались между собой маленькие скопления людей, одни говорили, что немцы уже бомбили Минск, Киев, Москву, а другие утверждали, что наши уже перешли границу, хорошо "всыпали" немцам, и те бегут без оглядки от наших границ. Радио периодически передавало бравурные марши или молчало. Никто ничего толком не знал, но все задавали один и тот же вопрос: как понимать заявление ТАСС от четырнадцатого числа, какая может быть после этого война? Но после выступления по радио Молотова, стало ясно, что война это уже не слухи, а реальность. Высоко в небе непривычно натужно гудели моторы пролетавших самолетов. Витебск еще не подвергался бомбежкам, война казалась где-то очень далеко от нас, и вообще думалось, что это не война, а какое-то недоразумение, которое скоро кончится.

23-го или 24-го июня пошли первые слухи - немцы бомбили вокзал - есть убитые и раненые. Появились первые беженцы, в основном это были жены и дети командиров Красной Армии, из Прибалтики. Почти все они были полураздетыми, без домашнего скарба, рассказывали, какие тяжкие испытания перенесли во время своего бегства.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2376595/2376595_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2376754/2376754_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2377034/2377034_original.jpg
- Полк был в основном укомплектован новобранцами, поляками из Западной Белоруссии, так они все разбежались по домам уже в первые дни. Паника и неразбериха были неописуемыми. Мы ничего не знали, что происходит. Связи со штабом дивизии не было. Вокруг - полная неопределенность. Мы понятия не имели, что уже окружены и находимся в глубоком тылу противника. Посланные связные - в полк не возвращались. Только через дней пять прилетела немецкая «рама» и стала кружить над нашим расположением. У нас на полуторке стояла счетверенная зенитная пулеметная установка, и какой-то солдат из Средней Азии стал вести огонь по самолету. Безрезультатно. Я вскочил на машину, оттолкнул его и сам стал стрелять по «раме». Стрелял - как учили, с расчетом на дальность и упреждением на скорость. Чувствую, что попадаю, стрелял я всегда отлично, а «рама» как летала, так себе и летает. Глянул - патроны обычные. Нашел в машине коробку с бронебойными, быстро перезарядил и снова нажал на гашетки. Видимо попал, летчик сразу направил самолет на машину, дал очередь из авиационного пулемета, и полуторка загорелась. Я едва успел с нее спрыгнуть, как машина вспыхнула. Но немцу этого показалось мало, Он развернулся и дал по горящей машине еще одну очередь. Пули вспороли землю в сантиметрах от меня… Первое боевое крещение, так сказать. А через какое- то время подъехали немцы на мотоциклах, спешились и цепями пошли в атаку. Примерно силами батальона. Встретили их плотным огнем, они откатились обратно к своим мотоциклам. Но в этот момент, командир одной из наших стрелковых рот смог зайти им во фланг, и шесть немцев были пленены в этом столкновении. Пленные немцы были совсем не такие, как их рисовали нам в училище. Эти были крепкие, загорелые, стриженные под бокс (наших солдат стригли «под ноль»), воротники расстегнуты, рукава закатаны. Стали допрашивать. Я знал немецкий язык, и переводил на этом допросе. На все вопросы немцы отвечали одинаково - «Сталин капут! Москва капут! Руссише швайн!». Предупредили : не дадите сведений - расстреляем. Ответ не изменился. Стали их расстреливать по одному. Никто из шести немцев - не сломался, держались перед смертью твердо, как настоящие фанатики. Всех их - «в расход»…
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2377285/2377285_original.jpg
А вечером того же дня к нам добрался командир, делегат связи. Сказал, что мы в полном окружении, что Минск уже, видимо, взят гитлеровцами, и передал приказ - выходить из окружения мелкими группами. Мы, молодые лейтенанты, отказывались в это поверить, приняли командира за лазутчика или провокатора, но когда увидели комиссара нашего полка уже в солдатской гимнастерке без знаков различия и в дырявой шинели, стриженного под красноармейца - то стало ясно, что наше положение аховое… И что связной командир говорит правду. Комиссар сказал - «Идите к Неману, там наши части стоят в крепкой обороне». Но до Немана мы не шли, а ползли. Вокруг, на всех дорогах и тропинках , уже ходили немцы и даже полицаи(!), прочесывающие леса. Видели, как по дорогам мимо нас гонят на запад тысячные колонны пленных. Мы - были потрясены увиденным , мне не передать словами, что творилось в моей душе в эти минуты. Людьми овладело отчаяние. Продовольствия не было, патроны на счет. Шли мелкими группами, а по дороге к нам стали присоединяться командиры и красноармейцы других разбитых и отступающих частей. В каком-то большом лесу, на краю местечка у старой границы, мы остановились. Там собралась большая группировка - несколько тысяч бойцов Красной Армии.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2377904/2377904_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2378183/2378183_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2378341/2378341_original.jpg
- Начало войны, это было 22 июня 1941 года, значит. Это было в воскресенье. Наша часть как раз на полигоне находилась. Вся же наша часть артиллерийская была. Мы каждый год начиная с мая месяца, числа где-то, наверное, 10-го, выезжали на полигон, в учебный лагерь наш. И каждый год — на полигон в какое-то определенное место выезжали. От Витебска это было километрах в 35. На этот раз, это в 1941-м году, мы выехали в такое местечко Дредун. Это место расположено между Витебском и Полоцком. Там речка такая протекала, и она тоже Дредун называлась. Очень хороший день был. Солдаты только что позавтракали. Ну и там каждый у нас чем мог, тем и занимался: у нас свободное время такое было объявлено. Кто там пошел загорать, кто никуда не пошел и остался при части. Ну а я так как был любителем посидеть с удочкой у реки, рыбачил на реке Дредун. И вдруг часов так в 10 прибегает с части к нам, кто рыбачил, связной и говорит: «Немедленно все в часть! На территорию в штаб лагеря всем! Сейчас будет говорить Молотов.» А мы, солдаты, тогда еще и не знали, что война уже началась. Знали только, что немец то там, то там наступает. А что напал на нас, мы этого не знали. А война уже началась в 4 часа утра 22 июня 1941 года. Ну и сразу после этого мы удочки смотали и пошли в часть. И там уже говорили: «Внимание, внимание! Сейчас будет говорить Молотов!» Ну мы и слушали, как выступал Молотов. А он говорил, что так и так, так и так, началась война, Германия объявила войну России.

После этого тогда же, 22-го, одна наша часть сразу дальше отправилась, там погрузилась на платформы и направилась на Полоцк. И вот их тогда уже, 22-го, немцы, обстреливали. Не знаю, разведчики немецкие что ли на них направляли. Вот там как раз, между Витебском и Полоцком, короче говоря, севернее Полоцка, они начали воевать. А мы на второй день войны, 23 июня, погрузились в Витебске и поехали в сторону Полоцка. Но мы уже до Полоцка не доехали. Уже немец бомбил Полоцк, и город горел. Город этот почти что весь деревянный был. А потом так и начали воевать, отступать.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2378604/2378604_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2378785/2378785_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2379072/2379072_original.jpg
- Война застала нас прямо в училище. Мы тогда на полигоне как раз были. И вдруг появляется один из офицеров из нашего училища, расстроенный такой. Мы сразу поняли, что неладное что-то стряслось. А нам уже командуют: строиться, и в училище. По пути в училище у нас, конечно, разные мысли в голове крутились. Но не верилось в плохое до конца. А там, смотрим, все остальные курсанты уже на плацу. Ну, мы тоже встали в строй. И вот, замполит выходит, фамилию уже не помню, он майором был. Говорит: "Дорогие товарищи! Началась война. Немцы вероломно напали на нашу Родину. Они уже бомбили Киев, Минск и другие города".

Что я в этот момент почувствовал? Безусловно, определённое смятение возникло. Но бравады было больше. Мы ведь, пацаны, все думали, что получится, как в песне, которую пели в те годы: "И на вражьей земле мы врага разобьём малой кровью, могучим ударом!" Однако размышлять некогда было. Нам быстро выдали имевшееся в училище оружие и приказали занять огневые позиции юго-западнее училища. Мы начали спешно рыть окопы. Перед нами стояла задача в случае появления немецких танков и пехоты, любой ценой остановить их продвижение.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2379322/2379322_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2379537/2379537_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2379828/2379828_original.jpg
15 июня 1941 года меня призвали на военные сборы в штурмовую авиадивизию, которая близ Минска стояла, надо сказать в этой дивизии некомплект был 50%, должно было быть не менее 40 самолетов, а было 20. А 22 июня…

У меня в Минске знакомая девушка жила и я думал, что смогу встретиться с ней, 22-е же выходной был. А тут в 4 часа утра боевая тревога. И по этой тревоге мы должны взять оружие, которое у нас было, и имущество… И больше мы в казарму не возвратились. 23 или 24 нашу дивизию перебросили в Могилев.

Нас перебросили в Могилев, и оттуда мы уже стали совершать первые полеты, на разведку. Сперва летали кадровые и там такой случай был – послали СБ, летчик, штурман и стрелок-радист, а оповестительных знаков в первые дни не было. Наш истребитель его увидел и решил, что это немец летит, открыл по нему огонь и ранили стрелка-радиста. СБ еле до нашего аэродрома дотянул и сел, летчик, не заруливая на стоянку, вылез из кабины и за пистолет, а тот истребитель, что его подбил, тоже сел. Летчик с СБ к истребителю и хотел его пристрелить: «Что ты стреляешь, ты не видишь, что свои? Флаги и все такое, и окраска, все!» А он говорит: «Откуда я знаю, откуда мне это видно». Ну, вмешался командир дивизии. Вот такой был случай.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2380138/2380138_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2380414/2380414_original.jpg
http://fanstudio.ru/archive/20170707/27839yaY.jpg
22 июня нас подняли по тревоге часа в четыре утра, построили. Стояли-стояли, никто к нам так и не вышел, даже замполит, поэтому разошлись опять по палаткам. И только часов в шесть-семь нас опять подняли и объявили… А тут как раз и немцы в первый раз налетели... Бомбили они очень здорово. За день на наш аэродром было произведено пять или шесть налетов, которые нанесли большой урон. От нескольких полков почти ничего не осталось…

А мы сразу ушли с открытого места в лес. И пока ждали распоряжений на наш счет, кто просто сидел, кто-то даже уснул, а некоторые наши ребята ушли подальше в лес, поближе к позициям зенитчиков, что стояли рядом. Но во время одного из налетов они оказались под бомбами, так что первого из наших мы похоронили в первый же день войны…

А уже 23-го июня пешим маршем мы двинулись на восток. Вышли на Варшавское шоссе, а там боже мой… Столько народу, кого, сколько, чего, никто ни черта не знает… Неразбериха полная, к тому же в небе постоянно висели «рамы», которые наводили на нас авиацию. Все время бомбежки, бомбежки, бомбежки…

Пока дошли до старой границы, часть из нашей группы разбежалась. Потом во время ночевки в Бобруйске проспали, все наши в это время уехали, и нас осталось четверо. Что делать, сами пошли дальше на восток. Но вы знаете, растерянности все равно не было. Нам же по девятнадцать лет всего было, какая растерянность?! Был один настрой – воевать! Где шли, где цеплялись за проходящие машины, лишь бы добраться до какой-то воинской части.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2380958/2380958_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2381119/2381119_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2381383/2381383_original.jpg
19 июня 1941 года на совещании командного состава было объявлено, что 22 июня в 5 часов утра будут проводиться учения – показные, с боевой стрельбой. Я жил на частной квартире в семье железнодорожника вместе с начфином полка Копыловым. Вечером мы попросили хозяйку, чтобы она нас разбудила в 430. Она сказала: - «Сами встанете еще раньше!». Мы подумали, что она шутит. 22 июня, примерно в 4 часа, от взрывов снарядов зазвенели стекла в квартире, которая находилась недалеко от станции железной дороги. Наша хозяйка закричала: - «Война!», а мы подумали, что проспали начало учений.

Быстро одевшись, мы побежали к штабу полка. Подойдя к штабу, который находился недалеко от квартиры, мы увидели, что снарядом разрушен вход в штаб, дежурный по штабу убит, связь нарушена. Первое время мы не могли понять война это или провокация, однако фашистская артиллерия продолжала обстрел, а самолеты большими партиями летели в направлении Минска.
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2381577/2381577_original.jpg
http://ic.pics.livejournal.com/skif_tag/19770500/2382039/2382039_original.jpg
В первые месяцы войны Красная армия понесла колоссальные потери:

Сражение Дата окончания Пленные (чел.) Танки Орудий
Белостокский двойной котёл (Белосток и Минск) 10 июля 328 898 3 332 1 809
Первомайск-Новоархангельск-Умань (быол захвачено в плен 2 командующих армиями) 8 августа 103 000 317 858
Могилев-Орша-Полоцк-Невель-Смоленск 5 августа 310 000 3 000 3 000
Рославль 8 августа 38 000 250 250
район Мозыря 24 августа 78 000 144 700
Киев 26 сентября 665 000 884 3 718
Черниговка 10 октября 100 000 212 672
Вязьма 13 октября 663 000 1 242 5 412
Итого 2 285 898 9 381 16 419

Через всё это пришлось пройти. Тем ценнее Победа!
Один фронтовик сказал: Кто не прошёл через ужасы драп-войны 41-го, тот не поймёт до конца весь кошмар этой войны...

Это был страшный июнь 41 - го, ровно 76 лет назад...

Виталий Цепляев

17.04.2021, 08:54

https://aif.ru/society/history/sponsory_gitlera_chto_svyazyvalo_tretiy_reyh_s_fin ansovymi_krugami_zapada
16.04.2021 00:07

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 15. Кому выгодно поиграть в войну? 14/04/2021
Светская вечеринка министерства экономики Германии, 1939 г. На переднем плане министр экономики Вальтер Функ. Второй справа за ним – вице-президент Рейхсбанка Эмиль Пуль, курировавший передачу золота союзникам.
Светская вечеринка министерства экономики Германии, 1939 г. На переднем плане министр экономики Вальтер Функ. Второй справа за ним – вице-президент Рейхсбанка Эмиль Пуль, курировавший передачу золота союзникам. пресс-бюро СВР

В конце 2020 г., накануне своего 100-летнего юбилея, СВР опубликовала любопытнейший документ. Это фотокопия телеграммы, в которой шла речь о закулисных контактах Запада с нацистами незадолго до разгрома Германии. Шифровка была передана в Москву резидентурой советской внешней разведки в Британии 12 апреля 1945 г. и подписана оперативным псевдонимом «Боб». «Немецкие армии на западном фронте отступают по договорённости с союзниками, состоявшейся в Швейцарии, куда недавно приезжали немецкие генералы для переговоров с англо-американцами, – писал «Боб». – Немцы открыли фронт союзникам, но будут продолжать сопротивление на востоке, чтобы не допустить в Берлин Красную армию». Удивительной выглядит и другая информация: «Захваченное американцами немецкое золото в Брюсселе доставлено в соляную шахту за 36 часов до прибытия туда американских войск. Шахта охранялась специальной немецкой охраной, от которой американцы получили сообщение о место*нахождении золота. Золото было передано американцам вице-директором Рейхсбанка, якобы специально командированным для этой цели из Берлина».

Что это было за золото и зачем нацисты вдруг решили передать его своему противнику – американцам? Какие общие интересы связывали верхушку Третьего рейха с финансово-политическими кругами Великобритании и США? Об этом рассуждает доктор политических наук, профессор Игорь Панарин.
Откуда золотишко?

– В шифротелеграмме, рассекреченной СВР, упомянута тайная операция по доставке в соляные шахты на территории Бельгии слитков золота, собранного у узников концлагерей. Курировал операцию и сопровождал золото не кто иной, как вице-президент Рейхсбанка фашистской Германии Эмиль Пуль. Он был не только вторым человеком в Рейхсбанке, но и одновременно входил в совет директоров швейцарского Банка международных расчётов (БМР). Эта структура со штаб-квартирой в Базеле, основанная ещё в 1930 г., существует и поныне. И о ней стоит сказать особо.
Шифротелеграмма от советской резидентуры в Лондоне о золоте и тайных договорённостях немцев с англо-американцами.
Шифротелеграмма от советской резидентуры в Лондоне о золоте и тайных договорённостях немцев с англо-американцами.

Во время войны именно швейцарский БМР стал площадкой для сотрудничества Банка Англии, американского капитала во главе с банкирским домом Моргана и нацистским Рейхсбан*ком. То есть война войной, а бизнес шёл «по расписанию». Общая сумма проведённых через БМР операций достигала, по некоторым оценкам, 500 млрд долл. Германии нужно было покупать товары в Швеции и других нейтральных странах, для этого нацистам требовалась валюта. И БМР обменивал на валюту их золото, причём не только захваченное в покорённых Гитлером государ*ствах, но и добытое в концлагерях – Майданеке, Освенциме и др. Возможно, миллионы людей прогонялись через газовые камеры лишь для того, чтобы фашисты могли извлечь из их трупов золотые коронки.
Золотые коронки узников концлагерей переплавлялись в слитки золота Рейхсбанка.
Золотые коронки узников концлагерей переплавлялись в слитки золота Рейхсбанка.

«Стоматологическое» золото вместе с ювелирными украшениями, отобранными у узников и жителей захваченных территорий, переплавлялось в слитки по 20 кг. Общий объём драгметалла подсчитать трудно. Но, по имеющимся данным, только из Освенцима было поставлено 8 тонн золота. Судя по сообщению агента «Боба», «золотое сотрудничество» продолжалось вплоть до самого конца войны в 1945 г. И для западных партнёров рейха по бизнесу это страшное золото, похоже, совсем не пахло…
Кто платил зарплату нацистам?

Сотрудничать с нацистами западный капитал стал ещё в начале 1930-х. Банк Англии в 1932 г. финансировал избирательную кампанию Гитлера, фактически с помощью денег британского госбанка он и пришёл к власти. Щедро помогли ему и Морганы – одна из старейших и наиболее мощных финансовых групп США, имевшая тесное отношение к британской разведке.

Помощь «западных партнёров» нацистам была разноплановой. С одной стороны, американо-британский капитал инспирировал глубокий экономический кризис в Германии, следствием которого стал бешеный рост популярности Гитлера, обещавшего немцам скорейшее решение проблем с безработицей, бедностью и пр. С другой – это была прямая спонсорская поддержка НСДАП. Функционеры нацистской партии получали зарплату в валюте, которую им привозили из Швейцарии.
Румынско-германские войска 22 июня 1941 года на реке Прут, по которой с 1940 г. проходила совет- ско-румынская граница. Немецкое командование, не доверяя румынам, укрепляло их подразделения германскими солдатами и офицерами.
«Фюрер – неплохой парень». Как страны – союзники Гитлера искажают историю
Подробнее

В 1930 г. партия Гитлера заняла второе место на выборах в бундестаг, и развернулась колоссальная работа с целью помочь ей получить всю полноту власти. 4 января 1932 г. состоялась встреча управляющего Банком Англии Монтегю Нормана с Гитлером и тогдашним рейхсканцлером фон Папеном, на которой было заключено тайное соглашение о финансировании НСДАП. На встрече присутствовали также американские политики братья Даллесы – Аллен и Джон. Аллен Даллес много лет занимался связями с Третьим рейхом и был ключевым звеном в этой цепи. Неслучайно именно его союзники послали на тайные переговоры с нацистами в Швейцарию. 8 марта 1945 г. в Цюрихе на конспиративной квартире американского Управления стратегических служб (УСС), предтечи ЦРУ, Аллен Даллес, возглавлявший европейскую резидентуру УСС, встретился с одной из ключевых фигур в СС генералом Карлом Вольфом. Речь шла о возможности капитуляции вермахта в Северной Италии. Эти переговоры были отражены в фильме «Семнадцать мгновений весны», где Вольфа блестяще сыграл Василий Лановой. Но Даллеса и Вольфа тогда переиграла личная разведка Сталина.

Аллен Даллес.
Статья по теме
Человек, который не разрушил СССР. «План» и другие подвиги Аллена Даллеса
Братья Даллесы были связаны с ключевыми фигурами Банка Англии. Джон Фостер Даллес ещё с 1920-х гг. был тесно знаком с Ялмаром Шахтом, главой Рейхсбанка, именно он представил его Монтегю Норману, главе Банка Англии. В 1934 г. было заключено англо-германское соглашение, по которому Великобритания де-факто стала главным торговым партнёром фашистской Германии, обеспечивала ей поставки военной техники и т. д. А в 1938 г., после печально известного Мюнхенского сговора, именно Банк Англии помог Гитлеру продать золото, отобранное у Чехословакии. Этот факт подтверждается банковскими документами тех лет, которые недавно были опубликованы. В нынешних ценах это был почти 1 млрд фунтов. Помогая фюреру реализовать золото, английский капитал, по сути, участвовал в скупке краденого.

Против кого вкладывались?

Бросается в глаза одна деталь. Западный капитал начал действовать на германском направлении после того, как в 1929 г. Сталин разорвал заключённый Троцким грабительский договор о добыче золота с английской компанией «Лена Голдфилдс». По нему англичанам доставалось 93% прибыли от советских месторождений, а СССР – всего 7%. Именно после потери «советского клондайка» Лондон и начал массированно вкладывать средства в германских нацистов. Цель, на мой взгляд, была очевидной – с их помощью натравить Германию на сталинский СССР и снова прибрать к рукам то, что Сталин отобрал у англо*саксонского капитала. И если бы Сталин не переиграл их в дипломатической игре, если бы в 1939 г. не был заключён пакт Молотова – Риббентропа, то ситуация для нас могла бы оказаться совсем скверной. Западные державы и Германия напали бы на СССР вместе, и исход войны было бы сложно предсказать.

Подписание пакта Молотова-Риббентропа.
Статья по теме
Шесть вопросов историку о пакте Молотова-Риббентропа
Свои вложения в Гитлера британцы оправдали. Да, если бы Германия победила СССР, дивиденды от этих инвестиций, наверное, были бы больше. Но и так союзники внакладе не остались. К примеру, план Маршалла привёл к установлению полного контроля над Европой, которая вслед за Германией фактически потеряла свой суверенитет.

Всех тайн о сотрудничестве западного капитала с нацистами мы, скорее всего, уже не узнаем. Когда совет*ские войска штурмовали Берлин, практически все финансовые документы были уничтожены. Лишних свидетелей, которые могли бы что-то рассказать, тоже устранили. Но и тех крупиц информации, что сохранились, достаточно, чтобы мы знали правду о том, кто и какую роль сыграл в подготовке войны. И эту правду, в отличие от золота нацистов, уже не спрятать.

Святослав Князев, Максим Лобанов

18.04.2021, 05:26

https://russian.rt.com/science/article/848549-agressiya-germaniya-balkany
6 апреля 2021, 08:38

80 лет назад гитлеровская Германия при поддержке своих союзников из числа стран «оси» начала Балканскую кампанию, направленную против Югославии и Греции. На то, чтобы захватить всю материковую часть Балканского полуострова, нацистам понадобилось меньше месяца. По словам историков, агрессия на Балканах стала возможна в значительной мере из-за Мюнхенского сговора между западноевропейскими державами и Третьим рейхом, который развязал руки Адольфу Гитлеру и разрушил единство между восточноевропейскими государствами. Оккупация Балкан позволила Германии укрепить свой южный фланг, а также получить дополнительные ресурсы для нападения на Советский Союз и противостояния британским войскам в Средиземноморском регионе.

Боевые действия на Балканах в 1941 году © Wikimedia commons / Bundesarchiv, Bild

6 апреля 1941 года нацистская Германия и её союзники из числа стран «оси» начали агрессию против Югославии и Греции, известную также как Апрельская война. В результате этой кампании был оккупирован Балканский полуостров, а нацисты получили дополнительные ресурсы для действий против Советского Союза и Великобритании.
Причины войны

По словам историков, условия для нацистской агрессии на Балканах возникли в 1930-е годы. Ещё до прихода к власти Адольф Гитлер говорил о «расширении жизненного пространства» для германской нации, а изменение системы международных отношений негативно сказывалось на единстве восточноевропейских народов.
«Существовала так называемая малая Антанта — союз Чехословакии, Югославии и Румынии, созданный в 1920-е годы при поддержке французского правительства для поддержания порядка в регионе. Раздел Чехословакии в 1938—1939 годах разрушил этот союз и покончил со стабильностью в регионе. Таким образом, события апреля 1941 года — это одно из последствий Мюнхенского сговора. Кроме того, в самой Югославии с 1939 года начался внутренний национальный кризис, одним из проявлений которого стало провозглашение автономной Хорватской бановины», — рассказал в беседе с RT профессор кафедры всемирной и отечественной истории МГИМО Ярослав Вишняков.
Также по теме

«Чехословацкое оружие позволило нацистам нарастить мышцы»: как Мюнхенский сговор привёл к началу Второй мировой
80 лет назад в Мюнхене представители Великобритании, Франции, Германии и Италии подписали соглашение, позволившее Адольфу Гитлеру...
Негативно сказывалась на состоянии международной стабильности в регионе и позиция фашистской Италии, имевшей территориальные претензии к балканским государствам. В 1939 году официальный Рим аннексировал Албанию, а 28 октября 1940 года, рассчитывая на быструю победу, Италия объявила войну Греции. Однако итальянская армия натолкнулась на ожесточённое сопротивление со стороны греческих войск и после нескольких контрударов вынуждена была отступить на территорию Албании.
Вместе с тем, заручившись поддержкой со стороны албанских партизан, греки продвинулись на 25—60 км вглубь албанской территории. Попытки итальянского контрнаступления в начале 1941 года оказались безуспешными.
В свою очередь, Германия, находившаяся в союзе с Италией, рассматривала Балканы как ресурсную базу и важный плацдарм для дальнейшей агрессии в южном и восточном направлениях. Нацистским дипломатам удалось добиться присоединения к гитлеровскому блоку (странам «оси») граничащих с Югославией государств: Румынии, Венгрии и Болгарии. В ноябре 1940 года Гитлер подписал директиву о проведении «в случае необходимости» операции против Греции.
Власти Югославии пытались сохранить нейтралитет, но под давлением Берлина вынуждены были делать шаги навстречу Германии. 25 марта 1941 года официальный Белград подписал протокол о присоединении к «тройственному пакту», превратив Югославию в очередную страну «оси».
«В Югославии начались массовые акции протеста, в которых принимали участие как левые, так и прозападные силы. На этой волне группа ориентированных на Великобританию офицеров совершила в Югославии государственный переворот. 27 марта 1941 года правительство страны возглавил бывший командующий ВВС Душан Симович. Но новые власти некоторое время не принимали никаких мер для организации потенциального сопротивления Германии», — рассказал RT военный историк Юрий Кнутов.

Подразделение греческой армии во время весеннего наступления (весна 1941 года) в греко-итальянской войне © Wikimedia
Несмотря на отсутствие каких-либо угроз со стороны Белграда, сразу после мартовского переворота Гитлер заявил о необходимости уничтожить Югославию. Для этого решено было задействовать войска Италии и Венгрии, а также использовать румынскую и болгарскую территории. Одновременно нацисты решили нанести удар и по Греции. 3 апреля 1941 года в германские войска поступили конкретные указания по действиям на Балканах.
Балканская кампания

6 апреля 1941 года началась агрессия Германии и её союзников против Югославии и Греции. В нападении были задействованы около 80 дивизий: 32 немецкие, 43 итальянские и 10 венгерских бригад, примерно соответствовавших по численности пяти дивизиям. При этом германское командование было невысокого мнения о боеспособности итальянских частей и отводило им вспомогательные роли.
Оперативные планы югославской армии отставали от быстро меняющейся обстановки. «Скрытая мобилизация» в стране началась только 3 апреля и не была завершена к началу боевых действий. Войска были укомплектованы на 70—90% от штатов военного времени. Из 28 пехотных и трёх кавалерийских дивизий только 11 находились там, где им следовало быть по плану обороны.
Также по теме

«Потери были несопоставимы»: как Французская кампания гитлеровской Германии повлияла на ход Второй мировой войны
10 мая 1940 года нацистские войска развернули масштабное наступление на территории Западной Европы. Несмотря на преимущество союзников...
«Несмотря на то что югославская армия в численном отношении была достаточно сильна, технически она была далека от совершенства», — отметил в разговоре с RT Ярослав Вишняков.
Моторизованных частей в армии Югославии не было, на вооружении находились лишь 110 устаревших танков и порядка 400 самолётов, из которых лишь 50% относились к современным типам.
Большая же часть греческих войск находилась в Албании, на итальянском фронте. Для оказания поддержки Греции на Балканы был спешно переброшен британский экспедиционный корпус, состоявший из двух пехотных дивизий, танковой бригады и девяти авиаэскадрилий. Но это не спасло ситуацию.
Основные боевые действия на начальном этапе войны развернулись в Македонии. Югославские войска здесь не уступали по численности немецким, но 500 нацистским танкам югославы могли противопоставить всего 30 противотанковых орудий.
Уже в первый день нацисты продвинулись на 30—50 км. К исходу второго дня югославские войска в Македонии были разбиты, а основные пути сообщения между Югославией и Грецией — заблокированы.

Немецкие солдаты в Югославии © Wikimedia commons
Западнее Софии гитлеровцы прорвали 400-километровую линию фронта, которую прикрывали всего пять югославских дивизий. За три дня нацисты продвинулись почти на 200 км, заняли Ниш и создали угрозу Белграду.
Параллельно в Югославии начались выступления националистических сил, а в Хорватии и Словении был запущен процесс создания ориентированных на Берлин политических образований.
«Армия Югославии была многонациональной, представители несербского народа не хотели воевать за Югославию. В армии и обществе не было согласия по многим политическим и религиозным вопросам», — рассказал RT специалист-историк Музея Победы Александр Михайлов.
10 апреля 1941 года началась вторая фаза операции против Югославии — массированное наступление по всей территории страны. Всего за пять дней нацисты разгромили югославские части на территории Хорватии и Словении. Войска Югославии отступили в Южную Сербию, Герцеговину и Черногорию. Немецкие, венгерские и итальянские силы теснили их со всех сторон.
13 апреля гитлеровцы заняли Белград. Большая часть правительства покинула страну. 17 апреля бывший министр иностранных дел Александр Цинцар-Маркович подписал акт о безоговорочной капитуляции югославской армии.

Немецкие солдаты в разрушенном Белграде © Wikimedia commons
Греческие войска, используя горный рельеф, оказывали нацистам ожесточённое сопротивление. Но быстрое продвижение немецких войск в югославской Македонии поставило греков в сложное положение. 9 апреля немцы овладели городом Салоники, а в середине апреля вышли в тыл греческой армии «Западная Македония», изолировав её от войск, находящихся в центре страны. 18 апреля, посчитав положении Греции безнадёжным, покончил с собой премьер-министр страны Александрос Коризис.
Британский корпус за пять дней боёв отступил на 150 км и 20 апреля был сконцентрирован в районе Фермопил. Греческое командование в это время подписало перемирие с руководством дивизии СС «Адольф Гитлер». А 23 апреля 1941 года Греция капитулировала официально. Основные силы британской армии в конце апреля были эвакуированы с материковой Греции.
По словам историков, для захвата материковой части Балканского полуострова нацистам потребовалось всего 24 дня. Немцы при этом потеряли 2,5 тыс. убитыми, 3 тыс. пропавшими без вести и 6 тыс. ранеными. Войска стран «оси» захватили в плен 375 тыс. югославских и 225 тыс. греческих военнослужащих. Британцы потеряли на Балканах убитыми и ранеными около 12 тыс. человек.

Десантирование немецкой армии на Крит © Wikimedia commons
20 мая — 1 июня 1941 года нацисты провели воздушно-десантную операцию «Меркурий» по захвату острова Крит. Они оккупировали остров, но потеряли при этом около 7,4 тыс. человек убитыми и ранеными. В дальнейшем гитлеровцы не решались на проведение столь масштабных авиадесантных операций.
Балканский полуостров был поделён между странами «оси» на оккупационные зоны и марионеточные государства.
«Захват Югославии стал важным этапом в истории Второй мировой войны. Он позволил немцам укрепиться в этом регионе и диктовать свои условия на политической арене не только среди новых побеждённых стран, но и среди своих союзников. Германия укрепила свой южный фланг и получила доступ к ресурсам Балкан. Румынским нефтепромыслам больше не угрожала британская авиация», — пояснил Александр Михайлов.
Однако, по словам историка, на Балканах возник один из крупнейших очагов партизанского движения, отвлекавший на себя значительные силы гитлеровского блока.

Югославские партизаны перед обрушением моста © Wikimedia commons
Как отметил Юрий Кнутов, в югославской и сербской историографии существует мнение, что боевые действия на Балканах оттянули начало войны Германии с Советским Союзом и якобы не позволили вермахту захватить Москву, так как на подходе к столице СССР немцы оказались с наступлением холодов. Однако Ярослав Вишняков с такой постановкой вопроса не согласен.
«Активные боевые действия Германии против Югославии продолжались около десяти дней, которые ничего не решали. План гитлеровского наступления был сорван в сражениях под Киевом и Минском героизмом советских солдат. В то же время сама по себе Балканская операция сыграла значимую роль, так как по её итогам существенно изменилась картина на средиземноморском театре боевых действий», — подытожил Вишняков.

Von-hoffmann

19.04.2021, 08:04

https://von-hoffmann.livejournal.com/866293.html
Mar. 11th, 2021 at 2:54 PM

Ленд-лиз (от англ. lend – давать взаймы и lease – сдавать в аренду, внаём) – государственная программа, по которой Соединённые Штаты Америки поставляли своим союзникам во Второй мировой войне боевые припасы, технику, продовольствие и стратегическое сырьё, включая нефтепродукты.

Концепция этой программы давала президенту Соединённых Штатов полномочия помогать любой стране, чья оборона признавалась жизненно важной для его страны. Закон о ленд-лизе, принятый Конгрессом США 11 марта 1941 года, предусматривал следующие условия:

поставленные материалы (машины, различная военная техника, оружие, сырьё, другие предметы), уничтоженные, утраченные и использованные во время войны, не подлежат оплате (статья 5);
переданное в рамках ленд-лиза имущество, оставшееся после окончания войны и пригодное для гражданских целей, будет оплачено полностью или частично на основе предоставленных Соединёнными Штатами долгосрочных кредитов (в основном беспроцентных займов);
в случае заинтересованности американской стороны, не разрушенные и не утраченные техника и оборудование должны быть возвращены после войны в США.
Первоначально, в программу ленд-лиза вовлекались страны Британской Империи и Китай. С ноября 1941 года к программе присоединили СССР, а к концу войны практически все союзники США стали её участниками. В 1942 году США подписали с Великобританией, Австралией, Новой Зеландией и «Свободной» Францией ещё одно соглашение, так называемый «Обратный» ленд-лиз. Согласно ему уже союзники предоставляли армии США товары, обслуживание и транспортные услуги, использование их военных баз.

Всего поставки по ленд-лизу составили около 50,1 млрд долларов США (612,88 млрд долларов в ценах 2008 года), из которых 31,4 млрд долларов было поставлено в Великобританию, 11,3 млрд – в СССР, 3,2 млрд – во Францию и 1,6 млрд – в Китайскую Республику. Обратный ленд-лиз составил 7,8 млрд долларов, из которых 6,8 млрд долларов пришлись на Великобританию и страны Содружества.

21 августа 1945 года президент Труман объявил об окончании программы ленд-лиза.

Найдено здесь: https://vk.com/anti_soviet_coalition2_0?w=wall-131617902_224671

Патриот Руси

20.04.2021, 07:22

https://nampuom-pycu.livejournal.com/304935.html
Пишет Патриот Руси (nampuom_pycu)
2019-05-10 14:44:00 2882
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
История
СССР

Спустя 43 года после начала войны, в 1984 году, Вячеслав Скрябин по кличке «Молотов» рассказал, что в 2 часа ночи 22 июня 1941 года, когда у Джугашвили шло совещание (а он любил проводить их по ночам), ему сообщили из наркомата иностранных дел, что германский посол Вернер фон дер Шуленбург хочет, чтобы Молотов срочно его принял у себя в кабинете.
Кабинет Скрябина (Молотова) располагался в том же самом здании, что и кабинет Джугашвили (Сталина), но в другом его крыле. Члены Политбюро оставались у Джугашвили. Между половиной третьего и тремя часами утра Шуленбург зачитал и вручил министру иностранных дел Молотову меморандум об объявлении Германией войны Советскому Союзу, о чём тот немедленно доложил Джугашвили. «В кабинет быстро вошел В.М. Молотов: – Германское правительство объявило нам войну. И.В. Сталин молча опустился на стул и глубоко задумался, Наступила длительная тягостная пауза…», – пишет Г.К. Жуков в своих «Воспоминаниях и размышлениях» (издание 1-е 1969 года, том 1-й, стр. 265). Произошло это, очевидно, ещё до начала военных действий.
Но «вождь», накануне пославший советскому посольству в Берлине телеграмму, предписывающую послу Деканозову безотлагательно встретиться с Риббентропом, сообщив ему о готовности вступить в переговоры с высшим руководством рейха на предмет уступок (транзита немецких войск через нашу территорию в Афганистан и Иран, а также передачи части земель бывшей Польши), подавленный объявлением войны, после совещания отправился отдыхать.
Маршал Г.К. Жуков писал: «22 июня в 3 ч. 15 мин. немцы начали боевые действия на всех фронтах, нанеся авиационные удары по аэродромам с целью уничтожения нашей авиации, по военно-морским базам и по ряду крупных городов в приграничной зоне. В 3 ч. 25 мин. Сталин был мною разбужен, и ему было доложено о том, что немцы начали войну, бомбят наши аэродромы, города и открыли огонь по нашим войскам. Мы с тов. С.К. Тимошенко просили разрешения дать войскам приказ о соответствующих ответных действиях. Сталин, тяжело дыша в телефонную трубку, в течение нескольких минут ничего не мог сказать, а на повторные вопросы ответил: «Это провокация немецких военных. Огня не открывать, чтобы не развязать более широких действий…» Свою мысль о провокации немцев Сталин вновь подтвердил, когда он прибыл в ЦК. Сообщение о том, что немецкие войска на ряде участков уже ворвались на нашу территорию, не убедило его в том, что противник начал настоящую и заранее подготовленную войну. До 6 ч. 30 мин. он не давал разрешения на ответные действия и на открытие огня…»
Политбюро ЦК ВКП(б) полагало логичным, чтобы с обращением о начале войны выступил Джугашвили, но он решил переложить ответственность, мотивировав это «неясностью обстановки». 22 июня 1941 года в 12:05 Скрябин (Молотов) вышел из кабинета Джугашвили (Сталина) с подготовленным текстом выступления и направился на Центральный телеграф, откуда осуществлялась трансляция. А по окончании трансляции, в 12:25 вернулся в кабинет «вождя».
Постановочное фото – москвичи слушают обращение о начале войны через уличный «громкоговоритель». В первый военный день в Москве на 12 часов дня (времени прямой трансляции речи наркома Молотова) было +24°C. На фото – люди в пальто, шапках, одним словом, одеты по осени, как в двадцатых числах сентября, когда, предположительно, этот снимок и сделан:

Скрябину (Молотову), спустя десятилетия, незачем было лгать, если бы составленный лично Джугашвили текст обращения о «нападении без объявления войны» соответствовал правде.
Германский посол на самом деле вручил ноту об объявлении войны до перехода немецких войск через границу СССР и даже за несколько минут до первых воздушных налётов.

Yarodom

21.04.2021, 08:09

http://yarodom.livejournal.com/2094346.html
June 22nd, 20:07

Ещё память о Войне

Никто не забыт, ничто не забыто... Памяти не доживших до Победы!
https://img-fotki.yandex.ru/get/362774/51667439.798/0_12ba2f_d479a1d7_XXL.jpg
Г. Зельма. "В первый день войны". Молдавия, 1941
NZrWIV5io0c
https://youtu.be/NZrWIV5io0c
Светлой Памяти павших в борьбе против фашизма. Минута молчания
https://img-fotki.yandex.ru/get/230197/51667439.798/0_12ba30_68ea8972_XXL.jpg
2. И. Шагин. "Москвичи слушают выступления В. Молотова по радио". 22 июня 1941 года.
https://img-fotki.yandex.ru/get/50388/51667439.798/0_12ba32_ea0f5803_XXL.jpg
3. Э. Евзерихин. "Обучение ополченцев". Лето 1941.
https://img-fotki.yandex.ru/get/108168/51667439.798/0_12ba33_9cff0def_XXL.jpg
4. Э. Евзерихин. "Обучение ополченцев". Лето 1941.
https://img-fotki.yandex.ru/get/366459/51667439.798/0_12ba34_74538e8e_XXL.jpg
5. Э. Евзерихин. "Ополченцы". Лето 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/231372/51667439.798/0_12ba35_9029a0c3_XXL.jpg
6. Э. Евзерихин. "Подписка на военный заем". 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/195518/51667439.798/0_12ba36_d837de55_XXL.jpg
7. Э. Евзерихин. "Санитарка". 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/249078/51667439.798/0_12ba31_92fb7214_XXL.jpg
8. И. Шагин. "Вместо мужей, ушедших на фронт". 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/232848/51667439.798/0_12ba37_2d9b6f92_XXL.jpg
9. Э. Евзерихин. "Первые трофеи". 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/236311/51667439.798/0_12ba38_46848628_XXL.jpg
10. Э. Евзерихин. "Первые трофеи". 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/5401/51667439.798/0_12ba3a_647c154f_XXL.jpg
11. Г. Зельма. "Жители Одессы наблюдают за воздушным боем". Одесса, 1941
https://img-fotki.yandex.ru/get/249078/51667439.798/0_12ba3b_561debe2_XXL.jpg
12. Г. Зельма. "Одесса". сентябрь 1941 года

13. А. Шайхет. "Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года"
https://img-fotki.yandex.ru/get/151986/51667439.798/0_12ba3c_4ca660bb_XXL.jpg
14. А. Шайхет. Казачья конница под Москвой. 1942
https://img-fotki.yandex.ru/get/197756/51667439.798/0_12ba3d_967862b6_XXL.jpg
15. Г. Зельма. "У Вечного огня"

Yarodom

21.04.2021, 08:10

http://aloban75.livejournal.com/3331637.html
June 22nd, 21:01

«Внимание! Говорит Москва! Заявление советского правительства. Граждане и гражданки Советского Союза, сегодня, 22 июня, в 4 часа утра, без объявления войны германские войска напали на нашу страну...» Из сообщения советского радио о нападении Германии на СССР.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/TV8UOge0.jpg
1. Раздача противогазов на площади Маяковского в Москве. 23 июня 1941 - 30 сентября 1941. Шайхет Аркадий Самойлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/FoBWB9Dv.jpg
2. Брестская крепость. Первые дни войны. 22 - 30 июня 1941. Неизвестный автор.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/ryVu3o8e.jpg
3. Москва. 1941 г. Устинов Александр Васильевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/fWwg1Ym0.jpg
4. «В Ленинград пришла война». Обстрел улицы Достоевского. 1941 г. Тарасевич Всеволод Сергеевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/LcdBGV4s.jpg
5. Аэростат у Большого театра. 1941 г. Грановский Наум Самойлович.
https://img-fotki.yandex.ru/get/217607/225044291.64c/0_1a34d7_4746e0a_orig.jpg
6. Объявление о начале Великой Отечественной войны. Улица 25-го Октября. 22 июня 1941. Халдей Евгений Ананьевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/SHtF69F8.jpg
7. Первые дни войны, мобилизация в РККА. 22 - 30 июня 1941. Устинов Александр Васильевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/27C6Xgew.jpg
8. Бойцы всевобуча идут по улице Москвы, сентябрь 1941. Шагин Иван Михайлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170710/A5X5o7MZ.jpg
9. «Ополченцы под Москвой. Отряд самокатчиков». 1941 г. Шайхет Аркадий Самойлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/LRqCh6Mn.jpg
10. «Депо имени Ильича. Строят бронепоезд», ноябрь 1941. Шагин Иван Михайлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/FpBBUVAz.jpg
11. «Делают мины для фронта», октябрь - декабрь 1941. Шагин Иван Михайлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/57d5ufl2.jpg
12. Зенитчики на крыше здания. 1941 г. Кнорринг Олег Борисович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/vK36b5mZ.jpg
13. Воины народного ополчения. Занятия по изучению приемов штыкового боя в первом батальоне 1-го Московского коммунистического полка.24 октября 1941 г. Вдовенко Борис Евгеньевич.
https://img-fotki.yandex.ru/get/6623/225044291.64c/0_1a34df_43a2309f_orig.jpg
14. «Резервы идут на фронт». 1941 г. Шайхет Аркадий Самойлович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/RS7VelGq.jpg
15. Рытье противотанковых рвов под Москвой, сентябрь - октябрь 1941. Бальтерманц Дмитрий Николаевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/QtEf1m5K.jpg
16. «Горечь отступления». 18 июля 1941 - 11 августа 1941. Халип Яков Николаевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/vlcKkdCb.jpg
17. Скот, угоняемый колхозниками из прифронтовых районов, сентябрь - октябрь 1941. Хандогин Николай Иванович.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/tYrkmC90.jpg
18. Бомбоубежище на станции метро «Маяковская». Раздача молока. 22 июля 1941 - 31 января 1942. Шайхет Аркадий Самойлович.
https://img-fotki.yandex.ru/get/232848/225044291.64c/0_1a34e4_90aad436_orig.jpg
19. Бомбардировщики, сентябрь - декабрь 1941. Неизвестный автор.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/dHUfFSOW.jpg
20. Девушки замаскировывают самолет. 22 июня 1941 - 30 сентября 1941. Евзерихин Эммануил Ноевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/VkBHBf1u.jpg
21. Бой за деревню. 1941 г. Бальтерманц Дмитрий Николаевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/mPLsw4uy.jpg
22. Военная дорога. 1941 г. Бальтерманц Дмитрий Николаевич.
http://fanstudio.ru/archive/20170711/GsNmtC3z.jpg
23. На Мурманском направлении, июль 1941. Халдей Евгений Ананьевич.

Все фото взяты с ресурса История России в фотографиях.

Михаил Мельтюхов

22.04.2021, 08:54

https://rg.ru/2016/06/16/rodina-sssr-germaniya.html
16.06.2016 00:00
Рубрика: "Родина"

Текст: (доктора исторических наук)
Родина - №616 (6)
https://cdnimg.rg.ru/img/content/126/37/51/nemcy1_d_850.jpg
Немецкие войска переходят советскую границу (1941 год). Фото: ТАСС
При отсутствии сухопутного фронта в Европе германское руководство приняло решение о разгроме Советского Союза в ходе кратковременной кампании летом - осенью 1941 года. Для достижения этой цели на границе с СССР была развернута наиболее боеспособная часть вооруженных сил Германии1.

Вермахт

Для операции "Барбаросса" из имевшихся в вермахте 4 штабов групп армий было развернуто 3 ("Север", "Центр" и "Юг") (75%), из 13 штабов полевых армий - 8 (61,5%), из 46 штабов армейских корпусов - 34 (73,9%), из 12 моторизованных корпусов - 11 (91,7%). Всего для Восточной кампании было выделено 73,5% общего количества имевшихся в вермахте дивизий. Большая часть войск имела боевой опыт, полученный в предыдущих военных кампаниях. Так, из 155 дивизий в военных действиях в Европе в 1939-1941 гг. участвовали 127 (81,9%), а остальные 28 были частично укомплектованы личным составом, также имевшим боевой опыт. В любом случае это были наиболее боеспособные части вермахта (см. таблицу 1). Военно-воздушные силы Германии развернули для обеспечения операции "Барбаросса" 60,8% летных частей, 16,9% войск ПВО и свыше 48% войск связи и прочих подразделений.
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab1.jpg
Сателлиты Германии

Вместе с Германией к войне с СССР готовились ее союзники: Финляндия, Словакия, Венгрия, Румыния и Италия, которые выделили для ведения войны следующие силы (см. таблицу 2). Кроме того, Хорватия выделила 56 самолетов и до 1,6 тыс. человек. К 22 июня 1941 г. на границе не было словацких и итальянских войск, которые прибыли позднее. Следовательно, в развернутых там войсках союзников Германии находилось 767 100 человек, 37 расчетных дивизий, 5502 орудия и миномета, 306 танков и 886 самолетов.

Всего же силы Германии и ее союзников на Восточном фронте насчитывали 4 329,5 тыс. человек, 166 расчетных дивизий, 42 601 орудие и миномет, 4364 танка, штурмовых и самоходных орудий и 4795 самолетов (из которых 51 находился в распоряжении главного командования ВВС и вместе с 8,5 тыс. человек личного состава ВВС в дальнейших расчетах не учитывается).
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab2.jpg
Красная армия

Вооруженные силы Советского Союза в условиях начавшейся войны в Европе продолжали увеличиваться и к лету 1941 г. были крупнейшей армией мира (см. таблицу 3). В пяти западных приграничных округах дислоцировались 56,1% частей сухопутных войск и 59,6% частей ВВС. Кроме того, с мая 1941 г. началось сосредоточение на Западном театре военных действий (ТВД) 70 дивизий второго стратегического эшелона из внутренних военных округов и с Дальнего Востока. К 22 июня в западные округа прибыло 16 дивизий (10 стрелковых, 4 танковые и 2 моторизованные), в которых насчитывалось 201 691 человек, 2746 орудий и 1763 танка.

Группировка советских войск на Западном ТВД была достаточно мощной. Общее соотношение сил к утру 22 июня 1941 г. представлено в таблице 4, судя по данным которой противник превосходил Красную армию лишь по численности личного состава, ибо его войска были отмобилизованы.
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab3.jpg
Обязательные уточнения

Хотя приведенные выше данные и дают общее представление о силе противостоящих группировок, следует учитывать, что вермахт завершил стратегическое сосредоточение и развертывание на ТВД, тогда как в Красной армии этот процесс находился в самом разгаре. Как образно описал эту ситуацию А.В. Шубин, "с Запада на Восток с большой скоростью двигалось плотное тело. С Востока не торопясь выдвигалась более массивная, но более рыхлая глыба, масса которой нарастала, но недостаточно быстрыми темпами"2. Поэтому следует рассмотреть соотношение сил еще на двух уровнях. Во-первых, это соотношение сил сторон на различных стратегических направлениях в масштабе округ (фронт) - группа армий, а во-вторых, на отдельных оперативных направлениях в приграничной полосе в масштабе армия - армия. При этом в первом случае учитываются только сухопутные войска и ВВС, а для советской стороны еще пограничные войска, артиллерия и авиация ВМФ, но без сведений по личному составу флота и внутренних войск НКВД. Во втором случае для обеих сторон учитываются только сухопутные войска.
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab4.jpg
Северо-Запад

На Северо-Западном направлении друг другу противостояли войска немецкой группы армий "Север" и Прибалтийского особого военного округа (ПрибОВО). Вермахт имел довольно значительное превосходство в живой силе и некоторое в артиллерии, но уступал в танках и авиации. Однако следует учитывать, что непосредственно в 50км приграничной полосе располагалось лишь 8 советских дивизий, а еще 10 находились в 50-100 км от границы. В результате на направлении главного удара войскам группе армий "Север" удалось добиться более благоприятного соотношения сил (см. таблицу 5).
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab5.jpg
Западное направление

На Западном направлении противостояли друг другу войска германской группы армий "Центр" и Западного особого военного округа (ЗапОВО) с частью сил 11-й армии ПрибОВО. Для германского командования это направление было главным в операции "Барбаросса", и поэтому группа армий "Центр" была сильнейшей на всем фронте. Здесь было сосредоточено 40% всех германских дивизий, развернутых от Баренцева до Черного моря (в том числе 50% моторизованных и 52,9% танковых) и крупнейший воздушный флот люфтваффе (43,8% самолетов). В полосе наступления группы армий "Центр" в непосредственной близости от границы находилось лишь 15 советских дивизий, а 14 располагались в 50-100 км от нее. Кроме того, на территории округа в районе Полоцка сосредоточивались войска 22й армии из Уральского военного округа, из состава которой к 22 июня 1941 г. прибыли на место 3 стрелковые дивизии,и 21-й мехкорпус из Московского военного округа - общей численностью 72 016 человек, 1241 орудие и миномет и 692 танка. В итоге содержащиеся по штатам мирного времени войска ЗапОВО уступали противнику только в личном составе, но превосходили его в танках, самолетах и незначительно в артиллерии. Однако, в отличие от войск группы армий "Центр", они не завершили сосредоточения, что позволяло громить их по частям.

Группа армий "Центр" должна была осуществить двойной охват войск ЗапОВО, расположенных в Белостокском выступе, ударом от Сувалок и Бреста на Минск, поэтому основные силы группы армий были развернуты на флангах. С юга (от Бреста) наносился главный удар. На северном фланге (Сувалки) была развернута 3-я танковая группа вермахта, которой противостояли части 11-й армии ПрибОВО. В полосе советской 4-й армии были развернуты войска 43-го армейского корпуса 4й немецкой армии и 2-я танковая группа. На этих участках противник смог добиться значительного превосходства (см. таблицу 6).
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab6.jpg
Юго-Запад

На Юго-Западном направлении группе армий "Юг", объединявшей германские, румынские, венгерские и хорватские войска, противостояли части Киевского особого и Одесского военных округов (КОВО и ОдВО). Советская группировка на Юго-Западном направлении была сильнейшей на всем фронте, поскольку именно она должна была наносить главный удар по противнику. Однако и здесь советские войска не завершили сосредоточения и развертывания. Так, в КОВО в непосредственной близости от границы находилось лишь 16 дивизий, а 14 располагались в 50-100 км от нее. В ОдВО в 50-км приграничной полосе находилось 9 дивизий, а 6 располагались в 50-100-км полосе. Кроме того, на территорию округов прибывали войска 16-й и 19-й армий, из состава которых к 22 июня сосредоточилось 10 дивизий (7 стрелковых, 2 танковых и 1 моторизованная) общей численностью 129 675 человек, 1505 орудий и минометов и 1071 танк. Даже не будучи укомплектованными по штатам военного времени, советские войска превосходили группировку противника, которая имела лишь некоторое превосходство в живой силе, но значительно уступала в танках, самолетах и несколько меньше в артиллерии. Но на направлении главного удара группы армий "Юг", где советской 5-й армии противостояли части 6-й немецкой армии и 1-я танковая группа, противнику удалось добиться лучшего для себя соотношения сил (см. таблицу 7).
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab7.jpg
Ситуация на Севере

Самым благоприятным для Красной армии было соотношение на фронте Ленинградского военного округа (ЛВО), где ему противостояли финские войска и части германской армии "Норвегия". На Крайнем Севере войскам советской 14-й армии противостояли германские части горнопехотного корпуса "Норвегия" и 36-го армейского корпуса, и здесь противник имел превосходство в живой силе и незначительное в артиллерии (см. таблицу 8). Правда, следует учитывать, что, поскольку военные действия на советско-финляндской границе начались в конце июня - начале июля 1941 г., обе стороны наращивали свои силы, и приведенные данные не отражают численности войск сторон к началу боевых действий.
https://cdnimg.rg.ru/pril/article/126/37/51/tab8.jpg
Итоги

Таким образом, германское командование, развернув на Восточном фронте основную часть вермахта, не смогло добиться подавляющего превосходства не только в полосе всего будущего фронта, но и в полосах отдельных групп армий. Однако Красная армия не была отмобилизована и не закончила процесс стратегического сосредоточения и развертывания. Вследствие этого части первого эшелона войск прикрытия значительно уступали противнику, войска которого были развернуты непосредственно у границы. Подобное расположение советских войск позволяло громить их по частям. На направлениях главных ударов групп армий германскому командованию удалось создать превосходство над войсками Красной армии, которое было близко к подавляющему. Наиболее благоприятное соотношение сил сложилось для вермахта в полосе группы армий "Центр", поскольку именно на этом направлении наносился главный удар всей Восточной кампании. На остальных направлениях, даже в полосах армий прикрытия, сказывалось советское превосходство в танках. Общее соотношение сил позволяло советскому командованию не допустить превосходства противника даже на направлениях его главных ударов. Но в действительности произошло обратное.

Так как советское военно-политическое руководство не верно оценивало степень угрозы германского нападения, Красная армия, начав в мае 1941 г. стратегическое сосредоточение и развертывание на Западном ТВД, которое должно было завершиться к 15 июля 1941 г., оказалась 22 июня застигнута врасплох и не имела ни наступательной, ни оборонительной группировки. Советские войска не были отмобилизованы, не имели развернутых тыловых структур и лишь завершали создание органов управления на ТВД. На фронте от Балтийского моря до Карпат из 77 дивизий войск прикрытия Красной армии в первые часы войны отпор врагу могли оказать лишь 38 не полностью отмобилизованных дивизий, из которых лишь некоторые успели занять оборудованные позиции на границе. Остальные войска находились либо в местах постоянной дислокации, либо в лагерях, либо на марше. Если же учесть, что противник сразу бросил в наступление 103 дивизии, то понятно, что организованное вступление в сражение и создание сплошного фронта советских войск было крайне затруднено. Упредив советские войска в стратегическом развертывании, создав мощные оперативные группировки своих полностью боеготовых сил на избранных направлениях главного удара, германское командование создало благоприятные условия для захвата стратегической инициативы и успешного проведения первых наступательных операций.
https://cdnimg.rg.ru/i/gallery/2b8c25f6/1_e5ab6082.jpg
Фоторепортаж: 1941 год

Примечания
1. Подробнее см.: Мельтюхов М.И. Упущенный шанс Сталина. Схватка за Европу 1939-1941 гг. (Документы, факты, суждения). 3-е изд., исправ. и доп. М., 2008. С. 354-363.
2. Шубин А.В. Мир на краю бездны. От глобального кризиса к мировой войне. 1929-1941 годы. М., 2004. С. 496.

Фукидид

23.04.2021, 11:00

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012037
Документ № 604

22.06.1941

22 июня 1941 г. в 3 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР следующее сообщение:
«Перешедший границу в районе Сокаля немецкий ефрейтор показал следующее: фамилия его Лисков Альфред Германович, 30 лет, рабочий, столяр мебельной фабрики в г. Кольберг (Бавария), где оставил жену, ребенка, мать и отца.
Ефрейтор служил в 221-м саперном полку 15-й дивизии. Полк расположен в селе Целенжа, что в 5 км севернее Сокаля. В армию призван из запаса в 1939 г.
Считает себя коммунистом, является членом Союза красных фронтовиков, говорит, что в Германии очень тяжелая жизнь для солдат и трудящихся.
Перед вечером его командир роты лейтенант Шульц отдал приказ и заявил, что сегодня ночью после артиллерийской подготовки их часть начнет переход Буга на плотах, лодках и понтонах.
Как сторонник Советской власти, узнав об этом, решил бежать к нам и сообщить».

Опубликовано: Известия ЦК КПСС. 1990 г. № 4.

Геродиан

24.04.2021, 04:46

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012039
22.06.1941

Передаю приказ Наркомата обороны для немедленного исполнения1:
1. В течение 22–23 июня 1941 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.
2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.
Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.
ПРИКАЗЫВАЮ:
а) в течение ночи на 22 июня 1941 г. скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;
б) перед рассветом 22 июня 1941 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;
в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточено и замаскировано;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;
д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко
Жуков
Павлов
Фоминых
Климовских

ЦА МО РФ. Ф. 208. Оп. 2513. Д. 71. Л. 69. Машинопись. Подлинник. Автограф.
Имеются пометы: «Поступила 22 июня 1941 г. в 01-45», «Отправлена 22 июня 1941 г. в 02-25–02-35».

День TV

26.04.2021, 06:50

9HepSJK_pNI
https://www.youtube.com/watch?v=9HepSJK_pNI

Публий Корнелий Тацит

27.04.2021, 07:06

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012043
22.06.1941

7 ч. 15 мин.

№ 2

22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке.
Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу.
В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.
2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск.
Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск.
Удары авиацией наносить на глубину германской территории до 100–150 км.
Разбомбить Кенигсберг и Мемель.
На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налетов не делать.

ТИМОШЕНКО
МАЛЕНКОВ
ЖУКОВ

ЦА МО РФ. Ф. 132а. Оп. 2642. Д. 41. Лл. 1–2. Машинопись. Незаверенная копия.

Тит Ливий

28.04.2021, 07:46

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012045
22.06.1941

Шуленбург, явившийся на прием в сопровождении советника Хильгера, сказал, что он с самым глубоким сожалением должен заявить, что еще вчера вечером, будучи на приеме у наркома т. Молотова, он ничего не знал. Сегодня ночью, говорит он, было получено несколько телеграмм из Берлина. Германское правительство поручило ему передать Советскому правительству следующую ноту.
«Ввиду нетерпимой далее угрозы, создавшейся для германской восточной границы вследствие массированной концентрации и подготовки всех вооруженных сил Красной Армии, Германское правительство считает себя вынужденным немедленно принять военные контрмеры.
Соответственная нота одновременно будет передана Деканозову в Берлине».
Шуленбург говорит, что он не может выразить свое подавленное настроение, вызванное неоправданным и неожиданным действием своего правительства. Посол говорит, что он отдавал все свои силы для создания мира и дружбы с СССР.
Тов. Молотов спрашивает, что означает эта нота?
Шуленбург отвечает, что, по его мнению, это начало войны.
Тов. Молотов заявляет, что никакой концентрации войск Красной Армии на границе с Германией не производилось. Проходили обычные маневры, которые проводятся каждый год, и если бы было заявлено, что почему-либо маневры, по территории их проведения, нежелательны, можно было бы обсудить этот вопрос. От имени Советского правительства должен заявить, что до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству. Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и тем самым фашистская Германия является нападающей стороной. В четыре часа утра германская армия произвела нападение на СССР без всякого повода и причины. Всякую попытку со стороны Германии найти повод к нападению на СССР считаю ложью или провокацией. Тем не менее факт нападения налицо.
Шуленбург говорит, что он ничего не может добавить к имеющимся у него инструкциям. Он, Шуленбург, не имеет инструкций по поводу техники эвакуации сотрудников посольства и представителей различных германских фирм и учреждений. Посол просит разрешить эвакуировать германских граждан из СССР через Иран. Выезд через западную границу невозможен, так как Румыния и Финляндия совместно с Германией тоже должны выступить. Шуленбург просит к проведению эвакуации германских граждан отнестись возможно лояльнее и заверяет, что сотрудники советского посольства и советских учреждений в Германии встретят со стороны германского правительства самое лояльное отношение по части эвакуации и просит сообщить, какое лицо будет выделено по осуществлению техники этого дела.
Тов. Молотов заявляет Шуленбургу, что поскольку к сотрудникам советского посольства и советских учреждений в Германии будет проявлено лояльное отношение, на что т. Молотов надеется, то и в части германских граждан будет проявлено такое же отношение. Для осуществления эвакуации т. Молотов обещает выделить соответствующее лицо.
Тов. Молотов спрашивает: «Для чего Германия заключала пакт о ненападении, когда так легко его порвала?»
Шуленбург отвечает, что он не может ничего добавить к сказанному им.
В заключение беседы Шуленбург говорит, что он в течение 6 лет добивался дружественных отношений между СССР и Германией, но против судьбы ничего не может поделать.

Записал Гостев

Заявление Шуленбурга в 5 час. 30 мин. 22 июня 1941 г.
Ввиду нетерпимой далее угрозы, создавшейся для германской восточной границы вследствие массированной концентрации и подготовки всех вооруженных сил Красной Армии, Германское правительство считает себя вынужденным немедленно принять военные контрмеры.
Соответственная нота одновременно будет передана Деканозову в Берлине.

АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. П. 1. Д. 5. Лл. 12–15.

Публий Корнелий Тацит

29.04.2021, 05:01

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012047

Группа армий «Центр»
Расположение штаба
Оперативный отдел (1-а)

22.06.41 г.

исх. № 1/41 8-00

4-я Армия

Наступление продолжается успешно. В общем отмечается слабое сопротивление противника. По-видимому, противник на всех участках застигнут врасплох.
Мосты через р. Зап. Буг: мост у Кодень, ж.-д. мост у Бреста и мост в районе Фроналув взяты нашими войсками. Наши авангарды к 6.00 достигли общей линии 4–5 км восточнее реки Зап. Буг (восточнее границы).
Сопротивление в Бресте оказывается главным образом в городской части — в крепости.
Постройка мостов ведется строительными частями всех корпусов.
Внезапность достигается непрерывными сильными ударами по арьергардам противника. До сих пор отмечается незначительная активность авиации противника. Сбит один наш самолет-разведчик.
9-я Армия
Начало атаки — в соответствии с планом. Наступление развивается планомерно по всему фронту.
Преждевременно перешедшие в наступление на Августов подразделения 800-го полка особого назначения были противником отброшены назад.
Общая оценка противника.
На всем фронте наступления армии противник до сих пор оказывает незначительное сопротивление. Встречается лишь местами противодействие легкой артиллерии.
На участке 8-го армейского корпуса отмечается действие одной тяжелой артиллерийской батареи противника.
К 5.30 войска вышли на рубеж:
42-й армейский корпус — Купнина, опушка леса западнее Червоное. В Винцента продолжается незначительное сопротивление противника. Граево взято. ДОТ перед Граево еще не захвачены;
20-й армейский корпус — 162-я пехотная дивизия захватила северную окраину Августов. Имеющаяся там переправа не разрушена. 256-я пехотная дивизия достигла дорог Августов, Гродно южнее Красно и своим левым флангом подходит к Курьянка. Бронепоезд № 1 стоит в 3 км от границы, так как железнодорожное полотно требует перешивки на другую колею;
8-й армейский корпус — 8-я пехотная дивизия, преодолев сильное сопротивление противника на высоте западнее Богатыри—Лесне, вышла на дорогу Курьянка, Сопоцкин в районе Голынка. В Марковцы продолжается бой, 28-я пехотная дивизия находится на полпути между границей и Сопоцкин. 161-я пехотная дивизия вышла на высоту с отм. 118 (3 км западнее Шабаны), Моцевичи.
3-я танковая группа
К 5.30 достигла рубежа: 5 км юго-западнее Копцово, Лаздия, Осова (9 км юго-западнее Калвария), Граужины (12 км восточнее оз. Виштитер-Зее).
39-й моторизованный корпус к 4.45 частями обеих танковых дивизий вышел в район Кирсна. К 6.15 достиг района Мурганинкай (5 км юго-западнее Калвария).
Мосты у Свентоянск и через реку Неман в районе Меречь и Алитус до сих пор не разрушены.
Население уходит на восток.

ЦА МО РФ. Ф. 500. Оп. 12454. Д. 134. Лл. 143–144.

Фукидид

30.04.2021, 07:19

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012049
22.06.1941

Секретно

Министр иностранных дел Чиано вызвал меня в 12 час. дня и сделал мне заявление от имени Итальянского правительства следующего содержания:
«Ввиду сложившейся ситуации, в связи с тем, что Германия объявила войну СССР, Италия, как союзница Германии и как член Тройственного пакта, также объявляет войну Советскому Союзу с момента вступления германских войск на советскую территорию, т.е. с 5.30 22 июня».
Чиано указал далее, что относительно обмена посольствами будет в дальнейшем согласовано между правительством Италии и правительством СССР через соответствующих посредников, которые будут защищать интересы вышеуказанных государств.
Отвечая на заявление Чиано, я указал, что немедленно сообщу своему правительству о сделанном им мне заявлении.
После возвращения из МИД, здание советского посольства было оцеплено итальянской полицией и выезд из посольства был запрещен.

Н. Горелкин

АВП РФ. Ф. 06. П. 16. Д. 205. Л. 71.

Фукидид

30.04.2021, 07:19

— дипломат. Родился в Москве. Окончил Московский энергетический институт. С 8 октября 1939 г. по 22 июня 1941 г. полномочный представитель — Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Италии. В 1941–1942 гг. директор Подольского завода «Винилпровод» (Московская область). В 1944–1952 гг. чрезвычайный и полномочный посланник СССР в Уругвае.

Фукидид

30.04.2021, 07:22

(18.03.1903–11.01.1944) — итальянский политик и дипломат, зять Муссолини. Родился в Ливорно. Получил юридическое образование. С 1925 г. в посольстве Италии в Рио-де-Жанейро. С 1927 г. 1-й секретарь посольства в Пекине, затем переведен в Буэнос-Айрес. С июня 1930 г. генеральный консул в Шанхае. В 1932 г. посланник в Пекине, секретарь посольства Италии в Ватикане. С 1933 г. начальник пресс-службы Министерства иностранных дел. С 1935 г. министр пропаганды. Участник кампании в Эфиопии (1935), капитан, летчик 4-й бомбардировочной эскадрильи «Ла Дисперата». В 1936–1943 гг. министр иностранных дел. С 1943 г. вел активную деятельность по выходу Италии из войны. С февраля 1943 г. посол в Ватикане. 24 июля 1943 г. на Большом фашистском совете поддержал резолюцию об отстранении Муссолини от должности. 28 августа 1943 г. с семьей бежал в Германию. Арестован немцами и депортирован на территорию Итальянской социальной республики. На суде в Вероне 10 июня 1944 г. приговорен к смертной казни. Расстрелян.

Геродиан

01.05.2021, 06:23

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012050

[...] «Германский народ, национал-социалисты! После тяжелых размышлений, когда я был вынужден молчать в течение долгих месяцев, наконец наступил момент, когда я могу говорить с полной откровенностью...
... принимая на себя тяжелые обязательства, я служу делу мира в этом районе...
... Москва предательски нарушила условия, которые составляли предмет нашего пакта о дружбе. Делая все это, правители Кремля притворялись до последней минуты, симулируя позицию мира и дружбы, так же, как это было в отношении Финляндии и Румынии. Они сочинили опровержение, производившее впечатление невинности. В то время как до сих пор обстоятельства заставляли меня хранить молчание, теперь наступил момент, когда выжидательная политика является не только грехом, но и преступлением, нарушающим интересы германского народа, а следовательно, и всей Европы. Сейчас приблизительно 160 русских дивизий находятся на нашей границе. В течение ряда недель происходили непрерывные нарушения этой границы, причем не только на нашей территории, но и на крайнем севере Европы и в Румынии. Советские летчики развлекались тем, что не признавали границ, очевидно, чтобы нам доказать таким образом, что они считают себя уже хозяевами этих территорий. Ночью 18 июня русские патрули снова проникли на германскую территорию и были оттеснены лишь после продолжительной перестрелки. Теперь наступил час, когда нам необходимо выступить против этих иудейско-англосаксонских поджигателей войны и их помощников, а также евреев из московского большевистского центра.
Осуществляется концентрация войск, которая по своим масштабам и по своему территориальному охвату является величайшей, какая когда-либо имела место в мире. Сотрудничая со своими финскими товарищами, соратники победителей Нарвика держат берега Ледовитого океана. Германские дивизии под командованием победителя Норвегии охраняют финляндскую землю вместе с героями финляндских битв за освобождение, действующими под руководством своего маршала. От Восточной Пруссии до Карпат располагаются формирования германского восточного фронта. На берегах Прута, на нижнем течении Дуная до берегов Черного моря находятся германские и румынские солдаты под командованием генерала Антонеску, главы румынского государства: в задачу этого фронта входит уже не защита отдельных стран, а обеспечение безопасности Европы и, следовательно, защита всех стран Европейского континента. Таким образом, я решил сегодня передать судьбу государства и нашего народа в руки наших солдат. Да поможет нам Бог в этой важнейшей борьбе!»

ГА РФ. Ф. 4459. Оп. 26. Д. 2. Лл. 52–65.

Фукидид

02.05.2021, 03:06

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1012051
22.06.1941

1. По просьбе Баггалея я принял его в 12 часов дня. Баггалей, сославшись на сообщения английского радио о нападении Германии на СССР, попросил меня информировать его о ходе событий.
Я кратко проинформировал Баггалея.
Баггалей заявил, что он еще не получил инструкций от своего правительства, но учитывая изменившуюся обстановку, заявил он, можно было бы установить сотрудничество, в известной мере, до получения инструкций от его правительства.
На мой вопрос, в чем это сотрудничество могло бы выразиться, Баггалей сослался на беседу Идена с Майским, во время которой Иден заявил, что в случае, если Германия нападет на СССР, то английские воздушные силы могли бы оказать помощь СССР путем бомбардировки германских вооруженных сил на Ближнем Востоке. Английское правительство могло бы оказать помощь в снабжении СССР через Владивосток или Персидский залив, а также для оказания помощи советскому командованию послать в СССР английских офицеров, имеющих опыт борьбы против германских танков.
Я заявил Баггалею, что его сообщение передам своему правительству и, если получу соответствующие указания, то поставлю Баггалея в известность.
2. Баггалей заявил, что в дипломатических кругах в Москве обсуждается вопрос о том, что Советское правительство предполагает выехать из Москвы. Лично Баггалей не верит этим слухам, но, если бы в действительности возник вопрос об эвакуации Советского правительства из Москвы, то он выражает уверенность в том, что Английское посольство будет своевременно информировано для того, чтобы сделать необходимые приготовления для отъезда вместе с Советским правительством.
Я заявил Баггалею, что впервые слышу о слухах, распространяемых в дипкорпусе о якобы имеющемся намерении Советского правительства эвакуироваться из Москвы. Советское правительство не собирается уезжать из Москвы.
3. Сегодня утром поездом № 19 из Москвы выехали в Баку для проследования в Иран жены и дети служащих Английского посольства. Вместе с ними выехали 2–3 служащих посольства. Этот поезд направляется через Харьков, Ростов и Баку. Жены служащих посольства обеспокоены тем, что поезд может подвергнуться бомбардировке, что в связи с этим нельзя ли договориться с железнодорожным ведомством о направлении этого поезда в более восточном направлении в тот же пункт назначения.
Я ответил Баггалею, что, по-видимому, поезд может проследовать безопасно по своему маршруту до пункта назначения, что мы можем установить наблюдение за прохождением этого поезда.
4. Баггалей заявил, что в настоящих условиях было бы крайне желательно в интересах СССР и Англии установить между Москвой и Лондоном радиотелеграфную связь. В настоящее время в Тегеране находится крупный английский специалист радиотелеграфного дела Корригол, который может быть вызван посольством для технической помощи в установлении радиотелеграфной связи между Москвой и Лондоном.
Я обещал Баггалею выяснить технические возможности установления радиотелеграфной связи и поставить его в известность.
5. Баггалей заявил, что в настоящих условиях он считал бы необходимым познакомиться и установить контакт с т. Молотовым.
Я обещал Баггалею довести его просьбу до сведения т. Молотова.
В конце беседы Баггалей заметил, что из сообщений английского радио он не мог точно установить, находится ли Финляндия и Румыния в состоянии войны с СССР или Германия напала на СССР одна?
Я ответил Баггалею, что нападение на советские границы было с территории Румынии и Финляндии.
Во время беседы с Баггалеем началось выступление по радио т. Молотова, Баггалей попросил разрешения прослушать выступление т. Молотова. В моем кабинете Баггалей прослушал речь т. Молотова; его переводчик перевел основные положения речи т. Молотова. Баггалей попросил, не могу ли предоставить ему полный текст речи т. Молотова.
Я ответил Баггалею, что сейчас не имею полного текста речи т. Молотова, но что по радио будет еще передаваться речь т. Молотова и что она будет напечатана.

При беседе присутствовал т. Гусев.

Вышинский

АВП РФ. Ф. 07. Оп. 2. П. 9. Д. 20. Лл. 39–41. Машинопись. Заверенная копия.
Указана рассылка: Сталину, Молотову, Ворошилову, Кагановичу, Микояну.

Хронос

04.05.2021, 05:22

http://hrono.ru/dokum/194_dok/19401218barb.php
18 декабря 1940 г.

План "Барбаросса" - план нападения и ведения войны против Советского Союза - был утвержден Гитлером 18 декабря 1940 г. Германское командование рассчитывало провести операцию "Барбаросса" за 3 - 4 месяца.

(Извлечение)

Немецкие вооруженные силы должны быть готовы к тому, чтобы еще до окончания войны с Англией победить путем быстротечной военной операции Советскую Россию (вариант "Барбаросса").
Для этого армия должна будет использовать все состоящие в ее распоряжении соединения с тем лишь ограничением, что оккупированные области должны быть защищены от всяких неожиданностей. (...)
Приказ о наступлении на Советскую Россию я дам в случае необходимости за восемь недель перед намеченным началом операции. (...)
Особое внимание следует обратить на то, чтобы не было разгадано намерение произвести нападение.
Приготовления верховного главнокомандования должны вестись исходя из следующих основных положений:
Общая цель
Находящиеся в западной части России войсковые массы русской армии должны быть уничтожены в смелых операциях с глубоким продвижением танковых частей. Следует воспрепятствовать отступлению боеспособных частей в просторы русской территории.
Затем путем быстрого преследования должна быть достигнута линия, с которой русская авиация уже не будет в состоянии совершать нападения на германские области. Конечной целью операции является отгородиться от азиатской России по общей линии Архангельск — Волга. Таким образом, в случае необходимости остающаяся у России последняя промышленная область на Урале сможет быть парализована с помощью авиации.
В ходе этих операций Балтийский флот русских быстро потеряет свои опорные пункты и таким образом перестанет быть боеспособным. (...)

Предполагаемые союзники и их задачи

1. На флангах нашей операции мы можем рассчитывать на активное участие Румынии и Финляндии в войне против Советской России. (...)
2. Задача Румынии будет заключаться в том, чтобы совместно с наступающей там группой вооруженных сил сковать находящиеся против нее силы противника, а в остальном — вести вспомогательную службу в тыловом районе.
3. Финляндия должна будет прикрывать наступление немецкой десантной северной группы (части XXI группы), которая должна прибыть из Норвегии, а затем оперировать совместно с нею. Кроме того, на долю Финляндии возлагается ликвидация русских сил в Ханко.
4. Можно рассчитывать на то, что не позже, чем начнется операция, шведские железные дороги и шоссе будут предоставлены для продвижения немецкой северной группы.

Проведение операции
Армия в соответствии с вышеизложенными целями:

В районе военных действий, разделенном болотами р. Припя-ти на северную и южную половины, центр тяжести операции следует наметить севернее этой области. Здесь следует предусмотреть две армейские группы.
Южной из этих двух групп, образующей центр общего фронта, предстоит задача с помощью особо усиленных танковых и моторизованных частей наступать из района Варшавы и севернее ее и уничтожить русские вооруженные силы в Белоруссии. Таким образом должна быть создана предпосылка для проникновения больших сил подвижных войск на север с тем, чтобы во взаимодействии с северной армейской группой, наступающей из Восточной Пруссии в направлении Ленинграда, уничтожить войска противника, сражающиеся в Прибалтике. Лишь после обеспечения этой неотложной задачи, которая должна завершиться захватом Ленинграда и Кронштадта, следует продолжать наступательные операции по овладению важнейшим центром коммуникаций и оборонной промышленности - Москвой. (...)
Основной задачей армейской группы, расположенной южнее припятских болот, является наступление из района Люблина в общем направлении на Киев, чтобы мощными танковыми силами быстро продвинуться во фланг и в тыл русских сил и затем напасть на них при их отходе к Днепру. (...)
...Быстрое достижение Москвы. Захват этого города означает как с политической, так и с хозяйственной стороны решающий успех, не говоря уже о том, что русские лишаются важнейшего железнодорожного узла.
Воздушные вооруженные силы:
Их задача будет заключаться в том, чтобы по возможности парализовать и ликвидировать воздействие русской авиации, а также в том, чтобы поддерживать операции армии на ее решающих направлениях, а именно: центральной армейской группы и — на решающем фланговом направлении — южной армейской группы. Русские железные дороги должны быть перерезаны в зависимости от их значения для операции преимущественно на их важнейших ближайших объектах (мостах через реки) путем их захвата смелой высадкой парашютных и авиадесантных частей.
В целях сосредоточения всех сил для борьбы против неприятельской авиации и непосредственной поддержки армии не следует во время главных операций совершать нападения на оборонную промышленность. Только по окончании операции против средств сообщения такие нападения станут в порядок дня, и в первую очередь на Уральскую область.

Военно-морской флот:

Военно-морскому флоту в войне против Советской России предстоит задача, защищая собственное побережье, воспрепятствовать выходу неприятельских военно-морских сил из Балтийского моря. Ввиду того что по достижении Ленинграда-русский Балтийский флот потеряет свой последний опорный пункт и окажется в безвыходном положении, следует избегать перед этим более значительных морских операций. (...)
Число офицеров, привлекаемых для предварительной подготовки, должно быть как можно более ограниченным, в дальнейшем сотрудники должны привлекаться как можно позже и посвящены лишь в объеме, необходимом для непосредственной деятельности каждого отдельного лица. Иначе возникает опасность, что из-за огласки наших приготовлений, реализация которых пока вовсе еще не решена, могут возникнуть тяжелейшие политические и военные последствия...
Завизировали: Иодль, Кейтель.
Подписано: Гитлер.
Нюрнбергский процесс. Т. II.- С. 559 - 565. М. 1958.

Ниже приводится начальная часть "плана Барбаросса" в несколько ином его переводе, что может быть полезно для лучшего понимания нюансов:

Из директивы № 21. План "Барбаросса"
Ставка фюрера,
18 декабря 1940 г.
Германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. (Вариант "Барбаросса".)
Сухопутные силы должны использовать для этой цели все находящиеся в их распоряжении соединения, за исключением тех, которые необходимы для защиты оккупированных территорий от всяких неожиданностей. (...)
Приказ о стратегическом развертывании вооруженных сил против Советского Союза я отдам в случае необходимости за восемь недель до намеченного срока начала операции.
Приготовления, требующие более продолжительного времени, если они не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15.5.41 г.
Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были распознаны. (...)

1. Общий замысел

Основные силы русских сухопутных войск, находящиеся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев.
Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено.
Путем быстрого преследования должна быть достигнута линия, с которой русские военно-воздушные силы будут не в состоянии совершать налеты на имперскую территорию Германии.
Конечной целью операции является создание заградительного барьера против Азиатской России по общей линии Волга - Архангельск. Таким образом, в случае необходимости последний индустриальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации.
В ходе этих операций русский Балтийский флот быстро потеряет свои базы и окажется, таким образом, не способным продолжать борьбу.
Эффективные действия русских военно-воздушных сил должны быть предотвращены нашими мощными ударами уже в самом начале операции. (...)
Совершенно секретно! Только для командования: Стратегия фашистской Германии в войне против СССР: Документы и материалы. М., 1967. С. 149-153.
Здесь приводится по кн.: Хрестоматии по отечественной истории (1914 - 1945 гг) под редакцией А.Ф. Киселева, Э.М.Шагина. М. 1996

Хронос

05.05.2021, 04:27

http://hrono.ru/maps/1941vov.html
http://hrono.ru/maps/1941vov.gif

Voina_41_45

06.05.2021, 08:46

22 июня 1941 г.

Хронос

07.05.2021, 03:34

http://hrono.ru/dokum/194_dok/1941gitler.php
22 июня 1941 года

1).
Немецкий народ! Национал-социалисты! Одолеваемый тяжелыми заботами, я был обречен на многомесячное молчание. Но теперь настал час, когда я, наконец, могу говорить открыто.
Когда 3 сентября 1939 года Англия объявила войну Германскому Рейху, снова повторилась британская попытка сорвать любое начало консолидации и вместе с тем подъема Европы посредством борьбы против самой сильной в данное время державы континента.
Так некогда Англия после многих войн погубила Испанию. Так вела она войны против Голландии. Так сражалась позже с помощью всей Европы против Франции. И так на рубеже столетия она начала окружение тогдашней Германской империи, а в 1914 году — мировую войну.
Только из-за отсутствия внутреннего единства Германия потерпела поражение в 1918 году. Последствия были ужасны. После того, как первоначально было лицемерно объявлено, что борьба ведется только против кайзера и его режима, когда немецкая армия сложила оружие, началось планомерное уничтожение Германской империи. В то время, как казалось, дословно сбывается пророчество одного французского государственного деятеля 2), что в Германии 20 миллионов лишних людей, т.е. их нужно устранить с помощью голода, болезней или эмиграции, национал-социалистическое движение начало свою работу по объединению немецкого народа и тем самым положило путь к возрождению Империи.
Этот новый подъем нашего народа из нужды, нищеты и позорного неуважения к нему проходил под знаком чисто внутреннего воздержания. Англию, в частности, это никак не затрагивало и ничего ей не угрожало. Несмотря на это, моментально возобновилась вдохновляемая ненавистью политика окружения Германии. Изнутри и извне плелся известный нам заговор евреев и демократов, большевиков и реакционеров с единственной целью помешать созданию нового национального государства и снова погрузить Рейх в пучину бессилия и нищеты.
Кроме нас, ненависть этого международного всемирного заговора была обращена против тех народов, которым тоже не повезло, и они были вынуждены зарабатывать хлеб насущный в самой жестокой борьбе за существование. Прежде вcего, оспаривалось и даже формально запрещалось право Италии и Японии, как и Германии, на свою долю в богатствах этого мира. Союз этих наций был поэтому лишь актом самообороны против угрожавшей им эгоистической всемирной коалиции богатства и власти.
Ещё в 1936 году Черчилль заявил, по словам американского генерала Вуда, перед комитетом Палаты представителей США, что Германия снова становится слишком сильной и поэтому ее нужно уничтожить.
Летом 1939 года Англии показалось, что настал момент начать это вновь задуманное уничтожение с повторения широкомасштабной политики окружения Германии.
Систематическая кампания лжи, которая была организована с этой целью, была направлена на то, чтобы убедить другие народы, будто над ними нависла угроза, поймать их сначала в ловушку английских гарантий и обещаний поддержки 3), а потом, как накануне мировой войны, заставить их воевать против Германии.
Так Англии удалось с мая по август 1939 года распространить в мире утверждение, будто Германия непосредственно угрожает Литве, Эстонии, Латвии, Финляндии, Бессарабии, а также Украине. Часть этих стран с помощью подобных утверждений отклонили обещанные гарантии и они тем самым сделались частью фронта окружения Германии.
При этих обстоятельствах я, сознавая свою ответственность перед своей совестью и перед историей немецкого народа, счел возможным не только заверить эти страны и их правительства в лживости британских утверждений, но и, кроме того, специально успокоить самую сильную державу Востока с помощью торжественных заявлений о границах сфер наших интересов.
Национал-социалисты! Вы все, конечно, чувствовали тогда, что этот шаг был для меня горьким и трудным. Никогда немецкий народ не испытывал враждебных чувств к народам России. Только на протяжении двух последних десятилетий еврейско-большевистские правители Москвы старались поджечь не только Германию, но и всю Европу. Не Германия пыталась перенести свое националистическое мировоззрение в Россию, а еврейско-большевистские правители в Москве неуклонно предпринимали попытки навязать нашему и другим европейским народам свое господство, притом не только духовное, но, прежде всего, военное.
Но результатами деятельности этого режима во всех странах были только хаос, нищета и голод. В противовес этому я два десятилетия старался при минимальном вмешательстве и без разрушения нашего производства построить в Германии новый социалистический порядок, который не только ликвидировал безработицу, но и обеспечил благодаря повышению оплаты труда постоянный приток людей в сферу созидания.
Успехи этой политики новых экономических и социальных отношений в нашем народе, которые, планомерно преодолевая сословные и классовые противоречия, имеют своей конечной целью создание подлинного народного сообщества, уникальны во всем мире.
Поэтому в августе 1939 года для меня было таким трудным решение послать моего министра в Москву, чтобы попытаться там оказать противодействие британской политике окружения Германии. Я сделал это не только осознавая свою ответственность перед немецким народом, но, прежде всего, в надежде достичь в конечном счете продолжительной разрядки, которая могла бы уменьшить жертвы, которые потребовались бы от нас в противном случае.
После того как Германия в Москве торжественно признала указанные в договоре области и страны— за исключением Литвы — находящимися вне сферы каких бы то ни было германских политических интересов, было заключено еще особое соглашение на тот случай, если бы Англии действительно удалось подтолкнуть Польшу к войне против Германии. Но и в этом случае имело место ограничение немецких притязаний, которое никоим образом не соответствовало успехам немецкого оружия.
Национал-социалисты! Последствия этого договора, которого я сам хотел и который заключил в интересах немецкого народа, были особенно тяжелыми для немцев, живших в затронутых им странах. Более полумиллиона наших соплеменников — сплошь мелкие крестьяне, ремесленники и рабочие — были вынуждены чуть ли не за одну ночь покинуть свою бывшую родину, спасаясь от нового режима, который грозил им сначала беспредельной нищетой, а рано или поздно — полным истреблением. Несмотря на это, тысячи немцев исчезли! Было невозможно узнать что-либо об их судьбе или хотя бы местонахождении. Среди них было более 160 граждан Рейха.
Я молчал обо всем этом, потому что должен был молчать, потому что моим главным желанием было достичь окончательной разрядки и, если возможно, — длительного баланса интересов с этим государством.
Но еще во время наступления наших войск в Польше советские правители внезапно, вопреки договору, выдвинули притязания также на Литву.
Германский Рейх никогда не имел намерения оккупировать Литву и не только не предъявлял никаких подобных требований литовскому правительству, но, наоборот, отклонил просьбу тогдашнего литовского правительства 4) послать в Литву немецкие войска, поскольку это не соответствовало целям германской политики.
Несмотря на это, я согласился и на это новое русское требование. Но это было лишь началом непрерывной череды все новых и новых вымогательств.
Победа в Польше, достигнутая исключительно силами немецкой армии, побудила меня снова обратиться к западным державам с мирным предложением. Оно было отклонено международными и еврейскими поджигателями войны. Но причина его отклонения уже тогда заключалась в том, что Англия все еще надеялась, что ей удастся мобилизовать против Германии европейскую коалицию, включая балканские страны и Советскую Россию.
В Лондоне решили направить послом в Москву мистера Криппса. Он получил четкое задание при любых обстоятельствах восстановить отношения между Англией и Советской Россией и развивать их в английских интересах. О прогрессе этой миссии сообщала английская пресса, если тактические соображения не вынуждали ее к молчанию.
Осенью 1939 года и весной 1940 года первые последствия стали свершившимися фактами. Приступив к подчинению военной силой не только Финляндии, но и прибалтийских государств, Россия внезапно стала мотивировать эти действия столь же лживыми, как и смехотворным утверждением, будто эти страны нужно защищать от угрозы извне или предупредить ее. Но при этом могла иметься в виду только Германия, так как ни одна другая держава вообще не могла ни проникнуть в зону Балтийского моря, ни вести там войну. Несмотря на это, я опять смолчал. Но правители в Кремле сразу же пошли дальше.
В то время, как Германия войной 1940 года в соответствии с т.н. пактом о дружбе, далеко отодвинула свои войска от восточной границы и большей частью вообще очистила эти области от немецких войск, уже началось сосредоточение русских сил в таких масштабах, что это можно было расценивать только как умышленную угрозу Германии.
Согласно одному заявлению, сделанному тогда лично Молотовым, уже весной 1940 года только в прибалтийских государствах находились 22 русские дивизии.
Так как русское правительство само постоянно утверждало, что их призвало местное население, целью их дальнейшего пребывания там могла быть только демонстрация против Германии.
В то время, как наши солдаты 10 мая 1940 года сломили франко-британскую силу на Западе, сосредоточение русских войск на нашем восточном фронте постепенно принимало все более угрожающие размеры. Поэтому с августа 1940 года я пришел к выводу, что интересы Рейха будут нарушены роковым образом, если перед лицом этого мощного сосредоточения большевистских дивизий мы оставим незащищенными наши восточные провинции, которые и так уже не раз опустошались.
Произошло то, на что было направлено англо-советское сотрудничество, а именно: на Востоке были связаны столь большие немецкие силы, что руководство Германии не могло больше рассчитывать на радикальное окончание войны на Западе, особенно в результате действий авиации.
Это соответствовало цели не только британской, но и советской политики, ибо как Англия, так и Советская Россия хотели, чтобы эта война длилась как можно дольше, чтобы ослабить всю Европу и максимально обессилить ее.
Угрожающее наступление России также в конечном счете служило только одной задаче: взять в свои руки важную основу экономической жизни не только Германии, но и всей Европы или, в зависимости от обстоятельств, как минимум уничтожить её. Но именно Германский Рейх с 1933 года с бесконечным терпением старался сделать государства Юго-Восточной Европы своими торговыми партнерами. Поэтому мы были больше всех заинтересованы в их внутренней государственной консолидации и сохранении в них порядка. Вторжение России в Румынию и союз Греции с Англией угрожали вскоре превратить и эти территории в арену всеобщей войны.
Вопреки нашим принципам и обычаям я в ответ на настоятельную просьбу тогдашнего румынского правительства, которое само было повинно в таком развитии событий, дал совет ради мира уступить советскому шантажу и отдать Бессарабию.
Но румынское правительство считало, что сможет оправдать этот шаг перед своим народом лишь при том условий, если Германия и Италия в порядке возмещения ущерба, дадут как минимум гарантию нерушимости границ оставшейся части Румынии.
Я сделал это с тяжелым сердцем. Причина понятна: если Германский Рейх дает гарантию, это означает, что он за нее ручается. Мы не англичане и не евреи.
Я верил до последнего часа, что послужу делу мира в этом регионе, даже если приму на себя тяжелые обязательства. Но чтобы окончательно решить эти проблемы и уяснить русскую позицию по отношению к Рейху, испытывая давление постоянно усиливающейся мобилизации на наших восточных границах, я пригласил господина Молотова в Берлин.
Советский министр иностранных дел потребовал прояснения позиции или согласия Германии по следующим 4 вопросам:
1-й вопрос Молотова:
Будет ли германская гарантия Румынии в случае нападения Советской России на Румынию направлена также против Советской России?
Мой ответ:
Германская гарантия имеет общий и обязательный для нас характер. Россия никогда не заявляла нам, что, кроме Бессарабии, у нее вообще есть в Румынии еще какие-то интересы 7). Оккупация Северной Буковины уже была нарушением этого заверения. Поэтому я не думаю, что Россия теперь вдруг вознамерилась предпринять какие-то дальнейшие действия против Румынии.
2-й вопрос Молотова:
Россия опять ощущает угрозу со стороны Финляндии 8) и решила, что не будет этого терпеть. Готова ли Германия не оказывать Финляндии поддержки и, прежде всего, немедленно отвести назад немецкие войска, которые продвигаются к Киркенесу на смену прежним?
Мой ответ:
Германия по-прежнему не имеет в Финляндии никаких политических интересов, однако правительство Германского рейха не могло бы терпимо отнестись к новой войне России против маленького финского народа, тем более мы никогда не могли поверить в угрозу России со стороны Финляндии. Мы вообще не хотели бы, чтобы Балтийское море опять стало театром военных действий.
3-й вопрос Молотова:
Готова ли Германия согласиться с тем, что Советская Россия предоставит гарантию Болгарии и советские войска будут для этой цели посланы в Болгарию, причем он, Молотов, хотел бы заверить, что это не будет использовано как повод, например, для свержения царя?
Мой ответ:
Болгария — суверенное государство, и мне неизвестно, обращалась ли вообще Болгария к Советской России с просьбой о гарантии подобно тому, как Румыния обратилась к Германии. Кроме того, я должен обсудить этот вопрос с моими союзниками.
4-й вопрос Молотова:
Советской России при любых обстоятельствах требуется свободный проход через Дарданеллы, а для его защиты необходимо создать несколько важных военных баз на Дарданеллах и на Босфоре. Согласится с этим Германия или нет?
Мой ответ:
Германия готова в любой момент дать свое согласие на изменение статуса проливов, определенного соглашением в Монтрё 9) в пользу черногорских государств, но Германия не готова согласиться на создание русских военных баз в проливах.
Национал-социалисты! Я занял в данном вопросе позицию, которую только и мог занять как ответственный вождь Германского рейха и как сознающий свою ответственность представитель европейской культуры и цивилизации. Результатом стало усиление советской деятельности, направленной против Рейха, прежде всего, немедленно был начат подкоп под новое румынское государство, усилились и попытки с помощью пропаганды свергнуть болгарское правительство.
С помощью запутавшихся, незрелых людей из румынского Легиона удалось инсценировать государственный переворот 10), целью которого было свергнуть главу государства генерала Антонеску, ввергнуть страну в хаос и, устранив законную власть, создать предпосылки для того, чтобы обещанные Германией гарантии не могли вступить в силу.
Несмотря на это, я продолжал считать, что лучше всего хранить молчание.
Сразу же после краха этой авантюры опять усилилась концентрация русских войск на восточной границе Германии. Танковые и парашютные войска во все большем количестве перебрасывались на угрожающе близкое к германской границе расстояние. Германский Вермахт и германская родина знают, что еще несколько недель назад на нашей восточной границе не было ни одной немецкой танковой или моторизованной дивизии.
Но если требовалось последнее доказательство того, что, несмотря на все опровержения и маскировку, возникла коалиция между Англией и Советской Россией, то его дал югославский конфликт.
Пока я предпринимал последнюю попытку умиротворения Балкан и, разумеется, вместе с дуче предложил Югославии присоединиться к Тройственному пакту 11), Англия и Советская Россия совместно организовали путч 12), и за одну ночь устранили тогдашнее правительство, готовое к взаимопониманию. Сегодня об этом можно рассказать немецкому народу: антигерманский государственный переворот в Сербии произошел не только под английскими, но и, прежде всего, под советскими знаменами. Поскольку мы промолчали и об этом, советское руководство сделало следующий шаг. Оно не только организовало путч, но и несколько дней спустя заключило со своими новыми ставленниками известный договор о дружбе 13), призванный укрепить волю Сербии оказать сопротивление умиротворению на Балканах и натравить ее на Германию. И это не было платоническим намерением. Москва требовала мобилизации сербской армии.
Поскольку я продолжал считать, что лучше не высказываться, кремлевские правители сделали еще один шаг.
Правительство германского рейха располагает сегодня документами, из которых явствует, что Россия, чтобы окончательно втянуть Сербию в войну, обещало ей поставить через Салоники оружие, самолеты, боеприпасы и прочие военные материалы против Германии. И это происходило почти в тот самый момент, когда я еще советовал японскому министру иностранных дел д-ру Мацуоке добиваться разрядки с Россией, все еще надеясь послужить этим делу мира.
Только быстрый прорыв наших несравненных дивизий к Скопье 14) и занятие самих Салоник 15) воспрепятствовали осуществлению этого советско-англосаксонского заговора. Офицеры сербских ВВС улетели в Россию и были приняты там как союзники. Только победа держав Оси на Балканах сорвала план втянуть Германию этим летом в многомесячную борьбу на юго-востоке, а тем временем завершить сосредоточение советских армий, усилить их боевую готовность, а потом вместе с Англией, с надеждой на американские поставки, задушить и задавить Германский Рейх и Италию.
Тем самым Москва не только нарушила положения нашего пакта о дружбе, но и жалким образом его предала. И в то же время правители Кремля до последней минуты, как и в случаях с Финляндией и Румынией, лицемерно уверяли внешний мир в своем стремлении к миру и дружбе и составляли внешне безобидные опровержения.
Если до сих пор обстоятельства вынуждали меня хранить молчание, то теперь настал момент, когда дальнейшее бездействие будет не только грехом попустительства, но и преступлением против немецкого народа и всей Европы.
Сегодня на нашей границе стоят 160 русских дивизий. В последние недели имеют место непрерывные нарушения этой границы, не только нашей, но и на дальнем севере и в Румынии 16). Русские летчики забавляются тем, что беззаботно перелетают эту границу, словно хотят показать нам, что они уже чувствуют себя хозяевами этой территории. В ночь с 17 на 18 июня русские патрули снова вторглись на территорию рейха и были вытеснены только после длительной перестрелки. Но теперь настал час, когда необходимо выступить против этого заговора еврейско-англосаксонских поджигателей войны и тоже еврейских властителей большевистского центра в Москве.
Немецкий народ! В данный момент осуществляется величайшее по своей протяженности и объему выступление войск, какое только видел мир. В союзе с финскими товарищами стоят бойцы победителя при Нарвике 17) у Северного Ледовитого океана. Немецкие дивизии под командой завоевателя Норвегии 18) защищают вместе с финскими героями борьбы за свободу под командованием их маршала 19) финскую землю. От Восточной Пруссии до Карпат развернуты соединения немецкого восточного фронта. На берегах Прута и в низовьях Дуная до побережья Черного моря румынские и немецкие солдаты объединяются под командованием главы государства Антонеску.
Задача этого фронта уже не защита отдельных стран, а обеспечение безопасности Европы и тем самым спасение всех.
Поэтому я сегодня решил снова вложить судьбу и будущее Германского рейха и нашего народа в руки наших солдат. Да поможет нам Господь в этой борьбе!
Подпись:
АДОЛЬФ ГИТЛЕР
(см. примечание №20).

Примечания
1) Это обращение рейхсминистр д-р Геббельс зачитал 22 июня 1941 год в 5,30 утра в специальной передаче Великогерманского радио.
Одновременно Фюрер отдал приказ солдатам восточного фронта, почти буквально совпадавший с данным обращением, который заканчивался словами:
«Немецкие солдаты! Вы вступаете теперь в жестокую борьбу и на вас лежит тяжелая ответственность, ибо судьба Европы, будущее Германского Рейха, бытие нашего народа лежит отныне только в ваших руках. Да поможет вам в этой борьбе Господь Бог!»
2) Это сказал председатель Совета министров Франции Жорж Клемансо во время парижской мирной конференции в 1919 году в интервью одному французскому корреспонденту.
3) Британские гарантии были даны в 1939 году Польше (31 марта), Греции и Румынии (13 апреля), а также Турции (12 мая).
4) Председателем совета министров Литвы был бригадный генерал Ионас Церниус.
5) Мирное предложение было сделано 6 октября 1939 года.
6) Председателем министров Румынии был Георге Татареску (с 25 ноября 1939 года).
7) Нарком иностранных дел Молотов заявил на 6-й сессии Верховного Совета 29 марта 1940 года: «Между Советским Союзом и Румынией нерешенной и спорной проблемой остается бессарабский вопрос. Советское правительство никогда не признавало аннексию Бессарабии Румынией (весной 1920 года), но никогда и не высказывалось против с какими-то конкретными обязательствами».
8) Что касается финско-советского мирного договора от 12 марта 1940 года , по которому Финляндии пришлось уступить СССР большие части своей территории, то позже, как сказал финский президент Ристо Рюти в своей речи по радио 26 июня 1941 года, «представители Советского Союза выражали мнение, что этот договор гарантирует безопасность Ленинграда, для защиты которого Советский Союз предпринял военные действия. Советские делегаты на переговорах заверяли также, что этот мирный договор гарантирует безопасность мурманской железной дороги к северо-востоку от Ладоги, которую Советский Союз считал важной коммуникацией». Но советское правительство дезавуировало и эти заявления.
9) Соглашение о проливах, заключенное в Монтрё 20 июня 1936 года, регулировало прохождение торговых и военных судов через Дарданеллы.
10) Попытка путча в Румынии была предпринята «Железной гвардией» 23-24 января 1941 года.
11) Югославия присоединилась к Тройственному пакту 25 марта 1941 года.
II) Переворот в Югославии произошел 27 марта 1941 года. Правительство Цветковича было свергнуто.
13) Договор о дружбе между СССР и Югославией был заключен 5 апреля 1941 года.
14) В коммюнике германского Вермахта от 9 апреля 1941 г. сообщалось: «Мобильные войска и пехотные дивизии под командованием генерал-фельдмаршала Листа, выступив из Болгарии, прорвали югославскую оборону на границе, несмотря на трудные условия горной местности продвинулись на 100 км вглубь долины Ускюб (Скопле) и форсировали реку Вирдар, отрезав тем самым югославские войска от греко-английских».
15) Коммюнике Вермахта от 10 апреля 1941 г.: «Продвигающиеся из Югославии по долине реки Вирдар танковые части заняли Салоники».
16) Об этом говорилось в румынской ответной ноте на британский ультиматум от 30 ноября 1941 года, опубликованной 7 декабря: «После первых успехов агрессии СССР против Румынии (в июне 1940 года) провокации советского правительства не прекратились, в чем выразилось намерение СССР продолжать свою экспансию. Доказательством служат непрерывные вторжения русских самолетов, которые с апреля по июнь 1941 года, несмотря на все протесты Румынии, от двух до семи раз в день залетали на румынскую территорию, что свидетельствовало о подготовке военных операций, а также о сосредоточении огромных сил на северной и юго-восточной границе Румынии с явно наступательными целями. Имели место и постоянно провоцировавшиеся разведывательными отрядами конфликты. Советские вооруженные силы, стянутые на границу Румынии, насчитывали 30 пехотных дивизий, 8 кавалерийских дивизионов и 14 моторизованных бригад».
17) Генерал горнострелковых войск Эдуард Дитль, горный корпус которого с сентября 1940 по май 1941 года находился в Северной Норвегии, а позже в районе Киркинеса. 29 июня 1941 года этот корпус вступил в бой с советскими войсками. После того, как 15 января 1942 года Дитлю были починены все немецкие и финские войска в Северной Финляндии, Фюрер во время своего визита в Финляндию по случаю 75-летия маршала Маннергейма произвел его в генерал-полковники.
19) Барон Карл Густав Маннергейм, — его, как главнокомандующего финской армией, по случаю взятия Выборга 30 августа 1941 года. Фюрер в тот же день наградил рыцарским крестом, который по поручению Фюрера был вручен ему генералом Йодлем 4 сентября. В день 75-летия (4 июня 1942 года) Фюрер лично поздравил его и вручил ему большой золотой крест Ордена германского орла, высшую германскую награду.
20) О предыстории германо-советского конфликта Гитлер рассказал в речи перед своими старыми соратниками в пивной Лёвенбройкеллер в Мюнхене 8 ноября 1941 года:
«Когда мы вели наступление на Западе, Советская Россия начала наступление на Востоке. Был момент, когда мы имели в Восточной Пруссии три дивизии, тогда как Россия мобилизовала в прибалтийском регионе 22. И они усиливались из месяца в месяц. От нас это не укрылось. Мы могли точно установить, где, как и когда передвигается каждое отдельное соединение и делали это почти каждый месяц. С ,этцм была связана огромная работа на нашем фронте, что тоже не осталось без внимания. На протяжении нескольких месяцев русские начали строить и частично уже построили не сто, а 900 аэродромов. Нетрудно было понять, с какой целью происходит такое гигантское, выходящее за пределы воображения, массовое сосредоточение русских ВВС. Плюс к этому началось создание базы для наступления, базы столь мощной, что по одному этому можно было судить о масштабах готовящегося наступления. Параллельно в неслыханных размерах увеличилось производство вооружений. Строились новые заводы, о которых вы, товарищи, не имеете представления. Там, где два года назад была деревня, сегодня стоит завод, на котором работают 65.000 человек. Рабочие живут в землянках, только заводские корпуса и административные здания ГПУ спереди выглядят как дворцы, а сзади это тюрьмы с камерами для самых жестоких пыток. Параллельно с этим шла переброска войск к нашей границе не только изнутри страны, но даже с Дальнего Востока этой мировой империи. Число дивизий превысило 100, потом 120, 140, 150, 170.
Находясь под впечатлением этих данных, я пригласил тогда Молотова в Берлин. Вы знаете результаты берлинских переговоров (12-14 ноября 1940 года). Они не оставили никакого сомнения в том, что Россия решила начать наступление самое позднее осенью этого года, а, может быть, уже летом. От нас требовали, чтобы мы сами, так сказать, мирно открыли ворота для этого наступления. Но я не принадлежу к тем людям, которые, как скот, сами идут на бойню. Поэтому я тогда в Берлине быстро распрощался с Молотовым. Мне стало ясно, что жребий брошен и что события неизбежно примут самый трагический оборот.
Это подтверждалось деятельностью Советской России, прежде всего, на Балканах, той подпольной деятельностью, которую мы в Германии хорошо знаем по собственному опыту. Повсюду большевистские агенты, повсюду новые евреи и подрывная литература. Началась подпольная работа, которую вскоре уже нельзя было больше скрывать, да ее и не хотели скрывать. И у нас начали вести новую пропаганду. Правда, она не имела успеха — сказалась эффективность проделанной национал-социалистами работы.
Наконец, настал момент, когда о завершении русской подготовки к наступлению можно было судить по тому, что, за исключением пары дивизий вокруг Москвы, которые явно держали для защиты от собственного народа, и нескольких дивизий на Востоке, все остальные были на западном фронте. К тому же в Сербии разразилось организованное Россией известное вам восстание 27 марта 1941 года — путч, затеянный большевистскими агентами и английскими эмиссарами, и сразу же, 5 апреля 1941 года, был заключен пакт о дружбе между Россией и Сербией. Тогда г-н Сталин был убежден, что эта кампания, может быть, задержит нас на целый год и что тогда скоро наступит момент, когда он сможет, наконец, выступить на сцену, используя не оружие, а свой гигантский людской резервуар. Но сегодня я могу впервые сказать: мы знали об этом кое-что еще.
В 1939 году 4,9 и 30 июля 1940 года в Лондоне состоялись несколько т.н. закрытых заседаний британской Палаты общин, и на этих закрытых заседаниях г-н Черчилль, накачавшись виски, выражал свои мысли, свои надежды и в конце концов своё убеждение в том, что Россия дрейфует в сторону Англии и что он имеет абсолютно достоверные сведения от мистера Криппса, что максимум через год-полтора Россия выступит на сцену, поэтому нужно продержаться еще год-полтора. На этом основывалась непонятная тогда смелость этого господина. Но мы всё время были в курсе.
Я сделал из этого соответствующие выводы. Во-первых, нужно было освободиться на юго-восточном фланге. Сегодня, зная всё, что произошло, мы можем лишь поблагодарить Муссолини за то, что он еще 28 октября 1940 года вскрыл этот гнойник. Нам удалось еще весной за несколько недель окончательно решить эту проблему с помощью поддерживающих нас европейских государств (Венгрии, Румынии и Болгарии) и блестяще закончить кампанию занятием Крита 1 июня 1941 года, заперев тем самым Дарданеллы.
Я уже много говорил об успехах нашего Вермахта. В ходе этой кампании как сухопутные войска, так и авиация покрыли себя славой.
После этого я стал следить за каждым движением нашего великого противника на Востоке. С апреля по май я, можно сказать, непрерывно находился на наблюдательном пункте и отслеживал все процессы, исполненный решимости в любой момент, как только мне станет ясно, что противник готовится к наступлению, в случае необходимости опередить его на 24 часа.
В середине июня признаки стали угрожающими, а во второй половине июня не осталось никаких сомнений в том, что речь идет о неделях или даже днях. И тогда я отдал приказ выступить 22 июня. Поверьте мне, старые товарищи, это было самое трудное решение за всю мою жизнь, решение, о котором я знал, что оно втянет нас в очень тяжелую борьбу, но надеялся, что шансы выиграть ее тем больше, что быстрый мы опередим другую сторону.
Какова была тогда ситуация? Не Западе мы обеспечили свою безопасность. При этом я хотел бы сразу предупредить. В лагере наших противников есть гениальные политики, которые говорят теперь, что я знал, что на нас не нападут с Запада, поэтому осмелился начать наступление ва Востоке. Этим гениям я могу только сказать: они недооценивают мою осторожность. Я провел такую подготовку на Западе, что они могут начать в любой момент. Если господам англичанам захочется предпринять наступление в Норвегии, на побережье Германии, в Голландии, Бельгии или во Франции, мы можем только сказать: «Давайте! Вы уйдете еще быстрей, чем пришли». Мы привели сегодня эти побережья в иное состояние, нежели то, в каком они были еше год назад. Работа там была проведена с национал-социалистической основательностью. Руководил большей частью этой работой — достаточно назвать лишь одно имя — наш товарищ Тодг.
Разумеется, работы там продолжаются непрерывно. Вы знаете меня со времени основания партии. Я никогда не успокаиваюсь, и если где-нибудь стоят десять батарей, то к ним из предосторожности добавляются еще пять, а там, где стоят 15 — ещё пять и ещё, благо наши противники поставляют нам достаточное количество батарей.
Мы оставили везде достаточно сил, чтобы быть готовыми в любой момент отразить нападение. Его не произошло? Тем лучше. Я против кровопролития. Но если они придут, то, как уже сказано, уйдут еще быстрее. В этом мы уверены.
На Балканах мы также себя обезопасили. В Северной Африке нам также удалось совместными усилиями установить стабильный порядок. Финляндия изъявила готовность выступить на нашей стороне, Румыния тоже. Болгария также осознавала опасность и не делала ничего, что могло бы причинить нам вред. Венгрия тоже поняла, что наступает великий исторический час и приняла героическое решение. Так что, когда настало 22 июня, я, осознавая свою ответственность перед собственной совестью, решил предупредить нависшую угрозу, может быть, с опережением всего на несколько дней».

Франц Гальдер

08.05.2021, 04:58

http://militera.lib.ru/db/halder/1941_06.html

Утренние сводки {1} сообщают, что все армии, кроме 11-й [на правом фланге группы армий «Юг» в Румынии], перешли в наступление согласно плану{2}. Наступление наших войск, по-видимому, явилось для противника на всем фронте полной тактической внезапностью.
Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности. О полной неожиданности нашего наступления для противника{3}свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать. Можно ожидать еще большего влияния элемента внезапности на дальнейший ход событий в результате быстрого продвижения наших подвижных частей, для чего в настоящее время всюду есть полная возможность. Военно-морское командование также сообщает о том, что противник, видимо, застигнут врасплох. За последние дни он совершенно пассивно наблюдал за всеми проводившимися нами мероприятиями и теперь сосредоточивает свои военно-морские силы в портах, очевидно опасаясь мин.
11.00 — Паулюс сообщил о заявлении статс-секретаря Вейцзеккера. Англия, узнав о нашем нападении на Россию, сначала почувствует облегчение и будет радоваться «распылению наших сил»{4}. Однако при быстром продвижении германской армии ее настроение вскоре омрачится, так как в случае разгрома России наши позиции в Европе крайне усилятся.
Вопрос о готовности Англии к соглашению с нами он оценивает следующим образом: имущие классы Англии будут стремиться к соглашению, которое предоставило бы нам свободу действий на Востоке, при условии, конечно, что с нашей стороны последуют уступки в вопросе о Бельгии и. Голландии. Если это направление возьмет верх, то Черчиллю придется [26] уйти в отставку, так как он опирается на лейбористскую партию, которая в противоположность имущим классам не заинтересована в мире. Такой мир снова дал бы власть в руки имущих классов, в то время как лейбористская партия сама стремится к власти. Следовательно, она будет продолжать борьбу до тех пор, пока имущие классы не будут окончательно отстранены от власти. На каких условиях лейбористская партия пойдет на соглашение с Германией, сказать сейчас невозможно. Совершенно очевидно ее резко отрицательное отношение к национал-социализму, так как лейбористская партия находится под сильным влиянием евреев и связана с коммунистами. Во всяком случае, пока что лейбористская партия не склонна к какому-либо соглашению.
На Дальнем Востоке маловероятно, чтобы Япония выступила против Англии. Скорее, как Япония, так и Америка будут избегать втягивания в войну. Германия заинтересована в том, чтобы удержать их обеих от вступления в войну, так как в противном случае война станет необозрима по продолжительности и средствам ее ведения и заключение мира в будущем станет крайне сложной и трудной проблемой{5}.
Кинцель, Мацки:
а. Русская моторизованная псковская группа (оперативный резерв) обнаружена в 300 км южнее предполагавшегося ранее района ее сосредоточения. Она находится южнее Западной Двины! Это только выгодно для нас.
б. О подтверждении дислокации различных русских соединений.
Перехвачена русская радиограмма: «Штаб 3-й армии разбит. Пришлите истребители».
в. Положение в Сирии стало критическим{6}. Дамаск взят англичанами. Английские моторизованные соединения продвигаются с востока на Пальмиру.
12.00 — Поступили сведения о том, что русские восстановили свою международную радиосвязь, прерванную сегодня утром. Они обратились к Японии с просьбой представлять интересы России по вопросам политических и экономических отношений между Россией и Германией и ведут оживленные переговоры по радио с германским министерством иностранных дел.
Капитан 1 ранга Дойке доложил о боевых действиях на море. Русские проявляют пассивность.
13. 30 — Из оперативного отдела доложили:
а. Командование ВВС сообщило, что наши военно-воздушные силы уничтожили 800 самолетов противника (1-й воздушный флот — 100 самолетов, 2-й воздушный флот — 300 самолетов, 4-й воздушный флот — 400 самолетов). Нашей авиации удалось без потерь заминировать подходы к Ленинграду с моря. Немецкие потери составляют до сих пор 10 самолетов{7}. [27]
б. Командование группы армий «Юг» доложило, что наши патрули, не встретив сопротивления, переправились через Прут между Галацем и Хуши и между Хуши и Яссами. Мосты в наших руках.
Во второй половине дня поступили донесения об успешном продвижении наших войск, в особенности севернее Бреста (группа Гота) и на фронте 4-й танковой группы (Гёпнер).
Италия объявила войну России {8}.
Общая картина первого дня наступления представляется следующей:
Наступление германских войск застало противника врасплох. Боевые порядки противника в тактическом отношении не были приспособлены к обороне; Его войска в пограничной полосе были разбросаны на обширной территории и привязаны к районам своего расквартирования. Охрана самой границы была в общем слабой.
Тактическая внезапность привела к тому, что сопротивление противника в пограничной зоне оказалось слабым и неорганизованным, в результате чего нам всюду легко удалось захватить мосты через водные преграды и прорвать пограничную полосу укреплений на всю глубину (укрепления полевого типа).
После первоначального «столбняка», вызванного внезапностью нападения, противник перешел к активным действиям. Без сомнения, на стороне противника имели место случаи тактического отхода, хотя и беспорядочного. Признаков же оперативного отхода нет и следа. Вполне вероятно, что возможность организации такого отхода была просто исключена. Ряд командных инстанций противника, как, например, в Белостоке [штаб 10-й армии], полностью не знал обстановки, и поэтому на ряде участков фронта почти отсутствовало руководство действиями войск со стороны высших штабов.
Но даже независимо от этого, учитывая влияние «столбняка», едва ли можно ожидать, что русское командование уже в течение первого дня боев смогло составить себе настолько ясную картину обстановки, чтобы оказаться в состоянии принять радикальное решение.
Представляется, что русское командование благодаря своей неповоротливости в ближайшее время вообще не в состоянии организовать оперативное противодействие нашему наступлению{9}. Русские вынуждены принять бой в той группировке, в которой они находились к началу нашего наступления.
Наши наступающие дивизии всюду, где противник пытался оказать сопротивление, отбросили его и продвинулись с боем в среднем на 10-12 км! Таким образом, путь подвижным соединениям открыт.
На фронте группы армий «Юг» уже в середине дня группа Клейста{10}смогла начать наступление своими северным и [28] центральным корпусами. Если она уже сегодня, что представляется вполне вероятным, успеет выйти к реке Стырь, то завтра и послезавтра ее задача будет состоять в том, чтобы расчленить и разгромить по частям моторизованную группу противника, находящуюся восточнее реки Стырь. Это обеспечит ей [группе Клейста] в дальнейшем выход на оперативный простор.
На фронте группы армий «Центр» правый фланг танковой группы Гудериана{11} (3-я и 4-я танковые дивизии) задержался при продвижении через труднопроходимый лесной массив (сомнительно, чтобы этого нельзя было избежать) и в лучшее случае вечером выйдет на автостраду Брест — Минск. Северный фланг танковой группы [Лемельзен (47-й моториз. корпус)] прорвал оборону противника и вышел на оперативный простор. Два ближайших дня покажут, удастся ли Гудериану покончить с моторизованной группой противника, находящейся в районе Минска. Если эта моторизованная группа будет разбита, то оперативный успех танковой группы Гудериана будет обеспечен.
Севернее Белостока танковая группа Гота{12} добилась наиболее крупных успехов. Стремительным броском она преодолела лесисто-озерный район, вышла к реке Неман и захватила неповрежденными важнейшие переправы через Неман у Алитуса и Меркене. Танковая группа рассеяла части восьми дивизий противника, брошенных ей навстречу. Теперь перед фронтом танковой группы Гота действуют только разрозненные части противника. Организованное сопротивление отсутствует. На этом участке наши войска, видимо, обеспечили себе свободу действий.
На фронте группы армий «Север» танковая группа Гёпнера{13}, ведя успешные бои, продвинулась до реки Дубисса и овладела двумя неразрушенными переправами. На этом участке в ближайшие дни следует ожидать появления свежих сил противника из глубины, которые будут пытаться приостановить наше наступление.
Задачи групп армий остаются прежними. Нет никаких оснований для внесения каких-либо изменений в план операции. Главному командованию сухопутных войск не приходится даже отдавать каких-либо дополнительных распоряжений. Решение о боевом использовании 11-й армии еще не созрело{14}.
Хотя наши штурмовые группы уже пересекли в нескольких местах реку Прут и захватили мосты, однако признаков того, что русские намереваются очистить всю территорию между Прутом и Днестром, пока не имеется.
Словакия{15} предлагает немедленно предоставить в наше распоряжение одну подвижную группу в составе усиленного полка, которая к вечеру 23.6 сосредоточится в Прешове. Германское командование выразило свое согласие на участие этой группы в наступлении. Группа будет передана в 17-ю армию. [29]
Далее к 25.6 будут готовы две спешно отмобилизованные дивизии, которые также будут переданы в 17-ю армию{16}.
Венгрия выставила на своей границе прикрытие: две пехотные и три подвижные бригады (последние — во втором эшелоне), объединенные под командованием 8-го [венгерского] армейского корпуса. Никаких политических требований к Венгрии предъявлено не будет. Если военное руководство этих стран хочет участвовать в войне на нашей стороне, то оно должно заставить своих политических деятелей пойти вместе с ним по этому пути{17}.
Командование ВВС сообщило, что за сегодняшний день уничтожено 850 самолетов противника, в том числе целые эскадрильи бомбардировщиков, которые, поднявшись в воздух без прикрытия истребителей, были атакованы нашими истребителями и уничтожены{18}.

Кадет Биглер

09.05.2021, 04:34

http://www.bigler.ru/search.php

День памяти и скорби. Начало Великой Отечественной войны советского народа против фашистских захватчиков. В 4 ч. 15 мин. Д.В. Кокорев тараном сбил До-215. А всего в этот день было 16 таранов.

Дмитрий Стребков

10.05.2021, 06:23

http://iz.ru/609167/gallery/chto-pisali-izvestiia-v-den-nachala-voiny-v-raznye-gody
22 июня 2017, 00:00

Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1946 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1951 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1961 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1965 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1965 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1971 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1985 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1985 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1991 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1996 года
Фото: архив «ИЗВЕСТИЙ»

22 июня 1996 года

Дмитрий Окунев

11.05.2021, 05:04

https://www.gazeta.ru/science/2021/05/10_a_13587656.shtml
80 лет назад Рудольф Гесс перелетел из Германии в Великобританию
10.05.2021, 14:32

Адольф Гитлер и Рудольф Гесс Адольф Гитлер и Рудольф Гесс
Globallookpress.com
10 мая 1941 года заместитель Адольфа Гитлера в НСДАП Рудольф Гесс совершил поступок, который поставил в тупик не только агентов всех секретных служб, но и самого фюрера. Имперский министр без портфеля неожиданно перелетел в Великобританию на самолете Messerschmitt для переговоров с англичанами о мире. Однако миссия провалилась. Англичане объявили Гесса военнопленным, а Гитлер был вынужден признать своего заместителя сумасшедшим. Он пробыл в тюрьмах до 1987 года, когда, как считается, покончил с собой.
Rambler-почта
Mail.ru
Yandex
Gmail
Отправить письмо
Скопировать ссылку
Главное в сети
Выяснили подробности про ветерана, которому Путин поправлял куртку
Мировые знаменитости обратились к Путину с очень странной просьбой
В Китае нашли ошибку в плане США по захвату России
Синоптик предупредил о наступлении новой климатической эпохи в Москве
Заявившая о домогательствах Елена Проклова ответила вдове Табакова
Читайте также

Невидимый враг: чем опасен COVID-19 для детей
Чумовой капитал и не только: как Ямал поддерживает коренные народы
Рабочие советы: чем живут профсоюзы без бюрократии
Большая перемена: 5 глобальных трендов постковидной эпохи

Вскоре после разгрома Югославии и Греции, 4 мая 1941 года, Адольф Гитлер обратился с речью к рейхстагу. Он заявил, что нацистское государство «просуществует тысячу лет». Рядом с фюрером стояли его заместитель в НСДАП Рудольф Гесс и рейхсминистр авиации Герман Геринг. Окончив выступление, Гитлер с глазу на глаз пообщался с Гессом. Вероятно, именно тогда обсуждался план таинственной миссии помощника Гитлера, которая за 80 лет обросла множеством конспирологических теорий и считается одной из главных загадок XX века.

После разговора на повышенных тонах собеседники вышли из кабинета в приемную, где Гитлер якобы бросил фразу: «Вы были и остаетесь старым упрямцем, Гесс». Предполагается, что и фюрер, и его зам хотели заключить некое соглашение с британцами. Гесс намеревался найти единомышленников внутри самой Англии, с помощью которых получилось бы сместить премьер-министра Уинстона Черчилля, которого нацисты считали своим главным врагом.

В то время Гесс занимал в нацистской иерархии третье место после Гитлера и Геринга. Он увлекался мистикой и астрологией, верил, что судьбу человека определяют звезды. Готовясь к перелету в Англию, Гесс взял с собой гомеопатические препараты и флакон с эликсиром, привезенным из Тибета шведским исследователем Свеном Гедином. При себе он также имел фотоаппарат, карту Шотландии и визитную карточку Альбрехта Хаусхофера. Согласно официальной версии, целью полета Гесса являлись переговоры с герцогом Гамильтоном, служившим в чине подполковника в королевских ВВС недалеко от Эдинбурга. Гесс познакомился с ним на Олимпийских играх 1936 года в Берлине. Теперь высокопоставленный нацист хотел склонить герцога к сотрудничеству. Как отмечал историк Энтони Бивор, в возможности заключения мира с англичанами Гесса убедили астрологи.

В те дни вовсю шла подготовка плана «Барбаросса». Гесс полагал, что вторжение в СССР обернется для Германии катастрофой.

Он выбрал дату вылета в соответствии с гороскопом. 10 мая 1941 года Гесс в коричневом комбинезоне перелетел через Ла-Манш на самолете Ме-110 и спустился на парашюте недалеко от поместья Гамильтона в Шотландии южнее Глазго, сломав лодыжку при ударе о хвост воздушного судна. Крушение Messerschmitt привлекло внимание местных жителей. Уже через несколько минут после приземления Гесса поймал фермер Дэвид Маклин. Летчик назвался ему офицером Альфредом Горном и потребовал приема у Гамильтона.

Впрочем, миссия Гесса ознаменовалась полным провалом. Его объявили военнопленным и отправили в госпиталь. Там нациста посетил герцог, которому Гесс назвал свое настоящее имя. После этого Гамильтон позвонил Черчиллю и доложил о прибытии в Великобританию заместителя Гитлера. Премьер-министр не поверил невероятной новости и предпочел досмотреть комедийный фильм.

Сам герцог утверждал, что не помнит Гесса по Олимпиаде пятилетней давности. Чуть позже он предоставил Черчиллю полный отчет о своем общении с Гессом. Гамильтону пришлось пройти специальную проверку. Государственный секретарь авиации Арчибальд Синклер докладывал Палате общин, что «поведение герцога Гамильтона было во всех отношениях добросовестным и надлежащим».

Гесс прибыл в Великобританию в неудачное время: его перелет совпал с одним из самых тяжелых за все время налетов немецкой авиации. Бомбардировщики люфтваффе атаковали Гулль и Лондон, нанеся урон Вестминстерскому аббатству и Палате общин, Британскому музею и больницам в Сити, Тауэру и городским докам. Разгневанные бомбежками англичане и слышать не хотели о переговорах с нацистами.

11 мая 1941-го Гитлеру доставили прощальное письмо Гесса, в котором тот предложил назвать его сумасшедшим в случае неудачи. Если верить воспоминаниям очевидцев, после прочтения совершенно растерянный Гитлер упал на стул со словами: «Боже, боже! Он перелетел туда!». А встретившийся с ним 2 июня Бенито Муссолини утверждал, что фюрер плакал, говоря о Гессе.

Оправившись от потрясения, Гитлер вызвал к себе Геринга. Доставивший письмо адъютант Гесса Карл Хайнц Пинч был арестован на месте. Аналогичная участь ждала и других приближенных лиц.

Гитлер боялся, что Гесса заставят выступить по радио с предложением мирного договора с Великобританией – это могло внести раздор между Германией и ее союзниками.

12 мая было опубликовано официальное сообщение НСДАП. В нем утверждалось, что у Гесса психическое расстройство и галлюцинации. Это сильно ударило по репутации нацистской партии. Получалось, что заместителем Гитлера долгое время являлся душевнобольной.

«Странная миссия Гесса вызвала в Лондоне замешательство, в Берлине оцепенение, а в Москве – глубочайшее недоверие, — констатировал историк Бивор. — Английское правительство абсолютно неправильно отреагировало на это событие. Оно должно было тут же прямо заявить, что Гитлер попытался договориться о мире, но его предложение было категорически отвергнуто. Оно этого не сделало, создав тем самым у Сталина убеждение, что полет Гесса был организован английской секретной службой. Он уже давно подозревал, что Черчилль пытается спровоцировать нападение Гитлера на Советский Союз. А теперь он, вероятно, думал: не вошел ли ярый антикоммунист Черчилль в сговор с Германией?»

Осенью 1943 года Гесс потерял память. На Нюрнбергском процессе в ноябре 1945-го он предстал сильно постаревшим и похудевшим. Из-за полной амнезии Гесс не мог раскрыть мотивы и обстоятельства своего перелета в Великобританию. Он не узнавал даже Геринга, не следил за ходом процесса и проводил целые дни в состоянии апатии, уставившись в одну точку.

Гесса признали виновным в военных преступлениях и преступлениях против человечности, приговорив к пожизненному заключению. 17 августа 1987 года 93-летний Гесс, по официальной версии, покончил с собой.

Historical-fact

15.05.2021, 04:11

https://historical-fact.livejournal.com/273929.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2021-05-10 15:16:00 396

Из воспоминаний маршала К.К. Рокоссовского, опубликованных заново (после развала СССР), на этот раз вместе с купюрами из авторской рукописи, изъятыми советской цензурой.

Справка: Константин Константинович Рокоссовский воевал в Первой Мировой, затем в Гражданской войнах. В конце Гражданской командовал кавалерийской бригадой, в 1936 командовал 5-м кав.корпусом. С 17 августа 1937 по 22 марта 1940 года содержался во Внутренней тюрьме Управления госбезопасности НКВД по Ленинградской области. Освобождён в связи с прекращением дела при ходатайстве С. К. Тимошенко к Сталину и реабилитирован. Рокоссовского полностью восстанавливают в правах, в должности и в партии; ему присвоено звание «генерал-майор» и возвращают должность командира 5-го кав. корпуса. В ноябре 1940 года Рокоссовский получает новое назначение на должность командира 9-го механизированного корпуса, который ему предстояло сформировать. К началу войну это был один из слабейших мехкорпусов по комплектации, наполовину вооруженный давно устаревшими танками Т-26.

Начало цитаты (публикуются именно изъятые участки текста):
"В приграничном районе КОВО (Киевский Особый Военный Округ) в то время происходили невероятные вещи. Через границу проходили граждане туда и обратно. К нам шли желающие перейти на жительство в СССР. От нас уходили не желающие оставаться в пределах Советского Союза. Правда, для прохождения через границу были определены пропускные пункты, но передвижение в приграничной полосе таило в себе много неприятностей для нас. В этой же полосе свободно разъезжали на автомашинах переодетые в штатскую одежду немецкие офицеры, получившие разрешение нашего правительства на розыск и эксгумацию захороненных якобы здесь немецких военнослужащих.

Нередки были случаи пролетов немецких самолетов. Стрелять по ним было категорически воспрещено. Характерным был случай, происшедший во время полевой поездки. В районе Ровно произвел вынужденную посадку немецкий самолет, который был задержан располагавшимися вблизи наших солдат. В самолете оказались четыре немецких офицера в кожаных пальто (без воинских знаков). Самолет был оборудован новейшей фотоаппаратурой, уничтожить которую немцам не удалось (не успели). На пленках были засняты мосты и железнодорожные узлы на киевском направлении. Обо всем этом было сообщено в Москву. Каким же было наше удивление, когда мы узнали, что распоряжением, последовавшим из Наркомата обороны, самолет с этим экипажем приказано было немедленно отпустить в сопровождении (до границы) двух наших истребителей. Вот так реагировал центр на явно враждебные действия немцев.

Довольно внимательно изучая характер действий немецких войск в операциях в Польше и во Франции, я не мог разобраться, каков план действий наших войск в данной обстановке на случай нападения немцев. Судя по сосредоточению нашей авиации на передовых аэродромах и расположению складов центрального значения в прифронтовой полосе, это походило на подготовку прыжка вперед, а расположение войск и мероприятия, проводимые в войсках, этому не соответствовали. Даже тогда, когда немцы приступили к сосредоточению своих войск вблизи нашей границы, перебрасывая их с запада, о чем не могли не знать Генеральный штаб и командование КОВО, никаких изменений у нас не произошло. Атмосфера непонятной успокоенности продолжала господствовать в войсках округа…

Стало известно о том, что штаб КОВО начал передислокацию из Киева в Тернополь. Чем это было вызвано, никто нас не информировал. Вообще, должен еще раз повторить, царило какое-то затишье и никакой информации не поступало сверху. Наши печать и радио передавали тоже только успокаивающие сообщения. Во всяком случае, если какой-то план и имелся, то он явно не соответствовал сложившейся к началу войны обстановке, что и повлекло за собой тяжелое поражение наших войск в начальный период войны.

Около четырех часов утра 22 июня дежурным по штабу мне была вручена телефонограмма из штаба 5-й армии с распоряжением о вскрытии особо секретного оперативного пакета, хранившегося в штабе корпуса. В пакете имелась директива, в которой указывалось о немедленном приведении корпуса в боевую готовность и выступлении в направлении Ровно, Луцк и далее.

К началу войны наш корпус был укомплектован людским составом почти полностью, но не обеспечен основной материальной частью: танками и мототранспортом. Обеспеченность этой техникой не превышала 30 процентов положенного по штату количества. Техника была изношена и для длительных действий непригодна. Проще говоря, корпус как механизированное соединение для боевых действий при таком состоянии был небоеспособным. Об этом не могли не знать как штаб КОВО, так и Генеральный штаб." Конец цитаты.

Справка: 9-й мехкорпус (КОВО), штаб — Новоград-Волынский, командир генерал-майор К.К. Рокоссовский. Состав: 20-я и 35-я танковые, 131-я моторизованная дивизии, 32-й мотоциклетный полк. Всего 300 танков, из них БТ — 134, Т-26 — 148, прочих — 18 (100% легких танков). Общая укомплектованность танковых дивизий командно-начальствующим составом составляла 46 %, младшим комсоставом — 48,7 % . Общая укомплектованность личным составом составляла 81,4 %. Остро нехватало бензовозов, грузовиков, ремонтных "летучек" и так далее.

Продолжение. Начало цитаты:
"Конечно, можно было предположить, что противник, упредивший нас в сосредоточении и развертывании у границ своих главных сил, потеснит на какое-то расстояние наши войска прикрытия. Но где-то, в глубине, по реальным расчетам Генерального штаба, должны успеть развернуться наши главные силы. Им надлежало организованно встретить врага и нанести ему контрудар. Почему же этого не произошло?…

Приходилось слышать и читать во многих трудах военного характера, издаваемых у нас в послеоктябрьский период, острую критику русского генералитета, в том числе и русского Генерального штаба, обвинявшегося в тупоумии, бездарности, самодурстве и пр. Но, вспоминая начало Первой мировой войны и изучая план русского Генерального штаба, составленный до ее начала, я убедился в обратном. Тот план был составлен именно с учетом всех реальных особенностей, могущих оказать то или иное влияние на сроки готовности, сосредоточения и развертывания главных сил. Им предусматривались сравнительные возможности России и Германии быстро отмобилизоваться и сосредоточить на границе свои главные силы. Из этого исходили при определении рубежа развертывания и его удаления от границы. В соответствии с этим определялись также силы и состав войск прикрытия развертывания. По тем временам рубежом развертывания являлся преимущественно рубеж приграничных крепостей. Вот такой план мне был понятен.

Какой же план разработал и представил правительству наш Генеральный штаб? Да и имелся ли он вообще?…

Мне остро захотелось узнать, где намечался рубеж развертывания. Предположим, что раньше он совпадал с рубежом наших УРов, отнесенных на соответствующее расстояние от старой границы. Это было реально. Но мог ли этот рубеж сохранить свое назначение и в 1941 году? Да, мог, поскольку соседом стала фашистская Германия. Она уже вела захватническую войну, имея полностью отмобилизованными свои вооруженные силы.

Кроме того, необходимость заставляла учитывать такой важный фактор, как оснащение вооруженных сил новой техникой и вообще новыми средствами, чего не было в прежних армиях. Ведь он обусловил и новый характер ведения войны. К примеру, значительно увеличилась подвижностъ, а стало быть, и маневренность войск на театре военных действий.

Не прибегая к мобилизации, мы обязаны были сохранять и усиливать, а не разрушать наши УРы по старой границе. Неуместной, думаю, явилась затея строительства новых УРов на самой границе на глазах у немцев. Кроме того что допускалось грубейшее нарушение существующих по этому вопросу инструкций, сама по себе общая обстановка к весне 1941 года подсказывала, что мы не успеем построить эти укрепления. Долгом Генерального штаба было доказать такую очевидность правительству и отстоять свои предложения.

Вспомнилась окружная полевая поездка в июне 1941 года, то есть накануне войны, и беседы со многими товарищами, которые здраво оценивали положение, создавшееся к тому времени. Мы сходились во мнении, что немцы развязали себе руки на Западе, готовы к использованию своего преимущества для нападения на СССР. Но неужели это не чувствовали военные руководители центрального и окружного масштаба? Ну, допустим, Генеральный штаб не успел составить реальный план на начальный период войны в случае нападения фашистской Германии. Чем же тогда объяснить такую преступную беспечность, допущенную командованием округа (округами пограничными)? Из тех наблюдений, которые я вынес за период службы в КОВО и которые подтвердились в первые дни войны, уже тогда пришел к выводу, что ничего не было сделано местным командованием в пределах его прав и возможностей, чтобы достойно встретитъ врага.

На мою долю выпала честь всю свою службу в Красной Армии провести в приграничных округах: на Дальнем Востоке, в Забайкалье, в БВО и ЛВО. Это дало мне возможность глубоко изучить задачи, возлагаемые на приграничные войска, а также положения, обязывающие их поддерживать постоянную повышенную боевую готовность, способность в нескольких часов приступить к активным действиям. Соответственно определялась и дислокация войск в мирное время. Кроме того, на период угрожающего положения войска выводились в предусмотренные заблаговременно районы. Все эти вопросы тщательно отрабатывались на военных играх и в полевых поездках в окружном масштабе высшим командным составом. Примерно такая же подготовка велась с командирами в корпусах и дивизиях… Велась, но только не в КОВО. Потому-то войска этого округа с первого же дня войны оказались совершенно неподготовленными к встрече врага. Их дислокация у нашей границы не соответствовала угрозе возможного нападения. Многие ее соединения не имели положенного комплекта боеприпасов и артиллерии, последнюю вывезли на полигоны, расположенные у самой границы, да там и оставили.

То, что произошло 22 июня, не предусматривалось никакими планами, поэтому войска были захвачены врасплох в полном смысле этого слова. Потеря связи штаба округа с войсками усугубила тяжелое положение. Совершенно иначе протекали бы события, если бы командование округа оказалось на высоте положения и предпринимало своевременно соответствующие меры в пределах своих полномочий, проявляя к этому еще и собственную инициативу, а также смелость взять на себя ответственностъ за проведение мероприятий, диктуемых создавшейся у границы обстановкой. А этого сделано не было. Все ожидали указаний свыше.

Могу о том судить хотя бы по содержанию оперативное пакета, который был мною вскрыт в первый день войны. Содержание его подгонялось под механизированный корпус, закончивший период формирования и обеспеченный всем, что положено иметь ему как боевому соединению. А поскольку он находился только в первой, то есть начальной, стадии формирования, то как Генеральным штабом, так и командованием округа должно было быть предусмотрено и его соответствующее место на случай войны. Но в таком состоянии оказался не только 9 мк, но и 19-й, 22-й да другие, кроме 4-го и 8-го, которые начали формироваться значительно раньше и были более-менее способны вступить в бой. Они к тому же имели в своем составе и новые танки Т-34 и КВ.

Сохранение трех упомянутых корпусов (всего таких в КОВО имелось пять) сыграло бы решающую роль в нанесении последующего контрудара совместно с подходившими из глубины страны общевойсковыми армиями. А так они из-за слабого оснащения танками представляли собой плохие пехотные соединения, к тому же не имели и положенного стрелковому соединению вооружения. В то же время задачи ставились исходя из их предназначения, то есть формального названия, а не из возможностей.

Но о чем думали те, кто составлял подобные директивы, вкладывая их в оперативные пакеты и сохраняя за семью замками? Ведь их распоряжения были явно нереальными. Зная об этом, они все же их отдавали, преследуя, уверен, цель оправдать себя в будущем, ссылаясь на то, что приказ для «решительных» действий таким-то войскам (соединениям) ими был отдан. Их не беспокоило, что такой приказ – посылка мехкорпусов на истребление. Погибали в неравном бою хорошие танкистские кадры, самоотверженно исполняя в боях роль пехоты.

Даже тогда, когда совершенно ясно были установлены направления главных ударов, наносимых германскими войсками, а также их группировка и силы, командование округа оказалось неспособным взять на себя ответственность и принять кардинальное решение для спасения положения, сохранить от полного разгрома большую часть войск, оттянув их в старый укрепленный район. Уж если этого не сделал своевременно Генеральный штаб, то командование округа обязано было это сделать, находясь непосредственно там, где развертывались эти трагические события.

Роль командования округа свелась к тому, что оно слепо выполняло устаревшие и не соответствующие сложившейся на фронте и быстро менявшейся обстановке директивы Генерального штаба и Ставки. Оно последовательно, нервозно и безответственно, а главное, без пользы пыталось наложить на бреши от ударов главной группировки врага непрочные «пластыри», то есть неподготовленные соединения и части. Между тем заранее знало, что такими «пластырями» остановить противника нельзя: не позволяли ни время, ни обстановка, ни собственные возможности. Организацию подобных мероприятий можно было наладить где-то в глубине территории, собрав соответствующие для проведения этих мероприятий силы. А такими силами округ обладал, но они вводились в действие и истреблялись по частям."
Конец цитаты.

Источник:
Рокоссовский Константин Константинович "Воспоминания без цензуры" https://www.litmir.me/br/?b=666762&p=4
1940. Мехкорпуса РККА перед войной https://historical-fact.livejournal.com/93890.html

Вyacs

16.05.2021, 03:20

https://byacs.livejournal.com/1063337.html
Пишет byacs (byacs)
2021-05-14 19:54:00

Это начало 1939 г., до известного Пакта. Коммунисты тогда готовились "отражать фашистскую агрессию". Это потом Гитлер вероломно и без объявления развязал Великую Отечественную войну!

Дмитрий Окунев

17.05.2021, 06:42

https://www.gazeta.ru/science/2021/05/15_a_13593740.shtml
80 лет назад немецкий Junkers 52 совершил посадку у стадиона «Динамо»
15.05.2021, 11:21

Global Look Press/mos.ru
15 мая 1941 года в Москве неожиданно приземлился немецкий Junkers 52, беспрепятственно прилетевший из Кенигсберга. Инцидент спровоцировал крупный скандал в советском руководстве. По мнению историков, оплошность службы противовоздушной обороны привела к репрессиям среди командного состава. В свою очередь, готовившиеся к нападению на СССР немцы увидели плохую работу советской системы ПВО.

https://www.gazeta.ru/science/2021/05/15_a_13593740.shtml
Скопировать ссылку

ОТКЛЮЧИТЬ РЕКЛАМУ

Главное в сети

Банда из 29 мужчин похищала девочек от 11 лет: подробности громкого...
Всю Россию ждёт сюрприз: синоптики рассказали, каким будет лето
Синоптик предупредил о приходе 30-градусной жары в Москву
Еще один народный артист России не пережил коронавируса
На Россию надвигается грозная напасть

Читайте также
Невидимый враг: чем опасен COVID-19 для детей
Чумовой капитал и не только: как Ямал поддерживает коренные народы
Рабочие советы: чем живут профсоюзы без бюрократии
Большая перемена: 5 глобальных трендов постковидной эпохи

15 мая 1941 года произошел один из самых загадочных инцидентов предвоенного этапа советской истории. Немецкий самолет Junkers 52, вылетевший из Кенигсберга, пролетел по маршруту Белосток – Минск – Смоленск – Москва и приземлился на центральном аэродроме столицы СССР недалеко от стадиона «Динамо».

Многие детали этого полета до сих пор засекречены и потому не исследованы. Неизвестно даже имя летчика, сидевшего за штурвалом машины. Существует множество предположений относительно целей перелета из нацистской Германии в Советский Союз за пять недель до начала Великой Отечественной войны. Согласно одной из версий, либо сам Адольф Гитлер, либо кто-то другой из высшего руководства Третьего рейха хотел таким способом провести прямые секретные переговоры с Иосифом Сталиным.

Инцидент сравнивали с полетом Рудольфа Гесса в Великобританию.

10 мая 1941 года заместитель фюрера в НСДАП неожиданно пересек Ла-Манш на Messerschmitt Bf-110 и спустился на парашюте недалеко от поместья герцога Гамильтона для переговоров с англичанами о мире. Миссия Гесса ознаменовалась полным провалом. Его объявили военнопленным и отправили в госпиталь, а в Германии признали сумасшедшим. По воспоминаниям очевидцев, узнав о поступке своего помощника, Гитлер впал в настоящую истерику. А встретившийся с ним 2 июня Бенито Муссолини утверждал, что фюрер плакал, говоря о Гессе. Но перелет Junkers 52, вероятно, имел иные причины. Немцам стало понятно, что воздушное пространство СССР охраняется вовсе не так хорошо, как о том кричит советская пропаганда.

К слову, нарушение государственной границы немецкими самолетами в предвоенный период носило массовый характер. Об этом подробно писал в своих мемуарах Никита Хрущев, в ту пору — первый секретарь ЦК КП(б) Украинской ССР. По его формулировке, «немцы обнаглели» после капитуляции Франции в июне 1940 года.

«Наглость эта проявлялась в бесцеремонности перелетов разведчиками их воздушных сил границы Советского Союза. Они углублялись до Чернигова, а однажды мы засекли, как они летали над Шосткой. Видимо, разведывали пути бомбежки Шосткинского порохового завода. Бывали случаи, когда немцы совершали вынужденную посадку. Помню, в районе Тернополя сел самолет, и крестьяне буквально захватили в плен немецких летчиков. Кончилось это тем, что этих летчиков отпустили, исправили самолет, и все это прошло тихо, даже, по-моему, протеста не было. Это еще больше вызывало уверенность фашистов в их безнаказанности», — заключал Хрущев.

Инцидент с Junkers 52 вновь показал СССР и Германии полную несостоятельность советской системы ПВО – только теперь не на Украине, а в самом сердце страны.

Перед приземлением самолет сделал несколько кругов над стадионом «Динамо» на Ленинградском шоссе (ныне Ленинградский проспект) и лишь после этого зашел на посадку. Есть версия, что служба ПВО не только не предприняла каких-либо мер для противодействия нарушителю, но способствовала полету и выдала разрешение на посадку в Москве. Уместно добавить, что к тому моменту Гитлер уже принял окончательное решение о нападении на СССР. Однако вторгнувшийся в пределы страны без каких-либо предупреждений Junkers 52 с бортовым номером 7180 явно сочли представителем дружественной державы.

РЕКЛАМА
Обновленная Toyota Camry с новым двигателем
Стильный дизайн с динамичными линиями кузова, премиальный комфорт и новый, еще более мощный и экономичный двигатель 2,0 л – 150 л. с.
Согласно записке наркома государственного контроля СССР и заместителя председателя правительства Льва Мехлиса о результатах расследования, у Junkers имелось разрешение на пролет по маршруту Кенигсберг – Москва, действовавшее до 15 мая. Но перед вылетом требовалось уведомить органы советской власти, а также указать точный маршрут полета. Ничего этого сделано не было. Более того, посты войск воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) прозевали немецкий самолет, приняв его за свой.

«Цель полета так и осталась загадкой, но, по имеющимся немецким данным, в марте 1941 года в СССР было поставлено три аналогичных самолета, и №7180 должен был быть поставлен в мае. На это указывает и то, что летчиков разместили в гостинице «Националь», а общались с ними представители Наркомата внешней торговли. Тем не менее, несанкционированный пролет стал поводом для оргвыводов и репрессий», — отмечал в своей книге «Москва. 1941» Анатолий Воронин.

10 июня 1941 года нарком обороны СССР Семен Тимошенко подписал приказ «О факте беспрепятственного пропуска через границу самолета Junkers 52».

В нем отмечалось, что посты ВНОС обнаружили самолет лишь после того, как он углубился в территорию СССР, к тому же приняли Ju-52 за рейсовый DC-3 и не посчитали необходимым предпринять какие-либо меры по предотвращению полета. Кроме того, в приказе сообщалось, что «вследствие плохой организации службы в штабе 1-го корпуса ПВО Москвы командир 1-го корпуса ПВО генерал-майор артиллерии Василий Тихонов и заместитель начальника Главного управления ПВО генерал-майор Алексей Осипов до 17 мая ничего не знали о самовольном перелете границы самолетом Junkers 52, хотя дежурный 1-го корпуса ПВО 15 мая получил извещение от диспетчера гражданского воздушного флота, что внерейсовый самолет пролетел Белосток».

«Это вызвало переполох в Кремле и привело к волне репрессий в среде военного командования: началось с увольнений, затем последовали аресты и расстрел высшего командования ВВС. Это феерическое приземление в центре Москвы показало Гитлеру, насколько слаба боеготовность советских вооруженных сил», — констатировал в своей книге «Спецоперации. Лубянка и Кремль 1930–1950 годы» известный деятель советских спецслужб Павел Судоплатов.

Несмотря на всю серьезность ситуации, нарком Тимошенко и начальник Генерального штаба Георгий Жуков не стали жестко наказывать провинившихся, ограничившись выговорами и замечаниями. Впрочем, ряд историков полагает, что инцидент послужил причиной ареста в ночь на 8 июня 1941 года начальника Главного управления ПВО генерал-полковника Григория Штерна. По другому предположению, в его случае пролет Junkers 52 стал лишь предлогом, поскольку Штерн уже находился в «разработке органов НКВД за распространение троцкистских идей в вооруженных силах».

Героя Советского Союза расстреляли 28 октября 1941 года.

А 31 мая 1941-го арестовали (и через год расстреляли) командующего ВВС Московского военного округа генерал-лейтенанта Петра Пумпура. Он обвинялся в антисоветском военном заговоре и вредительской деятельности.

Сергей Осипов

18.05.2021, 07:18

https://aif.ru/society/history/iskrenne_vash_gitler_pytalsya_li_fyurer_svyazatsya _so_stalinym_pered_voynoy

15.05.2021 00:03

Транспортный самолет «Юнкерс-52» на советском полевом аэродроме. Commons.wikimedia.org

Утром 15 мая 1941 года немецкий транспортный самолет «Юнкерс-52» нарушил воздушное пространство СССР. В 11.30 он сел на Центральном аэродроме Москвы. Вот и все, что точно известно об этой истории. Остальное — версии. Зато какие!

Версия № 1. Адольф пишет Иосифу
События вскоре начавшейся войны заставили надолго забыть про загадочный полет. Мало ли было тогда случаев нарушения воздушного пространства СССР со стороны немецкой авиации? Однако после прихода в СССР перестройки и гласности история всплыла на поверхность. Наряду с массой опубликованных при Михаиле Горбачеве документов о предвоенной дипломатии появился и этот — письмо Гитлера к Сталину, датированное 14 мая 1941 г. Вот текст:

«Я пишу это письмо в момент, когда я окончательно пришел к выводу, что невозможно достичь долговременного мира в Европе — не только для нас, но и для будущих поколений без окончательного крушения Англии и разрушения ее как государства...

РЕКЛАМА
ŠKODA HOCKEY EDITION. Хоккей — наша игра!
Любовь к хоккею воплотилась в специальной серии ŠKODA HOCKEY EDITION!
Подробнее
Иосиф Сталин и Иоахим фон Риббентроп в августе 1939 года в Кремле.
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Аргументы и пакты. Зачем Сталин договорился с Гитлером?Не скрою от Вас, что я... несколько раз предлагал Англии условия мира. Однако оскорбительные ответы на мои предложения и расширяющаяся экспансия англичан в области военных операций с явным желанием втянуть весь мир в войну убедили меня в том, что нет пути выхода из этой ситуации, кроме вторжения на Британские острова...
Эти обстоятельства требуют особых мер. Чтобы организовать войска вдали от английских глаз и в связи с недавними операциями на Балканах, значительное число моих войск, около 80 дивизий, расположены у границ Советского Союза. Возможно, это порождает слухи о возможности военного конфликта между нами. Хочу заверить Вас — и даю слово чести, что это неправда...

Начиная примерно с 15-20 июня я планирую начать массовый перевод войск от Ваших границ на Запад. В соответствии с этим я убедительно прошу Вас, насколько возможно, не поддаваться провокациям, которые могут стать делом рук тех из моих генералов, которые забыли о своем долге. И, само собой, не придавать им особого значения. Стало почти невозможно избежать провокации моих генералов. Я прошу о сдержанности, не отвечать на провокации и связываться со мной немедленно по известным Вам каналам. Только таким образом мы можем достичь общих целей, которые, как я полагаю, согласованы.

Ожидаю встречи в июле. Искренне Ваш,

Адольф Гитлер»

Подписание пакта Молотова-Риббентропа.
Шесть вопросов историку о пакте Молотова-Риббентропа
Подробнее
Казалось бы, документ полностью объясняет и требования Сталина к своим генералам «не поддаваться на провокации», и летнюю катастрофу Красной Армии в 1941 году. Вот только оригинала документа никому из историков найти в архивах не удалось. Первая публикация письма Гитлера к Сталину состоялась в 1994 г. в книге публициста Игоря Бунича «Гроза». Есть подозрение, что документ — не более чем литературная мистификация, которую многие у нас и на Западе приняли за чистую монету.

Версия № 2. Проверка боеготовности
А вообще, был ли полет «Юнкерса» на самом деле или это тоже мистификация? Был полет. Вот как раз о нем архивные документы сохранились. Например, приказ наркома обороны «О факте беспрепятственного пропуска через границу самолета Ю-52 15 мая 1941 г.». Документ констатировал, что органы ПВО и войска ВНОС (воздушное наблюдение, оповещение и связь) хоть «Юнкерс» и заметили, но ни с кем не связались и ни о чем не оповестили. Они, писалось в приказе, «обнаружили нарушивший границу самолет лишь тогда, когда он углубился на советскую территорию на 29 км, но, не зная силуэтов германских самолетов, приняли его за рейсовый самолет ДС-3 и никого о появлении внерейсового Ю-52 не оповестили.

Белостокский аэропорт, имея телеграмму о вылете самолета Ю-52, также не поставил в известность командиров 4-й бригады ПВО и 9-й смешанной авиадивизии, так как связь с ними с 9 мая была порвана военнослужащими...

Генерал-фельдмаршал В. Кейтель, генерал-полковник В. фон Браухич, А. Гитлер, генерал-полковник Ф. Гальдер (слева направо на первом плане) около стола с картой во время совещания Генерального штаба.
СТАТЬЯ ПО ТЕМЕ
Крах «Барбароссы». Почему не сработал «самый фундаментальный план» Гитлера?В результате командир западной зоны ПВО генерал-майор артиллерии Сазонов и начальник штаба 4-й отд. бригады ПВО майор Автономов никаких данных о полете Ю-52 до извещения из Москвы не имели...
В заключение был сделан вполне обоснованный вывод о неблагополучном состоянии службы ПВО Западного особого военного округа. Казалось бы, должны были полететь головы и в ВВС, и в ПВО, и во ВНОС. Ан нет: «За плохую организацию службы ВНОС, отсутствие должного воинского порядка в частях ПВО и слабую подготовку личного состава постов ВНОС командующему Западной зоной ПВО генерал-майору артиллерии Сазонову, начальнику штаба 4-й бригады ПВО майору Автономову объявить выговор».

Два генерала, разрешившие посадку «немца» в Москве, отделались замечаниями, двум генералам ПВО было предписано «обратить особое внимание на слабую организацию системы наблюдения и оповещения».

«Чижика съели» нарком обороны Тимошенко и начальник Генштаба Жуков. Если это и была проверка боеготовности, то она закончилась полным провалом.

Иосиф Сталин.
Молчание Сталина. Почему он не выступил 22 июня 1941 года
Подробнее
Версия № 3. Только бизнес, ничего личного
Конечно, возможен и еще один вариант, самый простой и много чего объясняющий. При прочтении предыдущего документа от Наркомата обороны не могло не броситься в глаза, что гражданские власти СССР о пролете «Юнкерса» в Москву знали. Они бы даже военных предупредили, но какие-то косолапые красноармейцы уронили столб с телефонными проводами.

Перед войной СССР довольно активно сотрудничал с Германией во многих сферах, в том числе в гражданской авиации. Самолеты марки «Юнкерс» у нас были хорошо известны. Конкретно Ю-52 пользовался славой не самого нового, но простого и надежного транспортника. Известно, что в конце 1940 г. Советский Союз заказал в Германии 10 Ю-52 в грузовом варианте. В феврале-апреле 1941 г. 3 из них советские летчики облетали и приняли. Возможно, «Юнкерс», прилетевший в Москву, был первым из этой троицы? По некоторым данным, его привел в СССР немецкий перегоночный экипаж, который после посадки жил в гостинице «Националь» под опекой представителей Наркомата внешней торговли.

День, когда началась война: 22 июня 1941-го
Жители столицы 22 июня 1941 года во время объявления по радио правительственного сообщения о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз.
© МИА «Россия сегодня»

Voina_41_45

19.05.2021, 07:43

https://pbs.twimg.com/media/ECepcJ9XoAEN_A9?format=jpg&name=small

Dagens Nyheter

20.05.2021, 08:40

https://inosmi.ru/history/20190823/245686420.html

80 лет прошло с тех пор, как нацистская Германия и коммунистический Советский Союз разделили между собой Польшу и Восточную Европу. Лидер России вновь защищает пакт Молотова-Риббентропа.

23 августа 1939 года, за неделю до того, как Германия развязала Вторую мировую войну, напав на Польшу, лидер Советского Союза Иосиф Сталин принял в Кремле немецкого министра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа (Joachim von Ribbentrop).

Всего через пару часов переговоров стороны пришли к соглашению. Риббентроп и его советский коллега Вячеслав Молотов подписали договор, который ошеломил весь мир. Две диктатуры, одна из которых позиционировала себя как главного противника фашизма, а другая — как главного противника коммунизма, пообещали не нападать друг на друга.

Более того — они стали друзьями.

Когда пакт был подписан, Сталин воспользовался случаем и выпил за нацистского фюрера Адольфа Гитлера, «столь любимого немецким народом».

8 сентября, через неделю после начала войны, радио в Берлине начало передавать сводки об успехах немецких военных. Молотов пожелал удачи немецкому послу в Москве: «Я получил Ваше сообщение о том, что германские войска вошли в Варшаву. Пожалуйста, передайте мои поздравления и приветствия правительству Германской империи».

Таким образом, пакт Молотова-Риббентропа подразумевал больше, чем просто обещание Сталина и Гитлера не нападать друг на друга. Германия и СССР стали союзниками. В тайном добавочном протоколе, который 28 сентября был дополнен пактом о дружбе и границе, карту Восточной Европы перекроили, поделив сферы влияния между Берлином и Москвой.

Теперь СССР получал свободу действий в отношении Эстонии, Латвии, Литвы и Финляндии, а также восточной части Польши.

Сфера интересов Германии распространялась на Западную и Центральную Польшу.

1 сентября Германия начала свой блицкриг против Польши, и двумя неделями позже, ранним утром 17 сентября, Молотов пригласил к себе посла Польши в Москве и зачитал ему так называемую ноту, текст которой был согласован с Берлином:

«Польско-немецкая война показала внутреннее банкротство польского государства. В течение десяти дней боевых действий Польша потеряла все свои промышленные и культурные центры. Варшава в качестве польской столицы уже не существует. Польское правительство подверглось распаду и не дает признаков жизни. Это значит, что польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым соглашения между Польшей и СССР потеряли свою силу».

В тот же момент СССР нанес удар ножом в спину своему польскому соседу. 1,5 миллиона солдат Красной Армии, 6 тысяч танков и 1,8 тысяч истребителей напали на Польшу.

Контекст

Молотов и Риббентроп после подписания советско-германского договора о дружбе и границе между СССР и Германией
Август 1939 года: Россия и Германия — добрые друзья (The Guardian)

The Guardian

27.07.2019

Несколькими днями позже высокопоставленные офицеры вермахта и советской Красной Армии отпраздновали уничтожение Польши совместным военным парадом в Брест-Литовске возле новой германо-советской демаркационной линии.

В декабре 1939 года Гитлер отправил Сталину телеграмму, в которой поздравлял его с шестидесятилетием:

«Дружба между нами закреплена кровью, и у нее есть все основания быть долгой».

Однако долго она не продлилась. Уже в июне 1941 года Гитлер нарушил пакт со Сталиным и пошел в атаку.

Но за 22 месяца существования пакта Сталин и Гитлер активно сотрудничали, в том числе и в экономике. Германия брала у России сырье — например, нефть, железо и зерно — а Советский Союз получал взамен немецкие машины и боеприпасы.

Гитлер воспользовался щедрой помощью Сталина, чтобы оккупировать Польшу, Норвегию, Данию, Бельгию, Нидерланды и Францию, а затем попытаться разгромить Великобританию.

Сталин в свою очередь аннексировал Восточную Польшу и прибалтийские страны, а также напал на Финляндию и захватил Карелию. Также к Советскому Союзу были присоединены румынские провинции Бессарабия (нынешняя Молдавия) и Северная Буковина (сегодня относится к Украине).

Миллионы людей оказались под властью советского террора. Десятки тысяч были расстреляны, а сотни тысяч жителей оккупированных территорий депортировали в Сибирь.

В то же время немецкие нацисты начали готовиться к истреблению евреев.

У нового альянса были и политические последствия: Москва прекратила пропаганду против нацизма, а риторику всех членов Коминтерна, куда входила и шведская коммунистическая партия, адаптировали к новой ситуации. Теперь ответственность за разразившуюся войну возлагали на плечи западных демократий — в первую очередь «реакционной» Англии. Германия выступала скорее жертвой.

Для многих немецких антифашистов и коммунистов, которые раньше боролись против Гитлера и сбежали из Германии в Москву, советско-немецкий пакт стал катастрофой. Многих из них арестовали или расстреляли во время сталинских чисток 1937-1938 годов. В соответствии с тайным договором советская служба безопасности НКВД весной 1940 года отослала десятки немецких коммунистов в Германию, где их передали гестапо и СС, а после препроводили в концентрационные лагеря. Многие из них были убиты.

В разные эпохи в России по-разному относились к пакту Молотова-Риббентропа. Cоветское руководство отрицало существование тайного дополнительного договора — точно так же, как оно отказывалось признавать, что именно НКВД в Катыни казнил 20 тысяч поляков, захваченных при нападении СССР на Польшу.

Наконец, в декабре 1989 года, когда в Кремле правил Михаил Горбачев, съезд народных депутатов СССР официально осудил пакт Молотова-Риббентропа, и Москва впервые признала, что было тайное дополнительное соглашение, в котором определялись сферы интересов двух держав.

В начале 1990-х годов первый президент демократической России Борис Ельцин попросил у поляков и прибалтов прощения за преступления Советского Союза.

Но с тех пор историю начали постепенно пересматривать. Признавать, что СССР в первые два года Второй мировой войны был союзником Германии, было так стыдно, что это решили просто предать забвению.

Само понятие Второй мировой войны, которая на самом деле длилась с 1939 по 1945 годs, перестало использоваться.

При ностальгическом ежегодном праздновании Дня Победы 9 мая главным стало понятие Великой Отечественной войны, которую датируют с 1941 по 1945 год. Это была попытка затушевать в учебниках истории постыдные 1939-1941 годы. То, что Сталин был главным подельником Гитлера вплоть до лета 1941 года, не соответствовало образу страны, возглавившей борьбу против фашизма.

Лишь с 22 июня 1941 года, после нападения Германии на СССР, все встало на свои места. Советский Союз вошел в антинацистский альянс, а его военные усилия и многомиллионные человеческие жертвы стали важнейшим условием победы над Германией.

Еще в 2009 году российский президент Владимир Путин назвал нацистско-советский пакт «аморальным», хотя в то же время заявил, что Великобритания и Франция разрушили потенциальный антифашистский фронт, подписав в 1938 году Мюнхенское соглашение (британцы и французы тогда согласились с Гитлером, которые требовал у Чехословакии немецкоязычную Судетскую область).

Но осенью 2014 года Путин снова был готов пересмотреть отношение к пакту. Тогда он объявил, что в пакте Молотова-Риббентропа не было ничего плохого: «Говорят: „Ах как плохо!" А что же здесь плохого, если Советский Союз не хотел воевать?» — заявил Путин группе юных историков в Кремле.

Это заявление он сделал через полгода после того, как Россия аннексировала украинский полуостров Крым и вторглась на восток Украины. В Польше и Прибалтике многие забеспокоились. То, что Путин оправдывал сотрудничество Сталина с Гитлером, легко можно было истолковать как элемент советско-российского империалистического мировоззрения и стремление претендовать на контроль над всей Восточной Европой.

Связь между пактом и тем, что Москва присвоила себе право аннексировать территории других стран (вроде Крыма и бывших грузинских регионов Абхазии и Южной Осетии), очевидна.

В последнее время Путин придерживается советского обоснования пакта: в 2015 году он сказал на встрече с немецким канцлером Ангелой Меркель, что пакт был необходим для безопасности Советского Союза перед лицом угрозы, которую представляла собой британско-французская политика уступок Гитлеру, а также потому, что западные страны хотели натравить Германию и СССР друг на друга.

Этот аргумент не совсем безоснователен: попытки Москвы заключить с Западом договор о коллективной безопасности потерпели неудачу. Отчасти это было связано с тем, что правящие круги Лондона и Парижа считали коммунизм худшей угрозой, чем национал-социализм, и действительно хотели бы, чтобы две диктатуры уничтожили друг друга.

Другой аргумент заключается в том, что советские вооруженные силы, чей офицерский состав Сталин в основном расстрелял или отправил в лагеря, были ослаблены и не готовы вступать в конфронтацию с Германией. СССР хотел выиграть время, чтобы вооружиться. Сталин, вероятно, понимал, что предстоящее завоевание Польши было лишь первым шагом Гитлера, который затем неизбежно отправился бы дальше на восток.

У Гитлера были свои причины: он хотел свободно действовать в отношении Польши и Запада, не опасаясь советской интервенции, а значит войны на два фронта.

Но, как бы то ни было, пакт привел к оккупации и уничтожению соседнего государства. Тем не менее министр культуры России Владимир Мединский объявил, что пакт Молотова-Риббентропа был «большим достижением советской дипломатии».

Сегодня официальная Россия больше не отрицает существования договоренности. Но это был не альянс, утверждает она, и уж точно не договор о дружбе.

В прошлом году Министерство иностранных дел России выразило протест, когда новостное бюро Associated Press в телеграмме назвало СССР и нацистскую Германию «бывшими союзниками», разделившими Польшу и присоединившими к СССР прибалтийские государства. По словам российского МИД, эта формулировка была «конкретным примером переписывания истории», поскольку «Советский Союз никогда не был в альянсе с гитлеровской Германией».

Того, кто утверждает, что СССР вторгся в Польшу в сотрудничестве с нацистами, могут даже подвергнуть наказанию. Три года назад одного жителя Перми приговорили к штрафу в 200 тысяч рублей за то, что он написал в социальных сетях эту правду, или, как сказал суд, «сознательно опубликовал ложную информацию». Его осудили по закону о «реабилитации нацизма», который Путин подписал в 2014 году.

Насколько распространена эта точка зрения в российской общественности, неясно. Проблема в том, что каждый третий россиянин вообще никогда не слышал о пакте Молотова-Риббентропа, согласно социологическому опросу, проведенному аналитическим центром «Левада». А каждый пятый не верит, что в рамках пакта СССР и Германия договорились о разделе Европы и что именно это соглашение позволило Германии напасть на Польшу.

Среди тех, кому известно о пакте, доля положительных оценок с 2010 по 2018 год увеличилась с 33% до 45%. Лишь 17% относятся к нему критически.

То, что пакт снова оправдывают, отражает нынешнюю политическую атмосферу в России: это возврат к идее, что мир должен быть организован и разделен в соответствии со сферами влияния путем тайных договоренностей между крупными державами. Те же самые принципы использовались 80 лет назад тоталитарными державами Германией и Советским Союзом.

Вторая мировая война

1 сентября 2019 года исполнится 80 лет с нападения нацистской Германии на Польшу, положившего начало Второй мировой войне.

Памятные мероприятия к началу самой кровавой войны за всю историю человечества обычно проходят в Гданьске, где состоялись первые бои между немецкими и польскими войсками, но в этом году их перенесли в Варшаву. Церемония пройдет на большой Площади Пилсудского у Могилы неизвестного солдата.

Приглашены многие лидеры европейских стран, а также президент США Дональд Трамп.

https://inosmi.ru/history/20190823/245686420.html

Historical-fact

21.05.2021, 03:34

https://historical-fact.livejournal.com/275081.html

vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2021-05-14 21:24:00 92

Советская разведка накануне войны состояла из 2-х самостоятельных разведслужб: так называемый Иностранный отдел НКВД (ИНО НКВД) и военная разведка в лице Разведывательного управления Генерального штаба РККА (Разведупр ГШ). Обе спецслужбы, мягко говоря, сильно пострадали от массовых репрессий 1937-38гг. К 1939 году были ликвидированы почти все нелегальные резиденту*ры, связи с ценнейшими источниками информации оказались утраченными. В дальнейшем понадобились большие усилия, чтобы их восстановить. В направленном руководству НКГБ отчете о работе внешней разведки с 1939 по 1941 год начальник разведки П.М. Фитин писал:
«К началу 1939 года в результате разоблачения вражеского руководства в то время Иностранного отдела почти все резиденты за кордо*ном были отозваны и отстранены от работы. Большинство из них затем было арестовано, а остальная часть подлежала проверке. Ни о какой разведывательной работе за кордоном при этом положении не могло быть и речи. Задача состояла в том, чтобы наряду с созданием аппарата самого Отдела, создать и аппарат резидентур за кордоном».
Потери состава были столь велики, что в 1938 году в течение 127 дней подряд из внешней разведки руководству страны вообще не поступало никакой информации.

Были арестованы бывшие начальники ИНО М.А. Трилиссер, С.А. Мессинг, А.Х. Артузов. Уничтожение своих сотрудников руководство НКВД зачастую проводило в т. н. «особом порядке», то есть без суда и следствия. Например, начальник ИНО А. А. Слуцкий был умерщвлен Михаилом Алёхиным (заместителем начальника отдела оперативной техники) инъекцией яда прямо в кабинете начальника Главного управления государственной безопасности НКВД М. П. Фриновского. После смерти Слуцкого исполняющим обязанности начальника ИНО был назначен майор госбезопасности Сергей Михайлович Шпигельгласс. Он пробыл на этой должности менее двух месяцев; в ноябре 1938 года был арестован, в январе 1940 года расстрелян. В это же время репрессировано множество ведущих разведчиков. Среди них можно назвать резидентов в Лондоне – Чапского, Г.П. Графпена и Т. Малли, в Париже – С.М. Глинского (Смирнова) и Г.Н. Косенко (Кислова), в Риме – М.М. Аксельрода, в Берлине – Б.М. Гордона, в Нью-Йорке – П.Д. Гутцайта (Гусева), выдающихся разведчиков-нелегалов Д.А. Быстролетова, Б.Я. Базарова и многих других. Всего же в результате так называемых «чисток» в 1937–1938 годах из 450 сотрудников ИНО (включая загранаппарат) было репрессировано 275 человек, то есть более половины личного состава. Со многими ценными агентами прервалась связь, восстановить которую удавалось далеко не всегда.

Разбирая после этого кадрового погрома дела разведки, поставленный в 1939 году новым начальником ИНО НКВД Фитин с горечью констатировал в своем отчете такие длительные пробелы, когда разведка НКВД просто «слепла» и «глохла» без информации из-за кордона при молчавших агентах и их перебитых в советских тюрьмах кураторах из числа оперативников ИНО. Он же отметил периоды, когда в середине 1938 года, в самый разгар этих зачисток внутри спецслужб, даже доклады на имя Сталина вынуждены были подписывать рядовые оперативники ИНО. В Москву отзывали и расстреливали после приезда не только самих резидентов, но и сотрудников их резидентур, и законспирированных нелегалов, и агентов из числа коминтерновцев. Например, Фитин получил "в наследство" берлинскую резидентуру ИНО, где из 16 прежних после основательной ее зачистки находилось в строю лишь 2 разведчика.

Возглавлявший ИНО в «славных двадцатых годах» советской разведки Трилиссер даже после ухода из-за конфликта с Ягодой из спецслужбы все равно был расстрелян. Сменившего его архитектора операции «Трест» Артузова в 1935 году перевели с должности начальника ИНО из НКВД в Разведупр ГШ для усиления военной разведки и передачи ей опыта чекистской разведки. Артузов был несколько лет заместителем Яна Берзина в Разведупре и даже исполнял обязанности главы Разведупра во время командировки Берзина на испанскую войну. По заведенной традиции перед арестом его перемещали с должности на должность, возвращали в НКВД, а в итоге тоже арестовали и расстреляли.

Отозванные в СССР и расстрелянные в эти годы Аксельрод, Малли, Гутцайт, Косенко, Карин, Сыроежкин, Рингин, Сыркин, Шилов, Глинский, Яриков, Базаров, Перевозчиков, Салнынь, Уманский – это легендарные в истории 20 – 30-х годов в советской разведке люди. За каждым отдельная яркая и полная событий биография, служба в еще первой ВЧК, операция «Трест», захват Кутепова или тайные акции от Атлантики до Тихого океана. Как и уникальная жизнь Дмитрия Быстролетова, многими признаваемого за свою достойную авантюрного романа карьеру разведчика лучшим нелегалом в истории разведки СССР. А может, и всего мира. Этот гениальный мастер вербовки и тайных операций после ареста и осуждения всю войну провел в сталинских лагерях, а умер в безвестности обычным советским пенсионером.

Дмитрий Александрович Быстролетов - возможно, самый результативный разведчик-нелегал в довоенном мире

Быстролетов обеспечил советскую разведку дипломатическими шифрами и кодами Англии, Германии, Франции, Италии, Финляндии и Турции; организовал получение из Государственного департамента США секретной информации; контролировал личную переписку Гитлера и Муссолини; достал для СССР ряд новейших технологий и образцов вооружения. 17 сентября 1938 года Быстролетов был арестован. 8 мая 1939 года Военная коллегия Верховного Суда Союза ССР приговорила Быстролётова по ст. 58 ч. 6, 7, 8 УК РСФСР к исправительно-трудовым лагерям сроком на двадцать лет. В 1954 году после инсульта освобождён от отбытия заключения («актирован»). В 1956 году за отсутствием состава преступления реабилитирован.

Не менее варварской зачистке подверглась и военная разведка. Многолетний начальник Разведупра Ян Берзин в 1937 году отозван из Испании, а после обличительной речи против него наркома НКВД Ежова на Политбюро снят с должности, арестован и расстрелян. После Берзина должность главы военной разведки Красной армии становится расстрельной. Недолго исполнявшие обязанности начальника Разведупра Гендин, Никонов, Стигга, Орлов, Урицкий и Артузов один за другим идут по пути Берзина – снятие с должности, арест и расстрел.

Ян Берзин - руководитель, скорее всего, самой эффективной в первой половине 30-х годов разведслужбы в мире - Разведупра Генштаба РККА (расстрелян в 1938)

В те же годы в рядах Разведупра репрессированы и погибли, как и в разведке НКВД, многие известные разведчики-нелегалы, подобные Мельникову, или резиденты и создатели нелегальных сетей Разведупра за рубежом, как расстрелянный НКВД в 1937 году резидент в Китае Барович, по агентурному псевдониму Алекс. За один год в Разведупре вслед за Берзиным расстреляли всю складывавшуюся годами его команду в руководстве военной разведки: Беговой, Никонов, Захаров, Гайлис, Узданский, Гендин, Стигга, Иодловский, Римм, Федоров.

Выходец из НКВД Артузов успел провести за это время последнюю предвоенную реформу структуры в истории Разведупра РККА. При ней теперь в Разведупре были отдельные структуры разведки в Европе и по странам Востока, а также отделы военно-технической разведки, военно-морской разведки, разведки военных округов, радиоразведки, шифровальный, военной цензуры, внешних связей, специальных операций, партизанской подготовки, диверсий.

Отозван из Ирана и расстрелян опытный разведчик Рудольф Абих из немцев-интернационалистов, пришедший в Разведупр на заре этой спецслужбы в Гражданскую войну. Отозван и расстрелян резидент военной разведки в Германии и Австрии латыш Ян Аболтынь, которого называют крестным отцом Зорге в Разведупре. Сам Рихард Зорге уцелел и прожил еще несколько лет только потому, что не выполнил приказ Москвы вернуться из Японии. В результате разведцентр считал резидентуру в Японии «вероятно вскрытой противником и работающей под его контролем». Соответственно относились и к донесениям агента "Рамзай" (Зорге) о неизбежности начала войны Германии с СССР в мае-июне 1941г.

Рихард Зорге - резидент советской разведки в Токио

Второй шанс оценить профессионализм «Рамзая» советскому руководству выпал совсем скоро. 14 сентября 1941 года Зорге сообщил о принятом на секретном совещании у японского императора решении Японии не вступать в войну с СССР в ближайшие месяцы. К этому донесению Зорге уже прислушались: Ставка сняла с восточных границ страны 26 свежих дивизий и перебросила их на Западный фронт, под Москву, фактически предотвратив этим захват столицы.

Одновременно с резидентурой Разведупра, которую возглавлял Зорге в Токио, там действовала и сеть агентов ИНО НКВД под руководством резидента Шебеко. Ему удалось завербовать очень ценных агентов из числа кадровых сотрудников японской военной разведки и тайной полиции, однако НКВД сам уничтожил эту свою резидентуру, а с завербованными агентами оборвали контакты.

Расстрелян начальник отдела разведки военных округов в Разведупре Василий Беговой. Расстрелян приведенный Берзиным в 1924 году в Разведупр и дослужившийся до начальника отдела бывший полковник белой армии Врангеля Иван Анисимов – он уже самой своей биографией был практически обречен. В этой кровавой каше террора в Разведупре перемешалось очень разных людей: бывшие герои-летчики, опытные подпольщики-большевики, бывшие эсеры, немецкие интернационалисты и коммунисты разных стран, бывшие белые полковники – всех уравняла эта мясорубка. Малая часть репрессированных сотрудников в эти годы попала в лагеря, но кое-кто из них пережил Сталина и после 1953 года вышел на свободу по реабилитации, как бывший резидент этой службы в Швеции Илья Болотин.

Некоторые советские разведчики-нелегалы, зная об ожидавшей их в Москве судьбе, вынуждены были ради собственного спасения идти на сотрудничество с иностранными разведками. Таким образом, они наносили еще один удар по советским спецслужбам, косвенная ответственность за который тоже лежала на инициаторах кровавой зачистки в Разведупре и НКВД. Наиболее широко известна история побега в США в 1938 году талантливого разведчика Александра Орлова (в отделе кадров НКВД значился как Лев Никольский) - участника множества тайных операций в разных странах. Орлов написал и передал через советское посольство в Париже письмо своему шефу Ежову с обвинениями в организации террора против своих. Такого идиотского членовредительства в истории мировых спецслужб еще не было.

В порядке такого уникального массового самострела в советских спецслужбах сворачивались крупные проекты, разрабатываемые этими службами многими годами, на которые уже были истрачены огромные суммы. Так, с 1929 года на случай нападения на СССР из Европы любого вероятного агрессора Разведупр несколько лет разрабатывал особую систему разворачивания партизанских соединений на занятой врагом территории. Под эту концепцию закладывались партизанские базы со складами оружия и запасами продовольствия, подбирались кадры для руководства будущими партизанами, готовилась связь и явки. Несколько раз на Украине и в Белоруссии проходили даже тайные учения руководителей будущей партизанской войны, замаскированные под слеты партийных активистов или даже пикники грибников. В украинских областях сотрудниками ГПУ в начале 30-х годов под эту концепцию специально вербовались в тайные агенты служащие железной дороги, которые в случае вторжения с Запада врага на оставленных РККА территориях должны были предложить оккупантам свои услуги, а затем организовать диверсии на путях и станциях. В Харькове на окраине города (на Холодной горе) существовала секретная школа, где инструкторы ГПУ и Разведупра обучали азам партизанского дела командиров будущих отрядов.

Когда же к началу Большого террора была поднята на щит крикливая ура-патриотическая концепция «войны на чужой земле малой кровью», вся эта идея партизанства была похоронена. Полагают, что не без оснований в виде панических страхов Сталина после убийства Кирова, когда вождю подбрасывали идеи, что всю эту «партизанщину» смогут обернуть против него окопавшиеся в подполье вожди партийной оппозиции и связанные с ними антисталинские заговорщики в НКВД и Красной армии. Легендарная разведчица в звании комдива Сахновская (Флерова) стала специалистом по партизанским действиям еще в Китае, где по линии Разведупра была советником у коммунистических партизан. Именно ее при разработке в Разведупре «Операции Д» поставили возглавлять ответственный за это Отдел войсковой разведки, но в 1937 году Сахновскую расстреляли по типичному обвинению в измене. Заодно расстреляли почти всех, кто с ней работал по теме партизанской войны.

Об этом же пишет советский диверсант №1 Илья Старинов

Из мемуаров Старинова: "В начале ноября 1937 года я вернулся на Родину и был ошеломлен, когда узнал, что все мои начальники по всем линиям, где я служил и учился, подверглись репрессиям. Как стало позже известно, от репрессий в 30-е годы погибло в десятки раз больше хорошо подготовленных партизанских командиров и специалистов, чем за всю Великую Отечественную войну. Уцелели лишь те, кто выпал из поля зрения ежовского аппарата."

Версия о том, что германская спецслужба СД состряпала фальшивку о заговоре Тухачевского и через президента Чехословакии Бенеша подбросила ее Москве, переиграв Сталина и заставив его перебить красных маршалов, сейчас воспринимается скептически. «Немецкие папки» по линии разведки НКВД в Москву пришли, когда уже вовсю шли аресты военачальников Красной армии и самого Тухачевского. Да и для подобных процессов Сталину не нужны были особые доказательства со стороны. Когда Артузов давал оперативные сведения о том, что Тухачевский готовит заговор военных для захвата власти в СССР, начальник ИНО НКВД отлично знал, что этот компромат в оперативных целях готовили сотрудники того же Артузова еще в 20-х годах и в рамках операции «Трест» подбрасывали как наживку белой эмиграции.

В истории НКВД тех лет предостаточно примеров, когда резидент или внешний разведчик переходил во внутреннюю госбезопасность и активно участвовал в репрессиях и наоборот. Вот чекист Борис Берман в ИНО ГПУ в 30-х годах был талантливым разведчиком (псевдоним в разведке Артем) и резидентом ГПУ в Германии, а после отзыва в Москву в 1937 году назначен начальником НКВД по Белорусской ССР и здесь руководил террором. В 1938 году его арестовали и расстреляли, как и его родного брата Матвея Бермана, ветерана ЧК с Гражданской войны, начальника ГУЛАГа в НКВД и одного из заместителей наркома Ежова, арестованного прямо в кабинете секретаря ЦК ВКП(б) Маленкова. Или обратный пример: один из самых жестоких следователей-садистов ежовской эпохи Лангфанг, искалечивший при пытках писателя Михаила Кольцова и убивший на первом же допросе генсека ЦК компартии Эстонии Яна Анвельта, в 1941 году переведен во внешнюю разведку и назначен резидентом НКВД в Греции. Только после 1953 года генерал МГБ Лангфанг будет арестован в числе бериевцев и за свои зверства отбудет срок в пятнадцать лет в мордовских лагерях. Таких примеров перевода из "опричников" в "штирлицы" и наоборот предостаточно для того, чтобы отмести надуманные версии, якобы разведка была в репрессии лишь пострадавшей стороной, а не частью карательной машины спецслужб Советского Союза.

В апреле 1939 года на пост главы Разведупра Сталин назначает известного в Красной армии летчика Ивана Проскурова

Герой воздушных боев в небе Испании не отказался возглавить военную разведку, хотя другой «сталинский сокол» Чкалов отверг предложение вождя возглавить НКВД после снятия Ежова. Молодой Проскуров говорил на совещаниях то, что думал. Он посмел резко возражать Сталину и Тимошенко в 1940 году, когда те на Разведупр попытались повесить большую часть вины за неудачи в Зимней войне с Финляндией. Только с назначенным на место Проскурова генералом Голиковым и вступлением Советского Союза в войну колесо отстрелов начальников Разведупра Красной армии остановилось. Проскуров был расстрелян в 1941, он стал 8-м казненным начальником Разведупра в течение 3-х лет.

Это фразу нужно повторить, чтобы хоть немного прочувствовать: Проскуров стал 8-м казненным начальником Разведупра в течение 3-х лет.

1939 год с замедляющимся понемногу колесом террора подвел зримую черту в истории советских спецслужб, отсекая очередной из крупных периодов их жизни в 1923–1939 годах. Многих выбитых репрессиями дзержинских чекистов в 1937–1939 годах заменили молодые партийцы, направленные в спецслужбы в массовом порядке на смену зачищенному чекистскому пласту. Не имея опыта и знаний, они не могли в должной мере овладеть этой сложной и весьма специфичной профессией, поэтому несли огромные потери уже в ходе Великой Отечественной войны.

Источники:

Симбирцев И. "Спецслужбы первых лет СССР. 1923–1939: На пути к большому террору"
https://history.wikireading.ru/199405

Примаков Е. «История российской внешней разведки в 6-ти томах»
https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4489814

Старинов И. "Записки диверсанта"
http://militera.lib.ru/memo/russian/starinov_ig/index.html

Сергей Варшавчик

22.05.2021, 07:08

https://lenta.ru/articles/2021/05/20/crete/?fbclid=IwAR3W-qFTLzQmH3uPCOms83NLn0abna8cPw88FvT0q5zj3s4m85v23sA zfh4
00:01, 20 мая 2021

Как успешная операция нацистов обернулась для них потерей тысяч элитных солдат

Фото: ullstein bild / Getty Images
80 лет назад, 20 мая 1941 года началась воздушно-десантная операция нацистской Германии по захвату острова Крит. Успех операции «Меркурий» заставил руководство других государств, участвующих во Второй мировой войне, более пристально обратить внимание на роль ВДВ в боевых действиях. Почему Гитлер после победы на Крите запретил немецким парашютистам впредь проводить самостоятельные воздушные операции? Чему высадка немцев на Крит научила союзников по антигитлеровской коалиции? Что именно помешало американским и британским войскам достичь Берлина раньше Красной армии? «Лента.ру» вспоминает ключевые воздушно-десантные операции Второй мировой войны, оказавшие решающее влияние на ее ход.

Стервятники фюрера
К весне 1941 года Третий рейх, который громил союзников на Балканах и готовился к масштабному вторжению в СССР, столкнулся с необходимостью иметь опорный пункт контроля над Восточным Средиземноморьем. Таковым был крупный остров Крит, занятый британскими и греческими войсками.

Его захват решал для гитлеровцев несколько стратегических задач. Во-первых, устранялась угроза бомбардировок нефтяных месторождений в румынском Плоешти — единственном месте, откуда нацисты черпали черное золото для своего блицкрига. Во-вторых, существенно улучшалось снабжение германо-итальянских войск в Северной Африке. В-третьих, с занятием Крита Германия и ее союзники завоевывали господство на море, где до этого царил британский флот.

Создатель немецких воздушно-десантных войск, командир 11-го авиакорпуса генерал Курт Штудент, убедил фюрера в том, что Крит можно захватить путем масштабной десантной операции с воздуха. К тому времени у десантников в Третьем рейхе была репутация лучших солдат — Гитлер помнил, как 10 мая 1940 года неприступный бельгийский форт Эбен-Эмаль был внезапно захвачен 85 германскими парашютистами, что открыло вермахту путь в глубь страны.

Высадка немецких парашютистов на Крит. Май 1941 года
Высадка немецких парашютистов на Крит. Май 1941 года
Фото: Wikipedia
К тому же считалось, что гарнизон Крита насчитывает не более 15 тысяч человек, а жители якобы радушно ждут «освободителей». На самом деле в подчинении командующего силами союзников на острове генерала Бернарда Фрейберга было не менее 40 тысяч британских, греческих, австралийских и новозеландских бойцов.

В свою очередь англичане, несмотря на наличие в их распоряжении захваченной германской шифровальной машины «Энигмы», были настроены оптимистично. Они считали, что ничего страшного Криту не грозит — немцы высадят в основном морской десант, который бравые британские моряки быстро разгромят.

К моменту начала операции «Меркурий» люфтваффе прочно завоевало небо над Критом, вынудив британское командование убрать оставшиеся самолеты от греха подальше. В распоряжении Штудента было примерно 22 тысячи солдат и офицеров — причем не только парашютистов, но и горных егерей. Силы вторжения были разделены на три больших группы — западную, центральную и восточную. Транспортные «Юнкерсы» и десантные планеры прикрывали 430 бомбардировщиков и 180 истребителей. Главной целью был намечен аэродром Малеме на северо-западе Крита.

«Меркурий» в опасности
Но легкой прогулки у немцев не получилось. После того как ранним утром 20 мая над островом появились самолеты с крестами и от них начали отделяться парашюты и планеры, защитники Крита открыли по ним столь мощный огонь, что многие десантники погибли или были ранены еще в воздухе. Других, которые приземлялись зачастую в самой гуще вражеских частей, сразу уничтожали в рукопашных схватках. Во время операции «Меркурий» немецкие потери составили более шести тысяч убитых, раненых и пропавших без вести, 271 самолет был сбит.

Львиная доля жертв пришлась на первый день высадки. Вечером 20 мая положение десантников казалось безнадежным — удерживая из последних сил занятые позиции, они не достигли ни одной из поставленных целей. Не хватало воды, продовольствия, медикаментов и боеприпасов, отсутствовала связь с командованием. Исход операции висел на волоске.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:01 — 26 января

Владыки морей
Кто помогал русским и американцам победить флот Гитлера. Редкие снимки Второй мировой войны
Немцев спасло то, что Фрейберг не предпринимал решительных действий. Он, например, так и не задействовал корабельную артиллерию, ожидая основные силы вражеского десанта с моря. То, что основное внимание генерала было приковано к водной глади, — вполне объяснимо. Там свирепствовала германская авиация, которая потопила в сражении за Крит почти 30 кораблей и судов союзников, уничтожив при этом около двух тысяч моряков.

Однако своей нерешительностью командующий британскими войсками упустил шанс на победу. Утром 21 мая немцы, получив подкрепление и очистив окрестности Малеме, стали непрерывно сажать на них самолеты с горными стрелками и артиллерией. Атаки аэродрома, которые предпринимались британцами в последующие дни, были отбиты. А затем десантники приступили к постепенному захвату всего острова.

30 мая Фрейберг покинул Крит на самолете, в Египет удалось эвакуировать около 15 тысяч союзных солдат. Потери британцев составили почти семь тысяч убитых и раненых, в плен попали 17 тысяч военнослужащих.

Несмотря на победу, Гитлер был весьма расстроен высокими потерями и заявил Штуденту, что время парашютных войск прошло. Фюрер запретил любые крупные воздушно-десантные операции. В германском командовании пришли к выводу, что при их проведении ВДВ слишком уязвимы от огня ПВО противника и его наземных войск — в первую очередь бронетанковых. В дальнейшем подчиненных Штудента командование вермахта использовало в качестве элитных пехотных частей на наиболее угрожаемых участках театров боевых действий.

Этот запрет Гитлера предотвратил захват немцами острова Мальта, который после падения Крита имел стратегически важное значение для Лондона в Центральном Средиземноморье. Оценивая сражение за Крит, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль назвал громадной глупостью решение Гитлера пожертвовать ради захвата одного острова частью своих элитных войск.

Крылатая пехота Сталина
Однако всем союзникам по антигитлеровской коалиции еще только предстояло выучить уроки Крита. Пионером в создании воздушно-десантных войск по праву считался Советский Союз, который задолго до начала войны проводил крупные маневры, выбрасывая с парашютами одновременно сразу несколько тысяч бойцов. Так, например, было во время учений в Киевском военном округе в 1935 году и в Белорусском военном округе в 1936-м.

Начало Великой Отечественной круто изменило довоенную концепцию о том, что воевать «будем на чужой территории, малой кровью». Пять имеющихся на тот момент воздушно-десантных корпусов понадобились Красной армии в качестве пехоты, чтобы сдерживать натиск германского блицкрига. Жестокая война с сильнейшей на тот момент армией мира властно диктовала свои условия, и вновь формируемые десантные соединения приходилось отправлять на фронт в качестве стрелковых бригад и дивизий. Крылатая пехота зарекомендовала себя там в качестве одних из лучших соединений Красной армии. Например, гвардейцы дважды Героя Советского Союза генерала Александра Родимцева отлично показали себя при обороне Сталинграда.

В 1942-1943 годах командование Красной армии все же провело две крупных воздушно-десантных операции, которые закончились, мягко говоря, неудачно.

Построение советских бойцов-десантников после сбора основной группы во время битвы за Москву. Начало 1942 года
Построение советских бойцов-десантников после сбора основной группы во время битвы за Москву. Начало 1942 года
Фото: waralbum.ru
16+
Как избавиться от шума в ушах
Реклама
shishonin-clinic.ru
Первой из них стала Вяземская операция (18 января — 28 февраля 1942 года), в которой под командованием генерала Алексея Левашова участвовали соединения 4-го воздушно-десантного корпуса с приданными частями. В задачу входил перехват южнее Вязьмы автомобильной и железной дорог. Это должно было облегчить освобождение города дивизиям Западного фронта.

После поражения вермахта в Ростове-на-Дону, под Москвой и Тихвином Сталин решил, что в войне наступил долгожданный перелом и надо теперь как можно быстрее бить на всех фронтах отступающего противника, пока он не опомнился. Однако до настоящего перелома в войне было еще очень далеко.

Вяземская операция готовилась в условиях полного господства в воздухе вражеской авиации. Это привело к тому, что немцы уничтожили часть транспортных самолетов, предназначенных для доставки личного состава. Десантирование сильно затянулось, потеряв внезапность для врага. Боевые грузы и парашютисты выбрасывалась на слишком большой площади, превратив планируемый «кулак» в удар растопыренными «пальцами». Многие десантники были убиты огнем с земли еще в воздухе. Погиб и Левашов, а в командование вступил его начальник штаба полковник Александр Казанкин.

Всего в тыл врага было выброшено около десяти тысяч человек. Зачастую оставшись без командиров, вооруженные легким стрелковым оружием, рассеянные на небольшие отряды, десантники вместе с конниками генерала Павла Белова и местными партизанами несколько месяцев вели ожесточенную борьбу в немецком тылу, выйдя на соединение со своими частями лишь 24 июня 1942 года.

«Массовые ненужные жертвы»
Второй раз Сталин санкционировал участие ВДВ уже после Курской битвы, когда действительно наступил коренной перелом в войне и Красная армия перешла в стратегическое наступление.

Днепровская воздушно-десантная операция (24 сентября — 28 ноября 1943 года) должна была содействовать войскам Воронежского фронта в захвате и удержании плацдармов на той стороне могучей реки. Для выполнения задачи привлекался воздушно-десантный корпус под командованием генерала Ивана Затевахина в составе десяти тысяч бойцов.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:04 — 11 февраля 2020

Операция «Аргонавт»
Как Сталин, Рузвельт и Черчилль решали судьбы мира в Крыму
При этом не были учтены ошибки Вяземской операции. План операции готовился в спешке, разведка не вскрыла в местах будущей выброски дислокации крупных танковых сил вермахта и наличия развитой противовоздушной обороны, личный состав не успел ознакомиться со своими задачами, и инструктаж проводился уже в самолетах. Вдобавок ко всему этому десантирование производилось в темное время суток, наугад, без необходимых сигналов на земле.

Сильный зенитный огонь привел к тому, что было выброшено лишь 4575 парашютистов, при этом 230 — на свою территорию. Те, кто приземлялись на вражескую территорию, нередко попадали прямо в расположение нацистов и тут же уничтожались. Потери убитыми и попавшими в плен за первые сутки операции составили более 900 человек (всего же 3,5 тысячи).

Отделенные Днепром, свои наземные войска никак не могли помочь десантникам. Командование Воронежским фронтом послало в немецкий тыл три группы радистов, которые погибли. В итоге, не имея информации о происходящем, операцию было решено прекратить. Оставшиеся за линией фронта бойцы и командиры совместно с партизанами перешли к диверсионным действиям, уничтожая гарнизоны и инфраструктуру врага. Они также помогли частям 52-й армии не только успешно форсировать Днепр, но и захватить и удержать на западном берегу плацдарм.

Несмотря на массовый героизм парашютистов, Сталин расценил произошедшее как провал, который вызвал, по его мнению, «массовые ненужные жертвы». Он изъял оставшиеся воздушно-десантные бригады в свой резерв и до конца войны не проводил подобных операций.

Пасмурное небо Сицилии
США и Великобритания прибегли к «услугам» своих парашютных частей уже во второй половине войны. Дебютом стала операция «Хаски», когда во время высадки союзников на Сицилию (9 июля — 17 августа 1943 года) примерно две тысячи солдат и офицеров 82-й американской воздушно-десантной дивизии, а также бойцов 1-й британской воздушно-десантной бригады, были выброшены вглубь острова.

Парашютисты 101-й воздушно-десантной дивизии союзников приземляются в Нидерландах. Сентябрь 1944 года
Парашютисты 101-й воздушно-десантной дивизии союзников приземляются в Нидерландах. Сентябрь 1944 года
Фото: Wikipedia
Из-за сильного ветра и плохой разведки парашютистов разбросало по всей Сицилии. Некоторые из них, приземляясь, попадали под танковые контратаки немцев, что привело к высоким потерям — то есть тем самым повторилась печальная картина Днепровской операции. Масла в огонь добавили британские флотские зенитчики, которых не предупредили о транспортниках с десантниками, поэтому они 11 июля 1943 года сбили по ошибке 12 самолетов, уничтожив более 300 американцев.

Во время вторжения в Нормандию (операция «Оверлорд») в ночь на 6 июня 1944 года за несколько часов до основного (морского) десанта над французской территорией было выброшено с парашютами и высажено планерами 24,5 тысячи американских, британских, канадских и французских солдат. Десантирование проводилось вместе с боевой техникой, в том числе и с танками. Пользуясь неразберихой во вражеском тылу, десантники собрались в крупные отряды и активно вели диверсионную войну, усиливая хаос и панику среди немцев. На пользу им играло тотальное господство в воздухе союзной авиации, а на море — их кораблей.

Открытие Второго фронта в Европе, как известно, увенчалось полным успехом. Но за это нашим союзникам пришлось заплатить высокую цену. Общее число убитых, попавших в плен и пропавших без вести американских парашютистов, представлявших львиную часть воздушного десанта, составило более восьми тысяч человек.

Неудачный прорыв к Берлину
Строго говоря, ни «Хаски», ни «Оверлорд» нельзя считать самостоятельными воздушно-десантными операциями — военнослужащие ВДВ были лишь их небольшими частями. Этим они существенно отличались от «Маркет гарден» — стратегической операции, проводившейся союзниками с 17 сентября по 25 сентября 1944 года на территории Нидерландов, ставшей крупнейшим провалом для западных парашютистов.

К тому времени немцы отступили к своей границе и заметно усилили сопротивление, вследствие чего наступление американо-британских войск остановилось. Родился крайне дерзкий план — обойти германские укрепления с севера, захватить голландские порты и мосты через ряд рек, в том числе Рейн. Затем предполагалось ворваться в промышленные районы Третьего рейха и закончить войну еще в 1944 году.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
00:01 — 14 августа 2019
Портрет американского солдата вместе с молодой девушкой. Предположительно, Франция, 1945 год.
Воины Дяди Сэма
Чем занимались солдаты США в Европе, пока русские штурмовали Берлин
Амбициозную задачу поручили ВДВ, которые должны были открыть путь своим бронетанковым и пехотным войскам. Силы были собраны внушительные — около 35 тысяч человек. Ключевую роль в этой операции играли британцы. Люфтваффе не смогло помешать высадке одного из крупнейших воздушных десантов в истории. Но, несмотря на захват англичанами и американцами ряда намеченных мостов, немцы быстро оправились от шока и, подтянув танковые соединения, предприняли яростные контратаки.

Завязались тяжелые бои, в которых участвовали и солдаты Курта Штудента. Не получив своевременной помощи от своих наземных войск, парашютисты, которые потеряли почти 18 тысяч солдат и офицеров, были вынуждены отступить. Британский фельдмаршал Бернард Монтгомери впоследствии сетовал, что эта стратегическая неудача лишила Лондон и Вашингтон возможности захватить Берлин.

Кровавый урок не прошел бесследно. На излете войны операция «Варсити» — по захвату мостов через Рейн — готовилась союзниками куда более тщательно. Две недели подряд англо-американская авиация крушила зенитные средства уже значительно ослабевшего к тому времени противника.

Британские десантники в немецком городе Хамминкельне. 25 марта 1945 года
Британские десантники в немецком городе Хамминкельне. 25 марта 1945 года
Фото: Wikipedia
А утром 24 марта 1945 года союзники выбросили на голову ошеломленных нацистов более 17 тысяч десантников вместе с боевыми грузами. Были захвачены пять мостов, и во второй половине дня парашютисты, соединившись с пехотинцами, артиллеристами и танкистами, захватили на правом берегу реки ряд плацдармов. Рейнская воздушно-десантная операция обошлась наступавшим в 53 сбитых самолета и около трех тысяч погибших.

Вторая мировая война продемонстрировала высокую боевую доблесть парашютистов всех стран. Вместе с тем она наглядно показала, что в условиях масштабной войны действия ВДВ необходимо тесно увязывать и координировать с другими родами войск. При этом самих десантников следует тщательно готовить и превосходно оснащать. Ведь никто не отменял для десантников права быть первыми в любом вооруженном конфликте.

Алексей Кунгуров

23.05.2021, 08:16

https://kungurov.livejournal.com/244407.html
Пишет Алексей Кунгуров (kungurov)
2019-08-23 08:00:00 17585

31 мая 2019 г. косорукие мидовские фейкоделы через сливной бачок прикормленного Кремлем фонда «Историческая память», (принадлежит историку-проституту Дюкову), слили в Интернет сканы якобы оригиналов «секретных протоколов» Молотова-Риббентропа. Таким образом они прощупывали реакцию. Видимо, реакция масс-медиа их удовлетворила, и потому 20 августа на выставке «1939 год. Начало Второй мировой войны» они презентовали… (барабанная дробь)… бля, опять сканы! Обещали показать те самые оригиналы, найденные будто бы генералом Волкогоновым в 1992 г. в сверхсекретном архиве ЦК КПСС, и которые все эти годы никто не видел, и вот вам нате – любуйтесь на шедевры фотошопного искусства.

Впрочем, накануне «Российская газета» устами некоей Лены Новоселовой оговорилась прям по Фрейду: «В выставочном зале федеральных архивов открылась экспозиция "1939 год. Начало Второй мировой войны". Она охватывает период с момента прекращения существования Чехословакии в марте 1939 года до нападения Германии на Польшу 1 сентября. Это более 300 документов, почти половина их них – подлинные».

Половина – подлинные. Вторая половина, выходит, подделки? Те девочки, которых набрали работать в главный печатный орган Кремля, все никак не могут допетрить, что подлинными бывают только произведения искусства, а если речь о документах, то надо говорить не о подлиннике, а об оригинале. Дальше Новоселова совсем уж отожгла, назвав «главную архивную тайну ХХ столетия» - секретные протоколы к советско-германскому договору о ненападении – «источником многочисленных фейков». Ну, как бы, да, если положить «секретный протокол» в копировальный аппарат и нажать кнопку COPY, то оригинальный фейк станет источником многочисленных фейков.

Примерно по такой технологии выставочный образец и был изготовлен, в чем легко убедиться даже по фото (см. вверху), сделанным обычным смартфоном. Один добрый человек, зная мой интерес к липовым секретным протоколам, специально сходил на выставку и прислал мне снимки. Смотрим на гвоздь программы – пресловутый «пакт Молотова-Риббентропа» от 23.VIII.39 в полном комплекте, то бишь сам договор и дополнительный секретный протокол. Первый вопрос, который возник у меня, можно сформулировать примерно так: шо за лажа?

Совершенно очевидно, что перед нами не просто копия договора, а копия, снятая весьма халтурно. Во-первых, улетевшая за край листа подпись Риббентропа наводит на предположение, что мы имеем дело с кадрированным изображением. Но самое главное – в другом. В 2009 г. оригинал договора впервые показали по телевидению. Даже скришоты ужатого до безобразия mpeg-видео позволяют понять, что договор отпечатан на формате А3, который был согнут вдвое так, что получился как бы 4-страничный буклет формата А4, и на страницах 1 и 3 отпечатан текст договора. Сделано так было затем, чтобы не сшивать документ. А на выставке мы наблюдаем два отдельных листа А4, то есть речь априори не может идти об оригинале.

Есть и другие признаки копирования. Например, «оригинал», демонстрируемый в выставочном зале на Большой Пироговской имеет артефакты (мелкие кляксы, которые дает грязный барабан цветного копира), которых мы не наблюдаем на скане того же «оригинала», представленного на электронной выставке.

С секретным приложением та же фигня: он состоит из двух отдельных листов без следов сшивки, что уже есть непорядок. Однако это не суть важно. На глаз в любом случае не понять, имеем мы дело с машинописным листом или с цифровым изображением машинописи, отпечатанным на прецизионном струйном принтере. Тут даже лупа не поможет, потому что разрешение в 2800х1400 dpi дает детализацию, рассмотреть которую можно только под микроскопом. Тем более нет смысла разглядывать смартфонные фотки, сделанные через бликующее стекло витрины. Надеюсь, к следующему юбилею МИД выдаст усовершенствованные оригиналы «пакта», возможно, даже доведет их до идеала. И не будет пользоваться убитым цифровым копиром, а использует высокоточный принтер и специальную бумагу. Не экономьте на расходниках, ваяя «главную архивную тайну ХХ столетия»!

Ниже идет текстовая обработка моего интервью YouTube-каналу STATION MARX, который сначала хотел выдать жареную протокольную тему к юбилею, потом, че-то передумал. Но не пропадать же добру? Раз кина не получилось, так читайте, кому интересно

80 лет назад, 23 августа 1939 г. в Москве был подписан советско-германский договор о ненападении, который десятилетия спустя был заменен в историческом сознании масс неким тайным сговором двух диктаторских режимов. Сегодня пропаганда, как государственная, так и либеральная рассказывают нам о некоем пакте Молотова-Риббентропа. Кто-то может сказать: какая разница – пакт, договор, сговор, все же понимают, о чем идет речь.

Нет, разница есть! Девять человек из десяти, кто вообще хоть отдаленно представляет, о чем идет речь, скажет, что пакт Молотова Риббентропа – соглашение между СССР и Германией, согласно которому эти страны поделили между собой сферы влияния в Восточной Европе, что послужило тригером Второй мировой войны.

Теперь давайте прочитаем коротенький текст договора о ненападении от 23 августа 1939 г. и найдем там хоть намек на какой-то дележ территорий. Там ничего подобного нет. Продвинутая публика скажет: «Общеизвестно, что вместе с договором были подписаны секретные протоколы, в котором два диктаторских режима договорились совершить нападение на Польшу и распилить ее пополам. Только после этого Гитлер решился развязать войну 1 сентября 1939 г., которая 3 сентября со вступлением в нее Великобритании и Франции стала всеевропейской, а 5 декабря 1941 г. с момента атаки японцами американской базы Перл-Харбор приобрела характер мировой».

Хорошо, допустим, что подобное соглашение действительно существовало. Давайте найдем убедительные подтверждения тому. Этот вопрос находится в компетенции исторической науки. Соответственно, именно профессиональные историки должны были превратить гипотезу о существовании секретных протоколов в установленный факт. У них для этого было 80 лет. Если до 1991 г. еще можно было ссылаться на то, что коммунистический режим надежно прячет в сверхсекретных архивах доказательства своих преступлений перед человечеством, то теперь эта отговорка не работает.

Вообще-то было бы странным, если бы преступный коммунистический режим, якобы ответственный за развязывание самой кровавой войны в истории человечества, стал бережно хранить в архивах главную улику своей вины. Любой нормальный преступник не будет оставлять следов. Но для исторической науки это не должно быть препятствием в установлении истины. Ведь если преступление совершено, оно оставляет не только прямые улики, но и косвенные. А косвенные улики уничтожить крайне трудно. Например, убийца может надежно спрятать труп. Но он не скроет косвенное доказательство своей вины – данные биллинга сотового оператора покажут, что предполагаемый убийца и его жертва находились в одном месте в одно и то же время непосредственно перед тем, как было совершено злодеяние. Тут уж вопрос компетентности следственных органов – хватит у них профессионализма собрать неопровержимые в комплексе доказательства по делу, или нет.

Любой криминалист скажет, что есть преступления нераскрытые, но идеальных преступлений не бывает – всегда остаются следы, часто такие, о котором преступник даже не догадывается. Так же и профессиональный историк всегда найдет косвенные подтверждения своей гипотезе, если она верна. А если она не верна, то профессионал, проанализировав собранные материалы, придет к выводу, что в действительности события разворачивались как-то иначе. Возникает новая версия, собирается более обширная доказательная база, проводится более тщательный анализ, делаются более близкие к истине выводы.

Следовательно, если вы человек, интересующийся историей своей страны, вам будет очень любопытно прочитать серьезное научное исследование, такой жаркой темы, как как роль СССР в развязывании мировой войны. То есть, если сузить тему, вам должно быть интересно окунуться в тайну секретных протоколов.

И тут мы сталкиваемся с чем-то совершенно необъяснимым. Ни один профессиональный историк не написал книги о секретных протоколах Молотова-Риббентропа. Ни один! Ни в России, ни за рубежом. Да, вскользь упоминают пресловутые протоколы многие, но никто не попытался детально исследовать столь перспективную тему. Вплотную подошла к теме протоколов германская исследовательница Ингеборг Фляйшхауэр (Fleischhauer I. Der Pakt: Hitler, Stalin und die Initiative der deutschen Diplomatie 1938–1939. Berlin, 1990). Но именно вплотную. Она досконально раскапывает предысторию заключения советско-германского договора о ненападении, описывает и миссию Канделаки, и противодействие ей со стороны наркома Литвинова. Но, как только доходит до 23 августа 39-го, то сухо сообщает, что вместе с договором, были подписаны секретные протоколы. И на этом точка, книжке конец.

Никто не пытался защитить диссертацию по протоколам. Почему? Историографическая научная работа может опираться только на источники. В данном случае исследование материальной культура ничего не даст, археологи могут отдохнуть, нам нужны исключительно письменные источники. Вот и давайте пойдем в архивы, куда должен отправиться наш гипотетический исследователь. Боюсь, тут вас постигнет большое разочарование: источниковая база по секретным протоколам НУЛЕВАЯ. Вы не сможете увидеть ни сами секретные протоколы, ни документы, в которых бы советские и германские дипломаты цитировали их.

Зато вы обнаружите массу документов, в которых обе стороны ссылаются на некие договоренности по сферам своих интересов (не о конкретном разделе сфер интересов, а именно на договоренности признавать и уважать заявленные интересы друг друга и мирно разрешать возникшие споры). Можно ли отождествить эти договоренности по сферам интересов с известным нам текстом секретных протоколов? Нет. Там речь идет совершенно о другом. И чем больше мы подобных косвенных упоминаний о негласных договоренностях обнаружим – тем с большей уверенностью можно говорить о том, что та филькина грамота, которую пропаганда выдает за «секретные протоколы», подписанные Молотовым и Риббентропом – фейк. Причем фейк туповатый, рассчитанный на самую невзыскательную публику.

Возможно, вы удивитесь. Ведь таким же «общеизвестным» фактом, как и то, что протоколы были, является то, что они давно опубликованы и на Западе, и в СССР, и в РФ, введены в научный оборот, и потому нет никакой нужды реконструировать содержание документа, в существовании которого сомневаться не приходится. Я вам чисто по-еврейски отвечу вопросом на вопрос: где и когда была осуществлена научная публикация указанного документа, чтобы считать его существование установленным фактом? Упс, тут верующие в существование протоколов сразу скисают, уходят в несознанку, начинают истерить, переходить на личности или ссылаться на некую «общеизвестность», «доказанность», объявлять саму постановку вопроса происками маргинальной коспирологии и фричеством.

А ведь это элементарный вопрос, ответ на который тоже дается элементарно. Так называемые «секретные протоколы» Молотова-Риббентропа (это целый документальный комплекс, а не два листочка текста) нигде, никогда и никем не вводились в научный оборот. Исключительно по этой причине профессиональные историки не проявляют ни малейшего интереса к теме секретных протоколов. Это же люди, руководствующиеся рациональными соображениями. Если они что-то пишут, то исключительно для того, чтобы это опубликовать в научном издании, получить за это гонорар, получить плюс в карму, повысить градус своей научной значимости, сделать карьеру, оправдать полученную зарплату и т. д. есть конечный продукт научной работы историка – научная публикация. Научная публикация должна опираться на научный аппарат – полное описание источниковой базы. А в деле о секретных протоколах эта источниковая база отсутствует – нет ни архивных документов, где бы упоминались, цитировались или интерпретировались «секретные протоколы», ни сами протоколы никогда не вводились в научный оборот. Если же невозможно написать монографию, снабдив ее соответствующим научным аппаратом, такая тема профессионального историка не интересует принципиально.

Да, публиковались тексты «секретных протоколов» миллионы раз, начиная с весны 1946 г, однако профессиональный историк не может ссылаться ни на литовскую эмигрантскую газетку, выходящую в Канаде, ни на анонимную интернет-помойку. Историку нужна именно научная публикация. А научная публикация может быть осуществлена только со ссылкой на проверяемый источник. Но на Западе нет ни одного журнала, альманаха, сборника документов, где бы текст секретных протоколов публиковался со ссылкой на источник, да еще проверяемый.

Впервые «секретный протокол» от 23 августа 1939 г. в виде фотокопий всплыл на Нюрнбергском процессе в марте 1946 г. Их зачем-то пытался приобщить к материалам дела адвокат Рудольфа Гесса Альфред Зайдль, хотя к Гессу это не имело ни малейшего отношения. Судья Лоуренс потребовал объяснить происхождение документа. Зайдль что-то промямлил про незнакомца, который ему их дал и быстро скрылся. Разумеется, суд отказал в приобщении к материалам дела непонятной фотокопии неизвестного происхождения. Однако Зайдль с маниакальным упорством пытался огласить текст протокола и даже допрашивал свидетелей, которые якобы видели своими глазами оригинал. Логическое объяснение этому бессмысленному с юридической точки зрения танцу с бубнами только одно – молодой адвокат пытался добиться внимания прессы. Несмотря на то, что судебный процесс освещали сотни мировых СМИ, никого эпатажная выходка Зайдля не заинтересовала.

Второе явление миру «секретных протоколов» произошло в мае того же года в американской газете «Сент-Луис пост диспетч» (St. Louis Post-Dispatch). Разумеется, публикация в провинциальной американской газетке осталась незамеченной и никакого резонанса не имело. Через два года Госдепартаментом США был выпущен скандально известный сборник Нацистко-советские отношения 1939-1941 (Nazi-Soviet Relations 1939–1941. Washington, 1948), в котором и оказались опубликованы тексты всех известных нам «секретных протоколов» и другие дипломатические документы, касающиеся отношений двух стран. Публикация была сделана якобы по трофейным немецким документам, попавшим в руки союзников в 1945 г, изучением которых они занимались в Лондоне.

Могут ли историки ссылаться на эту публикацию? Нет. Во-первых, все тексты были опубликованы анонимно, в переводе на английский и без ссылки на источник. Во-вторых… Собственно, первого уже достаточно, чтобы навсегда исключить чисто пропагандистское издание времен Холодной войны из числа источников, заслуживающих доверия. Напомню, что для научной публикации документа требуется указать ПРОВЕРЯЕМЫЙ источник. Именно поэтому ни в каких научных исследованиях на Западе, посвященных Второй мировой войне, ссылок на «секретные протоколы» Молотова-Риббентропа вы не найдете.

Впрочем, для пропагандистских целей ничего подобного не требовалось. Вброшенные Госдепом в пропагандистский оборот материалы в годы Холодной войны особо не пригодились, серьезно к ним относились только в польско-прибалтийских эмигрантских кругах. На русском языке американский сборник выпущен в США в 1983 г. литовским эмигрантским издательством «Moksvo» под названием «СССР – Германия. 1939–1941. Документы и материалы о советско-германских отношениях с апреля 1939 г. по июль 1941 г.» (в качестве переводчика выступил известный беглый антисоветчик, «историк» Фельштинский).

Кстати, именно с легкой руки Госдепа договор о ненападении превратился в пакт, которым он никогда не являлся. Поскольку изначально текст «секретного протокола» от 23 августа 1939 г., скорее всего был составлен на английском языке, его автор в преамбуле указал, что он является приложением к Non-aggression Pact. А когда его перекладывали на русский для изготовления фотокопий, переводчик добросовестно отнесся к работе и правильно указал название ключевого документа – договор о ненападении. Однако при подготовке издания «Нацистко-советские отношения 1939-1941» американцы прокололись – видать, использовали исходник на английском, где речь идет о пакте, а не русский «оригинал», изготовленный на его основе.

В дальнейшем же Фельштинский делал обратный перевод на русский с английского текста из госдеповского сборника и потому Non-aggression Pact перевел как «пакт о ненападении», врезультате чего слово «пакт» накрепко приклеилось к «секретному протоколу» им. Молотова-Риббентропа. С тех пор словосочетание «пакт Молотова-Риббентропа» стало расхожим пропагандистским штампом. Если вы встретите его в «серьезной литературе», можете быть уверены – перед вами шлак. Совершенно не понятно, что имеют в виду авторы под пактом – то ли договор о ненападении, то ли секретные протоколы, то ли все это в комплексе. В итоге кто как хочет – тот так и трактует.

Наконец, для «секретных протоколов» пробил золотой час. Миф стал достоянием широкой общественности в 1989 г., когда в Вильнюсе в издательстве «Mokslas» 100-тысячным тиражом была выпущена книжка «Документы и материалы о советско-германских отношениях с апреля по октябрь 1939 г.», являющаяся выжимкой из упомянутого выше госдеповского сборника в переводе Фельштинского. В данном издании присутствует предисловие на русском и литовском языке, подписанное директором Института истории партии при ЦК Компартии Литвы В. Кашаускене и заместителем директора Института истории АН Литовской ССР А. Эйдинтасом. В 1991 г. в издательстве «Московский рабочий» вышла та же самая книга под названием «Оглашению подлежит: СССР-Германия. 1939–1941. Документы и материалы».

Разумеется, ни одна из упомянутых брошюрок не может быть отнесена к категории «официальный сборник документов». Это всего лишь русский перевод с английского перевода без малейшего намека на первоисточник. Этим и объясняется то, что за границей «секретным протоколам» не посвящено ни одной научной книги – тупо отсутствует объект изучения. Не может же серьезный исследователь ссылаться на анонимное госдеповское пропагандистское издание?

Собственно, до 1986 г. вопрос о «секретных протоколах» был глубоко маргинальным и никакого политического, а тем более, научного значения не имел. Все изменилось с началом в СССР Перестройки. Не случайно именно в этот год был впервые 23 августа широко отмечен День черной ленты в память о демоническом пакте Молотова – Риббентропа. Вот перечень основных мест манифестаций: Нью-Йорк, Стокгольм, Лондон, Торонто, Сиэтл, Перт (Австралия). Всего акции в День черной ленты прошли в 21 зарубежном городе. Думаю, не стоит объяснять, что, когда по всему миру в один и тот же день проходят массовые манифестации в знак солидарности с маленькими балтийскими народами, томящимися под гнетом советской оккупации, стихийностью и случайностью это никак объяснить невозможно. Отчего-то 46 лет западная общественность совершенно не переживала по поводу свободы Балтии, и вдруг…

Именно в прибалтийских республиках сильнее всего проявляются сепаратистские тенденции. Борцам за независимость нужна идеологическая база, и роль ее сыграли мифические «секретные протоколы». Первая публичная презентация «секретных протоколов» состоялась в Риге 2 июня 1988 г. на пленуме творческих союзов Латвии, где с незаявленным докладом о страшном злодеянии сталинского режима выступил придворный диссидент, коммунист с 40-летним стажем Маврик Вульфсон. Через день (будем считать это совпадением) в Литовской ССР под крылом КПСС, с благословения Политбюро ЦК и личном участии «архитетора перестройки Александра Яковлева создается движение за Перестройку «Саюдис» – самая мощная сепаратистская организация в Прибалтике, в дальнейшем приросшая боевой организацией. Упомянутая выше первая в СССР брошюрка, где опубликованы тексты «секретных протоколов» выпущена издательством, принадлежавшим ЦК компартии Литвы. Парадокс, но именно в Литве, которая была хоть и пассивным, но все же бенефициаром раздела Польши в 1939 г., яростнее всего осуждался сговор между двумя тоталитарными империями, этот раздел осуществившими. (Продолжение).

Алексей Кунгуров

23.05.2021, 08:19

https://kungurov.livejournal.com/244760.html
Пишет Алексей Кунгуров (kungurov)
2019-08-26 15:02:00 18215

Начало здесь. Парадокс, но именно в Литве, которая была хоть и пассивным, но все же бенефициаром раздела Польши в 1939 г., в Перестройку яростнее всего осуждался сговор между двумя тоталитарными империями, этот раздел осуществившими. В считанные месяцы население Литвы, Латвии и Эстонии, не подозревавшее о существовании «пакта Молотова-Риббентропа» свято уверовало в то, что их страны в 1939 г. стали жертвами чудовищного сговора. Поэтому долг всякого сознательного литовца (латыша, эстонца) бороться за независимость. Существование «секретных протоколов» становится объектом фанатичной веры для прибалтов и «демократической общественности» во всем Советском Союзе. Вера не требует никаких доказательств. Верующим нужно лишь ПРИЗНАНИЕ их правоты.

Вот тут мы и подходим к ключевому моменту – переходу уже почти позабытого к середине 80-х мифа, опирающегося на единственный (!) анонимный антисоветский вброс, сделанный Госдепом США в период разгара Холодной войны, в разряд общепризнанного, общеизвестного факта. Не доказанного, не подтвержденного, а именно общеизвестного и официально признаваемого.

История – продажная девка, обслуживающая интересы власти, и профессиональный историк, то есть историк на зарплате, всегда руководствуется политической конъюнктурой (генеральной линией партии, как говорили в советское время), а вовсе не жаждой познания. Во второй половине 80-х генеральную линию партии определял академик Яковлев Александр Николаевич, прораб Перестройки, серый кардинал Горбачева, американский шпион – каких только ярлыков на него не навешали. Ну, прямо скажем, академиком он был примерно такого же пошиба, каким сейчас является Рамзан Кадыров. Но в те годы звание «академик» вызывало у простого человека благоговейный трепет. Все, что исходит от академика, являлось истиной в последней инстанции. Тем более, если это прогрессивный и демократический академик, учившийся в Колумбийском университете в США.

Как упомянуто выше, Яковлев, курировавший в Политбюро прибалтийские республики, лично участвовал в создании и раскрутке сепаратистских движений, он же занимался продвижением на выборах делегатов Съезда народных депутатов СССР. Так что ничего удивительного, что в главный союзный советский орган от Литвы, Латвии и Эстонии были избраны агрессивные антисоветчики и сепаратисты, включая упомянутого Маврика Вульфсона – первозвестника «секретных протоколов» в СССР. Так же не стоит удивляться тому, что в 1989 г. прибалты стали яростно требовать от Москвы признания и осуждения «сговора» между Сталиным и Гитлером, жертвами которого стали белые и пушистые прибалтийские «демократии». Я не шучу, диктаторские режимы в балтийских лимитрофах (наиболее фашистским он был в Латвии) совершенно серьезно стали именовать демократическими.

Казалось бы, какое значение весной 1989 г. имеют эти чисто историграфические споры о событиях 50-летней давности? В тот момент этот вопрос внезапно приобрел колоссальное политическое значение. На 23 августа в прибалтийских республиках была запланирована колоссальная манифестация в знак протеста против «сговора» между коммунистическим СССР и нацистской Германией, в результате которого эти страны потеряли независимость. Естественным и однозначным требованием протестующих должно было стать требование восстановления государственного суверенитета. Акция Балтийский путь действительно состоялась, она стала самой массовой демонстрацией в истории человечества, занесенной в книгу рекордов Гинесса – около двух миллионов человек выстроились живой цепью от Вильнюса до Таллинна. Поскольку в мероприятии приняло участие до 25% населения трех республик, разумеется, предприятия в этот день бастовали.

Но к сожалению для депутатов-сепаратистов перетянуть на свою сторону съездовское большинство пламенными речами с трибуны им не удалось. В мае было принято решение лишь о создании комиссии, которая изучит вопрос, доложит Съезду итоги своих изысканий и предложит проект резолюции. Я, думаю, вы совсем не удивитесь, если узнаете, что состояла эта комиссия исключительно из прибалтов-сепартистов и нескольких сочувствующих им демократов-антисоветчиков, а возглавил ее сам академик Яковлев.

Я максимально досконально исследовал результаты работы этой комиссии и установил, что никакой работы она не осуществляла вообще. Подробности изложены в моей книге Пакт Молотова-Риббентропа. Тайна секретных протоколов, утомлять ими не буду. Как позднее признавали сами члены комиссии, даже итоговый доклад Яковлева о якобы проделанной работе был для них секретом, они не имели к нему ни малейшего отношения. Поэтому Александр Николаевич выступил как бы не с докладом комиссии, существовавшей лишь формально, а с неким «личным докладом». Не буду пересказывать его бредовую суть. Главный аргумент в пользу существования «секретных протоколов» был следующим: сами протоколы, дескать, не обнаружены ни в советских, ни в зарубежных архивах, однако, поскольку дальнейший ход истории развивался строго в соответствии с протоколами, значит они существовали, а потому следует их немедленно осудить за отход от ленинских принципов внешней политики.

Логика просто потрясающая! Поставьте себя на место фальсификатора. Вам нужно состряпать задним числом документ, который выглядел бы правдоподобно. Что вы сделаете? Верно, опишете в нем свершившиеся события, после чего объявите неоспоримым доказательством подлинности этого артефакта, что последующая история человечества шла ровно по предписанному сценарию. В общем, невразумительный доклад Яковлева Съезд не убедил. Более того, многие депутаты, которые впервые в жизни услыхали про какой-то сговор между СССР и Германией, начали задавать крайне неудобные вопросы о непонятных криминалистическких и графологических (!!!) экспертизах, якобы проведенных по поручению комиссии: мол, что вы там исследовали в лаборатории, если протоколы не обнаружены? Голосование проходит не в пользу Яковлева, Съезд отклоняет предложенный им проект постановления, осуждающего сговор. Казалось бы, сепаратисты потерпели полное поражение. Не тут-то было!

Яковлев добивается повторного голосования(!) по вопросу и на следующий день делает новый доклад, предоставив обнаруженные за ночь новые «доказательства» существования «секретных протоколов» - некую «служебную записку» Смирнова-Подцероба, якобы обнаруженную в МИДовском архиве, где речь идет о передаче в марте 1946 г. от одного помощника Молотова другому помощнику Молотова комплекта документов, в котором упомянуты подлинники «секретных протоколов». Я не сочиняю, именно слово и было употреблено много раз – «подлинники». Как будто в архиве министра могут храниться подделки. Судя по всему, авторы этого фейка не понимают основ делопроизводства, не знают, что в документообороте участвуют только оригиналы документов и заверенные копии. Вот и родили такой перл с «подлинниками». Но Съезд поверил Яковлеву (попробуй не поверь уважаемому академику!) и на основании сенсационной «записки» признал сговор фактом и проголосовал за осуждающее его постановление. Именно так состоялось политическое признание существования «секретных протоколов».

Эпохальная записка Смирнова-Подцероба оказалась на поверку очень грубо сляпанной фальшивкой. Скорее всего, сам Яковлев ее ночью и сочинил. По сию пору никто ее не видел, и даже самые упоротые пропагандисты «секретных протоколов» ее не упоминают в качестве аргумента своей правоты. Как-то неудобно им упоминать «записку», датированную апрелем 1946 г. (даже без числа!!!), где упоминаются «секретные протоколы» от 23 августа 1939 г. и 14 не относящихся к делу документов, а через три дня газета «Известия» публикует репродукцию «служебной записки», и вдруг оказывается, что это не записка, а «акт», и в нем уже помимо «секретного протокола» возникли восемь документов, прямо относящихся к делу. Я насчитал более десятка признаков фальсификации яковлевской «служебной записки». Но это значения не имеет. Достаточно констатации того, что этот документ не существует.

Кстати, в дальнейшем историки на зарплате забыли о громкой яковлевской сенсации и стали датировать передачу документов из секретариата Молотова октябрем 1952 г. Таким образом яковлевскую поделку явочным порядком признает фальшивой даже официальная, так сказать, наука. Просто теперь историки старательно обходят стороной мутную съездовскую эпопею и даже имя Яковлева стараются, по возможности, не упоминать. Правда, тупят они ничуть не меньше Яковлева. В октябре 1952 г. Молотов уже 3,5 года как был снят с поста министра, выведен из состава правительства и Политбюро и занимал совершенно номинальную должность руководителя Бюро Совета министров СССР по металлургии и геологии. В реальности передача дел и бумаг могла проходить исключительно в 1949 г.

Тем не менее, именно Съезд народных депутатов внес главный вклад в утверждение мифа о секретных протоколах. Это было первое и ЕДИНСТВЕННОЕ на сей день официальное политическое решение, признающее существование «секретных протоколов» и осуждающее их. Да, сегодня дата 23 августа в ЕС и прибалтийских странах официально объявлена памятным Днем «черной ленты». В Литве эту дату уже без всякого стеснения 10 лет назад переименовали в День памяти жертв сталинизма и нацизма. Но основания у европейцев железобетонные: мол, вы, русские, сами официально признали и осудили нацистско-советский сговор и раздел Европы. Так что к ним, действительно, претензий у меня нет.

Итак, политическое решение, необходимое сепаратистам, было принято в декабре 1989 г. В январе 1990 г. состоялась кровавая бойня у Вильнюсской телебашни, когда Москва силами армии пыталась подавить сторонников независимости Литвы. Кстати, как выяснилось через много лет, святые жертвы русской военщины на самом деле оказались убитыми боевиками «Саюдиса», но истина никого не интересовала тогда, не интересует она общественность и сегодня. В итоге 11 марта 1990 г. Верховный Совет Литовской ССР во главе с сексотом КГБ Витаутасом Ландсбергисом (на Съезде нардепов СССР он яростно драл глотку, убеждая признать и осудить «сговор») провозгласил независимость Литвы. Литва стала первой из союзных республик, объявившей независимость. Вскоре к ней присоединились Латвия, Эстония, Молдавия, Грузия. Де факто в 1991 г., когда в оставшейся части СССР проходил референдум о самосохранении, Советский Союз в своем прежнем виде уже не существовал, потеряв пять республик. На начальном этапе распада Союза «секретные протоколы» сыграли колоссальную роль – это был мощный идеологический таран, пробивший в днище советского государства первую брешь. Даже три бреши, если уж быть совсем точным.

Однако на фальсификаторах шапка, что называется, горела. Поэтому в 1990-1992 гг. (даже после распада СССР!) историки на зарплате пытались любыми способами подятнуть под политическое решение о существовании «секретных протоколов» неопровержимую документальную базу. Возникла в этом и чисто утилитарная нужда. «Демократы» планировали провести судебный процесс о запрете коммунистической партии, и им нужны были исторические аргументы, свидетельствующие о преступном, людоедском характере коммунистической идеологии. Абсолютно все мероприятия по легализации «протоколов» связаны с именем академика Яковлева. В эти годы состоялся вброс в «научный оборот» через журналы и сборники документов неких чудом сохранившихся машинописных копий «секретных протоколов», обнаруженных, почему-то в несекретных (!) фондах архива МИД. Логика махинаторов была проста: раз есть копии в архиве – значит были и оригиналы.

Смешно, но «машинописные копии» действительно существовали. Только это были не копии с оригиналов, о чем деликатно умалчивают фейкоделы, а перевод документов из госдеповского сборника 1948 г, выполненный ТАСС в том же году. Известно, что с содержанием книжицы ознакомились Молотов и Сталин. Был даже предпринят ответный идеологический удар – Совинформбюро выпустило сборник Фальсификаторы истории, в котором показывалось, что именно западные демократии последовательно, с самого прихода Гитлера к власти развязывали мировую войну (политика умиротворения Гитлера, Мюнхенский сговор и т.д.). Есть предположение, что гневное предисловие к сборнику написал лично Сталин.

И вот эти самые машинописные листы ТАССовского перевода госдеповской брошюры, хранящиеся в несекретном фонде (а смысл было засекречивать?) были в 1991 г. объявлены копиями с оригинала на их основе на следующий год опубликованы в официальном сборнике Документы внешней политики СССР. Том XXII. Вроде бы, формально историки теперь могут считать «секретные протоколы» существующими. Но ссылаться на публикацию «машинописных копий» в научной статье или монографии, мягко говоря, несолидно. Поэтому пришлось фальсификаторам изобретать «оригинал», который чудесным образом был обретен в октябре 1992 г. якобы в сверхсекретном архиве ЦК КПСС в закрытом конверте №34. Казалось бы, такая сенсационная находка должна быть немедленно выставлена на всеобщее обозрение. Но…

Тут начинают происходить такие чудеса, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Опубликованы сенсационные находки были в солидных журналах «Новая и новейшая история» и «Вопросы истории» в 1993 г., а рассекречены… только в 1995 г. При этом Яковлев в своих мемуарах запустил фейк о том, что представил сенсационную находку (еще не рассекреченную!) на некоей пресс-конференции в октябре 1992 г. по личной просьбе Ельцина. В дальнейшем версию о пресс-конференции были вынуждены публично поддерживать и те, кто в ней якобы участвовал, например, глава Росархива Рудольф Пихоя. Логично предположить, что если была пресс-конференция, то на ней присутствовала пресса. И столь громкая сенсация должна была стать новостью №1 в ближайших выпусках газет. Попробуйте прийти в библиотеку, взять подшивки газет за 29-31 октября 1992 г. и обнаружить хотя бы упоминание об этой пресс-конференции.

Опять акцентрую внимание читателя, что научная публикация документа осуществляется со ссылкой на ПРОВЕРЯЕМЫЙ источник. Публикаторы в журналах дали ссылку на фонды Архива президента РФ. Но за 27 лет ни одному исследователю не удалось получить доступ к оригиналам «секретных протоколов», хотя пытались это сделать очень многие, в том числе и я. Более того, доступ к рассекреченному и опубликованному документу был закрыт даже для депутатов Госдумы, которым он был необходим для работы над договором с Литвой. То есть оригиналы как бы есть. Но их до сих пор никто не видел. Даже на выставке «1939 год. Начало Второй мировой войны» почему-то выставлены цветные копии, сделанные непонятно с чего.

31 мая 2019 г. был сделан очередной вброс – впервые были предъявлены цветные репродукции оригиналов «секретного протокола». Вопрос: а почему публикация не была осуществлена официально, так как принято в цивилизованном мире: в официальном издании со ссылкой на проверяемый источник? А потому, что в 1993 г. с публикацией в журналах фейкометчики лоханулись – указали ссылку на существующий архив, и потом десятилетиями вынуждены были изобретать основания для того, чтобы отказывать многочисленным исследователям в доступе к документам. Теперь же в эпоху интернета для пропагандистского вброса используются так называемые сливные бачки. Один из таких сливных бачков – Фонд «Историческая память», возглавляемый Александром Дюковым, который давно находится на зарплате у Кремля и готов за деньги отработать любой заказ. Вот, например, однажды он сочинил умопомрачительную историю о том, что за терактом на Дубровке в 2002 г. стояли западные спецслужбы.

Сегодня тот же Дюков вбрасывает в массы новые шедевры фотошопного искусства. Как вы понимаете, задавать ему вопросы об источнике бессмысленно – он ссылается на другой сливной бачок – чисто виртуальный Институт внешнеполитических исследований и инициатив, который не имеет ни сотрудников, ни даже физического адреса, однако от его имени непонятно на какие деньги выпущен сборник Антигитлеровская коалиция 1939: формула провала. Возглавляет этот, прости господи, институт телеведущая Вероника Крашенникова, подрабатывающая штатным «экспертом» на соловьевских ток-шоу. Вот для придания ей солидного статуса и был сочинен этот институт. В крашенинниковском сборнике эти самые «оригиналы» и были опубликованы, но без малейшего намека на источник. Сам же Дюков отчего-то утверждает, что документы предоставлены историко-документальным департаментом МИД. Это классическая уловка фальсификаторов, когда один мошенник ссылается на другого.

Факт публикации чего-то там есть? Есть. Следовательно, можно говорить о самом факте публикации. Поэтому телеведущие могут высокомерно ухмыляться и заявлять: «Секретные протоколы давно опубликованы, отрицать их существование могут только конспирологи». Я, кстати, никогда не отрицал, что «секретные протоколы» есть, а лишь приводил множество признаков их фальсификации в период 1989-2019 гг. Вопрос не в том, есть они или нет, а в том, чем они являются. Я привел десятки доказательств их подложности, неоднократно уличил историков, причастных к их легализации, в махинациях и лжи. Хотелось бы услышать какие-то объяснения. Вместо этого пропагандисты, ходят по одному и тому же кругу, на любой мой неудобный вопрос по-еврейски отвечая встречным вопросом: «Как ты можешь сомневаться в том, что протоколы существуют, если на выставки показали их цветные копии?». Я не сомневаюсь, что вы способны сделать цветные картинки. Но объясните, как вы умудрились сделать ксерокопию секретных протоколов в 1949 г., когда в СССР не было ни одного копировального аппарата XEROX, да еще заверить ее рукой Молотова? Мало предъявить картинки, надо доказать то, что это настоящие документы. Этих доказательств, однако нет, а то, что пытаются выставить в качестве таковых, лишь доказывает подлог.

Что любопытно, это уже не первый вброс «оригиналов» от имени внешнеполитического министерства РФ. Предыдущая попытка была предпринята через прокремлевского историка Алексея Исаева в 2012 г. и тоже со ссылкой на МИД. Будете смеяться, но оригинал-2012 сильно отличается от оригинала образа 2019 г. Причем на несуразность исаевского вброса я в публичной дискуссии ему указал. В этот раз были учтены и исправлены именно те, указанные мною недоработки.

Можно еще долго приводить многочисленные свидетельства грубой фальсификкации документов, прямо или косвенно относящихся к делу о «секретных протоколах». Но я сегодня сознательно сужаю вопрос, пытаясь объяснить, почему во всем мире до сего дня нет ни одного научного исследования, посвященного скандальным «секретным протоколам». Их и не будет. Потому что ученый-исследователь не может ссылаться ни на публикацию «машинописных копий», ни на фейковую яковлевскую пресс-конференцию, ни на дюковско-исаевские интернет-сливы. Источниковая база нулевая.

Но, собственно, именно в этом и заключается задача фальсификаторов. Если историки этот вопрос не исследуют, они предоставляют возможность пропаганде врать что угодно и как угодно, не боясь разоблачений. Ведь закон пропаганды таков: кто громче орет – тот перекрикивает всех других – тот, следовательно, и прав. Доходит до полнейшего идиотизма. Например, в 2009 г. руководитель музейного центра МИД Юрий Хильчевский заявил, что ему о «секретных протоколах» поведал живой к тому времени участник (!) исторического сговора Владимир Ерофеев. Ни его, ни журналиста «Российской газеты Владислава Воробьева не смутило то, что Ерофеев поступил на службу в МИД только в 1941 г., а в августе 1939 г. ему было 18 лет и он учился на втором курсе филфака Ленинградского госуниверситета.

Сейчас наблюдается любопытный феномен интернет-пропаганды. Люди не будут читать толстые книжки, чтоб разобраться в каком-то вопросе. Зато они с охотой посмотрят ролик на YouTube, где какой-нибудь балабол разложит им все по полочкам за полчаса. Он будет нести голимую чушь, бред и словесный понос, но, если он испражняется с умным и уверенным выражением лица, ему будут верить. Вера – вот с чем совершенно невозможно спорить. Вчера чисто ради любопытства вбил в поисковой строке YouTube запрос «секретные протоколы» и в выдаче увидел просто гигантское количество пропагандистского шлака.

Я, например, узнал про существование историка Егора Яковлева, который сообщил сенсацию: оказывается, оригинал «секретных протоколов» был обнаружен еще в советское время комиссией академика Яковлева, а писатель-конспиролог Алексей Кунгуров все врет (смотреть с 11:50). Вот если бы этот однофамилец прораба перестройки удосужился пролистать мою книжку, он имел шанс прочесть знаменитый доклад Яковлева на Съезде (я его полностью цитирую, как и стенограмму прений по этому докладу), где академик прямо заявляет: оригинал «секретных протоколов» не обнаружен. Ну и далее Егорка несет просто совершенно феерический бред: дескать, оригиналы «секретных протоколов» найдены академиком Яковлевым, но доступ профессиональных историков к ним закрыт, и поэтому их никто не видел, но в их существовании «профессиональный историк» не сомневается.

У кого больше шансов сформировать общественное мнение? У меня, два года писавшего исследование, точнее, расследование о фальсификации «секретных протоколов» объемом в несколько сотен страниц, или у балаболки Яковлева, который несет пургу в качестве «эксперта» на популярных ютуб-каналах? Вопрос риторический. Пропаганда на три порядка превосходит науку в убедительности, а слепая вера неуязвима перед доводами обоснованной критики. Только смена политического режима изменит вектор пропаганды (и далеко не факт, что пропагандируемый канон будет ближе к истине). Пока же археология реальности является уделом маргиналов.

Die Welt

24.05.2021, 05:47

https://volnodum.livejournal.com/3276481.html

2019-08-23 17:35:00

23 августа исполняется 80 лет со дня подписания "пакта Молотова-Риббентропа". Гитлеровская Германия и сталинский Советский Союз стали союзниками на 22 миролюбивых месяца.

Гаус, Сталин, Риббентроп, Молотов после подписания пакта
Гаус, Сталин, Риббентроп, Молотов после подписания пакта

23 августа исполняется 80 лет со дня подписания "пакта Молотова-Риббентропа" с его секретным протоколом о разделе Польши и разграничении сфер интересов между СССР и "третьим рейхом" в случае "территориально-политического переустройства" балтийских государств. Гитлеровская Германия и сталинский Советский Союз стали союзниками на 22 месяца.

"Миролюбивые" диктаторы

Договор этот, как и подписанный 28 сентября между Советским Союзом и нацистской Германией "Договор о дружбе и границе", стали полной неожиданностью для всего мира, включая население СССР и "третьего рейха". Но Сталин и Гитлер (Adolf Hitler) готовились к нему фактически еще с 1938 года. Особенно торопился Гитлер: военную кампанию против Польши он хотел начать до осенних дождей и зимних холодов, а рисковать возможной войной на два фронта не хотел.

Диктаторы явно симпатизировали друг другу. После подписания пакта Сталин поднял в Москве тост за здоровье "фюрера", а его нарком по иностранным делам Вячеслав Молотов на сессии Верховного Совета говорил о "миролюбии Гитлера" и назвал войну западных союзников против гитлеризма "бессмысленной и преступной". Позже он поехал в Берлин, где был сердечно принят Гитлером, Герингом (Hermann Göring) и Гессом (Rudolf Heß).

Карта к секретному протоколу с подписями Сталина и Риббентропа
Карта к секретному протоколу с подписями Сталина и Риббентропа

Договор, как рассказывает, в частности в своей книге "Сталин - Гитлер: от пакта до войны" российский военный историк Юрий Басистов, был выгоден обоим режимам не только с политической, но и с экономической точки зрения. Меньше, чем за два года (с конца августа 1939 года до 22 июня 1941 года, когда Гитлер напал на СССР) Советский Союз поставил нацистской Германии 1 миллион тонн нефтепродуктов, 1,6 тонн зерна, никель, марганцевую и хромовую руду, фосфаты, лесоматериалы, другие материалы.

В ответ СССР получил от "третьего рейха" военные самолеты, бомбардировочные прицелы, комплекты фугасных и осколочно-фугасных бомб, радиостанции, орудийные корабельные башни, пушки, различное промышленное оборудование и даже целый крейсер "Лютцов" (правда, не полностью укомплектованный). Кроме того, Советский Союз получил кредит в 200 миллионов рейхсмарок.

Спустя всего неделю после заключения "пакта Гитлера-Сталина", как его принято называть в ФРГ, нападением Германии на Польшу началась Вторая мировая война, а еще через две недели и советские войска вступили на польскую территорию. Победоносная кампания завершилась "братанием" частей вермахта и Красной армии и совместным парадом в Бресте-на-Буге. На трибуне комбриг Кривошеин стоял рядом с генералом Гудерианом (Heinz Wilhelm Guderian), танковый корпус которого всего через два года почти дойдет до Москвы.

Польша побеждена. У Гудериана и Кривошеина - прекрасное настроение
Польша побеждена. У Гудериана и Кривошеина - прекрасное настроение

Еще до прилета министра иностранных дел "третьего рейха" Иоахима фон Риббентропа (Joachim von Ribbentrop) в Москву в августе 1939 года был снят с поста наркома по иностранным делам СССР сторонник союза с западными демократическими странами и еврей по происхождению Максим Литвинов. Это был явный шаг навстречу "третьему рейху". В течение 22 "медовых месяцев" двух диктаторов в советской печати прекратились любые нападки на нацистов и исчезли карикатуры на их вождей. С экранов кинотеатров были сняты такие известные антифашистские фильмы, как "Профессор Мамлок" и "Семья Оппенгейм" (по роману Фейхтвангера), из театральных репертуаров исчезли все спектакли антифашистского содержания.

НКВД обменивается с гестапо

Еще одно странное "партнерство" существовало между НКВД и гестапо. По секретному соглашению, гитлеровской Германии предполагалось передать бывших граждан Германии и Австрии, которые находились на территории СССР и боролись против Гитлера. Несколько десятков антифашистов действительно были переданы в руки гестапо. Большинство из них погибло.

Контекст
Виктор Ерофеев: Как Гитлер и Сталин расширяли "жизненное пространство"
80 лет назад был подписан так называемый пакт Молотова-Риббентропа. Поклонники Сталина считают его гениальным ходом вождя. Вот как оценивает этот договор писатель Виктор Ерофеев. (23.08.2019)

Секретный протокол к пакту Молотова - Риббентропа: почему сенсации не случилось
Комментарий: Пакт Молотова - Риббентропа - факт, признанный Москвой
Известную немецкую коммунистку Маргарете Бубер–Нойман (Margarete Buber-Neumann), эмигрировавшую в середине 30-х годов в СССР и в 1937 году отправленную в карагандинские лагеря, вдруг препроводили под конвоем в вагон с зарешеченными купе, выдали консервы, хлеб, масло (небывалая роскошь по тем временам для заключенных), сигареты и повезли на Запад. Высадили в Бресте, где сдали с рук на руки эсэсовцам. Те отправили Маргарете Бубер-Нойман в Люблинскую тюрьму, а потом в концлагерь Равенсбрюк. Она выжила лишь чудом.

Советские историки и государственные деятели замалчивали все эти факты. Вплоть до конца 1980-х годов отрицалось наличие секретного протокола о разделе Польши и Прибалтики. Молотов, умерший в 1986 году, также до конца жизни не признавался в том, что протокол(который он сам же подписал) существовал. Даже сегодня некоторые российские историки продолжают отстаивать сталинскую точку зрения, что пакт 1939 года носил "миролюбивый характер". На самом деле именно он дал толчок к началу Второй мировой войны, унесшей жизни миллионов людей.

https://www.dw.com/ru/22-%D0%BC%D0%B5%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D1%85-%D0%BC%D0%B5%D1%81%D1%8F%D1%86%D0%B0-%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%BD-%D0%B8-%D0%B3%D0%B8%D1%82%D0%BB%D0%B5%D1%80-%D0%BE%D1%82-%D0%BF%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B0-%D0%B4%D0%BE-%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D1%8B/a-4580795?maca=rus-facebook-dw&fbclid=IwAR1NWXDezChchPsoeeEO2Xl639BY2hDozrodqSwVT--7n5exd7KFIoJgYLg

Михаил Шутенко

25.05.2021, 07:52

https://nvo.ng.ru/history/2007-06-22/6_tanks.html
22.06.2007 00:00:00

Автор: полковник в отставке, член Военно-научного общества при Центральном культурном центре МО РФ.

В «статистическом исследовании» под интригующим названием «Гриф секретности снят» под общей редакцией генерал-полковника Г.Ф.Кривошеева приведены количественные данные боевой техники, находившейся в вооруженных силах СССР и Германии и их соотношение. В отношении советских танков всех типов указываются цифры: действующая армия – 14,2 тыс. в военных округах и резерве ВГК – 8,4 тыс. При этом уточняется, что из этого количества в 14,2 тыс. в действующей армии нуждались в среднем ремонте 44% и в капитальном – 29% танков, поэтому полностью боеготовых танков в действующей армии было 3,8 тыс. единиц. Что касается Германии, то на советско-германском фронте указывается число 4,3 тыс., а поэтому соотношение танков в действующих армиях 1:1,1 в пользу Германии. При этом в «научном исследовании» Кривошеева нет ссылок на документы или методики получения этих абсурдных данных.

В 1994 году коллективом Института военной истории МО РФ в результате многолетней работы был издан труд: «Боевой и численный состав Вооруженных Сил СССР в период Великой Отечественной войны: Статистический сборник № 1 (22 июня 1941 года)» 1994 г. Воениздат. В этом сборнике представлены результаты анализа ежемесячных донесений из войск, в том числе и на 1 июня 1941 года о качественном и количественном состоянии вооружений и военной техники, об укомплектованности войск личным составом, количестве армий, корпусов и многих других сведений. Эти данные полностью опровергают надуманные сведения, представленные в «научных исследованиях» авторов под руководством Кривошеева.

Но Статистический сборник № 1 был издан всего в 25 экземплярах! В 2001 году его переиздали – 100 экземпляров, по существу, с грифом «для служебного пользования».

Поэтому представляю количественные и качественные характеристики танков из «Сборника № 1» и сведений журналов боевых действий войсковых частей и соединений.

ТАНКИ ГЕРМАНИИ

«На 1 июня 1941 года в Германии количество всех танков и штурмовых орудий, принятых от заводов и переданных в войска действующей армии и армии резерва, а также в ведении управлений артиллерийского и технического снабжений составляло 5639 единиц. Из них танков T-I – 877, 35 (t) -187, T-II – 1072, огнеметных – 85, 38(t) – 754, T-III – 1440, T-IV – 517. Командирских – 330. Всего танков – 5362. Штурмовых орудий – 377. В действующей армии на Востоке на 22 июня 1941 года было всего танков (без огнеметных) 3332.» (Б. Мюллер-Гиллебранд. Справочник «Сухопутная армия Германии. 1933–1945»).

Их типы и количество следующие:

– T-I (два пулемета 7,92 мм) – около 180;

– T-II (20 мм пушка, пулемет 7,92 мм) – 746;

– 38(t) (37 мм пушка, 2 пулемета 7,92 мм) – 772;

– T-III (37 мм или 50 мм пушка, 3 пулемета) – 965;

– T-IV (75 мм короткоствольная пушка, два пулемета 7,92 мм) – 439

– командирских – 230.

Французские трофейные танки не вписывались в немецкую структуру управления боем танковых дивизий, поэтому ни одного французского танка на вооружении танковых дивизий не было.

А теперь проясним танковые войска союзников Германии (Финляндии, Словакии, Венгрии, Румынии и Италии), которые нашими публицистами акцентируются и учитываются, как значительные танковые силы. Самыми сильными были финны и румыны.

В финской армии насчитывалось 86 танков. При этом основу танкового парка составляли трофейные советские устаревшие Т-26 и БТ, а также самоходные установки, созданные финнами на их базе. Кроме того, было несколько наших средних танков Т-28 последних годов выпуска (на них стояла длинноствольная 76,2 мм пушка и было усилено бронирование).

На вооружении румынской танковой бригады в количестве 60 единиц были чешские танки LTvz35 и часть танков типа «Рено» 1920-х годов выпуска.

Танковые дивизии Германии к осени 1939 года до нападения Германии на Польшу имели 6 танковых дивизий образца 1939 года и 4 легких пехотных дивизий, имеющих на вооружении танки. После преобразования легких пехотных дивизий в танковые на 1 апреля 1940 года (перед началом Западной кампании) было 10 танковых дивизий. Впервые были созданы танковые группы, вначале одна, а на втором этапе – три: Клейста, Гудериана, Гота. Этим достигалась важная для усиления силы удара концентрация танковых сил. При нападении на СССР были созданы четыре танковые группы (с декабря 1941 года стали именоваться «армиями»).

Таким образом, военное командование Германии не на словах, а на деле претворило в жизнь теорию глубоких военных операций, в основу которых составили маневренные действия крупных танковых объединений. Но Гитлеру показалось недостаточным иметь 10 танковых дивизий, а поэтому началось формирование еще одиннадцати новых – с 11-й по 21-ю. Но для формирования новых дивизий танков в наличии не имелось, а поэтому было принято решение о том, что формирование осуществлять в основном за счет сокращения танковых частей 10 дивизий, т.е. сокращение количества таков в них. Так из всех 10 дивизий, имеющих по 2 танковых полка, один полк передавался во вновь созданную дивизию.

В результате, если в кампании на Западе ядро танковой дивизии составляла танковая бригада из двух танковых полков, то теперь основу танковой дивизии составлял один танковый полк двух или трехбатальонного состава.

22 июня 1941 года на границе с СССР были сосредоточены 17 танковых дивизий.

ТАНКИ СССР

На 1 июня 1941 года в Красной Армии числилось более 25 000 танков. Исправными было 18 844 единицы. В июне 1941 года было произведено еще 305 танков.

Типы танков и их количество, в скобках – исправные:

– Т-35 (76 мм пушка, 2 пушки 45 мм, 5 пулеметов 7,62 мм) – 59 шт. (42 шт.)

– КВ -1 (76 мм пушка, 4 пулемета 7,62 мм) – 412 шт. (410 шт.)

– КВ -2 (152 мм гаубица, 4 пулемета 7,62 мм) – 135 шт. (134 шт.)

– Т-28 (76 мм пушка, 4 пулемета 7,62 мм) – 442 шт. (292 шт.)

– Т-34 (76 мм пушка, 2 пулемета 7,62 мм) – 1030 шт. (1029 шт.)

– БТ -7М (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 704 шт. (688 шт.)

– БТ-7 (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 4563 шт. (3791 шт.)

– БТ-5 (45 мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 1688 шт. (1261 шт.)

– БТ-2 (37мм пушка, 1 пулемет 7,62 мм) – 594 шт. (492 шт.)

– Т-26 (45 мм пушка, 2 пулемета 7,62 мм) – 9998 шт. (8423 шт.)

– Т-40 (2 пулемета 12,7 мм и 7,62 мм) – 160 шт. (159 шт.)

– Т-38 (1 пулемет 7,62 мм) – 1129 шт. (733 шт.)

– Т-37 (1 пулемет 7,62 мм) – 2331 шт. (1483 шт.)

– Т-27 (1 пулемет 7,62 мм) – 2376 шт. (1060 шт.)

– Су-5 (1 пушка 76 мм) – 28 шт. (16 шт.)

Итого: 25 621 танк, имеющийся на учете, из них 19 997 исправных (боеготовых) более 78%.

Но здесь еще нет нескольких тысяч бронеавтомобилей, вооруженных пушками 45 мм калибра.

В июне 1939 года специально созданная комиссия под председательством заместителя наркома обороны Е.А.Кулика приступила к пересмотру организационно-штатной структуры войск, в том числе и бронетанковых. Это решение утвердил Главный военный совет. Вместо 4 корпусов было решено иметь в военное время 42 танковые бригады.

Таким образом была перечеркнута предыдущая многолетняя работа по освоению войсками опыта руководства крупными механизированными объединениями, в частности мехкорпусами, в соответствии с принятой ранее теорией ведения глубокого боя.

Прошло всего шесть месяцев после расформирования танковых корпусов, как Наркомат обороны «на основании указаний Сталина», исследовав результаты боевых действий немецких танковых и моторизованных корпусов на Западе, вернулся к пересмотру принятого недавно решения о танковых (механизированных) корпусах.

9 июня 1940 года нарком обороны утвердил план формирования новых мехкорпусов со специальным штатом. В 1940 году было сформировано 9 мехкорпусов. В состав нового мехкорпуса входили две танковые и одна моторизованная дивизии. В танковой дивизии – два танковых, мотострелковый и артиллерийский полки, танков – 375 единиц. Моторизованная дивизия имела в своем составе танковый, два мотострелковых и артиллерийский полки, танков – 275 единиц. Таким образом, в целом мехкорпус должен был иметь 1031 танк. Кроме 9 мехкорпусов, были сформированы 2 отдельные танковые дивизии.

Но девяти мехкорпусов командованию РККА показалось мало. Вместо полного оснащения существующих в феврале 1941 г. Генеральный штаб разработал еще более широкий план формирования новых бронетанковых и механизированных войск, предусмотрев создание еще 21 корпуса (позже формирование одного мехкорпуса было отменено). И с апреля 1941 года началось их формирование.

Для укомплектования 29 мехкорпусов и 2 отдельных дивизий требовалось создать 61 танковую дивизию (по 2 дивизии на корпус). Дивизии полагалось: личного состава – 11 343 человека, танков 375. В моторизованной дивизии мехкорпуса было 2 мотострелковых полка, танковый полк (275 танков) и пушечно-артиллерийский полк, а также отдельный истребительно-противотанковый дивизион (30 пушек 45 мм калибра). Кроме того, танки имелись в кавалерийских дивизиях (полк), а отдельные танковые батальоны – в воздушно-десантных войсках.

Полностью укомплектовать до штатной численности все 29 мехкорпусов к июню 1941 года не удалось. Об этом как ярчайшем доказательстве нашей «неготовности к войне» громко трубили историки из ведомства агитпропа, скрывая истинные масштабы бронетанковых войск РККА. Поэтому, в создавшихся условиях все мехкорпуса были разделены на 19 «боевых», 7 «сокращенных» и 3 «сокращенных второй очереди». К концу 1941 года планировалось иметь в составе мехкорпусов и 2 отдельных танковых дивизий 18 804 танка, в том числе 16 655 танков в «боевых мехкорпусах». При этом среднее количество танков (877) мехкорпуса равнялось или превосходило среднее количество танков (817) немецкой танковой группы.

Уже к 22 февраля 1941 года в составе мехкорпусов числилось 14 684 танка. Запланированный до конца года прирост численности на 4120 единиц был значительно меньше реального производства, составившего в 1941 году 6590 танков (в том числе 1358 – КВ; 3014 – Т-34; 277 – Т-40 и других типов (Т-50, Т-60). Для сравнения отметим, что Германия (на которую «работала вся Европа») в 1941 году произвела только 3256 танков (в том числе 243 – Т-II; 1713 – T-III; 480 – T– IV; 698 – 38(t) и 132 командирских (Мюллер-Гиллебранд «Справочник»).

СРАВНИТЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

Имея достоверные исходные данные о количестве и типах танков, проведем сравнительный анализ противостоящих танковых группировок РККА и вермахта на июнь 1941 года. Исходя из их функционального назначения и боевых характеристик, условно разделим все танки на 4 категории: «танкетки», «легкие танки», «артиллерийские танки», «средние танки».

Начнем анализ танков из противостоящих немецкой 1-й танковой группы генерал-полковника фон Клейста группы армии «ЮГ» и советских механизированных корпусов Киевского ОВО (Юго-Восточного фронта) и ОдВО (Южного фронта). К «танкеткам» 1-й танковой группы из общего количества танков 799 единиц отнесем 8 танков Т-I; 217 T-II и все 65 командирских. С этими танками вермахта, а конкретнее – немецкими «пушечными» танками T-II будем сравнивать наш устаревший, снятый к началу войны с производства Т-26.

Хотя толщина брони танка T-II в 2 раза больше, чем у танка Т-26, он от этого не превратился в танк с противоснарядным бронированием. Пушка советского танка Т-26 типа 20К 45 мм калибра уверенно пробивала такую броню на дальности 1200 м, в то время как снаряд 20 мм пушки KwK-30 сохраняет необходимую пробиваемость только на дальности 300-500 м. Такое сочетание параметров брони и вооружения позволяло советскому танку при грамотном его использовании практически безнаказанно расстреливать немецкие танки, что подтверждалось в боях в Испании. Танк T-II был негодным и для выполнения основной задачи – уничтожения огневых средств и живой силы противника, поскольку снарядик 20 мм пушки был совершенно не эффективен для выполнения этой задачи. Для поражения цели требовалось прямое попадание, как от винтовочной пули. В то же время под нашу пушку был разработан «нормальный» осколочно-фугасный снаряд весом 1,4 кг. Таким снарядом поражались цели типа пулеметное гнездо, минометная батарея, бревенчатый блиндаж и др.

Теперь о количестве. Против 280 «танкеток» 1-й танковой группы вермахта в десяти мехкорпусах Юго-Западного и Южного фронтов было боеготовых 1501 танк Т-26 из 1873 числившихся на учете. Соотношение численности танков этой категории составляет 1:5,3 в пользу советских танков. Кроме того, на 1 июня 1941 года в Киевском ОВО и Одесском ВО числилось более 421 единиц плавающих танков Т-37 и Т-38 с пулеметным вооружением, а также 111 новых плавающих танков Т-40, вооруженных крупнокалиберным пулеметом ДШК 12,7 мм калибра и пулеметом 7,62 мм калибра.

Дальше рассмотрим сравнительные боевые характеристики второй категории – «легких танков». К ним отнесем все танки вермахта, вооруженные пушкой 37 мм калибра и пулеметами. Это танки немецкого производства T-III серий D, E, F и танки чешского производства 35(t) и 38(t). В 1-й танковой группе на вооружении пяти танковых дивизий танков чешского производства не было, а танков T-III указанных выше серий было 162. С советской стороны примем для сравнительного анализа легкие танки БТ-7 и БТ-7 М.

По параметрам «броня, подвижность и вооружение» наши «легкие танки» БТ-7, по меньшей мере, по двум не уступают немецким «тройкам», а чешские танки по всем параметрам значительно превосходят. Лобовая броня толщиной в 30 мм танкам T-III указанных серий, так же как танкам T-II, не обеспечивала противоснарядную защиту. Наш танк с 45 мм пушкой мог поражать немецкий танк на километровой дальности, оставаясь при этом в относительной безопасности. Что касается подвижности и запаса хода, танки БТ-7 (7М) были лучшими в мире. Осколочный снаряд (610 г) танковой пушки фирмы «Шкода» 37 мм калибра был в 2 раза меньше снаряда советской пушки 20К, что обуславливало значительно меньшее поражающее действие по пехоте. Что касается действия по бронецелям, пушки 37мм калибра были малоэффективными (в немецких войсках их прозвали «армейскими дверными колотушками»).

Боеспособных танков «легкой категории» в мехкорпусах Киевского ОВО на 1 июня 1941 года было 994 БТ-7 и 192 БТ-7М, а в Одесском ВО – 150 БТ-7 и 167 БТ-7М. Общее количество исправных «легких танков» серий БТ двух округов равнялось 1503 (из 1970 – на учете), что составляло численное соотношение 1:9,1 в пользу советских войск.

Итак, в категории «легких танков» советские войска на Южном ТВД обладали огромным количественным перевесом при некотором качественном превосходстве.

Далее рассмотрим категорию «танков артиллерийских», которые предназначались для максимального приближения к противнику мощного огневого воздействия по живой силе и боевым средствам.

Танки артиллерийской поддержки пехоты изначально не предназначались для борьбы с себе подобными целями. Отличительной особенностью танков этой категории являлись короткоствольные пушки (у танка T-IV длина ствола в калибрах L равна 24), начальная скорость снаряда которых и, следовательно, пробиваемость этих орудий была весьма низкой (45 мм советская пушка 20К превосходила по бронепробиваемости 75 мм немецкую пушку танка T-IV на всех дистанциях). Для борьбы с пехотой наш танк Т-28 (благодаря наличию двух отдельных пулеметных башен) был вооружен лучше. Кроме того, некоторая часть танков Т-28 последних годов выпуска была вооружена более длинноствольными пушками и экранирована дополнительными бронеплитами толщиной 20–30 мм. Аналогичная модернизация в части усиления брони происходила и с немецкими танками (танки T-IV первых серий А, В, С и др. имели броню лоб – 30 мм, борт – 20 мм). Что касается короткоствольной пушки, то ее замена на длинноствольную (L 43) произошла только в апреле 1942 года. Широкие гусеницы советского танка Т-28 обеспечивали ему лучшую проходимость. В целом, по всей совокупности тактико-технических характеристик эти танки были равнозначными.

В составе 1-й танковой группы вермахта танков артиллерийской поддержки T-IV было ровно 100 единиц: по 20 танков в дивизии. На вооружении мехкорпусов Киевского ОВОЗ по состоянию на 1 июня 1941 года числилось боеготовых 171 танк Т-28 (из 191 на учете) и 42 исправных пятибашенных гиганта Т-35, вооруженных одной пушкой 76 мм калибра, двумя пушками 45 мм калибра и пулеметами. В Одесском военном округе имелось около 10 танков Т-28. Итого на Южном ТВД было более 213 исправных «артиллерийских танков», т. е. в два раза больше немецких.

САМЫЕ ЛУЧШИЕ

Рассмотрим, наконец, самое лучшее, что было на вооружение танковых дивизий вермахта и танковых дивизий РККА на 22 июня 1941 года, условно включенных в категорию «средних танков».

«Самые лучшие» определил не автор данной статьи, а государственная комиссия (из полсотни инженеров, конструкторов и разведчиков), которая под руководством наркома Тевосян трижды в 1939–1941 годах подробно ознакомилась с состоянием немецкого танкового производства и из всего увиденного отобрала для закупки только единственный танк марки T-III. Самым лучшим танк T-III серий H и J стал благодаря двум обстоятельствам: новой 50 мм пушки KwK-38 и лобовой броне корпуса толщиной 50 мм. Все остальные типы танков наших специалистов не заинтересовали. Кстати, под прикрытием договора о дружбе были закуплены: «Мессершмитт-109» – 5 штук; «Мессершмитт-110» – 6 штук; 2 штуки «Юнкерс-88»; 2 штуки «Дорнье-215»; один новейший экспериментальный «Мессершмитт-209»; батарея 105 мм зенитных пушек; чертежи новейшего самого крупного в мире линкора «Бисмарк»; танковые радиостанции; прицелы для бомбометания с пикирования и много других систем вооружения и военной техники. И только один немецкий танк одного типа.

Этот танк на советском полигоне был всесторонне изучен и испытан стрельбой по бронецелям. Поэтому наше военно-политическое руководство прекрасно было осведомлено об уровне немецких танков и состоянии танковой промышленности Германии в целом.

В Красной Армии «самым лучшим» из категории «средних танков» был танк Т-34.

По всем показателям – подвижности, бронезащите, вооружению танк Т-34 превосходил самый лучший на июнь 1941 года немецкий танк T-III серий H и J. Длинноствольная 76 мм пушка Ф-34 пробивала любую броню самых защищенных немецких танков на дистанции 1000–1200 метров. В то же время ни один танк вермахта не мог поразить «тридцатьчетверку» даже с 500 метров. А мощный дизель обеспечивал не только быстроходность и относительную пожаробезопасность, но и позволял на одной заправке пройти более 300 км.

Самую полную и квалифицированную оценку советскому танку Т-34 дал немецкий генерал Б. Мюллер-Гиллебранд: «Появление танка Т-34 было неприятной неожиданностью, поскольку благодаря своей скорости, высокой проходимости, усиленной бронезащите, вооружению и, главным образом, наличию удлиненной 76 мм пушки, обладавшей повышенной меткостью стрельбы и пробивной способностью снарядов на большой, до сих пор считавшейся недостижимой дистанции, представлял собой совершенно новый тип танкового оружия. Немецкие пехотные дивизии хотя и располагали каждая в общей сложности 60–80 противотанковыми пушками и имели достаточное количество других противотанковых средств, но при калибре орудий 37 мм они почти не оказывали поражающего действия на «тридцатьчетверки». Вводимая на вооружение немецких войск в это время 50 мм противотанковая пушка была также недостаточно эффективным средством┘» И далее он пишет: «Появление танков Т-34 в корне изменило тактику действий танковых войск. Если до сих пор к конструкции танка и его вооружении предъявлялись определенные требования, в частности подавлять пехоту и поддерживающие пехоту средства, то теперь в качестве главной задачи выдвигалось требование на максимальной дальности поражать вражеские танки, с тем чтобы создать предпосылки для последующего успеха в бою». Подобные отзывы делают и другие генералы вермахта.

А теперь о количестве: в 1-й танковой группе «средних танков» T-III серий H и J было 255 штук. В мехкорпусах Юго-Западного фронта было 555 танков Т-34, а Южного – еще 50 (всего 605 танков Т-34).

Но в Красной Армии с декабря 1939 года находился на вооружении тяжелый танк КВ. Советский 48-тонный танк КВ-1, имея лобовую броню в 95 мм (башня – 100 мм), а бортовую – 75 мм, был неуязвим для танков и самых лучших немецких противотанковых пушек. Единственным средством борьбы с ним были немногочисленные немецкие зенитные пушки 88 мм калибра со спецснарядом. Форсированный дизель В-2К развивал мощность 600 л.с., обеспечивающий скорость 35 км/час. Пушка Ф-34 76 мм калибра могла летом 1941 года расстреливать любые немецкие танки на любых дистанциях под любым углом стрельбы. Танки КВ до 22 июня 1941 года выпускались в двух модификациях: КВ-1 с пушкой 76 мм калибра и 52-тонные КВ-2 с гаубицей 152 мм калибра. С началом войны производство танков КВ-2 было прекращено.

В танковых дивизиях вермахта тяжелых танков не было. Ни одного!

В мехкорпусах Юго-Западного фронта на 22 июня 1941 года было 277 исправных танков КВ-1 и КВ-2, а Южного фронта – 10 штук. Всего 280 единиц. В виду отсутствия у вермахта тяжелых танков, будем их сравнивать с самыми лучшими немецкими танками T-III серий H и J, которые реально несравнимы!

Итак, против 255 самых лучших немецких танков 1-й танковой группы фон Клейста в мехкорпусах Киевского ОВО и Одесского ВО на 22 июня 1941 года было 605 танков Т-34 и 280 тяжелых танков КВ-1 и КВ-2, всего 885 танков, что превышало общее количество (799) немецких танков всех типов 1-й танковой группы, включая устаревшие танки T-I c пулеметным вооружением, TII с пушкой 22 мм калибра, T-III c пушкой 37 мм калибра и «командирские».

Итак, на июнь месяц 1941 года, против 799 танков 1-й танковой группы вермахта, состоящих на вооружении пяти танковых дивизий (в немецких моторизованных дивизиях танков не было) противостояло двадцать советских танковых и одиннадцать моторизованных дивизий, имеющих на своем вооружении 5997 боеготовых танков.

Так где же это пресловутое количественное и качественное превосходство немецких танков над советскими, о котором более шестидесяти лет лгут даже маститые доктора и академики – «знатоки» начального периода войны? О каком «5–6-кратном превосходстве в местах прорыва» вспоминал в своих мемуарах Г.К.Жуков?

К началу второго дня войны, еще практически не сделав ни одного выстрела, ударная группировка из советских мехкорпусов (15-го МК г. Броды, 4-го МК г. Львов, 8-го МК г. Дрогобич), насчитывающая в своем составе более двух с половиной тысяч танков, в том числе 720 танков Т-34 и КВ, оказалась в тылу немецких передовых частей. Наступление во фланг и тыл прорвавшихся немецких войск, включая и удар на Люблин в соответствии с Директивой № 3, могло коренным образом изменить положение на всем Юго-Западном фронте. Но этого, к сожалению, не произошло...

Радио АВРОРА

26.05.2021, 06:20

iJyGAc7WvDY
https://youtu.be/iJyGAc7WvDY

Леонид Шипилов

27.05.2021, 06:50

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/estonskij_tranzit_vermahta_900.htm
Об одной из попыток Лондона сорвать подписание советско-германского Пакта о ненападении

23.08.2019

Советско-германский Пакт о ненападении опрокинул британские планы насчет вовлечения СССР в войну с Германией в 1939 году. Лондон, как известно, предпринимал всевозможные усилия для трансформации германского вторжения в Польшу в войну Германии и ее союзников с СССР. Причем эти «комбинации», будучи совместными с Берлином, распространялись в том году и на Эстонию, уже сориентированную на Германию, - путем провоцирования ее военного конфликта с СССР именно в канун Пакта Молотова-Риббентропа. С тем, чтобы под предлогом защиты Эстонии ввести туда нацистские войска и, вместо этого Пакта, спровоцировать германо-советскую войну...

Среди прибалтийских стран весной—летом 1939 года наиболее разнузданной была антисоветская политика Эстонии. Это обстоятельство стремились использовать в своих интересах и Берлин, и Лондон. Провокации с эстонской стороны стали обычным явлением с середины августа. Так, советский участок границы вблизи г. Гдов на северном побережье Чудского озера («Северного Байкала») 20 августа подвергся длительному обстрелу из станковых пулеметов и стрелкового оружия. Но эстонский МИД не принял ноту протеста советского НКИД, заявив, что инцидент требует дополнительного расследования.

Эстония, напомним, претендовала с начала 1920-х гг. и до осени 1939-го не только на всё восточное побережье Чудского озера на Псковщине и на ряд прибрежных районов (восточнее реки Наровы) Ленинградской области, сопредельных с Эстонией, но также почти на все советские острова в Финском заливе. Намерения Таллина подогревались не только Берлином, но и Лондоном. Есть и такая версия — чтобы, спровоцировав масштабный советский ответ, вызвать военные действия рейха против СССР и, таким образом, сорвать означенный Пакт.

Эстонская разведка в середине 1930-х практически стала филиалом германской.

В этой связи характерны показания Г. Пиккенброка, начальника отдела Абвер-I, данные в советской контрразведке 25 февраля 1946 г.: «Разведка Эстонии имела с нами очень тесные связи. Мы постоянно оказывали ей финансовую и техническую помощь. Ее начальник полковник Маазинг ежегодно приезжал к нам. Деятельность эстонской разведки была направлена исключительно против СССР».

Тем временем глава эстонского МИД К. Сельтер 25 мая 1939 г. заявил в парламенте, что «Великобритания не возражает против заключения германо-эстонского Пакта о ненападении, но выступает против советско-эстонского союза». Британских опровержений не последовало. Дальше — больше. 19 июня в ходе встречи британского и эстонского послов в Москве, У. Сидса и А. Рэя, последний заявил, что «в случае войны Германии против СССР Эстония выступит на стороне Германии». Вскоре, к последней декаде августа, эстонские войска с артиллерией — заметим, в основном германской, — были придвинуты к границе с СССР. А незадолго до этого в Эстонии принимается закон о продлении срока воинской службы с 12 до 18 месяцев.

Удивительно, но именно 23 августа в отчете полпреда СССР в Таллине К. Никитина в НКИД отмечено, что эстонские власти «позволяют резкие антисоветские выпады по поводу советских гарантий безопасности, якобы навязываемых прибалтийским странам вопреки их желаниям».

Полпред, обосновано считая, что «власти Эстонии провоцируют войну с СССР на стороне рейха», отметил также, эти власти «тайно подстрекались Англией к пропуску немецких войск через эстонскую территорию».

Можно предположить, что возможности такого «транзита» закулисно обсуждались эмиссарами Берлина и Лондона, по крайней мере, летом 1939-го.

Впоследствии К. Никитин высказал предположение, что «транзитными» немецкими войсками в Эстонии планировалось, посредством их провокаций на ее границе с СССР, сорвать советско-германский Пакт. Или как минимум добиться советского согласия на нацистскую оккупацию всей тогдашней Польши. То есть, чтобы расположить германские войска вплотную к Великим Лукам, Минску, Житомиру, невдалеке от Киева и Винницы...

В донесении британского посольства своему МИД от 10 июля 1939 года говорится: «Известно о склонностях Эстонии к прогерманской ориентации. К этому явно расположены военные, деловые круги. Правительство Эстонии способствует таким настроениям, принимая множество германских официальных лиц, включая Канариса (начальник абвера), Бентевила (полковник абвера), военных фон Клейста, Бёминга и т. п. лиц».

7 июня 1939 г. в Берлине был подписан германо-эстонский Пакт о ненападении на 10 лет.

Данный Пакт предусматривал оказание взаимоподдержки при угрозе безопасности этих стран или агрессии против них с третьей стороны. Вскоре после этого Пакта генерал-лейтенант Н.Реэк, глава эстонского генштаба, заявил германском посольстве в Таллине, что «Эстония может помочь Германии контролировать Балтийское море, в том числе путем минирования Финского залива». А до этого, на празднование 50-летия Гитлера (20 апреля) был направлен из Эстонии именно Н. Реэк. В их краткой беседе отмечалось, что германо-эстонское сотрудничество будет активно развиваться по всем направлениям.

В записке экспертов главе германского МИД И. фон Риббентропу от 2 мая 1939 г. указывалось: «В случае войны нейтралитет прибалтийских стран для нас так же важен, как и нейтралитет Бельгии и Голландии; когда-то позже, если это нас устроит, мы нарушим этот нейтралитет».

Но подписание Договора о ненападения между СССР и Германией поставил в тупик всю антисоветскую политику Таллина. Провокация не удалась. Берлин предпочел подписать Пакт с СССР, не доверяя британским «комбинациям».

Уже в сентябре 1939-го Эстония заключила договор о взаимопомощи с СССР, предусматривавший, в том числе, размещение советских военных баз на ее территории. Как говорят, быстро переобулась в воздухе... Потом, с приходом гитлеровцев, сделала это еще раз, а потом опять… В общем, это было бы их, эстонцев, сугубо внутренним делом, если бы это не касалось нас.

На фото: начальник генштаба Эстонии Н. Реэк приветствует Гитлера на его 50-летии (апрель1939 г.)

Специально для «Столетия»

Игорь пшЫшкин

28.05.2021, 11:11

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/pakt_molotova-ribbentropa_i_velikaja_pobeda_423.htm
Так был ли в 1939 году И.В. Сталин «лохом», как утверждают либералы?

23.08.2019

Во времена Горбачева-Яковлева обличители Пакта Молотова-Риббентропа основной упор делали на его противоправность и аморальность. Тогда это действовало. Советские люди приходили в ужас от обрушившейся на них «правды» о «сотрудничестве» Сталина с Гитлером: совместного попрания норм международного права, суверенитета «маленьких, но гордых» прибалтийских государств и раздела Польши.

Однако «все течет, все меняется». На подавляющее большинство граждан современной России подобные «ужастики» просто не действуют. «Захватил Прибалтику!» – правильно сделал. «Нарушил международное право!» – а кого оно интересует? Меняются общественные настроения, меняется и технологии демонизации пакта Молотова-Риббентропа.

«Хуже, чем преступление. Это ошибка»

Ныне борцы за «историческую правду», прекрасно знающие динамику социологических опросов, при обличении пакта стараются в основном напирать на прагматизм. Пакт был хуже, чем преступлением Сталина, утверждают они, он был ошибкой, которая привела к катастрофе 1941 г.

Сугубо либеральные историки, публицисты и журналисты буквально хлещут «лоха» Сталина по щекам: дал себя переиграть Гитлеру и чуть не погубил страну, для спасения которой народу пришлось пролить моря крови.

Только несколько примеров.

Леонид Млечин (публицист): «В августе Сталин сделал выбор. Многие и по сей день уверены в его мудрости и прозорливости. Но это решение, напротив, наглядно свидетельствует о его неспособности оценить расстановку сил в мире, понять реальные интересы тех или иных государств и увидеть принципиальную разницу между демократией и фашизмом. Сталин совершил ошибку, которая обошлась России в десятки миллионов жизней».

Андрей Колесников (журналист): «Пакт и секретные протоколы к нему были для Сталина «коктейлем Молотова — Риббентропа», на котором тиран подорвался. … Скорость продвижения вермахта географически, политически, геостратегически была подготовлена именно Пактом Молотова — Риббентропа и попытками «финляндизации» и большевизации Прибалтики».

Сергей Мироненко (в 1992—2016 гг. — директор, с 2016 г. — научный руководитель Государственного архива РФ): «Пакт Молотова-Риббентропа — это стратегическая ошибка, если не сказать преступление советского руководства и лично товарища Сталина. Выполняя договор, СССР укреплял армию своего врага».

Конечно, в отличие от Сергея Мироненко, подавляющее большинство официальных представителей исторической науки избегают столь брутальных высказываний в адрес Пакта. Но разница чаще всего оказывается чисто стилистической.

Вот как, например, оценивает договоренности СССР с Третьим рейхом академик А.О. Чубарьян: «Как показали дальнейшие события, тактические успехи обернулись стратегическими просчетами». Столь же категоричен и профессор М.М. Наринский (зав. кафедрой международных отношений и внешней политики России МГИМО): «Если советско-германский пакт и был тактическим успехом Кремля, то весь курс на сотрудничество с Берлином стал стратегическим просчетом И.В. Сталина. Он позволил А. Гитлеру разгромить Польшу и выйти на общую границу с Советским Союзом. В последующем Германия получила возможность нанести поражение Франции, что лишало СССР потенциального союзника в Европе».

Предъявленные к Пакту претензии, надо признать, более чем серьезные. Однако, как показывает практика, практически все, что пишут о нем либеральные журналисты/публицисты и даже порой маститые ученые на поверку оказывается не соответствующим действительности.

Например, более тридцати лет нас уверяли в том, что Пакт Молотова-Риббентропа и Секретный протокол к нему – это преступный сговор двух диктаторов. Но за все прошедшее время так и не смогли найти ни одной нормы международного права, которые сам Пакт или хотя бы Протокол «преступили».

Поэтому давайте попробуем разобраться в том, какую именно роль Пакт Молотова-Риббентропа сыграл во Второй мировой войне, и что он принес Советскому Союзу.

Взаимная выгода

Одно из обвинений, которое постоянно звучит в адрес Сталина от либеральных историков, журналистов и политиков, заключается в том, что «договор был выгоден А. Гитлеру и позволил ему развязать Вторую мировую войну в благоприятных для него условиях» (М.М. Наринский), т.е. война в результате Пакта якобы пошла по германскому сценарию.

Однако, во-первых, что криминального в том, что Договор о ненападении был выгоден и Гитлеру? Международный договор, если только это не договор о капитуляции, всегда выгоден обеим договаривающимся сторонам, по определению.

Во-вторых, сам по себе любой договор – не более чем бумажка с подписями и печатями, которая никому и ничего не гарантирует. Договор становится настоящим договором, только когда при его подписании достигается баланс интересов обеих сторон, когда выполнение договора становится выгодно каждой из них, отвечает их жизненным интересам. Не трудно подписать договор, трудно найти баланс интересов, тем более у заклятых врагов.

Пакт Молотова-Риббентропа такой баланс интересов Советского Союза и Германии обеспечил на целых полтора года. Полтора года он был взаимовыгодным, приносил пользу каждой из сторон:

1. Для Берлина и для Москвы британский план войны, предусматривавший провоцирование их войны между собой с последующим добиванием победителя силами Франции, был смерти подобен. Пактом Молотова-Риббентропа они этот план совместно сорвали.

Поэтому у Наталии Нарочницкой были все основания утверждать, что «Пакт Молотова-Риббентропа 1939 г. — это крупнейший провал английской стратегии за весь XX в.».

2. Целью Германии было уничтожение Советского Союза (здесь цели Берлина полностью совпадали с целями Лондона и Вашингтона), но осенью 1939 г. война с СССР была абсолютно невыгодна Третьему рейху – он был к ней еще не готов. Столь же абсолютно невыгодна война была и для Советского Союза, и он к ней был еще не готов. Пакт им позволил ее отсрочить.

3. Германии в 1940 г. для разгрома Франции был жизненно важен надежный тыл на Востоке. СССР ему это обеспечил. Как сказал Молотов, сотрудничество с СССР «обеспечило Германии спокойную уверенность на Востоке». При этом Советскому Союзу столь же необходима была «спокойная уверенность» на Западе для восстановления территориальной целостности страны и увеличения глубины обороны перед предстоящей войной с Германией. И надо признать, Берлин это Москве обеспечил (при всех нюансах).

4. Германии была невыгодна война Японии против СССР в 1939 г. Берлину была нужна война Японии против Британской империи (надо было заставить англичан сражаться на два фронта), а также против Соединенных Штатов. Война с Японией, была совершенно невыгодна и Советскому Союзу. Кстати, эту войну летом 1939 г. самым активным образом провоцировала Великобритания, подписав с Японией Соглашение Арита-Крейги. Как отмечает Анатолий Кошкин, «рассчитывая на расширение халхингольских событий до масштабов войны, правительство Великобритании обязалось не создавать Японии проблем в тылу, в Китае». Пакт, спровоцировав политический кризис в Токио, перенаправил японскую агрессию в азиатско-тихоокеанском направлении.

5. Германии были необходимы сырьевые ресурсы в условиях неизбежной британской морской блокады. Советскому Союзу были нужны станки и технологии. Пакт создал условия для взаимовыгодного экономического сотрудничества на полтора года.

Как видим, Пакт Молотова-Риббентропа в полной мере соответствовал стратегическим интересам двух стран, и на момент подписания был выгоден как Советскому Союзу, так и Третьему рейху. И в этом нет ничего криминального.

Другой вопрос, насколько эффективно каждая из сторон воспользовалась предоставленными Пактом возможностями для подготовки к войне друг с другом?

Впрочем, нельзя обойти молчанием утверждения ученых и журналистов либерального толка, что в реальности Пакт был выгоден лишь Германии, что все полученное Сталиным по Пакту было «пустышками», ничего не дающими для укрепления безопасности страны. Грубо говоря, Гитлер Сталина при подписании Пакта «развел».

«Буфер», которого не было

Либералы особенно любят рассуждать о полном непонимании Сталиным роли буферных государств. Заняв благодаря Пакту Прибалтику, и позволив Гитлеру ликвидировать Польшу, Сталин якобы не укрепил, а ослабил оборону Советского Союза. Он, оказывается, устранил буфер, делавший невозможной германскую агрессию. Попробуй, напади на СССР, не имея общей с ним границы, да еще и внезапно. Леонид Радзиховский так прямо и заявляет: «До нападения Германии на Польшу у СССР и Германии НЕ БЫЛО ОБЩЕЙ ГРАНИЦЫ. Значит, никакая война СССР с Германией была невозможна». Радзиховского «научно» подкрепляет Сергей Мироненко, многие годы возглавляющий Госархив: «Латвия, Литва, Эстония, Польша — они были для нас фактически буферными государствами. Какими бы слабыми ни были у них армии, но они в случае агрессии обеспечили бы нам неделю, а то и две, и не было бы этого "внезапного нападения"».

Это говорит доктор исторических наук, которого никак нельзя заподозрить в полном незнании предмета. А вот что вспоминает генерал Гот, танки которого осенью 1941 г. рвались к Москве. Оказывается, 31 июля 1940 г., на совещании с высшим генералитетом Гитлер изложил свой план кампании против СССР, в соответствии с которым «операции должны развиваться по двум направлениям: первое — на Киев (фланг примыкает к Днепру) и второе — через Прибалтику на Москву. После этого войска, наступающие с севера и юга, соединяются».

Как видим, Гитлер первоначально планировал удар на Москву из Прибалтики по кратчайшему направлению (условно, вдоль современной трассы Москва–Рига). И ему даже в голову не приходило, что Латвия с Литвой и Эстонией – это какой-то там «буфер», которые еще надо несколько недель завоевывать.

Как Советский Союз легко и без боя занял Прибалтику, так это сделала бы и Германия. Тем, кто решит, что старого вояку Гота память подвела, сообщаю – далее в своих воспоминаниях он пишет о кардинальном изменении стратегической обстановки (присоединение Прибалтики к СССР), вынудившем Гитлера эту идею «оставить».

Никаким «буфером», даже в принципе, для Советского Союза не могла быть и Польша. Первоначально Гитлер планировал, что именно поляки обеспечат ему надежный тыл на Востоке, необходимый для установления контроля над Западной Европой, а затем уже примут участие в совместном походе против СССР. Но для этого поляки должны были заключить с Рейхом союз, согласиться на передачу Германии Данцига и создание экстерриториального коридора к нему.

Такой вариант был вполне реален. Польский историк Слабомир Дембский пишет, что «по поводу Гданьска Польша соглашалась на устранение Лиги наций из Вольного города и готова была вести переговоры с Берлином в рамках двустороннего соглашения о будущем статусе этого города и по вопросу об «экстерриториальной автостраде». Польша была открыта для диалога с Гитлером, о чем свидетельствуют далеко идущие предложения министра Бека от 25 марта 1939 г.».

Если бы немецкий сценарий воплотился в жизнь, то Польша была бы не «буфером», а трамплином для немецких войск и соучастником похода против Советского Союза. Чемберлен этот план, крайне опасный не только для Британии, но и СССР, сорвал с помощью «политики гарантий». Но и по английскому сценарию Польша не имела ни единого шанса стать «буфером».

Даже если бы Гитлер, после отказа поляков от союза в силу каких-либо причин осенью 1939 г. отказался от нападения на Польшу, уклониться от войны ему все равно бы не дала Британия. Она бы добилась того, чтобы поляки сами напали на Третий рейх. А им, видимо, было обещано и гарантированно столько, что они бы это сделали. Показательны слова польского главнокомандующего маршала Рыдз-Смиглы, произнесенные летом 1939 г.: «Польша хочет войны с Германией, и Германия не сможет избежать её, даже если захочет».

Англии в 1939 г. была абсолютно необходима война Германии с Советским Союзом, и как можно скорее. А для этого Польша должна была исчезнуть с карты Европы. Никакого кусочка, способного создать малейшую преграду немецкой агрессии («буфер») возникнуть не могло. И бегство польского правительства в Лондон тому наглядное подтверждение. Поэтому не Сталин ликвидировал польский «буфер», его ликвидировала Британия.

Соответственно, вопрос для Сталина, «не понимавшего значения буферных государств» в августе 1939 г. стоял однозначно: или советско-германская граница, с которой стартует вермахт, пройдет по старой советско-польской границе, или она пройдет на сотни километров дальше от Москвы.

Был ли выигрыш времени?

Как известно, советское руководство всегда утверждало, что при подписании Пакта Молотова-Риббентропа СССР стремился в первую очередь максимально оттянуть начало войны. Однако именно эта установка советского правительства на максимальное оттягивание войны с Германией в последнее время начинает преподноситься как наглядное доказательство полного непонимания Сталиным международной обстановки.

Слово профессору М.М. Наринскому: «В свете новейших документов несостоятельным оказывается десятилетиями утверждавшийся советской пропагандой и историографией тезис о том, что договор дал Советскому Союзу передышку, позволил оттянуть начало войны». Профессор, правда, признает, что есть «еще и в наши дни» историки, находящиеся в плену отсталых представлений: «Так, М.Ю. Мягков утверждает, что договор «на какое-то время обеспечивал СССР гарантией от войны с Германией и ее реальными и потенциальными союзниками». Но приговор М.М. Наринского неумолим: «Не существует никаких свидетельств того, что германское руководство планировало войну против СССР осенью 1939 г. Нацистский рейх в тот момент не был готов к такой войне и всячески стремился ее избежать».

Вот так: Сталин ради того, чтобы спасти страну от войны с Германией в 1939 г., пошел на подписание Пакта с нацистами, дал возможность Гитлеру разгромить Польшу и Францию, а Третий рейх, оказывается, на СССР нападать и не собирался вовсе. Ну, ни «лох» ли товарищ Сталин, а его еще пытаются представить великим правителем «земли русской».

И этот тезис либеральная пропаганда пытается раскрутить по максимуму. Однако перед нами опять типичная ложь и «передергивание».

Гитлер действительно не хотел в 1939 г. войны с Советским Союзом. Она для него в тот момент была смерти подобна, но именно поэтому он пошел на максимально возможные для него уступки Москве, чтобы подписать Договор о ненападении и тем самым войны избежать. Война в 1939 г. была бы катастрофой и для СССР, поэтому Сталин, в свою очередь, пошел на максимально возможные уступки (свобода рук Рейха в Польше и на Западе), чтобы подписать Договор о ненападении.

Однако из того, что две страны не желали войны, не значит, что они не находились на ее грани. Одно другому не противоречит. Более того, можно смело утверждать, что шансов избежать войны и у СССР, и у Германии почти не было. Война между ними была необходима Британской империи, гегемону тогдашнего мира, по сценарию которого этот самый мир неумолимо катился в войну.

Как уже говорилось выше, уйти от польской войны Британия Рейху возможности не оставила. А дальше должна была начать работать система «снежного кома». Две армии, заряженные взаимной ненавистью (антикоммунизм в вермахте и антифашизм в РККА) оказываются друг перед другом. Причем немцы занимают территории, которые СССР считает своими (Западная Белоруссия и Западная Украина), и которые населены соотечественниками («русскими меньшинствами» Польши, по выражению Молотова). Поднеси спичку, и – взрыв.

Если к этому прибавить, что «взрыв» был жизненно необходим Великобритании с Францией, у каждой из которых в Польше имелась широко разветвленная агентурная сеть, а у Британии еще и в вермахте, то избежать неконтролируемого начала боевых действий между советскими и немецкими войсками, было бы почти невозможно.

Показательно, что даже в условиях наличия Договора о ненападении и разграничения «сфер интересов» в сентябре 1939 г. встречи советских и немецких войск в районе линий соприкосновения несколько раз перерастали в боевые действия. А что бы было при его отсутствии? Полный простор для британских профессиональных поджигателей войны с их многовековым опытом.

Например, не составило бы большого труда организовать кровавые экзекуции против русского населения занятых территорий, на которые Москва не могла бы не ответить. И даже если бы невероятными усилиями высшего руководства на территории Польши война бы не вспыхнула «сама собой», то у Британии еще оставалась Прибалтика. Без Пакта, разграничившего сферы интересов Третьего рейха и СССР, после немецкого захвата Польши, каждая из сторон просто обязана была бы ради собственной безопасности занять прибалтийские республики, т. е. на радость британцам столкнуться там друг с другом.

Заключив 23 августа 1939 г., Договор о ненападении, договор, которого с точки зрения английского здравого смысла не могло быть, потому что быть не могло («противоестественный» по определению Черчилля), Сталин и Гитлер разорвали запущенную Британией цепь событий.

Пакт Молотова-Риббентропа предотвратил казавшуюся неминуемой советско-германскую войну в 1939 г. и дал Советскому Союзу полтора года мира, столь необходимых ему для подготовки к будущему противостоянию с Третьим рейхом, а Германии – полтора года на ведение войны на Западе и на подготовку похода на Восток.

Смысл событий августа 1939 г. был понятен всем современникам. Его очень хорошо выразил писатель Всеволод Вишневский, оставивший в своем дневнике следующую запись: «Ныне мы берем инициативу, не отступаем, а наступаем. Дипломатия с Берлином ясна: они хотят нашего нейтралитета и потом расправы с СССР; мы хотим их увязания в войне и затем расправы с ними». И только современные либералы делают вид, будто бы не понимают, зачем Сталину понадобился пакт с нацистами.

Выигрыш Третьего рейха

Теперь можно вернуться и к вопросу о том, кто лучше использовал полтора года мирной передышки для подготовки к будущей неизбежной войне – Советский Союз или Германия?

Как известно, Гитлер, узнав о подписании Пакта, пришел в полный восторг. Некоторые даже утверждают, что он бил кулаком в стену и кричал, что теперь весь мир у него в кармане. И надо признать, все основания для восторга у фюрера Третьего рейха были. Благодаря Пакту он смог вырваться из британской ловушки. Поставил под свой контроль континентальную Европу и из орудия британской политики (обреченного на уничтожение после выполнения отведенной ему Лондоном миссии) превратился в самостоятельного игрока.

Рейх набрал такую мощь, что смог в 1941 г. позволить себе поход против России, который в случае успеха, – а в нем у немецкого руководства сомнений не было, – открывал перспективу для сокрушения уже и Соединенных Штатов Америки. Воля Берлина, а не Лондона начала определять ход мировых событий. Третий рейх становился реальным претендентом на мировую гегемонию.

На эту нацеленность немецкой политики указывал Валентин Фалин: «Сознание и психика Гитлера оказались запрограммированными на следующую войну – войну с Соединенными Штатами. Овладение ресурсами, по возможности не разрушенными, в центральных областях Российской Федерации и на Украине было альфой и омегой для торжества».

Страшный разгром Красной армии в приграничном сражении, стремительное продвижение немецких войск на сотни километров вглубь советской территории летом сорок первого, казалось бы, самым наглядным образом свидетельствовали о том, что война в результате Пакта Молотова-Риббентропа начала развиваться по германскому сценарию. Как и утверждает проф. М.М. Наринский.

Однако триумф лета 1941 сменился поражением под Москвой, а затем и Сталинградом. После чего «вдруг» оказалось, что сценарий войны определяется уже волей не Берлина, а волей Москвы, правда, в сочетании и взаимодействии с волей Вашингтона.

Несомненно, хребет вермахту ломала Красная армия. Героизм и воинское мастерство наших отцов и дедов определяли исход войны. Но именно Пакт Молотова-Риббентропа создал условия для краха блицкрига в 41-м и разгрома немцев и их союзников под Сталинградом. Как это не покажется кому-то странным.

Пакт и провал блицкрига

Пакт предоставил Советскому Союзу возможность отодвинуть границу на Запад и – время для подготовки к схватке с Третьим рейхом. Из того и другого Сталин смог «выжать» для страны все возможное и невозможное.

Либеральные «витии» от журналистики и науки любят обличать Сталина за его «отсталое» геополитическое мышление и попытки обеспечить безопасность страны за счет территориальных приобретений. Мол, все, что удалось приобрести по Пакту в 1940 г., уже летом 1941-го было утеряно в считанные недели. Казалось бы, возразить нечего. Но при одном условии: если не учитывать динамику немецкого продвижения.

Такое исследование начального периода войны сделал известный советский и российский военачальник, в прошлом начальник Академии Генерального штаба ВС РФ, генерал-полковник В.С. Чечеватов. Результат красноречив: «СССР … “перенес” границу на сотни километров на запад от Москвы, Киева, Минска, Ленинграда, что явилось одной из основных причин срыва плана “Барбаросса”, рассчитанного на молниеносный первый удар. <…> До начала Смоленского сражения 10 июля 1941 года немецкие войска, наступая со средним темпом до 34 км в сутки, продвинулись в глубину СССР до 680 км, 10 сентября — к концу сражения — они углубились еще до 250 км темпом до 3,7 км в сутки, а оставшиеся до Москвы 250 километров войска вермахта преодолевали с огромными потерями со средним темпом уже до 2,9 км в сутки. Если бы не вырванные у Гитлера 250—350 км пространства от старой границы СССР, Смоленское сражение по времени стало бы битвой за Москву со всеми вытекающими последствиями (выделено мною. – И.Ш)».

Отсюда вывод, который делает не «диванный стратег», а признанный и авторитетный военный специалист: «Гитлер еще до начала боевых действий против СССР проиграл И.В. Сталину две самые важные стратегические операции — битву за Пространство и битву за Время, чем и обрек себя на поражение уже в 1941 году».

Сразу возникает вопрос: а где именно Гитлер проиграл Сталину «битву за Пространство и битву за Время»? Полагаю, ответ очевиден – при подписании Пакта Молотова-Риббентропа. Признав, ради получения свободы рук в Польше и Западной Европе, постимперское пространство зоной интересов СССР, Гитлер тем самым обрек на провал блицкриг 1941 г. В оправдание ему можно сказать только то, что Гитлеру и в голову не могло прийти, что Сталин сумеет превратить «зоны интересов» в форпосты советского государства. Впрочем, недооценка противника, когда речь заходит о России, извечная беда германских политиков.

Пакт и Сталинградская битва

Однако, даже потерпев поражение под Москвой, Третий рейх не смирился с неизбежным поражением. При том что и ведущие немецкие генералы, и сам Гитлер ранее неоднократно говорили: победить Советский Союз можно лишь одним ударом – блицкригом, и никак иначе. В 1942 г. немцы доказали, что и они способны на невозможное. Выйдя к Сталинграду и на Кавказ, они чуть было не переломили ход войны в свою пользу.

Причин поражений Красной армии в 42-м было немало. Одна из них в том, что армия, победившая под Москвой, оказалась буквально на «голодном пайке», а страна на грани экономической катастрофы. Немцы к декабрю 1941 г. заняли почти все крупнейшие промышленные центры государства к западу от Москвы. Валовая продукция промышленности СССР с июня по ноябрь 1941 года обрушилась в 2,1 раза. Так например, в ноябре и декабре 1941 г. народное хозяйство СССР не получило ни одной тонны угля из Донецкого и Подмосковного угольных бассейнов.

Что позволило пережить этот экономический шок и к концу 42-го года оснастить и вооружить части и соединения, разбившие врага под Сталинградом? Вышла на полную мощь промышленность востока СССР, заработали эвакуированные туда предприятия. Это всем хорошо известно. Менее известно то, какую роль во всем этом сыграл Пакт Молотова-Риббентропа.

Пакт, оттянув войну с Германией, дал Советскому Союзу дополнительных полтора года мирной жизни. У нас много пишут и говорят о том, как за эти полтора года окрепла Германия, поставив себе на службу экономику практически всей континентальной Европы. Но «скромно» умалчивают о той, поистине титанической работе, которая была проделана за эти полтора года в Советском Союзе.

Именно в это время разворачивается масштабная программа создания второй промышленной базы на востоке СССР. Разрабатываются детальные планы эвакуации промышленных предприятий из западных районов на Восток. В 1941 г. были эвакуированы почти полторы тысячи крупных фабрик и заводов. Часто буквально из-под носа наступающего врага. Но чтобы это все произошло – это должно было быть хорошо подготовлено. Чтобы заводы могли начать работать даже без крыши, кто-то заранее должен был определить место, в которое они попадут и подвести к этому месту коммуникации (к вопросу о том, что Сталин собирался воевать малой кровью и на чужой территории).

Сама программа создания второй промышленной базы на Востоке страны начала осуществляться до 1939 г. Это было одной из целей третьей пятилетки (1938–1942 гг.).

Но полномасштабная работа по переводу народного хозяйства на военные рельсы, развитие восточной промышленной базы ударными темпами, создание заводов-дублеров на Востоке, подготовка планов эвакуации — все это произошло именно в те последние полтора года «мирной передышки», которые обеспечил стране Пакт Молотова-Риббентропа.

Уже в четвертом, «особом», квартале 1939 г. был введен в действие мобилизационный план, предусматривавший перестройку деятельности промышленности, выделение более половины всех капиталовложений оборонным стройкам, в первую очередь, на Востоке. Такие же чрезвычайные экономические меры продолжались и в 1940 и 1941 гг. Была начата подготовка к размещению военных заказов на предприятиях всех отраслей. А мы сейчас удивляемся, как это удалось быстро наладить в 1941–1942 гг. выпуск военной продукции на фабриках детских игрушек или музыкальных инструментов.

Поэтому можно смело утверждать, что заключив со Сталиным Договор о ненападении, Гитлер дал Сталину не только возможность вернуть территории, погубившие блицкриг, но и время, необходимое для подготовки экономики страны к войне. Что и позволило Советскому Союзу выдержать удар 1942 г.

Пакт и Антигитлеровская коалиция

О том какую роль Пакт Молотова-Риббентропа сыграл в создании Антигитлеровской коалиции, очень точно написал Михаил Демурин: «Сталин своим августовским 1939 года внешнеполитическим ходом не позволил англичанам и американцам направить мировую историю по собственному руслу. Он сумел превратить их из силы, стоявшей за Гитлером и без пяти минут не просто политических, коими они всегда оставались, но и военных противников СССР в противников Германии и наших союзников. Союзников очень сложных, условных, таких, которых ещё пришлось удерживать от соблазна сепаратных сделок на этот раз с окружением Гитлера в 1944 — 1945 годах, но в сотрудничестве с которыми всё же удалось победить нацистов и обеспечить безопасность как западных, так и восточных рубежей нашей страны, создать на многие десятилетия действенную систему международной безопасности в виде ООН».

Конечно, не сам Договор о ненападении превратил врагов Советского Союза (Британию и Америку) в союзников СССР, а обусловленное им коренное изменение баланса сил в мире. Изменение, ставшее возможным в результате того, что Сталин предоставил Гитлеру «свободу рук» в Польше и Западной Европе.

Это звучит более чем не политкорректно, но только разгром немцами Франции (нашего потенциального союзника, как нас уверяют) вынудил Лондон и Вашингтон стать союзниками Москвы, сделал возможным такой удивительный феномен, как Антигитлеровская коалиция.

Пакт позволил Гитлеру поставить под немецкий контроль всю континентальную Европу, создать, возглавляемый Третьим рейхом Евросоюз. А это уже было способно изменить глобальную расстановку сил. Да, немецкий Евросоюз еще не был в состоянии самостоятельно сокрушить Британскую империю и, тем более, Соединенные Штаты Америки. Но и они уже были не в состоянии самостоятельно сокрушить Третий рейх.

В случае же победы Германии над Советским Союзом Рейх получил бы такую мощь, что поражение Британской империи становилось неизбежным, а исход схватки с Америкой трудно предсказуемым. При этом в Лондоне прекрасно понимали, что в результате поражения потерей только Империи им не отделаться, речь пойдет о выживании самой Великобритании.

Единственной силой, которая могла остановить Третий рейх, возглавивший континентальную Европу, оказался Советский Союз. Без союза с ним шансы Лондона и Вашингтона на победу были минимальны, если не сказать призрачны. Черчилль – действительно великий политик, он сразу же после капитуляции Франции взял курс на сотрудничество с СССР в войне против Третьего рейха. Его полностью поддержал Рузвельт.

Лондону и Вашингтону, готовившим Вторую мировую войну ради победы друг над другом (чужими руками), и ради уничтожения коммунистической России, не осталось ничего другого, как пойти на союз с СССР для спасения самих себя от того, кого они пытались использовать для собственных целей — Лондон для сохранения британской гегемонии, Вашингтон для ее обретения.

Результатом краха их сценариев Второй мировой войны и вынужденного союза с Россией в рамках Антигитлеровской коалиции стало то, что Британская империя «приказала долго жить», но зато уцелела Великобритания. Соединенные же Штаты обрели положение гегемона Запада, но не смогли стать гегемоном мира. Мир оказался биполярным, а не однополярным как планировали в Вашингтоне. И все эти процессы «запустил» Пакт Молотова-Риббентропа.

Что дало создание Антигитлеровской коалиции СССР? Во-первых, «ленд-лиз» и второй фронт. У нас ныне есть две крайности: одни твердят о том, что без помощи союзников по коалиции Советский Союз не смог бы победить, другие, что от союзников никакого прока не было. С либералами спорить уже надоело, поэтому ограничимся одними ура-патриотами. Неужели они согласны с либералами в том, что Сталин ничего не понимал в международной политике, экономике и военном деле, согласны с тем, что войну выиграли вопреки Верховному главнокомандующему? А если не согласны, то пусть задумаются, почему Сталин с первых месяцев войны в переписке с Черчиллем и Рузвельтом постоянно вел речь о поставках в СССР необходимого военного снаряжения и промышленного оборудования?

Почему Сталин столько сил положил, добиваясь скорейшего открытия второго фронта? Ему что, больше нечем было заняться? Глупо спорить: помощь союзников помогла как минимум на год приблизить Победу, и спасла миллионы жизней советских людей.

Во-вторых, сотрудничество с союзниками по Антигитлеровской коалиции дало возможность Советскому Союзу совместно с Соединенными Штатами Америки (Лондон уже был на третьих ролях) выработать послевоенную систему мироустройства, получившую название Ялтинско-Потсдамская. Систему, максимально учитывающую интересы нашей страны. А без Пакта Молотова-Риббентропа всего этого быть не могло. Он проложил дорогу и к Ялте, и к Потсдаму и, в значительной мере, предопределил расстановку сил на десятилетия вперед.

Показательно высказывание Генерального секретаря НАТО Дж. Робертсона от 14 декабря 2002 года: «Пригласив в НАТО семь стран Центральной и Восточной Европы, альянс добился самой большой победы за полвека. Он перечеркнул Пакт Риббентропа-Молотова и Ялтинские соглашения».

Руководитель НАТО открыто признает прямую связь Пакта и Ялтинских соглашений и считает, что противникам России лишь в 2002 г., через 63 года после августа 1939, удалось их «перечеркнуть». Надеюсь, рано радуется.

Подведем итоги. Пакт Молотова-Риббентропа в 1939 году не позволил Британии спровоцировать советско-германскую войну. Пакт дал возможность СССР в 1940 году вернуть утраченные после революции территории и тем самым увеличить глубину стратегической обороны на западном направлении. Это сыграло ключевую роль в провале блицкрига.

За полтора года «мирной передышки», обеспеченных Пактом, Советский Союз успел подготовить экономику страны к переводу ее на военные рельсы, а также сделать мощный рывок в развитии второй промышленной базы страны на Востоке, создать условия для быстрой и эффективной эвакуации промышленных предприятий из европейской части государства. Все это позволило СССР выдержать удар 1942 года.

Пакт вынудил Британию и Соединенные Штаты Америки стать нашими союзниками, создал условия для возникновения Антигитлеровской коалиции. Взаимодействие с союзниками как минимум на год приблизило Победу, и спасло миллионы жизней советских людей.

Пакт проложил путь к Ялтинским и Потсдамским соглашениям, определившим послевоенное мироустройство.

Поэтому пакт Молотова-Риббентропа – это Договор, заложивший основу для нашей Великой Победы.

Специально для «Столетия»

МГЛУ

30.05.2021, 07:26

https://linguanet.ru/iyun-iyul.php?sphrase_id=360152

Германия, Финляндия. В 00 часов 10 минут группа из 14 бомбардировщиков Ju-88 вылетела из Кёнигсберга (Калининград) и в 03 часа 05 минут сбросила 28 магнитных мин у Кронштадтского рейда. На ведущем самолете находился финский офицер, который обеспечил посадку группы на аэродроме Утти в южной Финляндии для дозаправки. Другая группа немецких бомбардировщиков в это же время вышла к Ленинграду через воздушное пространство Финляндии
Москва. В 00 часов 30 минут в западные военные округа была передана директива № 1:
«1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий.
2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

3. Приказываю:

а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укреплённых районов на государственной границе;
б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно её замаскировать;
в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъёма приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;
д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко. Жуков.»

В 4 часа 00 минут начальник штаба Черноморского флота приказал открыть огонь по немецким самолётам, которые вторглись далеко в воздушное пространство СССР.

В 4 часа 10 минут УНКГБ по Львовской области передало по телефону в НКГБ УССР сообщение о переходе на советскую территорию в районе г. Сокаль ефрейтора вермахта Альфреда Лискова. На допросе в штабе пограничного отряда он заявил, что наступление германских войск начнётся на рассвете 22 июня.
В 4 часа 30 минут немецкие войска перешли в наступление. Началась Великая Отечественная война.
Западный фронт. Началась Белорусская стратегическая оборонительная операция фронта, при участии Пинской военной флотилии, продолжавшаяся до 9 июля 1941 года. В 5 часов 25 минут командующий фронтом направил командующим 3-й, 10-й и 4-й армиями директиву: «Ввиду обозначившихся со стороны немцев массовых военных действий приказываю: поднять войска и действовать по-боевому».

Берлин. В 5 часов 30 минут министерство иностранных дел Германии направило народному комиссару иностранных дел СССР Ноту от 21 июня 1941 года, в которой заявило:

«…Советское правительство вопреки своим обязательствам и в явном противоречии со своими торжественными заявлениями действовало против Германии, а именно:
Подрывная работа против Германии и Европы была не просто продолжена, а с началом войны ещё и усилена.
Внешняя политика становилась всё более враждебной по отношению к Германии.
Все вооружённые силы на германской границе были сосредоточены и развернуты в готовности к нападению.
Таким образом, советское правительство предало и нарушило договоры и соглашения с Германией. Ненависть большевистской Москвы к национал-социализму оказалась сильнее политического разума. Большевизм — смертельный враг национал-социализма.
Большевистская Москва готова нанести удар в спину национал-социалистской Германии, ведущей борьбу за существование.
Правительство Германии не может безучастно относиться к серьёзной угрозе на восточной границе. Поэтому фюрер отдал приказ германским вооружённым силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу…».

Москва. В 7 часов 15 минут в западные военные округа была передана директива № 2:

«22 июня 1941 г. 04 часа утра немецкая авиация без всякого повода совершила налеты на наши аэродромы и города вдоль западной границы и подвергла их бомбардировке. Одновременно в разных местах германские войска открыли артиллерийский огонь и перешли нашу границу. В связи с неслыханным по наглости нападением со стороны Германии на Советский Союз приказываю:
1. Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу.
2. Разведывательной и боевой авиацией установить места сосредоточения авиации противника и группировку его наземных войск. Мощными ударами бомбардировочной и штурмовой авиации уничтожить авиацию на аэродромах противника и разбомбить группировки его наземных войск…
На территорию Финляндии и Румынии до особых указаний налётов не делать.

Тимошенко Маленков Жуков

В 12 часов состоялось выступление по радио народного комиссара иностранных дел СССР В. М. Молотова:

«…Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории…
Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы
В ответ на это мною от имени советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной…
Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины… Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».

Италия. В 12 часов дня министр иностранных дел Италии Чиано заявил:

«Ввиду сложившейся ситуации, в связи с тем, что Германия объявила войну СССР, Италия, как союзница Германии и как член Тройственного пакта, также объявляет войну Советскому Союзу с момента вступления германских войск на советскую территорию, то есть с 5.30 22 июня».

Москва. В 21 часов 15 минут в западные военные округа была передана директива № 3:
«1. Противник, нанося удары из Сувалковского выступа на Олита и из района Замостье на фронте Владимир-Волынский, Радехов, вспомогательные удары в направлениях Тильзит, Шяуляй и Седлец, Волковыск, в течение 22.6, понеся большие потери, достиг небольших успехов на указанных направлениях. На остальных участках госграницы с Германией и на всей госгранице с Румынией атаки противника отбиты с большими для него потерями.
2. Ближайшей задачей войск на 23—24.6 ставлю:
а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки;
б) мощными концентрическими ударами механизированных корпусов, всей авиации Юго-Западного фронта и других войск 5 и 6А окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин…
На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей… Тимошенко Маленков Жуков.
Указом Президиума Верховного Совета СССР с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905—1918 гг. рождения) в 14 военных округах из 17.
Северо-Западный фронт. Началась Прибалтийская стратегическая оборонительная операция фронта и части сил Краснознамённого Балтийского флота, продолжавшаяся до 9 июля 1941 года. В рамках стратегической операции проведены Приграничное сражение в Литве и Латвии и Контрудар на шяуляйском направлении).
На шяуляйском направлении 4-я танковая группа группы армий «Север» прорвала оборону 8-й армии. Немецкий XXXXI-й моторизованный корпус занял Таураге, отбросив советские войска за реку Дубиса. LVI-й мотокорпус продвинулся за день на 80 километров, вышел в район северо-западнее Каунаса и овладел мостом через Дубису около Айрогалы.
На вильнюсском направлении 3-я танковая группа и 9-я армия группы армий «Центр» прорвали оборону 11-й армии, захватили все три моста через Неман и форсировали реку в районах Алитус и Меркине.
На других участках фронта под давлением немецких войск советские войска отступили на 15—20 километров. Таким образом, в первый же день фронт обороны советских войск оказался прорванным на нескольких направлениях, нарушена система связи, потеряно централизованное управление войсками.
Западный фронт. В качестве представителей Ставки Главного Командования на фронт направлены Маршалы Советского Союза Б.М. Шапошников и Г.И. Кулик.
На южном крыле фронта 2-я танковая группа группы армий «Центр» по захваченным мостам форсировала Западный Буг по обе стороны Бреста и прорвала оборону 4-й армии, которой командовал уроженец Петровска Саратовской области, генерал-майор А.А. Коробков. XII-й армейский корпус 4-й армии группы армий «Центр» начал штурм Брестской крепости.
Юго-Западный фронт. Началась Львовско-Черновицкая стратегическая оборонительная операция войск фронта и 18-й армии Южного фронта, продолжавшаяся до 6 июля 1941 года. В рамках данной операции были проведены: приграничное оборонительное сражение, Львовско-Луцкая и Станиславско-Проскуровская фронтовые оборонительные операции. В качестве представителя Ставки Главного Командования на Юго-Западный фронт был направлен генерал армии Г. К. Жуков.
1-я танковая группа и 6-я армия группы армий «Юг» нанесли главный удар по левому флангу 5-й и по правому флангу 6-й армий, в стык Владимир-Волынского и Струмиловского укреплённых районов. Противник захватил мосты через Западный Буг, занял города Кристинополь и Сокаль. За первый день сражения на направлении главного удара 1-я танковая группа вклинилась в оборону советских войск на глубину до 20 километров.
На правом фланге 5-й армии советские войска встречным ударом отбросили прорвавшихся немцев к реке Буг. Но противнику вновь удалось форсировать реку и к концу дня захватить небольшой плацдарм.
На левом фланге фронта 17-я армия группы армий «Юг» нанесла удар в стык Рава-Русского и Перемышльского укреплённых районов в направлении на Львов. Упорное сопротивление советских пограничников позволило войскам 6-й армии занять подготовленные рубежи обороны и остановить противника перед позициями Струмиловского и Рава-Русского укрепрайонов.
Началась оборона военно-морской базы Ханко, продолжавшаяся до 2 декабря 1941 года. На Ханко совершила налёт немецкая бомбардировочная авиация.

Ведомости

31.05.2021, 09:56

https://www.vedomosti.ru/politics/galleries/2017/06/22/695441-litsa-voini
Как жители СССР слушали историческую речь Молотова 22 июня 1941 года
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/sk4bf/default-110g.jpg
Евгений Халдей / Фотохроника ТАСС
Утром 22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на Советский Союз. О начале отечественной войны советские граждане узнали по радио из сообщения народного комиссара иностранных дел Вячеслава Молотова. На фото москвичи слушают радио у Кремля
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4s/1683fy/default-1iq1.jpg
Российский государственный архив социально-политической истории
«Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек», – говорилось в речи Молотова. На фото рабочие завода «Серп и Молот», Москва
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/vfjgq/default-14qh.jpg
Центр документации новейшей истории Тамбовской области
«Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей Родины». На фото Тамбов, площадь им. Ленина
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/t81ec/default-11vg.jpg
Борис Лосин / РИА Новости
«Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы». На фото рабочие Ленинграда
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4s/163qw6/default-1ikf.jpg
Государственный архив Приморского края
«Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху». На фото жители Владивостока
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/vhift/default-14t1.jpg
А. Скурихин / Фотохроника ТАСС
Речь Молотова заканчивалась знаментыми словами: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами». На фото колхозники у радиоприемника, постановочный кадр
https://cdn.vdmsti.ru/image/2017/4t/thffr/default-127n.jpg
24 июня это обращение было опубликовано в газетах с портретом Сталина

Кирилл Брагин

01.06.2021, 07:53

http://rusplt.ru/wins/letchik-dmitriy-kokorev-30046.html
22 июня 2017, 16:00
Русские победы, История

http://rusplt.ru/netcat_files/517/936/620x407/Kokorev.jpg
Дмитрий Кокорев с женой Екатериной в день свадьбы, август 1940 года
22 июня 1941 младший лейтенант Дмитрий Кокорев совершил первый в истории Великой Отечественной войны воздушный таран

22 июня 1941 года, в день вероломного нападения фашисткой Германии на нашу Родину, одним из первых отражать атаку захватчиков пришлось советским летчикам. Они явили пример беспредельного мужества, сражаться летчики продолжали даже тогда, когда отказывало оружие или заканчивались боеприпасы, только в первый день войны было совершено несколько таранов вражеских самолетов. В числе тех, кто совершил таран 22 июня – младший лейтенант Дмитрий Васильевич Кокорев.

Дмитрий Кокорев был молодой, но опытный пилот, за его плечами – Пермская авиашкола и курсы командиров звеньев, войну он встретил в должности командира звена 124-го истребительного авиационного полка 9-й смешанной авиационной дивизии Западного особого военного округа.

Авиационный полк, в котором служил Кокорев, располагался на аэродроме в Высоке-Мазовецке (ныне в Польше), как и другие части, он был поднят по тревоге после получения из Москвы Директивы №1, в которой говорилось о возможном нападении Германии. Директива предписывала не поддаваться на провокационные действия немцев, поэтому советские истребители поднялись в воздух лишь после того, как немецкие самолеты предприняли бомбардировку аэродрома. В район Высоке-Мазовецкого аэродрома фашисты направили 120 бомбардировщиков в сопровождении 60 истребителей.

Бой вести против них предстояло истребителям-перехватчикам МиГ-3. Младший лейтенант Кокорев во главе звена вылетел на перехват самолетов противника, наши летчики заставили повернуть группы вражеских самолетов назад.

По возвращении на аэродром, Кокарев заметил вражеский бомбардировщик Dornier, после трех проведенных атак, когда боеприпасы у МиГа закончились, Кокарев принял решение идти на таран. Пропеллер МиГа рубанул стабилизатор «дорнье», и бормбардировщик рухнул вниз (согласно оперативной сводке штаба полка, Кокарев сбил истребитель Ме-110).

Наш истребитель сорвался в беспорядочное падение, но пилоту удалось благополучно посадить самолет. Таран, совершенный младшим лейтенантом Кокоревым в 5.15 по московскому времени, стал одним из первых (вероятно, самым первым) тараном в начавшейся Великой Отечественной войне.

«Крошить фашистов буду на мелкие части. Смерть им, нарушившим мир!», - писал в письме Дмитрий Кокорев своей жене Екатерине, с которой вступил в брак незадолго до начала войны.

Бить врага Дмитрий Кокорев продолжил над Москвой и Ленинградом, он погиб 12 октября 1941 года, успев за это время совершить более ста боевых вылетов, на счету летчика пять сбитых самолетов противника. За три дня до смерти Дмитрий Васильевич Кокорев был представлен к награде орденом Красного Знамени.

Von-hoffmann

02.06.2021, 10:03

https://von-hoffmann.livejournal.com/982183.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-05-31 22:56:00 143

По условиям Версальского договора, проигравшей Первую Мировую войну Германии запрещалось иметь и развивать передовые виды вооружения, в первую очередь военную авиацию и бронетехнику.

Однако в 1922 году между находившимся в международной изоляции советским государством и Германией были подписаны Рапалльские соглашения, в рамках которых устанавливались дипломатические отношения и снимались взаимные претензии.

Кроме того 5-я статья этого документа, разрешавшая военно-промышленное сотрудничество, способствовала открытию немцами в СССР на взаимовыгодных условиях объектов для обучения военных кадров и испытания военной техники. Однако данное положение противоречило Версальскому договору и эти военные заведения были засекречены.

Объект «Липецк»

Первым немецким военным учебным заведением, открытым в СССР была авиационная школа в Липецке, распахнувшая свои двери для курсантов 15 июля 1925 года.

Реконструировав выделенные под общую лётно-тактическую школу помещения, немцы, построили ремонтную мастерскую и два ангара, а также закупили на собственные средства 50 истребителей Fokker D.XIII, несколько бомбардировщиков и самолётов.

Всё оборудование и летательные аппараты ввозились в СССР под видом коммерческих грузов АО «Метахим», а германские пилоты-стажёры въезжали в страну по фальшивым паспортам в качестве туристов или представителей частных фирм. Чтобы не выдавать себя они носили либо гражданскую одежду, либо форму красноармейца без знаков различия.

Практический курс подготовки лётного состава занимал 5—6 месяцев, в течение которых лётчики отрабатывали оптимизацию ведения воздушной схватки, производили бомбёжку из разных положений и знакомились с передовыми оптическими приборами, пушками и пулемётами, установленными на самолётах.

На засекреченном объекте «Липецк», велась активная научно-исследовательская работа в области авиастроения, немецкие механики делились своими техническими прорывами с советскими конструкторами, а инструкторы обучали пилотов высшего класса, проводивших совместные тактические учения с разными родами войск Красной Армии.

На полигоне липецкой авиашколы проводились испытания нового авиационного оборудования, вооружения и самолётов-бомбардировщиков.

За восемь лет функционирования лётной школы немцы подготовили 120 пилотов-истребителей для вооружённых сил Германии и сотни профессионалов для РККА, параллельно снабдив советскую военную промышленность новыми знаниями.

В сентябре 1933 года на базе закрывшегося объекта «Липецк» родилась Высшая лётно-тактическая школа военно-воздушных сил СССР.

Объект «Кама»

В октябре 1926 года между СССР и Германией был подписан договор о создании под Казанью засекреченной немецкой танковой школы, где могли бы оттачивать своё мастерство солдаты рейхсвера и получать необходимые практико-теоретические знания красноармейцы.

Осознавая отставание от своих европейских коллег в области танкостроения, высшее советское руководство было заинтересовано в появлении подобного полигона, где открывался доступ к информации, касавшейся передовых технологий военного машиностроения.

Изучая разработки германских специалистов, советские конструкторы перенимали их опыт, позволивший позже усовершенствовать собственную военную технику и создать легендарный танк – Т-34.

Названная объектом «Кама», в котором поместилась частичка от места базирования – Казань и начальные буквы фамилии её первого начальника – Мальбрандта, танковая школа располагалась в пустовавших казармах Каргопольского полка, с примыкавшим к ним тренировочным полигоном и стрельбищем.

Занятия в «Каме» вели немецкие специалисты, которые за три года функционирования центра подготовили 40 германских офицеров и 250 советских танкистов. Единовременно в стенах школы обучалось не больше 15 человек, все немцы, в целях конспирации, ходили в форме командного состава РККА.

К началу 30-х годов Германия стала сокращать своё присутствие на бронетанковом полигоне, и в 1933 году прекратила сотрудничество с СССР, который выкупил у немцев всё, что могло представлять ценность для моторизации и механизации армии. Впоследствии оно было передано Казанскому пехотному училищу, позже реорганизованному в танковое.

Объект «Томка»

Приблизительно 1 миллион марок немцы вложили в строительство секретного объекта «Томка», на полигонах которого с 1928 года испытывали способы применения химического оружия в авиации и артиллерии, а также методы очищения заражённой территории и техники.

Изначально местом расположения тайного центра рейхсвера в СССР планировался глухой район под Оренбургом, но затем было принято решение разбить его в посёлке Шиханы Саратовской области, граничившей с Автономной Республикой Немцев Поволжья, чтобы ни у кого не вызывала подозрения высокая концентрация немцев.

В школе «химической войны» все административные дела находились в ведении советских граждан, а техническое управление опытами было в компетенции немцев.

При этом по договору ни один эксперимент, как впрочем, и испытание, не могло проводиться без присутствия или участия советских специалистов, которых в обязательном порядке снабжали копиями всех документов, имевшихся в распоряжении их европейских коллег.

Преследуя одинаковые цели советская и немецкая сторона, делили друг с другом не только идеи относительно технических разработок, но и расходы, связанные с содержанием и развитием полигона «Томка».

К слову, на его территории базировались четыре химические лаборатории, два вивария, где содержались подопытные животные, дегазационная камера, пять бараков для проживания, ангары для спецмашин и гараж.

Немецкое представительство на «Томке» состояло из руководителя испытательных работ, инструктора и 30 химиков, ежегодно подписывавших новый контракт на осуществление засекреченной деятельности. Причём по бумагам, они являлись сотрудниками германского «Акционерного общества по использованию сырья», которые на партнёрских условиях оказывали содействие советскому «Акционерному обществу по борьбе с вредителями и применению искусственных удобрений».

Немцам категорически запрещалось покидать объект «Томка» без специального пропуска согласованного в Москве, общаться с жителями близлежащих мест, выносить что-либо из лабораторий.

На начальном этапе на полигоне проводились важные опыты, но затем советское руководство стало подозревать немцев в сокрытии важных данных. К слову эти сомнения были небезосновательны, поскольку, несмотря на клятвенные уверения германской стороны в прозрачности их работы, они всё-таки пытались не афишировать некоторые разработки в химической сфере, так как опасались, что в будущем эти наработки могут быть применены против немецкой армии.

В 1933 году советско-германское сотрудничество в Шиханах было свёрнуто, а на базе секретного объекта вырос Центральный научно-исследовательский и испытательный институт химических войск Министерства обороны.

Ашхен Аванесова

Источник: https://russian7.ru/post/pochemu-pered-voynoy-lyotchiki-i-tankist/

Марк Солонин

03.06.2021, 05:59

Коминтерн и оккупация Франции. Первый фронт, ч.2

Марк Солонин

03.06.2021, 06:00

gqcy2S5kuvk
https://www.youtube.com/watch?v=gqcy2S5kuvk

Марк Солонин

04.06.2021, 06:10

nHmmDR1qcGM
https://www.youtube.com/watch?v=nHmmDR1qcGM

Арсен Мартиросян

05.06.2021, 07:30

http://egor-23.livejournal.com/424844.html
В полном объеме миф выглядит так: «Сталин, его ближайшее окружение, Генеральный штаб, а также Главное разведывательное управление допустили крупнейший просчет в оценке военно-стратегической обстановки. Не придавалось должного значения сообщениям замечательных советских разведчиков». «…Основной причиной неожиданности нападения на нас является плохо организованная на наших западных границах разведка».
Мартиросян А.Б. 22 июня. (I ЧАСТЬ)
В полном объеме миф выглядит так: «Сталин, его ближайшее окружение, Генеральный штаб, а также Главное разведывательное управление допустили крупнейший просчет в оценке военно-стратегической обстановки. Не придавалось должного значения сообщениям замечательных советских разведчиков». «…Основной причиной неожиданности нападения на нас является плохо организованная на наших западных границах разведка».
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1847005/1847005_1000.jpg
Дело в том что полный бред на эту тему впервые появился еще на XX съезде КПСС. «Первые кирпичи» в «фундамент» этого глупейшего, подлейшего и крайне оскорбительного для советской (военной) разведки мифа заложил непосредственно Н. С. Хрущёв. К глубокому сожалению, широкому распространению этого мифа сильно подыграли и видные военачальники, особенно же маршалы Г. К. Жуков и А. И. Еременко. Авторами использованных в названии мифа являются маршал Еременко и коллектив авторов «Краткой истории Великой Отечественной войны» 1965 года издания. Впоследствии, практически через тридцать лет, «перцу » этому и без того ложному утверждению неизвестно почему добавил выдающийся ас советской разведки П.А. Судоплатов, указавший в свои мемуарах, что-де «руководство страны не смогло правильно оценить полученную по разведывательным каналам информацию»!? В эти же «сани» полез и современный, казалось бы, здравомыслящий исследователь Михаил Мельтюхов, недавно заявивший в письменной форме, что-де «главной причиной неудачного начала Великой Отечественной войны стала ошибка советского руководства в оценке военно-политической обстановки накануне войны» [Мельтюхов М. Роковая ошибка. В сб.: Великая Отечественная катастрофа. Трагедия 1941 года. М., 2007. С. 322.]?! То есть оно, советское руководство, не смогло, видите ли, правильно оценить всю докладывавшуюся ему разведывательную и иную информацию (о запущенном Мельтюховым мифе — разговор отдельный).
«Приплыли!». Вечно не желающие тщательно разбираться что к чему историки и мемуаристы, не задумываясь, во всем винят разведку! С какой такой стати разведка должна быть виновата?! И с какой стати изволят записывать руководство СССР, то есть, прежде всего, самого Сталина в идиоты, не способные правильно оценить военно-политическую обстановку?! Тот же Судоплатов, к примеру, одной рукой писал упомянутый выше бред, а другой отмечал, что Сталин делал выводы о военно-политической обстановке благодаря компетентной ориентировке в военно-экономической и внешнеполитической обстановке. Причем бред он написал в книге, которая предназначалась для Запада и только потом была издана на русском языке, а вот в посмертной книге, стоя уже у порога вечности, всё-таки соизволил быть честным и охарактеризовал Сталина как компетентного в военных, в военно-экономических и внешнеполитических делах. На краю могилы никто не рискует врать, ибо Господь этого не прощает. Как Сталин мог ошибочно оценить военно-политическую ситуацию, если… Впрочем, давайте по порядку. «Если оценивать содержание этих работ по общепринятым в науке критериям, то выводов здесь больше, чем на очень сильную докторскую диссертацию по специальности «политология» или, точнее, “политическая технология”. Причем своей актуальности они не утратили спустя много лет. Здесь нет “красивых” слов, ярких образов “высокого” литературного стиля — только технология политики». Знаете о ком, а, главное, о чем идет речь, и кто автор этих слов?! Это экспертное мнение современных специалистов — академиков Российской Академии образования Д. В. Колесова и В. А. Пономаренко, проанализировавших на вскидку всего две статьи Сталина — «О политической стратегии и тактике русских коммунистов» (1921 г.) и «К вопросу о стратегии и тактике русских коммунистов» (1923 г.). Вы понимаете, к какому выводу они пришли?! Сталин-то ещё тогда, в начале 20-х гг. XX века, по своим знаниям соответствовал статусу более чем очень сильного доктора философии или политологии, а если еще точнее, то, очевидно, явно мог бы претендовать, как минимум, на звание хотя бы члена-корреспондента Академии наук. Все это к тому, что поступавшую в Кремль разведывательную информацию оценивал не какой-то недоучившийся семинарист, что извращенцы от истории усиленно пытаются вдолбить в массовое сознание, обусловливая этим причины трагедии 22 июня, — эту информацию по достоинству оценивал человек, соответствовавший, как минимум, званию более чем очень сильного доктора философии / политологии. И звали этого человека — Иосиф Виссарионович Сталин! Потому-то и выводы из разведывательной информации были безошибочны, так как компетентность Сталина в геополитических, политических, военных и экономических вопросах была выше всяких похвал, что безоговорочно признавали даже его недруги, в том числе из числа зарубежных политических и государственных деятелей, и даже из вражеского стана. Так что миф о том, что советское руководство, видите ли, допустило ошибку в оценке военно-политической обстановки накануне войны и анализировать-то не стоит. По меньшей мере это запредельное несоответствие историческим реалиям. Тем не менее, миф всё-таки существует. И как-то разбираться с ним надо. И мы будем разбираться. Но, как говаривал незабвенный Ильич, пойдем своим путем — путем выделения главного в этой нескончаемой, крайне оскорбительной и подлой склоке вокруг потом и кровью завоеванного высочайшего авторитета советских разведывательных служб перед Родиной. Дело в том, что с годами миф «доработали» и его «стержнем» стали неуместные, если не сказать покрепче, нападки персонально на славное ГРУ, особенно на знаменитый ныне его доклад от 20 марта 1941 г., и, конечно же, на Сталина. Более всех на эту тему «перестарался» ныне покойный военный историк В. Анфилов. Более сорока лет кряду и во всевозможных вариациях он старательно распространял в различных своих книгах и иных публикациях несусветную ложь, запутав буквально всех и вся. Правда, ни на йоту не отдавая себе отчета в том, что лжет как Геббельс. Но колченогий нацистский супостат хоть понимал, о чем он лжет и для чего лжет. Чего нельзя сказать о покойном профессоре. Ибо он попросту не понимал, что пишет сорок лет кряду. К глубокому сожалению, доверчивое общественное мнение внимало этой профессорской лжи. Однако, как говаривал Наполеон, всему есть предел. Настал предел и этой лжи. Ведь в действительности все обстояло иначе. Начнем с содержания самого доклада:
«Доклад Начальника Разведуправления Генерального штаба Красной Армии в Народный Комиссариат обороны СССР, в Совет Народных Комиссаров и ЦК ВКП(б) “Высказывания (оргмероприятия) и варианты боевых действий германской армии против СССР” 20 марта 1941 г. б/н
Большинство агентурных данных, касающихся возможностей войны с СССР весной 1941 г., исходит из англо-американских источников, задачей которых на сегодняшний день, несомненно, является стремление ухудшить отношения между СССР и Германией. Вместе с тем, исходя из природы возникновения и развития фашизма, а также его задач — осуществление заветных планов Гитлера, так полно и «красочно» изложенных в его книге «Мояборьба», краткое изложение всех имеющихся агентурных данных за период июль 1940 — март 1941 г. заслуживают в некоторой своей части серьезного внимания. За последнее время английские, американские и другие источники говорят о готовящемся якобы нападении Германии на Советский Союз. Из всех высказываний, полученных нами в разное время, заслуживают внимания следующие:
1. Геринг якобы согласен заключить мир с Англией и выступить против СССР.
2. Японский ВАТ передает, что якобы Гитлер заявил, что после быстрой победы на западе он начинает наступление против СССР.
3. В Берлине говорят о каком-то крупном разногласии между Германией и СССР. В связи с этим в германском посольстве говорят, что после Англии и Франции наступит очередь за СССР.
4. Турецкая газета «Сон поста» сообщает, что германский командующий войсками в Австрии, обращаясь к войсковым частям, заявил, что главным врагом Германии являются русские и что на германских солдат может быть возложена задача ещё большего расширения границ Германии.
5. Американский посол в Румынии в своей телеграмме в Вашингтон сообщает, что Джигуржу имел беседу с Герингом, в которой последний сказал, что если Германия не будет иметь успеха в войне с Англией, то она вынуждена будет перейти к осуществлению своих старых планов по захвату Украины и Кавказа.
6. Германский ВАТ высказал, что после окончания войны с Англией немцы помогут Финляндии получить обратно потерянные территории.
7. Гитлер намерен весной 1941 г. разрешить вопрос на Востоке.
8. В беседе с югославским ВАТ в Москве последний говорил, что Финляндия — это зона интересов СССР. Недавно советник германского посольства в Москве Пильгер (так в тексте, правильно — Хильгер. — A.M.) прямо сказал, что финны храбро дрались зимой, и они их русским не отдадут. За последнее время немцы подстрекают финнов против русских. Финны уже поговаривают о том, что «граница с СССР еще не окончательная, посмотрим, что будет после заключения мира в Европе».
9. Югославский ВАТ считает, что среди немцев имеются два течения: первое — СССР в настоящее время слаб в военном и внутреннем отношениях и настаивают на том, чтобы использовать удобный момент и вместе с Японией покончить с СССР и освободиться от пропаганды и дамоклова меча, висящего все время над Германией; второе — СССР не слаб, русские солдаты сильны в обороне, что доказано историей. Рисковать нельзя. Лучше поддерживать с СССР хорошие отношения.
10. Английские и французские журналисты утверждают, что в Германии происходит какая-то расстановка сил. В Стокгольме велись переговоры между Германией и Англией, представителем от Англии был Ллойд Джордж, но эти переговоры ни к чему не привели. Греческий журналист сообщил, что в Мадриде в июле 1940 г. имели место переговоры между Германией и Англией и что Германия недовольна СССР, так как последний предъявляет какие-то новые требования.
11. Данные Германией и Италией гарантии о границе Румынии направлены исключительно против СССР. Эти гарантии дополнены военным соглашением между Германией и Румынией. Этими гарантиями проникновению СССР на Балканы будет положен конец.
12. Министр иностранных дел Румынии Студза старался убедить Гитлера внести предложение Рузвельту о мире между Германией и СССР. Гитлер хочет мира, так как его терпение к СССР почти истощилось и что СССР полностью будет готов к войне только в 1942 году. Он же сказал, что неофициально мирные переговоры ведутся в Стокгольме, Мадриде и Ирландии.
13. Среди немецких офицеров ходят слухи о том, что в феврале 1941 г. в своем выступлении в «Спортпаласе» на выпуске офицеров Гитлер сказал, что у Германии имеются три возможности использования своей армии в 228 дивизий: для штурма Англии; наступления в Африку через Италию и против СССР.
14. Столкновение между Германией и СССР следует ожидать в мае 1941 гг. Источником подчеркивается, что это мнение высказывается как в военных кругах, так и в кругах министерства иностранных дел. Никто не реагирует одобрительно на эти планы. Считают, что распространение войны на СССР только приблизит конец национал-социалистического режима. Это мнение высказывает и племянник Браухича, который занимает пост в министерстве иностранных дел.
15. Шведский ВАТ в подтверждение сведений о подготовке наступления против СССР весной 1941 г. подчеркнул, что сведения получены от военного лица и основаны на сугубо секретном приказе Гитлера, который известен ограниченному кругу ответственных лиц. Руководитель восточного отдела министерства иностранных дел Шлиппе сказал, что посещение Молотовым Берлина можно сравнить с посещением Бека. Единомыслия достигнуто не было ни в вопросе о Финляндии, ни о Болгарии (обратите на это внимание, а то обычно визиту Молотова в Германию приписывают попытку сговора с нацистами, чего не было и в помине, ибо имел место зондаж с нашей стороны позиции германского руководства. — A.M.). Подготовка наступления против СССР началась значительно ранее визита Молотова, но одно время была приостановлена, так как немцы просчитались в своих сроках победы над Англией. Весной немцы рассчитывают поставить Англию на колени, развязав тем самым себе руки на Востоке.
16. Для борьбы с Англией достаточно тех сил, которые сосредоточены на канале (имеется в виду пролив Ла-Манш. — A.M.), a остальные силы свободны для борьбы против СССР. Выступление необходимо для того, чтобы создать ясность на Востоке и ликвидировать постоянную опасность того, что СССР может выступить на стороне Англии, а также захватом Украины обеспечить Европу продуктами питания.
Из наиболее вероятных вариантов действий, намечаемых против СССР, заслуживают внимания следующие:
1. Вариант № 1 по данным анонимного письма, полученного нашим полпредом в Берлине от 15 декабря 1940 г. (приложение № 1):
“…основное направление удара: а) от Люблина по Припяти до Киева; б) из Румынии между Яссы и Буковиной в направлении Тетерев, и в) из Восточной Пруссии на Мемель, Виллинг, р(ека) Березина и далее вдоль Днепра на Киев”;
2. Вариант № 2 по данным КОВО (Киевского Особого Военного округа. — A.M.) от декабря 1940 г. (приложение № 2): “…Три главных направления удара: а) из Восточной Пруссии в направлении Литвы, Латвии и Эстонии. Этот удар имеет преимущества, что Литва, Латвия и Эстония сразу же становятся союзниками Германии. Кроме того, Финляндия сразу же присоединяется к Германии, чтобы отнять забранную территорию; б) через Галицию и Волынь. Эта группа войск будет иметь поддержку украинцев и (войск) из Румынии, которая будет стремиться захватить отобранную у нее территорию. Группа войск 2-го и 3-го направлений окружает войска противника в Мало-Польше. На остальном участке фронта наносятся вспомогательные удары на фронтальном направлении с целью очищения всей остальной территории. На востоке СССР будет связан с Японией, что является для Германии плюсом, так как противник должен создать сразу два фронта, а поэтому концентрация его сил против Германии невозможна”.
3. Вариант № 3 по данным нашего агентурного донесения на февраль 1941 г. (приложение№3): “…Для наступления на СССР создаются три армейские группы: 1-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Бока наносит удар в направлении Петрограда, 2-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Рунштудта (так в тексте, правильно — Рунштедт. — A.M.) — в направлении Москвы и 3-я группа под командованием генерал-фельдмаршала Лееба — в направлении Киева. Начало наступления на СССР ориентировочно 20 мая”.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1847225/1847225_1000.jpg
Кроме этих документов, по данным других источников, известно, что план наступления против СССР будет заключаться в следующем:
а) после победы над Англией Германия, наступая против СССР, предполагает наносить удар с двух флангов: охватом со стороны севера (имеется в виду Финляндия) и со стороны Балканского полуострова;
б) коммерческий директор германской фирмы “Тренча майне лимитид” заявил, что нападение на СССР произойдет через Румынию. Для этого Германия строит шоссе из Протектората через Словакию в Венгрию с целью переброски войск к советской границе. Венгрия и Румыния разрешили Германии пользоваться всеми путями сообщения для переброски войск, а также разрешили ей строить новые аэродромы, базы для мотомехчастей и склады для амуниции. Венгрия разрешила Германии пользоваться частью своих аэродромов. Все румынские войска и военно-технические сооружения находятся в распоряжении германского командования;
в) югославский в(оенный) ат(таше) Смидович заявляет, что, разрешая балканский вопрос, трудно представить, куда немцы направят своё острие, но он лично убежден, что все это предшествует нападению на СССР. Сам факт выхода немцев в Дарданеллы является прямым актом против СССР. Вообще Гитлер никогда не изменял своей программе, изложенной в книге “Моя борьба”, и эта программа является основной целью войны. Дружбой Гитлер пользуется как средством, дающим возможность разрешить задачу переустройства Европы (никакой дружбы с нацистами не было и в помине, ибо речь идёт о договоре о ненападении — продукте голого прагматизма обеих сторон. — A.M.);
г) по сообщению нашего ВАТ от 14 марта, в Румынии упорно распространяются слухи о том, что Германия изменила свой стратегический план войны. В разговоре с нашим источником немецкий майор заявил: “Мы полностью изменяем наш план. Мы направляемся на Восток, на СССР. Мы заберем у СССР хлеб, уголь, нефть. Тогда мы будем непобедимыми и можем продолжать войну с Англией и Америкой”. Полковник Риошану, бывший товарищ министра в Румынии, в личной беседе с нашим источником сказал, что главный штаб румынской армии вместе с немцами занят сейчас разработкой плана войны с СССР, начало которой следует ожидать через три месяца.
Немцы опасаются выступления СССР в тот момент, когда они пойдут в Турцию. Желая предупредить опасность со стороны СССР, немцы хотят предпринять инициативу и первыми нанести удар, захватить наиболее важные экономические районы СССР, и прежде всего Украину.
д) По сообщению нашего ВАТ из Берлина, по данным вполне авторитетного источника, начало военных действий против СССР следует ожидать между 15 мая и 15 июня 1941 г.
Вывод: 1. На основании всех приведенных выше высказываний и возможных вариантов действий весною этого года считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР являться будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира.
2. Слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года войны против СССР необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, быть может, германской разведки.
Начальник Разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии генерал-лейтенант Голиков» [ЦАМО РФ, Оп. 14750, Д. 1, Л. 12 — 21; стиль оригинала сохранён.].
Кто только и как только не глумился над этим документом?! Каких только грязных и оскорбительных не только для Сталина, но и для ГРУ эпитетов на сей счёт не выдумали?! Особенно маршалы Г. К. Жуков, А. И. Еременко. С нелегкой подачи именно Жукова в Истории Великой Отечественной войны загуляло беспрецедентное оскорбление в адрес славного ГРУ: «Наша агентурная разведка, которой перед войной руководил Голиков, работала плохо, и она не сумела вскрыть истинных намерений гитлеровского верховного командования в отношении войск, расположенных в Польше. Наша агентурная разведка не сумела опровергнуть лживую версию Гитлера о не намерении воевать с Советским Союзом» [Стенограмма октябрьского 1957 г. пленума ЦК КПСС и другие документы, М., 1957. С. 518.]. Когда же этому клеветнику-«златоусту» предъявили многочисленные донесения (военной) разведки о подготовке Германии к нападению на СССР, то четырежды Герой Советского Союза, маршал Советского Союза Г. К. Жуков был не просто изумлен, не просто шокирован — он едва в кому не впал! Ведь ему предъявили именно те сообщения, на которых он был указан как адресат и на которых стояла его же собственная подпись, свидетельствовавшая о том, что он ознакомился с их содержанием еще тогда, в 1941 г. Кстати, именно из-за этого он вынужден был уже в первом, 1969 г. издания, варианте своих «Воспоминаний и размышлений» признать, что «20 марта 1941 г. начальник разведывательного управления генерал-лейтенант Ф. Голиков представил руководству доклад, содержащий сведения исключительной важности. В этом документе излагались варианты возможных направлений ударов немецко-фашистских войск при нападении на Советский Союз. Как потом выяснилось, они последовательно отражали разработку гитлеровским командованием плана «Барбаросса», а в одном из вариантов, по существу, отражена была суть этого плана» [Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Изд. 10, т. 1. М., 1990. С. 248 — 249.]. Тем не менее, по неизменной в его жизни «традиции», Жуков и тут опустился до прямой лжи, письменно заявил в мемуарах, что-де «выводы из приведённых в докладе сведений, по существу, снимали всё их значение». И разве удивительно после этого, что даже в год 60-летия Великой Победы вновь появились грубые нападки на ГРУ, что-де «соображения Голикова — это угодничество, дань культу “гениального вождя” и страху за свою судьбу»!? Но кто бы взял на себя труд вразумительно объяснить, в чём же конкретно ошибочность выводов этого доклада ГРУ?! Или то же угодничество перед Сталиным?! Или отдание дани культу «гениального вождя »?! Или, тем более проявление руководством ГРУ страха за свою судьбу?! В чем конкретно ошиблось ГРУ, письменно указав, например, в выводе № 2 о том, что «слухи и документы, говорящие о неизбежности весной этого года (1941 г. — A.M.) войны против СССР необходимо расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и даже, быть может, германской разведки»?! Где тут ошибка, «если нападение произошло не весной, а летом — 22 июня 1941 г., в день летнего же солнцестояния! Разве это требует особых доказательств?!

Ни аналитики ГРУ, ни сам его предвоенный глава Голиков в выводе № 2 не ошиблись даже на миллийоту. Дело в том, что, как только 23 августа 1939 г. был подписан договор о ненападении между СССР и Германией, высшее руководство Великобритании поручило своей разведке заняться широкомасштабным провоцированием столкновения между СССР и Германией. Уже осенью 1939 г. в посольства Германии и Советского Союза в разных странах мира стали подбрасывать всевозможные «подметные письма », преследовавшие одну цель — поскорее стравить обе державы в смертельной схватке. А с 22 июля 1940 г. это поручение британской разведке было оформлено уже личным приказом британского премьер-министра У. Черчилля «разжечь пожар в Европе», чтобы он перекинулся в первую очередь на СССР! Приказ был отдан главе Управления Специальных Операций МИ-6 Хью Дальтону, под началом которого работали и информаторы советской разведки, в частности, представитель всемирно знаменитого банкирского клана Ротшильдов — Виктор Ротшильд, ближайший друг и единомышленник великолепной «кембриджской пятерки » агентов советской разведки. Так что Сталин прекрасно знал об этом приказе У. Черчилля, от которого априори ничего иного, кроме подлости и коварства, ожидать не приходилось. Уж кто-кто, но Сталин-то знал это более, чем кто-либо на всем свете! Вот что и являлось сутью дезинформации английской разведки. Вот почему доклад ГРУ от 20 марта 1941 г. и начинался с абсолютно точной констатации реалий того времени: «Большинство агентурных данных, касающихся возможностей войны с СССР весной 1941 г., исходит от англо-американских источников, задачей которых на сегодняшний день, несомненно, является стремление ухудшить отношения между СССР и Германией». ГРУ прекрасно это понимало. И остается только поражаться тому максимуму дипломатического такта, с которым оно подошло к изложению этой мысли. Ведь речь-то шла о беспардонно грубых действиях английской разведки, стремившейся за счет тотальных провокаций ускорить, елико то возможно, вооруженное столкновение между СССР и Германией. Ведь только такое столкновение давало Англии шанс выжить в тех условиях, в которые она по своей же собственной тупости сама себя же и загнала как в тупик! Вот почему и вывод № 2 был сформулирован именно так, как сформулирован, а не иначе. К тому моменту уже нарастал шквал неопровержимой информации и от внешней разведки НКГБ именно о таких действиях британской разведки — «кембриджская пятерка » лучших агентов советской внешней разведки работала не покладая рук. А на пике этого шквала выдающийся советский разведчик — Гайк Бадалович Овакимян — в начале мая 1941 г. документально разоблачил самую крупную из серии дезинформационных акций операцию британской разведки. На фоне ожидавшегося британской разведкой «визита » Гесса в Англию операция преследовала ускорить вооруженное столкновение между СССР и Германией, дабы отвести от Англии уже неизбежное поражение в единоборстве с Германией, в которое, подчеркиваю это вновь, она вляпалась по собственной же тупости. От чего, кстати говоря, Сталин пытался удержать Великобританию еще в конце марта 1935 г........

Арсен Мартиросян

05.06.2021, 07:30

http://egor-23.livejournal.com/425124.html
В чём же тогда ошиблось или со страху перед Сталиным угодничало ГРУ в выводе № 2?! Может быть, в том, что в отношении английской разведки ГРУ взяло категоричный тон, а в отношении германской — смягченно вероятностный?! Да нет же, если по здравому-то размышлению.

Тут все логично, не говоря уже о том, что и оправданно с разведывательно-аналитической точки зрения. Потому что для будущего агрессора куда важней усыпить бдительность запланированной жертвы своей очередной агрессии, нежели брехать на всех европейских и мировых перекрестках о том, что он вот-вот нападет! Всем германским дипломатам и военным атташе была дана прямая команда опровергать слухи о войне и грядущем нападении на СССР. Ещё в начале 1941 г. по указанию Гитлера были разработаны и введены в действие руководящие указания начальника штаба верховного главнокомандования по маскировке подготовки агрессии против Советского Союза №44142/41 от 15.2.1941 г., п. 1 которых гласил: «1.Цель маскировки — скрыть от противника подготовку к операции “Барбаросса”. Это главная цель и определяет все меры, направленные на введение противника в заблуждение». Гитлеровское «цэу» по вопросам дезинформации едва ли было документально известно советской разведке в марте 1941 г., хотя и не предполагать подобного она просто не могла — это априори в генетике разведывательного анализа. Но в наше-то время, когда этот трофейный документ уже лет пятнадцать как опубликован, можно же было воздержаться от беспочвенных упреков в адрес ГРУ?! Высказывая же свое мнение о причастности германской разведки к слухам о возможности войны весной 1941 г. в смягченно вероятностной форме, ГРУ опять-таки не ошиблось. Потому как если сопоставить этот вывод с тем, что было написано в этом «цэу» № 44142/ 41 от 15.2.1941 г., то нетрудно будет заметить следующее. Там была расписана вся дезинформационная брехология нацистов, кроме одной детали — ни в одной его строчке нет ни одного даже звука о времени нападения, то есть насчет весны 1941 г. Тем более ничего нет насчёт 22 июня! Тем не менее все стремятся бросить в Сталина и ГРУ увесистый «булыжник» упрека, не отдавая при этом себе отчета в подлинных реалиях. Ведь в качестве даты нападения «22 июня» официально и письменно было объявлено с санкции Гитлера только 10 июня 1941 г.!
С 12 мая 1941 г. началась вторая фаза германской дезинформационной операции. Именно в тот день было подписано распоряжение № 44699/41 от 12.5.1941 г. начальника штаба верховного главнокомандования вооруженных сил рейха по проведению второй фазы дезинформации противника в целях сохранения скрытности сосредоточения сил против Советского Союза. И в нём тоже нет ни звука о дезинформации по вопросу о времени нападения весной 1941 г., до конца которой в тот момент оставалось всего 19 дней! Проще говоря, дезинформация гитлеровцев носила принципиально иной характер: она преследовала цель усыпить бдительность СССР, а не будоражить его шквалом сообщений о грядущем уже весной нападении! Так в чём же ошибка ГРУ, которую оно якобы допустило, видите ли, со страху, да еще и угодничав перед Сталиным?! А хоть тресните, но её нет, и не было в помине!
Теперь о том, почему ГРУ без обиняков назвало все сообщения о неизбежности войны весной 1941 г. именно слухами. И тут никакой ошибки нет. Оценка аналитиков ГРУ и здесь абсолютно точна. При оценке угрозы нападения военная разведка исходит из двух обстоятельств: из факта сосредоточения войск противника у своих границ и, особенно, факта завершенности процесса сосредоточения. По состоянию же на 20 марта 1941 г. данных о завершении процесса сосредоточения войск еще не было зафиксировано. Не было зафиксировано каких-либо данных даже о начале финишного этапа этого процесса. По состоянию на 20 марта 1941 г. ГРУ (и не только оно) видело и фиксировало действия командования вермахта, связанные только с процессом сосредоточения и развертывания войск. Но оно видело и то, что этот процесс еще не завершен и даже еще не переведен в режим финишного этапа, то есть в режим военного времени, когда начинается отсчет времени «X». По состоянию на 20 марта 1941 г. ни одна из разведслужб СССР еще не располагала данными о переводе графика военных перевозок вермахта на Восток в режим финишного этапа и тем более военного времени (на немецком штабном языке того времени о введении в «режим максимально уплотненного графика движения эшелонов»). Этими исключительно важными данными Москва стала обладать лишь 22 — 23 мая 1941 г. Именно тогда от являвшегося крупным железнодорожным чиновником рейха ценного агента берлинской резидентуры НКГБ поступили неопровержимые документальные данные о том, что этот график переводится в режим военного времени (максимально уплотняется). Это и означало, что процесс сосредоточения и развертывания войск вермахта для нападения на Советский Союз вступил в финальную стадию. Одновременно было установлено, что командование вермахта приступило к выдаче предписаний ж.-д. чиновникам рейха об их обязанности прибыть на некоторые узловые ж.-д. станции в приграничной зоне СССР на пятый день с момента начала агрессии против Советского Союза. График военных перевозок вермахта был переведен в режим максимального уплотнения движения эшелонов 22 мая 1941 г. А уже 24 мая 1941 г. Сталин созвал секретное совещание членов Политбюро с участием высшего военного командования, то есть Тимошенко и Жукова, во время которого прямо так и заявил, что в ближайшее время СССР может подвергнуться внезапному нападению со стороны Германии!!! То есть о переводе этого графика в иной режим он знал заблаговременно и как только получил необходимое подтверждение, тут же предупредил все высшее, в том числе и военное, руководство. Более того, судя по всему, Сталин знал об этом графике явно ещё в начале мая, так как уже 13 мая он лично санкционировал выдвижение всех намеченных для этого войск из внутренних округов в приграничные, насчет чего Жуков и Тимошенко и дали соответствующую директиву. Вот почему ГРУ еще в марте расценило сообщения о вероятности войны весной 1941 г. как слухи, распускаемые именно англосаксонскими, особенно британскими силами, целью которых в тот момент было поскорее стравить СССР и Германию в смертельной схватке. Чего они, к слову сказать, практически и не скрывали.
В этом смысле цели Великобритании и гитлеровской Германии были как никогда идентичны. Дело в том, что задача провоцирования СССР на какие-либо упреждающие грядущую агрессию «телодвижения » своими войсками на границе, которые затем можно было бы преподнести «прогрессивному демократическому мнению » Запада как агрессивные по отношению к Германии и тем самым заранее оправдать свою агрессию, откровенно присутствовала. Это вообще входило в арсенал тактических уловок стратегии блицкрига. Однако, вплоть до нападения, гитлеровцы сетовали, что нет ни малейшего повода заподозрить Советский Союз в агрессивных или даже в «недружественных» [В кавычках потому, что никакой дружбы не было и в помине, — был абсолютно голый прагматизм с обеих сторон.] по отношению к Германии намерениях. Ничего удивительного в этом нет. Цель Сталина в том и состояла, чтобы заблаговременно лишить Гитлера и Запад соблазна приписать СССР агрессивные намерения, коих действительно и в помине-то не было. Нарочито демонстративными учениями, «экскурсиями» по новейшим военным заводам, распространявшимися советскими послами за рубежом сообщениями о концентрации советских войск на западных границах СССР и неизбежности могучего возмездия с применением всех сил и средств, Сталин умышленно показывал, что он действует строго адекватно каждому витку возрастания угрозы нападения! И надо отдать должное германской разведке — сообщения ее разведчиков, в том числе и из Москвы, буквально пестрели акцентом именно на это обстоятельство. В том тяжелейшем психологическом поединке Сталин выиграл у Гитлера. Под сильнейшим нажимом Иосифа Виссарионовича фюрер до того задезинформировался, что в соответствии со своими же инструкциями в одном из ответных посланий письменно выболтал Сталину практические точное время нападения. В результате уже в самом конце первой половины мая 1941 г. и непосредственно от самого Гитлера Сталин точно знал, что фюрер планирует нападение на Советский Союз примерно 20 июня (соответственно плюс-минус несколько дней)! Так что в части, касающейся вывода № 2 доклада ГРУ от 20 марта 1941 г., ни ГРУ, ни Сталина попрекать не за что!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1847918/1847918_1000.jpg
Абсолютно не за что! ГРУ ни в чем не ошиблось, не угодничало, тем более из-за страха перед Сталиным, и никакого отдания некой дани культу «гениального вождя» не было и в помине! Была тяжелейшая, кропотливая, сопряженная с колоссальным риском для жизней действовавших за рубежом разведчиков, но потрясающая своей изумительной эффективностью работа! Вот это действительно факт — факт Подлинной Правды! Так что в этой части пора кончать нападки на славное ГРУ и тем более на Сталина!
Но, быть может, ГРУ ошиблось или угодничало, тем более из-за страха перед Сталиным, и даже отдало некую дань культу «гениального вождя» в выводе № 1 — «…наиболее возможным сроком начала действий против СССР будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почётного мира»?! Нет! ГРУ и в этом случае ни на йоту не ошиблось. Сама трагедия 22 июня ясно показала, что ГРУ было изумительно точно в своем безошибочно провидческом, но столь кроваво подтвердившемся прогнозе. Военная разведка беспрецедентно точно спрогнозировала принципиальную часть ситуации с так называемой «миссией» Гесса. Заместитель фюрера по партии для того и рванул в Англию, чтобы как раз и договориться на почетных условиях с лидерами верхушки ее правящей элиты! Ведь в реальности все получилось, как и прогнозировало ГРУ. Нападение на Советский Союз произошло после того, как Гесс рванул в Англию. Но, самое главное, после того, как в переговорах между высокопоставленными представителями Англии и Р. Гессом была достигнута некая, по сию же пору официально неизвестная в полном объеме и особенно в не вызывающей сомнений и подозрений документальной точности договоренность! Но суть её известна — Гитлеру была гарантирована практически полная безнаказанность однофронтового разбоя Третьего рейха против СССР до 1944 г.! Об этом лично проболтался премьер-министр Великобритании У. Черчилль! Да в общем-то не только проболтался. И не только послу. С самого начала секретной переписки со Сталиным Черчилль однозначно показал, что, во-первых, его ставка на как можно более затяжную войну между Германией и СССР. Во-вторых, что ни он, ни американцы абсолютно не намерены в срочном порядке открывать второй фронт в Европе (об этом см. ниже). Наши подлые «друзья» по антигитлеровской коалиции — англосаксы — так и протянули с открытием второго фронта до 6 июня 1944 г.! «Джентльмены», мать их… слово же дали «дражайшему» Адольфу! Вот и держали оное, сколько могли, пока не убедились, что Сталин и его верные солдаты и без англосаксов уничтожат нацизм в его же логове!
В чем конкретно могло ошибиться ГРУ, если дата нападения на СССР — «22 июня» — письменно впервые была указана только 10 июня 1941 г.?! В документе под названием «Распоряжение главнокомандующего сухопутными войсками о назначении срока начала наступления на Советский Союз» № 1170/41 от 10.6.1941 г. Разве требует доказательств тот факт, что 10 июня — это ровно месяц спустя после того, как Р. Гесс сиганул через Ла-Манш в Англию?! В чем же тогда ошибка ГРУ, если почти за три месяца до письменного определения Гитлером даты нападения на СССР оно абсолютно точно спрогнозировало время нападения?! Более того, точно спрогнозировало также и ситуацию, в которой это решение будет принято, то есть в ситуации откровенных попыток Германии (Гитлера и Гесса) достичь «почетного мира» с Англией?! В чем же тогда вина ГРУ или того же Сталина?! А ни в чём! Её попросту нет, потому как нет и не было никакой ошибки — в помине не было, как, впрочем, и какого бы то ни было угодничества ГРУ перед Сталиным!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1848306/1848306_1000.jpg
ГРУ изумительно точно спрогнозировало и саму суть такого сценария развития событий. Ведь письменное оформление «22 июня » датой начала агрессии против Советского Союза было осуществлено на следующий день после того, как 9 июня 1941 г. на переговорах между Р. Гессом и высокопоставленными британскими представителями произошел своего рода «миттельшпиль». В тот день по поручению У. Черчилля в переговоры включился лорд-канцлер Англии Джон Саймон?! Тот самый Джон Саймон, который за шесть с лишним лет до этого, в бытность министром иностранных дел Великобритании, ещё во время мартовских 1935 г. англо-германских переговоров с Гитлером в Берлине гарантировал коричневому шакалу «зелёный свет» его агрессивной экспансии на Восток, подразумевая в первую очередь вооруженную экспансию нацистской Германии против СССР! Еще тогда, документально точно зная, о чем «шпрехали » с австрийским акцентом и лондонским прононсом разномастные шакалы Запада, Сталин откровенно предупредил Англию, что лично для нее это добром не кончится. Потому как она не с тем партнером связалась, поскольку, получив от Лондона все, что ему надо, Гитлер повернет пушки против Запада, прежде всего против Англии. Лондон предпочел тогда сделать вид, что ничего не слышал. Когда же Сталин узнал от разведки, что в переговоры с Гессом включился ещё и Джон Саймон, то, памятуя об «особых» антисоветских «заслугах» этого «джентльмена», он тем более не мог ожидать ничего хорошего от этого события. Ясно осознавая, что Дж. Саймон включился в переговоры с Гессом по поручению У. Черчилля, а уж этого-то «гуся» Сталин вообще прекрасно знал со времен революции и гражданской войны, он, естественно, превосходно представил себе, что могут натворить эти двое против СССР. Через пару дней Сталину стало известно еще и о том, что британская служба радиоперехвата перехватила и декодировала шифровку в адрес командующих группировками армий вторжения, где и была указана дата нападения — 22 июня. В упомянутой шифровке передавалось «Распоряжение…» от 10.6.1941 г. Передача происходила 12 июня 1941 г., что впоследствии подтвердил в своих мемуарах и сам У. Черчилль. 13 июня от погранразведки НКВД СССР Сталину стало известно как о начале выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции, так и о практически немедленной же приостановке этого процесса. Мощный аналитический ум Сталина не мог, во-первых, не сделать немедленного практического вывода, а во-вторых, не обратить внимания на специфические нюансы произошедшего. Что касается «во-первых», его вывод заключался в санкционировании выдвижения дивизий из глубины западных округов в сторону границы. Данный факт подтверждается архивными данными и мемуарами A. M. Василевского. Что же до «во-вторых», то от его внимания не ускользнула одна важная деталь. В тексте упомянутого выше распоряжения было прямо указано, что дату 22 июня назначило верховное главнокомандование. Между тем, несмотря на то что с 4 февраля 1938 г. его олицетворял непосредственно Гитлер, само это распоряжение было от имени главнокомандующего сухопутными войсками Германии. Да к тому же и подписано было начальником Генерального штаба сухопутных войск Германии генералом Ф. Гальдером. Более того, оно содержало в себе контрольную дату — 18 июня, в течение которой должно было быть осуществлено либо окончательное подтверждение даты нападения, либо ее отмена. Более того, в тексте распоряжения было и последнее контрольное время для этого же — 13.00 21 июня 1941 г.!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1848356/1848356_1000.jpg
В ситуации с данными о «миссии » Гесса сие могло означать только одно. Невзирая на сам факт издания распоряжения о назначении 22 июня датой нападения на СССР, сама она еще должны была быть подтверждена особым политическим решением Гитлера, окончательное формулирование и принятие которого явно зависело от результатов «миссии» Гесса! Не только Сталин, но и разведка физически не могли не прийти к этому выводу, тем более что к этому же прямо подталкивал и другой факт. По полученным от разведки данным британского радиоперехвата и расшифровки выходило, что это распоряжение о назначении даты нападения на СССР было подписано сразу же на следующий день после того, как в переговоры с Гессом включился Дж. Саймон, а вот доведение его содержания до сведения командующих группами армий вторжения (ГА) гитлеровцы почему-то начали 12 июня. Более того, едва только 13 июня процесс выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции был начат, так чуть ли не немедленно же был приостановлен!? Совершенно естественно возник вопрос: а в чем, собственно говоря, дело?! Ведь немцы — известные всем миру педанты и аккуратисты, ярые поклонники строжайшей дисциплины, особенно в военном деле, даже если они и нацисты. Ведь приостановить-то могли только по приказу из Берлина — таковы были правила в вермахте. Впрочем, они таковы в любом государстве. Выдвижение собственных войск к линии границы с другим государством может осуществляться только с санкции высшего государственного руководства, а у Германии, к ее глубочайшему несчастью, в то время была ситуация как в рекламе — «три в одном флаконе»: Гитлер был един в трёх государственных лицах — рейхсканцлер, президент и Верховный главнокомандующий. Да ещё, на беду немецкого народа, и «фюрер германской нации». И приказ о приостановлении процесса выдвижения мог отдать только сам Гитлер. Сталин и разведка мгновенно просчитали сложившуюся ситуацию и убедились в том, что их видение сценария нападения на СССР в результате тайного сговора Англии с Гитлером было обосновано. Потому как привлекшие к себе пристальное внимание заминки с исполнением распоряжения о назначении даты нападения на СССР открыто нарывались на сильные подозрения в том, что Гитлер чего-то ждал. Их порождала бросавшаяся в глаза логическая взаимосвязь последовавших событий. Ведь 9 июня 1941 г. к переговорам с Гессом подключился Джон Саймон, а уже 10 июня верховное главнокомандование Германии, то есть лично Гитлер, официально, письменно же назначает 22 июня датой нападения на СССР!

Арсен Мартиросян

05.06.2021, 07:31

http://egor-23.livejournal.com/425216.html
Кроме того, Москве было известно, что как дата нападения гитлеровской Германии на Советский Союз «22 июня» в категорическом тоне было объявлено бриттами специальному представителю президента США Рузвельта — Уильяму Доновану — ещё 6 июня 1941 г.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1848619/1848619_1000.jpg
Но если по каналам радиоперехвата бритты узнали о 22 июня только 12 июня, следовательно, по состоянию на 6 июня они могли знать ее только от Гесса. А, учитывая, что сообщивший об этом Доновану глава британской дипломатической разведки Р. Липер подчеркнул, что о 22 июня им известно уже несколько недель, то вывод о том, что они узнали о ней от Гесса — сугубо категоричен. Ведь с 10 мая, то есть с того момента, как Гесс свалился на английскую территорию, и по 6 июня как раз и выходили те самые несколько недель!
Британская разведка именно потому и провела в мае месяце 1941 г. в превентивном по отношению к ожидавшемуся ею «визиту » Гесса мощную дезинформационную операцию по ускорению стравливания СССР и Германии в смертельной схватке [Её осуществили личный друг У. Черчилля — глава Британского разведывательного центра в США У. Стефенсон и его сотрудник М. Хайд.], что она абсолютно точно знала об этой дате. Так, при сравнении сути осуществленной британской разведкой в мае 1941 г. дезинформационной операции и текста «Руководящих указаний начальника штаба верховного главнокомандования по маскировке подготовки…» № 44142/41 от 15.2.1941 г. нетрудно заметить не только смысловое, но и едва ли не текстовое сходство между ними:
—смысл британской дезинформации — «Если Гитлер вздумает напасть на Англию, то русские начнут войну против Гитлера»;
— содержание «Руководящихуказаний…» — «…Необходимо принять все меры, чтобы среди наших вооруженных сил сохранилось впечатление готовящегося вторжения в Англию, пусть в совершенно иной форме. Правда, в какой-то момент придется оттянуть с Запада предназначавшиеся для вторжения войска… Даже если войска будут перебрасываться на Восток, следует как можно дольше придерживаться версии, что переброска осуществляется с целью дезинформации или прикрытия восточных границ в тылу во время предстоящих действий против Англии…» Британская разведка явно располагала соответствующей информацией и чрезвычайно ловко обыграла полученные от своей агентуры данные, фактически ввергнув гитлеровцев в состояние жертвы их же собственной дезинформации. Еще более того — даже обеспечив при этом некое подобие алиби для вскоре понадобившихся Гитлеру лживых утверждений, что-де он именно потому внезапно напал на СССР, вероломно расторгнув договор о ненападении с ним, что хотел упредить якобы грядущую советскую агрессию против Германии.
Впервые Гитлер лично озвучил дату 22 июня только во время совещания 30 апреля. Но вот сама мысль об этой дате появилась у него, очевидно, раньше. 31 января 1941 г. была утверждена директива Генерального штаба сухопутных войск Германии (ОКХ) № 050/41 от 31.01.1941 г., в подпункте «в» п. 12 которой было прямо указано: «Подготовительные работы нужно провести таким образом, чтобы наступление (день «Б») могло быть начато 21.6.» (т.е. 1941 г. — A.M.). Эта директива — самая суть плана «Барбаросса», потому как она называлась Директива по стратегическому сосредоточению и развертыванию войск (план «Барбаросса»). К концу апреля 1941 г., когда с Югославией было покончено, Гитлер, очевидно, решил, что необходимо, наконец, уточнить дату нападения на СССР. Одним из первых об этом узнал агент британской разведки Фил — Адольф Эрнст Хойзингер, поскольку это непосредственно входило в его служебную компетенцию, так как он возглавлял Оперативное управление германского генштаба. Без согласования с ОУ ГШ Гитлер не мог принять такого решения. И вот что интересно в этой связи. Британский посол в Москве С. Криппс в предположительном порядке озвучил дату 22 июня в самом начале третьей декады апреля 1941 г., из-за чего уже 24 апреля германский ВМАТ Н. Баумбах в своем донесении в Берлин указывал, что он опровергает такие слухи. Судя по всему, уже тогда бритты располагали агентурными данными о 22 июня как о дате нападения. И потому рискнули на проведение дезинформационного зондажа, преследуя сразу три цели — выяснить возможную реакцию Кремля, одновременно запутать его, а если повезет, то и спровоцировать СССР на те действия, в ответ на которые Германия могла бы запросто напасть на Советский Союз. Однако бриттам ничего не удалось достичь тогда. Кроме, естественно, усиления подозрений Кремля в причастности британской разведки к распространению этой информации, которую в Москве восприняли как дезинформационные слухи. Кремль, как это стало понятно только в наши дни, был прав. Потому как о 22 июня как о дате нападения, бритты узнали от своей разведки, а источником этих сведений в апреле мог быть только агент Фил — А. Хойзингер.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1849231/1849231_1000.jpg
Волею случая так получилось, что его сведения совпали с данными американской разведки. Еще в марте 1941 г. коммерческий атташе посольства США в Берлине Сэм Вудс добыл новые данные о плане нападения на СССР, которые 20 марта 1941 г. были переданы не только Москве, но и Лондону. А через месяц подоспели и сведения Фила.
Убедившись же, что Москва никак не реагирует на болтовню С. Криппса, бритты решили провести ту самую дезинформационную операцию, которую разоблачил Г. Б. Овакимян. Однако 5 мая 1941 г. он был арестован ФБР [Г. Б. Овакимян не обладал дипломатическим иммунитетом. 7 мая под залог в 25 тысяч долларов он был освобожден до суда, который, впрочем, не состоялся. В его освобождении и возвращении на Родину участие принимал лично Сталин.] при активном содействии бриттов. Естественно, что далее он не мог активно заниматься разведкой. Следовательно, разоблачение им британской дезинформационной операции по ускорению стравливания СССР и Германии в смертельной схватке произошло до 4 мая включительно [В этом ему помог агент советский разведки, сотрудник Британского разведывательного центра в США Седрик Белфрейдж.]. Но именно в это время и завершалась операция британской разведки по выводу Рудольфа Гесса на территорию Великобритании. То есть выходит, что англичане совершенно сознательно готовили ту дезинформационную операцию в расчёте на скорое появление в Англии Гесса, прежде всего, ради того, чтобы создать негативно давящую на планы Гитлера основу для ожесточённого торга с его эмиссаром. Ведь суть той «дезы», что разоблачил Овакимян, заключалась в следующем: «Если Гитлер вздумает напасть на Англию, то русские начнут войну против Гитлера». Именно это и располагало к ожесточенному торгу по принципу свобода действий на Востоке в обмен хотя бы на видимость мирной передышки для Англии или, по меньшей мере, на резкое снижение активности боевых действий авиации люфтваффе против Англии. Как показали последующие события и особенно их вдумчивый анализ ГРУ, все именно так и произошло.
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1849449/1849449_1000.jpg
Если теперь подытожить изложенное выше, то получается следующее. Гитлер, которому ничто и никто не мешали ещё до 10 июня письменно назначить 22 июня датой нападения на СССР в реальности почему-то стал действовать очень странным для такого не привыкшего с чем-либо или кем-либо считаться авантюриста-наглеца образом. Вначале принял внутреннее (то есть для себя) решение о 22 июня как о дате нападения на СССР — насколько можно судить, это произошло, самое позднее, к концу второй декады апреля 1941 года. Ибо уже 24 апреля дата 22 июня была озвучена британским послом в СССР. Знать об этом в тот момент англичане могли только от своего агента «Фила» — А. Хойзингера, поскольку сам Гитлер впервые озвучил эту дату перед своим генералитетом только 30 апреля, а Гесс в то время ещё был в Германии [Последний раз Гесс виделся с Гитлером 4 мая 1941 г. и во время многочасовой аудиенции у фюрера все спрашивал последнего, остается ли в силе тезис «Майн кампф» о необходимости союза с Англией?! Гитлер же, к слову сказать, каждый раз отвечал ему утвердительно. Кстати говоря, именно из-за этого тезиса еще в первой половине 1933 г. Сталин осуществил массированную дипломатическую атаку на Гитлера, вынудив его в конце концов ратифицировать еще в 1931 г. парафированный протокол о пролонгации срока действия советско-германского договора о нейтралитете и ненападении от 24 апреля 1926 г. ещё на пять лет. С тех пор Сталин не позволял себе роскоши не обращать самого пристального внимания на любые, даже мельчайшие признаки, которые пускай даже и гипотетически, но могли-таки привести к реализации идеи этого союза на практике. Вот откуда у него совершенно обоснованная подозрительность в этом вопросе, которую столь глупо и ёрнически представляют на всеобщее обозрение явно недалекие умом, но обладающие не в меру длинным языком «толкователи» его действий. Не случайно поэтому, что едва только Сталину стало известно о полете Гесса, упомянутый выше пассаж из «Майн кампф» тут же «выплыл» из обширнейших запасников его могучей и очень цепкой памяти. Вот почему его тревога в тот момент достигла наивысшего накала. Мало того, что по факту получалось, что Гесс и в самом деле прибыл в Англию для реализации на практике этого положения из «библии» нацизма, так еще и ГРУ за полтора месяца до этого события с потрясающей точностью спрогнозировало ситуацию с «миссией» Гесса. Естественно, что Сталину было от чего сильно взволноваться!]. Только А. Хойзингер мог знать о бродившей в черепе фюрера дате 22 июня, поскольку как Верховный главнокомандующий Гитлер физически не мог не консультироваться с начальником Оперативного Управления ГШ — это ведь «мозговой трест» любого генштаба.
Затем через Гесса фюрер конфиденциально сообщил о 22 июня англичанам. И в то же время, несмотря на то, что ему действительно ничто и никто не мешал утвердить 22 июня в качестве даты нападения на СССР до 10 июня 1941 г., Гитлер более месяца тянул с официальным письменным оформлением этой даты. Тут и ничего не сведущему в делах высшей мировой политики стало бы ясно, что Гитлер именно потому так долго тянул с письменным утверждением давно определенной им даты нападения, что ожидал принципиального британского «одобрям-с» своему принципиальному решению о нападении на Советский Союз, в том числе и самой дате агрессии 22 июня! В изложении британских мерзавцев это «одобрям-с» прозвучало так: «Английские интересы в восточных и юго-восточных европейских областях (за исключением Греции) являются номинальными»! Заметьте, что речь шла о каких-то неведомых областях, а не о государствах Восточной и Юго-Восточной Европы. Это и означало, что бритты не только списали со счетов всех, но и открыто дали понять Гитлеру, что он может делать в этих самых восточных и юго-восточных «областях », что захочет — никто не мешает! А поскольку часть этих территорий и так была уже оккупирована или же, как грязные марионетки, они состояли на службе у Третьего рейха — откровенно фашиствовавшие тогда шакалы типа Словакии, Венгрии, Румынии, Болгарии и т.д., — то, «естественно», понятие номинальности британских интересов однозначно распространялось только на СССР! Проще говоря, Англия совершенно открыто заявила Гитлеру, что ей и в самом-то деле наплевать, что он намерен делать против СССР! Тут нельзя не отдать должное исключительной «принципиальности » в скором времени нашего очень подлого «друга » по антигитлеровской коалиции — сэра У. Черчилля. Этот «гусь» ещё в середине апреля 1941 г. «отморозил» беспардонно хамскую выходку по отношению к Советскому Союзу, направив правительству СССР меморандум, в котором содержались и сегодня вызывающие глубокое возмущение строки: «Правительство Великобритании не заинтересовано столь непосредственно в сохранении неприкосновенности Советского Союза, как, например, в сохранении Франции и некоторых других западноевропейских стран». Но как раз это-то и есть в натуральном виде «английские интересы в восточных европейских областях номинальны»! Сие ещё и тем характерно, что в одном предложении содержится и второе доказательство условий Англии к Германии на пути достижения так называемого почётного мира. В п. 2 этих условий говорилось: «Ни одно английское правительство, считающее себя дееспособным, не сможет отказаться от восстановления государственной системы Западной Европы». Если сравнить с тем, что Черчилль «отморозил» в меморандуме в адрес советского правительства, то нетрудно понять, о чём же шёл торг на переговорах с Гессом! И как только Гитлеру стало известно, что в переговоры с Гессом включился именно Дж. Саймон — а фюрер, как показали на послевоенных допросах в советских органах госбезопасности его ближайшие сотрудники Гюнше и Линге, очень внимательно следил за всеми сообщениями своей разведки из Лондона, — он тут же издал распоряжение о назначении 22 июня датой нападения на СССР! Потому как понял, что коли подключился сам Дж. Саймон, который еще шесть с лишним лет назад от имени Англии гарантировал «зеленый свет» экспансии на Восток, значит, англичане держат свое слово («джентльмены», итить их…) и подтверждают, что их «интересы в восточных европейских областях» действительно номинальны! В реальности же они, конечно, не были номинальны. Англия и хотела бы «застолбить » там свои интересы (особенно в Юго-Восточной Европе, к примеру), что и пыталась делать (кстати, и в дальнейшем тоже, препираясь во время войны со Сталиным по этим вопросам). Но в то время она вынуждена была сделать «хорошую мину при плохой игре». Сидя по уши в дерьме германской блокады, куда она вляпалась по собственной же дурости, о каких уж интересах на Востоке Европы можно было говорить?! Лондон прекрасно осознавал, насколько советско-германский Договор о ненападении от 23 августа 1939 г. поменял не только расписание второй мировой бойни, которую не в меру «добрая» Англия столь усердно готовила для СССР, но и конфигурацию Европы, в том числе и послевоенную. Поэтому для Лондона единственным выходом из создавшегося тогда положения было нападение Германии на не представляющие для Англии даже «номинального интереса» Советы. Соответственно Гитлеру предоставили свободу действий против СССР: Англия есть Англия, не к ночи будь она помянута! И Гитлер именно потому так долго тянул с письменным утверждением даты нападения на СССР, что ждал этих серьезных гарантий со стороны Англии. В порядке, «естественно», установления «почетного мира» между «великой морской державой» Англией и «великой континентальной державой» Германией, то есть гарантий полной безнаказанности однофронтового разбоя против СССР. Проще говоря, гарантий того, что Англия, тем более в союзе с США, не ударит в спину рейху с Запада! А вот их-то до середины второй декады июня 1941 г. у него и не было — шел ожесточенный торг и стороны еще не пришли к единой позиции на сей счет. Только отсутствием «железных» гарантий безнаказанности однофронтового разбоя против СССР можно объяснить практически мгновенную приостановку 13 июня едва только начавшегося процесса выдвижения германских войск на исходные для нападения позиции. Не говоря уже о нехарактерном для гитлеровцев, прежде всего как для немцев, затягивании с передачей распоряжения о назначении даты нападения на целых два дня. Фюрер тянул время, ожидая столь необходимых ему гарантий именно безнаказанности однофронтового разбоя против СССР, так как он до остервенения опасался войны на два фронта!
http://ic.pics.livejournal.com/egor_23/73280836/1848872/1848872_1000.jpg
Ясно видя, что принятое решение о нападении Гитлер нагло согласовывает с Англией, 12 июня Сталин санкционировал выдвижение дивизий из глубины приграничных округов в сторону границы. Одновременно было подготовлено Сообщения ТАСС от 13 июня 1941 г., которое с нарочито демонстративной торопливостью в тот же день было озвучено сразу по трем каналам: в 18.00 московского времени в радиоэфире для заграницы, а также путем вручения его текста как официального документа Правительства СССР одновременно англичанам и немцам. А на следующий день — 14 июня — оно было опубликовано ещё и в советских газетах! Потому что не менее ясно Сталин видел и то, что на тот момент Адольф никаких гарантий безнаказанности однофронтового разбоя ещё не получил — заклятые «джентльмены » никак не могли сговориться! Шёл ожесточенный торг, «естественно», за счет ущемления коренных интересов СССР — России — проклятая Англия иначе просто не умеет! Вот почему Сталин так сильно и «врезал» Англии в том Сообщении ТАСС от 13 июня 1941 г.! Это был отчаянный, но тщательно продуманный (благодаря разведке) и решительный шаг. Необходимо было в упреждающем порядке нейтрализовать подлые потуги Англии, пытавшейся по-прежнему играть утраченную роль мировой державы и главного арбитра в Европе. В том числе даже определять, кому, с кем и в каких условиях сцепиться в смертельной схватке, чтобы эта чертова Англия уцелела! Или, по меньшей мере, хотя бы резко снизить статус возможно уже обещанной Англией Гитлеру свободы действий против СССР за счёт достаточно внятных обвинений коварного Альбиона в прямом потворстве нацистской Германии! Так и в самом-то деле, ну не на пустом же месте Сталин уверенно предполагал, что Гитлер не рискнет на войну на два фронта, — в Германии слишком хорошо помнили печальные итоги Первой мировой! И если бы не эти подлые гарантии Англии Гитлеру, то едва ли коричневый шакал рискнул бы напасть на СССР 22 июня 1941 г.! Но Англия находилась уже при последнем издыхании. Даже американская помощь не спасала ее, позволяя всего лишь «тонуть» в замедленном темпе [Ещё в самом начале секретной переписки между Сталиным и Черчиллем последний признал, что для нормального житья-бытья Англии ей необходимо ежегодно ввозить не менее 70 млн. тонн различных грузов. В момент же этого признания Черчилль отметил, что в Англию поступает только 40 млн. тонн.]. И единственный шанс на спасение состоял в том, чтобы дать Гитлеру гарантии полной безнаказанности его однофронтового разбоя против СССР, тем более что с геополитической точки зрения интересы Англии и нацистской Германии в вопросе об уничтожении СССР-России были идентичны. Проще говоря, пусть Адольф займется бандитизмом против СССР, лишь бы хоть на какое-то время отстал от Англии! Сообщением ТАСС от 13 июня Сталин заранее пригвоздил Гитлера к позорному столбу Истории как агрессора, который с санкции какой-то полузадушенной Англии готовится вероломно и внезапно напасть на честно соблюдающего условия договора о ненападении от 23 августа 1939 г. партнера по межгосударственным отношениям! В Лондоне это поняли. И тем не менее всемирно известная сволочь по имени Великобритания к исходу 14 июня 1941 г. все-таки выдала столь любезному ее сердцу Гитлеру гарантии безнаказанности его однофронтового блиц-«Дранг нах Остен»-крига! Гарантировала до 1944 г.!
Уже после начала войны, 7 июля 1941 г., ГРУ направило Сталину и Молотову специальное сообщение подробного аналитического характера, в котором указывало, что «вооружённое выступление против СССР было предрешено задолго до перелета Гесса в Лондон для прощупывания почвы о возможности мирных переговоров между Англией и Германией, что подтверждается агентурными данными. Перелет Гесса в Англию нужно рассматривать как попытку Гитлера склонить Англию на заключение мира, поставив её перед свершившимся фактом уже законченного сосредоточения основной группировки сил против СССР». Правильно, хотя склонить Англию к прямому, тем более письменному заключению такого мира Германии и Гитлеру не удалось. Не такой уж и болван был сидевший на Даунинг-стрит, 10 наш подлый «друг» по антигитлеровской коалиции. Да и Сталин окольными путями — через США — не допустил этого. Не фиксируя письменно своего «одобрям-с» агрессии Гитлера против СССР — это был бы абсолютно не обжалуемый смертный приговор самой Великобритании, — вселенские бандиты с обеих сторон действительно договорились между собой. И действительно на почетных для каждого из них условиях. Лондону — максимально возможное снижение угрозы разрушения и тем более уничтожения Англии, особенно за счет воздушных бомбардировок. Берлину — свобода рук на Востоке против СССР плюс гарантии безнаказанности однофронтового блиц-«Дранг нах Остен»-крига. ГРУ отмечало, что «по имеющимся данным, эта попытка склонить на мир Англию не увенчалась успехом, но в известной степени получила отражение в дальнейшем ходе военных действий между Германией и Англией в сторону их ослабления. Для подтверждения такого вывода необходимо привести следующие конкретные факты:
— а) Переброска всех родов войск немецкой армии на Восток продолжается за счет ослабления группировки немецких войск на северо-западном побережье Франции…».
А ведь не будь у него британских гарантий, что в ближайшие два-три месяца, в течение которых ему грезился успех блицкрига против СССР, в спину рейху на Западном фронте не ударят, Гитлер не рискнул бы осуществлять такие переброски! К слову сказать, ГРУ зафиксировало конкретные результаты англо-германского сговора ещё до нападения на СССР. В начале упомянутого сообщения ГРУ прямо указало, что еще до нападения на СССР Германия оставила в оккупированной части Франции всего 14 — 15 дивизий! Если бы англичане были порядочными и честными союзниками и открыли бы второй фронт еще тогда, летом 1941 г., как того особо яростно требовал Сталин, то эти 14 — 15 дивизий вермахта были бы смяты и раздавлены в мгновение ока, а СССР была бы оказана существеннейшая помощь. И тогда даже в тех наитяжелейших условиях начального периода войны реально удалось бы избежать столь гигантских людских, территориальных и материально-технических потерь! Но, увы. Черчиллю важнее было сдержать данное А. Гитлеру слово, чем реально помогать союзнику по антигитлеровской коалиции!
— «б) Усиление Восточного фронта германской авиацией продолжается. Захваченные пленные показывают, что их соединения за 3 — 4 дня до начала войны и даже в процессе войны переброшены из Франции».
ГРУ показало ситуацию практической реализации достигнутого накануне агрессии против СССР англо-германского тайного сговора. Совершенно не опасаясь последствий, гитлеровское командование перебрасывало громадные силы из Франции на Восточный фронт! Характерно, что ГРУ указало на то обстоятельство, что этот процесс начался за 3 — 4 дня до нападения Германии на Советский Союз. Именно это и означало, что к тому времени у Гитлера уже были «железные» британские гарантии безнаказанности однофронтового нападения на СССР. И потому, собственно говоря, с 4. 00 18 июня 1941 г. и был возобновлен процесс выдвижения войск вермахта на исходные для нападения позиции. ГРУ прямо назвало также и те части люфтваффе, которые были переброшены с Западного фронта на Восточный.
— «в) Для действий английской и германской авиации на Западном фронте характерно резкое снижение активности начиная с середины мая»!
Совершенно очевидно, что резкое снижение активности боевой авиации двух воюющих государств, во-первых, произошло сразу же после прибытия Гесса в Англию. Во-вторых, носило явный характер авансового платежа с обеих сторон, одинаково нуждавшихся в практическом подтверждении намерения каждой из них пойти-таки на тайный сговор. Со стороны Англии это вообще было ультимативным требованием, выполнение которого со стороны Германии эвентуально гарантировало как возможность самих переговоров с Гессом, так и особенно возможность достижения тайного сговора против СССР по указанной выше схеме! В свою очередь это означает, что уже с середины мая 1941 г. обе стороны стали играть в профанацию под названием «взаимные бомбардировки» для… отвода глаз: по сообщениям лондонской резидентуры ГРУ, гитлеровская авиация с того времени залетала в английское воздушное пространство одиночными самолетами! Кстати, и англичане, по тем же данным, тоже проводили свои налеты на Германию крайне незначительным количеством самолетов, потому как по сравнению с предшествовавшим перелету Гесса периодом их количество было снижено в 7,5 раза! Весьма характерно также и то, что едва ли не в первую очередь обе стороны снизили интенсивность налетов на важные объекты!

Поразительно, но факт, что гарантии были выданы на следующий день после получения текста Сообщения ТАСС в качестве официального документа Правительства СССР! Тогда же, 14 июня, и Гитлер политически подтвердил еще 10 июня положенное на бумагу свое решение о назначении 22 июня датой нападения на СССР! А 16 июня 1941 г. временный поверенный в делах Великобритании в СССР (посол С. Криппс в тот момент находился в Лондоне) полез «сердобольничать», выражая Кремлю обеспокоенность грядущим нападением Германии на Советский Союз! Ну не подлецы ли законченные?! От игравшей в то время роль стратегической разведки разведслужбы погранвойск НКВД СССР 15 июня были получены неопровержимые документальные доказательства того, что Гитлер действительно политически подтвердил официально назначенную дату нападения на СССР. Было установлено, что процесс выдвижения войск вермахта на исходные для нападения позиции возобновляется с 4.00 18 июня 1941 г.! В тот же день Сталин в последний раз осуществил блицпроверку точности своего понимания складывающейся ситуации и достоверности получаемой разведкой информации, предложив германскому правительству срочно принять с визитом Молотова, на что немедленно последовал отказ. В Берлине прекрасно поняли, что Сталин пытается всерьёз спутать им все карты. Окончательно убедившись, что война действительно грянет через четыре дня, Сталин отдал приказ об оповещении командующих западными военными округами о грядущем в самые ближайшие дни внезапном нападении Германии и необходимости в связи с этим приведения вверенных им войск в боевую готовность! Командующие Прибалтийским, Ленинградским, Западным, Киевским и Одесским военными округами, а также Балтийским, Черноморским и Северными флотами с прямой санкции Сталина официально были предупреждены об этом телеграммой начальника Генерального штаба РККА генерала армии Жукова Г.К. еще 18 июня 1941 г.!!! То есть за Четыре дня до агрессии!!! Причем, как свидетельствуют исследования последних лет, в том числе и проведенные лично автором этих строк, в директиве от 18 июня 1941 г. по указанию Сталина непосредственно указывалась дата 22 июня 1941 г.! Как минимум это было сделано в форме хотя и ориентировочной, однако же наиболее вероятной даты! Так вот, зная все это, кто бы объяснил, желательно вразумительно, в чем же в конце-то концов была ошибка ГРУ?! Или угодничество ГРУ перед Сталиным?! И тем более в чем же была ошибка самого Сталина и ГРУ или их заблуждение, если все факты однозначно свидетельствуют о следующем.
Во-первых, о том, что в своих выводах № 1 и № 2, изложенных в докладе от 20 марта 1941 г., ГРУ ни на йоту не ошиблось! Повторяю, ни на йоту не ошиблось! Уж сейчас-то это ясно как Божий день! Во-вторых, о том, что этими выводами ГРУ ни на йоту и ни в чем не ввело Сталина в заблуждение. Наоборот, точно обрисовало ему тот сценарий, которого более всего и следовало опасаться! И кто бы объяснил, что плохого могло быть в том, что основанное на тщательнейшем анализе реальных фактов мнение ГРУ точно совпало с позицией Сталина, если это совпадение ясно означало, что аналитики ГРУ фактически вышли на тот же высочайший уровень компетентности в вопросах мировой политики, каковым обладал лично Сталин?! В-третьих, о том, наконец, что и сам Сталин ни в чем не ошибался и не заблуждался, особенно в вопросе о времени, дате и антураже нападения Германии на СССР!
И в заключение один простой вопрос. Не пора ли прекратить всякие нападки на ГРУ и Сталина?! Ведь все факты говорят только в их пользу.

Святослав Князев, Максим Лобанов

06.06.2021, 04:25

https://russian.rt.com/science/article/859669-perelet-rudolf-gess-velikobritaniya
10 мая 2021, 16:30
80 лет назад один из ближайших соратников Гитлера Рудольф Гесс совершил перелёт из Третьего рейха в Великобританию. О мотивах и последствиях поступка влиятельного нацистского функционера историки спорят до сих пор. Одни утверждают, что причиной стал иррациональный порыв самого Гесса и никакой особой роли в истории его поступок не сыграл. Другие же считают, что второй после Гитлера человек в НСДАП пытался воплотить в жизнь некие поручения фюрера и, возможно, смог оттянуть открытие Второго фронта. Дискуссии ведутся и вокруг того, совершил ли Гесс в дальнейшем суицид в тюрьме или же был убит неизвестными.
«Лондон до сих пор не раскрыл всех материалов»: как Рудольф Гесс улетел в Британию из Третьего рейха в 1941 году
Обломки самолёта Гесса Gettyimages.ru © Bettmann

10 мая 1941 года заместитель Адольфа Гитлера по партии Рудольф Гесс на угнанном самолёте совершил перелёт из Германии в Великобританию. Это было настолько невероятно, что, по свидетельствам современников, британский премьер-министр Уинстон Черчилль даже не сразу поверил в произошедшее.

Политика вместо математики
Рудольф Гесс родился 26 апреля 1894 года в Александрии (Египет) в семье состоятельного коммерсанта из Германии, который вёл бизнес на Ближнем Востоке. Начальное образование он получил в местной немецкой школе, а в 12 лет был отправлен на учёбу в Германию. Гесс-младший мечтал о карьере математика, но родители настояли на его поступлении в Высшую коммерческую школу в Швейцарии и деловой практике в Гамбурге.

После начала Первой мировой войны Гесс ушёл в армию. Он отличился, воюя в пехоте, был дважды ранен и произведён в офицеры. Под конец войны он перевёлся в авиацию.

Также по теме
Спортивный праздник, Германия, Берлин, 1936 г.
«Суть нацистского режима»: как Гитлер планировал создать «расу господ»
7 июня 1938 года в Австрии начали действовать нацистские законы об «охране германской крови». Населению аннексированной страны...
Война подорвала материальное благополучие семьи Гессов. Демобилизовавшись, Рудольф донашивал военную форму, потому что у него не было денег даже на покупку гражданского костюма. Он поступил в Мюнхенский университет, но от учёбы его отвлекала политика. Гесс увлёкся националистическими и антикоммунистическими идеями, стал убеждённым антисемитом. Он участвовал в кровавых расправах с активистами Баварской советской республики и других левых политических образований на территории Германии. Кроме того, он вступил в оккультное и политическое Общество Туле. Там Гесс познакомился с немецким географом Карлом Хаусхофером, одним из основоположников геополитики, с которым долгое время затем поддерживал дружеские отношения.

В 1920 году Гесс вступил в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию (НСДАП), познакомился с Адольфом Гитлером и стал его помощником.

«Гесс по складу характера нуждался в идейном менторе, и он нашёл его в лице Гитлера. Он был первым из известных личностей, кто начал пропагандировать мессианство Гитлера, создавая его культ», — рассказал в интервью RT историк и писатель Константин Залесский.

Рудольф Гесс globallookpress.com © Scherl
В 1923 году Гесс принял участие в попытке нацистского государственного переворота, известного как «Пивной путч». Через некоторое время после провала этой авантюры он сдался полиции и был заключён вместе с Гитлером в крепость Ландсберг. Там он помогал нацистскому лидеру писать его книгу «Майн кампф». По словам историков, Гесс оказал влияние на формирование захватнической концепции «жизненного пространства».

После освобождения из тюрьмы Гесс стал личным секретарём Гитлера. Вскоре он женился на активистке нацистского движения Ильзе Прёль. В 1932 году Гесс возглавил центральную партийную комиссию НСДАП, а несколько месяцев спустя стал «заместителем фюрера по партии».

«Гитлеру был необходим такой человек, как Гесс. Лидеру НСДАП было лень самому заниматься партийным строительством. После прихода партии к власти в Германии его больше занимала деятельность по нацификации всей страны, а партийную работу он свалил на Гесса. Дела эти были непростыми, так как в партийной структуре НСДАП царил сумбур», — рассказал Залесский.

Рудольф Гесс выступает по радио в канун Рождества, 1936 год globallookpress.com © Scherl
В 1933 году Гесс получил статус имперского министра и право осуществлять партийный контроль над деятельностью государственных органов, а также принимать решения от имени Гитлера. Будучи убеждённым антисемитом, он, по словам историков, сыграл важную роль в подготовке и принятии расовых законов, по которым в дальнейшем были обречены на бесправие и гибель миллионы евреев. В 1939 году Гесс вошёл в Имперский совет обороны и был провозглашён «вторым преемником» Гитлера после Германа Геринга.

Полёт Гесса
10 мая 1941 года сообщник Гитлера совершил поступок, причины которого историки не могут объяснить до сих пор. Сев за штурвал истребителя, Гесс тайно вылетел в Великобританию. Причём к этому перелёту политик Третьего рейха готовился заранее: пытался вступить в переписку с представителями британской элиты, изучал сводки погоды, сверялся с гороскопами и готовил самолёт.

По словам историков, Гесс попытался добраться до шотландского поместья герцога Дугласа Гамильтона — влиятельного представителя британской элиты, состоявшего в родстве с королевской семьёй и лично знакомого с сыном Карла Хаусхофера. Но искомое поместье с воздуха Гесс не обнаружил и выпрыгнул с самолёта с парашютом, после чего его задержали бойцы местной гражданской самообороны. Будучи в форме офицера-лётчика, Гесс поначалу назвался чужим именем. Но военные быстро поняли, что перед ними не простой пилот, и доложили о задержанном командованию.

Также по теме
Нюрнбергский процесс. 20 ноября 1945 года — 1 октября 1946 года.
В зале суда
«Не имеет аналогов в истории»: как Нюрнбергский процесс изменил мир
75 лет назад начался Нюрнбергский процесс — суд над высшим руководством нацистской Германии и организациями Третьего рейха. По его...
«О том, что происходило после задержания и до конца войны, мы имеем лишь отрывочные сведения. Британия до сих пор не раскрыла всех связанных с этими событиями материалов», — говорит Залесский.

По его словам, перелёт в Британию нацистского функционера столь высокого уровня сначала показался руководству страны настолько невероятным, что глава правительства Уинстон Черчилль даже не поверил в произошедшее.

Согласно версии, распространённой сегодня в западной публицистике, Гесс заявил, что прибыл в Британию по личной инициативе с целью убедить официальный Лондон в целесообразности заключения мира с Германией по следующему принципу: Третьему рейху — континентальная Европа, а Британии — заморские территории. Однако всерьёз идеи Гесса якобы никто не воспринял. После бесед с несколькими высокопоставленными чиновниками Гесс был взят под стражу как военнопленный и до конца войны содержался в комфортабельных условиях на специально отведённой для этих целей вилле.

Обломки самолёта Гесса в музее Flickr © danielp
«До перелёта Гесс входил в ближайшее окружение Гитлера, а тот постоянно муссировал идеи о том, что ни Германии, ни Великобритании война не нужна. Согласно нацистским теориям, англичане в расовой иерархии занимали такое же положение, как и немцы, поэтому проливать кровь друг друга было бы неправильно. Более того, Гитлер утверждал, что британцы якобы готовы принять его идеи, а против них выступает только кучка «купленных» политиканов. Гесс же всё это воспринимал», — отметил Залесский.

По его словам, на этом фоне Гесс действительно мог решить, что для прекращения войны достаточно одного лишь толчка, и самостоятельно отравиться в Британию.

«Существуют версии, что Гитлер мог специально отправить Гесса на переговоры, однако, по свидетельствам современников, нацистский фюрер был в ярости, когда узнал о полёте. Он объявил Гесса сумасшедшим и стал преследовать его окружение. Для инсценировки это выглядит странно», — рассуждает Залесский.

Герман Геринг, Карл Дёниц и Рудольф Гесс на Нюрнбергском процессе © United States Army Signal Corps photographer - Harvard Law School Library, Harvard University
По мнению доцента ГАУГН Дмитрия Суржика, мотивы Гесса для современной исторической науки всё ещё остаются дискуссионным вопросом.

«Пока можно только выдвигать предположения. Мог ли Гесс полететь по своей инициативе? Да, мог. Для этого у него были необходимые навыки и мотивы. Но так ли это на самом деле, мы не знаем», — подчеркнул эксперт.

По словам Константина Залесского, есть определённое рациональное зерно и в версиях историков, которые говорят, что за полётом Гесса могут скрываться гораздо более серьёзные причины, чем принято считать.

Тюрьма Шпандау © www.usarmygermany.com
«Нельзя ничего утверждать, но позиция Великобритании после нападения Гитлера на Советский Союз выглядела очень странно. Британцы почему-то не торопились воспользоваться ситуацией и ударить Третьему рейху в спину. Вообще, их действия против Германии некоторое время были не слишком активными. Невозможно что-то говорить наверняка, но, возможно, Гесс озвучил какую-то информацию, заставившую Лондон действовать именно таким образом», — отметил Залесский.

После войны Гесс стал подсудимым на Нюрнбергском трибунале. 1 октября 1946 года он был признан виновным в преступлениях против мира, военных преступлениях и преступлениях против человечности и приговорён к пожизненному заключению. Содержался Гесс в тюрьме Шпандау в Западном Берлине. С 1966 года он был там единственным заключённым.

«Даже пожилого и больного Гесса из тюрьмы не выпустили. Британцы ссылаются на то, что они были готовы освободить Гесса, а против выступала советская сторона. Но мы не знаем достоверно, не было ли это лишь заявлениями, за которыми ничего не стояло», — подчеркнул Залесский.

17 августа 1987 года Гесс был обнаружен в тюрьме мёртвым. Согласно официальной версии, он совершил суицид. Однако есть немало противников этой версии, утверждающих, что перед смертью заключённого изолировали от работавшего с ним персонала, на теле были странные повреждения, а сразу после смерти Гесса возле его трупа находились неизвестные в военной форме. Сторонники предположений об убийстве бывшего нацистского функционера усматривают мотивы возможного преступления в том, что советское руководство якобы было потенциально согласно отпустить Гесса на свободу, но он мог выдать некие политические секреты.

По словам младшего научного сотрудника ИВИ РАН Константина Софронова, вокруг перелёта Гесса, его общения с британскими чиновниками и смерти до сих пор ходит много слухов. Однако они не подтверждаются никакими документами, и могут быть просто связаны с высоким положением Гесса в Германии и чрезмерным интересом общественности ко всему загадочному.

«В этой истории много непонятного. Можно делать различные предположения, но получится ли у нас когда-либо узнать правду, с уверенностью сказать нельзя», — резюмировал Константин Залесский.

Алексей Заквасин

08.06.2021, 07:18

https://russian.rt.com/science/article/402129-germaniya-gitler-sssr-napadenie-cel
22 июня 2017, 08:50
Нападение на Советский Союз 22 июня 1941 года обернулось чудовищной трагедией для двух сотен миллионов человек. В рамках плана «Барбаросса» нацистская Германия сосредоточила лучшие войска на Восточном фронте. По мнению историков, агрессия против СССР была неотвратимым этапом немецкой экспансии в Европе. О причинах Великой Отечественной войны и ходе подготовки нацистского блицкрига — в материале RT.

Капо ААВ-старший

11.06.2021, 07:59

Сегодня 22 июня - как Сталин прос(п)(р)ал начало войны и нападение фашистской Германии на нашу страну

HistoryPorn

14.06.2021, 07:27

https://vk.com/history_porn?w=wall-68995594_311498
https://sun1-55.userapi.com/impg/0ZQASRNOA1a1sQqKT68AvL_QogbM9cmhYNH7nw/L5lIf7lp1EQ.jpg?size=1179x794&quality=96&sign=9b9b6104542872efb28a3a041d7352c2&type=album
1941-й год, переправа через Березину. Надпись за спиной немецкого солдата: "На этом месте Березину переходили: 25.06.1708 г. Карл Xll во время похода против Петра Великого и 27–29.11.1812 г. Наполеон l при отступлении из Москвы".

Von-hoffmann

17.06.2021, 08:28

https://von-hoffmann.livejournal.com/1002277.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-15 20:32:00 189
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
История
СССР
80-летняя годовщина знаменитого "сообщения ТАСС от 14 июня 1941 года"
Увеличить

"14 июня 1941 года мой папа прочитал в «Правде» заявление ТАСС,что у нас замечательный договор с Германией и никто ни на кого не собирается нападать...
Прочитав это, папа тут же пошел на телеграф и отбил телеграмму семье, отдыхающей в Евпатории: «НЕМЕДЛЕННО ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ в Москву!»
Когда мы приехали, он сказал,что скоро начнётся война..."
(Мариэтта Чудакова, литературовед)
-----

Кто был автором Сообщения ТАСС, обнародованного за неделю до начала войны ровно 80 лет назад, известно всем. Характерный стиль Сталина узнали и генералы в советских штабах, и зэки в лагерях, и западные эксперты.

После войны Сталин чистил ТАСС, но никому из руководителей этой организации не было предъявлено обвинений в распространении сообщения, которое можно было счесть "явно вредительским". Вину за передачу Сообщения ТАСС Сталин мог бы взвалить на любого члена Политбюро (в удобное для Сталина время). Но он этого тоже не сделал и тем самым принял всю ответственность перед историей на себя лично.

Как в советской, так и в зарубежной печати об этом Сообщении ТАСС писали очень много. Все, кто касался этой темы, над Сталиным смеялись. Сообщение ТАСС иногда рассматривается чуть ли не как проявление близорукости. Однако в Сообщении ТАСС таинственного и непонятного гораздо больше, чем смешного.

Маршал Василевский свидетельствует, что за этими сообщениями в печати "не последовало никаких принципиальных указаний относительно Вооруженных сил и пересмотра ранее принятых решений".По военным тайным каналам Сообщение не только не было подтверждено. Наоборот, одновременно с Сообщением ТАСС в военных округах были изданы приказы войскам, по смыслу и духу прямо противоположные.

Сообщение ТАСС никак не вяжется не только с характером Сталина, но и с центральной идеей всей коммунистической мифологии. Любой коммунистический тиран всегда повторяет простую и понятную фразу: враг не дремлет.

Эта магическая фраза позволяет объяснить и отсутствие мяса в магазинах, и "освободительные походы", и цензуру, и пытки, и массовые чистки, и закрытую границу - и вообще все что угодно. Фразы "враг не дремлет", "мы окружены врагами" - это острейшее оружие партии. Этим оружием были уничтожены все и всяческие оппозиции, этим оружием были установлены и упрочены все коммунистические диктатуры.

И вот однажды, только однажды в истории всех коммунистических режимов, глава самого мощного из этих режимов, заявил на весь мир что угрозы агрессии не существует...

Найдено здесь: https://vk.com/anti_soviet_coalition2_0?w=wall-131617902_248509

Von-hoffmann

18.06.2021, 09:37

https://von-hoffmann.livejournal.com/1004717.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-17 12:08:00 104

Великая Отечественная началась с приказа верховного главнокомандования вооруженных сил Германии от 17 июня начать осуществление плана «Барбаросса» утром 22 июня.

17 июня 1941 года на спецсообщении агента "Старшины" о готовности Германии к войне Сталин начертал резолюцию: "Т-щу Меркулову. Можете послать ваш "источник" из штаба герм. авиации к еб-ной матери. Это не "источник", а дезинформатор"

Забавно, что красная плесень нынче ноет - "Не было такого... позже приписали..."

Так ведь через пару лет и 1941 год назовут "Победоносным"...

Ранее в моём журнале: https://von-hoffmann.livejournal.com/197469.html

Анатолий Кошкин

19.06.2021, 06:49

https://arctus.livejournal.com/1657938.html#t41514834
2021-06-17 22:00:00
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
История
СССР

«Сталин – реалист до мозга костей»

Продолжение. Начало

Последовавшие сообщения от Зорге о сроках нападения Германии на СССР также не отличались определённостью. Допускалось, что война может и не начаться. Вот шифровка из Токио от 19 мая 1941 года:

«Новые германские представители, прибывшие сюда из Берлина, заявляют, что война между Германией и СССР может начаться в конце мая, так как они получили приказ вернуться в Берлин к этому времени.

Но они также заявили, что и в этом году опасность может и миновать.

Они заявили, что Германия имеет против СССР 9 армейских корпусов, состоящих из 150 дивизий. Один армейский корпус находится под командованием известного Райхенау. Стратегическая схема нападения на Советский Союз будет взята из опыта войны против Польши.

Рамзай».

В этот же день Зорге передает:

«…Отто (Одзаки. – А.К.)узнал, что в случае германо-советской войны Япония будет сохранять нейтралитет, по меньшей мере, в течение первых недель. Но в случае поражения СССР Япония начнет военные действия против Владивостока.

Япония и германский ВАТ (военные атташе. – А.К.) следят за перебросками советских войск с востока на запад.

Рамзай».

30 мая Зорге передал:

«Берлин информировал Отто(посла Отта. – А.К.),что немецкое наступление против СССР начнется во второй половине июня. Отто на 95% уверен, что война начнется… Причины для германского выступления: существование мощной Красной Армии не дает возможности Германии расширить войну в Африке, потому что Германия должна держать крупную армию в Восточной Европе. Для того, чтобы ликвидировать полностью всякую опасность со стороны СССР, Красная Армия должна быть отогнана возможно скорее. Так заявил Отто.

Рамзай».

Сообщение Зорге об информировании Берлином своего посла в Японии о времени нападения на СССР вызывает определённые сомнения. Гитлер, запретив строго-настрого сообщать японцам что-либо о плане «Барбаросса», едва ли мог доверить своим дипломатам в Токио в высшей степени важную информацию без опасения её утечки. Дату нападения на СССР Гитлер скрывал даже от своего ближайшего союзника Бенито Муссолини. Последний узнал о вторжении германских войск на территорию СССР лишь утром 22 июня.

Хотя сообщение Зорге о вероятности германского наступления «во второй половине июня» было верным, могли ли в Кремле полностью полагаться на мнение германского посла в Токио? Тем более что незадолго до этого, 19 мая, Зорге передавал, что «в этом году опасность может и миновать».

О том, что посол Отт черпал информацию о войне Германии против СССР не из официальных источников из Берлина, а у посещавших Токио немцев, свидетельствует шифровка Зорге от 1 июня 1941 года. Текст сообщения гласил:
«Ожидание начала германо-советской войны около 15 июня базируется исключительно на информации, которую подполковник Шолл (ь) привез с собой из Берлина, откуда он выехал 3 мая в Бангкок. В Бангкоке он займет пост военного атташе.

Отто заявил, что он не мог получить информацию по этому поводу (о начале советско-германской войны. –А.К.)непосредственно из Берлина, а имеет только информацию Шолла.

В беседе с Шоллом я установил, что немцев в вопросе о выступлении против Красной Армии привлекает факт большой тактической ошибки, которую по заявлению Шолла сделал СССР.

Согласно немецкой точке зрения, тот факт, что оборонительная линия СССР расположена, в основном, против немецких линий без больших ответвлений, составляет величайшую ошибку. Он поможет разбить Красную Армию в первом большом сражении. Шолл заявил, что наиболее сильный удар будет нанесен левым флангом германской армии.

Рамзай».

В Москве не могли полагаться и на информацию немецкого подполковника, тем более военного дипломата, связанного с разведкой в третьеразрядной стране, а не с разработкой оперативно-стратегических планов. Тем не менее сведения привлекли внимание Центра. У Зорге запросили разъяснений: донести «более понятно сущность большой тактической ошибки, о которой Вы сообщаете и Ваше собственное мнение о правдивости Шолла насчет левого фланга».

Резидент советской разведки телеграфирует 15 июня 1941 года в Центр:

«Германский курьер … сказал военному атташе, что он убежден, что война против СССР задерживается, вероятно, до конца июня. Военный атташе не знает – будет война или нет.

Я видел начало сообщения в Германию, что в случае возникновения германо-советской войны Японии потребуется около 6 недель, чтобы начать наступление на советский Дальний Восток, но немцы считают, что японцы потребуют больше времени потому, что это будет война на суше и море (конец фразы искажён).

Рамзай».

Наиболее определёнными были сведения, которые Зорге направил в Москву за два дня до нападения, 20 июня. Он сообщал:
«Германский посол в Токио Отто сказал мне, что война между Германией и СССР неизбежна… Германское военное превосходство дает возможность разгрома последней большой европейской армии, также хорошо, как это было сделано в самом начале… (искажение)потому, что стратегические оборонительные позиции СССР до сих пор еще более небоеспособны, чем это было в обороне Польши.

Инвест (Хоцуми Одзаки. – А.К.)сказал мне, что японский генштаб уже обсуждает вопрос о позиции, которая будет занята в случае войны.

Предложения о японо-американских переговорах и вопросы внутренней борьбы между Мацуока, с одной стороны, и Хиранума – с другой, застопорились потому, что все ожидают решения вопроса об отношениях СССР и Германии.

Рамзай».

Недооценивать важность этого сообщения нельзя, но ведь дата нападения названа не была. Следует иметь в виду, что из Токио поступала и другая информация. Так, советской разведкой была перехвачена телеграмма военного атташе посольства Франции (Виши) в Японии, который сообщал:

«Снова ходят настойчивые слухи о скором нападении Германии на Россию. Многие японские дипломаты, известные своей сдержанностью, дают понять, что некие события, последствия которых будут очень важными для будущей войны, произойдут примерно 20 июня 1941 г.»

Здесь срок указывается, но тут же допускается, что речь может идти «либо о нападении на Англию, либо о нападении на Россию».

Тщательно изучивший поступавшую накануне войны в Москву разнообразную информацию известный историк профессор Вилнис Сиполс приходит к выводу: «Даже к середине июня 1941 г. в СССР, как и в других странах, не было точной и достаточно полной информации о намерениях Германии. Вплоть до 21 июня поступали сведения, дававшие основания для надежд, что нападение всё ещё можно предотвратить. Встает вопрос: не выглядела ли та дезинформация, которая поступала в Москву, гораздо весомее, убедительнее, чем те отчасти правильные, но неполные, чаще всего отрывочные и противоречивые сведения, которые были собраны нашими органами, добывавшими информацию о германских планах?»

Однако хотя точная дата нападения и не была известна, даже на основе имевшейся информации Кремль должен был привести войска в полную боевую готовность всё же раньше, чем это было сделано. Тем более что, как указывал участник войны генерал армии Валентин Варенников, Сталин еще за месяц до войны предупредил: «Мы можем подвергнуться внезапному нападению».

Небезынтересную версию событий дал германский историк Ф. Фабри, который, касаясь известного сообщения ТАСС от 14 июня 1941 г., пишет: «Советская историография во времена «десталинизации» подвергла Сталина из-за этого сообщения резкой критике: она усмотрела в нем свидетельство доверчивости и наивности Сталина, который якобы серьёзно рассчитывал на то, чтобы этим доказательством своей доброй воли удержать Гитлера от поспешных мер. Но если изучить этот документ обстоятельно, то видны совсем иные расчёты. Ведь Кремль открыто дал Гитлеру понять, что он имеет сведения о развертывании германских войск, что он принял контрмеры, но что он, если Германия пожелает, согласен начать переговоры, которые, естественно, имели бы единственную цель – выиграть время».

О том, что Сталин был очень далёк от какой-либо наивности, признавали и враги. Геббельс писал в своём дневнике: «Сталин – реалист до мозга костей».

Однако вернёмся к Зорге, к его подвигу разведчика. После германского вторжения для Кремля критически важной становилась информация о том, какую позицию займёт Япония. После подтверждения подлинности сообщений Зорге о приближении германского нападения в Москве доверие к резиденту в Японии возросло. 26 июня он посылает радиограмму:

«Выражаем наши лучшие пожелания на трудные времена. Мы все здесь будем упорно выполнять нашу работу.

Мацуока сказал германскому послу Отту, что нет сомнений, что после некоторого времени Япония выступит против СССР.

Рамзай».
Хотя в хрущёвские времена в заслугу Зорге ставилось предупреждение о надвигавшемся нападении гитлеровской Германии на Советский Союз, в действительности его главным подвигом было своевременное вскрытие японских стратегических планов и информирование Кремля о переносе японского нападения на СССР с лета-осени 1941 года на весну следующего года. Что позволило советскому верховному командованию высвободить часть группировки на Дальнем Востоке и в Сибири для переброски войск под Москву

А что касается утверждения в статье на сайте Lenta.ruо том, что «у советского руководства был шанс спасти разведчика от смерти, обменяв его на пленных японцев, но Сталин отказался сделать это», то, скорее всего, это запущенная при Хрущёве выдумка. Ни в СССР, ни в Японии не удалось разыскать ни одного даже косвенного подтверждения этому.
ФСК

Анатолий Кошкин

19.06.2021, 06:51

https://www.fondsk.ru/news/2021/06/12/kak-hruschev-ispolzoval-zorge-protiv-stalina-53772.html
12.06.2021 | ПОЛИТИКА | ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА

Что сделал и чего не в силах был сделать советский разведчик

В интернет-газете Lenta.ru опубликована статья, посвященная подвигу выдающегося советского разведчика Рихарда Зорге, который направлял из Японии в Москву ценнейшую информацию о военных планах Берлина и Токио. В заголовок вынесены слова «Легендарный советский разведчик раскрыл планы Гитлера. Почему Сталин не спас его от казни?».

В статье утверждается: «Он (Зорге) сумел внедриться в фашистскую верхушку в Японии и раскрыть планы Гитлера и его союзников. Зорге предупреждал Сталина о том, что Германия готовит вторжение в Советский Союз, и даже сообщил время нападения. Но к донесениям разведчика не прислушались».

Знает автор или нет, но его статья повторяет версию Хрущёва, который использовал донесения Зорге для дискредитации Сталина. А создатели многосерийного телефильма, который демонстрировался на Первом канале российского телевидения в апреле 2019 года (режиссер Сергей Гинзбург, сценарист Дмитрий Новоселов), договорились до того, что приписали Зорге…. получение из сейфа германского посла в Токио германского плана «Барбаросса»! Можно вспомнить ещё, как советские журналисты, стремясь угодить Хрущёву, утверждали, что от Зорге якобы поступила шифровка о «начале Германией войны на рассвете 22 июня по трем стратегическим направлениям».

Как в действительности обстояло дело с предупреждениями Зорге о скорой войне? Попробуем опереться не на домыслы, а на документы.

Первая серьёзная информация по этому поводу поступила от Зорге 11 апреля 1941 года. Резидент советской военной разведки Рамзай (Рихард Зорге) сообщал:

«Я узнал относительно щекотливых германо-советских отношений следующее: к человеку Гиммлера, по фамилии Губер, работающему в германском посольстве в Токио, приехал заместитель, который сказал Губеру, чтобы он выехал в Германию немедленно, так как новый человек полагает, что война между СССР и Германией может начаться в любой момент после возвращения Мацуока (министр иностранных дел Японии — А.К.) в Токио.

Германский морской атташе сообщил мне, что неожиданно получил приказание отправить сырье не через Сибирь, а на пароходах, оперирующих в южной части Тихого океана в качестве рейдеров. Но впоследствии от этого отказались, и он полагает, что напряженность между Германией и Советским Союзом уменьшилась.

Германское посольство получило от Риббентропа телеграмму, в которой заявляется, что Германия не начнет войны против СССР, если она не будет спровоцирована Советским Союзом. Но, если она окажется спровоцированной, то война будет короткой и закончится жестоким поражением СССР. Немецкий генштаб закончил всю подготовку.

В кругах Гиммлера и генштаба имеется сильное течение за то, чтобы начать войну против СССР, но это течение еще не имеет превосходства.

Рамзай».

Хотя 13 апреля 1941 года в Москве был заключен Советско-японский пакт о нейтралитете, уверенности в том, что японское руководство будет его соблюдать в случае нападения Германии на СССР, в Кремле не было. 16 апреля начальник разведуправления Генштаба Красной армии ставит перед Зорге задачу:

«В связи с заключением пакта о нейтралитете между СССР и Японией, следите за внешнеполитическим курсом и военными мероприятиями японского правительства и командования. Сообщите конкретные мероприятия по экспансии Японии на Юг и по завершению войны с Китаем. Общественное мнение Японии. Взаимоотношения Японии с США и Англией. Что Вам известно о погрузке японских частей на корабли в Сибаура. Жду от Вас информации. Д.».

Москва рассчитывала на то, что Токио, имея пакт о нейтралитете с СССР, сосредоточит свои военные усилия на завершении войны в Китае и противостоянии англичанам и американцам. И хотя бы в первое время не будет допускать чреватых большой войной провокаций на советско-маньчжурской границе.

По поводу реакции в Токио на заключение пакта о нейтралитете Зорге в донесении 16 апреля сообщал:

«Отто (Хоцуми Одзаки. – А.К.) посетил Коноэ в тот момент, когда последний получил от Мацуока телеграмму относительно заключения пакта о нейтралитете. Все присутствовавшие, в том числе Коноэ, были чрезвычайно рады заключению пакта. Коноэ немедленно позвонил об этом военному министру Тодзио, который не высказал ни удивления, ни радости, ни гнева, но согласился с мнением Коноэ, что ни армия, ни флот, ни Квантунская армия не должны опубликовывать какое-либо заявление в отношении нового пакта.

Во время обсуждения вопроса о последствиях пакта, вопрос о Сингапуре даже не поднимался.

Главное внимание всех присутствовавших было сосредоточено на вопросе о том, как использовать пакт для ликвидации войны в Китае. Если Чан Кайши будет продолжать опираться на Америку, тогда было бы полезно обратиться ещё раз к Америке с предложением достигнуть дружественного взаимопонимания с Японией в отношении Китая.

Отто полагает, что вышеупомянутые пункты лягут в основу будущей внешней политики Японии.

Коноэ заявил Отто, что он полагает, что между Мацуока и Осима (посол Японии в Германии. – А.К.) имела место стычка в Берлине, так как Осима прислал телеграмму, в которой выражает недовольство поведением Мацуока в Берлине.

Когда Отто впоследствии спросил Коноэ прямо, как в отношении Сингапура, Коноэ ответил, что этим вопросом очень интересуются германский посол и другие люди.

Как бы то ни было, Отто полагает, что в случае, если Англия будет терпеть дальнейшие поражения, как сейчас, то вопрос об атаке Сингапура снова встанет очень остро, и если не сейчас, то через некоторое время.

Рамзай».

Японские военные круги не придавали пакту о нейтралитете особого значения. В «Секретном дневнике войны» японского Генштаба армии 14 апреля была сделана следующая запись: «Значение данного договора состоит не в обеспечении вооруженного выступления на юге. Не является договор и средством избежать войны с США. Он лишь дает дополнительное время для принятия самостоятельного решения о начале войны против Советов» (выделено нами. – А.К.).

Понимая стратегическую важность «переключения» японской агрессии с северного на южное направление, Зорге, имевший возможность через близкого к премьеру Коноэ члена своей разведывательной группы Одзаки влиять на японскую политику, предлагал Москве «подталкивать» японцев к экспансии на юге, что объективно затрудняло выступление на севере, против СССР.

18 апреля 1941 года он пишет в Центр:

«Отто имеет некоторое влияние на Коноэ и других людей, и он может поднимать вопрос о Сингапуре как острую проблему. Поэтому я запрашиваю Вас – заинтересованы ли Вы, чтобы толкать Японию на выступление против Сингапура или нет.

Я имею некоторое влияние на германского посла Отто (имеется в виду Ойген Отт. – А.К.) и могу подталкивать или не побуждать его к оказанию давления на Японию в вопросе ее выступления против Сингапура.

Если вы заинтересованы, то делайте мне указания, как можно быстрее, относительно Ваших желаний.

Рамзай».

Можно лишь недоумевать по поводу того, что Центр отверг это предложение Зорге. Кстати, это лишний раз опровергает распространявшиеся в 1990-е годы в российских СМИ утверждения о том, что якобы японо-американскую войну… «организовали Сталин и его спецслужбы». Шифровка в адрес Зорге из Москвы гласила:

«Вашей основной задачей является своевременно и достоверно сообщать обо всех конкретных мероприятиях японского правительства и командования в связи с заключением пакта с СССР, что конкретно ими делается по передислокации войск, откуда и какие части переводятся и куда сосредотачиваются.

Влиять и подталкивать Коноэ и других влиятельных лиц в Вашу задачу не входит, и заниматься этим не следует».

Следующую важную информацию о приближавшемся нападении Германии на СССР Зорге направляет в Москву 2 мая 1941 года:

«Я беседовал с германским послом Отто и морским атташе о взаимоотношениях между Германией и СССР. Отто заявил мне, что Гитлер исполнен решимости разгромить СССР и получить европейскую часть Советского Союза в свои руки в качестве зерновой и сырьевой базы для контроля со стороны Германии над всей Европой.

Оба, посол и атташе, согласились с тем, что после поражения Югославии во взаимоотношениях Германии с СССР приближаются две критические даты.

Первая дата — время окончания сева в СССР. После окончания сева война против СССР может начаться в любой момент, так что Германии останется только собрать урожай.

Вторым критическим моментом являются переговоры между Германией и Турцией. Если СССР будет создавать какие-либо трудности в вопросе принятия Турцией германских требований, то война будет неизбежна.

Возможность возникновения войны в любой момент весьма велика, потому что Гитлер и его генералы уверены, что война с СССР нисколько не помешает ведению войны против Англии.

Немецкие генералы оценивают боеспособность Красной Армии настолько низко, что они полагают, что Красная Армия будет разгромлена в течение нескольких недель. Они полагают, что система обороны на германо-советской границе чрезвычайно слаба.

Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией…

Рамзай».

Как видно из этого донесения, допускалась возможность начала военных действий против СССР «после войны с Англией». Можно ли было на основе такой взаимоисключающей информации делать окончательные выводы? Конечно, нет! Была ли в этом вина Зорге? Опять-таки нет. Он передавал всю информацию, которую добывал, в том числе противоречивую. Выводы должны были делать в Москве.

Однако выводы делать было очень трудно. Ведь и в других разведдонесениях, в частности от советской разведывательной сети в Европе «Красная капелла», содержался ряд дат предстоящего нападения Германии на СССР: 15 апреля, 1 мая, 15 мая, 20 мая... Есть достаточно оснований считать, что эти даты запускались немцами в целях дезинформации .

Кellylynch

21.06.2021, 17:06

https://picturehistory.livejournal.com/6600350.html
kellylynch (kellylynch) написал в picturehistory
2021-06-19 19:15:00 110

Немецкий лёгкий танк Pz.Kpfw.II и расчёт 20-мм зенитного орудия у моста через Неман у Алитуса (Литва):
https://warspot-asset.s3.amazonaws.com/articles/pictures/000/057/493/source/001-ec56079f0a9dd6dd780f57f2772f963f.jpg
Эти самые немецкие “20-мм зенитные автоматические пушки” были очень эффективным (для того времени) оружием; настоящим “проклятием” для советской бомбардировочной авиации. Советские бомбардировщики при атаках “с горизонтального полёта” беспощадно сбивались немецкими зенитчиками.
Тот же легендарный Гастелло был подбит, скорее всего, из такой же 20-миллиметровой пушки – они прикрывали немецкие колонны на марше.

Sedov_05

22.06.2021, 07:27

https://foto-history.livejournal.com/15088089.html
sedov_05 (sedov_05) написал в foto_history
2021-06-21 05:27:00 192

8 июня 1941 года в Леванте началось наступление войск тогдашней версии Антигитлеровской Коалиции. В их состав входили части Австралийской армии, армии Британской Индии, Ассирийские добровольческие части из Ирака, части "Свободной Франции", чехословацкие части, еврейские добровольцы из Палестины и арабские из Трансиордании. Общая численность группировки под командованием 58-летнего генерала (аналог генерала армии в Советской Армии) Генри Мейтланда Уилсона (до того он командовал экспедиционными силами в Греции, не на Крите !, свое звание он получил всего за 8 дней до начала наступления) составляла 34 тысячи человек с 50 самолетами. С моря группировку поддерживали 5 крейсеров и 9 эсминцев. Союзникам противостояли французские войска под командованием ровесника Уилсона - Верховного Коммисара правительства Франции в Леванте корпусного генерала Анри Дентца, того самого, кто 13 июня 1941 года передал немецким войскам объявленный открытым городом столицу Франции Париж. В распоряжении Дентца было 35 000 человек вооруженных сил режима Виши и марионеточной Сирии. Дентц имел 90 танков и почти 300 самолетов. Также, для обеспечения коммуникации с мятежным Ираком немцы перебросили в Сирию до 70 самолетов с французскими опознавательными знаками (прогерманское восстание Рашида Али аль-Гайлани было подавлено 31 мая 1941 года). Впрочем, немцы в основном находились на севере страны, в районе Алеппо. 10 из них участвовали в боях.

Несмотря на, казалось бы, небольшую численность задействованных с обеих сторон сил и не очень большую длительность - начало 8 июня, взятие Дамаска 21 июня, взятие Бейрута - 12 июля, подписание перемирия по которому французы смогли вывести войска в Турцию, где те были сначала интернированы, а затем вернулись во Францию, бои отличались значительным ожесточением. Союзники потеряли 7800+ убитыми и ранеными (23% участников боев) плюс 41 самолет, французы - до 9 тыс. человек убитыми и ранеными (четверть участников боев) плюс 5,7 тыс перешедших на сторону "Свободной Франции". Также было потеряно почти 180 самолетов и все танки.

Дамаск стал первой столицей враждебной страны, занятой войсками союзников (Сирия формально получила независимость в 1937 году). До того, весной 1941 года британские части брали мятежный Багдад и занятую в 1936 году итальянцами Адис-Абебу.

Sedov_05

22.06.2021, 07:29

https://sedov-05.livejournal.com/5719740.html
Пишет sedov_05 (sedov_05)
2021-06-20 20:58:00 168

21 июня 1941 года. Британские агрессоры на улицах захваченного ими в этот день Дамаска.
Вероятно, дальше путь англо-саксов должен был лежать в Закавказье, но что то пошло не так.

Говорят, в Кремле готовят статью, посвященную 80-летию начала Великой Отечественной войны.

Полагаю, мы наконец узнаем главную тайну XX века - кто же на самом деле виновен в нападении Третьего Рейха на СССР 22.06.1941 года ? Для меня ответ очевиден - Великобритания, Польша и Украина. Но кто я такой, чтобы рассуждать на подобные высокие темы ? К счастью, как оно было на самом деле ждать остается всего 2 дня. Уже заявлено, что под это будут открыты новые, особо секретные архивные материалы, содержащие подлинную, ранее никому не известную правду.

Я в предвкушении, а вы ?

Владимир Нагирняк

23.06.2021, 06:24

https://profile.ru/military/sila-slova-kak-odna-rech-cherchillya-opredelila-hod-vtoroj-mirovoj-vojny-883607/
22.06.2021

Первая встреча лидеров "Большой тройки" - Сталина, Рузвельта и Черчилля на Тегеранской конференции в 1943-м

©wikimedia commons
22 июня исполняется 80 лет историческому радиовыступлению премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля. Эта речь, произнесенная в день нападения Германии на СССР, положила начало сближению стран «Большой тройки», став первым шагом к их объединению в борьбе с Гитлером.

Две речи
После полудня 22 июня 1941-го во всех радиоприемниках СССР звучал голос наркома иностранных дел Вячеслава Молотова, объявившего о нападении Германии и призвавшего советских граждан к борьбе с врагом. Начавшаяся война потребовала изменения внешней политики советского правительства. Поскольку в 1939-м Москва не смогла договориться с Лондоном и Парижем о военном союзе, она заключила пакт о ненападении с Берлином. Вероломное нарушение Гитлером этого договора заставило СССР вновь искать союзников на Западе.

Утром 22 июня советский посол в Лондоне Иван Майский был приглашен на встречу с главой Форин-офиса Энтони Иденом. Она состоялась уже после того, как советский дипломат прослушал радиовыступление Молотова. Темой переговоров посла и министра стала политика их стран по отношению к Германии. Иден заявил, что нападение немцев на СССР ничего не меняет и его страна не только не прекратит борьбу с Гитлером, но и усилит ее. В ответ Майский передал англичанину содержание речи Молотова и заверил его, что советское правительство также полно решимости вести войну до победы.

Во время встречи также обсуждалась позиция США. Затронув этот вопрос, английский министр заметил, что нападение Германии на Россию носит характер явной и оголтелой агрессии, поэтому реакция Америки должна быть благоприятной для СССР и Англии. Также Иден информировал посла, что в девять вечера английский премьер Уинстон Черчилль выступит по радио с заявлением о том, что в сложившихся условиях Британия окажет Советскому Союзу любую возможную помощь. Майский, в свою очередь, сказал, что в этой речи стоит подчеркнуть решимость Лондона вести войну до конца. Иден пообещал передать это пожелание премьер-министру и действительно сделал это.

Уинстон Черчилль

Imperial War Museums
В своем радиовыступлении Черчилль был откровенен и четко дал понять, что все идеологические противоречия, существующие между Британией и СССР, никуда не делись. «Никто не был более стойким противником коммунизма в течение последних 25 лет, чем я. Я не возьму обратно ни одного сказанного о нем слова, – заявил он. – Но все это меркнет перед зрелищем, разворачивающимся сейчас». В настоящее время, продолжил Черчилль, у русских и британцев одна цель – остановить гитлеровские войска.

«Любой человек или государство, борющиеся против нацизма, получат нашу помощь. Любой человек или государство, марширующие с Гитлером – наши враги», – констатировал Черчилль. После чего резюмировал: «Следовательно, мы должны оказать России и русскому народу всю помощь, какую только сможем».

Заметная часть этой речи была посвящена Соединенным Штатам. Поблагодарив Вашингтон за оказываемую помощь, Черчилль заявил, что после нападения рейха на СССР Британия и США лишь сильнее укрепятся «в стремлении спасти человечество от его [Гитлера] тирании». «Мы должны не ослабить, а усилить нашу решимость и использовать все средства», – обратился к союзнику премьер-министр.

«Опасность, грозящая России, – это угроза нам и угроза Соединенным Штатам, и точно так же дело каждого русского, сражающегося за свой дом и очаг, – это дело всех свободных людей и народов во всех частях земного шара. Так давайте выучим уроки, которые нам уже преподал жестокий опыт. Удвоим наши старания и ударим с объединенной силой, пока мы живы и можем бороться», – завершил речь Черчилль.

Это радиовыступление посылало сразу два сигнала. С одной стороны, британский премьер дал понять Гитлеру, что теперь ему придется воевать с целым блоком стран, куда, возможно, войдут и США. С другой – призвал Вашингтон оказать помощь Москве, раз уж русские, англичане и американцы оказались в одной лодке.

Плакат в австралийском городе Брисбен, демонстрирующий единство Черчилля и Сталина в борьбе с нацизмом

wikimedia commons
Таяние льда
Накануне Великой Отечественной войны отношения СССР и США были прохладными. Американцы осуждали Москву за пакт с Германией, войну с Финляндией и насильственное включение в состав Советского Союза трех прибалтийских республик. Кроме того, по условиям германо-советского торгового соглашения СССР снабжал Третий рейх такими материалами, как, например, нефть, тем самым помогая ему вести войну. В свою очередь, в Москве считали дискриминацией отказ Соединенных Штатов продавать ей некоторые виды оборудования.

Тем не менее, несмотря на все вышеперечисленные противоречия, президент Франклин Рузвельт стремился наладить отношения со Сталиным. Есть мнение, что с подачи Рузвельта в законе о ленд-лизе специально не прописали, каким именно странам будет оказана помощь, чтобы со временем его действие можно было распространить на СССР. 32-й президент США не сомневался, что рано или поздно между Москвой и Берлином начнется конфликт. Так, когда 15 июня 1941-го Черчилль сообщил Рузвельту, что Британия поддержит СССР в случае нападения Гитлера, американский лидер ответил, что будет «приветствовать Россию как союзника».

Но прежде чем начать помогать Москве, Рузвельту требовалось изменить отношение Конгресса и общества к этой идее. И в этом ему очень помогло радиообращение Черчилля, вышедшее в эфир 22 июня 1941-го.

Президент США Франклин Рузвельт и английский премьер Уинстон Черчилль во время встречи на Атлантической конференции 10 августа 1941 г.

Imperial War Museums
Возрождение отношений
Посол СССР в Соединенных Штатах Константин Уманский положительно оценил радиовыступление Черчилля. Дипломат доложил в Москву, что американская общественность, в основном настроенная изоляционистски, выражает поддержку советскому народу. Посольство получило десятки дружественных обращений от простых американцев, включая просьбы записать их добровольцами в Красную Армию. А вот антирузвельтовская группировка в Конгрессе и Госдепартаменте сомневалась, что русским надо помогать, и была раздражена выступлением английского премьера.

По мнению Уманского, Рузвельт и его окружение взяли благоприятную для Москвы линию – распространить на СССР закон о ленд-лизе, демонстрируя тем самым фактически союзные отношения в духе заявления Черчилля. Но воплотить это в жизнь было непростой задачей, так как президенту нужно было победить противников союза со Сталиным в Конгрессе и правительстве.

Ознакомившись с его донесением, Молотов приказал Уманскому просить поставки в кредит 6 тыс. самолетов, зениток, а также оборудования для авиазаводов, производства авиационного бензина, толуола, шин и многого другого. Общая сумма кредита составляла почти $2 млрд. В Госдепартаменте это расценили как хороший признак: раз русские просят промышленное оборудование, значит намерены продолжать борьбу даже в случае потери промышленных районов в западной части страны.

Созданный в США Комитет по советским закупкам рекомендовал немедленно отправить в СССР промтовары на 15 млн 680 тыс. долларов, а в следующем году – еще на 172 млн 119 тыс. долларов. Однако поставки военных материалов на сумму в почти $1,7 млрд, находившиеся вне юрисдикции Комитета, требовали личного одобрения президента.

Между тем Рузвельт оказался в сложном положении. В июле 1941-го на рассмотрение Конгресса был внесен закон, исключающий Россию из списка ленд-лиза; этот же закон требовал от США строгого соблюдения Акта о нейтралитете применительно к Советскому Союзу. Но не только это тормозило решение вопроса о помощи СССР. В Пентагоне опасались, что немцы разобьют Красную Армию, и тогда оружие и товары, отправленные русским, окажутся в руках гитлеровцев.

Чтобы уточнить планы Сталина и развеять все сомнения, Рузвельт отправил к нему одного из своих ближайших соратников – Гарри Гопкинса. Его встреча со Сталиным состоялась в конце июля 1941-го, после чего Гопкинс телеграфировал в Вашингтон, что русские готовы сражаться до конца.

Встреча Сталина и Гопкинса стала предтечей Московской конференции сентября 1941-го, завершившейся подписанием Первого протокола англо-американских поставок СССР. После этого преодолевший сопротивление Конгресса Рузвельт выделил Москве первый миллиард долларов. Так президент сдержал обещание Черчиллю объединить силы с Советским Союзом ради борьбы с нацизмом.

Таким образом, радиовыступление Черчилля 22 июня 1941-го положило начало формированию антигитлеровской коалиции. Как отмечал впоследствии глава МИД СССР Андрей Громыко, хотя в этой коалиции были трения и разногласия, она вошла в историю как пример сотрудничества стран с различными общественными системами. И несмотря на разногласия, коалиция решила свою главную задачу – разгромила нацистскую Германию и ее союзников.

Владимир Малышев

24.06.2021, 03:02

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/sinicyn_a_ne_zorge_758.htm
Он первым сообщил точную дату нападения Германии на СССР

23.06.2021

Директор СВР Сергей Нарышкин в своей статье, опубликованной в журнале «Национальная оборона», впервые назвал имя человека, который сообщил о начале войны. «В срочном донесении резидента разведки НКГБ в Финляндии Елисея Тихоновича Синицына 11 июня 1941 года была названа точная дата начала агрессии. Резидентурой были получены сведения о подписании 11 июня в Хельсинки тайного соглашения между Германией и Финляндией об участии финских вооруженных сил в предстоящей войне, и прямо указан срок вторжения», — указал директор СВР.

Сам Синицын в своей книге «Резидент свидетельствует», написанной уже после ухода в отставку, пишет о том, что говорилось в отправленном им в Москву донесении: «Сегодня утром в Хельсинки подписано соглашение между Германией и Финляндией об участии Финляндии в войне гитлеровской Германии против Советского Союза, которая начнется 22 июня».

Однако получивший это донесение Наркоминдел никак не отреагировал. Не было никакой реакции даже тогда, когда под надзором финской полиции происходило выдворение советского посольства из Финляндии.

Нарышкин в своей статье напоминает, что кроме плана «Барбаросса» для внезапного нападения на Советский Союз, «по личному указанию Гитлера была разработана многоэтапная операция по сокрытию истинных действий по подготовке агрессии». 29 декабря 1940 года советская резидентура в Берлине доложила в Москву о готовящемся нападении нацистской Германии на СССР. Информация была получена при помощи завербованного сотрудника имперского МИД. С сообщением в срочном порядке ознакомили Иосифа Сталина и Вячеслава Молотова. В следующие месяцы советские разведчики буквально закидывали Москву донесениями подобного рода. «Сведения о военных приготовлениях Германии к нападению на СССР шли в Центр из резидентур. С июля 1940 по июнь 1941 года только внешняя разведка направила советскому руководству более 120 информационных сообщений», — говорится в статье Нарышкина. Но единственным, кто сообщил в Москву о точной дате нападения – 22 июня –был Синицын в Финляндии, а не Зорге в Токио, как об этом у нас долгое время писали.

Как деревенский пастух стал разведчиком

Об этом герое у нас многим сегодня ничего не известно. Елисей Тихонович родился 8 июня 1909 г. в Смоленской губернии, в пригороде г. Вязьмы, в деревне Ржавец Новосельской волости Вяземского уезда. Работал подпаском в своей деревне, был подсобным рабочим на заводе, учился на рабфаке. Затем окончил Московский институт химического машиностроения, работал инженером-механиком в Москве. В 1937 году по рекомендации парторганизации завода был направлен слушателем в центральную школу НКВД.

Вот как он сам описал потом это в своей книге: «На следующий день я явился по адресу в Центральную школу (ЦШ), где приемная комиссия без лишних формальностей зачислила меня в слушатели. В школе преподавали старые, опытные работники контрразведки, уцелевшие от массовых репрессий. Правда, позднее, в 1938 году, все они были расстреляны как враги народа. Целью обучения были основы ведения контрразведки, вербовка агентуры во враждебной социальной среде, методы и способы наружного наблюдения, подслушивание, задержание и арест шпиона».

Пройдя обучение в Центральной школе, а затем в Школе особого назначения НКВД, в июле 1939 года Синицын становится заместителем резидента НКВД в Польше под фамилией Елисеев и прикрытием в должности консула СССР во Львове. Занимался, в частности, тем, что организовывал приём и вывод в Советский Союз политических эмигрантов из оккупированной немцами Чехословакии.

Резидент в Финляндии

С ноября 1939 года Синицын — резидент внешней разведки в Хельсинки под прикрытием должности поверенного в делах СССР в Финляндии. В каких условиях тогда приходилось работать советским разведчикам, он в своей книге не без юмора пишет так: «Перед отъездом мне в Наркомвнуделе выдали за деньги пальто, костюм и ботинки ярко оранжевого цвета, других не оказалось. В магазинах обуви вообще не было. Когда по приезде к месту работы мы встретились с сотрудниками посольства (постпредства) и их семьями, моя жена, придя домой, сказала, что на совещании видела двух моих работников.

— Откуда ты взяла это? — удивился я.

— У них одинаковые, не по сезону ярко-оранжевые ботинки, как у тебя, — был ответ.

Вот тебе и конспирация!»

Однако работа шла. Через ценного источника резидентуры Графа и других агентов Синицын получил и передал в Центр информацию о решении финского руководства сорвать переговоры с СССР, о скрытой мобилизации финской армии и передислокации её частей к советской границе, а также об эвакуации гражданского населения из района Карельского перешейка.

В Москве не знали, что у финнов есть автоматы

Насколько ценной была передаваемая им информация для советского руководства, свидетельствует тот факт, что Синицына вызывали в Москву, и он докладывал ее на совещании лично Сталину. Того особенно заинтересовали уже взятые финнами на вооружение автоматы. В своей книге Синицын так описывает этот эпизод: «Продолжая информацию, доложил, что финны ввели в армии новое оружие. Вместо обычных винтовок солдаты вооружены ручными пулеметами (автоматами). Ствол длиною примерно 40-50 см, покрытый ячеистым металлическим кожухом для отвода тепла, вмонтирован в небольшого размера приклад, снизу которого к стволу подведена круглая патронная коробка диаметром около 15 см и толщиной около 4-5 см. По нашей прикидке в коробку должно входить до 30-40 патронов, напоминающих патроны нагана, но только чуть толще. Носят автомат с ремнем на плече. На Карельском перешейке мы наблюдали обучение роты солдат. Все они имели автоматы, за исключением одного солдата, у которого была обычная винтовка с оптическим прицелом.

Когда мой рассказ подошел к концу, Сталин, слушавший внимательно, обратился к Ворошилову и недовольным голосом спросил:

— Что вам известно о новом оружии в финской армии?

— У нас имеется несколько экземпляров этих автоматов, — нетвердо ответил Ворошилов.

— К концу заседания Политбюро доставьте один автомат для ознакомления всех нас с этим оружием, — строго сказал Сталин.

Я был крайне удивлен, что он, да, наверно, и члены Политбюро, впервые услышали о новом оружии в финской армии».

После начала советско-финской войны 30 ноября 1939 года вместе с советской колонией Синицын был эвакуирован в СССР. А после ее окончания, в марте 1940 года, вновь направлен в Хельсинки под прикрытием должности поверенного в делах.

За время работы резидентом наладил доверительные отношения с рядом крупных политических и общественных деятелей Финляндии, беседы с которыми раскрывали намерения, планы и действия финских реакционных кругов против СССР. Он заблаговременно информировал Центр о грубых нарушениях финскими властями положений мирного договора с СССР (они выражались в переброске немецких войск на север страны), а также о секретных военных финско-германских переговорах, направленных против СССР. 11 июня 1941 года источник Монах сообщил резиденту о подписании соглашений между Германией и Финляндией об участии последней в войне против СССР.

После объявления Финляндией войны Советскому Союзу в составе советской колонии Синицын был депортирован из страны и обменян на болгаро-турецкой границе на финских дипломатов, работавших в СССР. После этого находился с семьёй в Алма-Ате, где оказывал консультативную помощь следственному отделу НКВД Казахской ССР. В августе 1943 года назначен заместителем резидента по Финляндии в Стокгольме.

В Стокгольме Синицын действовал под именем Елисеев и прикрытием должности 1-го секретаря посольства СССР в Швеции. При содействии посла СССР в Швеции Коллонтай он предотвратил передачу германским властям арестованного в Швеции немецкого антифашиста и разведчика Эрнста Волльвебера и добился отправки его в СССР.

В феврале 1944 года участвовал в конфиденциальных переговорах Коллонтай с финским дипломатом Ю. Паасикиви о выходе Финляндии из войны и об условиях перемирия.

Подслушивать Сталина не удалось

В сентябре 1944 года Синицын направлен в Хельсинки в качестве резидента внешней разведки и одновременно заместителя политического советника Союзной Контрольной комиссии в Финляндии, возглавляемой секретарем ЦК ВКП(б) Ждановым. Содействовал, как отмечается в его биографии, установлению дружеских, добрососедских отношений Советского Союза и Финляндии.

С помощью находящегося с ним на связи агента Графа Синицыну удалось раскрыть попытку финской и британской разведок прослушивать телефонные переговоры Сталина и Жданова по ВЧ-связи.

В мае 1945 года по ложному доносу резидент был отозван в Москву, однако после тщательного расследования, проведенного по инициативе Жданова, назначен начальником отдела Скандинавских стран 1-го управления НКГБ-МГБ.

В 1953-1956 гг. Синицын — представитель МВД-КГБ СССР в Будапеште, где принимал активное участие в подавлении Венгерского восстания 1956 года. Потом руководил группой советников КГБ СССР при МВД Польши, затем в центральном аппарате ПГУ. С марта 1970 года — представитель КГБ при МВД ЧССР. В 1981 году вернулся в Москву и вышел на пенсию в звании генерал-майора КГБ . Умер в Москве 31 марта 1995 года. Написал книгу «Резидент свидетельствует», в которой рассказал о своей службе в разведке.

Специально для «Столетия»

Яков Алексейчик

24.06.2021, 09:45

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/kak_stalin_gitlera_pereigral_872.htm
Германия укрепляла военную мощь СССР накануне войны

22.08.2016

Если в наше время в какой-нибудь молодежной компании рассказать, что в годы Великой Отечественной войны Ленинград защищал и немецкий крейсер, лишь за год до войны включенный в состав Балтийского флота; что только во время прорыва блокады Ленинграда в январе 1944 года его 203-милиметровые орудия выпустили 1036 снарядов – в такое вряд ли сразу поверят.

Относившийся к классу наиболее современных тяжелых крейсеров того времени, корабль поначалу назывался «Лютцов» и в 1940 году был продан Советскому Союзу за 106,5 миллиона золотых марок. Германские буксиры 31 мая подвели его к стенке ленинградского завода №189. Следом немцы отправляли оборудование, необходимое для достройки и довооружения крейсера, а также положенный ему многолетний боезапас. В том же 1940 году он получил название «Петропавловск». Впрочем, крейсер был не единственным кораблем, который во время той войны «стрелял по своим» с советской стороны. Два десятка военных судов, в числе которых были эсминцы, миноносцы, подводные лодки, торпедные катера, сторожевики, нам построила Италия. Под видом итальянских они самими итальянцами были перегнаны в советские порты, стали основой возрождающегося Черноморского флота и потом защищали Одессу, Севастополь от фашистов, среди которых, помимо немцев, были и румыны, и солдаты римского дуче.

К сожалению, теперь такое известно разве что профессиональным историкам. «Широким массам» давно уже стали внушать, что это Советский Союз подкармливал гитлеровский рейх, а потому вместе с ним несет ответственность за развязывание Второй мировой войны. Чем ближе 23 августа, когда СССР заключил договор о ненападении с Германией, тем громче хор тех, кто усиленно пытается доказать, что тот день открыл шлагбаум для планетарного конфликта.

И неважно, что первой такой же пакт подписала Польша, за которой последовали Франция, Великобритания, Литва, Латвия, Эстония. Важно, чтобы Сталин оказался на одной доске с Гитлером, со всеми вытекающими из этого последствиями.

Среди откликов на недавно опубликованную в газете Stoletie.ru статью «Хоть с дьяволом, но против русских…», посвященную тесным союзническим отношениям Польши и гитлеровской Германии, есть и такой, в котором утверждается, что Польша – лишь соринка в европейском глазу, а вот по велению диктатора Сталина много тысяч тонн «редких металлов, топлива, зерна и других товаров было отправлено в Германию». Правда, автор отклика не привел ни одного факта. А они весьма интересны и, конечно же, упрямы.

Хотя в современной прессе много публикаций, утверждающих, что Советский Союз подкармливал Гитлера и его армию, позволяя ему наращивать военные мускулы, что эшелоны с зерном, нефтью, другим сырьем в Германию пошли сразу после подписания пакта о ненападении, реальная картина была иной. Во-первых, еще 19 августа 1939 года было подписано кредитное соглашение, согласно которому Германия предоставляла СССР 200 миллионов марок кредита и брала на себя обязательство поставить в СССР не только станки и другое промышленное оборудование, но и военную технику. Во-вторых, заключение уже хозяйственного соглашения между СССР и Германией, по которому начались поставки, состоялось только 11 февраля 1940 года. Почти полгода шли переговоры, которые были очень даже не простыми. В-третьих, Германия в самом деле очень нуждалась в импорте советского сырья и продовольствия, притом такая нужда весьма обострилась с началом Второй мировой войны и англо-французскими действиями по экономической блокаде рейха, а СССР всем этим располагал. Притом никакие блокирующие меры советским поставкам в рейх помешать не могли, так как с падением Польши появилась общая граница.

Хозяйственное соглашение с Советским Союзом приобретало для Германии не только экономический, но и политический характер, так как, заключив его, рейх мог продемонстрировать той же Великобритании, что ее усилия организовать торговую блокаду попросту наивны. Но был и весьма болезненный нюанс: Германия оказывалась в роли просителя. В СССР это понимали и не упустили возможности продиктовать свои условия. В Москве сразу же подчеркнули, что готовы согласиться на поставки нужных Германии товаров лишь в том случае, если взамен смогут закупать заводское оборудование, более того, весомую часть закупок должны составлять образцы новейшей военной техники.

Послевоенные немецкие историки Д. Айххольц и Х. Перрей, проанализировав ситуацию тех лет, даже пришли к выводу, что «Сталин… намеревался извлечь еще большую выгоду… и заставить военную экономику Германии в значительной степени работать на СССР», что он тоже вел дело к форсированному наращиванию вооружений с помощью «целенаправленного освоения германской технологии».

Похоже, потеряв надежду на договор о коллективной безопасности в Европе, понимая неизбежность войны, советское руководство решило действовать без оглядки на других, а подписав пакт, который все-таки не добавлял международного авторитета, старалось выжать из него максимум возможного для себя. Военная техника и технологии и стали главным камнем преткновения на переговорах.

Поскольку немцы считали договоры от 23 августа и 28 сентября более выгодными для СССР, чем для Германии, то настаивали, чтобы Советский Союз приступил к поставкам незамедлительно. При этом они сформулировали обширный план закупок, рассчитанный на 1 миллиард 300 миллионов марок в год. Однако нарком внешней торговли А.И. Микоян сразу заявил, что советские поставки не превысят максимального объема прошлых лет, т.е. 470 миллионов марок. Как подчеркивает один из исследователей этой проблемы историк В.Я. Сиполс, названная цифра имела политическое значение, ибо не давала повода для упреков со стороны Англии, Франции и США в адрес Советского Союза. Мировая практика тех лет не считала предосудительным сохранение с воюющей страной торговых отношений на прежнем уровне. Тот же Вашингтон именно так поступал в отношении Италии и Японии, воевавших против Эфиопии и Китая. А вот увеличение оборота резко осуждалось. Существенным для СССР моментом было и то, что Англия и Франция, вступив в войну с Германией, по существу, прекратили выполнение советских заказов. Подобную позицию заняли и США. В этой связи В.Я. Сиполс подчеркивает, что названные страны «фактически сами толкали советское правительство на расширение торговли с Германией».

Первый этап переговоров, однако, закончился безрезультатно. В конце октября 1939 года в Германию отправилась советская делегация во главе с наркомом судостроения И.Ф. Тевосяном и его заместителем генералом Г.К. Савченко, в компетенцию которого входили именно закупки для советских вооруженных сил. Главный интерес – военные новинки и сложные станки для производства военных материалов. И.Ф. Тевосян в беседах с немцами, которые настаивали на ускорении советских поставок, не скрывал: «Нашей задачей является получить от Германии новейшие усовершенствованные образцы вооружения и оборудования. Старые типы вооружений покупать не будем. Германское правительство должно показать нам все новое, что есть в области вооружения, и пока мы не убедимся в этом, мы не можем дать согласия на эти поставки».

Вопрос пришлось решать Гитлеру. Тот разрешил показывать новую технику, уже поступившую в войска, но не допускать к образцам, находившимся в стадии испытаний. Тевосяна это не удовлетворило. Подписание торгового соглашения тормозилось. Тогда руководство рейха снова пошло на уступки, но немцы стали называть заведомо завышенные цены, чтобы хотя бы таким способом отбить интерес к новинкам. В некоторых случаях цены поднимались в 15 раз. В ответ А.И. Микоян 15 декабря 1939 года заявил германскому послу Ф. Шуленбургу, что попытки содрать с русских три шкуры будут безуспешны. Вопрос был поставлен ребром: соглашение зависит главным образом от того, готова или не готова немецкая сторона поставить интересующие советскую сторону военные материалы; все остальное – второстепенно.

В результате, пишет Д. Айххольц, Гитлер «вынужден был уступить ультимативным требованиям Москвы» и согласиться «даже на такие поставки военной техники, которые означали ограничение германской программы наращивания вооружений».

Лишь после того, как в начале февраля 1940 года в Москве было получено письмо Риббентропа, сообщившего, что Германия готова поставлять военные материалы, а также предоставить технический опыт в военной области, советская сторона назвала свои конкретные предложения, касающиеся содержания соглашения. Немцы сразу же их приняли. Соглашение было подписано 11 февраля. СССР брал на себя обязательство поставить товары на сумму 430 миллионов марок за 12 месяцев, Германия – военные материалы и промышленное оборудование на ту же сумму – за 15 месяцев. Разбежка в три месяца объяснялась тем, что немцам требовалось время для производства того, что заказывалось нами, а мы многое могли отправить из государственных запасов – речь ведь шла о природных и сельскохозяйственных ресурсах. Однако мы зарезервировали за собой право остановить поставки, если немецкое отставание превысит 20 процентов. Первая задержка поставок в Германию нефти и зерна была сделана 1 апреля 1940 года и сразу же возымела действие. Уже в том же апреле германский экспорт в СССР по сравнению с мартом возрос в три раза, в мае удвоился и апрельский объем, а в июне – майский.

По данным на конец мая 1941г., за полтора предшествовавших года Германия импортировала из СССР 1 миллион тонн нефтепродуктов, 1,6 миллиона тонн зерна – в основном кормового, 111 тысяч тонн хлопка, 36 тысяч тонн жмыха, 10 тысяч тонн льна, 1,8 тысяч тонн никеля, 185 тысяч тонн марганцевой руды, 23 тысячи тонн хромовой руды, 214 тысяч тонн фосфатов, некоторое количество древесины, а также другие товары на общую сумму 310 миллионов марок. Сумма, указанная в хозяйственном соглашении, достигнута не была.

Перечисление того, что СССР приобрел у Германии, занимает куда больше места. Основную часть немецких поставок составило оборудование для заводов, притом зачастую это были предприятия в комплекте: никелевые, свинцовые, медеплавильные, химические, цементные, сталеплавильные заводы. Было закуплено значительное количество оборудования для нефтеперерабатывающей промышленности, рудников, в том числе буровые станки, около сотни экскаваторов, три грузопассажирских судна, танкер на 12 тысяч тонн, железо, сталь, стальной трос, канатная проволока, дюралюминий, каменный уголь. Внушительное число составили металлорежущие станки – 6430. Для сравнения скажем, что в 1939 году импорт таких станков из всех стран не превысил 3,5 тысяч.

Д. Айххольц даже пришел к выводу, что поставка в СССР такого большого количества новейших станков заметно ослабила германскую экономику, ибо больше половины ее собственных станков были уже устаревшими.

А еще Советский Союз получил из Германии «сотни видов новейших образцов военной техники», указывает В.Я. Сиполс. Приостановка советских поставок в начале апреля 1940 года настолько подействовала на немцев, что уже в мае в СССР были отправлены два самолета «Дорнье-215», пять самолетов «Мессершмитт-109», пять самолетов «Мессершмитт-110», два самолета «Юнкерс-88», три самолета «Хейнкель-100», три самолета «Бюккер-131» и столько же «Бюккер-133», в июне еще два «Хейнкель-100», несколько позже – три «Фокке-Вульф-58». Разумеется, на этих машинах никто не собирался воевать, они предназначались для изучения в соответствующих центрах и лабораториях.

Поставлялись также стенды для испытания моторов, пропеллеры, поршневые кольца, высотометры, самописцы скорости, системы кислородного обеспечения при полетах на большой высоте, аэрофотокамеры, приборы для определения нагрузок при управлении летательными аппаратами, самолетные радиостанции с переговорными устройствами, радиопеленгаторы, приборы для слепой посадки, аккумуляторы, клепальные станки-автоматы, бомбовые прицелы, комплекты фугасных, осколочно-фугасных и осколочных бомб. Соответствующие предприятия приобрели 50 видов испытательного оборудования.

В конце мая 1940 года в Ленинград был переправлен и недостроенный тяжелый крейсер «Лютцов» – тот самый, который стал «Петропавловском». Для Военно-морского флота СССР шли также гребные валы, компрессоры высокого давления, рулевые механизмы, моторы для катеров, судовая электроаппаратура, вентиляторы, освинцованный кабель, судовое медицинское оборудование, насосы, аккумуляторные батареи для подводных лодок, системы для уменьшения влияния качки на судовые приборы, чертежи 280-ти и 408-миллиметровых трехорудийных корабельных башен, стереодальномеры, перископы, противолодочные бомбометы, параван-тралы, противотральные ножи, магнитные компасы, образцы мин, гидроакустическая аппаратура, даже корабельные хлебопекарни, оборудование для камбузов и многое другое.

Для советских артиллеристов были получены два комплекта тяжелых полевых гаубиц калибра 211 миллиметров, батарея 105-миллиметровых зенитных пушек с боекомплектом, приборы для управления огнем, дальномеры, прожекторы, два десятка прессов для отжима гильз, а также дизель-моторы, полугусеничные тягачи, образец среднего танка. Очень ценным было оборудование для лабораторий, образцы радиосвязи для сухопутных войск, костюмы химической защиты, в том числе огнестойкие, противогазы, фильтропоглотительные установки, дегазирующие вещества, кислородно-регенеративная установка для газоубежища, портативные приборы для определения наличия отравляющих веществ, огнеупорные и антикоррозийные корабельные краски, образцы синтетического каучука.

Сугубо военные поставки по хозяйственному соглашению составили почти треть их общего объема. При этом В.Я. Сиполс цитирует немецких авторов, которые категорически отвергают заявления, будто Германия с января 1941 года ничего не направляла в СССР. Наоборот, подчеркивают они, все шло «в рекордных масштабах». И если экспорт из СССР в Германию в апреле-июне 1941 года составил 130,8 миллиона марок, то импорт СССР из Германии превысил 151 миллион. А поскольку оплата осуществлялась в течение месяца по факту поставки, то Советский Союз не успел перевести в рейх более 70 миллионов марок за товары, полученные в мае и июне. Более того, учитывая платежи по различным кредитным обязательствам, СССР «остался должен» Германии 100 миллионов марок.

Высказываются предположения, что руководство рейха скрупулезно выполняло свои обязательства по поставкам в СССР и для того, чтобы усыпить бдительность Сталина. А еще оно полагало, что одержит молниеносную победу и не даст воспользоваться новейшими знаниями. Но Советский Союз настроен был на длительную борьбу и в итоге оказался в выигрыше.

Нефть и продовольствие, экспортированные в Германию, были израсходованы быстро, а немецкое заводское оборудование работало на советскую оборону всю войну. Если учесть, что за все предвоенные годы его было закуплено на несколько миллиардов марок, то оно действительно, по мнению немецких историков, «во многом помогло СССР создать оборонную промышленность, которая оказалась в состоянии выпускать в годы войны больше вооружений, чем производила Германия». А новейшие образцы немецких вооружений сослужили службу тому, чтобы советская военная техника «в войне нередко даже превосходила по своему качеству германскую».

На фото: крейсер «Петропавловск» – бывший «Лютцов».

Специально для Столетия

Игорь пшЫшкин

24.06.2021, 22:54

http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/prigovor_britanskoj_imperii_906.htm
Почему Пакт Молотова-Риббентропа стал одним из ключевых документов XX века

31.07.2019

Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж, узнав о крахе Российской империи, радостно воскликнул: «Одна из главных целей войны достигнута!». Сейчас совершенно не принципиально — произносил британский премьер эту фразу или ему ее приписали. Главное, что она точно раскрывает суть политики Англии в отношении России. Ведущая роль Лондона в Февральской революции — очевидный факт, подтвердивший истинность классической формулы выдающегося русского геополитика генерала Алексея Едрихина (Вандама): «Хуже войны с англосаксом может быть только дружба с ним».

Однако в данном конкретном случае «коварный Альбион», нанеся удар по союзнику, совершил больше, чем преступление, он совершил роковую ошибку. Запустив маховик развала России, и тем самым обеспечив исключение ее из числа будущих держав-победителей, Лондон оказался вынужден для сокрушения Германии допустить вступление в войну Америки. Позволил молодому хищнику впервые попробовать силы в схватке за мировое господство.

При этом Российская империя, столь мастерски торпедированная Лондоном в феврале 1917 г., всего через несколько лет после катастрофы возродилась в облике Советского Союза, который из Второй мировой войны вышел уже в статусе сверхдержавы. Для Британской же империи победа в Первой мировой оказалась «пирровой», а по итогам Второй мировой она и вовсе «приказала долго жить» — место гегемона Запада перешло к Соединенным Штатам.

Да, могильщиком Британской империи были союзные ей США (дружба с англосаксом опасна и для англосакса), но смертельный удар империи нанес все же СССР, когда заключил Пакт Молотова-Риббентропа и тем самым сломал британский сценарий Второй мировой войны.

Пакт был в прямом и переносном смысле «нашим ответом Чемберлену», еще раз подтвердившим народную мудрость — «не копай яму другому, сам в нее попадешь».

Конечно, утверждение о том, что Пакт Молотова-Риббентропа погубил Британскую империю, может показаться преувеличением. С тем, что он погубил Вторую Речь Посполитую, уверен, согласятся многие. Польша в первую очередь. Лишил независимости «маленькие, но гордые» прибалтийские республики — не вызовет возражений ни у кого. Латвия, Литва и Эстония об этом кричат на каждом углу. Но, чтобы саму Британскую империю — это уж слишком. Обвинение же Англии, одного из создателей антигитлеровской коалиции, в планировании Второй мировой войны, и вовсе может кому-то показаться злостным наветом. Поэтому давайте разбираться по порядку.

Жертва или хищник

Официально виновником и Первой, и Второй мировой войны признана Германия. Ни в коей мере не собираюсь обелять ни кайзера Второго рейха, ни фюрера Третьего. Тем более что по Гитлеру и его подельникам есть приговор Нюрнбергского трибунала. Но следует ли из виновности Германии, что в обеих мировых войнах Британская империя была жертвой? По-моему, даже сама постановка такого вопроса по отношению к Великобритании, превратившей полмира в свою колонию, звучит противоестественно.

На протяжении последних столетий в истории западной цивилизации наблюдаются два взаимосвязанных процесса. С одной стороны, экспансия Запада вовне, связанная с захватом чужих ресурсов и рынков, попыткой превратить весь Земной шар в свою колонию. С другой стороны, внутрицивилизационная борьба за лидерство, в которой решалось, кто будет править миром от лица Запада, кому достанутся главные дивиденды. Действующие лица этой борьбы менялись неоднократно: Испания-Франция, Испания-Англия, Англия-Голландия, Франция-Англия, Германия-Англия, Германия-Англия-США. Суть же процесса оставалась неизменной — схватка хищников за право получать львиную долю добычи.

Совершенно очевидно, что понятие «жертва» к такой борьбе неприменимо в принципе. Независимо от того, кто на кого напал первым в каждом конкретном раунде борьбы за гегемонию. Точно так же, как дико объявлять «жертвой», допустим, еврейскую мафию в США от того, что очередную мафиозную войну за передел рынка наркотиков начала не она, а мафия итальянская.

Великобритания, одолев в ожесточенной борьбе Испанию, Голландию и Францию, ко второй половине XVIII в. заняла господствующие позиции на морях и в колониях. Что неизбежно сделало ее самой богатой и могущественной страной Запада, невиданной еще в человеческой истории по размерам и мощи Империей. Однако британская гегемония вовсе не отменила, а напротив, стимулировала стремление других наций Запада перераспределить мировые богатства в свою пользу. «Наполеоновские войны», Первая и Вторая мировые — были ничем иным, как попытками сначала Франции, а затем Германии, сокрушить Англию, чтобы занять ее место главного выгодополучателя от колониального разграбления богатств мира. Вторую мировую войну отличало лишь то, что претендент был не только «обычным» хищником, как Французская империя или Второй рейх, но и носителем человеконенавистнической идеологии национал-социализма.

Положение мирового лидера Британской империи удавалось сохранять вплоть до середины XX в. Причин тому немало. Но одной из них, несомненно, была последовательная внешнеполитическая стратегия, которую очень точно сформулировал Черчилль:

«В течение четырех столетий суть внешней политики Англии заключалась в том, чтобы противостоять самой сильной, самой агрессивной державе, занимающей главенствующее положение на континенте … Для Англии не имеет никакого значения, кто именно стремится к господству над Европой … Таков основной закон международных отношений, которому мы следуем».

Именно неуклонное следование этому «закону» позволяло Британии из века в век выходить победителем из войн за лидерство и оставаться самой богатой страной Запада и всего мира.

Хищник-миротворец

Однако в преддверии Второй мировой войны Британскую империю, казалось бы, подменили. Вместо того, чтобы по хорошо отработанному алгоритму придушить еще в зародыше Третий рейх, явно стремившийся поставить под свой контроль континентальную Европу, чтобы затем бросить вызов британской гегемонии, Лондон стал проводить в отношении него политику «умиротворения». Великобритания фактически собственными руками взрастила соперника, для спасения от которого затем пришлось заплатить страшную цену — передать контроль над Империей Соединенным Штатам, сведя тем самым на нет результаты четырех веков борьбы.

Чаще всего «странности» предвоенной политики Лондона объясняют:

· желанием британского правительства любой ценой избежать новой мировой войны;

· неадекватностью Чемберлена, которого Гитлер обыграл «вчистую»;

· зоологическим антикоммунизмом британской элиты, ее стремлением руками Третьего рейха уничтожить СССР.

С антикоммунизмом не поспоришь, его влияние на политику «умиротворения» — очевидный факт. Чего не скажешь об английском «пацифизме» и профнепригодности руководства Британии. Как говорил Станиславский: «Не верю».

Можно сколько угодно писать о том, что политика «умиротворения» и ее апофеоз «Мюнхенское соглашение» были порождены неготовностью английской армии к боевым действиям на континенте, а также страхом перед войной английского общества, еще не отошедшего от шока Первой мировой. Можно приводить в подтверждение этого красноречивые цифры о числе английских дивизий, пушек и самолетов, об ужасающих размерах возможных потерь гражданского населения в случае налетов немецкой авиации. Можно цитировать Чемберлена:

«Как ужасно, что мы должны рыть окопы из-за столкновения в далекой от нас стране между народами, о которых мы почти ничего не знаем. Как бы мы ни симпатизировали маленькой стране, столкнувшейся с большой и мощной державой, мы ни при каких обстоятельствах не можем позволить вовлечь Британскую империю в войну только по этой причине».

Только все это разговоры «в пользу бедных».

Для того чтобы избежать войны, к чему якобы стремилась Великобритания и на что была направлена ее политика «умиротворения», Лондону совершенно не нужна была ни боеспособная армия, ни готовность народа умирать на фронтах. Достаточно было в 1936 г. во время «Рейнского кризиса» не мешать Парижу «приструнить» Берлин (13 французских дивизий против 3 немецких батальонов), а в 1938 г. поддержать заговор немецких генералов.

Вместо этого, в первом случае английское правительство заставило Францию (буквально выкрутив ей руки) отказаться от оккупации Рейнской области и тем спасло нацистский режим от неминуемого краха. А чтобы не допустить свержения Гитлера генералами Лондон форсировал подписание Мюнхенского договора. От страха быть втянутыми в войну, к которой страна не готова, так себя не ведут.

Для объяснения уже этой «странности» английской политики как нельзя лучше подходит «недалекий» Невилл Чемберлен, которого сделали ответственным за провал «политики умиротворения». В версию о «незадачливом миротворце» можно было бы и поверить, если бы британский премьер единолично определял политику Империи, и если бы его политика в отношении Германии принципиально отличалась от политики предшественников.

В 1936 г. не позволил французам расправиться с нацистским режимом премьер Болдуин, которого по разряду «недотеп» никто не числит. Основу политики «умиротворения» (подготовки новой большой европейской войны) заложили Локарнские соглашения. Они гарантировали западных соседей Германии от попыток Берлина пересмотреть послевоенные границы и не содержали подобных гарантий в отношении восточных соседей Веймарской республики. Главным действующим лицом Локарнских переговоров — первого шага на пути ко Второй мировой войне, был министр иностранных дел Великобритании Остин Чемберлен, брат Невилла, до сих пор считающийся одним из величайших дипломатов Британской империи.

Кстати в этом же ряду предшественников Невилла Чемберлена на ниве «умиротворения» Германии всплывает и еще один выдающийся британский политик и при этом яростный противник Чемберлена — Уинстон Черчилль. Как писал Валентин Фалин,

«от многих вопросов нас избавит документ, который Сталин хранил до самой смерти в рабочем шкафу. А именно: запись беседы Черчилля с внуком Бисмарка, первым секретарем посольства Германии в Лондоне, состоявшейся в октябре 1930 г. Немцы — недоумки, рассуждал Черчилль. Будь посмышлёней, все силы в Первой мировой войне они сосредоточили бы на разгроме России. В этом случае англичане позаботились бы о том, чтобы Франция немцам не мешала».

Как видим, списать «странности» предвоенной политики Лондона на неведомо откуда взявшийся пацифизм английской элиты и глупость Невилла Чемберлена невозможно. Трудно не согласиться с Андреем Фурсовым, утверждавшим, что «курс на appeasement («умиротворение», англ.) был не ошибкой и не глупостью. То был курс на сохранение Британской империи».

О том, что целью «миротворчества» британского хищника было совершенно сознательное и прагматичное провоцирование новой войны во имя интересов Британской империи пишет и Наталия Нарочницкая:

«До сих пор тиражируется суждение, что Британия полагала умиротворить Гитлера. Нет! Самое страшное для англосаксов случилось бы, если бы Германия удовлетворилась Мюнхеном и аншлюсом Австрии … Британия рассчитывала вовсе не умиротворить Гитлера, но соблазнить его продвижением на восток … Агрессия на восток давала повод вмешаться и, при удачном стечении обстоятельств, довершить геополитические проекты не только в отношении стран, подвергшихся агрессии, но всего ареала».

Зачем Англии к середине ХХ в. оказалась жизненно необходима новая большая война в Европе? От безысходности. Как это не странно звучит по отношению к стране, победившей в Первой мировой войне.

Первая мировая война (спровоцированная все той же Англией) формально закончилась для Британской империи полным триумфом. За счет колоний поверженных держав Империя достигла фантастических, никогда невиданных в человеческой истории размеров: 22% земной суши, оказались в распоряжении «владычицы морей», а ее подданными — каждый четвертый житель Земли.

Европейский континент, бросавший из века в век смертельный вызов английской гегемонии, был нейтрализован. Германия лежала в политических и экономических руинах. Франция, несмотря на статус государства-победителя, в войне надорвалась, а благодаря искусству британской дипломатии по Версальскому договору не получила ничего из того, что могло бы сделать ее хозяйкой Европы. На месте Австро-Венгерской империи было создано несколько государств с искусственными границами, что позволяло Лондону в идеальных условиях проводить свою традиционную политику «разделяй и властвуй».

Соединенные Штаты, проиграв дипломатический бой в Версале, из Европы были вынуждены убраться «не солоно хлебавши».

Российская империя, которую Великобритания со времен победы над Наполеоном совершенно справедливо считала главным препятствием на своем пути к мировому господству, погрузилась в хаос гражданской войны.

Казалось бы, при таких результатах войны XX век неминуемо должен был стать английским веком, а британской элите оставалось лишь воскликнуть: «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!».

Однако в реальности взлетевшая на вершину могущества Империя, гегемон мира, после Версаля увидела себя на краю пропасти. Все предшествовавшие войны на протяжении нескольких веков фантастически обогащали Британию. Первая мировая война её разорила. Страна потеряла четверть национального богатства, а ее государственный долг за время войны вырос в 12 раз. Главный кредитор мира превратился в балансирующего на грани банкротства должника Соединенных Штатов Америки. Моря крови пролились золотым дождем не на лондонский Сити, а на нью-йоркский Уолл-Стрит. Туда же начал перемещаться и мировой финансовый центр.

Обретённая по итогам Первой мировой войны финансово-экономическая мощь позволила Америке с легкостью компенсировать дипломатическое поражение на мирной конференции и. всего через несколько лет после Версаля мощно заявить о своих претензиях на место гегемона Запада и всего мира.

Уже в 1922 г. Соединенные Штаты вынудили Британскую империю, недавнюю владычицу морей, высокомерно провозглашавшую «стандарт двух держав» (английский флот обязан быть сильнее объединенных флотов двух самых крупных после Британии морских держав) подписать Вашингтонский договор, устанавливающий равенство военно-морских сил Америки и Империи. Иначе как договором позора для Империи этот документ назвать нельзя.

Безысходность

Конечно, Великобритании за ее многовековую историю не раз бросали смертельный вызов, к этому ей было не привыкать. В чем в чем, а в способности бороться за свои интересы и умении побеждать британцам не откажешь. Технологию такой борьбы, позволявшую из каждой схватки за гегемонию выходить победительницей, Англия отработала до совершенства. Суть ее предельно «проста»: обострение противоречий между противником и всеми его соседями, создание против него коалиции, провоцирование войны между ними и, в конце концов, при финансовой поддержке Лондона и английской морской блокаде победа чужими руками и чужой кровью над часто гораздо более сильным в военном и экономическом отношении конкурентом.

Однако стратегия, доказавшая свою стопроцентную эффективность на европейском континенте, с большим числом перманентно воюющих друг с другом государств, оказалась абсолютно неприменима против США. Ни Канада, ни Мексика и в малейшей мере не годились на роль британской «шпаги на континенте».

Коалиция «банановых республик», идущая на бой с Вашингтоном, — в такое даже в горячечном бреду поверить невозможно.

Да, английские войска в 1814 г. собственноручно сожгли Белый дом и Капитолий, но повторить тот успех в условиях равенства военно-морских сил и финансово-экономического превосходства Америки у Британии не было никаких шансов. Поэтому уже к середине 20-х гг. стало совершенно очевидно, что в борьбе за гегемонию с Соединенными Штатами Америки Британская империя обречена на поражение.

Мало было Лондону Америки, так все та же якобы победная для Британии Первая мировая война, породила беду, которую совсем не ждали. Российская империя в результате революции и гражданской войны преобразилась в Советский Союз и из препятствия на пути к мировому господству Великобритании превратилась в прямую угрозу как непосредственно Британской империи (антиколониализм), так и многотысячелетнему миропорядку, основанному на власти меньшинства (элиты) над большинством (мировая революция).

Опять-таки к середине 20-х гг. полностью улетучились надежды на то, что «противоестественный» социально-экономический и политический строй в большевистской России рухнет сам собой. Попытка Лондона в 1927 г. задушить СССР совместными усилиями «цивилизованного мира» полностью провалилась. И это в условиях, когда в колониях при поддержке Москвы начинает раскручиваться маховик национально-освободительных движений, а в метрополии, как и по всей Европе, коммунистические идеи овладевают массами и парламентская демократия явно начинает не справляться с задачей обеспечения власти крупного капитала. Сейчас нам даже трудно представить какой страх и ненависть испытывала британская элита, как и элиты всех стран Запада, к Советскому Союзу в те годы.

Британия выбирает войну

Казалось бы, в условиях американского вызова и еще более страшного вызова большевистского у Британской империи не оставалось никакой возможности уцелеть. Но не зря нарком иностранных дел Советской России Георгий Чичерин считал, что «на берегах Темзы сосредоточилась вся мудрость капиталистического мира».

Английский правящий класс в почти безвыходной ситуации смог найти экстраординарное решение, дающее хоть и небольшой, но все же реальный шанс коренным образом изменить расклад сил на международной арене и тем самым не только сохранить, но и упрочить гегемонию Британской империи. Таким решением для Великобритании оказалась новая большая война в Европе (именно в Европе, а не мировая война).

Почему это решение можно считать «экстраординарным»? Естественно, не из-за его антигуманности. Никакой гуманизм не помешал Лондону спровоцировать Первую мировую войну, русско-японскую, Крымскую и далее по списку. Война — стандартный инструмент британской политики, норма для неё.

Экстраординарность заключалась в том, что Лондон ради спасения Империи от большевистской и американской угрозы решил пойти по пути умножения угроз, а не их уменьшения. Англия стала собственными руками искусственно вскармливать еще одного врага — Германию.

Врага, в равной мере смертельно опасного и для СССР и для США. В какой-то мере здесь уместна аналогия со встречным палом при лесных и степных пожарах.

География и тогдашний уровень техники не позволяли Британской империи столкнуть США и СССР в полномасштабной войне на взаимное уничтожение, заняв крайне выгодную позицию «третьего радующегося». Самостоятельно уничтожить Америку и Советскую Россию, как уже говорилось, Великобритания также не могла. Включение же в борьбу четвертого участника — Германии, сразу же позволяло Лондону радикально изменить ситуацию.

Только Германия и никто больше на тот момент времени имела теоретическую возможность уничтожить Советский Союз. Но, конечно же, не Германия поверженная и разоренная самими британцами по итогам Первой мировой, а многократно усилившаяся в экономическом и военном отношении, благодаря все тем же британцам (политика «умиротворения»).

Английский план новой большой войны в Европе реконструировать не так уж и сложно.

Накачавший мускулы Берлин развязывает войну на Востоке. СССР и Германия перемалывают силы друг друга. «Победителя» Великобритания добивает руками французов. В результате, одним выстрелом оказываются убиты три зайца: Советский Союз уничтожен, в качестве попутного бонуса окончательно добита Германия, США лишаются возможности оспаривать британскую гегемонию.

Спасением элит «цивилизованного мира» от коммунистической опасности Империя политически обыгрывает США, доказывает свое несомненное право быть лидером Запада. Одновременно изменяется в пользу Великобритании военно-стратегический и экономический баланс сил. Если Первая мировая война призвана была сделать Европу безопасной для Империи, а Россию погрузить в хаос, то новая война при планируемом в Лондоне исходе должна была поставить под контроль Великобритании европейскую промышленность и российские ресурсы. В таких условиях отбить у Америки гегемонистские амбиции было уже делом техники. Полное торжество Pax Britannika.

Авантюра? Несомненно. Но у британской элиты не оставалось никаких иных способов спасти Империю. Или новая большая война в Европе, дающая хотя бы минимальный шанс на сохранение и упрочение английской гегемонии в мире, или неизбежный крах. Элита Британии, как и следовало ожидать, выбрала войну.

Планов громадье

Говоря об английском плане новой европейской войны, необходимо учитывать три момента:

1. Помимо официальной западной позиции, на корню отрицающей само существование подобного плана, и объясняющей предвоенную политику Лондона повальным пацифизмом британского правящего класса и неадекватностью премьера Чемберлена, существует еще позиция, которую лучше всех выразил Андрей Фурсов — Британская империя «умиротворяла» Германию не только для уничтожения ее руками СССР, но и для того, чтобы в дальнейшем вести борьбу против Америки «на основе союза с Германской империей как евразийской. Или европейской».

Не приходится сомневаться в том, что подобную концепцию активно продвигали немцы. Проиграв в Первой мировой войне, Германия вовсе не избавились от стремления к мировому господству. Для нее было жизненно важно, как можно дольше иметь Британию партнером, а не врагом. Максимально использовать потенциал Англии для достижения своих целей: благодаря политике «умиротворения» взять под контроль континентальную Европу, уничтожить СССР, а затем совместно с Британской империей сокрушить Америку. Без взаимодействия с Великобританией, без ее флота и бесчисленных колоний сделать последнее было бы почти невероятно. Поэтому для Берлина выгодней всего было оставить Лондон «на десерт».

Не приходится сомневаться и в том, что британские политики могли подбрасывать немцам идею совместной борьбы с Америкой. Тешили их надеждами на сотрудничество после восточного похода, чтобы легче было заманить в подготавливаемую ловушку. Возможно, кто-то из английских политиков и действительно верил в подобный противоестественный союз. Но надо полагать, в целом правящий класс Британской империи трезво смотрел на мир и подобно Черчиллю прекрасно понимал, что Германия «заполучив» с английской помощью «полное господство над Европой, сразу после этого … не преминула ограбить и разорить нас самих».

2. Америка вовсе не была сторонним наблюдателем за направленной против нее деятельностью Британии. В 1920—1930-е гг. она сама активно готовила новую большую войну. Только в отличие от Англии не европейскую, а мировую. Без новой мировой войны, которая должна была исправить «недоработки» Первой мировой, США не имели возможности ни решить свои социально-экономические проблемы, ни устранить конкурента в Тихоокеанском регионе, ни уничтожить СССР, ни ликвидировать Британскую империю, чтобы вместо Pax Britannika утвердить Pax Americana.

Кстати именно этим, а не патологической жадностью бизнесменов («Капиталисты сами продадут нам веревку, на которой мы их повесим»), объясняется активное участие американских кампаний в индустриализации СССР и развитии военно-промышленного комплекса Третьего рейха.

Показательны слова президента имперского банка Рейха Ялмара Шахта, сказанные во время Нюрнбергского процесса: «Если вы хотите предъявить обвинение промышленникам, которые помогли перевооружить Германию, то вы должны предъявить обвинение самим себе». Впрочем, американский план войны и его реализация — отдельная тема.

3. Когда речь идет о британском плане большой европейской войны необходимо учитывать, что это, конечно, гипотеза. Точнее, реконструкция. Вероятность существования правительственного документа с его изложением близка к нулю. Но практически никогда не бывает и документов с планами готовящихся преступлений. Из чего не следует, что преступления не планируют. Достоверность реконструкции определяется не наличием того или иного документа, а тем «вписываются» в нее достоверно известные факты предвоенной периода и начала войны или нет.

Первым крупным успехом британской дипломатии на пути организации новой большой войны в Европе следует считать Локарнские договоры 1925 года. В переводе с дипломатического на русский, они означали «реабилитацию» побежденной Германии, ее превращение из изгоя в полноправного члена семьи цивилизованных народов Запада в обмен на «сущий пустяк» — будущий поход против СССР и немедленный отказ от курса на сближение с Советской Россией (Рапалльский договор).

Фактически в Локарно Веймарские правители согласились с отведенной Германии ролью британского киллера на Востоке, которого после выполнения акции обязательно ликвидируют. Понимали они на что обрекают страну или не понимали — сейчас неважно.

Процесс пошел. И Остин Чемберлен заслуженно по итогам Локарно стал кавалером ордена Подвязки и лауреатом Нобелевской премии мира.

Крушение Веймарской республики и установление в Германии нацистского режима ни в коей мере не привело к пересмотру британских планов. Независимо от того, способствовала или нет Англия победе национал-социалистического движения, нельзя не признать, что гитлеровский режим был крайне выгоден для стратегических целей Британской империи.

Во-первых, нацистская Германия и коммунистический СССР по определению становились смертельными врагами, а значит, Лондону можно было забыть об извечном кошмаре англосаксов — призраке российско-германского союза. Во-вторых, нацистская Германия оказывалась идеологически «заточена» на тотальную войну против СССР. В-третьих, человеконенавистническая природа гитлеровского режима давала Великобритании прекрасное объяснение причин «зачистки» чуть живого Третьего рейха после уничтожения им СССР. Англия представала в образе спасителя цивилизации не только от большевизма, но и нацизма. Эффективный лидер мира. И последнее, нацизм в Германии позволял гегемону Запада опробовать на «стране, которую не жалко» альтернативную социально-политическую систему обеспечения власти крупного капитала на случай, если парламентская демократия не сможет свести на нет коммунистический вызов.

Пересказывать, как именно Британия помогала накачивать мускулы германской военной машине и содействовала укреплению гитлеровского режима, полагаю, нет нужды. Факты политики «умиротворения» хорошо известны. Но мимо «Мюнхенского сговора» пройти невозможно.

Уже традиционно и у нас в стране, и на Западе Мюнхен трактуется как крупнейшее поражение британской дипломатии, как полный провал многолетней «политики умиротворения», как безусловная победа Гитлера и позор Чемберлена (Невилла). Однако такая трактовка правомерна только в том случае, если мы верим, что британский правящий класс «умиротворял» Гитлера по причине своего безволия, глупости и непреоборимой тяги к миру во всем мире, особенно в Европе. Если же признать, что целью «политики умиротворения» была новая большая война в Европе во имя спасения Британской империи, тогда и отношение к Мюнхену кардинально меняется.

Мюнхен — это триумф британской дипломатии. Процесс, блестяще начатый Остином Чемберленом в Локарно, достиг при Невилле Чемберлене своей высшей точки в Мюнхене. Де-факто, по Мюнхенскому соглашению была образована Директория четырех (Англия, Франция, Германия и Италия), наделившая себя правом решать судьбу всех остальных европейских государств. А во главе этой Директории, а соответственно всей континентальной Европы, встала Великобритания. Это ли не успех?

Третий рейх, приняв из рук Директории, а точнее Британской империи, Судетскую область с ее развитым военно-промышленным комплексом, автоматически признал себя младшим партнером Лондона, которому теперь пришло время выполнить свою миссию — уничтожить СССР.

Показательны слова Муссолини о соглашении, якобы касавшемся исключительно германо-чехословацких территориальных проблем: «То, что произошло в Мюнхене, означает конец большевизма в Европе, конец всего политического влияния России на нашем континенте».

Отсюда, кстати, и столь острая реакция на Мюнхен в Москве. Дело было, конечно же, не в том, что судьбу Чехословакии решили без участия Москвы. Очевидное для Муссолини было понятно и Сталину. После Мюнхена война с Германией на уничтожение становилась практически неизбежной, причем в самое ближайшее время. Поэтому Чемберлен при возвращении в Лондон по праву чувствовал себя триумфатором.

Гладко было на бумаге

Однако, как справедливо отмечает Олег Айрапетов, «радость в Англии была не всеобщей. 1-й лорд Адмиралтейства Дафф Купер в знак протеста подал в отставку. В течение нескольких дней октября он получил 4 тыс. писем, 90% авторов которых одобряло его поступок. Черчилль назвал случившееся «тотальным и абсолютным поражением». И все основания для такой оценки у него и его единомышленников были.

Победы, а Мюнхенское соглашение было победой Чемберлена, нередко оказываются пирровыми. Еще Мольтке-старший говорил: «Ни один план не переживет первого столкновения с врагом». Черчилль раньше других понял, что британский план новой войны перестал соответствовать европейским реалиям и дальнейшие успехи в его реализации могут обернуться катастрофой для Империи. Гитлер из инструмента британской политики стремительно превращался в самостоятельного игрока, более опасного для Британской империи, чем США и Советский Союз.

Тревожные звоночки, подтверждающие правоту Черчилля, начали звучать практически сразу после Мюнхена. Как сообщало в Москву советское полпредство, в правительственных кругах Англии на волне мюнхенской эйфории царит уверенность, что «далее Гитлер пойдет на Восток, и что его ближайшим крупным объектом является Украина». Ожидалось создание Германией на обломках Чехословакии «независимого» государства Украина в Прикарпатье, которое потребует освобождения украинского народа от москальского ига и предъявит территориальные претензии на УССР.

Решение Первого Венского арбитража (фактически Берлина) по передаче Прикарпатья Венгрии стало холодным душем для Лондона. Когда же Гитлер собственным решением полностью ликвидировал Чехословакию, демонстративно не испросив на это разрешение Директории (хотя мог не сомневаться в положительном для себя ответе), прозрели даже слепые — Гитлер, выжав максимум из политики «умиротворения» для усиления Германии, начал собственную игру.

Мало этого, британский успех в Мюнхене повлек за собой радикальное изменение внешнеполитической линии СССР — отказ от политики коллективной безопасности.

Если Мюнхен у нас принято критиковать, то политику коллективной безопасности и её автора наркома Литвинова (мягко говоря, ориентированного на англосаксонский мир) принято превозносить. Однако при всей внешней «красивости» (сплотим все народы доброй воли и совместно придушим агрессора) в реальности эта политика нацеливала СССР на войну с Германией.

Она ставила две страны в неустойчивое положение постоянного балансирования на грани вооруженного конфликта, что как нельзя лучше соответствовало стратегическим целям Британской империи, открывало перед ней возможность в любой удобный для Лондона момент спровоцировать советско-германскую войну.

Мюнхен показал, в какую ловушку Литвинов заводил Советский Союз, и в мае 1939 г. наркомат иностранных дел возглавил Молотов. Тем самым Москва недвусмысленно дала всем понять, что не собирается во имя британских интересов, как и интересов остального «прогрессивного человечества», «освобождать» военным путем Германию от нацистского режима, что отныне она будет заботиться только о собственной безопасности и предоставляет европейцам самим расхлебывать заваренную ими кашу.

Форсаж

Британский план большой европейской войны начинал сыпаться прямо на глазах. Но ответ Лондона не заставил себя долго ждать. Был найден единственно возможный в тех условиях ход — немедленное провоцирование германо-польской войны, которую необходимо затем перевести в германо-советскую. Польшу бросали под немецкий каток, чтобы он с разгона врезался в СССР. Если ни Берлин, ни Москва не желают идти на предписанную им Лондоном войну, то война должна прийти к ним.

«Миротворец» Чемберлен, еще недавно отказывавшийся рисковать жизнями англичан из-за каких-то там территориальных споров Праги с Берлином, стремительно преисполнился воинственности и объявил о готовности лечь костьми за свободу и независимость Польши. «Той самой Польши, которая всего полгода назад с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении Чехословацкого государства», как ехидно подметил Черчилль.

Бред? Несомненно, но только до тех пор, пока мы закрываем глаза на истинные цели британского правительства. А они очевидны. Даже Лиддел Гарт, автор можно сказать канонической английской версии Второй мировой войны, был вынужден признать ответственность Великобритании: «Как же получилось тогда, что Гитлер оказался вовлеченным в «большую войну», которой так хотел избежать? … Гарантии Польше были наиболее верным способом ускорить взрыв и начало мировой войны».

Одновременно с нагнетанием германо-польских противоречий Лондон инициировал англо-франко-советские переговоры в Москве, единственный смысл которых был в том, чтобы не дать Советскому Союзу сорваться с крючка политики коллективной безопасности и изолироваться от готовящейся польско-немецкой войны.

Однако британские стратеги невнимательно прочитали Отчетный доклад Сталина на XVIII съезде ВКП (б). 10 марта 1939 г. советский вождь в нем ясно и четко сформулировал одну из главных задач внешней политики страны: «Соблюдать осторожность и не давать втянуть в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками». Кого имел в виду Сталин под «провокаторами войны» было совершенно очевидно, как очевидно и то, что СССР в коллективную безопасность больше «играть» не собирался.

Крах

В отличие от Чемберлена Гитлер сигнал из Москвы понял правильно. 23 августа 1939 г., всего за несколько дней до начала спровоцированной Лондоном польско-немецкой войны, в присутствии Сталина Молотов и Риббентроп подписали Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией, вошедший в историю как Пакт Молотова-Риббентропа.

Для Британской империи Небо упало на Землю, случилось немыслимое — два смертельных врага (нацизм и коммунизм), вместо того, чтобы вцепиться друг другу в горло, пошли на временный компромисс и решили свои проблемы за счет Британской империи (Польша и Прибалтика с Румынией — это всё производные мелочи).

Пакт не остановил и не мог уже остановить запущенный Великобританией маховик новой большой войны. Но, как справедливо отмечала Наталия Нарочницкая, он «изменил очередность и «расписание» планируемых Гитлером нападений».

Это означало, что Советский Союз Гитлер, конечно, собирается уничтожить, но прежде он намерен лишить Лондон «шпаги на континенте» — разгромить Францию, стать господином Европы и обрести мощь, сопоставимую с мощью Британской империи. При таком развитии событий у Великобритании останется лишь два выхода: 1. Принять предложение Гитлера и пойти в роли подручного вместе с ним против СССР, а затем США, с последующим несомненным съедением на десерт; 2. Воевать против Гитлера в союзе с Америкой, а возможно и СССР, с последующим столь же несомненным съедением на десерт Вашингтоном. При любом варианте — конец Британской империи и британской гегемонии.

Поэтому Пакт Молотова-Риббентропа — это смертный приговор Британской империи, после которого у нее не осталось никаких шансов уцелеть. Для Великобритании 23 августа 1939 г. было, есть и будет днём, точнее ночью, крупнейшего за её историю национального поражения (Пакт был подписан глубокой московской ночью).

По материалам ИА REGNUM

Геродиан

25.06.2021, 07:28

https://colonelcassad.livejournal.com/6859262.html

2021-06-22 17:34:00 20848

Запись реконструкции событий 22 июня 1941 года в Бресте.

Кромет того, в Бресте ранее прошел митинг-реквием посвященный началу Великой Отечественной Войны.

Вчера в Бресте также прошел https://vk.com/vectorkel парад-реконструкторов.

Посещение Брестской крепости в 1991 году (еще при СССР ездил туда в составе команды Севастополя на Спартакиаду народов СССР) было одним из наиболее ярких впечатлений детства.

Вyacs

26.06.2021, 11:29

https://byacs.livejournal.com/1073634.html
Пишет byacs (byacs)
2021-06-24 22:14:00

Один из мифов советской пропаганды - 22 июня в 4.00 СССР атаковали... и т.д. и т.п.
На деле же - атаковали в основном на территории Белоруссии 22 июня + Литва.
21 июня (о чем часто забывают) советский спецназ погранвойск захватил крепость Тульча в Румынии и вел из нее обстрел. И как раз Румынию атаковали советские войска и даже углубились на 50-70 км. на ее территорию.
Венгрия объявила войну СССР 26 июня после авианалета на Кошице, в тот же день это сделала и Финляндия.
21 июня войска приграничных округов были преобразованы во фронты...
Так что не было никакой внезапности от Белого моря до Красного, от Черного до Желтого, как поют советские соловьи сталинского пошиба...

Sedov_05

27.06.2021, 08:00

https://sedov-05.livejournal.com/5721975.html
Пишет sedov_05 (sedov_05)
2021-06-25 03:20:00 1231

HMS Defender (D36)
Один из шести эсминцев класса Darling (он же D-Type и Type 45), введенных в строй в 2009-13 годах. Вообще то, эти корабли крепко критикуют за технические недостатки. Но, по моему, современные боевые корабли настолько сложны, что беспроблемная эксплуатация их просто невозможна.

6 октября 1939 года, уже зная, что последняя организованная группировка польских войск (группа "Полесье" генерала Францишека Клееберга) несколько последних дней и в хвост и в гриву гонявшая Вермахт (иногда пишут, что и Красную Армию тоже, путая бои под Коцком с боями под Шацком, где да, Красной Армии устроили холодный душ, но не войска Клееберга, а пограничники генерала Орлика-Рюкеманна, большая часть которых затем прорвалась в расположении частей Клееберга, но практически без боеприпасов и толку от них не было), сдалась и Сентябрьская компания, наконец, закончилась абсолютной и полной победой, в Рейхстаге выступил рейхсканцлер и фюрер германской нации Адольф Гитлер.

Текст речи Гитлера никогда не был тайною за семью печатями хотя бы потому, что подробное ее изложение на следующий день было опубликовано в главной газете СССР "Известиях" ("Правда" никогда не была главной, хотя бы потому что долгое время уступала "известиям" по тиражу раза в три-четыре. По уму, по популярности "Правда" вряд ли и в Топ-5 советских газет входила, уступая также "Комсмомольской Правде", "Советскому Спорту", да и еще, возможно, всяко разно "гудкам" и "трудам").

Фрагмент изложения речи Гитлера, посвященный планам Третьего Рейха относительно Польши.
Газета "Известия", №233 (7003) от 8 октября 1939 года

Что же сказал Гитлер ? Он предложил за месяц и три дня до того объявившим войну Германии Великобритании и Франции созвать мирную конференцию для узаконивания произошедшего в Польше в последние недели и обсудить насущный вопрос - "как жить дальше ?". При этом, Гитлер четко и недвусмысленно заявил, что ни малейших претензий к Франции и Великобритании у Германии нет. То есть, давайте просто прекратим состояние войны и всё. Мало того, Гитлер заявил о готовности восстановить польскую государственность на территориях к западу от, условно, Линии Керзона за вычетом земель ранее (до поражения в Первой Мировой войне) входивших в состав Германской империи и Дуалистической монархии Австро-Венгрия, и отнятых по договорам в Версале и Сен-Жермене.

Что интересно, за три дня до выступления Гитлера в Рейхстаге (кстати, это было крайне редким событием. Рейхстаг после последних выборов 10 апреля (в Германии и Австрии) и 4 декабря (в Судетской области) 1938 года собирался всего 8 раз) Франция закончила отвод войск с германской территории (это отдельная история), как бы продемонстрировав свое желание прекратить военные действия. Да и в конце концов - что такого, собственно случилось в этой дикой Восточной Европе ? Германия вернула свое, а Советы провели границу по линии, предложенной самими же англичанами - министром иностранных дел Керзоном. Фактически, восстановлена справедливость и больше противоречий у Германии с остальной Европой не осталось (то есть, конечно, остались, но Гитлер от них публично отказался).

Советская пропаганда врала всегда, как например, вот здесь - в Атласе Мира 1940 года, где "Генерал-Губернаторство" мало того, что обозвано "Зоной Государственных Интересов Германии", но её границы не имеют ничего общего с реальными (например, район Лодзи был аннексирован Германией). Однако, есть основания полагать, что если бы Англия и Франция согласились на предложения Гитлера, Польша была переоснована примерно в таких границах (приказ о создании ГГ появился 12.10.1939)

Французы и англичане отказались даже рассматривать предложение Гитлера. У них не было никаких технических возможностей вести наступление через Линию Зигфрида, у них практически не было стратегической авиации - да, "фарманы" долетали и довольно быстро до Берлина, но всех этих "жюлей вернов" и "камилей фламмарионов" было мало, а Марсель Блок, спустя несколько лет получивший подпольную кличку "Дассо" только только доводил свой прорывной авиалайнер Bloch 161, в серию он пойдет после войны, во французском тылу лютовала коммунистическая "пятая колонна", а по Лондону маршировали чернорубашечники отца будущего президента Международной Федерации Автоспорта Алекса Мосли, чья мать была подругой Адольфа Гитлера и Евы Браун. Да и в элите обеих стран отнюдь не было единства по вопросу войны : Даладье считал что только Гитлер представляет будущее Германии, а Чемберлен еще не успел полностью вылезти из своей теплой ванны умиротворения.

Bloch MB.162
Построенный на базе транспортно-пассажирского самолета SNCASE 160 скоростной стратегический бомбардировщик, способный доставить 3,6 тонны бомб на 2500 километров с максимальной скоростью в 551 км/ч, совершил первый полет 1 июня 1940 года и не успел принять участие в Битве за Францию.

Но Франция и Англия сказали "нет". Они решили сражаться до конца, до поражения Германии.

Они уже говорили такое "нет", когда Николай Первый решил "воссоединиться" с Дунайскими Княжествами и Англия скажет "нет" в 1982 дружественной Совескому Союзу Аргентине, когда та решит "вернуть" Фолклендские острова. Потому что эти страны умеют очень долго решать подобные проблемы. Вместе, по одиночке, или, даже друг против друга как во время Столетней (на самом деле - 116-летней) войны. Спустя 5 лет, 7 месяцев и 2 дня после речи Гитлера их представители подпишут в Карлсхорсте Акт о Капитуляции Германии.

Так что я бы не очень радовался тому, что HMS Defender - эсминец проекта Type 45, заточенный исключительно под объектную ПВО (так что, если бы понадобилось, архаичный Су-24 не стал бы для него проблемой), не стал отсвечивать и покинул воды, которых Россия считает своими. ИМХО, Борис Джонсон просто показал нашему руководству, что не зря живет по тому же адресу, что и пресловутый "воевода Пальмерстон", Уинстон Черчилль и "ночной кошмар" позднесоветского руководства - будущая графиня Тэтчер. Как говорил Бенедикт Камбербетч, вернее, его герой - Шерлок Холмс - "Игра Началась !"... Добавлю - "Большая Игра".

Александр Бородин (1833-1887), симфоническая поэма "В Степях Средней Азии"

Но есть и хорошая новость. В прошлую "Большую Игру" в России ввели независимый суд присяжных, отменили рекрутчину, освободили крестьян, построили сеть железных дорог, дали свободу рук Земству ( по современному -- "Создали Гражданское общество"), заложили основы женского образования, запатентовали вакуумную электрическую лампочку и дуговой светильник, разрешили коммерческие банки, присоединили Среднюю Азию и Дальний Восток, основали Харбин ("инженер, расстегнут ворот, фляга, карабин. Здесь заложим русский город, назовем Харбин"), открыли Тянь-Шань и лошадь Пржевальского, выдернули таки Болгарию из 400-летнего турецкого владычества, напечатали анатомический атлас, Бородин написал "В Степях Центральной Азии", выиграли несколько подряд чемпионатов мира по фигурному катанию, дед Александра Федоровичка Керенского крестил моего прадеда и, наконец, разгромили Китай, взяв Пекин.

Хм... когда у нас там годовщина взятия фортов Дагу (первого и последнего безусловного стратегического успеха российской морской пехоты) ?

Да, чуть не забыл - прошлая "Большая Игра" закончилась тем, что Россия и Великобритании стали союзниками. Ага, и такое бывает.

Прим.

Гитлер не стал восстанавливать Польшу (был восстановлен только Центральный Железнодорожный вокзал в Варшаве, на тот момент - самый современный жд-вокзал мира), вместо этого он сделал поляков людьми шестого сорта и, первым делом, истребил значительную часть польской элиты - свыше 3000 человек, казненных в пригороде Варшавы Пальмире, Клееберг умер в концлагере, Бородин скончался от сердечного приступа в окружении лучших кардиологов Санкт-Петербурга, а Марсель Блок пережил заключение в Бухенвальде, создал компанию Dasso Avion, до сих пор являющуюся разработчиком и производителем всех французских боевых самолетов и умер в 94 года.
МЕТКИ: #этолето, история, новости
17

Филипп Попов

28.06.2021, 12:11

https://rossaprimavera.ru/article/b42b7d2c

/ ИА Красная Весна / 23 июня 2021
Советская разведка перед войной не была Кассандрой или Лаокооном, сколько*бы ни продвигали этот образ в каких-либо корпоративных или политических интересах
Что разведка доложила точно? Статья директора СВР и документы
ВК Telegram FB Twitter Youtube Instagram Дзен rss
21*июня, накануне 80-й годовщины начала Великой Отечественной войны, директор Службы внешней разведки России Сергей Нарышкин опубликовал в журнале «Национальная оборона» статью под названием «В войну разведка вступила первой». Она посвящена работе советской разведки по раскрытию планов руководства нацистской Германии перед войной.

П.Соколов-Скаля. Границы СССР охраняются непрерывно

Канал ИА Красная Весна в Google Новостях
Общий посыл статьи Нарышкина выдержан примерно в том*же ключе, в каком описывали предвоенную работу советской разведки с хрущевского времени: разведка свою задачу по большому счету выполнила и, как пелось в популярной песне, «доложила точно». К трагедии начала войны она совершенно не причастна или причастна в минимальной степени. Проще говоря, «разведка докладывала, а Сталин не верил».

И ровно как в хрущевское время в качестве основного достижения советской разведки Нарышкин указывает получение сведений о дате начала операции «Барбаросса». Правда, в отличие от 60-х годов, обходится без упоминания фальшивого сообщения «Рамзая» (Рихарда Зорге)*— собственно, фальшивость этого сообщения в той*же СВР признали еще на состоявшемся в 2001 году в редакции газеты «Красная звезда» круглом столе из уст представителя пресс-бюро СВР полковника Владимира Карпова: «К сожалению, это фальшивка, появившаяся в хрущевские времена».

Нарышкин указывает в качестве источника донесение резидента разведки Наркомата госбезопасности Елисея Тихоновича Синицына от 11*июня 1941 года.

В своей статье директор СВР признает, что в действительности советское руководство перед войной получило сообщения о разных датах германского нападения. И потому сразу возникает вопрос: а почему в Кремле, получив уже множество сообщений о разных сроках начала войны, причем часть их к началу июня уже стала несостоятельной, должны были поверить именно донесению Синицына?

Какая польза от информации про 22*июня?

Как принятие информации от Синицына помогло*бы избежать горьких событий лета 1941 года? Ведь расположенные в военных округах на западе страны силы Красной Армии к началу германского вторжения не успели завершить развертывание и оказались рассредоточены на большой глубине. Непосредственно у границы находились лишь слабые силы прикрытия.

В результате гитлеровцы имели возможность громить советские войска по частям: сначала силы прикрытия у границ, потом соединения в глубине западных военных округов, затем*— резервные армии второго стратегического эшелона.

Чтобы завершить развертывание войск, по расчетам советского командования требовалось 20–30 дней. То есть начинать мобилизацию и развертывание следовало еще в*мае. Соответственно, ключевую проблему начала войны поступившее уже во второй декаде июня сообщение Синицына никак не могло снять.

В действительности идея начинать развертывание в конце весны выдвигалась без точного знания даты германского нападения и даже без полной уверенности, что таковое в 1941 году состоится. В середине мая был подготовлен документ, известный как «Соображения Генерального штаба Красной Армии по плану стратегического развертывания Вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками».

В этом документе отмечалось, что Германия, ведущая войну с Великобританией, «в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развернутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развертывании и нанести внезапный удар».

Во избежание такого развития событий (увы, произошедшего в действительности) Генштаб предлагал «ни в коем случае не давать инициативы действий германскому командованию, упредить противника в развертывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие родов войск».

Действовать в соответствии с «Соображениями» советское политическое руководство в итоге не стало*— прежде всего потому, что не располагало для таких действий весомыми основаниями.

Сама Германия никаких претензий Советскому Союзу не предъявляла и на какое-либо обострение отношений перед войной не*шла. Не было ничего подобного событиям 1939 года, когда нацисты раскрутили тему Данцигского коридора и притеснения немецкого меньшинства в Польше. И в этой ситуации советская разведка действительно могла*бы сыграть большую роль, дав руководству страны информацию, побуждающую к решительным мерам.

Но информация о сроке начала войны тут была*бы явно недостаточной. Тем более, повторимся, сообщений о разных сроках германского нападения в течение предвоенного года поступала масса*— и раз за разом ход времени выявлял несоответствие этих сообщений действительности.

Конкретная дата германского нападения сама по себе вообще не представляла такой уж большой важности. К тому*же 22*июня нападение могло и не состояться. 10*июня главнокомандующий сухопутными войсками вермахта Вальтер фон Браухич отдал приказ, указывавший 22*июня как день начала операции «Барбаросса», но в то*же время допускавший возможность переноса сроков, решение о чем могло быть принято не позднее 18*июня.

Согласно этому приказу, 21*июня сосредоточенные для войны против СССР германские войска должны были получить один из двух сигналов: «Дортмунд» (наступление начинается 22*июня) или «Альтона» (наступление переносится). Сейчас мы знаем, что 21*июня поступил сигнал «Дортмунд», но ведь могла быть и «Альтона».

Выяснила*ли разведка мотивы врага?

Другое дело, если*бы на основании сведений разведки можно было*понять мотивы, которые побудили Гитлера развязать войну против Советского Союза летом 1941 года, имея на западе «недобитую» Великобританию.

В принципе, для военного, политического и экономического руководства Германии Гитлер неоднократно проговаривал, чего он хотел добиться нападением на Советский Союз. 31*июля 1940 года на совещании с высшими руководителями вооруженных сил в Бергхофе он заявил: «Мы не будем нападать на Англию, а разобьем те иллюзии, которые дают Англии волю к сопротивлению… Подводная и воздушная война может решить исход войны, но это продлится год-два. Надежда Англии*— Россия и Америка. Если рухнут надежды на Россию, Америка тоже отпадет от Англии, так как разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии».

9*января 1941 года на совещании в штабе оперативного руководства вермахта Гитлер повторял свой тезис: «Англичан поддерживает только возможность русского вступления в войну. Будь эта надежда разрушена, они*бы прекратили войну». Ту*же мысль он доносил в феврале до командующего группой войск «Центр» Федора фон Бока: «Стоящие у власти в Англии джентельмены далеко не глупы и не могут не понимать, что попытка затянуть войну потеряет для них всякий смысл, как только Россия будет повержена».

Также большую роль играл экономический мотив, сформулированный в выводах заседания экономического штаба «Ольденбург» от 2*мая 1941 года, задача которого как раз и состояла в разработке планов эксплуатации советской территории: «Войну можно будет продолжать только в том случае, если все вооруженные силы Германии на третьем году войны будут снабжаться продовольствием за счет России… При этом, несомненно, погибнут от голода десятки миллионов человек, если мы вывезем из страны все необходимое для нас». Напомним, что Германия начала войну осенью 1939 года, так что в мае 1941 уже близился к завершению второй военный*год.

И, само собой, нацисты рассматривали советскую землю как объект дальнейшей немецкой колонизации, дорогу которой должны были расчистить война и доведение советского народа до голода, а также другие методы геноцида. Но это были уже далеко идущие планы, которые сами по себе не объясняли необходимости как можно скорее разгромить СССР.

Таким образом, уничтожение Советского Союза виделось Гитлеру способом добиться гегемонии в Евразии и тем принудить Великобританию к миру на германских условиях. Можно*ли понять что-то подобное из информации, которую предоставляла советская разведка? Увы, нет.

Более того, во многих сообщениях разведки повторяется тезис, что Германия нападет на Советский Союз после окончания войны с Великобританией. Иной раз говорится, что так ситуацию представлял начальник Разведуправления Генштаба Филипп Иванович Голиков, дабы угодить Сталину. И в докладе Голикова от 20*марта 1941 можно найти строки: «…считаю, что наиболее возможным сроком начала действий против СССР являться будет момент после победы над Англией или после заключения с ней почетного для Германии мира».

Голиков брал это не из головы. Так, советский военный атташе в Венгрии Николай Григорьевич Ляхтеров 1*марта 1941 сообщал: «Выступление немцев против СССР в данный момент считают все немыслимым до разгрома Англии… После разгрома Англии немцы выступят против СССР». Тот*же Зорге 10*марта указывал: «Новый германский ВАТ (военный атташе) считает, что по окончании теперешней войны должна начаться ожесточенная борьба Германии против Советского Союза».

И даже 2*мая Зорге не отметал такого варианта: «Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией». И руководители «Красной капеллы» (общее наименование, присвоенное гестапо самостоятельным группам антинацистского движения Сопротивления и разведывательных сетей, контактировавшим с СССР) Харро Шульце-Бойзен («Старшина») и Арвид Харнак («Корсиканец») не обошлись без таких сообщений*— например, 14*мая: «Планы в отношении Советского Союза откладываются… Круги авторитетного офицерства считают, что одновременные операции против англичан и против СССР вряд*ли возможны». И что, все они, люди мужественные и самоотверженные, хотели угодить Сталину?

Да, нельзя сказать, что все поступавшие от разведки сообщения указывали, что Германия нападет на СССР только после победы над Великобританией. Но такие сообщения были весьма частыми, и они выглядели вполне реалистично, особенно если учесть, что до того Гитлер неоднократно порицал кайзера Вильгельма II и вообще руководство Германской империи как раз за допущение в 1914–1918 годах войны на несколько фронтов сразу. И в любом случае, никаких сведений, позволяющих понять настоящие соображения Гитлера, Сталин от разведки не получил, а вот сведений, мешающих понять*— получил предостаточно. И на таком фоне упреки в адрес Сталина со стороны представителей разведки выглядят странно.

С.*Солодовник. В.*М.*Молотов на приёме у И.*В.*Сталина. 1945
Отразила*ли разведка сосредоточение германских войск против СССР?

Но может, разведка, неважно, армейская или чекистская, хотя*бы дала исчерпывающее представление о сосредоточении Германией войск против Советского Союза*— такое, на основании которого можно было сделать вывод о близости войны? Снова*нет.

В статье Нарышкина указывается, что уже в августе 1940 года советская резидентура во Франции начала предоставлять сведения о начале переброски германских войск на границу с Советским Союзом. Директор СВР при этом обходит стороной то, что почти сразу началось сильное завышение числа переброшенных соединений.

В результате в справке Главного управления госбезопасности НКВД СССР от 6*ноября 1940 года указывалось, что уже к октябрю «против СССР сосредоточено в общем итоге свыше 85 дивизий, то есть более одной трети Сухопутных сил германской армии». А реально имелось 30 дивизий: 25 пехотных, три танковые, одна моторизованная и одна кавалерийская.

Разведуправление Генштаба давало более умеренные цифры, но тоже завышенные. Так, по его данным, уже на 1*марта 1941 года у советских границ располагалась 61 германская дивизия, а в действительности*— только*38. Тенденция сохранилась и в апреле: по специальному сообщению Разведуправления от 4*апреля указывалось наличие 83–84 дивизий, тогда как в реальности опять-таки было лишь*38.

Чем плохо это завышение? Хотя*бы тем, что начавшийся во второй половине весны резкий приток германских войск уже не выглядел настораживающим. По информации Разведуправления, к началу июня на границе с Советским Союзом сосредоточились 120–122 германские дивизии, то есть прирост за два месяца получался полуторным. А в реальности он был двукратным, потому что к началу апреля было 38 дивизий, к июню уже 81*— то есть в два раза больше. А по оценкам разведки, в апреле было 83–84, а стало 120–122, то есть больше всего лишь в полтора раза.

До 22*июня к границе быстро прибыли еще 48 дивизий, и это не считая выделенного для использования в операции «Барбаросса» резерва. Таким образом, действительную динамику накопления германских войск против Советского Союза разведка отследить не смогла.

Получалось, что уже с осени 1940 года немцы держали чуть не 85 дивизий на советской границе, а к лету 1941 нарастили это число в полтора раза. А реальная картина была такова, что с осени до весны немцы держали на границе менее 40 дивизий, то есть недостаточно даже для сдерживания советских войск, если они вдруг начнут активные действия, а во второй половине весны начали интенсивную накачку, и к началу войны увеличили состав группировки против Советского Союза аж втрое даже без учета резерва ОКХ (верховного командования сухопутных сил).

Также она не смогла отследить и распределение германских вооруженных сил по театрам военных действий. И не в последнюю очередь это произошло из-за того, что состав германских сухопутных войск в целом преувеличивался, что видно по документам высшего советского военного руководства.

Например, в августе 1940 года нарком обороны Семен Константинович Тимошенко и начальник Генштаба Борис Михайлович Шапошников полагали, что Германия имеет до 240–243 дивизий. Реально*же германские войска перед началом наступления на Западе в мае 1940 года имели с учетом входившей в люфтваффе воздушно-десантной дивизии 157 дивизий, а в конце Западной кампании Гитлер вообще принял решение расформировать 17 дивизий, а личный состав еще 18 дивизий отправить в долгосрочный отпуск. И только осенью 1940 года было принято решение вновь увеличить армию, но лишь до 180 дивизий, а никак не до 240.

В дальнейшем нацисты формировали новые соединения, и к июню 1941 года вермахт имел уже 209 дивизий (с учетом 7-й воздушно-десантной дивизии в люфтваффе). А Голиков 31*мая докладывал о наличии в германских вооруженных силах 286–296 дивизий.

Соответственно, по предоставленной разведкой информации выходило, что против Советского Союза сосредоточено менее половины германских войск, и сосредотачиваются они без резко нарастающей интенсификации. Более того, по данным Разведуправления Генштаба получалось, что к началу июня против Великобритании действуют 122–126 дивизий, а еще 44–48 остаются в резерве. Таким образом, по сведениям разведки совершенно не вырисовывалась картина накопления группировки для агрессивной войны против СССР.

Заключение

В нашем материале мы не хотели сказать, что разведка ничего не делала или все проваливала, что среди советских разведчиков не было героев, которые нередко жертвовали жизнью ради победы над врагом. Все это было. Но представлять, будто она не имеет никакого отношения к предвоенным просчетам и ошибкам Сталина и всего советского руководства*— неверно.

Запущенный в хрущевское время лубок «разведка обо всем предупреждала, а самодур Сталин не верил» не имеет отношения к исторической действительности. Как раз таки многие неверные решения принимались в том числе на основании тех данных, которые добывала разведка и которые, увы, далеко не всегда оказывались достоверными. Советская разведка перед войной не была Кассандрой или Лаокооном, сколько*бы ни продвигали этот образ в каких-либо корпоративных или политических интересах.

И самое важное. При всех допущенных Сталиным и его сподвижниками ошибках перед войной и во время войны нельзя забывать, что именно эти люди приняли целый ряд верных решений, благодаря которым Советский Союз смог выстоять под ударом нацистской военной машины, а затем и сокрушить фашизм в Европе.

ИА Красная Весна
Читайте материал целиком по ссылке:
https://rossaprimavera.ru/article/b42b7d2c

Von-hoffmann

29.06.2021, 08:33

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011515.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 17:30:00 364

Йозеф Геббельс, министр пропаганды Германии,
зачитывает данное обращение Адольфа Хитлера к немецкому народу по радио

Публикую вдогонку обращению Молотова

Внимание! Данный текст является историческим документом, публикуемым исключительно в познавательных целях. В данном документе может содержаться информация, умышленно искажённая его автором.
Автор поста и владелец блога категорически осуждают взгляды автора этого документа.

"Германский народ! Национал-социалисты! Согбенный тяжёлыми проблемами, приговорённый к месяцам молчания, час пробил, когда я, по крайней мере, могу говорить искренне. Когда 3 сентября 1939 года, Германская империя получила от Англии декларацию объявления войны, там снова повторилось английское усилие сделать невозможной любую попытку консолидации и расцвета Европы, путём немедленного уничтожения на континенте любого появляющегося сильного государства.
Именно поэтому Англия столетиями громила Испанию во многих войнах. Поэтому Англия вела войны против Голландии. Поэтому позднее (1812г.) Англия громила Францию с помощью сил всей Европы, а после этого на рубеже 20-ого столетия Англия начала окружение Германского Государства, и это почему мы имели «Великую Войну» 1914 года – «Мировую войну». Но только вследствие внутреннего саботажа Германия была разбита с катастрофическими для неё последствиями.
После лицемерных утверждений, что война, якобы, только против «кайзеровского режима», они стали планомерно уничтожать германское государство, сразу после того, как германские солдаты сложили оружие.
После пророческого заявления Франции, что 20 миллионов немцев, это через чур много; другими словами, что это число должно быть уничтожено голодом, болезнями и эмиграцией; и каковое заявление было выполнено вплоть до буквы; германское национал-социалистическое движение начала свою работу по сплочению германского народа, и этим самым, начало возрождение Германии.
Это возрождение нашего народа из пепла, ничтожества и стыда носило все признаки внутреннего Ренессанса. Никаким образом мы не влияли и не угрожали этим Англии.
Тем не менее, рождающаяся из ненависти новая политика окружения и изоляции Германии немедленно началась Англией снова. Внутренне и международно это вылилось в теперь нам хорошо известный заговор между евреями и демократами, большевиками и консерваторами, с единственной целью заблокировать установление нового германского государства, и опустить его снова в мизерное состояние.
Кроме как на нас, ненависть этого интернационального заговора была направлена против тех народов, которые подобно германскому были обойдены фортуной и были вынуждены зарабатывать своё пропитание труднейшей борьбой за существование. Все права народов Италии и Японии, также как и нашего народа, участвовать в справедливом дележе благ этого мира, были также отвергнуты.
Поэтому коалиция наших стран (Германии, Японии и Италии) должна действовать только в качестве самозащиты перед лицом угрожающего им глобального заговора.
Ещё в самом начале 1936 года премьер-министр Черчилль, по показаниям американского генерала Вуда перед Комитетом американского Конгресса, объявил Германию снова слишком сильной и вследствие этого, необходимой быть уничтоженной.
Летом 1939 года, кажется, пришло время для Англии, начать уничтожение Германии в качестве завершения политики постепенного её окружения и изоляции. С этой целью был создан план кампании лжи, состоящей из объявления, что в опасности другие, дескать, народы, которых Англия опутала обещаниями гарантий и помощи, ровно таким же способом, каким это же было ими проделано и в предыдущую войну.
Таким образом, Англия с мая по август 1939 года добилась успеха в оповещении всего мира, что Германия прямо угрожает Литве, Эстонии, Латвии, Финляндии и Бессарабии, равно как и Украине.
Эти государства позволили себя вовлечь в принятие обещаний гарантий, таким образом, примкнув к изоляционистскими силам против Германии.
Ввиду этих обстоятельств, я считал себя обязанным принять на себя всю ответственность перед лицом моей собственной совести и перед историей германского народа и не только заверил эти страны и их правительства в лживости английских утверждений, но и установил строгую границу наших сил на востоке, посредством самых торжественных деклараций, касающихся границ наших интересов.
Национал-социалисты, в это время, вы, возможно, чувствовали, что этот шаг был горек и вынужден для меня. Никогда германский народ не вынашивал в себе враждебных чувств по отношению к народам России! Однако уже более 10 лет еврейские большевики пускались в непрерывные провокации поджечь не только Германию, но и всю Европу.
В то время как никогда германские националисты не пытались перекинуть свою мировоззрение на Россию, еврейские большевики из Москвы наоборот только что и делали, что пытались подмять под себя не только нас, но и другие европейские народы; и не только идеологически, но и грубой военной силой.
Последствия действий этого большевистского правительства порождают только хаос, нищету и голод во всех странах. Наоборот, я, уже 20 лет с минимальным вмешательством и без разрушения нашей промышленности, устанавливаю социализм в Германии, который не только полностью ликвидировал безработицу, но и позволяет рабочему человеку получать большую часть результатов своего труда.
Успех этой политики экономической и социальной реконструкции нашего общества, путём систематического уничтожения разницы в классах и рангах, имеет в качестве конечной цели истинно общегосударственную общность всего народа.
Поэтому только через силу я заставил себя в августе 1939 года послать своего министра иностранных дел в Москву в попытке вырваться из тисков английской изоляции. Я это сделал только перед лицом своей ответственности перед германским народом, но ещё больше в надежде достижения постоянной разрядки напряженности, и чтобы уменьшить жертвы, которые в противном случае от нас бы потребовались.
В то время как Германия торжественно подтвердила в Москве, что перечисленные страны и территории (Эстония, Латвия, Финляндия и Бессарабия, равно как и Украина), за исключением Литвы, не входят в интересы Германии, специальное соглашение было заключено на случай если Англии удастся заставить Польшу спровоцировать войну с Германией. И в этом случае тоже германские требования были сведены к существенным ограничениям и вне всякой связи с успехами германской армии.
Национал-социалисты, последствия этого «Пакта», которого я сам и хотел, и который был заключен в интересах германского народа, были очень и очень плачевными, в особенности, что касается германцев, проживающих в вышеупомянутых странах. Более полумиллиона германских мужчин и женщин, большинство из которых крестьяне, ремесленники и рабочие, буквально за ночь вынуждены были бежать, чтобы ускользнуть от нового режима, который сначала угрожал им беспросветной нищетой, и рано или поздно, – полным уничтожением.
Тем не менее тысячи германцев исчезли совсем. Невозможно даже определить их судьбу и что с ними сейчас. Среди них было 160 тысяч граждан Германии. И на всё это я должен был закрыть глаза. Я был обязан молчать. В конце концов, это я сам захотел достигнуть разрядки напряжённости, и если возможно, то и полного мира с этим государством. Однако во время нашего общего вступления в Польшу, кремлёвские правители внезапно и в противоречии с договором, также затребовали и Литву. Германия никогда не имела намерений оккупировать Литву. И Германия не только оказалась не способной предъявить такой же ультиматум литовскому правительству, но и отвергла запрос Литвы прислать германские войска, потому что это требование было не в соответствии с целями германской политики. Несмотря на это я подчинился и этому новому требованию Кремля. Однако это было только началом шантажа и всё новых и новых вымогательств.
Победа в Польше, которая была достигнута исключительно германскими войсками, предоставила мне возможность ещё раз обратиться к западным странам с предложением мира. Это предложение мира в очередной раз было отвергнуто, как и всегда, благодаря интернациональным усилиям еврейских поджигателей войны.
В это время причиной такого отказа был тот факт, что Англия ещё надеялась мобилизовать против Германии коалицию европейских стран, включавшую Балканские страны и Советскую Россию. Поэтому Лондон решил послать Mr.Cripps посланником в Москву.
Криппс получил чёткие инструкции любыми средствами втянуть Советскую Россию в проанглийскую коалицию. Английская пресса сообщала об этой миссии, поскольку её никак нельзя было скрыть. Осенью 1939 года и весной 1940 года первые результаты этой миссии Криппса дали себя знать.
В то время как Советская Россия предприняла попытку подчинить военной силой не только Финляндию, но и Балтийские страны, она вдруг начала обосновывать свои действия настолько же смехотворными, насколько они были и фальшивыми утверждениями, что, дескать, она должна «защитить эти страны от внешней угрозы». Эта «внешняя угроза» означала только Германию; никакая другая страна не имела доступа в балтийский бассейн, и не могла там угрожать. Но я вынужден был молчать. Но те, кто был у власти в Кремле, немедленно пошли ещё дальше.
В то время как весной 1940 года Германия, в соответствии с так называемым «Пактом о Ненападении», отозвала свои войска с восточной границы; и на самом деле, большая часть восточной границы была тотально очищена от немецких войск, концентрация советских войск на западной границе уже началась, что уже можно было рассматривать как целенаправленную угрозу Германии.
В соответствии с заявлением советского министра иностранных дел, а затем премьер-министра Вячеслава Молотова, персонально сделанным в то время, у Советов было уже весной 1940 года 22 дивизии только в одной Прибалтике. И в то время как само советское правительство всегда утверждало, что войска, дескать, были введены по просьбе местного населения Прибалтики, цель их продолжающегося присутствия была демонстрация своей силы Германии.
В то время как наши солдаты с 5 мая 1940 года уничтожали англо-французские силы на западе, концентрация советских войск и их манёвры на нашей восточной границе приобретали всё более и более угрожающие размеры.
Поэтому, в интересах Германии, я с августа 1940 года уже не мог более позволить нашими восточным провинциям, тем более что они к этому времени вообще зачастую были пустыми, оставаться незащищёнными ввиду беспрецедентного нарастания числа большевистских дивизий.
Это всё был результат англо-советской кооперации, направленной на создание на востоке такой мощной армейской группировки, чтобы Германское Командование не смогло бы закончить блицкриг на западе полным разгромом, особенно, что касается в части военно-воздушных сил. И всё это было в соответствии не только с английской, но и советской политикой; поскольку и Англия и Советская Россия имели ввиду затягивать войну как можно дольше, чтобы постепенно ослаблять и ослаблять всю Европу, и сделать её совсем неспособной.
Анализируя, атака СССР на Румынию была также направлена на овладение важной материальной базой не только Германии, но и все европейской экономики; и по меньшей мере, имела виду разрушить её. Германия, особенно с 1933 года, с непрерывным терпением искала возможности наладить торговлю со странами юго-восточной Европы.
Поэтому мы всегда были заинтересованы во внутреннем спокойствии и внутренней организации этих стран. Советское нападение на Румынию и связка Греции с Англией грозили в короткое время превратить этот регион в театр войны.
Прямо противоположно своим принципам и срочной просьбе румынского правительства, которое само несло ответственность именно за такое развитие событий, я советовал им принятие советских требований ради мира и уступку Бессарабии (Молдавии). Румынское правительство, однако, считало, что оно способно отчитаться перед своим народом, только если Германия и Италия в качестве компенсации, по крайне мере, могли бы хоть гарантировать целостность того, что осталось от Румынии.
Я согласился на это с тяжёлым сердцем, принципиально, потому что, мы – Германцы, когда даём свои гарантии – мы держим их. Мы не англичане и не евреи.
Я до последней секунды, хотя и облечённый персональными обязательствами, надеялся на сохранении мира в этом регионе. Для этого, чтобы разрешить эти проблемы и достигнуть ясности в отношениях между Советской Россией и Германией, а также ввиду продолжающейся концентрации советских войск на нашей восточной границе, я пригласил Молотова в Берлин. Советский министр иностранных дел тогда потребовал от Германии разъяснений соглашения по следующим четырём пунктам:
1). Вопрос Молотова: направлены ли германские гарантии Румынии против СССР в случае повторного нападения СССР на Румынию?
Мой ответ: Германская гарантия имеет общий характер и безусловно накладывает на нас обязанности. Советская Россия, однако, никогда не объявляла нам, что имеет и другие интересы в Румынии за пределами Бессарабии. Уже свершившаяся оккупация советскими войсками Северной Буковины уже вышла за пределы советских уверений, поэтому я не думаю, что Россия на данный момент имеет ещё более далеко идущие намерения против Румынии.
2). Второй пункт Молотова: Советская Россия опять чувствует угрозу Финляндии. Кремль определённо не может терпеть этого. Готова ли Германия не оказывать помощь Финляндии, и более того, немедленно отозвать германские войска уже находящиеся в Киркенесе?
Мой ответ: Германия абсолютно не имеет никаких политических интересов в Финляндии. Но новая война СССР против маленького финского народа, уже не может рассматриваться германским правительством как нормальное явление; равно как мы никогда и не поверим, что Финляндия каким-то образом может угрожать СССР. Ни при каких обстоятельствах мы не желаем нового театра войны на Балтике.
3). Третий пункт Молотова: Готова ли Германия согласиться на то, что Советская Россия может предоставить гарантии Болгарии в виде посылки туда своих войск, в связи с чем он – Молотов, готов заверить Германию, что Кремль не будет низлагать короля Болгарии?
Мой ответ: Болгария – это суверенное государство. И я не имею информации, что Болгария когда либо запрашивала Советскую Россию о гарантиях, подобных тем, которые Румыния запросила от Германии. Более того, я не готов ответить на этот вопрос без консультаций со своими союзниками.
4) Четвёртый пункт Молотова: Советская Россия при всех обстоятельствах требует свободного прохода через проливы Дарданеллов и Босфора, и для своей защиты требует оккупации некоторого числа важных военных баз на Дарданеллах и на Босфоре. Германия согласна или нет?
Мой ответ: Германия была всегда готова согласиться на изменение 1936 года Конвенции Монтро в пользу государств Чёрного моря. Германия не готова, чтобы дать согласие Советской России на создание военных баз вдоль проливов.
Национал-социалисты, здесь я был обязан в полном осознании своей ответственности проявить свою позицию как ответственный лидер не только Германии, но и как представитель европейской культуры и цивилизации. Последствием всего этого было возрастание активности Советской России направленной прямо против Германии, и сразу, конкретно, начались новые попытки подрыва румынского государства, и попытки посредством пропаганды устранить болгарскую монархию.
С помощью запутанных и незрелых лидеров Румынского Легиона в Румынии был организован государственный переворот, цель которого была сбросить главу государства генерала Антонеску и вызвать в стране хаос; лишить правительство всякой власти, и таким образом создать предпосылки для введения германских гарантий.
И тем не менее, я всё ещё верил, что самое лучшее, – продолжать молчать. Немедленно после неудачной попытки государственного переворота в Румынии, Советская Россия предприняла новую переброску войск на восточные границы Германии.
Советские танковые подразделения и парашютисты во всё возрастающих количествах перебрасывались в опасную близость от германской границы. Германские вооружённые силы и германский народ знают, что вплоть до нескольких недель назад ни одной механизированной дивизии или даже единственного танка не было дислоцировано на наших восточных границах.
Если, не смотря на все разуверения и камуфляж, и требовалось какое-либо окончательное доказательство формирующегося союза между Англией и Советской Россией, то Югославский конфликт предоставил его.
Когда я предпринимал любые усилия, направленные на создание мира на Балканах и из-за Муссолини пригласил Югославию присоединиться к «Трёхстороннему Пакту», Англия и Советская Россия в объединённом сговоре организовали государственный переворот, который за одну ночь устранил тогдашнее правительство Югославии, которое тогда было готово подписать соглашение. И сегодня мы можем проинформировать германскую нацию, что югославский путч против Германии не был только английским, но в основном под Советским руководством!
Поскольку мы молчали и тут, советские вожди тут же сделали шаг дальше. Они не только организовали путч, но и через несколько дней, в своём стремлении воспротивиться установлению мира на Балканах, заключили Договор о дружбе и взаимопомощи с Югославией и восстановили её против Германии. И это отнюдь не было платонической дружбой. Москва потребовала мобилизации югославской армии.
И поскольку даже тогда я предпочёл лучше ничего не говорить, те, кто во власти в Кремле, пошли ещё дальше. Германское правительство сегодня обладает документальным свидетельством, которое показывает, что правительство Советской России, для того чтобы втянуть в войну Югославию, дало ей обещание снабжать её через порт Салоники (Греция) оружием, самолётами, амуницией и другим военным материалом против Германии. И это случилось именно в тот самый момент, когда я лично, в моей всегдашней надеже служить делу мира, дал совет японскому министру иностранных дел Yosike Matsuoka, который уменьшил трения России с Японией.
Только быстрое продвижение наших несравненных дивизий к Скопье, так же как и захват самих Салоников, развалило этот Англо-Советский заговор. Лётчики югославской армии, однако, бежали в Советскую Россию, и были тут же приняты как союзники.
Победа Германии и Италии в Юго-Восточной Европе первым делом затормозила план летом 1941 года вовлечь Германию в войну на Балканах, тем временем наращивая развёртывание советских армий и повышая их боеспособность, для того, чтобы в конечном итоге вместе с Англией, при поддержке американского снабжения сокрушить Германию и Италию.
Таким образом Москва не только нарушила, но и постыдно предала положения нашего дружеского соглашения. Всё это было проделано, в то время как правители в Кремле, аналогично как и в случае с Финляндией и Румынией, до последнего момента претендовали на мир и дружбу и с честными глазами выражали официальные опровержения.
И хотя до сего момента я был вынужден снова и снова хранить молчание под давлением обстоятельств, теперь пришёл момент, когда продолжать оставаться просто наблюдателем, было бы не только грехом, но и преступлением против германского народа – и да, даже преступлением против всей Европы.
Сегодня 160 советских дивизий стоят на наших границах! В течение многих недель идёт постоянное нарушение этой границы от крайнего севера и до самой Румынии. Советские лётчики не считают нужным соблюдать воздушные границы; возможно, чтобы показать нам, что они уже чувствуют себя хозяевами этих территорий.
В течение ночи с 17-ого на 18-ого июня 1941 года советские вооруженные отряды снова углубились на германскую территорию и возвратились обратно только после продолжительного боя.
Это всё привело нас к часу, когда для нас необходимо предпринять шаги против этого заговора между еврейскими англо-саксонскими поджигателями войны и такими же еврейскими правителями большевистского центра в Москве.
Германский народ, – в настоящее время создаётся фронт, который по своей протяжённости не имеет себе аналогов в истории. Совместно с нашими финскими друзьями, победители англичан под Нарвиком стоят у Полярного Круга. Германские дивизии под командованием покорителей Норвегии, вместе с героями финской свободы, с их маршалом, защищают свою землю.
Германские и румынские солдаты объединены под командованием главы румынского государства Антонеску от берегов Прута, вдоль Дуная и до Чёрного моря. Задача этого фронта не защита отдельной страны, а защита всей Европы и спасение всех. Поэтому, я решил сегодня снова вручить судьбу и будущее Германии и германского народа в руки наших солдат!"

Найдено здесь: https://vk.com/historypoliticwar?w=wall-160661843_159917

Von-hoffmann

29.06.2021, 08:34

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011033.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 12:59:00 421

СССР-Германия соотношение сил

СССР не уступал, а превосходил Германию по основным вооружениям, советская "армия мирного времени" (то есть до начала всеобщей мобилизации) по численности превосходила Вермахт, воевавший уже два года против половины Европы.
Поэтому чудовищный разгром РККА летом 1941-го года можно объяснить только одним — народ за власть коммунистов и Сталина воевать не хотел. И начал воевать всерьёз только убедившись на собственной шкуре, что нацисты это дрянь ничем не лучше коммунистов.
Немцев, как "освободителей", ждали не только ограбленные до нитки полуграмотные колхозники, которым действительно было нечего терять (правовое положение хуже крепостных до 1861 года), но и облечённые властью и доверием "вождя" люди со звёздами комбригов и командармов на петлицах.
Идейных коммунистов после репрессий 1930-х в армейских верхах не осталось от слова "вообще" — выжили только абсолютно беспринципные и циничные приспособленцы, способные колебаться с "линией партии" вплоть до разворотов на 180°. И они понимали, что выжить в сложившейся к концу 1930-х годов системе даже им становилось проблематично — ты держишься у вершин власти лет 5, после чего тебя меняют на более молодого, голодного и перспективного, а тебя отправляют в расстрельный подвал вместе со всей семьёй, да ещё и посмертно испоганив твоё имя.
Именно потому в ходе войны обнаружился удивительный и немыслимый для России факт — попав в плен советские военачальники с лёгкостью меняли хозяина (разве что чудом выживших на советской службе старых русских офицеров, с дворянским происхождением, типа Карбышева это не коснулось).
Скорее всего весьма широкий слой советских командиров всех уровней воспринял нападение Германии на СССР (планировалось-то всё наоборот!) как свой уникальный шанс на выживание — и реально саботировал войну, подыгрывая противнику. Несмотря на обилие особистов, замполитов и доносчиков в тогдашней РККА.

V.H.

Von-hoffmann

29.06.2021, 08:36

https://von-hoffmann.livejournal.com/1011340.html
Пишет Россия — Родина моя! (von_hoffmann)
2021-06-22 14:58:00 118

22 июня 1941 г.
Архив внешней политики Российской Федерации
Ф. 7а. Оп. 1. П. 2. Д. 24. Л. 1–4.
Подлинник, черновик, карандаш; автограф В.М. Молотова

Для сравнения привожу окончательный текст, который был зачитан в эфир:

Граждане и гражданки Советского Союза! Советское правительство и его глава тов. Сталин поручили мне сделать следующее заявление:

Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.

Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключен договор о ненападении и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за все время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей.

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что Германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы.

В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на СССР, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.

По поручению Правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчет несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.

Теперь, когда нападение на Советский Союз уже свершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ — отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины.

Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы.

Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед родиной, перед советским народом, и нанесут сокрушительный удар агрессору.

Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за родину, за честь, за свободу.

Правительство Советского Союза выражает твердую уверенность в том, что все население нашей страны, все рабочие, крестьяне и интеллигенция, мужчины и женщины отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочен и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом.

Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, еще теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя тов. Сталина.

Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами.

Сканы найдены здесь: https://vk.com/historypoliticwar?w=wall-160661843_159984

Prajt

30.06.2021, 11:11

https://uctopuockon-pyc.livejournal.com/4595842.html
prajt (prajt) написал в uctopuockon_pyc
2021-06-22 20:44:00 51

Масса связанных с войной документов до сих пор имеют гриф "Секретно". Но и рассекреченных свидетельств накопилось немало. С каждым годом их становится всё больше, и с каждым из них мы узнаём всё больше о той страшной битве, которую почти четыре года вёл наш народ. К некоторым документам доступ открылся буквально в последние годы.

Первый день войны. Москвичи слушают речь В. Молотова о нападении Германии. 22 июня 1941 г. Фото: Е. Халдей

Боевое донесение 22 июня 1941 года. ЦАМО.

Шифровка с приказом «№ 1» наркома обороны, полученная штабом Западного особого военного округа.
01 ч 45 мин. 22 июня 1941 г. Подлинник

Ещё 21 июня, около 5 часов дня, И. Сталин дал поручение начальнику Генерального штаба РККА Г. Жукову и наркому обороны С. Тимошенко отправить в войска директиву с целью привести войска приграничных округов в боевую готовность в связи с возможным внезапным нападением немцев утром 22 июня. Почему ее передачу в штабы округов закончили только в ночь на 22 июня? Почему только нарком ВМФ Н. Кузнецов, получив шифровку, незамедлительно привёл флоты в боевую готовность? Неизвестно.

17 июня 1941 г. Письмо наркома безопасности В. Меркулова с сообщением, что война начнётся через несколько дней, с резолюцией И. Сталина. Подлинник. Фрагмент, полностью документ до сих пор не рассекречен

Журнал записей лиц, принятых Сталиным 22 - 24 июня 1941 г. Подлинник

Журнал регистрации является единственным беспристрастным документом, по которому можно хотя бы частично восстановить ситуацию, после того как высшему руководству страны стало известно о нападении Гитлера. Рано утром И. Сталин приезжает с дачи в Кремль и в 5.45 собирает чрезвычайное заседание с участием наркома иностранных дел В. Молотова, заместителя председателя Совета Народных Комиссаров СССР Л. Берия, начальника Генерального штаба РККА Г. Жукова, народного комиссара обороны СССР С. Тимошенко и начальника Главного политуправления Л. Мехлиса

Сталин раздавлен. Этот снимок выпадал из привычного образа вождя: уверенного, гордого, целеустремленного - и потому был забракован. Спас снимок фотограф, буквально вытащив его из «мусорного ведра», предназначенного для уничтожения

Номер газеты «Комсомольская правда» с выступлением В. Молотова

Первая сводка Главного Командования Красной Армии с правкой И. Сталина.
Опубликована 23 июня 1941 г. Подлинник

Директива Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) организациям прифронтовых областей с правкой И. Сталина.
29 июня 1941 г. Подлинник

Первая директива из Кремля сыграла огромную роль в мобилизации власти на войну с Германией. Сталин лично участвует в написании текста, редактируя каждое предложение.

Директива предельно конкретна. Каждый ее абзац требует действий. Сталин вставляет фразу о «немедленном предании суду Военного трибунала всех тех, кто своим паникерством и трусостью мешают делу обороны, не взирая на лица». Фактически советское руководство объявило о тактике выжженной земли. Врагу ничего не должно было достаться.

Письмо И. Сталина первому секретарю ЦК ВКП(б) Украины Н. Хрущеву 10 июля 1941 г. Рукопись

Н. Хрущев «развивает» директиву по-своему: уничтожать все ценное имущество, оборудование, которое не может быть вывезено, хлеб и скот при приближении противника на 150 - 100 километров независимо от состояния фронта, о чем и сообщает И. Сталину. Вождь не может скрыть раздражения:

«…об уничтожении всего ценного имущества говорилось в связи с вынужденным отходом частей Красной Армии». Предложения же Хрущева могут «деморализовать население… и создать как в армии, так и среди населения настроения обязательного отхода вместо решимости давать отпор врагу».

30.06.1941
Проект Постановления Президиума Верховного Совета СССР, Совета Народных Комиссаров СССР и Центрального Комитета ВКП(б) об образовании Государственного комитета обороны (ГКО) СССР, составленный И. Сталиным, В. Молотовым, Л. Берия. 30 июня 1941 г. Рукопись

Смотрим:
ГКО - чрезвычайный орган управления, к которому в войну перешла вся полнота власти в СССР. На нем рассматривались различные вопросы: от эвакуации населения до организации боевых действий, от производства танков до работ по урану для создания атомной бомбы… За время работы комитетом было принято 9971 постановление. ГКО был расформирован 4 сентября 1945 г. 6

23 июня 1941 г.Информационное письмо о создании Ставки Главного Командования Вооруженных сил СССР, написанное и переданное в войска личным секретарем Сталина А. Поскребышевым.

24.06.1941. Проект Постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР о создании Совета по эвакуации с правкой И. Сталина Подлинник

24 июня 1941 г. Проект Постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР об образовании Совинформбюро с визами И. Сталина, В. Молотова и др. Рукопись

25.06.1941. Проект Указа Президиума ВС СССР от 25 июня 1941 г. «О режиме рабочего времени рабочих и служащих в военное время». Подлинник

https://zen.yandex.ru/media/belrus/pervye-dni-velikoi-otechestvennoi-voiny-v-dokumentah-i-faktah-60a03335e0626f5a3839211b
https://zen.yandex.ru/media/belrus/dokumenty-i-fakty-kak-nachinalas-velikaia-otechestvennaia-voina-609c4bb503a2c700fb2a43f8

Tacticmedia

01.07.2021, 11:55

K5EEBV5D9YY
https://www.youtube.com/watch?v=K5EEBV5D9YY

Владимир Скрипов

02.07.2021, 09:24

https://newrezume.org/news/2021-06-23-41792
Категория: Очерки. Истории. Воспоминания

Шрифт: Больше ∧ Меньше ∨
Выберите язык:
Выбрать язык▼

Военная и психологическая катастрофа начала войны стала гвоздем в сознании простых советских людей и в заднице их начальства с тех пор, как появилась отмашка вспоминать и говорить на эту тему, не рискую схлопотать крупные неприятности. В поисках вразумительного ответа на шипы бесчисленных недоумений был придуман сказ о «вероломном» нападении подлой вражины, изображаемой неудержимой лавиной, гигантом, на которых работала вся Европа.

При этом о сравнительных параметрах Красной армии умалчивалось. Информация подавалась так, чтобы у советских граждан, приученных не сильно любопытствовать, психологически складывалось мнение, что силы были неравными в пользу нападающих. Не было вопросов – не было и темы.

При Хрущеве, когда с его же подачи языки развязались, и подробностями стали интересоваться, была запущена версия, которая по сути своей звучит так: немцы во главе с Фюрером были умными, расчетливыми и качественно подготовленными. А советские Вани во главе с Вождем - дураками с кривыми руками и наивными мозгами, к войне не готовы. Такая версия была необходима для того, чтобы отреагировать на конкретные цифры о соотношении сил, свидетельствовавшие о многократном количественном превосходстве Красной армии перед Черной гитлеровской. Чтобы хоть как-то это объяснить, стрелку перевели на качество. И генералы с холуйными историками стали с жаром доказывать, что техника, дескать, по своему состоянию была сплошным хламом, горами бесполезного металла. Либо устаревшая, либо бракованная.

Что уже само собой характеризовало ее создателей как неумех и халтурщиков. Да к тому же досталась она дуракам-офицерам, которые, будучи запуганными сталинскими репрессиями 37-го года, из солдат формировали таких же безмозглых и затравленных пешек. Ну, а руководил и вдохновлял всю эту нелепую армаду злобный и близорукий тиран, который боялся Гитлера и позволил провести себя как инфантильного мальчишку.

В целом именно в таком виде концепт 22-го июня сохранился и существует до сих пор в официозе генералов и политиков-путиноидов, а также в умах основной массы обывателя, закомпастированных на всех уровнях – в семьях, школах, вузах, в лояльных СМИ и официозном искусстве.

СУВОРОВСКАЯ АТАКА

Конец перестройки и начало 90—х приоткрыло архивы и, главное, создали атмосферу, в которой нелепость чудовищных потерь и разгрома летом 41-го остроту вопросов к официальной версии только усилили. Взрывной успех Суворова/Резуна в этой атмосфере был обеспечен, во-первых, тем, что он всю эту лавину информации очень складно систематизировал и в чем-то дополнил. А, во-вторых, выдвинул версию, которая сняла львиную долю вопросов, разложив их по полочкам логики. Нелепости и идиотизмы обернулись толковостью и целесообразностью. А поведение Вождя и его полководцев, включая растерянность до состояния прострации в первые дни войны, стали понятны. Не удивительно, что книги «предателя Резуна» так резанули своим вызовом, что породили настоящее цунами возмущения не только в отечественной среде политиков и историков, но и на Западе, включая Германию. Читатель ОПЕШИЛ – вот, пожалуй, подходящее слово для выражения эмоциональной реакции на эту публикацию.

Сила эффекта усугублялась еще и тем, что ее хулители обрушились на автора с такой тупой и оголтело-ругательной критикой, что своими нападками только добавили интереса и симпатий к нему. Ибо когда на конкретные факты и цифры в ответ сыплются только оскорбления, начинающиеся с клейма «предатель», которое в их обойме является главным и по сути единственным аргументом, у читателя воленс/ноленс возникает раздражение в отношении разбушевавшихся «праведников». «Ледокол» не просто взломал устаканившуюся благодать единомыслия на основе теории «неготовности к войне», но и очень быстро повел за собой целую флотилию последователей и популяризаторов суворовщины: Игорь Бунич, Марк Солонин, Юрий Фельштиский, Александр Никонов, Ирина Павлова, Александр Гогун, Владимир Невежин, Михаил Мельтюхов ...это лишь малая толика наиболее известных их имен.

Популярности Суворова среди читательской массы способствует еще и моральная составляющая его писаний, которую он развил. В российском обществе, помешанном на скрепах и патриотизме, Суворов оказался, сам того не желая, по направлению ветра. Спрашивается, кто патриотичней выглядит? Какой-нибудь генерал Гареев, ратующий за версию отсталости Советского Союза от Германии в 41-ом и неготовности к войне. Или автор, который поет осанну Красной армии, ее техническому превосходству и намерению напасть на Гадину, чтобы избавить мир от нацисткой чумы? И вполне логично объясняет катастрофу 41-го по сути досадным тактическим просчетом.

Прошло уже почти тридцать лет, а страсти не стихают. Любопытно, что при этом Суворов лично так и остается в противоречивом облике классика и «предателя», «шпиона-бегуна». А вот его концепт – суворовщина - обрел собственное бытие. И оно удивительным образом адаптируется даже среди тех, кто автора не признает и порицает. Просто потому, что очень сложно, не противореча фактам и логике, оставаться в канонах «политики миролюбия» и «стратегии обороны». Почему войска стягивались к границам и близ нее строились аэродромы и склады с горючим? Почему воинские части располагались так, чтоб река была позади, а мосты и приграничная местность не минировалась? Почему штамповались столь многочисленные стада танков - главной приметы наступательной войны? Отчего не создавались эшелонированные системы оборонных укреплений?...Наконец, для каких нужд миллионными тиражами печатались солдатские немецко-русские, русско-румынские, русско-венгерские, русско-финские разговорники? И т.д. и т.п.

Не говоря уже о том, что вся патриотическая идеология тридцатых годов буквально пропитана теорией наступательной войны, квинтиссенцией которой стали знаменитый пропагандистский фильм и песня «Если завтра война»(1938).

В общем, суворовщина как бы полулегализовалась. В том смысле, что в результате информационно-логической дозы, которую ввел Суворов и «суворовцы», пришлось отказаться от мифа о «миролюбивой политике» Сталина и признать ее «агрессивной». А также под напором массива данных согласиться, что и количественно, и качественно Красная армия была в разы сильней германской.

И уже только за счет этого можно признать, что Суворов совершил настоящий переворот в истории 22 июня. Хотя сама его версия продолжает оставаться спорной.

Причем среди тех, кто ее категорически не приемлет, есть люди, не прислушаться к мнению которых не позволяет глубокое к ним уважение. Среди них, в частности, и Леонид Радзиховский.

СПОРНАЯ ЛОГИКА

Признаться, когда впервые натолкнулся на его высказывания в адрес суворовщины, был удивлен их страстностью, столь не свойственной этому вдумчивому и ироничному человеку.

Ход рассуждений Леонида коротко можно свести к следующему. Он не возражает, что в своем идеологическом пафосе Сталин был агрессивен. И милитаризация страны была главным его приоритетом. Но одно дело – готовиться к войне. И другое – ее начать. Для этого требуется план типа «Барбаросса», как у Гитлера. Но такого плана не было, во всяком случае – о нем не известно.

По версии Радзиховского, стратегически наступательная концепция войны была лишь брехней, военно-патриотическим пиаром для внутреннего пользования. На самом же деле Сталин Гитлера побаивался. И стремился не к экспансии, а наоборот – к Железному занавесу, к изоляции страны от чуждого, инородного Запада. Сталин действительно в 40 и 41 играл мышцами: стягивал войска, проводил наступательные маневры, говорил о готовности бить врага на его территории. Но на самом деле он лишь отпугивал, реагировал в ответку Берлину на его приготовления к нападению.

В подтверждение своей гипотезы Радзиховский ссылается на поведение Сталина после войны. Мол, если бы он стремился к завоеванию Европы, то влил бы ее Восточную часть в «семью советских народов». Но почему то ограничился лишь статусом сферы влияния. При этом оградился от Запада уже двумя железными занавесами, одним из которых – от Восточной Европы, куда советским людям запрещено было нос совать. В общем – та же последовательная самоизоляция.

Интересная версия. Вполне можно было бы ее принять с дипломатической неопределенностью – мол, имеет право на существование.

Вот только есть в этих суждениях важные неточности. Самая главная, пожалуй, это утверждение о том, будто не существует доказательств конкретных планов военного похода на Запад. На самом деле, они есть. В частности, еще в 1993 обнаружен и обнародован документ Генштаба за подписью Жукова и Василевского, адресованный Сталину, под названием «Соображения по плану стратегического разворачивания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками» (май,1941), в котором подробно – с адресами и сроками расписаны удары по главным и второстепенным направлениям. С тех пор количество их пополнилось. И в новейших исследованиях, например, у Солонина, Никонова («Бей первым») перечисляются уже с десяток такого рода документов с картами и перечислением дивизий с указаниями, откуда и куда они должны продвинуться. Расписано буквально по дням. Причем, составленные на протяжении примерно с октября 1940 по май 41-го, они имеют четко выраженную последовательность и преемственность.

По поводу их бытует мнение, что это, дескать, планы ответных ударов при условии, если немцы нападут первыми. Однако, военные эксперты на сей счет только пожимают плечами. Как можно обеспечить планы военных операций, которые будут проводиться после вражеского вторжения, непредсказуемого ни по конфигурации, ни по срокам, ни по мощи? Ведь оно сразу же поломает всю схему. И даже если врага удастся остановить, ответные наступательные операции будут осуществляться уже экспромтом – по ситуации. Ты хотел наступать из Прибалтики на Варшаву, а придется главный удар наносить где-нибудь из Белоруссии или Украины.

Если исходить из версии Радзиховского, что агрессия Сталина ограничивалась лишь риторикой. И нападать он не собирался. Спрашивается, для чего и для кого тогда его военные разрабатывали все эти планы? Ведь не для публики же! Неужто по собственной инициативе - вопреки воле Сталина? Хотели показать Вождю, какие они крутые. Допустим. Но такое они могли себе позволить лишь один раз. И получив хмурую усмешку в ответ, вряд ли отважились идти с подобными «авантюрами» снова и снова. Но когда они клепают, один за другим, с десяток аналогичных прожектов, иначе как обработкой одобренного Свыше не объяснишь.

Можно поспорить и на счет такого косвенного аргумента, как отказ от поглощения Восточной Европы после войны. По логике Радзиховского, Сталин должен был бы включить Польшу, ГДР, Венгрию...и дальше по списку в состав СССР. А почему, собственно? Управлять державой всепланетного масштаба – ох как непросто и накладно даже такому империалисту, как «Вождь всего прогрессивного человечества». А вот сковать их в едином блоке, в сфере абсолютного влияния – это возможно. Что и было сделано в форме Варшавского пакта. Он и обеспечил пространство красного цвета, которым мог бы завершиться Великий освободительный поход.

В сущности, он ведь и начался. Правда, лишь в одном фрагменте – в нападении на Финляндию 25 июня 41-го, когда в критические для СССР дни более 300 самолетов бомбили мирные финские города, включая Хельсинки, Турку, Котко. Тем самым, вынужденно заставив северного соседа вступить в войну и блокировать Ленинград. Увы, на основном направлении противник опередил.

В сущности, с отказом от насквозь фальшивого мифа о «миролюбии Сталина» и признанием «наступательного» концепта военной доктрины Москвы, спор перешел в новую плоскость. А именно – в гадания на предмет возможных дат начала Похода ( и тут работает старая версия о «неготовности» Сталина к войне, его стремлению оттянуть ее еще на какой-то период). И уж о вовсе абстрактных рассуждениях, при каких обстоятельствах и в каком виде могла последовать команда «Вперед!».

Характеризуя ситуацию вокруг 22 июня, Радзиховский по сути верно обозначил ситуацию неизбежности нападения одного из противников, когда с обеих сторон в течении нескольких месяцев идет концентрация гигантских военных ресурсов. По его логике, она ускорила решение Гитлера. Но тем самым, оставила открытым вопрос, а напал бы ли Сталин (и когда)? Предметом любых домыслов и спекуляций со смутной надеждой, что выплывут еще какие-то сверхтайные документы, чтобы поставить точку в споре.

Но этого может и не произойти. Либо документы уничтожены (ат), либо их еще очень долго не раскроют, либо их вообще нет, потому что конкретное решение было лишь высказано вслух, либо еще не высказано...В конце концов, за давностью лет увянет и интерес к этой теме. И вполне можно допустить, что через два-три поколения, когда люди совковой закалки окончательно выведутся, как мамонты, для молодежи война станет лишь рядовым фрагментом на бесконечной дистанции истории.

Да она и сегодня уже реагирует на все эти страсти совершенно индифферентно. Вроде некоего Сергея Шведова, который пишет Радзиховскому в ответку: « Меня этот спор не цепляет. Неинтересно. Знаю, что молодежь до 30 тоже - напрочь не волнует, не знает ни дат, ни фамилий военачальников. Волнует среднее/старшее поколение -как ЗАМЕНИТЕЛЬ политики. Бессмертный марш - ведь тоже заменитель реальных политических манифестаций. Будет в стране политика - все мгновенно забудут. Или на второй план уйдет.»

Российская газета

03.07.2021, 08:15

https://uctopuockon-pyc.livejournal.com/4596051.html
23 июня 2021, 11:10 71

Советские миниатюры предвоенной поры не предвещали ни взрывов, ни смертей, ни разрухи, ни всенародного горя.

Марки СССР, серия 1941, 23 января. Индустриализация в СССР, номер по каталогу №№ 780ГР, 781, 783-785, 786
Написать комментарий

Марки СССР, серия 1941, 23 января. Индустриализация в СССР, номер по каталогу №№ 780ГР, 781, 783-785, 786
Они «жили» обычной мирной жизнью: «работали», «занимались физкультурой и спортом», «отдыхали», «укрепляли оборону страны».

Марки СССР серия 1941, 22 февраля. 23-я годовщина Красной Армии номер по каталогу №№787,788,, 790,791,793,794
Написать комментарий

Марки СССР серия 1941, 22 февраля. 23-я годовщина Красной Армии номер по каталогу №№787,788,, 790,791,793,794
СССР марка 1941, 10 июля. 25-летие со дня смерти художника В.И.Сурикова "Суриков В.И., «Переход Суворова через Альпы»" номер по каталогу №812, номинал
СССР марка 1941, 10 июля. 25-летие со дня смерти художника В.И.Сурикова "Суриков В.И., «Переход Суворова через Альпы»" номер по каталогу №812, номинал

10 июля 1941 года печатная фабрика Гознака выпускает миниатюры… памяти художника Василия Сурикова серию к 25-летию со дня смерти художника В.И.Сурикова.

Вопрос о том знало ли наше высшее командование о нападении Германии на нашу страну, безусловно знало.

В день начала войны вспомним о Рихарде Зорге, который первым и с точностью до дня и часа предупредил о нападении Гитлера на СССР.
19 мая Зорге посылает тревожнейшую информацию о девяти армиях из 150 немецких дивизиях, сосредоточенных на польской границе. Данные получены в конфиденциальной беседе со специальным посланником из Берлина Нидамайером.

30 мая - еще одна радиограмма. В ней прямая ссылка на Отта, утверждающего, что война с Советским Союзом начнется во второй половине июня. И, когда эта дата проходит, на Зорге из Москвы сыплются упреки в паникерстве. Вносит свою важнейшую лепту и помощник японского премьера, многолетний соратник Зорге — Одзаки. Посол Японии в Германии был вызван к Гитлеру. Фюрер уведомил его:

мы нападем на Россию 22 июня без объявления войны.
Чтобы сообщить об этом Зорге как можно быстрее, осторожный советник принца Коноэ нарушает все правила конспирации. Всю ночь он простаивает около дома Зорге, ожидая Рихарда. Полиция не может не заметить странного поведения высокопоставленного сановника. И Зорге понимает, что его группа на грани провала. Под любыми предлогами надо бежать из страны.

Но разве можно подвести Родину? Кто сообщит ей важнейшую информацию, если не его, Рамзая, люди?
И 15 июня радист Макс Клаузен высылает еще одно грозное предупреждение:

Повторяю: 9 армий и 150 немецких дивизий совершат нападение на советскую границу 22 июня! Рамзай.
20 июня Зорге, прямо указав источник — посол Германии Отт, - даже позволил себе в радиограмме излишнюю эмоциональность: "Через два дня начнется война между СССР и Германией. Она неизбежна". Как правило, такие выводы Центром никогда не приветствуются. Долг разведчика - добывать информацию и сообщать. А выводы - за московским начальством.

Сразу после нападения Рамзай передает в Москву:

Выражаем наши наилучшие пожелания на трудные времена. Мы все здесь будем упорно выполнять нашу работу.
В этих сообщениях - все абсолютно точно. Кроме одного. Резидент больше не имел права подписываться собственным многолетним оперативным псевдонимом "Рамзай". Центр, крайне недовольный работой Зорге, в виде своеобразного наказания сменил полюбившееся Рихарду имя на безликое "Инсон". Ведь не зря Сталин продемонстрировал недоверие Зорге и его группе начальнику Разведуправления Красной Армии генералу Голикову, решившемуся потревожить спокойствие вождя щемящим душу докладом. На донесение от 31-го мая последовало сталинское, как у Константина Сергеевича Станиславского:

Не верю.
А сообщение, переданное с огромным риском радистом Максом Клаузеном за пять дней до войны, вызвало вспышку гнева:

Паникер!
Вспомнил ли вождь о предупреждениях Зорге и других, когда в 3 часа 15 минут 22 июня Георгий Жуков позвонил ему на ближнюю дачу в Кунцево и сообщил: немцы бомбят советские города? Вряд ли. Рвать волосы на голове было поздно.

Даже когда германская армия уже всей мощью обрушилась на советскую землю, в июле 1941 года печатная фабрика Гознака выпускает миниатюры… поэта Михаил Лермонтова.

Марки СССР 1941, 26 июля. 100-летие со дня смерти М.Ю.Лермонтова, номер по каталогу №817-818
Написать комментарий

Марки СССР 1941, 26 июля. 100-летие со дня смерти М.Ю.Лермонтова, номер по каталогу №817-818
Марки молчали почти два месяца, и только 12 августа 1941 года, когда гитлеровская армия уже захватила Белоруссию, большую часть Украины, Прибалтику и продолжала двигаться на Восток, трёхмиллионным тиражом издается первая советская марка «Будь героем!».

Марка СССР 1941-08-13 Будь героем! Напутствие матери сыну-солдату, номер по каталогу: №819A, Mi:SU 825C, Sg:SU 983, Zag:SU 726A, номинал — 30 коп.
Написать комментарий

Марка СССР 1941-08-13 Будь героем! Напутствие матери сыну-солдату, номер по каталогу: №819A, Mi:SU 825C, Sg:SU 983, Zag:SU 726A, номинал — 30 коп.
Источник: rg.ru, sachev.ru

В статье использованы марки из коллекции volynko

Библиотека им. Н.А. Некрасова

04.07.2021, 12:04

7ywZdC4iIOA
https://www.youtube.com/watch?v=7ywZdC4iIOA

Ирек Муртазин

06.07.2021, 09:34

https://irek-murtazin.livejournal.com/3068322.html
Пишет Ирек Муртазин (irek_murtazin)
2021-06-22 10:01:00

Сегодня 22 июня – день начала Великой Отечественной войны.

День памяти и скорби. Памяти о тех, кто ушел на войну и не вернулся, кто попал в оккупацию, в плен или в блокаду…

Брест

И день, когда снова и снова особенно болезненно возникает вопрос, как могло случиться такое, что страна, постоянно готовившаяся к войне, оказалась в первые же ее месяцы на грани полного разгрома. И ответа на этот вопрос нет до сих пор.

Каких только нет объяснений причин наших жесточайших военных поражений 41-го года.

Вначале это была официальная версия про внезапность: «Мы ничего не знали, нас застали врасплох».

Но вот цитата из совсем свежей публикации директора СВР Сергея Нарышкина:

«Первые сведения о появлении признаков военной угрозы со стороны Германии внешняя разведка получила летом 1932 года, за девять месяцев до прихода Гитлера к власти... Сведения о военных приготовлениях Германии к нападению на СССР шли в Центр из резидентур. С июля 1940 по июнь 1941 г. только внешняя разведка направила советскому руководству более 120 информационных сообщений».(отсюда)

Потом была версия о превосходстве противника в живой силе и технике. Но и это вранье.

На самом деле даже в 1941 году мы произвели танков в два раза больше, чем Германия, а в 1942 году — уже в шесть раз больше. (Не считая тысяч танков и самолетов, поставляемых союзниками.) За всю войну мы потеряли 100 тысяч танков. Закончили войну, имея 35 тысяч танков.

Итак, расклад сил к началу войны (все цифры — по данным ВНИИ документоведения и архивного дела):

Немецких танков — 4000. Наших — 14 000
Немецких самолетов — 5000. Наших — 10 000
Немецких орудий и минометов — 42 000. Наших — 59 000

Тем не менее 11 декабря 1941 года Гитлер заявил в рейхстаге, что с 22 июня по 1 декабря на Восточном фронте германские войска взяли в плен 3 806 860 советских солдат и офицеров.

отступление

Что же происходило, если только пленных за полгода — почти четыре миллиона?

Вот воспоминания Василия Ефимовича Субботина — участника и летописца штурма Берлина и рейхстага, автора всемирно известной книги «Как кончаются войны»:

«Связи с войсками не было, она сразу прервалась. Вот газета «Известия», письмо Марка Модестова, тоже танкиста, судя по всему, из комсостава. Он тоже встретил войну на западной границе, попал в окружение, в плен, в концлагеря. Модестов пишет: «Я видел в эти первые жуткие дни стреляющихся в висок командиров… В окружении, замкнутом пятью кольцами, нас непрерывно бомбили, но мы не видели ни одного своего самолета, который сбросил бы нам весточку: что нам делать, как поступить».

То есть тоже ждали приказа. Никакой приказ, если он и был, ни до кого не доходил. А самостоятельно, без приказа, командиры боялись хоть что-то сделать. И миллионы солдат отступали без боя.

А я уверен: если бы каждый командир приказал занять оборону, мы бы дали бой и не пустили немца так далеко. Брестская крепость целый месяц держалась! Сколько там немцев убили, какие силы она отвлекла! Потому что нашелся командир, который приказал: «Огонь по врагу!» И если бы нашлись везде такие командиры, каждый батальон мог стать Брестской крепостью. И не случилось бы того, что случилось, не откатился бы фронт до Днепра за какие-то две-три недели.

Что еще добавить? За десять дней отступления мы прошли три области — Львовскую, Тернопольскую и Хмельницкую. В Проскурове нас, танкистов, собрали, сформировали новую часть и эшелоном перебросили под Киев. И уже в те дни, может быть, в дороге или под Киевом, попалась мне газета с обращением Сталина: «Братья и сестры…»

С обращением к народу Сталин выступил 3 июля 1941 года. К этому моменту немцы взяли Минск....»
отсюда

А 39% россиян продолжают считать Сталина величайщим персонажем в истории человечества. Хотя именно на его совести не только репрессии, выкосившие перед войной решительных и бесстрашных командиров Красной Армии. Если бы к 1941 году во главе государства был более мудрый и менее маниакальный руководитель, глядишь и 22 июня 1941-го не было бы, и не было бы хаоса и растерянности, полной потери управления армией в первые недели войны...

Да, что там говорить, «сталинское наследие» мы до сих пор расхлебываем…. Хотя бы даже потому, что огромное количество россиян до сих пор никак не может выдавить из себя рабов….

Pantv

08.07.2021, 11:55

https://pantv.livejournal.com/3389363.html
ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА ГИТЛЕРА. Как страны Европы воевали против СССР во Вторую мировую войну

Jun. 22nd, 2021 at 11:00 AM

Нацисты в 1941 пришли завоевывать СССР не одни, а со всей Европой. Даже английское подразделение было в СС.
В каждой стране Европы население сопротивлялось нацизму меньше, чем добровольно воевало против СССР. Исключение лишь Югославия. С Советским Союзом воевало много иностранцев: румыны, итальянцы, венгры, испанцы. И все добровольно.

Европа против СССР

Альянс стран нацистского блока (стран «оси»), первоначально основанный на «Стальном пакте», а позже на Тройственном пакте, был по сути формальностью. Страны, подписавшие пакт, вступили в войну по своей инициативе: Третий рейх в 1939, Италия в 1940, Япония в 1937 против Китая и в 1941 против США, и не обязывались помогать друг другу. Однако, основные участники пакта всё же проводили обмен ресурсами и технологиями, а также в некоторой степени сотрудничали в плане совместного стратегического планирования.

Союзники-англичане сначала объявили войну Гитлеру, а потом год ждали пока Гитлер не наберет силу. После первых же боев на континенте они убрались на свой остров оперативно, бросая технику и вооружение, отбирая лодки даже у гражданских рыбаков - Дюнкеркская операция и английская операция "Динамо" 1940 года. Гитлер не стал их добивать.

https://pp.userapi.com/c844720/v844720956/5c782/E8EdsoFDlgk.jpg

Немцы быстро захватили Европу. Боевые потери Гитлера по захвату Европы были меньше чем он потерял в СССР за первые три месяца войны (около 800 000 солдат и офицеров), когда казалось бы сопротивления немцы не получали, а лишь двигались вперед.

Гитлер черпал ресурсы из всех стран континентальной Европы. Из европейских добровольцев формировались национальные добровольческие легионы. Затем их переформировали в части Ваффен СС.

Европа против СССР

Особенно много против СССР воевало французов, которых пропаганда Геббельса подавала, как романтиков, мечтающих с помошью Третьего рейха опять взять Москву. Французы были сразу же разбиты под Москвой, а вот испанская "Голубая Дивизия" показала себя вполне боеспособной. Использование национальных формирований приносила Третьему Рейху двойную пользу.

Во-первых это показывало общеевропейские усилие в "крестовом походе против коммунизма" и призывало другие страны поддерживать Германию. Немцы очень умело разжигали и использовали страх европейцев перед "Красной угрозой".

Во-вторых это помогало решить вопрос нехватки человеческих ресурсов. Это было особенно актуально во второй половине войны, когда Вермахт понес значительные потери.

Далее примерные цифры о том какие страны и как воевали за Гитлера.

ЧЕХОСЛОВАКИЯ

В 1938 году соотношение сил в немецкой и чехословацкой армиях было сопоставимо. Причем технически чехи были прекрасно оснащены: они обеспечивали 40 процентов мировой торговли оружием и военной техникой, а их танки были лучшими в Европе. И вот эта страна без единого писка сдается Гитлеру. Их предали союзники. Англичане и французы убедили не сопротивляться. Польша не разрешила войскам СССР поддержать Чехословакию.

itogi-munhenskogo-sgovora

Помимо трофеев, Германия получает в свое распоряжение огромные заводы: «Шкода», ЧКД, «Польди», «Зброевка». А покладистые чехи начинают прилежно работать на нацистов. Стрелковое оружие, бронетехника, самоходные орудия, самолеты чешского производства составляют, как минимум четверть всего вооружения фашистской армии. Плюс автомобили, боеприпасы и детали для ракет «Фау-2».

"Без чешской военной промышленности и чешских танков у нас не было бы четырех танковых дивизий, что сделало бы невозможным нападение на Советский Союз", - признавался подполковник танковых войск вермахта Гельмут Ритген.

Чехословакия во 2 мировой войне

За годы войны ни одной попытки крупного саботажа или вредительства! Наоборот, конструкторы модернизируют оружие и борются с австрийскими коллегами за право разработать и внедрить тягач-вездеход, предназначенный для непроходимых русских лесов и болот.

Около 10 000 танков, самоходок и базовых машин для их создания поставили Гитлеру Франция и Чехия. Союзники Третьего рейха - Италия и Венгрия дали вдвое меньше.

ФРАНЦИЯ

Франция оказалось записанной в антигитлеровскую коалицию спорно. Правительство Виши депортировало, как минимум 75 тысяч французских евреев в лагеря смерти, сотни тысяч французов воевали на стороне гитлеровской Германии против Советского Союза в качестве добровольцев.

Гитлеровская Франция

Почему нацисты так быстро Францию разбили

2 июля 1940 года, англичане атаковали французскую базу и потопили несколько французских кораблей. Цель, как ни странно, - переход французского флота под командование нацистов. Французы перейти на сторону Англии отказались.

Как англичане во 2 мировую войну с французами воевали

Экскурсоводы с гордостью рассказывают, что во время немецкой оккупации 1940 года привод лифта Эйфелевой башни сломался прямо перед приездом Адольфа Гитлера. Из-за войны восстановить привод было невозможно и французы этим очень гордятся. Они говорили, что Гитлер завоевал Францию, но не Эйфелеву башню.

При этом сотни тысяч рабочих французских фабрик, вплоть до 1944 года, безоговорочно трудились на германскую оборонную промышленность. Случаи саботажа были очень редкими.

За период с 1940 по 1944 годы Франция поставила Гитлеру 4 тысячи самолетов и 10 тысяч авиационных двигателей для нужд люфтваффе. Более 52 тысяч грузовых автомобилей, произведенных во Франции, составляли значительную часть автомобильного парка вермахта и войск СС. На французском побережье были в сжатые сроки построены защищенные секретные доки для ремонта подводных лодок.

О французском движении "Маки" пишут книги, снимают фильмы. Знаменитые французские партизаны. Только вот французами среди них было абсолютное меньшинство. Там были в основном русские эмигранты, алжирцы, армяне и даже немцы. Этнических французов в сопротивлении было меньше трети. Стали бы этнические французы создавать партизанские отряды с названиями "Донбасс", "Котовский" или "Сталинград"? Отрядом "Сталинград" командовал лейтенант Георгий Пономарев. Франция до сих пор помнит имена Георгия Китаева и Федора Кожемякина, Надежды Лисовец и других героических советских воинов. Подавляющую часть французского партизанского сопротивления составили советские военнопленные.

Гитлеровская Франция

Национальные похороны Филиппа Энрио, государственного секретаря по информации и пропаганде, выступавшего за всестороннее сотрудничество с оккупантами. 28 июня 1944 года Энрио был застрелен членами движения Сопротивления. Париж скорбит...

Европа против СССР

Легион французских добровольцев сражавшийся за Гитлера

Французские авиадвигатели стояли на немецком противотанковом штурмовике «Хеншель-129» и на транспортном самолете «Мессершмитт-323», поднимавшем в небо в семь раз больше груза, чем любые другие, он даже броневики перевозил. 750 из 894 двухкорпусных артиллерийских корректировщиков «Фокке-Вульф-189» - знаменитых «рам», доставивших немало хлопот нашим войскам, - сошли с конвейеров заводов в Бордо и Праге. Заводы «Пежо» и «Ситроен» также работали на гитлеровскую армию: тогда французский автопром был мощнее немецкого.

Мы многое слышали о 72 героях-летчиках из авиационного полка «Нормандия - Неман». И почти ничего о 200 000 французов-добровольцев, воевавших на стороне Гитлера.

Как французы с Гитлером воевали... вместе с ним или против, решайте сами...

НИДЕРЛАНДЫ

Сначала Нидерладны были нейтральной страной, но когда Гитлер их завоевал встали под знамена Гитлера. Из голландских добровольцев были созданы две дивизии войск СС (23-я и 34-я).

Защитить собственную страну у голландцев боевого духа не хватило, однако когда появились заманчивые перспективы получить земельные наделы на советской земле, голландцы проявили очень даже нехилую мотивацию. Если при защите родной Голландии от немецкого вторжения погибло 2890 голландских солдат, то только в СССР было взято в плен около 5000 голландцев.

Нидерланды против СССР

Американский историк Джордж Г. Стейн в своем исследовании "Ваффен СС” утверждает, что среди всех европейских стран Голландия дала наибольшее число желающих записаться в Ваффен СС. Голландцы хлынули в СС с таким энтузиазмом, что многим пришлось отказывать, и они шли в обычные армейские подразделения, а также на флот и в авиацию.

Европа против СССР

В апреле 1941 года был сформирован добровольческий полк СС «Нордвест», который в июле-сентябре 1941 года был преобразован в добровольческий легион СС «Нидерланды».

В январе 1942 года легион был отправлен на северный участок немецко-советского фронта, в район озера Ильмень, а затем под Ленинград. В мае 1943 года легион был переформирован в 4-ю добровольческую танково-гренадерскую бригаду СС «Недерланд», вновь воевавшую на Ленинградском фронте.

В декабре 1944 бригада переформирована в 23-ю добровольческую панцер-гренадерскую дивизию СС «Недерланд», которые с февраля 1945 года воевала против советских войск в Померании. 4 голландца, воевавших в составе этой дивизии, были награждены Рыцарским крестом.

Европа против СССР Нидерланды против СССР

В июне 1944 года голландцы воевали с таким остервенением в Эстонии, что сражение под Нарвой было навечно записано в "Книгу почета СС" как "Великая битва европейских СС".

В марте 1943 года была создана бригада «Ландшторм Недерланд», дислоцировавшаяся в Нидерландах. С осени 1944 года воевала против войск союзников в Бельгии. В феврале 1945 года она переформирована в 34-ю добровольческую гренадерскую дивизию СС «Ландшторм Недерланд» и воевала против войск союзников на территории Голландии.

Гитлеровцы планировали заселить Украину тремя миллионами голландских фермеров. Два образцовых мощных голландских хозяйства с местными батраками были созданы под Ровно и Вильнюсом. Все 800 уже переселившихся на Украину голландских сельских хозяев в мае 1943 года были объединены под крышей "Ostwerk Ukraine".

ИТАЛИЯ

Италия была союзником Германии и было бы странно, если бы они не воевали на фронте в России. Гитлер относился к итальянцам презрительно и высмеивал их военные успехи. Немцы считали себя в союзнических отношениях главными, с чем не мог смириться Бенито Муссолини. Ему очень не нравилось, что на фронтах, при совместных действиях, итальянскими военными часто командуют немецкие военачальники. Россель в Африке практически взял все командование на себя. Бенито Муссолини спускал на тормозах и так называемый "еврейский вопрос", что особо раздражало немецких союзников.

Гитлер и Муссолини

Первые итальянские экспедиционные войска прибыли в советский фронт в августе 1941 года. 8-я армия Италии с 1 апреля 1942 года «Экспедиционный итальянский корпус в России» (численность - 335 000 солдат). Летом 1942 года в СССР прибыло семь новых дивизий (4 пехотные и три альпийских).

Италия в войне против СССР

В 1941—1942 годах они участвовали в захвате Украины, в боях на Дону. С августа 1942 года участвовали в битве за Сталинград, где и были разгромлены. Уцелевшие остатки 8-й итальянской армии были возвращены в Италию весной 1943 года.

К началу войны итальянцами были сформированы и две ливийские колониальные дивизии - легковооружённые соединения по 7000 человек. Они были разбиты в первый же год войны, но отдельные колониальные подразделения принимали участие в патрулировании южных границ Ливии вплоть до завершения Африканской кампании.

АЛБАНИЯ

В мае 1944 года из албанцев была сформирована дивизия СС «Скандербег», ядром которой стал албанский батальон 13-ой дивизии СС «Ханджар». Вначале она была размещена в Косово, затем переведена в Сербию. А в конце декабря 1944 года – в Хорватию. Но против СССР они не воевали. Эта дивизия прославилось в основном расправами с мирным населением различных областей Югославии.

1 сентября 1944 года некоторые подразделения этой дивизии, размещенные в Тетово и Гостиварепереобулись и перебили всех немецких офицеров.

Албания во 2 мировой войне

В результате эта дивизия (численность которой доходила до 7 тысяч человек) считается худшей из всех коллаборационистских соединений. Ни один из её военнослужащих не был награжден Железным Крестом. Но зато у албанцев дивизии «Скандербег» хорошо получалось уничтожать безоружных сербов и евреев.

ХОРВАТИЯ

Хорватия была союзником Германии. Часть формирований армии НГХ была отправлена на Восточный фронт в составе армии Третьего рейха, другая часть оставалась на Балканах, где вела противопартизанские действия.

Хорватия в войне против СССР

За Гитлера сражались три дивизии вермахта укомплектованные хорватами, и две дивизии войск СС, укомплектованные мусульманами. В формированиях вермахта и СС, укомплектованных хорватами боснийскими мусульманами, служило более 113 000 солдат и офицеров.

Европа против СССР

По оценкам О. В. Романько, хорваты показали себя лучше, чем другие национальные формирования Третьего рейха. Всего в боях погибло более 14 000 хорватов и боснийских мусульман, служивших в вермахте и войсках СС

НОРВЕГИЯ

Добровольческий легион «Норвегия». Среди норвежцев ходило противоречивое мнение относительно войны с СССР. Это понятно, ведь Норвегия не имела общих границ с Советским Союзом, и опасности он для неё не представлял. Однако несмотря на это, в норвежских городах открывались пункты вербовки, и число добровольцев росло. Добровольческий легион «Норвегия» к октябрю 1941 года насчитывал 2 тысячи человек.

Европа против СССР

Легион был отправлен на Ленинградский фронт, где в принимал участие в полноценных боевых действиях. В ходе боев у Красного Села и Красного Бора, легион понес тяжелые потери, и к февралю 1943 насчитывал всего 800 человек.

После этого, легион отправили в отпуск в Норвегию ,а затем расформировали. Члены легиона и другие норвежцы воевали в составе полицейских рот, либо в составе других дивизий Ваффен СС.

БРИТАНИЯ

Несмотря на то, что Британия была врагом Третьего Рейха, это не помешало Гитлеру собрать под своими знаменами и некоторую часть британских подданных. Руководство Рейха изначально не рассматривало такой вариант, однако инициатором стал Джон Амери — сын бывшего английского министра по делам Индии, занимавший радикальную антибольшевистскую позицию.

Британия против СССР

Он создал "антибольшевистскую лигу", и после долгих споров с немцами получил разрешение на посещение лагерей военнопленных для вербовки солдат. Это формирование получило название «Особое соединение 999» . А в январе 1944 года, «Британский добровольческий корпус» был официально зарегистрирован в документах Ваффен СС.

Изначально планировалось увеличить численность корпуса до 500 человек, однако военные неудачи Германии остановили эту затею. Осенью 1944 корпус был передан в состав III танкового корпуса СС. А с началом штурма Берлина, большая часть англичан пошла на прорыв с целью сдачи союзникам.

ДАНИЯ

В июле 1941 года первые датчане отправились в Германию на обучение. Добровольческий корпус «Дания» , к августу 1941 года насчитывал почти 500 человек. А уже к концу 1941 года, корпус насчитывал более тысячи человек. После прохождения обучения, 8 мая 1942 года, корпус был отправлен на помощь Группе Армий "Север" (видимо немцы учли климатические условия скандинавов).

Европа против СССР

Добровольческий корпус «Дания» отличился своей боеспособностью. Он сражался севернее и южнее Демянских укреплений , а чуть позже отбивал атаки РККА с поддержкой авиации. К концу лета 1942 батальон потерял 3/4 своего личного состава и был отправлен в Данию. Чуть позже он был собран вновь в составе 1-й пехотной бригады СС.

В 1943 году множество датчан вступило в дивизию «Нордланд» . Её численность на момент 1944 года составляла 9 тыс. человек. Помимо датчан, в ней служили немцы и белоэмигранты. Большую часть времени дивизия сражалась на Восточном фронте и была разгромлена в мае 1945 года.

ФИНЛЯНДИЯ

Большую часть времени Финляндия воевала за Гитлера, пытаясь взять реванш и вернуть потерянные по итогам Советско-финской войны. Нацистский вождь обещал поддержку Финляндии и присоединение всей Карелии и Карельского перешейка до Невы.

Финляндия против СССР

В кампанию 1941 года только убитыми финская армия потеряла 21 тыс. человек – на две тысячи больше, чем в Зимнюю войну. После захвата города Повенец – крайнего пункта Беломорско-Балтийского канала – в декабре 1941 года финская армия была вынуждена повсеместно перейти к обороне и провести частичную демобилизацию, иначе страну ожидал бы коллапс.

В Великую Отечественную войну погибло около 60 тысяч финнов.

ШВЕЦИЯ

Официально Швеция придерживалась нейтралитета, поэтому участвовать в войне на стороне других стран могли только добровольцы. Корпус насчитывал 9640 добровольцев. Добровольцы принимали участие в боях в районе Салла с 28 февраля 1940 года. В ходе боёв корпус потерял 33 погибшими, 10 пропавшими без вести, 50 ранеными и 130 обмороженных. 19-й авиационный полк ВВС Финляндии состоял из шведов. Зенитная батарея шведских добровольцев защищала Турку.

Шведские добровольцы

Вербовка добровольцев велась открыто и шведское правительство якобы никакого официального участия не принимало. Всего было открыто 125 пунктов.

К концу войны добровольческий корпус состоял из 8 260 шведов, 725 норвежцев и 600 датчан. Добровольцы продемонстрировали скандинавское единство, поэтому своим знаком отличия выбрали «четыре братские руки», олицетворяющем Финляндию, Швецию, Норвегию и Данию.

ИСПАНИЯ

Испания официально не участвовала во Второй мировой войне. Однако почти 20 000 добровольцев из Испании, формально соблюдавшей нейтралитет, воевали на стороне ГИТЛЕРА. Специально для них была изготовлена медаль, которую ветераны продолжали носить после войны.

Испанские добровольцы из "Голубой дивизии".

Fotografía de la bandera española presidiendo un acto de la División Azul

В период с 24 июня 1941 по 10 октября 1943 года дивизия принимала участие в осаде Ленинграда, в том числе, в обеих Тихвинских операциях, оборонительной и наступательной, операции «Полярная Звезда» и Красноборской операции. Всего на Восточном фронте служило около 45 000 испанцев.

БОЛГАРИЯ

Болгария была союзником Германии и в 1 мировой войне, а 1 марта 1941 она присоединилось к нацистким "силам оси". Справедливости ради, надо отметить что в болгары в основной массе категорически отказались воевать на Восточном фронте. Не смотря на уговоры правительства набралось лишь несколько сот добровольцев. Формально не воюя напрямую против СССР, болгарские военные входили в состав конвоев немецких и румынских транспортов в Чёрном море. Со своей стороны, подводные лодки советского Черноморского флота активно действовали вблизи берегов Болгарии. Они ставили минные заграждения у болгарских портов Варна и Бургас, вели разведку, при случае атаковали конвои. Уже в 1941 году произошёл ряд столкновений, в которых приняли участие болгарский флот и авиация.

Болгария во 2 мировой войне

Болгарские самолёты береговой охраны пять раз атаковали обнаруженные ими советские подводные лодки, но лишь один раз попали в цель, причём факт потопления находится под вопросом. Достоверно известно, что в болгарских территориальных водах на минах подорвались две советские подлодки. А 6 декабря 1941 г. в районе Бургаса болгарские сторожевые катера вывели из строя советскую субмарину Щ-204. На советских минах подорвался болгарский транспорт «Шипка».

В сентябре 1944 г. на территории Болгарии советские войска потеряли 977 военнослужащих, в их числе были как погибшие в боях, так и умершие от ранений и болезней.

ВЕНГРИЯ

В 1935 году была основана венгерская фашистская партия «Скрещённые стрелы». В 1940 году было заключено соглашение, согласно которому сырьё Венгрии, в том числе стратегическое, обменивалось на немецкое оружие и боеприпасы.

К 22 июня 1941 года (начало Великой Отечественной войны) вооружённые силы Венгрии насчитывали три полевые армии и отдельный корпус, 27 пехотных, 2 моторизованные, 2 егерские, 2 кавалерийские и 1 горнострелковую бригаду, в составе военно-воздушных сил (5 авиаполков, 1 дивизион дальней авиационной разведки) имелось 269 боевых самолётов. Венгрия объявила войну СССР 27 июня 1941 года.

Венгрия во 2 мировой войне

На советско-германском фронте воевало 4 дивизии СС, сформированные из венгерских граждан: 25-я добровольческая пехотная дивизия СС «Хуньяди» (1-я венгерская), 26-я добровольческая пехотная дивизия СС (2-я венгерская), 22-я добровольческая кавалерийская дивизия СС «Мария Терезия», 33-я добровольческая кавалерийская дивизия СС (3-я венгерская).

Венгры были очень жестокими по отношению к мирному населению, об их зверствах ходили легенды. Венгров даже часто в плен не брали, расстреливая на месте.

Европа против СССР

Венгры «отличились» рядом зверств в Черниговщине, Брянщине и под Воронежом, где венгерские солдаты благодарили «бога» в том, что могут участвовать в уничтожении «славянской и еврейской заразы» и без жалости убивали стариков, женщин и детей. В схожих зверствах венгры отметились и в оккупированных землях Югославии. В сербской Воеводине солдаты Сегедского корпуса генерала Фекетхалми (будущий глава генштаба венгерской армии) учинили бойню. Сербов и евреев даже не расстреливали, а топили в Дунае и рубили топорами.

1280px-Romanian soldiers on eastern front 1941

На советско-германском фронте погибло 295 300 венгерских солдат. Санитарные потери венгерских войск на советско-германском фронте составили 489 000 человек (в том числе: с июля 1941 по декабрь 1943 — 98 200 человек, за 1944 год — 180 600 человек, за 1945 — 210 200 человек).

В СССР было зарегистрировано 513 767 венгерских военнопленных (49 генералов, 15 969 офицеров, 497 749 унтер-офицеров и рядовых).

РУМЫНИЯ

Румынские войска принимали участие в боях на Восточном фронте вместе с германскими. 7 декабря 1941 г. Румынские националисты пытались восстановить Великую Румынию. Им обещали большую часть Украины. В 1944 году театр военных действий переместился в Румынию, после чего страна лихо переобулась на лету и вошла в антигитлеровскую коалицию.

Европа против СССР
Румынско-германские войска 22 июня 1941 года на реке Прут.

Европа против СССР

ПОЛЬША

Поляки привлекались для службы в иных вооружённых, охранно-полицейских и военизированных формированиях Третьего рейха, в том числе. По неполным данным, только советскими войсками было взято в плен 60272 военнослужащих вермахта — поляков по национальности В послании британскому парламенту было отмечено, что среди военнослужащих вермахта, которых британские войска взяли в плен в северо-западной Европе, 68 693 являлись поляками.

польские солдаты в плену у англичан
Поляки из подразделения вермахта, попавшие в плен в районе Монте-Кассино. Они были призваны в немецкую армию в Силезии и направлены на службу в Италию. 1944 г.

Осенью 1939 г. немцы приступили к формированию польской вспомогательной полиции - «Польской полиции Генерал-губернаторства» (Polnische Polizei im Generalgouvernement). В её ряды брали бывших полицейских Польской республики. К февралю 1940 г. польская полиция насчитывала 8,7 тыс. человек, в 1943 г. – 16 тыс. человек.

На заключительном этапе войны в состав войск СС была принята так называемая Свентокшиская бригада или «бригада Святого Креста», сформированная из польских нацистов, придерживавшихся радикальных антикоммунистических и антисемитских взглядов, и принимавших участие в геноциде евреев. Её командиром был полковник Антоний Шацкий.

Про польских партизан. Руководство антифашистской Армии крайова стремилось подчинить себе всю деятельность антифашистского движения Сопротивления. При этом, в отличие от Армии Людовой, руководство АК выступало за проведение политики ожидания взаимного истощения сил Германии и СССР и ограничения боевой и диверсионной деятельности против немецких сил в Польше (а снижение активности партизан соответствовало немецким интересам). Армия Крайова передала в подчинение немецкому командованию «3-ю польскую партизанскую бригаду». Получив от немцев карты и разведданные, бригада, по приказу немецкого командования, атаковала белорусских партизан.

Польша во 2 мировой войне
Польская полиция генерал-губернаторства Третьего рейха. 1941 г.

Поляки использоваплись в заводской и железнодорожной охране. Кроме того поляки боролись с отрядами УПА. Также польские полицейские батальоны взаимодействовали с польскими отрядами самообороны и участвовали в карательных операциях против западноукраинского населения.

Воевали за Гитлера и русские. Власовцы - предатели, но были и идейные борцы - бывшие белогвардейцы и дворяне, что покинули Россию после победы большевиков. Но и эти люди были обмануты Гитлером и полагали, что они воюют с большевизмом. Многие из них уже в ходе боевых действий осознали какая война ведется, некоторые даже переходили на сторону СССР, но судьба их ждала незавидная.

Польша во 2 мировой войне

Русский Корпус. Им командовал Борис Александрович Штейфон, выпускник Чугуевского военного училища. Он прошел все войны Российской Империи 20 века - русско-японскую и Первую Мировую.

Европа против СССР

Щеголял в звании Группенфюрера СС и Андрей Григорьевич Шкуро. Шкуро в это время был уже стариком, и не каких военных действий не предпринимал. Но это не спасло его от смерти. Вместе с Красновым и другими он был казнен зимой 1947 года.

Основной задачей подразделения была охрана железнодорожных узлов немцев и борьба с партизанами Тито. В конце войны Русскому Корпусу удалось даже повоевать с частями Красной Армии.

Европа против СССР

Были в составе Вермахта и казачьи войска. После войны казаки сдадутся англичанам, а они их разоружат и выдадут Сталину. При этом фашистов военных преступников и ученых нацистов они никуда не отправляли и не выдавали.

казаки во 2 мировой войне

Несмотря на количество разных иностранных формирований, они не принесли того успеха, на который рассчитывал Гитлер.
Вступление на службу в Ваффен СС не стало массовым, чему способствовали вести с фронта, где СССР успешно противостоял Гитлеру.

Европа против СССР

И про помощь от союзников. Хочу напомнить что активно помогать они стали лишь после победы под Москвой. До этого США помогало только Гитлеру поставками топлива через Канаду, а Англия как могла отбивалась от атак Люфтваффе и вела войну на морских просторах с переменным успехом...

Сергей Варшавчик

09.07.2021, 09:00

https://warsh.livejournal.com/10443226.html
2021-06-22 11:28:00

Это был мощнейший просчет политического руководства страны. За который пришлось платить колоссальную цену в почти 27 миллионов человеческих жизней.

"Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории. Это неслыханное нападение на нашу страну является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора", - сообщил 80 лет назад ошеломленному народу нарком иностранных дел Вячеслав Молотов.

В победном 1945-м Сталин поднял тост за русский народ: "У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941-42 годах, когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Какой-нибудь другой народ мог сказать: вы не оправдали наших надежд, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Это могло случиться, имейте в виду. Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой.

Но русский народ на это не пошёл, русский народ не пошёл на компромисс, он оказал безграничное доверие нашему правительству. Повторяю, у нас были ошибки, первые два года наша армия вынуждена была отступать, выходило так, что не овладели событиями, не совладали с создавшимся положением. Однако русский народ верил, терпел, выжидал и надеялся, что мы всё-таки с событиями справимся. Вот за это доверие нашему правительству, которое русский народ нам оказал, спасибо ему великое! За здоровье русского народа!"

По данным свежих соцопросов, Сталин возглавил пятерку «самых выдающихся людей всех времен и народов» — за него проголосовали 39% россиян. Причем, лучший друг физкультурников является бессменным лидером с 2012 года. На втором месте рейтинга расположился Владимир Ленин (30%), на третьем — Александр Пушкин (23%).

Страна невыученных уроков?

Даниил Денисов

10.07.2021, 06:01

https://interaffairs.ru/news/show/30525
09:14 21.06.2021 • Автор, журналист

На днях немецкая газета Die Welt в своём материале поведала об ошибке, которая привела нацистскую Германию к поражению в войне с Советским Союзом. По мнению издания, верхушка рейха переоценила быстрые победы вермахта в Европе. Быстрый разгром Франции, Норвегии, Югославии и Польши породил в Германии уверенность в том, что блицкриг возможен и в СССР.

«Вожди рейха были уверены, что обладают единственно верным рецептом для ведения блицкрига по всему миру», - говорится в статьеDie Welt, где рассказывается, что политическое руководство Германии перед нападением на Советский Союз находилось под властью самовнушения и переоценки своих сил.

В качестве обоснованя решения о военной компании Третьего рейха против СССР немецкое издание не особо углубляется в исторические факты безумных гитлеровских планов и предпосылок начала захватнической войны. В своей статье автор вдруг проводит мысль, что одной из главных ошибок стала ни много, ни мало, но… премьера вышедшего в феврале 1941 года пропагандистского фильма «Победа на Западе». «Колоссальное воздействие» на немецких зрителей этой картины, а также её неверная интерпретация и сыграли, по мнению газеты из ФРГ, «одними из причин катастрофы похода на восток».

Окончательное решение о нападении на СССР было принято руководством нацистской Германии ещё за полгода до 22 июня 1941 года, и, конечно же, не под воздействием художественных картин или геббельсовских пропагандистских речей.

В средине декабря 1940 года Гитлер подписал директиву №21 – документ, в котором излагался план немецкого военного вторжения на территорию Советского Союза. Операция получила кодовое название «Барбаросса», в честь носившего это прозвище императора Священной Римской империи Фридриха I Штауфена.

Документы подтверждают, что у этого плана первоначально были рабочие названия «Фриц», «Предприятие» и «план Отто», но фюрер счёл такие вариации не столь пафосными для «великих завоеваний». Барбаросса – германский король и император, живший в XII веке, за годы своего правления знавал моменты триумфа - взятие и разрушение Милана, к примеру. Впрочем, его же громила Ломбардская лига. Закончил свой жизненный путь Барбаросса совсем уж как-то не героически. Он утонул по пути в Палестину при переправе через небольшую речушку, после чего участие немецкого контингента в III Крестовом походе просто стало забываться потомками.

Вероятно, афоризм - «как корабль назовёшь, так он и поплывёт» - не был знаком генерал-лейтенанту Фридриху Паулюсу, который являлся главным разработчиком плана «Барбаросса» с 21 июля по 18 декабря 1940 года, когда Гитлер утвердил этот документ.

С 21 июля 1940 года германское Верховное командование сухопутных войск (ОКХ) начало готовить войну на востоке, отложив план захвата Британских островов. 31 января 1941 года гитлеровская Верховная ставка издала «Директиву по сосредоточению войск». Этим документом была сформулирована основная стратегическая идея «Барбароссы»: «Расколоть фронт главных сил русской армии, сосредоточенных в западной части России, быстрыми и глубокими ударами мощных подвижных группировок севернее и южнее Припятских болот и, используя этот прорыв, уничтожить разобщенные группировки вражеских войск».

В задачу группы армий «Юг» входил захват Киева, контоль над территорией Украины с выходом на рубеж Днепра. Группа армий «Центр», наиболее мощная и подготовленная, должна была нанести удар в направлении Смоленска и выдвинуться на Москву. Группе армий «Север» ставилась задача атаковать Прибалтику и овладеть Ленинградом. Эти три немецкие группировки, состоящие из 157-и полностью укомплектованных дивизий, 12-и бригад общим числом до пяти миллионов солдат, поддерживались с двух сторон войсками Финляндии и Румынии. Финны организоввывали наступление на Карельском перешейке и, если возникнет необходимость, к востоку от Ладожского озера. Румынским войскам предписывалось поддержать наступление группы «Юг» и охранять тыл. По расчётам, на линию Архангельск – Астрахань немецкие войска должны были выйти всего за 4 месяца.

Ликвидация основной части населения СССР было главной составной частью «Барбароссы». На первом этапе войны в ведомствах Гиммлера и Гейдриха согласовывались планы по физическому уничтожению 30 миллионов славян. К этой программе руководство нацистов рассчитывало активно подключать и вермахт.

«В войсках должна быть ясность, что предстоящая война – это борьба одной расы против другой, и здесь надо действовать с необходимой жестокостью», - писал в своём меморандуме для армии главнокомандующий сухопутными войсками вермахта фельдмаршал фон Браухич.

Задачи ставились амбициозные, самоуверенные и бесчеловечные. Главная ставка Гитлера предписывала в качестве блицкрига по операции «Барбаросса» военно-воздушным силам Германии уничтожить советскую авиацию, завоевать господство в воздухе, нарушить железнодорожные и автодорожные перевозки. Военно-морскому флоту предстояло нейтрализовать советский флот на Балтийском море, охранять транспорты с железной рудой, идущие из Швеции, и обеспечить морские перевозки на Балтике для снабжения действующих немецких соединений. Особые функции возлагались на спецподразделения СС и Службы безопасности. Перед ними была, кроме всех прочих, поставлена задача уничтожения еврейства как «биологических носителей большевизма». Наиболее благоприятным для ведения войны против СССР считался период с середины мая до середины октября.

2 мая 1941 года, в секретном документе руководства рейха о результатах обсуждения плана «Барбаросса», первые абзацы гласят, что все вооруженные силы будут снабжаться исключительно продовольствием из России. При этом «несомненно, что если мы вывезем из этой страны всё то, что для нас необходимо, многие миллионы людей России будут обречены на голодную смерть». Педантично был разработан для этих целей вспомогательный «Барбароссе» так называемый «План голода», один из разработчиков которого некий Герберт Бакке утверждал: «Нищета, голод и лишения – удел русского человека». Другие директивы и приказы, дополнявшие «Барбароссу», в частности план «Ост», признавали допустимыми и необходимыми военные преступления против граждан СССР.

Предписывалось тотальное уничтожение, кроме евреев, пленных политработников, коммунистов, цыган и партизан.

Военно-юридические основания для реализации плана «Барбаросса» были собраны и изложены в «Законе о комиссарах», который был секретно представлен 12 мая 1941 года. Военнослужащие вермахта освобождались от ответственности за убийства мирных граждан, расстрелы без суда и следствия, захват заложников и «разбирательство с ними на месте» при помощи оружия на оккупированных территориях Советского Союза.

Начало операции «Барбаросса» было намечено на 15 мая, но затем из-за наступления вермахта против Сербии и Греции на Балканах этот срок был перенесён на 22 июня…

За 4 дня до этого в войска поступил условный сигнал "Дортмунд", после чего задачи были поставлены командирам до полковых включительно, и в тайну оказались посвящены несколько тысяч человек. Солдатам приказ фюрера зачитали перед строем в 13:00 21 июня. Запылал кровавый смерч «Барбароссы».

22 июня в 5 часов 30 минут, то есть спустя два часа после начала артиллерийского обстрела приграничных советских территорий, по радио зазвучали «русские фанфары» из «Прелюдий» композитора Франца Листа. Геббельс зачитал написанное ранее обращение Гитлера.

В этом обращении безумный фюрер еще раз подчеркнул, что он намерен покончить с еврейскими правителями «в их московских большевистских штаб-квартирах». В несколько измененном виде это обращение было также зачитано и для тех солдат вермахта, которые уже входили на территорию Советского Союза.

«Надо только пнуть в парадную дверь, и все гнилое русское строение рухнет вниз” – самодовольно заявил Гитлер через несколько дней после начала боевых действий.

Поначалу результаты немецкого наступления были тяжелыми для советских войск – за неделю боевых действий были обескровлены 15 советских дивизий. Немецкие войска продвинулись к Москве на 300 километров. Группой армий «Север» были захвачены столица Латвии Рига. Лишь на юге армии незначительно продвинулись в направлении Львова.

В течение первых месяцев войны Советский Союз потерял около 72% всех своих танков, 34% военных самолётов, 56% стрелкового оружия, 69% противотанковых орудий, 59% артиллерийских орудий и миномётов. К началу битвы за Москву советские войска только пленными потеряли 1.8 миллиона солдат и офицеров.

Однако, самоотверженное и ожесточенное сопротивление Красной армии, большая растянутость фронта и партизанская война в тылу, привели к решению Гитлера развернуть основную силу удара на юг. Уже 21 августа 1941 года Гитлер издал новую директиву, в которой говорилось, что важнейшей задачей до наступления зимы является не захват Москвы, а взятие Крыма, промышленных и угольных районов на Украине, а также блокирование путей поставок нефти для Красной армии с Кавказа.

К этому времени в СССР было мобилизовано в армию 5.3 миллиона человек. План «Барбаросса», предусматривающий стремительный марш на Москву, затрещал по швам. Часть войск группы армий «Центр» была переброшена на помощь группе армий «Юг» для достижения стратегического перевеса на Украине. В результате наступление на Москву началось только в сентябре. Время было упущено, и впереди намечалась русская зима. Вермахт не был оснащен для зимних холодов, которые в 1941-1942 годах были особенно суровы. К октябрю блицкриг потерял свой наступательный порыв и изначальную мощь. РККА смогла невероятными усилиями стабилизировать линию фронта и дать сильный отпор, на который немцы никак не рассчитывали.

Немецкое командование утратило контроль над ходом военных действий, Красная армия начала вести умелые контрнаступления, и план «Барбаросса» оказался неосуществимым. На подходах к Москве, когда по планам Гитлера этого города уже не должно было быть на карте, немецкие войска перестали быть такими «непобедимыми», как прежде в Европе. То же произошло и под Ленинградом, который не был уничтожен с воздуха, взят в блокаду, но не сдался нацистам.

Осознание уже в ноябре 1941 года краха в войне против СССР отражено в телеграмме рейхминистра вооружения и боеприпасов Фрица Тодта в адрес «великого фюрера германской нации»: «Войну против СССР следует прекратить, поскольку в военном и экономическом отношении Германия её уже проиграла».

Компания 1941 года окончилась поражением немцев на центральном участке советско-германского фронта под Москвой, под Тихвином на северном фланге, и под Ростовом на южном направлении. Провал операции «Барбаросса» явился поворотным моментом Великой Отечественной войны.

Известна участь и всех фигурантов, стоявших у истоков «Барбароссы», и всех исполнителей, и судьба самого плана этой операции.

Впереди был Сталинград, Курская дуга, изгнание захватчиков с территории СССР, блестящие победы Красной армии, освобождение Европы от нацистов, сокрушительное поражение Германии.

Увидеть «План «Барбаросса» руководители СССР смогли лишь после войны. Он существовал всего в девяти экземплярах, шесть из которых находились до конца войны в личном сейфе главного виновника в неисчеслимых трагедяих, которые выпали на долю нашего народа со дня 22 июня 1941 года.

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

Russia Today

11.07.2021, 07:21

anQ0v1gWdok
https://www.youtube.com/watch?v=anQ0v1gWdok

Фукидид

12.07.2021, 08:32

https://colonelcassad.livejournal.com/6858196.html
2021-06-22 06:16:00 25956
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История

К 80-й годовщине со дня нападения нацистской Германии на СССР МО РФ опубликовало подборку архивных документов посвященных началу Великой Отечественной Войны.

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Полностью со всеми опубликованными документами можно по ссылке http://80yearsofwar.mil.ru/#!/tab/327638709-1

Humus

13.07.2021, 06:57

https://humus.livejournal.com/7838412.html
Пишет хумус (humus)
2021-06-22 06:01:00 1091
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
Германия в 1938. Судетский кризис. Вып.1
1
1
ДАТЬ 10 ЖЕТОНОВ
0

[прошлые выпуски]

01. 25 мая. Похороны двух судетских немцев, которые были застрелены чешской полицией после того, как полиция попыталась остановить их на контрольно-пропускном пункте в Эгере

02. 10 августа. Митинг германо-судетской партии

03. Август. Вход в Народный дом Чешской социал-демократической партии в Хебе подорван генлейновцами

04. Пистолеты-пулеметы немецкого производства, конфискованные чешскими властями у генлейновцев (сторонников судетского немецкого политика Конрада Генлейна) во время их восстания в Судетской области

05. Оружие немецкого производства, конфискованное чешскими властями у генлейновцев (сторонников судетского немецкого политика Конрада Генлейна) во время их восстания в Судетской области

06. 10 сентября. Конрад Генлейн, лидер партии судетских немцев, в своем офисе в Аше

07. 12 сентября. Глава округа Беркель и судетско-немецкий политик Конрад Генлейн на параде

08. 13 сентября. Постановление правительства Чехословакии о внесудебных расправах с мятежниками после восстания судетских немцев

09. 14 сентября. После отклонения Прагой ультиматума судетских немцев чешские войска роют окопы у немецкой границы

10. 14 сентября. Чехословацкие броневики едут в приграничные районы

11. 14 сентября. «Чехословацкий солдат, готовый, как тысячи его товарищей, защитить свою страну, если возникнет необходимость, поскольку кризис из-за судетских немцев неуклонно приближается к своей кульминации»

12. 14 сентября. «Чехословацкие войска в полном военном снаряжении готовы выступить из гарнизона недалеко от Праги, чтобы защитить свою страну, если возникнет необходимость, поскольку кризис из-за судетских немцев неуклонно приближается к своей кульминации»

13. 16 сентября. « Глубокая скорбь на лице матери из Судетской области. Она должна была бросить все и могла только спасти себя и своего ребенка. Беспокойство за своего мужа и других своих родственников видно на ее лице»

14. 17 сентября. Судетские немцы-беженцы из Чехословакии, прибывшие в лагерь беженцев в Августусбурге

15. 18 сентября. Семья судетских немцев регистрируюется в лагере беженцев после того, как они воссоединились в Баеренштайне

16. 19 сентября. «На центральном вокзале Дрездена прибывающие беженцы из Судетских немцев получают теплый чай и свежий хлеб»

17. 20 сентября. Эдуард Даладье, премьер-министр Франции с членами французского кабинета министров после встречи по вопросу передачи территории Судет

18. 21 сентября. «После волнений в Судетах многие беженцы, подобные этим, пересекли границу с Германией. На снимках беженцам дают хлеб и колбасу в Дрездене»

19. 22 сентября. «В лагере Судетско-немецкого добровольческого корпуса»

20. 22 сентября. Судетская немка толкает коляску со своими сыновьями-близнецами в деревне Фридланд после побега из своего дома в Судетской области

Станислав Садальский

13.07.2021, 23:03

https://sadalskij.livejournal.com/4203094.html

Pantv

14.07.2021, 06:32

https://pantv.livejournal.com/3388895.html
Пишет ПАВ (pantv)
2021-06-22 03:30:00 160

3 часа 30 минут - начало наступления сухопутных войск Германии и перелёт авиации через границу СССР...
Артиллерийский обстрел на некоторых участках границы начался раньше, в 3 часа ночи.

190 дивизий, более 4 тысяч танков, 47 тысяч орудий и минометов, около 4,5 тысяч самолетов, до 200 кораблей - армия численностью в пять миллионов человек, что было в три раза больше, чем вооруженные силы СССР в приграничной полосе на глубине почти в 500 км. В условиях хаоса и потери командования отступление было неизбежным. Диверсионные отряды Германии к тому времени действовали в нашем тылу уже несколько дней...

Но самое страшное - Сталин умудрился пропустить этот удар, который стал действительно неожиданным, не смотря на донесения разведки и показания перебежчиков. Сталин совсем не верил в нападение Гитлера , т.к. он был убежден - Гитлер не готов к войне на 2 фронта (Англия и Россия), именно это привело к поражению Германии в 1 мировой войне. Не видел Сталин и приготовлений немецкой техники к зиме. Разведка доносила, что у Вермахта и у Люфтваффе нет зимней смазки и зимнего топлива для техники, а немецкие солдаты и офицеры одеты лишь в легкие шинели. Не закупается овчина, не шьется зимнее обмундирование. С такой техникой и обмундированием можно воевать только в Европе и в Англии. Сталин не мог предположить, что Гитлер всерьез собирается разбить СССР до наступления холодов (за 3-4 месяца) и ждал, что Гитлер переправит большинство дивизий в Великобританию и увязнет в боях за Лондон.

Почему Сталин проспал начало войны

То что Сталин считал имитацией подготовки войны для обмана англичан, сыграло против СССР. Гитлер обрушил на СССР всю мощь Европейской военной машины. Возможно, будь на месте СССР другая страна, у нацистов бы получилось, но и Гитлер недооценил мужество советских солдат, размеры территории России, климатические условия в которых немецкой армии пришлось воевать.

Иосиф Сталин. Грани биографии и этапы становления

начало войны

Кем был Гитлер и почему ему мистически везло

На Гитлера в 1941 году работала вся Европа - Франция ударно строила базы для ремонта подводных лодок, Чехословакия выпускала танки. Без Мюнхенского сговора и присоединения Чехословании (с её танками, орудиями и самолетами) нападение на СССР вообще не было бы возможно в ближайшие годы.

Как Гитлер договаривался с Европой и США

Против СССР воевали итальянцы, румыны, болгары, венгры, чехи. Французских добровольцев в Вермахте и войсках СС воевало около 300 000, тогда как в сопротивлении (при сильно завышенных цифрах) не более 40 000.

На территории Германии, Польши и Австрии был создан целый комплекс лагерей смерти и концлагерей, первый из которых был создан в 1933 году недалеко от Мюнхена. Известно, что таких лагерей было более 42 тысяч, в которых под пытками погибли миллионы людей. Крупнейшими гитлеровскими «фабриками смерти» стал "Освенцим", "Майданек", "Бухенвальд", "Треблинка", в которых инакомыслящих с Гитлером людей подвергали нечеловеческим пыткам и «экспериментам» с ядами, зажигательными смесями, газом.

начало войны

Перед войной Сталин устроил капитальную чистку в войсках, в результате чего армия начала войну с некомпетентными командирами практически во всех звеньях - от взвода до армии и округа. Но СССР сумел в кротчайшие строки перевести промышленность на военные рельсы и эвакуировать многие предприятия в глубь страны.

План "Барбаросса" и крах блицкрига

Гитлер переиграл Сталина в начале войны, добившись преимущества и получив стратегический простор, но проиграл войну уже в эту ночь. Германия не была готова к зимней войне и к затяжной войне. Даже если бы пали Москва и Ленинград, ничего бы не изменилось. Гитлер вел с СССР войну на уничтожение, но совершенно не понимал реалий и с какой страной начал войну. Это не я придумал, это он сказал сам... "у меня было впечатление, что я выбил плечом дверь в темную комнату и захожу в нее, совершенно не зная что там меня ждет".

Россия не Франция и не Англия. Россия "всем миром" (страной) или побеждает или погибает. И КПСС тут совсем не при чем - это более старая русская традиция. Я считаю, мы победили не благодаря мудрости товарища Сталина, а вопреки. Сталин компенсировал свои промахи мужеством и силой духа советского человека. При этом, нужно признать, что Сталин к концу войны изменился. В начале он не терпел противоречий и переубедить его было невозможно. 2,5 миллиона пленных советских солдат в 1941 году! Именно столько сегодня служит в самой большой армии мира - китайской.

Сталин создал систему при которой любой самостоятельный шаг без приказа сверху карался смертью. В первые месяцы войны некоторые подразделения сдавались, так как вообще считали все это немецкой провокацией, а не началом войны. Связи не было. Благодаря упертости Сталина не удавалось выровнять фронты и армия попадала в множество котлов, где не могли противостоять немцам без топлива и боеприпасов. Немцы шли механизированными колоннами практически без сопротивления. Встретив организованную оборону они просто обтекали её и двигались дальше. Сталин же не желал оставлять города ради выравнивания линии фронтов и не слушал генералов. А те скрывали от него истинное положение дел.

Первый танковый бой немцев с боеспособной танковой дивизией РККА у г. Алитус

Жить хотелось, а весь боевой опыт Сталина в Гражданскую... даже вспоминать стыдно. Но когда немцы оказались под Москвой, он, видимо все это вспомнил... стал более гибким - начал прислушиваться, менять свое мнение, стал опираться на мнение большинства.

Кроме того, немцы встретили яростное сопротивление и в первые три месяца войны с СССР потеряли около 800 тыс личного состава. Это большие потери чем за все предыдущее время при покорении Европы.

Впереди у нашей страны было время тяжких испытаний...
Подвиги советских солдат которыми нужно гордиться

Vasiliу_ Еremin

15.07.2021, 10:05

https://historical-fact.livejournal.com/285401.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2021-07-14 11:04:00 61
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категории:
Армия
История
Коротко о состоянии связи в РККА накануне войны
1
При наркоме Ворошилове в РККА было все прекрасно. Как заявил сам нарком в марте 1939 года с трибуны XVIII съезда ВКП(б), говоря о состоянии войск связи:
«Войска связи выросли на 37%. Рост произошел за счет значительного оснащения войск связи современной техникой. Введены радиостанции с увеличенным радиусом действия... Усилилась подвижность войск связи. Войска связи почти полностью моторизованы». [1]

Однако случилась война с финнами, в ходе которой ярко выявились дичайшие недостатки. Цитата из акта о приеме наркомата обороны в 1940 г.:
"Строительство связи по линии НКС сильно отстает, а по линии НКО в 1940 г. сорвано совершенно… Войска связи. В настоящее время на своем вооружении имеют много устаревших типов телеграфно-телефонных аппаратов и радиосредств. Внедрение новых средств радиотехники проходит крайне медленно и в недостаточных размерах. Войска плохо обеспечены почти по всем видам имущества связи.
Большим недостатком войск связи является отсутствие быстродействующих и засекречивающих приборов.
Существующее отставание в развитии техники связи и нечеткость организации связи привели к тому, что во время похода в Западную Украину и Западную Белоруссию, а также во время войны с белофиннами войска связи не имели устойчивой и непрерывно действующей связи."
https://ru.wikisource.org/wiki/Акт_о_приёме_наркомата_обороны_CССР_Тимошенко_С._К ._от_Ворошилова_К._Е.

На совещании высшего начсостава, созванного по инициативе ЦК ВКП(б) после окончания финской войны в апреле 1940 г., выступил М.П. Кирпонос, командир 70-й дивизии:
«Все управление шло открытым текстом по телефону. Мне комдив Курочкин звонит: скажите, где у вас командный пункт? Пришлось просить разрешения сообщить об этом письменно, а не по телефону... Присутствовавший на совещании Сталин поинтересовался:
- Почему с рацией не вышло дело?
- Если часть ушла из пределов радиуса действия рации, то связь обрывается, объяснил Кирпонос.
- Не верю я в рацию, - подал реплику кто-то из присутствовавших.
- Я должен доложить в отношении связи, - продолжал Кирпонос. - Товарищ народный комиссар, кабельная связь у меня в дивизии работала хорошо, хуже - радиосвязь. Здесь говорят, что, во-первых, ее не любят, во-вторых, недостаточно занимаемся мы этим делом. Это правильно, ее не любят потому, что рацией плохо овладели, и этому делу надо учиться». [1]

Из воспоминаний генерала Сандалова:
"Сеть постоянной проводной связи па театре военных действий была слаборазвитой. Телеграфная и телефонная аппаратура оказалась устаревшей. В распоряжении 4-й армии были предоставлены в постоянное пользование провода Минск, Кобрин, Брест и Пинск, Кобрин. Для связи с некоторыми гарнизонами (Пружаны, Береза-Картузская, Малорита) штаб армии использовал арендованные провода телеграфно-телефонных линий Наркомата связи на 1—2 часа в сутки. Междугородная телефонная связь осуществлялась только через городские и местечковые телефонные станции.

В 1941 году намечалась постройка постоянных линий связи к строившимся и имевшимся аэродромам и к местам дислокации частей ПВО. Но эти работы до войны не были начаты. Проекты устройства подземных подводов линий связи к телефонно-телеграфным станциям и узлам связи также не были осуществлены.

14-й механизированный корпус, расположенный на западной границе, имел только шесть радиофицированных танков и одну рацию; совершенно не имел проводных средств связи." [2]

Работавший в то время в Генштабе С. М. Штеменко вспоминал: "Узким местом в нашей работе оказалась связь с фронтами, в первую очередь с Западным. Она была очень неустойчивой… К каким только ухищрениям не приходилось прибегать! Помню, однажды нам никак не удавалось установить положение сторон на одном из участков Западного фронта. Линии боевой связи оказались поврежденными. Тогда кто-то из операторов решил позвонить по обычному телефону в один из сельсоветов интересующего нас района. На его звонок отозвался председатель сельсовета. Спрашиваем: есть ли в селе наши войска? Отвечает, что нет. А немцы? Оказывается, и немцев нет, но они заняли ближние деревни… В итоге на оперативных картах появилось… положение сторон в данном районе" [3].

В своих воспоминаниях («Поднятые по тревоге» М., 1961 г.) генерал И.И. Федюнинский пишет:
«Вражеской авиацией и диверсионными группами были выведены из строя узлы и линии связи. Радиостанций в штабах не хватало, да и пользоваться ими мы еще не привыкли... Приказы и распоряжения доходили до исполнителей с опозданием или не доходили вовсе... Связь с соседями нередко отсутствовала, причем зачастую никто и не стремился ее устанавливать. Противник, пользуясь этим, просачивался в тыл наших подразделений, нападал на штабы частей...». [2]

Система связи была настолько плохо подготовлена к войне, что ее паралич в первый период боевых действий был предрешен… Все факты указывают на то, что связь вообще не готовили к войне всерьез. Например, даже профану ясно, что подземный кабель разрушить (и обнаружить) труднее, чем воздушную проводную линию, навешенную на столбы; у нас же в стране магистральных кабелей не то что было слишком мало — их не было проложено к началу войны НИ ОДНОГО!

Подземных узлов связи также не было ни одного, даже у Генштаба, и в первые недели войны Сталин или Жуков связывались с фронтами через Центральный телеграф на улице Горького (!!!). Одна удачная бомбежка фашистов могла, образно говоря, лишить Главное Командование слуха и зрения. Счастье, что этого не случилось.

Все воздушные линии связи проходили вдоль дорог — железных, шоссейных или грунтовых. В мирное время это было удобно для эксплуатации и ремонта; но во время войны противник, отбомбившись по железнодорожной станции или походной колонне, заодно каждый раз нарушал и связь. Своих линий связи армия не имела, приходилось обходиться гражданскими. Не было заблаговременно сформировано ни одной восстановительной части, а война заставила их создать уже на десятый день.

К началу войны на Северо-Западном фронте имелось только 10 процентов фронтовых и армейских частей связи от количества, положенного по расчету военного времени. А в резерве Главного Командования частей связи не было совсем [4].

Основным средством связи Ставки со штабами фронтов и армий был телеграф с использованием аппаратов Бодо. Громоздкие, сложные в эксплуатации, эти аппараты доставляли немало хлопот при перемещениях штабов. Однако Сталин категорически требовал, чтобы для прямых переговоров в высшем звене военного руководства использовались главным образом телеграфные аппараты Бодо.
И.Т.Пересыпкин писал по этому поводу:
"И. В. Сталин очень верил в аппарат Бодо и в невозможность перехвата его работы. Возможно, кто-то из специалистов убедил его в этом. Работу буквопечатающих аппаратов Бодо перехватывать было значительно труднее, чем простейших аппаратов Морзе, но возможно. Это было доказано еще в период первой мировой войны, во время специальной проверки, которая была организована русским морским генеральным штабом". [4]

[1] Cостояние радиосвязи в РККА http://www.zlev.ru/125/125_41.htm
[2] Сандалов Л.М. «Первые дни войны». М., 1989.
[3] Штеменко С.М. «Генеральный штаб в годы войны». М., 1968.
[4] Пересыпкин И.Т. «Связь в Великой Отечественной войне». М. 1973.

МЕТКИ: 1940, 1941, 2021пф, арм_ркка, война_2мировая

Russia Today

16.07.2021, 04:32

https://russian.rt.com/science/news/875980-rt-stih-tarkovskii
Короткая ссылка
22 июня 2021, 09:02

2416

RT публикует редкую архивную запись стихотворения «Суббота, 21 июня» Арсения Тарковского, на которой автор читает его сам. Голос поэта наложен на хронику 1941 года, отреставрированную с помощью нейросетей.

На кадрах — воины Ленинградской армии народного ополчения, которую создали жители города для его защиты. Уникальная съёмка была сделана прямо перед отправкой ополченцев на фронт.

80 лет назад началась Великая Отечественная война.

Ранее RT с помощью нейросетей отреставрировал кадры первого парада советских войск в Берлине 4 мая 1945 года.

Gorky.media

17.07.2021, 09:27

https://gorky.media/reviews/poslednyaya-posolskaya-vecherinka-kak-inostrantsy-pokidali-sssr-do-i-posle-napadeniya-gitlera/
Фрагмент статьи «Война и мир: дипломаты и журналисты в Москве летом и осенью 1941-го»
В ближайшее время увидит свет новый, сто тридцать седьмой выпуск журнала «Неприкосновенный запас». Этот летний (июньский-июльский) номер его составители решили посвятить 80-летию начала Великой Отечественной войны. Тематическую подборку, затрагивающую разные исторические и антропологические аспекты этого события, составили Олег Бэйда и Игорь Петров. В нее попала в том числе и статья независимого исследователя-москвоведа Анатолия Воронина, реконструирующая жизнь и приключения немногочисленных иностранцев в предвоенной и военной Москве 1941-го года. «Горький» публикует небольшой фрагмент этой статьи.
Анатолий Воронин. Война и мир: дипломаты и журналисты в Москве летом и осенью 1941-го. Неприкосновенный запас, 2021/3 (137). М.: Новое литературное обозрение

В воздухе пахнет грозой...

Немецкие дипломаты в июне не только не скрывали, что война скоро начнется, но и охотно делились «точными» датами ее начала. Правда, в дипломатических кругах их словам не очень доверяли. Так, во время приема в итальянском представительстве советник германского посольства Гебхарт фон Вальтер* дружески предупредил Элис-Леон Моатс*, что война начнется 17 июня. В это же время посол Италии размышлял, не стоит ли его жене-американке остаться пока в Японии и не возвращаться в СССР, подождав, как будут развиваться события. Кстати, его линия в этом вопросе оказалась весьма мудрой: вечером 19 июня он официально отправил женщин и детей дипломатов, а также журналиста Сандро Вольта на Белорусский вокзал. Вольта приехал в Россию в мае, чтобы освещать войну между Германией и СССР, но в итоге оказался в «последнем поезде из Москвы», о чем в 1943 году написал одноименную книгу. Самого Россо вместе с оставшимися итальянцами интернируют спустя месяц, 17 июля, через советско-турецкую границу.

Французы-вишисты пребывали в задумчивости: у них вовсю шел ремонт. Только в 1938 году посольство Франции получило новое здание: это был роскошный особняк купца Николая Игумнова на Якиманке (прежде там находился Институт мозга). После того, как в конце апреля 1941 года в советскую столицу прибыл посол Гастон Бержери, работы в посольстве развернулись на полную мощь. Ремонтом руководила супруга посла — в прошлом американо-французская модель Беттина Джонс, работавшая в Париже с модельером Эльзой Скиапарелли и вдохновлявшая самого Сальвадора Дали. Мадам Бержери страстно хотелось поскорее включиться в светскую жизнь Москвы. Мебель для французов поступала из Швеции через Ленинград, где за ее дальнейшей отправкой должен был следить настоятель храма Девы Марии Лурдской, отец Флоран. Последнее распоряжение по переправке мебели пришло ему 24 июня, а через пять дней, 29 июня, Бержери пришлось известить Вышинского, что правительство Виши решило расторгнуть дипломатические отношения с СССР. В конце беседы посол попросил оставить для охраны имущества кого-то из французов, но не получил на это разрешения. После отъезда посольства за зданием присматривала дипломатическая миссия Турции — страны, в которую Бержери впоследствии назначили послом.

Последняя посольская вечеринка — в честь отъезда грека Диамантопулоса и его жены — прошла 18 июня на американской даче в Немчиновке. На следующий день фон Вальтер, только что прибывший из немецкой столицы, извинился перед Моатс за то, что ввел ее в заблуждение относительно начала войны, и сказал, что теперь она точно начнется 21-го числа. Разумеется, ему вновь никто не поверил. Однако после получения известия о том, что любимый боксер фон Вальтера вывезен самолетом в Берлин — это было сочтено «опасным сигналом», — американское и британское посольства начали эвакуацию женщин. Чарльз Тейер вспоминал:

«Нам все-таки удалось усадить леди в самолеты, взявшие курс на Швецию и Персию, и вечером 21 июня все они уже были за пределами страны. И тогда мы „раздавили” бутылку шампанского и пошли спать, а когда проснулись, то обнаружили, что Россия вступила в войну».

Большая сортировка

Около шести утра фон Вальтер нанес визит американскому послу и сообщил, что война, о которой он так долго говорил, началась. За считанный час здание посольства США на Моховой практически опустело: основной персонал переместили в Тарасовку, а одиннадцать клерков посадили на поезд, отправлявшийся во Владивосток. О Моатс посол не вспомнил, но ее разбудил в девять утра Джон Рассел из посольства Великобритании, который позвонил с рекомендацией срочно покинуть «Метрополь». Она сразу же начала собирать чемодан и к моменту выступления по радио Молотова, объявлявшего о нападении Германии, была готова к переезду.

Ситуация, таким образом, решительно изменилась. Сталину срочно понадобились друзья, и теперь его дипломаты пытались выказать свое расположение капиталистическим странам. О готовности оказать помощь в случае нападения Германии британский министр иностранных дел Иден говорил послу СССР Майскому еще до начала войны. Вечером это подтвердил в своей речи по радио и Уинстон Черчилль. Уже на второй день войны начались обсуждения технических моментов приезда английской миссии в СССР, а 27 июня британского посла Криппса и руководителей миссии уже принимал в Кремле Молотов. Вездесущая Моатс смогла выведать необычные подробности этого визита. Во время перелета в СССР часть летного экипажа вынужденно заменили членами миссии, и им пришлось по очереди побывать в пулеметной турели; единственным, кто знал, как она работает, оказался шоколадный магнат Лоуренс Кэдбери, глава экономической миссии, — но воспользоваться этими знаниями ему, к счастью, не пришлось. А на прием у Молотова, где все были при параде, генерал Мэйсон Макфарлайн пришел в шортах цвета хаки.

Когда англичане или американцы входили в «Коктейль-холл» или ресторан «Арагви», тамошние оркестры начинали играть популярную британскую песенку «Типперери». Филипп Джордан, прибывший в СССР в качестве специального корреспондента «The News Chronicle» в середине июля, задавался вопросом, исполняет ли оркестр лондонского отеля «Савой» «Интернационал», когда в ресторан заходит корреспондент ТАСС. Между тем, пользуясь советским благорасположением, Москву покидали те члены семей находящихся на службе иностранцев, кто прежде был лишен возможности уехать. 17 июля на поезд до Владивостока сели жены американских корреспондентов Роберта Магидова и Германа Хабихта; ранее этим дамам отказывали в выездных визах, а жена Хабихта и вовсе побывала под арестом.

Кризис тем временем ширился, и коммунистическим властям срочно требовался какой-то особо выразительный жест, демонстрирующий всю серьезность намерений в отношении потенциальных союзников. Именно тогда Советский Союз решил освободить из заключения несколько десятков англичан и французов, бежавших из немецкого плена. Дело в том, что и до начала войны через территорию СССР иногда пытались пробраться западные военные, кому посчастливилось бежать из немецких лагерей военнопленных в Западной Европе и добраться до Швеции. Там эти люди при посредничестве США или Великобритании получали транзитные советские визы, поскольку из Стокгольма в 1940—1941 годах можно было отправиться только в СССР: все остальные маршруты блокировали немцы. Некоторым французам право проезда через советские земли предоставлялось в обмен на обещание присоединиться к подразделениям «Свободной Франции» Шарля де Голля, например, в Сирии. (Впрочем, злые языки утверждали, что позже такие беглецы оказывались в основном на территории, контролируемой режимом Виши). Но при этом на советской земле надолго задерживались представители второй, менее удачливой, группы беглых пленных, которые с помощью польского Сопротивления пробирались к германо-советской границе не с севера, а с востока. Этот рубеж был под многопудовым замком: вдоль него тянулись два ряда колючей проволоки — немецкая, которую регулярно, раз в десять минут, проверял патруль, и советская, которая охранялась «секретами» пограничников. Люди, сумевшие преодолеть немецкую сторону незамеченными, на советской стороне зачастую попадали под обстрел «зеленых фуражек». Некоторые из них погибали, но и выжившим приходилось не сладко: на советской территории их арестовывали — именно эту группу теперь и решили освободить. Поначалу беглецов собирали в Бутырской тюрьме в Москве, а с февраля 1941 года переводили в Козельский лагерь НКВД, где они содержались в полной изоляции от «поляков и местного населения».

Это было место с мрачной историей: до беглых западных военных там квартировали польские старшие офицеры и генералы, к тому моменту уже лежавшие в Катыни. (В 1941 году, однако, тут еще оставались польские низшие чины и полицейские, интернированные в 1939-м Литвой и попавшие в руки НКВД только накануне войны). Интернированные англичане, французы и бельгийцы, всего 44 человека, содержались в хороших условиях. У них был биллиард, они могли играть в волейбол, баскетбол или шахматы. Соответствующие посольства вообще не знали об их существовании, а с началом войны Козельский лагерь эвакуировали в глубь страны, переведя его в Вологодскую область. Прямо накануне этой эвакуации конвой, прибывший из Москвы, забрал и увез британских граждан, а 9 июля по распоряжению Вышинского четырнадцать англичан официально были переданы представителям английского посольства. Возвращение, впрочем, коснулось не всех: в ходе следствия у органов возникли какие-то дополнительные вопросы к нескольким беглецам — и их освободили только в августе, после неоднократных требований посла Великобритании. В прессе историю было решено не освещать.

Довольно скоро подошел черед уезжать представителям тех стран, которые оказались в состоянии войны с СССР. Первыми заперли в стенах посольства дипломатов и граждан Германии, которых позже вывезли в окрестности Костромы, где они дожидались отправки в Турцию. В отличие от немцев, послы Румынии и Италии не получили никаких инструкций и буквально надоедали Вышинскому: им-то, мол, что делать? Французы же после объявления о разрыве дипломатических отношений с СССР оказались изолированными в своем недоделанном особняке на Якиманке. Сотрудник британского посольства Гарольд Элвин, проезжавший мимо на троллейбусе, увидел их во дворе миссии: чуть ли не прижимаясь лицами к чугунной ограде, они молча взирали на недосягаемую летнюю Москву. Из посольства удалось вырваться только священнику Леопольду Брауну и журналисту агентства «Havas» Жану Шампенуа. Священник был американским гражданином, но в силу традиции жил на территории французского посольства. Он заранее предвидел неприятности и поэтому перевез часть своих вещей в пустующую квартиру американского военного атташе, а личный автомобиль вывел «из-за ограды посольства и поставил на улице рядом с церковью Иоанна Воина напротив посольства». Однако Брауну все-таки пришлось провести три дня взаперти вместе с французами, после чего он был вывезен из посольства сотрудниками НКВД — без права вернуться назад.

С Шампенуа все складывалось еще более причудливо. Когда Бержери объявил о разрыве отношений с СССР, Шампенуа вышел из строя и сказал: «Я перехожу на сторону русских». «Тогда вы должны покинуть посольство», — заявил ему посол. «Я давно был должен сделать это», — выкрикнул в ответ журналист и хлопнул дверью. В итоге Шампенуа надолго остался в Москве. Он подружился с Ильей Эренбургом, который писал о французе следующее:

«После войны он попробовал вернуться на родину, но оказалось, что он привязался к Москве. Он умеет по-русски выпить, по-русски проговорить полночи обо всем и ни о чем, о вздоре и о самом главном. Это человек, лишенный и честолюбия, и житейской смекалки, в минуту душевной нежности он балагурит или ругается, пишет стихи — для себя, нигде их не печатает».

Француз проработал в издательстве «Прогресс», занимаясь переводами с русского на французский, вплоть до 1980-х.

Первое время к французам пускали гостей из других посольств, но вскоре это прекратилось. Возможно, последними посетителями стали англичане Гарольд Элвин и его коллега, зашедшие проведать оказавшихся в заточении. Когда они общались во дворе посольства, пронеслась весть, что доступ на территорию миссии вот-вот закроют наглухо:

«Французы напали на нас со всех сторон, умоляя вернуть „в мир живых” одолженные ранее вещи, книги и деньги. Мне вручили „Семь столпов мудрости” для Джона Рассела, „Ночи Декамерона” для китайского военного корреспондента, безделушки для девушки из Москвы, 15 тысяч рублей для друзей от друзей, мелкие долги и 10 тысяч рублей для шведского дипломата, который должен был сохранить их для какого-то француза. Мы вышли из посольства с раздувшимися карманами».

Территория посольства опустела в конце июля, когда французов отвезли на Курский вокзал, чтобы отправить в Турцию для обмена на советских дипломатов.

«Накануне их отъезда произошла ужасная трагедия. Две дамы, жены французских дипломатов, ехали по железной дороге в Иран во время разрыва дипломатических отношений между Виши и Москвой. Их обеих прямо в поезде арестовали агенты НКВД и доставили под конвоем в столицу, их личные вещи тщательно досматривали. Один из агентов решил взять что-то из этих вещей, сказав, что это подойдет его жене. Одна из дам от этой реплики впала в состояние аффекта и потеряла рассудок, в ночь перед запланированной эвакуацией она выпрыгнула с третьего этажа дома, переломав все кости».

Мужу несчастной позволили остаться в Москве в посольстве под охраной, а его жена провела два месяца в больнице и скончалась в начале октября 1941 года. Отпевание и погребение провел отец Браун. Вдовец прибыл на траурную церемонию под конвоем НКВД.

Flip
история

Константин Симонов, поэт

18.07.2021, 04:54

AxdhOP7XVPg
https://www.youtube.com/watch?v=AxdhOP7XVPg

STAR MEDIA

19.07.2021, 07:48

hDzq67FM0kg
https://www.youtube.com/watch?v=hDzq67FM0kg

Humus

21.07.2021, 05:55

https://humus.livejournal.com/7884562.html

Prajt

22.07.2021, 05:32

https://uctopuockon-pyc.livejournal.com/4630073.html

prajt (prajt) написал в uctopuockon_pyc
2021-07-20 20:52:00 68
Назад Избранное Поделиться Отслеживать Пожаловаться Вперёд
Категория:
История
Победа СССР, о которой забыли. Операция «Снег».
В 1940 году близость столкновения с Третьим Рейхом для советского руководства была очевидна. Отличались лишь мнения относительно сроков начала войны. Сталин оптимистично считал, что Гитлер не нападет раньше 1942 года. Если, конечно, тому не удастся договориться с Японией и организовать одновременное наступление по двум фронтам. С дозволения «Самого» и под личным руководством Берии советская дипломатия искала способ приструнить распоясавшуюся на Дальнем Востоке Японию.

Согласованная Японией и Третьим Рейхом схема раздела сфер влияния в мире.

Почему боялись Японию?

С начала 1920-х гг. высшее руководство Страны Восходящего Солнца взяло курс на агрессивную политику в регионе. С приходом на трон императора Хирохито стало усиливаться влияние военных: министров, генералитета и адмиралов. Для всего мира подтверждением стремления Японии к мировой (или как минимум паназиатской) гегемонии стал опубликованный на рубеже 30-х гг. Меморандум Танаки – доклад, якобы представленный премьер-министром страны императору двумя годами ранее.

Создается впечатление, что советская внешняя разведка откровенно "подставила" Гиити Танаки, а работа над провокацией конфликта между Японией и США началась еще задолго до операции "Снег".

На самом деле сомнения в подлинности документа возникли еще тогда, а окончательно их развеял в 90-х бывший советский разведчик Виталий Павлов – непосредственный участник нашей истории. Сфабрикованный агентурой СССР меморандум тем не менее во многом предсказал международные действия Японии. Интервенция в Манчжурию, ужесточение колониальной политики в Корее и на Тайване, открытое военное противостояние с Китаем, сближение с нацисткой Германией – все это ставило под угрозу интересы СССР и США на Дальнем Востоке и в Тихоокеанском регионе.

Столкновения на Халкин-Голе стали первым "звездным часом" Г. К. Жукова.

Опасаясь японской агрессии на Дальнем Востоке СССР, был вынужден держать там крупные армейские формирования. И хотя победы у озера Хасан и на Халкин-Голе продемонстрировали силу советского оружия и умения военачальниковвоеначальники в (ярко проявившиеся, к сожалению, лишь в ходе второго конфликта) все понимали, что войну на два фронта в случае внезапной агрессии со стороны Германии для страны гибельна. Было решено столкнуть лбами Японию и США, благо их интересы в регионе в корне противоречили.

В 1941 году дипломатия США сделала все возможное, чтобы спровоцировать Японию на агрессию.

Подготовка и ход операции

С 1935 года советской агентурой в США занимался полковник ОГПУ (служба внешней разведки) Исхак Ахмеров. Он делал ставку в работе не на высокопоставленных американских чиновников, которые были достаточно богаты и в основном разделяли общегосударственные интересы, а на их приближенных помощников. Те могли оказать определенное влияние на убеждения руководства, а заинтересовать их финансово было проще.

Выдающийся советский разведчик И. А. Ахмеров практически безвыездно проработал за рубежом 12 лет.

Одним из таких влиятельных сотрудников минфина США был Гарри Декстер Уайт – убежденный антифашист, увлекающийся синологией (наукой об истории и культуре Китая). Ахмеров общался с ним под личиной ученого и специалиста по Дальнему Востоку Билла. На Уайта и решено было оказать давление, а дипломатическая операция получила название по ассоциации с его фамилией – «Снег».

После войны Уайт был обвинен в шпионаже и отстранен от государственной службы

Детальный план операции был подготовлен В. Г. Павловым и одобрена Берией в октябре 1940 г., а в апреле 1941 г. – после тщательно предварительной подготовки – было начато ее осуществление. Виталий Павлов и Михаил Корнеев выехали в США под прикрытием дипмиссии. По легенде Павлов был коллегой Билли-Ахмерова, видным ученым-синологом, через которого тот передавал Уайту свое виденье на политическую обстановку в Дальневосточном и Тихоокеанском регионах.

Василий Григорьевич Павлов

Встреча состоялась в одном из ресторанов Вашингтона в мае. В ходе беседы Уайту была передана записка с рядом тезисов Ахмерова. Так как Павлов испытывал некоторые проблемы с американским английским, было решено оформить именно письменное послание. На его основе Уайт подготовил доклад для министра финансов Г. Моргентау, а тот к осени 1941 года «продавил» президента Ф. Рузвельта.

Г. Моргентау и Ф. Рузвельт были дружны с 1913 года. Президент прислушивался к мнению своего министра финансов.

Берия приказал забыть…

Еще на стадии подготовки операции все ее участники понимали далеко идущие последствия – вне зависимости от результата: успеха или провала.

Вот как вспоминает об этом В. Г. Павлов в своей книге «Операция «Снег»: «Сейчас же, — строго наказал Берия, — готовь все необходимое и храни все, что связано с операцией, в полнейшей тайне. После операции ты, Ахмеров и Павел Михайлович должны забыть все и навсегда. Никаких следов её ни в каких делах не должно остаться».
Фактически именно записка с тезисами Ахмерова – текст доклада Уайта своему непосредственному начальнику повторял ее довольно точно – стала причиной для Ноты Халла – американского ультиматума, предъявленного Японии и спровоцировавшего ее на нападение на Перл-Харбор. Так исподтишка советской разведке удалось поссорить США и Японию, что дало возможность высвободить резервы на Дальнем Востоке и использовать их для побед под Москвой и Сталинградом.

Многие историки сходятся на том, что именно резервы, подтянутые из Сибири и с Дальнего Востока помогли СССР выстоять в 1941 году и в конечном итоге победить.

https://zen.yandex.ru/media/no4emy/pobeda-sssr-o-kotoroi-beriia-prikazal-zabyt-operaciia-sneg-5c6bc64ba4b16500aec94162

В. Павлов

23.07.2021, 07:53

https://statehistory.ru/1041/Operatsiya-Sneg--Kak-sovetskaya-razvedka-stolknula-SSHA-i-YAponiyu-v-1941-g-/
02.09.2010
СССР и современная Россия
Операция "Снег". Как советская разведка столкнула США и Японию в 1941 г. разведка 20 век Операция "Снег" - один из шедевров советской разведки. Её смысл сводился к тому, чтобы предупредить или хотя бы осложнить принятие правительством Японии решения о нападении на Советский Союз, помешать экспансии Страны восходящего солнца в северном направлении. И здесь свою роль должны были сыграть Соединенные Штаты. О том, как СССР провёл эту операцию, рассказано в книге "Операция "Снег"", которую написал один из её участников - советский разведчик Виталий Павлов. В подготовке этой операции участвовал так же советский разведчик Исхак Ахмеров, во второй половине 1930-х годов работавший разведчиком-нелегалом в США, а в 1942—1945 годах возглавлял нелегальную резидентуру в США. Отрывок из книги Виталия Павлова „Операция „снег““ Началось все летом 1940 года. Обсуждая тогдашнее положение в Соединенных Штатах и возможности агентуры, оставленной в бездействии отозванным в Москву Ахмеровым, мы взвешивали различные варианты восстановления связи с источниками наиболее важной информации, пока без возвращения туда самого Исхака Абдуловича. Ахмеров подробно рассказывал мне о каждом своем помощнике и тщательно анализировал, может ли тот или другой оказать влияние на государственных и политических деятелей в Вашингтоне. Говорил он и о своем опыте работы в Китае, о том, что тогда понял, как велика японская угроза Дальнему Востоку и как резко сталкиваются там американские и японские интересы. Позже, уже в США, он не переставал интересоваться американо-японскими отношениями, тем более что среди его агентов были люди, имевшие прямое отношение по своему служебному положению к тихоокеанскому региону. Мой старший коллега вспоминал, как в начале 30-х годов вспыхнули в Соединенных Штатах антияпонские настроения в связи с сообщениями о так называемом «меморандуме Танаки». В 1927 году японский премьер-министр генерал Гинти Танака представил императору секретный доклад по вопросам внешней политики Страны восходящего солнца. Основные положения этого меморандума сводились к провозглашению агрессивного курса островного государства. В нем утверждалось, что Япония должна проводить политику завоевания сопредельных стран в целях достижения мировой гегемонии. Меморандум намечал очередность захватнических действий: ключом к установлению японского господства в Восточной Азии должно быть завоевание Китая, а для этого предварительно необходимо овладеть Маньчжурией и Монголией. Затем Япония должна использовать этот регион как базу для проникновения в Китай. Ну а потом война с Советским Союзом и Соединенными Штатами. Этот секретный документ был добыт через нашу агентуру в правительственных кругах Японии нашим резидентом в Сеуле И.А.Чичаевым и вскоре доведен до сведения мировой общественности. Его содержание нашло подтверждение в агрессии против Китая, захвате Японией Маньчжурии. Обсуждая экспансию Токио в Азии, мы с Ахмеровым были одного мнения: она угрожает прежде всего нашему Дальнему Востоку. Эта опасность усиливалась с одновременно нараставшей угрозой со стороны гитлеровской Германии на Западе. Ахмеров высказывал мнение, что японцы могут попытаться напасть на наши дальневосточные рубежи, как только Германия решится выступить против нас. Об этом свидетельствовал и заключенный в 1936 году Антикоминтерновский пакт. Что можно было бы предпринять, чтобы уменьшить для на шей страны опасность возникновения войны на два фронта — на Западе и Востоке? Мы вспомнили, как после Октябрьской революции японцы набросились на наш Дальний Восток. Тогда их расчеты потерпели фиаско, столкнувшись как с сопротивлением нашего народа, так и с серьезным предостережением США, отнюдь не желавшими усиления Японии. В мае 1921 года Вашингтон направил Токио резкую ноту с категорическим заявлением, что не признает никаких договоров, являющихся следствием японской оккупации. В заявлении содержа лось требование полной эвакуации японских войск из Сибири. Всякие исторические аналогии условны. Но тем не менее, подумали мы, нет ли в современных условиях возможности «приструнить» Японию на случай появления у нее желания напасть на нас? Эта мысль захватила нас, и Ахмеров стал вспоминать беседы на тему американо-японских отношений со своими агентами. Один из них, назовем его «Икс», сотрудник министерства финансов США, рассказывал о своих влиятельных сослуживцах. Среди них он очень положительно характеризовал ряд антифашистов, из которых один, отличавшийся большими способностями и пользовавшийся особым расположением министра финансов Генри Моргентау, часто готовил докладные записки для президента. Его звали Гарри Декстер Уайт. Ахмеров попросил «Икса» организовать встречу с этим человеком под каким-либо благовидным предлогом. Для зашифровки интереса к нему он попросил «Икса» пригласить не одного Уайта, а нескольких гостей. Такая встреча состоялась в середине 1939 года, еще до начала второй мировой войны. Ахмеров познакомился с Уайтом, выдавая себя за синолога, занимающегося проблемами Дальнего Востока. Ему вспомнилось, что, когда, следуя легенде, он сказал, что вновь собирается в Китай, Уайт выразил желание встретиться с ним по возвращении из тех «интересных краев». Тогда Ахмеров не счел целесообразным дальнейшее изучение Уайта для его возможной вербовки по двум причинам: во-первых, мы имели уже достаточные информационные возможности в министерстве финансов и получали оттуда самые интересные сведения, а во-вторых, Уайт был убежденным антифашистом и действовал сам в соответствии со своими убеждениями в нужном для нас направлении. Сейчас в Москве Ахмеров под влиянием наших рассуждений подумал, что возможности заместителя министра финансов очень бы пригодились. Нельзя ли, высказал Исхак Абдулович мысль, в современных условиях, когда идет вторая мировая война и США наращивают свою оборонную промышленность, побудить Вашингтон вновь предостеречь Японию от ее экспансии? Ведь современная политика Токио в тихоокеанском регионе прямо угрожает интересам Соединенных Штатов и их союзников. Просмотрев все последние материалы «Икса» и других агентов Ахмерова, мы пришли к выводу, что Уайт мог бы оказаться весьма кстати. Он продолжал пользоваться полным доверием Г.Моргентау. Министр верил ему, разделял его оценки и использовал их в своих записках президенту Рузвельту и госсекретарю Корделлу Хеллу. Но вставал вопрос: как подступиться с нашей идеей к Уайту? Через агента «Икс» — исключалось, так как мы уже отвергли мысль о восстановлении связи с агентами до возвращения Ахмерова в США. И тут во второй половине 1940 года начальник внешней разведки П.М.Фитин предложил мне готовиться к ознакомительной поездке за океан. — Ты, — сказал мне Павел Михайлович, — руководишь делами США, а сам там еще не был. Поезжай в начале будущего года, посмотри, как работают те молодые разведчики, которых ты туда отправил. Это предложение я сразу же обсудил с Ахмеровым: а что, если мою поездку использовать для реализации нашего плана? Тем временем шли тревожные вести о том, что «северная фракция» милитаристов в Токио упорно стремится склонить правительство к нападению на СССР. Но в японском руководстве были сильны и позиции сторонников «южного направления», настроенных развивать агрессию в Китае на юг, откладывая пока планы завоевания северных территорий. Мы понимали, что укрепить сомнения японских милитаристов в осуществимости «северных» планов в значительной степени сможет позиция США. Из того, что мы знали об Уайте, вытекало, что он мог бы попытаться воздействовать через Моргентау на усиление такой линии в американской администрации, которая противодействовала бы японской экспансии. Ахмеров много помогал мне готовиться к поездке. Мы сошлись еще больше. Я убедился в его мудрости и все больше доверял ему, и посчитал необходимым узнать его мнение о том, не стоит ли мне поставить перед руководством вопрос о проведении в США встречи с каким-либо источником для получения хотя бы небольшой практики в агентурной работе? Меня интересовало, как оценит Ахмеров мою готовность в двух аспектах: достаточно ли будет моих знаний английского для беседы с агентом и хватит ли моих способностей дать агенту оперативно грамотный инструктаж? Он без колебаний ответил положительно и тут же спросил: — А почему бы вам не взяться за проведение операции, которую мы задумали? — И, не ожидая ответа, добавил: — Хотя разговор с Уайтом, несомненно, будет гораздо труднее, чем беседа с агентом, знающим, с кем он имеет дело, но за остающиеся до поездки несколько месяцев я берусь подготовить вас к такой беседе. Мы тут же засели за формулирование целей операции, дав ей кодовое название «Снег» — по ассоциации с фамилией Уайта, означавшей по-английски «белый». В первом приближении они, эти цели, выглядели следующим образом: — США не могут мириться с неограниченной японской экспансией в тихоокеанском регионе, затрагивающей их жизненные интересы; — располагая необходимой военной и экономической мощью, Вашингтон способен воспрепятствовать японской агрессии, однако он предпочитает договориться о взаимовыгодных решениях при условии, что Япония 1) прекращает агрессию в Китае и прилегающих к нему районах, 2) отзывает все свои вооруженные силы с материка и приостанавливает экспансионистские планы в этом регионе, 3) выводит свои войска из Маньчжурии. Эти первоначальные тезисы подлежали окончательному формулированию с учетом возможных замечаний руководства внешней разведки. В отработанном виде их предстояло до вести до сведения Уайта, который сам найдет им убедительное обоснование, чтобы в приемлемой форме преподнести руководителям США. Ахмеров подготовил подробный план встречи в Вашингтоне с Уайтом и беседы с ним, включая порядок ознакомления с тезисами и идеей продвижения их в руководство США. Моя же главная задача состояла в том, чтобы хорошо подготовиться в языковом отношении, отработать легенду знакомства с Ахмеровым в Китае, подобрать надежные маршруты в Вашингтоне для выхода на встречу. Все это я доложил П.М.Фитину. Он поинтересовался мнением Ахмерова относительно реальности операции и обещал проконсультироваться с руководством наркомата. Примерно через неделю Павел Михайлович вызвал меня и сказал, что в принципе наше предложение одобрено. Мне еще нужно лично доложить наркому об операции. Естественно, я был обрадован, что наш с Ахмеровым замысел получил одобрение. Но вместе с тем изрядно волновался, как пройдет доклад. В моей памяти еще свежа была картина «совещания» у Берии в начале года, и я мог ожидать от встречи с ним чего угодно. Нарком вызвал меня в октябре 1940 года. Разговор с ним был предельно кратким. Он спросил, понимаю ли я всю серьезность предлагаемой операции? Детали его не интересовали, их не обсуждали. — Сейчас же, — строго наказал Берия, — готовь все необходимое и храни все, что связано с операцией, в полнейшей тайне. После операции ты, Ахмеров и Павел Михайлович должны забыть все и навсегда. Никаких следов ее ни в каких делах не должно остаться. Надо сказать, что позже я поинтересовался, нет ли каких-либо заметок в личных делах Ахмерова и моем или в агентурных досье, но ничего не обнаружил. Более того, когда мы с Исхаком Абдуловичем в 1946 году вновь встретились в Центре после его возвращения из США и моего из Канады, мы, памятуя о приказе «забыть все», не затрагивали этой темы. Единственно, Ахмеров мне как-то намекнул, что все «сработало отлично». Молчали мы до 1953 года, когда Берия был арестован, осужден и расстрелян. Теперь мы с Ахмеровым — я считал его первым разработчиком и инициатором операции «Снег», — не опасаясь, подвели, так сказать, для себя итоги этой акции. И тут Исхак Абдулович рассказал мне, что в конце войны от агента «Икс» он узнал: Уайт разыскивал Билла, то есть Ахмерова, чтобы поблагодарить его за какую-то идею, которая имела большой успех. Но вернемся в 1941 год. Мы тщательно подготовили операцию. Постарались предусмотреть все возможное, вплоть до того, что Ахмеров подобрал телефонные будки в Вашингтоне, откуда я должен был позвонить Уайту, и различные варианты беседы с ним на английском языке. Надо сказать, что за время трехмесячной подготовки операции я сильно продвинулся в английском языке. И все же, страховки ради, мы попросили направить со мной в качестве второго дипкурьера нашего сотрудника Михаила Корнеева, хорошо знавшего английский, чтобы я мог дополнительно потренироваться в пути. Во всяком случае, присутствие коллеги придавало мне большую уверенность. Признаться, все время, пока я приближался к месту про ведения операции «Снег», я испытывал большое волнение. Хотя ни страха или опасения за себя, ни малейшей оперативной робости не было, мне было ясно, что, удайся операция хотя бы наполовину, это будет большой победой, мы сможем считать, что внесли свой вклад в дело борьбы с назревавшей угрозой гитлеровской агрессии. Весь смысл нашего с Ахмеровым предложения, одобренного руководством, сводился к одному — предупредить или хотя бы осложнить принятие японскими милитаристами решения о нападении на наши дальневосточные рубежи, помешать экспансии Токио в северном направлении. При этом в случае успеха я заранее относил все заслуги на счет Ахмерова: он был неизмеримо опытнее меня, несравненно глубже понимал проблемы Дальнего Востока и знал политику США. Моя роль сводилась к простому исполнению талантливого замысла выдающегося разведчика. Поскольку мне требовалась помощь Михаила Корнеева, я рассказал ему о той части операции, в которой он должен был участвовать, не раскрывая других деталей. На подробном плане Вашингтона я показал маршрут, на котором он должен будет контролировать обстановку и предупреждать меня о возможной слежке. В конце апреля я и Михаил Корнеев выехали в Соединенные Штаты, прикрываясь миссией дипломатических курьеров. Все было сделано как надо. Мы везли настоящую диппочту, имели дипломатические паспорта и пистолеты — в случае нападения мы должны были защищать неприкосновенность нашего груза вплоть до применения оружия. Наш маршрут: до Ленинграда на поезде, через Атлантический океан пароходом до Нью-Йорка, затем Вашингтон — Сан-Франциско по железной дороге, оттуда во Владивосток через Тихий океан, с заходом на Гавайские острова и в Японию, и наконец, в Москву по Транссибирской железнодорожной магистрали. В середине мая мы доплыли до Нью-Йорка, сдали почту в советское генеральное консульство и, отдохнув пару дней, вы ехали в Вашингтон, где мне предстояло нелегкое испытание на, так сказать, аттестат оперативной зрелости. Сразу по прибытии в американскую столицу — это было в понедельник — мы с Михаилом проехались по улицам. Оперативный водитель показал все места, где могло быть установлено усиленное наблюдение полиции и контрразведки. Затем проехали по всем намеченным Ахмеровым маршрутам для телефонного звонка Уайту, а затем на встречу с ним. Следующий день, вторник, был, по мнению Ахмерова, наиболее подходящим для звонка. Он хорошо знал распорядок работы государственных учреждений в Вашингтоне и обстановку в министерстве финансов и рекомендовал звонить в любой рабочий день недели, кроме понедельника, когда Уайт мог находиться на совещании у руководства. Оптимальным временем для звонка он считал 10-11 часов утра. В тот день погода стояла изумительная. Кругом цвели вишневые деревья, которыми славится американская столица. В лучах майского солнца город казался праздничным. Хотя, возможно, просто сказывалось мое приподнятое настроение. Мы, как и намечали в Москве, встали рано и около 7 часов утра вы ехали «на прогулку». По пути, после нескольких проверок на удобных малолюдных улочках, где не было оживленного движения, зашли в небольшую закусочную и позавтракали. Когда до звонка оставался час времени, выехали на проверочный маршрут. Михаил вышел из машины за три квартала до своего контрольного пункта. Мы с водителем провели еще одну тщательную проверку, и я направился к телефонной будке. Ровно в 9.50 я прошел мимо Михаила. Он сделал незаметный условный жест рукой: «Все чисто». В следующие несколько минут я быстро одолел два квартала и в десять открыл дверь телефонной будки. Когда раздались гудки на другом конце провода, мне показалось, что время остановилось. И вдруг среди напряженного ожидания прозвучало: «Уайт слушает». Я назвал себя, как десятки раз было отрепетировано с Ахмеровым, сказал, что звоню по просьбе моего преподавателя Билла, который все еще находится на Дальнем Востоке, и выразил готовность встретиться с Уайтом, если он желает узнать о Билле и выслушать, что тот просил передать ему. Уайт, помедлив самую малость, согласился и, вероятно, хотел было назвать время и место, но я опередил его, чтобы не упускать инициативы, и сказал, что я в Вашингтоне ненадолго, на днях возвращаюсь к Биллу, и если Уайт смог бы уделить мне полчаса завтра, то я готов пригласить его на ленч. И назвал ресторан, который, по словам Ахмерова, был известен Уайту. После некоторого размышления мой собеседник согласился. Поблагодарив, я попрощался с Уайтом и повесил трубку. Вздохнув с облегчением, я постоял еще с минуту у телефона, повторил про себя весь разговор и отметил, что все прошло без сучка и задоринки. Первый этап завершился. Теперь пред стояло главное: как Уайт воспримет идею Билла? Все остальное — мои языковые трудности, вопросы выхода на встречу — отошли на второй план. Я пытался поставить себя на место Уайта и определить его возможную реакцию. Самая неприятная: кто вы такой и почему Билл лезет в мои служебные дела? При отягчающих обстоятельствах эта реакция может сопровождаться обвинением меня в провокации с соответствующими последствиями и возможным вынужденным знакомством с местными властями. Конечно, это будет полный провал операции, но против личных неприятностей меня защищал дипломатический паспорт дипкурьера. Все другие реакции были бы в принципе благоприятными, даже если Уайт просто по каким-то соображениям отвергнет нашу идею. Утром следующего дня мы с Михаилом совершили «прогулку», заранее договорившись о том, куда к 12 часам должен подъехать на машине наш водитель. Мы прошли в центр, полюбовались монументом Линкольна, около 9 часов позавтракали в небольшом кафетерии и, как заправские туристы, неспешно пошли к намеченному месту, куда должен был подъехать автомобиль. Забыл упомянуть, что в телефонном разговоре с Уайтом я сказал ему, что постараюсь быть на месте за несколько минут до свидания, что я блондин, среднего роста и что у меня на столе будет журнал «Нью-Йоркер», с которым я не расстаюсь. Это облегчит ему мое опознание. Его же я, по описанию Ахмерова, надеялся узнать без труда. Не скажу, что, подходя к ресторану, я не испытывал волнения. Вновь и вновь в моей голове прокручивались варианты предстоящего разговора. Главное, чего мне нельзя было упускать из виду, это то, что Уайт — ответственный сотрудник американского государственного учреждения, и я не собирался предлагать ему ничего такого, что выходило бы за рамки закона или ущемляло бы интересы США. Наоборот, все идеи Билла предполагали защиту национальной безопасности Соединенных Штатов. Кроме того, памятуя о твердых антифашистских убеждениях Уайта, я собирался подчеркнуть, что эти идеи продиктованы стремлением противодействовать германскому фашизму и японскому милитаризму. Уайт, как один из доверенных лиц Генри Моргентау, должен был быть в курсе реальной угрозы гитлеровского нападения на нашу страну и, конечно же, понимал, что, ограждая нас от агрессии Японии на Дальнем Востоке, он будет способствовать усилению Советского Союза перед этой угрозой в Европе. Следовательно, его действия соответствовали антифашистским идеям. Поэтому любой шаг, способствующий обузданию экспансии Японии в Китае, Маньчжурии и Индокитае, отвечал бы американским интересам в тихоокеанском регионе. В этом плане я был готов, если потребуется, напомнить и о «меморандуме Танаки». Сейчас, когда я смог ознакомиться с текстами записок, подготовленных Уайтом для Г.Моргентау и доложенных осенью 1941 года президенту Ф.Д.Рузвельту, мне стало ясно: краткие тезисы Билла, переданные мною, автор развил в убедительные аргументы, которые принял на вооружение Белый дом. Но вернемся к той памятной встрече в Вашингтоне. Я вошел в ресторан, который был уже почти пуст, — время ленча подходило к концу, и направился к столику в глубине зала, от куда хорошо был виден вход. Осмотревшись, я положил на стол журнал «Нью-Йоркер», так, чтобы заголовок можно было заметить издалека. В дверях показался Уайт, которого я сразу узнал по описанию Ахмерова. Он окинул взглядом зал и направился ко мне, так как другого блондина в ресторане, видно, не оказалось. Когда он приблизился, я встал и произнес его имя. Он кивнул и назвал меня. Мы поздоровались. Поскольку я заметил, что к нам направляется официант, попросил Уайта заказать по его выбору завтрак и для меня. Когда официант отошел, я сразу же попросил у собеседника извинения за мой варварский английский язык, сославшись, согласно легенде, на то, что долго живу в Китае, «вдали от цивилизации». Он улыбнулся и подбодрил меня: — Думаю, что это не помешает нам понять друг друга. Пока Уайт делал заказ, я успел рассмотреть его. Это был человек лет тридцати пяти-сорока, с очень живым, симпатичным лицом и проницательными глазами, которые прятались за очками в тонкой металлической оправе. Он производил впечатление скорее профессора, чем важного государственного чиновника. Чувствовалось, что Уайт готов был с интересом выслушать мои пояснения о цели встречи. Я не заставил его ждать. Передал привет от Билла из далекого Китая, добавив, что мы с ним друзья, вернее, он мой наставник, которого я глубоко уважаю. — Билл немного рассказал мне о вас, — начал я, — и попросил об одолжении, которое я охотно выполняю. Он подчеркивал: то, что я собираюсь передать вам, очень актуально и его нельзя откладывать до тех пор, когда он вернется на родину и встретится с вами. Уайт прервал мой монолог вопросом: — Когда Билл намерен приехать в США? Я, как было согласовано с Ахмеровым, ответил: — Билл хочет сделать это как можно скорее, не позже конца года. Он усиленно работает над проблемами американо-японских отношений, и у него вызывает большую тревогу экспансия Японии в Азии. Вот как раз в связи с этим он и просил меня, по возможности, встретиться с вами и, если вы не будете возражать, ознакомить с идеей, которая, по его убеждению, может заинтересовать вас. Уайт заметил, что встреча с Биллом пару лет тому назад оставила у него хорошее впечатление. — Это явно человек глубоких мыслей, — сказал мой собеседник и добавил, что готов выслушать меня. Извинившись за то, что не очень полагаюсь на свои знания английского, я положил перед Уайтом небольшую записку. Прочитав ее, мой визави воскликнул, что его поражает совпадение собственных мыслей с тем, о чем, судя по тезисам, думает и Билл. Он машинально хотел положить листок в карман, но, увидев мою протянутую руку, вернул его мне. — Я на днях возвращаюсь в Китай, и Билл обязательно пожелает узнать ваше мнение, — сказал я, — ведь он так беспокоился как раз о том, видит ли руководство США японскую угрозу и намерено ли что-то делать для обуздания азиатского агрессора? Уайт просил передать Биллу следующее: — он благодарен за высказанные мысли, которые соответствуют его, Уайту, убеждениям и знанию положения в указанном регионе; — он уже задумывался сам над тем, что можно и нужно предпринять; — он полагает, что, получив поддержку хорошо осведомленного специалиста, сможет предпринять необходимые усилия в нужном направлении. Говорил Уайт нарочито медленно, слова произносил отчетливо, а закончив, спросил, правильно ли я понял его. Чтобы успокоить собеседника, я повторил его устное «послание» для Билла почти слово в слово. Он одобрительно кивал головой и даже похвалил мою память. Наша трапеза подходила к концу. Уступая просьбе Уайта, я предоставил ему возможность расплатиться за ленч, поскольку он его заказывал. Я был удовлетворен тем, что главную свою задачу мне удалось выполнить, и с легким сердцем возвратился к месту, где Михаил ждал меня в автомобиле… В Москве я прежде всего встретился с Ахмеровым. Мы обстоятельно проанализировали, не упуская мельчайших подробностей, ход операции и реакцию Гарри Уайта. Ахмеров пришел к выводу, что он вел себя так, как и следовало ожидать. Можно было быть уверенным, что он принял наш совет и обязательно им воспользуется, теперь оставалось ждать его действий. Я полностью согласился с выводами Ахмерова и, по договоренности с ним, доложил все начальнику разведки. Еще из США, как было условлено, я направил лично Фитину шифртелеграмму с одной фразой: «Все в порядке, как планировалось. Клим». Павел Михайлович после моего доклада сказал, что он сразу сообщил Берии содержание депеши, так что идти к нему не потребуется. Да сейчас и не до того, началась война. На этом, подвел итог Фитин, для нас операция «Снег» заканчивается, а Ахмеров и я должны все забыть. Мы так и поступили, пока меня к этим воспоминаниям не вернули американцы. Но это случилось уже в наши дни. Недавно в мои руки попала книга бывшего конгрессмена Гамильтона Фиша «Мемуары американского патриота», изданная в Вашингтоне в 1992 году. Читая ее, я в полной мере ощутил роль Гарри Уайта в возникновении американо-японской войны. Автор приводит два документа от 6 июня и 17 ноября 1941 года, составленные Уайтом. Их главное содержание вошло в меморандум министра Моргентау для Хэлла и Рузвельта от 18 ноября того же года. На основании последнего документа, пишет Фиш, 26 ноября японскому послу в США адмиралу Номуре был вручен ультиматум с требованием немедленно отозвать все вооруженные силы Японии из Китая, Индонезии и Северной Кореи. Японскому правительству предлагалось выйти из тройственного пакта с Германией и Италией, заключенного в сентябре 1940 года. Документ, который был назван «ультиматум Хэлла», по утверждению автора, спровоцировал войну между Японией и США. Ссылаясь на американского историка А.Кубика, Г.Фиш пишет далее, что Г. Уайт — не только заместитель, но первое доверенное лицо министра финансов Г.Моргентау, занимавшего одну из ключевых позиций в администрации Рузвельта. Вместе с тем Уайт якобы был скрытым коммунистом и сотрудничал с советской разведкой. В свидетели Фиш призывает предателей и изменников — Бармина, Чэмберса, Бентли, Гузенко. Все их показания в отношении Уайта тщательно проверяла американская контрразведка, но безрезультатно. Его «нелояльность» расследовала и комиссия конгресса под руководством Дайса. Психологическим террором она смогла добиться только одного: категорически отрицавший все обвинения Уайт не выдержал травли и после очередного допроса в августе 1948 года скоропостижно скончался. Дела на него, которые завели ФБР и комиссия конгресса, были закрыты: им не удалось доказать, что он был агентом советской разведки. Истина восторжествовала, хотя и очень дорогой ценой. Со своей стороны, я, наверное единственный оставшийся в живых участник операции «Снег», могу засвидетельствовать: Гарри Декстер Уайт никогда не состоял с нами в агентурных отношениях. Должен сказать и об удивительной нечистоплотности Г.Фиша. Этот потерявший всякую порядочность бывший конгрессмен-неудачник, выбитый из седла законодателя еще в 1945 году, мстит, спустя полвека, ненавистному ему Франклину Делано Рузвельту и всем, кто способствовал успешной деятельности администрации этого выдающегося американского президента. И тщась выдать себя за патриота, льет грязь на истинного сына Соединенных Штатов Гарри Уайта. Теперь, зная всю подноготную подготовки японской агрессии против США и будучи причастным в известной мере к действиям Уайта в защите американских интересов на Тихом океане, я могу трезво оценить роль нашей внешней разведки в предупреждении японской агрессии против СССР в 1941 году. От одновременного с германской агрессией нападения на Советский Союз Японию удержала прежде всего неуверенность в успехе этой затеи после горького поражения при Халхин-Голе. Вторым фактором, безусловно, была превалирующая заинтересованность Токио в другом, южном направлении японской агрессии. Состояние умов в японском правительстве еще до Пёрл-Харбора характеризует шифртелеграмма министра иностранных дел, направленная послу Японии в Берлине 22 ноября 1941 года, то есть до вручения «ультиматума Хэлла». «Повстречайтесь с Гитлером и Риббентропом, — писал министр, — и в секретном порядке объясните им наши отношения с США… Объясните Гитлеру, что основные японские усилия будут сосредоточены на юге, и мы предполагаем воздержаться от преднамеренных действий на севере». Эти данные, полученные советской разведкой, позволили нашему правительству пока не беспокоиться за Дальний Восток. Конечно же, объективно возможность японского нападения на наш тыл оставалась. Вступление США в войну с Японией устраняло подобную угрозу, поэтому любые действия для достижения такой гарантии были выгодны нам. С этих позиций операция «Снег» была полностью оправданна. В связи с операцией «Снег» хочу подчеркнуть еще одно важное обстоятельство. Что бы ни говорили «эксперты» по вопросам внешней разведки из числа бежавших на Запад изменников, например О. Гордиевский, об И.А.Ахмерове и его деятельности, им нельзя верить. Они могут питаться только слухами, ибо сам Исхак Абдулович был человеком весьма скрытным и никогда не рассказывал о своей работе, тем более об агентах, с которыми был связан в США. Могу сказать: нет, не мог Ахмеров в своей лекции, как пишет Гордиевский, что-либо говорить о Гарри Гопкинсе[23] или Олджере Хиссе[24], которые не были нашими агентами (он, Ахмеров, никогда с ними не встречался). Все это чистый вымысел изменника, который лично с Ахмеровым не был знаком. Как и вся наша внешняя разведка, Ахмеров отнюдь не стремился к тому, чтобы привлекать к сотрудничеству «высших государственных деятелей», хотя среди десятка наиболее ценных его агентов двоих можно было отнести к такой категории. Наша разведка считала (думаю, считает и сейчас), что умный и способный помощник или секретарь крупного руководящего деятеля может добывать не меньшую (если не большую) информацию, чем его шеф. Если говорить о втором периоде разведывательной деятельности И.А.Ахмерова в США (1941-1945 годы), то вся информация, которую добывала резидентура, была прежде всего «антигерманской» и «антияпонской» и отнюдь не использовалась против США. Наши источники — американцы, согласившиеся на сотрудничество с внешней разведкой на антифашистской основе, не причиняли какого-либо вреда своей родине. Скорее они помогали американской армии успешно сражаться против немецких фашистов и японских милитаристов. Естественно, читателей может интересовать дальнейшая судьба тех агентов Ахмерова, которые служили в разведывательной организации Вашингтона военного времени — Управлении стратегических служб, предтечи ЦРУ. В американской печати в последние годы не раз появлялись сообщения, основанные на будто бы расшифрованной переписке нью-йоркской резидентуры нашей внешней разведки с Центром в период войны. В них утверждалось, что секретная служба Кремля имела в УСС семь агентов. Думаю, что в этих сообщениях верно только одно: да, мы располагали агентурой в разведке Вашингтона. Но, во-первых, агентов было не семь, а значительно больше (читатели должны понять, что даже сейчас точную цифру я не могу рассекречивать по своему желанию). Во-вторых, что касается «расшифровки переписки» наших разведывательных структур, я весьма сомневаюсь, что американцам удалось узнать хотя бы об одном из наших агентов в УСС. Более того, скажу следующее: некоторым нашим источникам, работавшим во время войны в разведке Вашингтона, удалось в 1947 году, когда было создано ЦРУ, перейти в эту организацию. Конечно, обо всем этом я не могу рассказать более подробно: время еще не пришло. Просмотров: 30291 Источник: В. Павлов. "Операция "Снег"". М.: Гея, 1996

Источник: https://statehistory.ru/1041/Operatsiya-Sneg--Kak-sovetskaya-razvedka-stolknula-SSHA-i-YAponiyu-v-1941-g-/

А.Б. Максимов

24.07.2021, 10:01

https://history.wikireading.ru/145381

После начала Второй мировой войны внешняя разведка усилила работу по расширению агентурной сети в европейских странах — Германии, Великобритании, Франции и за океаном — в США.

К началу Великой Отечественной войны в нацистской Германии активно действовали две группы антифашистов Корсиканца и Старшины, информация которых носила военно-стратегический характер в период советско-германского противостояния до середины 1943 года, то есть до и во время Битвы за Москву, Сталинградского сражения и битвы на Курской дуге. Это были результаты информационных усилий десятков членов «Красной капеллы», трагически погибших в конце 1942 года.

В Англии нашей разведке удалось продвинуть агентов в главные британские ведомства — МИД, Военное министерство, в спецслужбы. Агенты «Кембриджской пятерки» с 30-х годов делали шаг за шагом к триумфу советской разведки: из 19 тысяч документов, добытых лондонской резидентурой за годы войны, через руки «Пятерки» прошли 17 тысяч, причем от Джона Кернкросса — 6 тысяч из дешифровальной службы по советско-германскому фронту.

Защита прав наследников!
РЕКЛАМА
Однако в преддверии нападения Германии на СССР советское правительство и военное командование остро интересовала обстановка на флангах будущей войны — возможном закавказском фронте (прогермански настроенный Иран), среднеазиатском (влияние немецких и других спецслужб «оси» в Афганистане) и особенно на дальневосточном направлении, где в сопредельном с СССР Китае уже хозяйничала Япония, союзник Германии по «оси» Берлин — Рим — Токио.

Стабилизация обстановки с граничащими с Советским Союзом странами носила стратегическое значение, особенно во время Битвы за Москву.

О положении дел на дальневосточном направлении разведка регулярно докладывала в Москву, в частности о борьбе двух группировок в японских вооруженных силах — командования сухопутной армии, которое стояло за немедленную войну против СССР, и командования военно-морского флота, которое считало, что надо начинать с захвата территорий в Юго-Восточной Азии, то есть с войны на Тихом океане, а потом уже вести военные действия против Советского Союза.

Влияние советской разведки на ход военных событий в этом регионе сказалось в организации и проведении операции «Снег», стратегический замысел которой преследовал втягивание в войну с Японией США.

Операция «Снег» зародилась в недрах штаб-квартиры внешней разведки в Москве и к ее разработке имели прямое отношение сотрудники американского отдела: легендарный разведчик-нелегал Исхак Ахмеров и один из первых выпускников Школы особого назначения (ШОН) в 1938 году Виталий Павлов. Курировал эту операцию лично Л.П. Берия.

Знаток Америки, нелегал с десятилетним стажем, Ахмеров понимал, что необходимо в прямом смысле слова припугнуть Японию. И сделать это должны были американцы. Япония находилась в «подбрюшье» нашего Приморья и, как ни странно, именно американцы в годы Гражданской войны отстранили Японию от Дальнего Востока. Эта «сила» могла быть направлена против Японии и в годы Второй мировой войны.

Подтолкнуть США к серьезной конфронтации, вплоть до военных действий, означало отвлечь японскую военщину от СССР. И Ахмеров и Павлов искали в Америке человека, который мог бы прислушаться к аргументированным доводам: Японию за разбой в Юго-Восточной Азии следует припугнуть.

Среди связей Ахмерова оказался такой человек — Гарри Уайт, выходец из Литвы и ближайший советник министра финансов США. В свое время, работая в Штатах с нелегальных позиций, Ахмеров заинтересовал собой Уайта, представившись китаистом и знатоком Дальнего Востока.

Павлов вспоминал: «Мы понимали, что Уайт может сделать в Америке то, что мы хотим предложить. Вопрос в том: кто с ним поговорит?» Ахмеров к тому времени был отозван из США по приказу Берии. Поэтому было принято решение: для встречи с высшим правительственным чиновником Г. Уайтом поедет Павлов как приятель «китаиста», белоэмигрант, осевший в Китае. Сам «китаист» все еще в Китае, но у него есть идея: хватит поощрять аппетиты японской военщины. Это значит — американскому правительству нужно договориться со Страной восходящего солнца на следующих условиях: прекращение агрессии и вывод войск с оккупированных территорий в регионе. Это, по мнению «китаиста», путь к надежному миру.

Когда план операции был детально завершен, Павлов доложил его наркому внутренних дел Берии. Дав согласие на ее проведение, нарком, как вспоминает Павлов, приказал готовить операцию в полной тайне и, кроме того, еще подчеркнул: «После операции вы забудете про «Снег» навсегда. И чтобы не осталось никаких следов — ни в едином деле, ни клочка бумаги…». Павлов говорил: «Это был странный приказ, и выполнили его досконально» (Кстати, операция была названа «Снег» в связи с тем, что фамилия Уайт в переводе с английского означает «белый»).

Так, весной 1941 года Уайт получил от «китаиста» «шпаргалку-тезисы», а принесшему ему эту записку Павлову высказал согласие с «идеей» в отношении Японии.

В конце ноября 1941 года японский МИД был встревожен, получив памятную записку от правительства США. Это была известная теперь «нота Хелла» (по имени американского госсекретаря того периода). В Японии требования американцев восприняли как ультиматум: вывод войск из Китая и Французского Индокитая, прекращение поддержки правительства Маньчжоу-Го и выход из Тройственного пакта «Берлин — Рим — Токио».

«Нота» «помогла» «морской партии» в Японии определиться в отношении войны с США на Тихом океане. И японские авианосцы скрытно направились к Гавайским островам. 7 декабря японские самолеты двумя волнами уничтожили американский флот в бухте Пёрл-Харбор.

В Москве, у стен которой только за день до этого началось величайшее контрнаступление, нападение японцев на США воспринято было как весть стратегического значения: вовлеченная в войну Япония больше не сможет напасть на СССР, имея три фронта — в Китае, Юго-Восточной Азии и на Тихом океане. Теперь они не решатся открыть четвертый фронт в Советском Приморье. Советско-японский фронт на Дальнем Востоке так и не был открыт, и в Битве за Москву участвовали снятые оттуда сибирские дивизии.

И снова в этой акции тайного влияния, как и в операциях 20-х годов, разведка проявила особенности своих действий: предвидение и упреждение намерений противника, а в данном случае — ускорение военной конфронтации между США и Японией с целью ликвидации стратегической напряженности на наших восточных границах.

Другой существенной особенностью акции стала возможность влияния ее на ход Московского сражения, главным достижением которого стала истина и для советского народа и для всего мира: блицкриг Гитлера сорван и «фашистов можно бить!».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Сергей Воропаев

25.07.2021, 17:54

https://history.wikireading.ru/203821

(Условное наименование — "Динамо"), эвакуация союзных (английских и части французских и бельгийских) войск из района французского города Дюнкерка в Англию 26 мая — 4 июня 1940. Тысячи британских и французских солдат выстроились на берегу в ожидании эвакуации из Дюнкерка

В результате прорыва немецких танковых соединений 20 мая 1940 к Абвилю войска 1-й группы армий союзников (10 английских, 18 французских и 12 бельгийских дивизий) оказались отрезанными и прижатыми к морю в районе Гравлин, Аррас, Брюгге. С запада и юго-запада против них наступали войска группы армий «А» генерал-полковника Г. Рундштедта (танковые группы генералов Клейста и Гота и 4-я армия), с востока и юго-востока — группа армий «Б» генерал-полковника В. Лееба (18-я и 6-я армии). Английское командование еще 20 мая приняло решение об эвакуации своих войск, не известив об этом союзников. Эвакуация была облегчена тем, что 24 мая Гитлер неожиданно одобрил приказ, отданный 23 мая Рундштедтом, об остановке танковых групп на рубеже Бетюн, Сент-Омер, Гравлин. Причины этого приказа до сих пор не ясны. Не исключено, что Гитлер рассчитывал допустить возвращение в Англию деморализованных английских солдат с целью вызвать чувство страха и растерянности в английском народе и побудить правительство Великобритании к капитуляции. Вместе с тем германское командование стремилось избежать потерь в танках, чтобы сохранить их для действий против главных сил французской армии, и рассчитывало уничтожить большую часть эвакуирующихся английских войск силами авиации. Однако наступление немецкой пехоты натолкнулось на упорное сопротивление союзников и не имело успеха. Тогда 27 мая немецкое командование снова бросило в бой танковые группы, но танки не смогли преодолеть усилившуюся оборону англичан. В итоге благодаря крупному просчету гитлеровского командования основную массу союзных войск (свыше 338 тыс. человек) удалось эвакуировать. До начала операции «Динамо» было перевезено 59,3 тыс. англичан; а с 26 мая по 4 июня — 278,8 тыс. человек, в т. ч. 139,8 тыс. англичан и 139 тыс. французов и бельгийцев. В спасении союзных войск участвовало 860 кораблей английских и французских ВМФ, рыболовных, транспортных и спортивных судов. Из них 224 было потоплено и примерно столько же повреждено. С воздуха эвакуацию прикрывала английская истребительная авиация. С 27 мая по 4 июня ею было совершено 2739 самолето- вылетов и сбито 130 немецких самолетов; английские потери составили 302 самолета. Англичане потеряли свыше 68 тыс. человек, всю боевую технику и вооружение. 28 мая бельгийская армия капитулировала, а 4 июня сдались в плен около 40 тыс. французов, прикрывавших эвакуацию и оставшихся без боеприпасов.

А. Дж. П. Тейлор

26.07.2021, 10:20

https://history.wikireading.ru/243196
Предисловие

Я писал эту книгу более тридцати лет. Во время войны я выступал раз в месяц с репортажем в Оксфорде и других городах, делал обзор событий за прошедший период, иногда размышлял о том, что может произойти в будущем. В конце войны подвел ее итоги в ряде выступлений по датскому радио, организованных службой Би-би-си. Беседы эти, наверное, безвозвратно утрачены. С тех пор я постоянно занимался изучением событий военного времени, много размышлял над ними и теперь начинаю думать, что могу высказать кое-какие полезные соображения.

Прошедшие десятилетия, думаю, достаточное время для беспристрастного взгляда на вторую мировую войну. Интерес к ней еще велик, об этом свидетельствует поток произведений о войне, и вместе с тем мы уже достаточно от нее далеки, чтобы избавиться от некоторых сопутствовавших ей увлечений и заблуждений. Я пишу не как сторонник какой-либо воевавшей страны или коалиции, хотя думаю, что моя страна воевала за правое дело, и высказываю суждения по вопросам спорным лишь после тщательного рассмотрения всей доступной мне информации.

Вторая мировая война проходила как в акватории двух океанов (Атлантического и Тихого) и нескольких морей, так и в четырех сухопутных кампаниях (в России, в Северной Африке и Средиземноморье, в Западной Европе и на Дальнем Востоке). Каждая из этих войн имела особый характер, зачастую историки описывали каждую из них в отдельности. Я пытался их связать воедино; вспомнить, что когда произошло нападение на Пёрл-Харбор, немцы уже были остановлены под Москвой; что когда был окружен Сталинград, англичане вели успешное сражение под Эль-Аламейном; и когда англо-американские войска высадились на Сицилии, русские в это время одерживали победу в битве под Курском. Победа 1945 г. была общей победой, все три великие союзные державы внесли в нес свой вклад в полной мере своих возможностей и ресурсов.

Выражаю благодарность моей аудитории в Эйлсбери, Банбери, Оксфорде, Рединге, Вулвертоне и других городах, подтолкнувшей меня к анализу истории второй мировой войны. Выражаю также благодарность Лондонскому университету за возможность выступить в 1973 г. с лекцией, содержанием которой явилась первая глава этой книги.

А. Тейлор

А. Дж. П. Тейлор

27.07.2021, 08:11

https://history.wikireading.ru/243197

Лига Наций была учреждением, привлекавшим внимание главным образом дипломатов и энтузиастов борьбы за коллективную безопасность. Но большевистская революция расколола европейскую цивилизацию, разделила Европу глубже, чем Реформация в XVI в. или Французская революция в XVIII в. Советская Россия, принявшая марксистскую доктрину, устремленная к мировой революции, казалось, так или иначе угрожала миру капитализма. Этот мир отвечал бойкотированием Советской России и с помощью военной интервенции стремился ее сокрушить. В 20-е годы многие, особенно сами коммунисты, ожидали, что военная интервенция возобновится и во время следующей войны капиталистические государства набросятся на «государство рабочих».

Но эти ожидания не сбылись. Зато углубились взаимные подозрения. Убеждение, что Германия – оплот борьбы с коммунизмом, заставило прежних победителей смотреть на нее с меньшим недоверием, делать ей больше уступок. Россия, в прошлом великая держава, европейская и азиатская одновременно, перестала теперь ею быть и в дипломатических расчетах всерьез не принималась! Советско-французский договор 1935 г., например, на бумаге был столь же прочен, как и прежний франко-российский альянс. Но когда в 1939 г. французы вместе с англичанами хотели заключить союз с Советской Россией, они вели переговоры так, словно договора 1935 г. никогда не было, словно его хотели забыть и предпочли бы, чтобы его вообще не существовало. Еще одним примером являются сами переговоры 1939 г. В дальнейшем стало ясно, что ни одна из трех договаривающихся сторон не рассчитывала на успех и даже не стремилась к нему.

В 30-е годы антибольшевизм отчасти уменьшился из-за нового раскола европейской цивилизации – между фашизмом и буржуазной демократией. Когда Муссолини установил фашистский режим в Италии, кроме левых социалистов не многие ощутили тревогу: считалось, что он спас Италию от большевизма. Муссолини выступал как респектабельный государственный деятель, британские и французские государственные лидеры торжественно давали ему советы, и еще в апреле 1935 г. он выступал поборником коллективной безопасности и святости договоров.

Национал-социализм, немецкий вариант фашизма, был угрозой совсем иного масштаба. Политики в других странах отлично понимали, что происходит в Германии и к чему стремится национал-социализм. Мировая пресса и дипломаты в полный голос заговорили о нацистском варварстве: были уничтожены политические партии и профсоюзы; перестала существовать свобода слова; евреи были изгнаны из политической жизни, лишь наиболее удачливые смогли эмигрировать; были отвергнуты принципы европейской цивилизации. Начиная с Гитлера, вся нацистская верхушка – сплошь «головорезы», сообщал британский посол.

Какие же уроки политики демократических стран извлекли из ситуации в Германии? Протесты лишь ужесточали поведение нацистов. Международный бойкот немецких товаров даже в случае его эффективности, что было маловероятно, увеличил бы экономические трудности Германии, а ведь все считали, что именно в результате этих трудностей Гитлер и нацисты пришли к власти. В отчаянии французские политики отказались от решения проблемы. Они выражали протесты в связи с каждым вызывающим шагом Германии и не делали ничего. Британские политики решили, что, если компенсировать недовольство Германии и восстановить ее экономическое положение, поведение нацистов не будет столь варварским. Англичане приняли германскую систему двусторонней торговли и старались сделать автаркию терпимой. Невилл Чемберлен, который стал британским премьер-министром в 1937 г., старался умиротворить Германию, активно идя навстречу ее политическим притязаниям. Некоторые, в их числе, вероятно, и сам Чемберлен, полагали, что умиротворение приведет к успеху. Другие принимали этот метод как временный, пока будет закончено перевооружение Великобритании.

Советская Россия и Соединенные Штаты, две мировые державы, стояли пока в стороне. Советские руководители не раз предлагали оказать коллективный отпор агрессору, но их призывы услышаны не были. Западные политики полагали, что Россия стремится к созданию беспорядков в Европе, а советские политики подозревали, что западные державы хотят вовлечь Россию в войну, чтобы самим остаться в стороне. Все эти подозрения не были лишены оснований. Кроме того, западные политики, да, возможно, и советские тоже, были не в состоянии правильно оценить боеспособность Вооруженных Сил Советской России, особенно после того, как сталинская большая чистка 1937 г. фактически уничтожила все советское высшее командование. Боеспособность американских вооруженных сил подобных сомнений не вызывала: их фактически не существовало, если не считать военно-морской флот. И отсутствовало желание исправить это положение. В итоге первой мировой войны, обоснованно или нет, американцы придерживались политики изоляционизма. Возможно, президент Рузвельт хотел отойти от этого курса с целью противостоять скорее Японии, чем Германии; он даже пытался проявить инициативу в 1937 г., когда призывал подвергать бойкоту любого агрессора. Но общественное мнение было не на его стороне, и Рузвельт перешел к осторожному изоляционизму, пока не разразилась война в Европе.

При таких обстоятельствах западные державы отказались от антифашистского крестового похода, предпринять который, казалось, побуждала их начавшаяся в 1936 г. гражданская война в Испании. Британское и французское правительства смирились с тем, что два фашистских государства, Италия и Германия, оказывали испанским мятежникам помощь, и в конце концов даже приветствовали их победу как единственный способ закончить гражданскую войну. Конечно, добровольцы из Великобритании и Франции, как и из многих других стран, сражались на стороне республиканцев – для них в 1936 г. началась вторая мировая война. Однако они были в меньшинстве. Осенью 1944 г., вскоре после освобождения Франции, генерал де Голль посетил Тулузу, инспектируя партизанские силы района. Остановившись возле оборванного человека, он спросил: «Когда ты вступил в Сопротивление, друг?» Партизан ответил: «Задолго до вас, мой генерал» (он сражался в Испании во время гражданской войны). И тут смутился генерал де Голль.

Генерал и партизан понимали войну по-разному: де Голль – как борьбу за национальное освобождение, партизан – как борьбу против фашизма. И они были правы: обе цели сплелись воедино, зачастую даже в сознании одного человека. По форме вторая мировая война, как и первая, была войной между суверенными государствами. Для многих обыкновенный патриотизм был единственным мотивом, для еще большего числа людей – главным мотивом. Патриотизм проявлялся даже там, где его не ожидали. До войны русские энергичнее всех призывали к объединенным действиям против фашизма. Но когда захватчики вторглись в Россию, война стала Великой Отечественной, или, иначе говоря, великой войной за Родину; из исторических деятелей главной фигурой стал не Ленин, а Суворов. С момента нападения на Россию коммунисты всюду стали решительными, искренними участниками Сопротивления. Но и они боролись теперь за национальное освобождение – и во французском Сопротивлении, и в Италии, и (более открыто) в Югославии под командованием Тито.

Тем не менее война, несомненно, была также борьбой убеждений. Немцы сознательно боролись за национал-социализм. Их победы не только приводили к изменению границ в пользу Германии, но и несли с собой утверждение принципов и практики национал-социализма: расового превосходства немцев, деградации всех остальных народов и физического истребления некоторых из них. Противники Германии боролись (в меньшей мере это осознавая) за уничтожение всего того, что отстаивал национал-социализм. Начав с цели национального освобождения, они с неизбежностью пришли к идее восстановления демократии, хотя в России и на Западе совершенно различно толковалось это понятие. Война продолжалась, и антигерманская коалиция стала выступать за гуманизм. Пока шла война, оставался неизвестным весь список преступлений фашистов. Лишь потом стало ясно, что газовые камеры Освенцима (Аушвица) – столь же подлинный символ национал-социалистской цивилизации, как готические соборы – символ средних веков. Но и то, что было известно, исключило любой другой исход войны, кроме безоговорочной капитуляции, и сделало вторую мировую войну справедливой войной, что бывает чрезвычайно редко.

Союзники Германии в эту схему не вписывались. Фашизм возник в Италии, но там его преступления больших масштабов не достигли, как и участие Италии в войне. К тому же фашизм там никогда не владел душами людей. Лишь правительство усташей в Хорватии творило почти такие же преступления, как Германия. А японцы вообще не были фашистами. У них были старые националистические взгляды, старая, но реально действующая конституция. Они совершали преступления не из принципа, а от пренебрежения к человеческой жизни. Тем не менее им была навязана та же схема, они тоже стали фашистами и врагами демократии.

Уже говорилось о том, что первая мировая война имела широкомасштабный характер: в ней участвовали миллионы людей. Но фронт был еще отдален от мест обитания: гражданское население меняло не столько образ жизни, сколько род занятий; еще сохранялась возможность обсудить, зачем ведется война и следует ли ее продолжать; часто наблюдались проявления недовольства граждан. Во вторую мировую войну вовлеченными оказались все. Беспорядочные бомбежки привели к тому, что различие между фронтом и тылом почти исчезло. В Англии, например, до 1942 г. вероятность того, что солдат в армии получит телеграмму о гибели жены от бомбы, превышала вероятность того, что жена получит телеграмму о гибели мужа в бою. Лица, отказавшиеся воевать и служившие в противовоздушной обороне, подвергались большей опасности, чем если бы находились в вооруженных силах. Перед войной британское правительство предвидело, что бомбежки нарушат общественный порядок, и зачислило на службу офицера полиции, который служил прежде в Индии: у него был опыт управления толпой, охваченной паникой. Но его услуги не потребовались. Стойкость людских масс – англичан во время сильной бомбежки, ленинградцев, переживших блокаду, немцев в последние месяцы перед окончательным их поражением, японцев даже после взрыва двух атомных бомб – сомнений никогда не вызывала.

Справедливо название «Народная война». Такая война возникает не под воздействием общественных настроений, как это было до некоторой степени с первой мировой войной. В 1914 г. возбужденное общественное мнение подтолкнуло правительства к войне, и демагогический шовинизм сильно потом влиял на военную стратегию. До и во время второй мировой войны политики – вели, народы – следовали. Британское правительство единственное вовлечено было в войну под воздействием общественного мнения, но даже это мнение прозвучало в палате общин, а не в уличных толпах. Гитлер, возможно, рассчитывал, что победы усилят его власть над немецким народом. Но он сам определял, где и когда будут одержаны победы. Перед нападением немцев на Советскую Россию, например, не проводилась общественная кампания по разжиганию антибольшевизма. Нападение явилось для немецкого народа неожиданностью, этому предшествовало мертвое молчание. До того момента, когда Америка действительно вступила в войну, президент США Рузвельт был уверен, что опережает общественное мнение. Он мог ошибаться, но его взгляды определяли курс американской политики.

Во вторую мировую войну политики значили гораздо больше, чем в первую. Кто помнит имена премьеров до Клемансо или немецких канцлеров после Бетмана-Гольвега (а ведь Бетман оказывал лишь второстепенное влияние на события)? В декабре 1916 г. Ллойд Джордж явно стал чем-то вроде военного диктатора, но даже для него, как он сам утверждал, характернее всего было то, что действовать по своему усмотрению удавалось редко. Популярными героями были генералы Китченер, Гинденбург, Жоффр – полубоги, которые вели войну или в порыве вдохновения, или без него.

Во вторую мировую войну генералы были исполнителями и для публики значили не больше, чем обычные государственные служащие. Из Роммеля создали романтическую фигуру не столько немцы, сколько англичане. Монтгомери сам создал о себе легенду, но дважды лишь потому не был снят, что смиренно приносил извинения. В сущности лишь политические лидеры принимались в расчет. Когда немецкие генералы (или некоторые из них) сделали попытку свергнуть Гитлера, они увидели, что сторонников у них нет. Черчилль сместил таких внушительных лиц, как Уэйвелл и Окинлек. Сталин снимал своих генералов десятками, и сам Жуков перед ним трепетал. Вряд ли будет преувеличением сказать, что четыре человека – Гитлер, Черчилль, Рузвельт и Сталин – лично принимали все важные военные решения, да и Муссолини слабо пытался им подражать. Лишь японцами по-прежнему руководил более или менее анонимный комитет.

У всех главных лидеров в прошлом имелся опыт ведения войны. Гитлер и Муссолини были на фронте солдатами, Черчилль и Рузвельт занимали посты в период первой мировой войны, а Черчилль еще и воевал на передовой; Сталин во время гражданской войны в России был в высшем командовании. Они не хуже, а может быть, даже лучше своих советников знали, что такое война. Конечно, они слушали советников. Гитлер, правда, слушал нетерпеливо. И конечно, они взвешивали реальные возможности, даже если не всегда с ними считались. Все равно, они решали, где и как осуществлять кампанию. Они определяли экономическую и внешнюю политику своих стран, за исключением мелких вопросов. Черчилля порой обуревали романтические порывы. Гитлер потерпел поражение (в войне всегда кто-то проигрывает), и поэтому его изображали психопатом. Если смотреть непредвзято, видишь, что политики второй мировой войны действовали разумно, стремясь добиться победы. По количеству массовых убийств, по жестокости вторая мировая война превзошла остальные, но не была беспорядочной неразберихой, как первая.

По своим индивидуальным качествам четыре лидера резко отличались друг от друга.

Гитлер был самым решительным ниспровергателем по взглядам и методам. Он пренебрегал сложившимися мнениями, готов был (на благо или во зло) перевернуть мир вверх ногами. Он был также самым неразборчивым в средствах.

Черчилль – наиболее старомодный, гуманный, в нем кипели благородные чувства. Его облик навевает воспоминания об исчезнувшей Британской империи.

Сталин, безусловно, самый целеустремленный: желал одного – сохранить Советский Союз и свою диктаторскую власть над ним.

Наиболее загадочный из них – Рузвельт. Практичная изобретательность и высокие принципы, повседневные расчеты и отдаленные цели с немыслимой сложностью переплетались в нем. Из четырех лидеров он был самым удачливым, но невозможно сказать, достигалось ли даже это преднамеренными усилиями. Все четверо, несмотря на многие различия, имели нечто общее, отличавшее их от всех остальных: каждый пользовался в своей стране исключительной властью.

По-разному пришли они к власти и по-разному пользовались ею. Рузвельт – избранный президент, единственный глава исполнительной власти. Будучи главнокомандующим, он редко вмешивался в руководство войной, лишь когда принимались крупные решения. Черчилль был конституционным премьер-министром, теоретически делил власть с правительством военного времени, подчинялся парламенту. В качестве министра обороны руководил начальниками штабов и возможности действовать по-своему добивался не приказом, а путем обсуждения. Он выразил это своеобразно: «Согласие с моим мнением – вот все, чего я хотел добиться в итоге здравого обсуждения». Сталин и Гитлер – диктаторы, якобы руководившие партиями, коммунистической и национал-социалистской. Сталин, будучи главой правительства и Верховным главнокомандующим, повседневно руководил всеми военными действиями, как любой обычный главнокомандующий. Гитлер был вначале теоретическим руководителем вооруженных сил и постепенно стал главнокомандующим, особенно на Восточном фронте. Но так или иначе, эти четверо играли решающую роль в политике и стратегии второй мировой войны.

У великих людей свои заботы. Затевались неудачные заговоры против Гитлера; Черчилля часто критиковали в палате общин; Рузвельт, пока шла война, дважды пережил президентские выборы; даже Сталину, возможно, причиняло иногда беспокойство Политбюро. Но никогда никто из них не подвергался серьезной опасности. Эти четверо сами распоряжались верноподданными массами. Народная война имела своим следствием диктатуру.

Четыре могущественных человека олицетворяли, каждый по-своему, волю нации – странный итог эпохи национального самосознания и демократии, у истоков которой стоял Руссо.

Humus

28.07.2021, 12:23

https://humus.livejournal.com/7896298.html

А. Дж. П. Тейлор

29.07.2021, 07:15

https://history.wikireading.ru/243198

Если вообще возможно установить точное время, то поворот к войне наметился в 1936 г. Органы коллективной безопасности были уничтожены. Германия избавилась от всех ограничений, навязанных Версальским договором, и отказалась от тех, которые добровольно приняла на основе договора, заключенного в Локарно. Не сумев защитить от Муссолини Эфиопию, Лига Наций утратила свое значение. Единственным международным соглашением, которое еще что-то значило, был союз между Англией и Францией. Он действовал неофициально с конца первой мировой войны и оформился более определенно в то время, когда Англия предоставила Франции гарантии во время суматохи, вызванной отказом Гитлера в 1936 г. от Локарнского договора. Гарантии предполагались временные, до нового соглашения с Гитлером. Но соглашение заключено не было, и гарантии стали постоянными. Это были гарантии в принципе; Англия не имела возможности их выполнять. Хотя она теперь увеличивала расходы на вооружение, большая часть денег уходила на военно-морской флот и ВВС, а на армию – совсем малая. И пока в Англии шло перевооружение, развивался британский изоляционизм, придававший особое значение армии с «ограниченной ответственностью».

Существенное перевооружение началось в Германии, Англии, Франции в 1936 г. У противоборствующих сторон оно носило разный характер. Гитлер, который рассчитывал прибегнуть к угрозам или мелким войнам, все подготовил для фронта, но не принял во внимание обеспечение резервов, как военных, так и экономических. Англичане и французы разрабатывали планы перевооружения; даже в случае их выполнения (а французские планы не были выполнены) потребовались бы годы на их разработку. Ситуация в итоге получилась запутанная. Гитлер лучше был подготовлен к такому конфликту, который продлится лишь несколько недель. Англия и даже Франция, если бы выдержали первый удар, могли бы в ходе долгой войны укрепиться. Время было на их стороне, хотя они не сумели этим воспользоваться.

Обе западные державы большее значение придавали своей тогдашней слабости, чем будущей силе. Предвоенные годы в Европе были омрачены тем, что военная мощь Германии постоянно преувеличивалась ее потенциальными противниками. Британская разведка, получая существенную часть информации от немецких генералов, якобы противостоящих Гитлеру, все время оценивала темпы германского перевооружения вдвое выше, чем было на самом деле. В 1938 г., например, британский штаб ВВС докладывал, что германская авиация на переднем крае обороны вдвое превосходит британскую, что в дальнейшем авиационное производство в Германии также вдвое превысит британское. Гражданские власти рассчитывали, что 600 тыс. человек будут убиты за первые два месяца войны. Фактически численность германских самолетов на переднем крае обороны была в 1938 г. лишь на 60 % больше, чем в Англии, а резервы – меньше. В 1939 г. британское производство самолетов превзошло германское. Общее число убитых англичан во время воздушных налетов составило 60 тыс. за всю вторую мировую войну. У немцев не было самолетов и стратегии для самостоятельной бомбежки. Их воздушные силы предназначались только для взаимодействия с наземными. Англичане были напуганы призраком, который сами создали. Королевские военно-воздушные силы, единственные среди европейских ВВС, возлагали надежды на оперативное бомбометание, хотя до 1944 г. оснащение и качество самолетов были для этой цели недостаточными. Поэтому англичане, постоянно ощущая угрозу (которой на самом деле не было) со стороны Германии, уповали на возможность (которой также не было) угрожать ей.

В ноябре 1936 г. Германия и Япония подписали Антикоминтерновский пакт – первое соглашение между потенциальными агрессорами. Это был только жест, означавший признание общности целей, но не более. Это не был действенный союз, хотя бы против Советской России. Обе подписавшие пакт стороны никогда не координировали своих действий – ни тогда, ни позднее, и единственным практическим результатом явилось то, что Германия сократила военную помощь, которую до этого оказывала Китаю. Все же пакт казался жестом угрожающим, тем более когда Муссолини, торопясь присоединиться к стороне, как ему представлялось, более сильной, также в следующем году подписал этот пакт. Здесь к тому же не было координации политики. Гитлер продолжал идти своим путем, не спрашивая советов у Муссолини, но смутно надеясь, что Италия доставит Англии и Франции неприятности в Средиземноморье.

Возможно, Антикоминтерновский пакт поощрил японцев к продвижению в Китае. Представляется более вероятным, что заранее это продвижение не планировалось. На Дальнем Востоке с 1933 г. было тревожное затишье: японцы укрепились в Маньчжурии и Северном Китае до Пекина, Чан Кайши старался создать более сильную армию, а китайские коммунисты подталкивали Чана к сопротивлению. 7 июля 1937 г. произошло столкновение между японскими и китайскими войсками на мосту Марко Поло в Пекине. Японцы нанесли ответный удар, больше, кажется, поддавшись порыву младших офицеров, чем руководствуясь указаниями сверху, и взяли Шанхай после семи недель боев. Столица Чан Кайши Нанкин была захвачена в декабре 1937 г. В 1938 г. пали Ханькоу и Кантон, таким образом, под контроль японцев перешло все китайское побережье. Чан Кайши отступил в отдаленный Чунцин, вблизи тибетской границы. Бои затихли. Они стоили жизни примерно 800 тыс. китайцев и 50 тыс. японцев. Около 50 млн. китайцев были изгнаны из домов. И снова тупик. Напрасно старались японцы создать марионеточное китайское правительство. Чан ждал помощи от американцев – большая часть его армии была уничтожена.

В ноябре 1937 г. державы, чьи интересы затрагивали события на Дальнем Востоке, созвали в Брюсселе конференцию, стремясь прекратить войну. Ничего не вышло. Тем не менее настроение изменилось. Британские предприниматели, до этого сочувствовавшие японцам, теперь считали их бандитами, разрушителями китайской торговли. Британское правительство ждало того дня, когда сможет направить флот на Дальний Восток, – отсюда его стремление покончить с европейскими распрями. Американцы по-прежнему твердо сохраняли нейтралитет, но были уже настроены против японцев. Президент Рузвельт надеялся остановить их продвижение, желательно с помощью экономического нажима. Это соответствовало американской стратегии. Хотя армии у США фактически не было, но имелся большой военно-морской флот, для которого главным полем деятельности был Тихий океан.

В это время на Дальнем Востоке обстановка обострилась. Чтобы укрепиться в Маньчжурии, японцы пытались разбить советские войска по ту сторону границы. В июле 1938 и затем в мае 1939 г. они предприняли нападения, но в обоих случаях были разбиты, во второй раз – в Номон-Хане, где понесли тяжелые потери. После начала войны в Европе японцы решили оставить Россию в покое, да и русские, поглощенные европейскими делами, отвечали тем же. В связи с этим для Японии был единственный путь экспансии – на юг, к Тихому океану; возможности для этого могли представиться всякий раз, когда у англичан и особенно у американцев возникнут затруднения где-нибудь еще. Данное направление экспансии сулило нефть, каучук и олово для экономики Японии.

В 1938 г. в Европе кроме экспертов мало кого беспокоил китайско-японский конфликт. Вес взоры были обращены к Гитлеру. Говорили (в то время и часто потом), что у него была определенная программа завоевания мирового господства. Но видимо, он скорее был оппортунистом, извлекавшим пользу там, где такая возможность представлялась. Конечно, его цель была ясна: превратить Германию в мировую державу, а уж средства – по обстоятельствам. Гитлер самонадеянно, слишком самонадеянно, как оказалось, рассчитывал на бездействие западных держав. В 1938 г. он даже получил поддержку Запада – от Невилла Чемберлена, который сменил на посту премьер-министра Болдуина в мае 1937 г.

Чемберлен полагал, что Франция в безопасности за линией Мажино, а Англия – под защитой военно-морского флота, что в случае войны к ним может поступать из США снабжение в неограниченном количестве. Но и Германия была в той же мере защищена от них. С укреплением ее западных границ Англия и Франция ничем не могли помешать росту германского влияния в Восточной Европе. По их мнению, Германия, даже при Гитлере, меньшее зло, чем Советская Россия, а германское господство в Восточной Европе, как бы ни было оно нежелательно, станет прикрытием от коммунизма. Значит, пусть Германия продолжает планомерно действовать. Такое предложение передал Гитлеру близкий единомышленник Чемберлена лорд Галифакс в ноябре 1937 г. Он также сказал Гитлеру, что вопрос о Данциге (Гданьске), Австрии и Чехословакии можно решить в пользу Германии, если не будет беспорядков, чреватых серьезными последствиями.

В течение 1938 г. Гитлер осуществлял свою программу. В марте, после того как австрийское правительство попыталось взять под контроль местных нацистов, он послал свои вооруженные силы в Австрию. Боев не было. Многие австрийцы (в то время большинство) приветствовали свое превращение в германских граждан. Способ оккупации Австрии был характерен для Гитлера: он вступил в крепость, когда стены ее уже рухнули. Тем не менее его вступление явилось в определенном смысле началом второй мировой войны в Европе. Впервые с конца первой мировой войны армия великой державы перешла европейскую границу и силой произвела территориальные изменения.

Для следующего шага Гитлеру не надо было сверяться с расписанием, даже если бы оно у него имелось. Очередной целью стала Чехословакия – демократическое государство, тесно связанное с Францией и не так близко – с Советской Россией, почти окруженное теперь германской территорией и имевшее свыше 3 млн. немецкоязычных граждан. Невилл Чемберлен решил действовать первым и заранее удовлетворить требования Гитлера. Это была политика умиротворения, достигшая своего апогея к лету 1938 г. Все лето Чемберлен и его сподвижники старались добиться согласия правительства Чехословакии уступить требованиям Гитлера и согласия французов покинуть союзника – Чехословакию. Чемберлену это удалось, правда с большим трудом. 29 сентября 1938 г. на конференции в Мюнхене районы Чехословакии с немецкоязычным населением были переданы Германии. Формально было заключено соглашение между четырьмя европейскими великими державами – Францией, Германией, Англией и Италией, а Советскую Россию благополучно отстранили от европейских дел. Соглашение заключили отнюдь не на добровольной основе. Чехословакия и Франция лишь уступили, опасаясь войны, а Чемберлен с трудом убедил английский народ, что не руководствовался теми же мотивами. Гитлер со своей стороны убедился, что с помощью угроз он и дальше сможет добиваться своего.

Чемберлен обещал целую эпоху мира. Но мир продолжался только шесть месяцев. Чемберлен надеялся, что умиротворение достигло цели, Гитлер ждал новой возможности, чтобы заявить о себе. 15 марта 1939 г. случай представился. Чехословакия, возникшая в октябре 1918 г., распалась. Номинально Словакия стала независимым государством, а Богемия, или Чехия, – германским протекторатом. Гитлер посетил Прагу, и опять казалось, что он действует по заранее подготовленному плану, а он, видимо, просто использовал стечение обстоятельств. Но вопрос этот представляет чисто академический интерес, А вот действительное значение имела реакция британского общественного мнения: было заявлено, что Гитлер разоблачен как агрессор и в следующий раз ему будет оказано сопротивление. Следующий раз не заставил себя долго ждать – встал вопрос о Польше, которая почти наверняка не входила в намерения Гитлера. Как написано в книге «Майн кампф», его первой целью была ликвидация французской гегемонии в Европе. Он сначала полагал, что Англия и Италия сохранят нейтралитет или даже поддержат его. Затем, в период чехословацкого кризиса (или после него), мнение Гитлера изменилось. Теперь он считал, что и Англия может оказать противодействие, но не видел в этом серьезной опасности. Так как у англичан не было сильной армии, Гитлер рассчитывал, что они пойдут на уступки, как только Франция потерпит поражение. Будучи уверен в этом, Гитлер к войне против Англии не особенно готовился, небрежно отнесся к укреплению германского военно-морского флота и даже к строительству подводных лодок. Гросс-адмирал Редер ему докладывал, что для войны с Англией нужно 300 подводных лодок, но когда началась эта война, у Германии было всего 23 лодки, пригодные для Атлантики.

Но Польша все же имела для Гитлера важное значение. Под влиянием неприятных воспоминаний о первой мировой войне он решил избежать войны на два фронта с помощью договора о ненападении, заключенного с Польшей в 1934 г. Гитлер думал, что Польша, в страхе перед Советской Россией, охотно станет сателлитом Германии, Венгрия и Румыния – тоже. Однако имелось одно препятствие: в сознании немцев жило недовольство, гораздо более глубокое, чем то, которое было связано с независимой Австрией или немецкоязычным населением Чехословакии. По Версальскому договору населенный немцами Данциг стал вольным городом и так называемый польский коридор отделял Восточную Пруссию от рейха. Гитлер должен был снять это недовольство, чтобы поддержать свой престиж, особенно перед немецкими генералами. Он рассчитывал, что поляки добровольно пойдут на уступки в надежде получить впоследствии Украину. Он весьма заблуждался: руководители Польши, считая свою страну великой державой, желали сохранить независимость и от Советской России, и от Германии и не уступать никому. Когда Польша стала проявлять упорство, Гитлер попытался повлиять на переговоры обычным путем – с помощью неясной угрозы предпринять военные действия.

Это привело в замешательство британское правительство. Зимой 1938/39 г. оно подозревало, что Германия что-то предпримет на западе – против Голландии, Франции или, может быть, даже против Англии.

Британским руководителям пришлось нехотя признать, что Франции необходимо укрепиться. 22 февраля 1939 г. они согласились на проведение англо-французских штабных переговоров, хотя больших целей при этом не ставили. Теперь Польша приобрела большое значение и для Англии. Еще в 1938 г. союзники соглашались с тем, что Польша станет германским сателлитом. Польша нужна была Франции, перед которой стояла задача укрепить свои позиции в целях открытия второго фронта. Поражение Польши серьезно ослабило бы Францию, во всяком случае произвело бы такое впечатление. И, что еще хуже, французы сами могли бы попытаться создать альтернативный фронт против Гитлера, реализовав свой договор с Советской Россией. Британские начальники штабов сообщали, что Польше ничем нельзя помочь. Они также считали, что Советская Россия – более ценный союзник. Чемберлен их мнением пренебрег. 30 марта он собственноручно написал гарантийные обязательства, а польский министр иностранных дел полковник Юзеф Бек моментально их принял, «не успев даже выкурить папиросу», как он потом говорил.

Британские гарантии, данные Польше, прямиком вели к началу войны в Европе. Гитлер отнюдь не был испуган – он пришел в бешенство и в конце апреля аннулировал и договор с Польшей о ненападении, и англо-германское военно-морское соглашение 1935 г. Он приказал германским генералам подготовить к 1 сентября кампанию против Польши. Возможно, это была хитрость: сразу несколько генералов сообщили новость послам Англии и Франции. Без сомнения, Гитлер знал, что они это сделают. Он также укрепил свои международные позиции. Германский министр иностранных дел Риббентроп уже в течение некоторого времени пытался преобразовать Антикоминтерновский пакт в эффективный союз. Но японцы вели себя уклончиво. Они не получали от Германии помощи во время пограничных инцидентов с Советской Россией, а теперь широко пользовались на Дальнем Востоке любыми трудностями, которые Гитлер создавал в Европе для западных держав. Риббентроп добился заключения «Стального пакта» с Италией, который был подписан 22 мая 1939 г. Гитлер хотел таким образом напугать западные державы. У Муссолини было противоположное намерение: использовать пакт для отсрочки войны года на три-четыре. Он считал, что Италия за это время лучше подготовится к войне.

После этого со стороны Гитлера последовало зловещее молчание. Он больше не предъявлял требований насчет Польши, не произносил речей перед публикой. Он спокойно ожидал, что две западные державы поступят с Польшей так же, как в предыдущем году с Чехословакией, – заставят ее пойти на уступки.

На этот раз его ожидания оказались напрасными. Западные державы были достаточно решительны: они не только стремились умиротворить Гитлера, но и фактически признали справедливость его притязаний. Тем не менее поляки ни дюйма не желали уступить. Из чешского кризиса они извлекли урок: есть один способ не уступить слишком много – не уступать ничего. Несомненно, Польша переоценивала свои силы. Более простительной ошибкой было ее преувеличенное мнение о силах западных союзников. Польская верхушка не могла понять, что Англия и Франция не те торжествующие победители, какими они были в 1918 г. Конечно, поляки думали, что западные державы будут соблюдать свои обязательства, а это обеспечит победу.

Англия и Франция поддерживали эту иллюзию. В моменты отрезвления они признавали, что не смогут помочь Польше. Ее упорство их смущало. Но они не могли отказаться от своих обязательств, не утратив полностью свой престиж великих держав. Более того, если бы они покинули Польшу, она либо уступила требованиям Гитлера без борьбы, либо после короткого конфликта потерпела поражение. Следовательно, британские и французские политики сознательно обрекали Польшу на катастрофу или, возможно, думали, что на Гитлера произведет впечатление обман, в который они сами не верили.

Был и другой путь: союз западных держав с Советской Россией. Переговоры шли без особого энтузиазма все лето 1939 г. Опять помехой явились британские обязательства перед Польшей. В 1921 г. в результате советско-польской войны поляки получили территорию на востоке, населенную главным образом украинцами и белорусами. Поляки справедливо полагали, что, если только советские войска вступят на эту территорию, они оттуда никогда не уйдут. Поэтому от советской помощи они отказались, а давить на них англичане просто не могли. И опять был пущен в ход обман, чтобы остановить Гитлера и не тревожить поляков.

Англичане предложили, чтобы Россия приняла участие в войне «по просьбе» или поляков, или одного из небольших прибалтийских государств, или западных держав – кого угодно, кроме них. Такое предложение было унизительно, неприемлемо для великой державы. В ответ русские предложили простое трехстороннее соглашение с Англией и Францией, при котором каждое из этих государств обязуется принять меры, если одно из них по какой-либо причине окажется вовлеченным в войну. Англичане в ужасе отшатнулись от этого предложения: немыслима была война, в которой они участвовали бы на стороне Советской России против Германии. Большая часть английского общества отнеслась бы к этому отрицательно, особенно сторонники коалиционного правительства. Это оскорбило бы Франко, папу. Таким образом, переговоры зашли в тупик.

Затем попробовали вести военные переговоры, пытаясь обойти политические трудности, но это ни к чему не привело. Впоследствии Сталин говорил Черчиллю, что русским надо было против Гитлера послать 300 дивизий, англичанам же – только 4. Но это было связано не с политикой, а с географией. Сталину в этом пришлось убедиться, когда Россия в конце концов оказалась вовлеченной в войну. В 1939 г. препятствием являлась по-прежнему Польша. Русские просили разрешения вступить на польскую территорию, но поляки не позволили. И русским ничего другого не оставалось, кроме как сохранять нейтралитет.

Гитлер это оценил. В начале лета 1939 г. он говорил о нападении на Польшу даже в том случае, если ей будет помогать Россия. Срыв англо-франко-советских переговоров облегчил ему задачу. 23 августа Риббентроп вылетел в Москву и в тот же день достиг соглашения со Сталиным. Германо-советский пакт не был союзом, это был взаимный обмен обещаниями о ненападении и нейтралитете. Секретный протокол определил сферы интересов, впоследствии Сталин одобрил эту форму соглашения и с другими государствами. Финляндия, Эстония и Латвия входили в советскую сферу интересов, Литва – в германскую. Если, как было эвфемистически сформулировано, в Польше произойдут перемены, раздел сфер интересов должен примерно соответствовать этническому делению, которое принято у русских. На Западе поднялась шумиха по поводу преступления Советской России, заключившей соглашение с ведущей фашистской державой. Трудно было понять упреки британских и французских политиков, которые активно способствовали разделу Чехословакии и даже стремились к новому соглашению с Германией за счет Польши.

Гитлер, кажется, поверил, что теперь сопротивление двух западных держав захвату Польши прекратится, что они потеряли всякую надежду на советскую помощь. Ободренный достигнутым успехом, он установил дату нападения на Польшу – 26 августа, несмотря даже на то что Германия не могла завершить военные приготовления к этому сроку. 25 августа он отложил начало боевых действий. Возможно, его остановил объявленный Муссолини нейтралитет, может быть, официальное подписание соглашения о союзе между Англией и Польшей. Но скорее всего он просто понимал, что армия не была еще готова к войне. Последовали 6 дней энергичных переговоров, англичане пытались добиться от Польши уступок, поляки отказывались уступить. Ждать больше Гитлер не мог. Как только армия будет готова, ей надлежит немедленно перейти в наступление, иначе угаснет порыв. 31 августа Гитлер приказал на рассвете следующего дня начать наступление.

1 сентября 1939 г. рассвет в Восточной Европе наступил в 4 часа 45 минут утра. В этот момент германские войска перешли польскую границу, а через час их самолеты бомбили Варшаву и уничтожили на аэродромах больше половины польских самолетов. Ни ультиматума, ни объявления войны. В 10 часов утра Гитлер обратился к рейхстагу, и, как обычно, в роли пострадавшего. Он стремился к мирному урегулированию путем переговоров с поляками, но они, мол, его предложения игнорировали: немцев убивали в Польше. В прошлую ночь регулярные части польской армии обстреляли германскую территорию. Никаких данных, подтверждавших эти обвинения, ни тогда, ни после не приводилось, но рассказывали один эпизод: эсэсовцы (террористическая полиция «чернорубашечников») организовали нападение осужденных уголовников, одетых в польскую форму, на немецкую радиостанцию. Тела преступников остались лежать на земле. Но в рейхстаге национал-социалистов и не нужно было убеждать. Они аплодировали. А на улицах Берлина и других городов царило безмолвие: все это было далеко от энтузиазма в начале первой мировой войны.

Польша немедленно обратилась к союзникам. Но они ответили сухо. Обе западные державы направили в Берлин обиженное послание – свой протест. Нет, не надо его рассматривать как ультиматум, настаивали они и с надеждой глядели на Муссолини, и, оказалось, не зря. Муссолини решил предложить созыв конференции по поводу раздела Польши; так же была в предыдущем году разделена Чехословакия. Боннэ, французский министр иностранных дел, охотно принял предложение и привел новые доводы в пользу отсрочки выступления: французские генералы хотят провести мобилизацию, нужно, чтобы воздушные налеты немцев этому не помешали (в любом случае налетов быть не могло: большая часть немецких ВВС была занята в Польше). Французская армия приступила к мобилизации; полагали, что на ее завершение потребуется 3 недели. В Англии эвакуировали почти 2 млн. женщин и детей из районов, которым якобы угрожали воздушные налеты.

Открытого, широкого выражения народных чувств почти не было, не шагали по Уайтхоллу толпы с возгласами: «Защитим Польшу!» Год назад они призывали: «Защитим Чехословакию!» Но палата общин была сильно обеспокоена, ее члены, во всяком случае большинство из них, безусловно признавали обязательства Англии перед Польшей. Они не думали, что эти обязательства – пустой дипломатический жест, не понимали, что нет возможности ей помочь. Знали только, что для Англии это вопрос чести. К вечеру 2 сентября стало ясно, что, если не объявить войну, правительство падет на следующий день. Генри Шеннон, один из немногих оставшихся сторонников умиротворения, пытался вести полемику с руководителем парламентской фракции консерваторов, но ему возразили: «Надо идти в драку, ребята, другого выхода нет». Члены кабинета были солидарны с палатой общин. Позже, вечером, они организовали сидячую забастовку, отказываясь разойтись, пока не будет принято решение. Чемберлен тихо сказал: «Да, джентльмены, это война». Галифакс недовольно отметил в дневнике: «Во всем этом, по-моему, проявились худшие стороны демократии». Чтобы остаться у власти, правительство Чемберлена уступило воле парламента и, вероятно, всей страны.

3 сентября в 9 часов утра британский посол в Берлине предъявил ультиматум, требовавший ответа в течение двух часов. Ответа не последовало. Автоматически наступило состояние войны, о чем Чемберлен мрачно сообщил в своем выступлении по радио. А когда он закончил речь, звуки сирен возвестили о воздушном налете. Жители Лондона толпились в убежищах, послушно надев противогазы. Но это была ложная тревога. Французов вовлекли в войну их британские союзники. В полдень был предъявлен французский ультиматум, в 17 часов срок его истекал, но ответа также не было.

Вступление Англии и Франции в войну было связано с той частью мирного урегулирования, которую, с их точки зрения, труднее всего отстаивать. Не видно было признаков общественного подъема. Люди приняли войну как некую формальную необходимость. В Англии они говорили: «Давайте с этим покончим», а во Франции: «Надо с этим покончить».

Объявление войны было дипломатическим жестом, которых много было и прежде. Но Польше ничем не помогли. Английские военные самолеты напали было на германские в Вильгельмсхафене, но понесли тяжелые потери и фактически не причинили ущерба противнику. Новых попыток они не предпринимали. Французы неторопливо укрепляли линию Мажино. Теоретически у них было подавляющее превосходство. У немцев – всего 33 дивизии на западе, главным образом составленные из ветеранов первой мировой войны, танков не было, орудий – 300. У французов – 110 дивизий, 3286 танков и 1600 орудий, но из них 10 дивизий было на итальянской границе, 15—в Северной Африке, 40 – на бельгийской границе. На линии Мажино оставалось лишь 45 дивизий, притом танки не были подготовлены для самостоятельных действий. Некоторые французские части продвинулись в район Саара, откуда немцы ушли. Единственным препятствием на пути французов оказались мины-ловушки. Когда после поражения Польши 17 сентября немецкие силы двинулись на запад, французы отступили. Даладье, французский премьер-министр, хвалился тем, что мало пролито французской крови.

Таким образом поляков оставили сражаться одних. На бумаге соотношение польских и немецких дивизий было следующим: 40 польских дивизий против 52 немецких.[3] Но затяжка мобилизации в угоду западным державам привела к тому, что свыше половины польских дивизий так и не были укомплектованы. Кроме того, у немцев было 6 бронетанковых дивизий, а у поляков – мало танков и большая часть самолетов потеряна. Поляки расположили свои армии на передовых позициях – отчасти для защиты своих промышленных районов, расположенных в основном на западе, отчасти питая фантастическую надежду вторгнуться в Германию. Две немецкие армии, одна из Восточной Пруссии, а другая из Силезии, вклинились в тылы польских позиций и нарушили коммуникации. Немецкие бронетанковые дивизии устремились вперед, больше рассчитывая на свою скорость, чем на огневую мощь. Пехота лишь закрепила достигнутое. В польских армиях возник хаос.

Был один просвет во мраке. 8 сентября отступавшие к востоку польские войска натолкнулись возле реки Бзура на германский фланг. Шесть дней продолжалось тяжелое сражение, самое крупное в Европе за все время до нападения немцев на Советскую Россию в 1941 г. Немецкое командование было сильно встревожено: это показатель того, как может провалиться танковая атака, если потерян темп наступления. 14 сентября изможденные, но оставшиеся в живых поляки ушли в осажденную Варшаву; разбитые остатки польских армий отступили далеко на юго-восток, причем их командиры по-прежнему надеялись получить новые запасы через Румынию или даже помощь в виде наступления союзников на западе. Вместо этого с востока в Польшу вступили советские войска. И тогда прекратились все боевые действия. Польское правительство бежало в Румынию и было там интернировано. В Париже было создано правительство в изгнании. Спаслось также около 70 тыс. польских военнослужащих, 3 эсминца и 2 подводные лодки. Варшава продержалась до 28 сентября, 5 октября сдалась последняя польская крепость.

694 тыс. польских солдат попали в плен к немцам, а 217 тыс. – к русским. Немцы потеряли убитыми 8400[4] человек. Их запасы истощились к концу боев. Если бы французы предприняли наступление, у немцев не было бы возможности сопротивляться. Это ясно показывало, хотя об этом, конечно, не знали на Западе, что Гитлер, отнюдь не готовясь к большой войне, действовал на узком участке и рассчитывал на быструю, достигнутую недорогой ценой победу.

Победы немцев застали русских врасплох. Молотов, народный комиссар иностранных дел, жаловался 10 сентября германскому послу: «Красная Армия рассчитывала на семь недель, а они сократились до нескольких дней». К тому же Молотову нужен был предлог, чтобы оправдать действия советских властей в глазах мировой общественности. Он хотел заявить, что Красная Армия пошла в наступление, чтобы стать на защиту украинцев и белорусов, которым Германия «угрожала». В конце концов, учитывая возражения немцев, он пошел на компромисс: было публично заявлено, что Советский Союз счел себя обязанным вмешаться, чтобы защитить украинских и белорусских братьев. Советское наступление 17 сентября почти не встретило сопротивления, ведь многие поляки думали, что русские идут спасать их. Только 737 советских солдат было убито.

28 сентября Риббентроп снова отправился в Москву. Первоначальные расхождения были улажены. В сферу влияния России переходила Литва, Германии досталась вся этнически однородная территория Польши; во многом это соответствовало границам, намеченным еще императрицей Екатериной полтора столетия назад. Первоначально Гитлер, видимо, намеревался превратить Польшу в своего рода сателлита Германии, но Сталин на это не согласился. Обе стороны договорились «не допускать на своей территории какой-либо агитации за Польшу». Это имело серьезные последствия. Гитлер утратил право предъявить даже незначительное требование уступок со стороны Польши, таким образом заранее было обречено его так называемое мирное наступление на западные державы. Еще ужаснее то, что, оказавшись под властью немцев, хозяйничавших в анонимном «генерал-губернаторстве», поляки и особенно евреи стали первыми жертвами нацистской политики расового уничтожения. Советский режим был жестоким, немецкий – отличался массовыми убийствами. За два года советские власти арестовали около 1/5 всех поляков на присоединенных к СССР территориях. За пять лет немцы убили столько же поляков, живших на территории Германии.

Возмущенно и беспомощно следило британское правительство за советской интервенцией. Генеральный штаб утверждал, что Англия должна объявить войну Советской России, что «стратегическая обстановка будет опасной, но не безнадежной». Министерство иностранных дел Англии вносило свои коррективы, заявляя, что англо-польский союз действителен лишь в случае германской агрессии. Более того, министерство иностранных дел указывало, что британское правительство, намечая в 1920 г. линию Керзона, считало по праву принадлежащей русским ту территорию, которую теперь заняли советские войска. Но, не сумев защитить Польшу, англичане не могли дать санкцию на ее расчленение. В дальнейшем не было удобного случая признать законность наступления, предпринятого Советской Россией, и до конца второй мировой войны вопрос этот постоянно осложнял отношения между Советской Россией и западными державами.

Черчилль, в прошлом главный поборник военной интервенции против большевиков, теперь стал инициатором более реалистической политики. Он писал 25 сентября 1939 г.: «В период страшной войны чувства отступают перед необходимостью разгромить врага». 1 октября он сказал, выступая по радио: «Лучше, если бы русские армии стояли на своих нынешних рубежах как друзья и союзники Польши, а не как захватчики… Но как бы то ни было, рубеж там, и возник Восточный фронт, который нацистская Германия не смеет атаковать». Здесь Черчилль впервые провозгласил политику, которую ему пришлось проводить с 22 июня 1941 г. до конца войны. Гитлер напал на Польшу, чтобы устранить угрозу Восточного фронта. Но уничтожение Польши привело к возникновению этого фронта, который в конечном итоге должен был уничтожить самого Гитлера.

А. Дж. П. Тейлор

30.07.2021, 11:24

https://history.wikireading.ru/243199

Закончилась польская война. Гитлер одержал полную победу. Англия и Франция, прежде столь могущественные, взирали на это безучастно. 6 октября 1939 г. Гитлер объявил в рейхстаге, что стремится заключить мир. Он сказал, что не имеет претензий к Франции, хочет дружбы с Англией и приветствовал бы конференцию для обсуждения будущего Польши и евреев. Немного помедлив, британское и французское правительства публично отвергли предложение Гитлера. В узком кругу англичане были не столь тверды. Их министерство иностранных дел высказалось насчет возможности признать завоевания немцев при условии, что поляки и чехи получат какую-нибудь внутреннюю автономию. Но было одно непреодолимое препятствие: никто больше не верил Гитлеру. Ему надо исчезнуть – сослать бы его на остров Святой Елены или в архитектурную контору и заменить Герингом.

Исходя из подобного абсурда, англичане тайно вели переговоры через шведского бизнесмена Далеруса, игравшего аналогичную роль до начала войны. Гитлеру, конечно, об этих предложениях сообщили, и они его очень позабавили, Геринга – в меньшей степени. Гитлер уже принял решение разгромить Францию и прогнать Англию с континента. Война, сказал он своим генералам, «ведется не за победу национал-социалистской Германии, а за господство в Европе», и велел им готовиться к нападению на Францию.
auchan.ru
реклама
Узнать больше

Союзники перешли к состоянию войны, которое прекратилось в 1918 г. Казалось, уроки последней войны усвоены. Чемберлен создал, подобно Ллойд Джорджу, Военный кабинет; Даладье – правительство национального спасения, вроде того, какое было при Клемансо. В сущности это были прежние правительства, сменившие названия. Единственным значительным событием стал приход Черчилля на пост военно-морского министра. Восстановили также различные министерства, существовавшие во время первой мировой войны, – морского транспорта, информации, продовольствия и т. д. Контроль и управление стали осуществляться не с третьего года войны, а с первого ее дня. Предстояло создать Союзный высший совет – те же Чемберлен и Даладье, только вывеска другая. Ввели маскировку, корабли ходили в сопровождении конвоя. Два министерства информации ведали официальными сообщениями и пропагандой. Интернировали нескольких иностранцев. Призвали резервистов. Постепенно повысили верхний возрастной предел обязательной военной службы. Вот в сущности и все новшества, связанные с войной, не считая, конечно, боев.

Руководителей союзных держав это бездействие не смущало: они надеялись, что время работает на них; Гитлер тоже так считал, но выводы сделал другие. Галифакс как-то заметил: «Пауза нам очень пригодится, и нам и французам, потому что весной мы станем намного сильнее». Англичане были твердо уверены, что нацистская экономическая система вот-вот развалится. Предполагалось, что все отдано на производство вооружения и у Германии фактически нет сырья, необходимого для ведения войны. Начальники штабов докладывали: «Немцы уже истощены, впали в уныние». Англии и Франции оставалось только удерживать свои оборонительные линии и продолжать блокаду. Германия рухнет тогда без дальнейшей борьбы. Чемберлен заявил: «Я не думаю, что нужно вести беспощадную борьбу».

Почти всю войну англичане придерживались таких совершенно неверных взглядов. Германия перевооружалась, нисколько не снижая уровень жизни: немцы хорошо питались и вполне одобряли победы Гитлера, достававшиеся так легко. Не им, а англичанам пришлось идти на жертвы. К 1940 г. Англия, где производство еще было малоэффективным, обогнала Германию по выпуску самолетов, танков и тяжелых орудий, в сущности почти всего. С 1939 по 1942 г. британские оценки более чем на 100 % преувеличивали уровень германских расходов на вооружение и почти на 100 % – рост расходов вообще. Гитлеру не нужно было слишком много вооружения, оно ему требовалось лишь для немедленного применения. Блокада Германии союзниками существовала только на бумаге. Эмбарго нарушили Италия, которую трудно было контролировать, и Советская Россия, которую вообще было невозможно контролировать. Немцы получали из Советской России сырье, запасы которого не смогли создать перед войной. И кроме того, через Сибирь поезда доставляли в Германию необходимое из других стран.

Экономические трудности постигли Англию, а не Германию. Определенный ущерб причиняли немногочисленные подводные лодки, еще больший – германские магнитные мины. Еще до начала активизации действий подводных лодок Англия потеряла транспортные суда, общий тоннаж которых составил 800 тыс. т; среднегодовой импорт снизился по сравнению с довоенным с 55 до 45 млн. т. С января 1940 г. в стране было установлено нормирование продовольствия. Подводные лодки топили и военные корабли: в сентябре 1939 г. – авианосец, в ноябре – линейный корабль на месте стоянки. В декабре англичане взяли реванш – британские силы настигли немецкий карманный линкор «Граф Шпее» в Южной Атлантике. Англичане, хотя вооружение на их кораблях было слабее, нанесли противнику значительный ущерб, и «Граф Шпее» укрылся в Монтевидео, а потом был потоплен по приказу Гитлера.

Надеясь на блокаду, союзники все же чувствовали необходимость предпринять что-нибудь более активное. Особенно французы стремились начать военные действия на периферии, чтобы предотвратить войну на своем фронте. До войны союзники замышляли военную кампанию против своего соперника – Италии. Французская армия Леванта,[5] примерно 80 тыс. человек, под командованием Вейгана была дислоцирована в Сирии, британские силы меньшей численности под командованием Уэйвелла – в Египте, мощные подразделения британского флота – в Александрии. К несчастью, Муссолини сохранял нейтралитет или по крайней мере «не находился в состоянии войны», и это лишало союзников удобной мишени. Но французы требовали что-нибудь предпринять. Надо было создать еще один фронт, в крупную коалицию против Германии включить Турцию, Грецию, Румынию и Югославию. Вейган говорил о походе на Вену сотни балканских дивизий. А какие силы предоставят союзники? Транспортировка из Сирии в Салоники французских войск численностью 50 тыс. человек займет три месяца. Предложение не прельстило балканские государства.

Французов это не испугало, они выступили с еще более грандиозным проектом – бомбить Баку на Каспийском море и утверждали, что это приведет к окончанию войны: немцы будут отрезаны от кавказской нефти, Советская Россия значительно ослабнет. У французов было всего 117 транспортных самолетов и 324 т бомб, самолетам пришлось бы лететь над нейтральной Турцией, бомбить Баку ночью, не имея точных карт. Казалось, что даже и в этом случае, после единственного налета, нефтяные промыслы выйдут из строя на 6 месяцев. Один французский самолет-разведчик пролетел над Баку; из смехотворного проекта больше ничего не вышло.

Англичан эти невероятные планы не интересовали, они стремились умиротворить Муссолини и защитить Суэцкий канал. Затем их внимание обратилось на север. Едва вернувшись в Адмиралтейство, Черчилль возродил один из наиболее привлекавших его замыслов периода первой мировой войны и предложил направить английский флот на Балтику. Специалисты решительно его поддержали. Затем он выдвинул более скромный план. Германия сильно зависела от поставок железной руды из Северной Швеции. Зимой, когда замерзало Балтийское море, эту руду доставляли через норвежский порт Нарвик. Если заминировать норвежские воды или захватить сам Нарвик, суда не смогут доставлять железную руду. Норвежский нейтралитет Черчилль игнорировал: «Небольшие нации не должны нам связывать руки, когда мы боремся за их права и свободу… Мы должны скорее руководствоваться гуманностью, чем буквой закона». Но кабинет отклонил его предложение.

Неожиданно представилась новая благоприятная возможность. Советская Россия, все еще опасавшаяся нападения Германии, несмотря на их кажущуюся дружбу, установила свой контроль над государствами Прибалтики. Латвия, Эстония и Литва неохотно уступили советским требованиям, Финляндия не подчинилась. 30 ноября советские войска вступили в Финляндию. Сталин, видимо, полагал, что в Финляндии можно поставить у власти без серьезной борьбы коммунистическое правительство. Советские войска были плохо подготовлены к зимней войне и даже к войне вообще. Вначале финны успешно оборонялись, и на Западе все были восхищены маленькой доблестной Финляндией. Французское правительство особенно было преисполнено энтузиазма. Коммунисты и в Англии, и во Франции с самого начала поддержали СССР. Британских коммунистов почти не принимали в расчет, а французские вызывали страх, их партию объявили вне закона. Теперь появилась возможность дискредитировать их окончательно. Кроме того, правые силы во Франции, не одобрявшие войну против Гитлера, приветствовали бы войну с Россией. Даладье, французский премьер-министр, наконец-то станет подлинным лидером страны. И еще один плюс: любой поход потребует участия британских военно-морских сил, Англия больше не сможет уклоняться, будет нести свою долю военных тягот.

И британское правительство было захвачено ходом событий. 14 декабря Советская Россия была официально исключена из Лиги Наций. 19 декабря англо-французский Высший военный совет принял решение помочь Финляндии. Но как добраться туда? Даладье нашел простой выход: надо просить, чтобы Норвегия и Швеция вели себя как лояльные члены Лиги Наций и надеялись, что западные державы защитят их от любой ответной акции со стороны России или Германии. Норвегия и Швеция не приняли на себя таких обязательств и подтвердили свой нейтралитет. Но обе западные державы не впали в отчаяние: если нельзя добиться от Норвегии и Швеции сотрудничества, обойдемся без него. Будут сразу же направлены войска в Нарвик. Но возникли трудности. Нужны были три недели для высадки в Нарвике и еще одиннадцать, чтобы перебросить союзные войска из Нарвика к шведской границе. Там шведы могли их остановить, нарушив энергоснабжение. Кроме того, стоял вопрос об оккупации Тронхейма, Бергена и Ставангера. К январю 1940 г. для осуществления операции требовалось уже 100 тыс. человек. Черчилль был в отчаянии: даже минимальный план – перекрыть маршрут, по которому доставлялась железная руда, – осуществить не удалось. Но именно это заставило британское правительство согласиться на французский, более крупный, план, хотя, конечно, британское правительство не хотело в отличие от французского быть вовлеченным в войну с Россией.

Союзным правительствам понадобилось время. Нужно было подготовить припасы и военно-морские силы, перебросить войска. К 12 марта поход на Нарвик был подготовлен: четыре эскадры крейсеров, четыре флотилии эскадренных миноносцев и войска численностью 14 тыс. человек. Чемберлен спросил генерала, которому предстояло принять командование: «Что вы сделаете, если натолкнетесь на сопротивление?» Генерал уклонился от ответа. Галифакс сказал: «Ну, железо там или не железо, но если добраться можно лишь ценой гибели многих норвежцев, я – против». Чемберлен пожал генералу руку и сказал: «До свидания, удачи вам, если поход состоится». Но в тот же вечер пришло сообщение: финны, безнадежно разбитые, приняли советские условия и заключили мир. Генерал не смог отправиться даже в Глазго, не то что в Нарвик.

Опять союзники были дискредитированы, они объявили о своем намерении помочь Финляндии, но не смогли. Во Франции ушел в отставку Даладье, его сменил Поль Рейно, деятель более энергичный, но без политических последователей. 28 марта он отправился в Лондон на заседание Союзного высшего совета и там требовал предпринять немедленные действия. В ответ англичане снова предложили план минирования норвежских вод, чтобы перекрыть маршрут доставки железной руды. Если Германия нанесет ответный удар – тем лучше. Черчилль заявил: «Мы больше выиграем, чем проиграем, от нападения Германии на Швецию и Норвегию». 4 апреля Чемберлен сказал: «Гитлер упустил возможность». Устанавливать мины собирались 5 апреля, экспедиционные силы послать лишь в случае, если Германия вмешается. Затем наступила пауза. Черчилль хотел также пустить мины по Рейну, французы возражали, боясь ответного удара Германии; такое же противодействие в Норвегии их не страшило. С разногласиями разобрались, и 8 апреля началась установка мин. Таким образом, формально англичане первыми нарушили норвежский нейтралитет.

Но не только они. В начале войны Гитлер беспокоился о сохранении нейтралитета Норвегии, который был ему выгоден, как и шведский. В январе 1940 г. его встревожили слухи об англо-французском выступлении в защиту Финляндии. Еще больше он встревожился 16 февраля, когда британский эсминец загнал немецкое судно «Альтмарк» в норвежские территориальные воды и освободил находившихся на нем британских военнопленных. 1 марта он приказал готовить вторжение в Норвегию. Военные советники предлагали наступление на суше, требовавшее огромных усилий. Гитлер не согласился: слишком медленно. Британские морские силы успеют осуществить свои задачи. Он настаивал, что надо произвести высадку морского десанта и в дополнение к ней – выброску парашютного десанта. Таким образом, держава, чьи морские силы были слабее, фактически использовала море в борьбе против более сильной морской державы. Это было первым прямым вмешательством Гитлера в разработку стратегии, оно оказалось очень успешным и предвещало еще более крупные успехи.

5 апреля германские военные корабли и торговые суда, имея на борту войска численностью примерно 10 тыс. человек, двинулись к побережью Норвегии. Англичане, думая лишь о собственном предстоящем походе, приняли меры предосторожности против нападения германских военно-морских сил, но не приняли мер на случай германского вторжения в Норвегию. Благодаря скорее поразительному всплеску удачи, чем предусмотрительности, Гитлер опередил англичан на 24 часа: 9 апреля германские войска вступили в Данию и Норвегию, их морские десантники захватили Осло, Берген, Тронхейм и Нарвик. Дания, фактически беззащитная, сдалась без боя и стала германским протекторатом на все время войны. В Осло норвежцы, хотя и застигнутые врасплох, все же сопротивлялись и потопили крейсер «Блюхер». Норвежскому королю удалось бежать и поднять в стране знамя Сопротивления.

Вначале союзники радовались, и казалось, что Гитлер совершил огромную ошибку. Черчилль заявил: «Любой германский корабль, который войдет в проливы Скагеррак и Каттегат, будет потоплен». Последовала полная неразбериха. Следуя инструкциям Адмиралтейства, британский флот гонялся за воображаемыми немецкими крейсерами, вместо того чтобы готовиться к высадке. А когда отправили наземные силы, это в основном была недостаточно подготовленная территориальная армия, не оснащенная для высадки десанта в условиях противодействия противника. Противоречивы были мнения относительно того, где высаживаться. Черчилль хотел вернуть Нарвик. Военный кабинет ради политической демонстрации настаивал на Тронхейме.

Начальники штабов сочли это слишком опасным и решили ограничиться захватом противника в клещи из Намсуса и Ондальснеса, двух рыболовных портов, где вряд ли можно было осуществить даже мелкие высадки. Англичане, к своему удивлению, обнаружили, что большинство норвежских аэродромов уже в руках немцев и их армия и флот не могут действовать в пределах досягаемости немецкой авиации. Поход союзников окончился сокрушительным провалом. Войска высадились в Намсусе и Ондальснесе, но 2 мая им пришлось оттуда уйти. 28 мая англичане действительно взяли Нарвик. Но к тому времени это событие заслонили более крупные, которые произошли во Франции. Нарвик был эвакуирован 8 июня, при этом потоплены авианосец «Глориес» и два эсминца.

Король Норвегии со своим правительством бежал в Англию и присоединил к британскому морскому флоту суда, общий тоннаж которых составлял свыше миллиона тонн. Германский военно-морской флот сильно пострадал: погибло 3 крейсера и 10 эсминцев, было временно выведено из строя 2 тяжелых крейсера и карманный линкор. Летом 1940 г. германские военно-морские силы почти перестали существовать: остались тяжелый и 2 легких крейсера и 4 эсминца. Все это оказалось весьма кстати, когда Гитлер пытался вторгнуться в Англию. Но пока англичане заметили только свое унижение и провал. Их гнев обратился против Чемберлена, и, напротив, они с энтузиазмом воспринимали Черчилля. На деле, санкционировав норвежскую кампанию, Черчилль больше не имел к ней никакого отношения, она – плод его импульсивности и внутренней неразберихи. Но люди учитывали прошлое. Чемберлен расплачивался за политику умиротворения, Черчилль был вознагражден за годы безвестности. По иронии судьбы, неудача кампании, которой в большей мере руководил Черчилль, привела к падению Чемберлена и возвышению Черчилля.

7 и 8 мая в палате общин состоялись дебаты по поводу норвежской кампании. Лео Эмери обратился к правительству: «Ради Бога, уходите!» Ллойд Джордж просил Чемберлена показать пример самоотверженности – уйти в отставку. В конце дебатов 41 депутат из числа сторонников правительства голосовал заодно с оппозицией и немногим более 60 воздержались. Чемберлен пытался реорганизовать свое правительство, но после некоторого колебания лейбористы отказались в нем участвовать. Днем 9 мая Чемберлен, Черчилль и Галифакс обсуждали дальнейший ход событий. Галифакс осторожно заметил, что члену палаты лордов трудно быть премьер-министром «в условиях такой войны». Однако Черчилль охотно возложил на себя это бремя. Днем 10 мая 1940 г. он стал премьер-министром, и в нужный момент: в то утро началась настоящая война: германские армии вторглись в Бельгию и Голландию.

Черчилль принял вызов и заявил 13 мая в палате общин: «Я ничего предложить не могу, кроме крови, труда, слез, пота… Вы спрашиваете, какова наша политическая программа? Я отвечу: воевать – на море, на суше, в воздухе, всей мощью, всеми силами, какие нам пошлет Господь… Вы спрашиваете, какова наша цель? Я могу ответить одним словом – победа. Победа любой ценой, победа, несмотря на весь ужас, победа, каким бы ни был долгим и трудным путь к ней».

Его речь считают началом периода национального единства. Ничего подобного. Консерваторы не так легко забыли свое поражение. В палате общин они стоя приветствовали Чемберлена. Лейбористы приветствовали Черчилля, пока не были потоплены в Оране французские линкоры. Галифакс и, возможно, Чемберлен все еще жаждали мирного компромисса. Национальное единство наступило лишь после эвакуации из Дюнкерка и «битвы за Англию», когда английский народ один, без союзников, победил.

* * *

В 1939 г. было очевиднее, чем в 1914-м, что если и произойдут опасные бои между Германией и союзниками, то именно в Бельгии. Линия Мажино вдоль франко-германской границы надежно обеспечивала безопасность Франции, а также, хотя это осознавалось в меньшей мере, безопасность Германии. Французы считали эту линию исключительно оборонительной и не имели возможности делать оттуда вылазки, какие, к примеру, совершали римляне из-за своей стены на севере Британии. Немцы были так в этом уверены, что со своей стороны границы предприняли меньшие меры предосторожности, направив туда втрое меньше вооруженных сил, чем Франция, – 19 дивизии против 59. Так линия Мажино помогала немцам и ослабляла французов.

Линия была волнорезом, отводившим поток немецких войск в Бельгию. По сравнению с линией Мажино бельгийские укрепления ничего не стоили. До 1936 г. Франция была союзником Бельгии и по крайней мере могла рассчитывать на франко-бельгийское военное сотрудничество. Затем Бельгия перешла на позиции нейтралитета. Граница между Францией и Бельгией была длиннее, чем линия Мажино, ее укрепление обошлось бы немыслимо дорого, и французы этим заниматься не стали. Таким образом, бельгийский нейтралитет был единственной их защитой от Гитлера. Вряд ли достаточной.

В начале войны британские экспедиционные войска – сначала 4 дивизии, потом к началу боев они выросли до 10 – были переброшены во Францию и размещены вдоль бельгийской границы. Объективно оценивая уроки первой мировой войны, британское правительство подчинило британские экспедиционные войска французскому главнокомандующему Гамелену. Это было менее удачное решение, как могло показаться. Гамелен передал свои полномочия командующему французскими армиями Западного фронта, а тот в свою очередь – французскому генералу, командовавшему на северо-востоке. Виконт Горт, командир британских экспедиционных войск, не понимал, кому он подчиняется. Англичане поспешно возвели кое-какие элементарные укрепления, а когда Хор-Белише, военный министр, стал их критиковать за несоответствие необходимым требованиям, его освободили от занимаемой должности. Всю зиму царило сонное затишье на бельгийской границе и на линии Мажино.

Гамелен пытался согласовать с бельгийцами свои планы, но те не хотели, чтобы их втянули в военные действия. Они даже часть войск передвинули к французской границе, чтобы не допустить никакого англо-французского вторжения. Черчилль возмущался бельгийским нейтралитетом, но, естественно, союзники с их высокими принципами не могли его нарушить. Вдобавок не могли сохранить свой политический престиж, оставаясь безучастными зрителями во время нападения Германии. Кроме того, утверждали, что вступление в Бельгию сократит границу союзников. Гамелен вначале планировал только продвижение к реке Шельде, затем его амбиции возросли. При таком наступлении нельзя было помочь Голландии, которая тоже, казалось, была под угрозой. Гамелен замыслил более крупное наступление на рубеж реки Диль, а затем дальше – в район Бреда. Жорж и другие французские генералы не одобряли этот план, тогда Гамелен сказал им, что с точки зрения политической такое наступление необходимо. И у Горта были сомнения, которых он, правда, британскому правительству не высказывал.

Гамелен фактически бросил в наступление все свои регулярные дивизии и все британские экспедиционные войска. Он был уверен, что таким образом будет спровоцирована решающая битва; это действительно произошло, но вовсе не так, как он рассчитывал. Гамелен также надеялся добавить к своим войскам 22-ю бельгийскую дивизию и 10-ю датскую; он рассчитывал, что координацию действий можно производить на поле боя, без предварительных обсуждений, что союзные войска смогут пройти 145 миль, в то время как немцам надо будет пройти 70 миль. Все зависело от качества бельгийских укреплений.

Гамелен считал само собой разумеющимся, что немцы поведут наступление на своем крайнем правом фланге, как в 1914 г. Вначале так и было. В октябре 1939 г., когда Гитлер объявил о своем решении атаковать на западе, немецкие генералы отнеслись к этому с большим сомнением. Один из них сказал: «Франция не Польша». Гитлер настаивал, и Генеральный штаб неохотно составил именно тот план, который Гамелен предвидел. Речи не было о решающей победе, речь шла только о занятии территории; это заставило бы союзников уйти из Голландии и Бельгии и обеспечило бы Руру большую безопасность. Гитлер был недоволен планом, он указал южнее, на Арденны, и спросил: «А здесь можно пройти?» Генералы ответили, что нельзя, если не будет уверенности, что ударные силы союзников двинутся в Бельгию (что Гамелен действительно собирался сделать). Гитлер отказался от своей идеи, а затем ее подхватил и развил Манштейн, начальник штаба группы армий «Центр». Но планы Манштейна до Гитлера не дошли.

Немецкое наступление должно было начаться 12 ноября. Из-за плохой погоды пришлось его отложить, затем после дальнейших отсрочек его назначили на 17 января 1940 г. И тут вмешалась судьба – помог случай. 10 января немецкий офицер в Кёльне опаздывал к месту службы, и друг предложил доставить его туда самолетом. Но самолет сбился с курса и совершил вынужденную посадку в Бельгии. Офицер вез с собой планы вторжения, которые не смог уничтожить; бельгийцы передали их союзникам. Планы явились тем подтверждением, которое так нужно было Гамелену, он еще больше войск отправил в Бельгию. А в Германии наступление было отменено; Манштейн, вызвавший своими настояниями недовольство Генерального штаба, был командирован в Восточную Германию. Путь его лежал через Берлин; там он обратился к Гитлеру и рассказал о своем плане. Гитлер пришел в восторг, а Генеральный штаб во главе с Гальдером уступил и обстоятельно разработал детали. Таким образом, в составлении плана участвовали все трое – Гитлер, Манштейн и Гальдер. Неформальный подход Гитлера сыграл здесь главную роль.

Согласно новому плану, немцы будут наступать в центре. Бок с 30 пехотными и 3 бронетанковыми дивизиями заманит союзников на север. Лееб с пехотными дивизиями будет производить отвлекающие маневры вдоль Рейна. Рундштедт с 50 пехотными и 7 бронетанковыми дивизиями одержит победу. В Седане, главном пункте прорыва, ему будут противостоять 3 наиболее слабые французские дивизии. Но французы не верили, что наступление через Арденны возможно. Они даже не стали воздвигать заграждения, чтобы не помешать действиям своей кавалерии. Они считали, что всегда смогут в случае необходимости двинуть в бой резервы.

Впоследствии часто говорили, что союзники были гораздо хуже оснащены. Это не совсем верно. У союзников было 3200 танков, у немцев – около 2700, притом некоторые французские танки по своей мощности превосходили немецкие. Но французские танки были размещены во всех армиях, а немецкие – сосредоточены в бронетанковых дивизиях на решающих участках. Немцы имели заметное превосходство в воздухе, их авиация была предназначена для четкого взаимодействия с наземными войсками. Пикирующие бомбардировщики имелись только у немцев. Англичане, у которых тоже было достаточно бомбардировщиков, намеревались осуществлять налеты на Рур и другие «стратегические объекты», а не участвовать в боях. Многие британские истребители находились в Англии для ее защиты.

Немцы не использовали два новых вида оружия, о которых широко распространилась молва среди противников Германии. «Пятая колонна», состоявшая из предполагаемых предателей, – плод охваченного паникой воображения, – ее на самом деле не было. И Германия не рассчитывала на бесчисленных, падающих с неба парашютистов; ее воздушно-десантные силы численностью 4 тыс. человек понесли большие потери еще при захвате голландских мостов и аэродромов. До конца мая многие сотни тысяч англичан вступили в местные добровольческие отряды обороны, чтобы защитить свои деревни от немецких парашютистов, которых ожидали в любой момент; хотя немцам не требовалось сбрасывать десанты, они быстротой мысли и действий побеждали генералов, сохранявших неторопливый темп, присущий первой мировой войне.

Кампания началась 10 мая с немецкого вторжения в Голландию и Бельгию. Голландская армия отступила сразу. 13 мая королева и правительство отправились в Англию вместе с большей частью голландского военно-морского флота. 14 мая Роттердам сдался. Немцы бомбили его по ошибке, когда шли уже переговоры о капитуляции. Убито было примерно 900 жителей; число погибших министр иностранных дел Голландии увеличил до 30 тыс. Эту фантастическую цифру до сих пор часто повторяют. 15 мая прекратились бои в Голландии. Французские войска, двигавшиеся к ней на помощь, так и не соединились с голландцами.

Бельгийцы рассчитывали на свою мощную крепость в Эбен-Эмаэле, но германские саперы захватили ее простым способом – высадились с планеров на ее крышу и забросили через вентиляционные шахты взрывчатку. 12 мая бельгийцы отошли от рубежа реки Маас. Через два дня британские и французские войска соединились с бельгийцами, начав затем координировать совместные оборонительные действия. 15 мая союзники столкнулись с более трудной задачей; она состояла не в том, как защитить Бельгию, а в том, как из нее выбраться. Немцы прорвались южнее, на рубеже Мааса у Седана.

Это был страшный удар; его нанесли по инициативе Гитлера; такой план действий отстаивал Манштейн, детально разработал Гальдер, а исполнителем предстояло стать Гудериану, командующему немецкими бронетанковыми войсками. Гудериан больше всех остальных генералов уповал на скорость. Это сразу проявилось. По расчетам генеральных штабов, германского и французского, немцам потребовалось бы девять дней, чтобы выйти к реке Маас. Гудериан сказал – четыре, а прибыл за два дня. Можно с предельной точностью установить, в какой именно момент Франция потерпела поражение, до конца войны перестав быть великой державой. В 15 часов 13 мая первый немецкий солдат переправился через Маас. Сопротивление французов было слабым, несогласованным. На рассвете следующего дня переправились немецкие танки, а к 15 мая путь Гудериану был открыт, он ринулся вперед вопреки приказам армейского командования задержаться, вопреки даже аналогичным приказам Гитлера, который на миг засомневался. Германские танки мчались беспрепятственно по свободным дорогам, а когда кончалось горючее, танкисты останавливались у ближайшей бензоколонки, заправлялись бензином, ничего не платя за него, и продолжали путь.
spectransservice.ru
реклама
Узнать больше

А севернее танки Роммеля тоже переправились через Маас на канатном пароме и ринулись к Авену. Это был не столь решающий удар, но благодаря ему Гудериан избежал неприятностей на правом фланге. Германское верховное командование больше беспокоил его левый фланг. Здесь победа зависела от скорости немецкой пехоты. У немцев было три моторизованные пехотные дивизии, остальная пехота шла пешком, как в 1914-м, следом лошади тащили повозки с припасами. И скорость была та же, что и тогда: 40 миль в день; шли почти неделю. 17 мая, когда французы пытались предпринять контратаку, они наткнулись на крепкую оборону левого фланга Гудериана. Одну из атак возглавил де Голль, малоизвестный тогда бригадный генерал, и впоследствии она стала примером того, что могут французы, если их генералы, как де Голль, исполнены отважной решимости. Но фактически еще до того, как удалось вплотную подойти к противнику, воздушный налет прервал атаку де Голля, Гудериан даже не стал о ней докладывать в штаб. Справедливо, хотя и весьма обидно, прозвучало приведенное Элистером Горном высказывание д-ра Джонсона: «Муха, сэр, может укусить могучую лошадь, но она все-таки лишь насекомое, а лошадь все равно остается лошадью». Ушло время, когда еще можно было отсечь головной отряд немцев.

Первым понял, что произошло, Рейно. Утром 15 мая он позвонил Черчиллю: «Мы разбиты: мы проиграли сражение». Черчилль ему не поверил, но убедился, что Гамелен и Жорж вполне спокойны. Однако вечером у Гамелена сдали нервы, и он объявил: «Это гибель французской армии». 16 мая Черчилль вылетел в Париж – ему сообщили, что через пару дней там будут немцы. Дым от горящих документов плыл над садом французского министерства иностранных дел. Жители покидали Париж, забив все дороги, ведущие на юг. Черчилль спросил Гамелена: «Где стратегический резерв?» Гамелен ответил, что резерва нет. Но Черчилль настаивал: «Когда и где вы собираетесь контратаковать?» Гамелен сказал: «У нас меньше численность, хуже оснащение, слабее методы». Он пожал плечами – и в историческом смысле ушел в небытие.

Черчилль питался воодушевить французов, обещал, что во Францию будут направлены 10 эскадрилий истребителей. Согласие Военного кабинета было получено по телефону. Однако по возвращении в Англию Черчилль наткнулся на сопротивление этому решению. Сэр Хью Даудинг, командующий истребительной авиацией, настаивал, что для обороны Англии ему нужно 52 эскадрильи, между тем их всего 36, а если еще посылать во Францию, то скоро ничего не останется. Даудинг призвал на помощь Военный кабинет, показал график прежних потерь, говорил о потерях будущих. Военный кабинет Даудинг убедил: члены кабинета согласились, чтобы эскадрильи действовали над французской территорией, но вылетали туда с английских баз. Через день или два немцы разгромили большинство баз, с которых английские самолеты могли вылетать во Францию; спор стал беспредметным. Но все же график Даудинга явился первым шагом на пути к победе в «битве за Англию».

Немцы не вступили в Париж 18 мая. И не собирались это делать. Гудериан устремился к морю. 20 мая его танки заняли Амьен, затем Абвиль. В тот же вечер они вышли на побережье у Ноэла, пройдя за 10 дней 200 миль. Еще севернее, в Бельгии, отступали союзники: англичане за Шельду, французы к югу от Лилля. 19 мая Горт осуждал ситуацию со своим французским начальником Бийотом, который сказал, что придется отступать к Сомме. Горт с нетерпением глядел на Дюнкерк и порты на берегу пролива. Горт, полководец не из выдающихся, не занимал пост начальника имперского Генерального штаба, и его назначили командующим британскими экспедиционными войсками просто как лучшего фронтового генерала. И теперь он принял смелое независимое решение: спасти свою армию. Вечером 19 мая он сообщил Военному кабинету, что, возможно, придется подумать об эвакуации. На следующий день Айронсайд, начальник имперского Генерального штаба, прибыл с официальным приказом: Горт должен пробиваться на юг. Но Горт отказался. Из его 9 дивизий 7 вели бои с германской группой армий «Б» на севере и не могли выйти из боя. Айронсайд заметил: «Ситуация отчаянная. Господи, спаси британские экспедиционные войска, доведенные до такого положения некомпетентностью французского командования».

Эта некомпетентность дошла теперь до высшей точки. 19 мая Гамелен проснулся наконец и составил чисто теоретическое заключение, из которого следовало, что немецкий передовой отряд надо отрезать. Он отправил это свое заключение Жоржу, который не обратил на него никакого внимания. Через несколько часов Гамелен узнал от Рейно о своем увольнении. Рейно пригласил двух героев первой мировой войны, Петена и Вейгана: 84-летний Петен вошел в правительство, а 73-летний Вейган стал главнокомандующим. Он похлопал по своему портфелю со словами: «В моем распоряжении секреты маршала Фоша». Портфель был пуст. Вейган отменил приказ Гамелена о совместном наступлении, а затем, утомленный, поскольку летел из Сирии самолетом, лег спать и проспал 24 часа. 21 мая он вылетел во Фландрию. С Гортом ему встретиться не удалось. Король Леопольд III сообщил ему, что бельгийская армия держаться больше не в силах. Бийот, французский командующий, встретился с Вейганом, но вскоре погиб в дорожной катастрофе.

Французы не знали, что Горт честно старался вырваться из немецкого окружения, хотя мог бросить на прорыв лишь два батальона, где было в общей сложности всего 16 танков. 21 мая в Аррасе эти небольшие силы атаковали немцев, и, хотя немцы были гораздо сильнее, их это очень встревожило. Роммель заявил, что его атакуют 5 танковых дивизий. Но к вечеру англичане выбились из сил, возникла опасность окружения. Пришлось отступить. 22 мая аналогичную попытку предприняли французские войска, но с еще меньшим результатом, а 24 мая атаковали на юге – результатов никаких. Передовой отряд немцев стал теперь крепкой линией обороны, прорвать ее не было возможности. На севере армии союзников оказались безнадежно отрезанными.

В этот решающий момент наступление немцев на несколько дней задержалось. Рундштедт, по-прежнему считая французов той страшной силой, какой они были в первую мировую войну, волновался за свой южный фланг и решил приберечь танки для второго периода кампании. Гитлер это решение одобрил – он тоже опасался французской армии. После войны хитроумные теоретики высказывали предположение, что Гитлер намеренно щадил англичан, чтобы заключить с ними добрый мир. Ничего подобного. Немцы просто еще не поняли масштабов своей победы.

25 мая Горт решил, что французы не способны контратаковать и он должен спасать свою армию. Решимость его укрепилась 27 мая, когда сдалась бельгийская армия. Бельгийское правительство уехало сначала во Францию, затем в Лондон, Леопольд III остался в качестве военнопленного; за это решение его много и незаслуженно критиковали. Он в сущности принес большую пользу: мужественное сопротивление бельгийской армии дало возможность англичанам укрепить свои оборонительные рубежи вокруг Дюнкерка. 27 мая началась эвакуация британских экспедиционных войск. Предполагалось, что спасено будет лишь около 10 тыс. человек. Черчилль предупредил палату общин, что следует подготовиться к неприятным, тяжелым вестям.

Эвакуация оказалась успешной сверх всяких ожиданий. Похвальба Геринга на деле не оправдалась. Британские истребители нанесли немецким бомбардировщикам тяжелый урон, какое-то время мешала немцам и низкая облачность. Эсминцы забрали большинство людей, кроме того, в эвакуации участвовало 860 разнообразных судов – прогулочных, одномачтовых рыболовных, речных паромов. К 4 июня, когда закончилась эвакуация, в Англию были доставлены 340 тыс. человек (из них 200 тыс. англичан и 140 тыс. французов). Это дорого обошлось: погибли 6 эсминцев и 177 истребителей, британская экспедиционная армия потеряла все танки, орудия, автомобильный транспорт. Многие солдаты потеряли винтовки. Лишь британские гвардейцы были непоколебимо спокойны: сошли в Дувре на берег строем, вымытые, выбритые, в начищенных до блеска сапогах.

Эвакуация из Дюнкерка была воспринята в Англии как замечательный успех, почти победа, а во Франции она вызвала тяжелые переживания. Под угрозой поражения англичане всегда предпринимали эвакуацию – так было в Уолчерне в 1809 г., в Галлиполи в 1915-м, а теперь в Норвегии и Дюнкерке. Метод французов – отойти и укрыться в крепости, так поступил в Меце Базен[6] в 1870 г. Поэтому они приняли участие в эвакуации неохотно и с опозданием. Черчилль обещал, что англичане и французы будут эвакуированы «в тесном содружестве». Означало ли это, что, поскольку английские войска уже отбыли, теперь, пока не эвакуируют равное число французов, англичан больше не будут отправлять? Или это означало, что эвакуировать будут в соответствии с числовым соотношением вклинившихся в расположение немцев англичан и французов (5:1), или просто равное число англичан и французов?

Генерал Александер (принявший командование, когда Горт был отозван), не имея ясных указаний из Лондона, решил придерживаться третьего толкования. В результате во Франции остались 150 тыс. французских войск. В сущности именно их упорная оборона дала возможность англичанам эвакуироваться так успешно. Эти французские войска попали в плен, что не способствовало росту дружеских чувств французов в отношении к англичанам.

Остальная часть кампании была всего лишь ее эпилогом. Вейган, верный методам первой мировой войны, намеревался удержать рубеж на Сомме с 50 дивизиями – это было все, что у него осталось. 5 июня немцы начали наступление, через два дня прорвали оборону противника. Часть немецких войск устремилась через Нормандию в Бретань, другая – через Шампань и захватила в тылу линию Мажино, третья двинулась на юг, за Лион. Французское правительство уехало в Тур, затем в Бордо. 14 июня немцы вступили в Париж, прошли маршем по Елисейским полям. В Нормандию были направлены 2 британские дивизии под командованием генерала сэра Алана Брука. Но он вскоре понял, что кампания проиграна, и 15 июня его войска были эвакуированы, вместе с ними – 10 тыс. поляков. Прошло почти четыре года, прежде чем британские войска возобновили боевые действия на земле Франции.

10 июня объявил войну Муссолини. Итальянская армия была слабо вооружена: единственные пригодные орудия, которые у нее имелись, были захвачены еще в конце первой мировой войны у австрийцев. Муссолини это не беспокоило: ведь война заканчивается, если немедленно не объявить войну, он потеряет место за столом мирной конференции. Итальянская армия втрое превосходила по численности французскую, но до прекращения боев успела пройти лишь несколько сот метров и вступила в Ментону.

Эти дни были свидетелями смертельной агонии англо-французского союза, который в предыдущие 20 лет, казалось, играл руководящую роль в международных делах. Черчилль дважды посетил Рейно, стараясь укрепить его слабеющие моральные силы. Обсуждались фантастические планы: создание укрепленного редута в Бретани; обращение к президенту Рузвельту, которое заставит Новый Свет прийти на помощь Старому. Взгляды союзников коренным образом расходились. Французы полагали, что лишь оборона Франции имеет значение, что надо пожертвовать британскими истребителями и экспедиционными войсками; они возмущались тем, как англичане их покинули. Англичане беспокоились о том, чтобы война продолжалась, и полагали, что французское правительство должно уехать из Франции в эмиграцию, как делали другие правительства. Превыше всего они стремились сохранить французский флот – это дало бы им возможность по-прежнему господствовать на море, без него им грозила большая опасность; если он действительно попадет в руки немцев, то война вполне может оказаться проигранной. Они требовали, чтобы французский флот отправился в британские порты, хотя несколько недель спустя были глубоко возмущены подобным требованием Рузвельта – чтобы их собственный флот отправился в американские порты.

13 июня Черчилль, Галифакс и Бивербрук встретились в Type с Рейно в последний раз. Черчилль говорил о защите французского флота. Рейно просил разрешения заключить перемирие. Британские политики вышли в сад, чтобы там обсудить свой ответ. Бивербрук сказал: «Здесь толку не будет. Поедемте домой». Без дальнейших разговоров англичане уехали.

Это был конец англо-французской коалиции. В последовавшей затем неразберихе британское требование о переводе французского флота в безопасное место больше прямо не выдвигалось перед французским правительством. 16 июня этот вопрос не стали затрагивать, предпочли выдвинуть предложение о нерушимом союзе обеих стран – это была последняя попытка оживить угасавший союз. Но французы надменно отвергли предложение. Рейно ушел в отставку, Петен стал премьер-министром и сразу предложил немцам перемирие. Тут Гитлер проявил умеренность и политическое мастерство; он притворялся умеренным и в январе 1933 г., когда стал германским канцлером. Ему нужно было заставить французское правительство функционировать; еще больше он стремился не допустить, чтобы французский флот и колонии перешли к Англии. Когда состоялись переговоры в салоне-вагоне Фоша, где 11 ноября 1918 г. было подписано Компьенское перемирие, условия были предложены приемлемые. Хотя германская оккупация сохранится в Северной Франции и на всем побережье до испанской границы, территория к югу от Луары останется свободной и французское правительство (оно вскоре обосновалось в Виши) будет осуществлять гражданскую власть во всей стране. Французский флот надо было разоружить в портах приписки, но Гитлер обещал его оставить Франции. Перемирие подписали 22 июня. Победа Германии над Францией была полной. Германия потеряла убитыми 28 тыс. солдат – ненамного больше, чем Англия в первый день битвы на Сомме в 1916 г. Германские боеприпасы были истощены, Гитлера, однако, это не беспокоило. Как он и предвидел, их в точности хватило. Его стратегическая проницательность подтвердилась. Его провозгласили «величайшим полководцем всех времен», и ни один германский генерал более не смел усомниться в его указаниях.

Для подавляющего большинства французского народа война закончилась – так по крайней мере казалось; правительство Петена в Виши осуществляло политику лояльного сотрудничества с немцами, позволяя себе лишь слабые, бесплодные протесты по поводу чрезмерных налогов, которые немцы взимали на содержание своей оккупационной армии. Единственное омрачало согласие: Шарль де Голль бежал в последний момент из Бордо в Лондон. Он был очень молодым офицером. Но постарше не нашлось, чтобы стать во главе Сопротивления. Он обратился к французскому народу с призывом продолжать борьбу. Де Голль сказал: «Франция проиграла сражение, но не войну». Лишь несколько сот французов откликнулись на его призыв. Британское руководство признало его лидером свободных французов, которые отнюдь не являлись французским правительством, даже правительством в изгнании.

А. Дж. П. Тейлор

31.07.2021, 10:50

https://history.wikireading.ru/243200

Такого триумфа еще не было в истории Европы. По масштабам успеха к Гитлеру приближался лишь Наполеон, однако ему для создания империи потребовалось десять лет и три кампании; кульминацией последней из них стал Аустерлиц, принесший тяжелые потери. К тому же создание империи не было завершено; Пруссия сохраняла небольшую независимость, Австрия – значительную. А Германия добилась меньше чем за год господства на всем континенте к западу от Советской России при минимальной потере людей и средств. Победа над Францией многократно окупилась. Немцы обнаружили в хранилищах достаточные запасы нефти для битвы за Англию и для первой крупной кампании в России. А взимание с Франции оккупационных расходов обеспечило содержание армии численностью 18 млн. человек.

Устанавливалось германское господство с помощью разнообразных средств – от аннексии или прямого правления до формально равного партнерства с Италией. До войны Германия присоединила к себе Австрию и Судетскую область Чехословакии, затем Данциг и Западную Польшу вслед за первыми своими победами, позже – Эйпен и Мальмеди в Восточной Бельгии. Фактически были также аннексированы Люксембург, Эльзас и Лотарингия. Эльзасцы были призваны в германскую армию и совершили одно из самых тяжких военных преступлений – перебили все население французской деревни Орадур-сюр-Глан. Часть Польши, не аннексированная ни Германией, ни Советской Россией, попала под непосредственное управление Германии – как ни удивительно, это был единственный район Европы, оказавшийся в таком положении; затем эта часть была присоединена к оккупированной территории России. Здесь имелось анонимное генерал-губернаторство во главе с нацистским тираном Гансом Франком, где с самого начала осуществлялись нацистская доктрина расового превосходства и геноцид. Бельгия и оккупированная зона Франции находились под властью германской военной администрации лишь номинально, до того, как будет побеждена Англия. У немцев имелось также одно заморское владение – Нормандские острова, которыми от имени короля Георга VI управляли немцы. Во время освобождения некоторые жители островов, арестованные за выступления против немцев, были отправлены в тюрьму Винчестера отбывать до конца свои сроки.

Готфрид Леске

01.08.2021, 09:18

https://history.wikireading.ru/256420

10–26 мая 1940 г.

ПОЧЕМУ НЕ БОМБИТЬ ГРАЖДАНСКИХ?

Много ребят ходили в ней в Польше, а некоторые даже в Испании. Они говорят – это крепость.

С утра мы снимаемся, нас сопровождают истребители. Мы собираемся вместе и идем во Францию. Это наша работа – что французских авиабаз больше нет. Если какие-то их истребители высовываются, ими занимаются наши «мессершмиты».

Прошлой ночью я слышал по радио, что мы пока что разбомбили только семьдесят два вражеских аэродрома. Наверно, все-таки побольше. Сопротивляться нам некому.

Сегодня мы сидели чуть ли не до полудня, а потом полетели на Динан. Видели французские войска, как они удирали со своей артиллерией. Еле удержались, чтобы не ударить разок-другой, но сегодня у нас дела поважнее. Когда проходили железнодорожную станцию, наткнулись на зенитки. Ни в кого не попали. Всем нашим машинам ничего. Французы – стрелки ни к черту.

Ближе к вечеру кинули десяток яиц на аэродром Ваалхавена возле Роттердама. Потом слышали, Брюссель тоже бомбили.

Бомбили аэродром Шифоль. Потом бомбили Амстердам. Потом вернулись на базу заправиться топливом и загрузиться бомбами для Гааги, но нам сказали, что на сегодня хватит.

Поднялись, еще не было пяти, сразу, как проверили моторы. На западе чистое небо. На заданной высоте на Францию. Видели внизу несколько обгорелых французских самолетов. Наверно, «мораны». На всех дорогах немецкие войска. Потом вообще ничего. Врага нигде не видно. Вроде бы весь мир пошел спать. На горизонте красный столб огня и дым. Заходим на цель. Потом еще видели немецкие войска. Великолепно! Как быстро продвигаются! Нам дают приказ, а сам командир эскадрильи не знает, что наши ребята так далеко продвинулись.

Рука оберлейтенанта Фримеля[2] на сбросе. Сейчас мы прямо над сражением. Французские танки против наших танков. Мы летим на высоте над нашими танками, проходим их, резко пикируем.

А потом кладем наши яйца. Взрывается так жутко, что мы прямо чувствуем это сверху. Я опять беру вверх. Слышу снизу пулеметные очереди. Но им теперь нас не достать.

Зольнер[3] смотрит, что там наделали наши бомбы. Хихикает от удовольствия, я слышу по переговорнику.[4] Хороша сегодня работа. Наконец и я смог глянуть, что там делается внизу, смотрю, а там серо-черная масса и только танки полыхают. Хорошая работа.

Бомбили Брюссель и опять Антверпен. Народ из домов выбегает. Убежать пытаются. Мы снизились посмотреть, как они удирают. Некоторые на велосипедах, некоторые коляски детские перед собой толкают. Мы, когда подошли пониже, ударили по ним с бреющего. Они все побросали и кинулись по канавам вдоль дороги. Это, конечно, им не помогло. Бывает, в корову попадем или овцу.

Радио говорит: мы хорошо повоевали. Уничтожено триста двадцать вражеских самолетов, а мы потеряли всего несколько машин. Генерал Винкельман капитулировал. Голландцы не успели оглянуться, как мы их привели в чувство. Что французам, что англичанам скоро тоже белый свет будет в копеечку.

Прекрасный весенний день. Мы развалились на краю поля, в ближайший час никуда не летим. Мы лежим в тени большого старого дуба. Толстый Тео Зольнер уже дрыхнет. Наверно, опять слегка перебрал пивка в полдник.

Вильгельм Ледерер[5] читает «Фельдцайтунг». Говорит, мы уже сбили 1400 вражеских самолетов. Франц Пуцке[6] опять в серьезном настроении, у него это часто бывает. С самолетами, говорит, все правильно, а вот с бегущими людьми так нельзя.

Ледерер не согласен, я тоже не согласен. Ледерер говорит:

– Они наши враги, да? А каждый должен убивать своих врагов, разве не так?

А я сказал:

– Кто мы такие, чтобы решать, что нам делать, а что не делать? Фюрер за нас решает.

Пуцке не согласен, и Ледерер обозвал его демократическим трусом. Мне пришлось вступиться, а то бы они вцепились друг другу в глотки. Пуцке, конечно, не демократический трус. Просто у него нет особого интереса. На самом деле он хотел быть инженером. Авиационным инженером. Но у его папаши было туго с деньжатами. Его отец мелкий служащий в какой-то торговой компании в Дюссельдорфе. Так что Францу пришлось идти работать на авиационный завод. Но он не сачок. Говорят, в Испании он работал великолепно.

Камбре бомбили. В городе, наверно, было полно беженцев. Когда мы поворачивали домой, полгорода горело. По крайней мере, такое было впечатление.

Прилетели, пошли в столовую, а там какой-то журналист говорит, что война его застала в Амстердаме, а теперь он возвращается в свою газету в Лейпциг. За ужином рассказывал нам, что там было в Амстердаме, когда мы прошлись по городу. Они посадили его в отель. Говорит, что не особенно волновался, потому что знал, что мы скоро будем там. Рассказывал, что проснулся посреди ночи от страшного орудийного гула. А потом начались взрывы. А потом он просто вышел на улицу. Никто не пытался его остановить, хотя он считался вроде как пленник. Он видел, что мы идем очень низко, хотя заградительный огонь был сумасшедший. В воздухе стоял сплошной дым, а шум был страшный, огонь сумасшедший. Потом какие-то темные точки стали падать с самолетов. Говорит, сначала ему стало малость не по себе, подумал, что это бомбы. А потом увидел раскрывающиеся парашюты, это наши ребята спускались на пригород или еще дальше. Голландцы стреляли по ним из винтовок, из пулеметов, хорошо хоть, что стрелки из них никакие. Хотя, как ему показалось, в нескольких все-таки попали.

Это гнилое дело – стрелять в беззащитных парашютистов, дикость какая-то. Голландцы как они есть. Я думаю, это противоречит международным конвенциям.

Немецкое радио сообщает, что Париж эвакуирован. Мы сейчас бросаем наши яйца на порты Канала (пролив Ла-Манш). Погода идеальная.

Иногда летишь довольно продолжительное время и вообще никого не видишь. Даже фермы все пустые. Ничего удивительного. Они нас боятся. А потом опять наскакиваем на дорогу, которая кишит народом. Тогда мы вниз, и наши мелкокалиберные пулеметы начинают тараторить. Они гражданские? Ну и что такого? Это война или что?

Бомбили Булонь. Когда уходили, дым был такой густой, что ничего нельзя было рассмотреть. Те, кто побежал в этот город, здорово попались. Разбегались в разные стороны как тараканы. Некоторые прямо под наши танки.

Голландские тюльпановые поля почти нетронуты. Оберлейтенант сказал нам: приказ Геринга.

Радио передало, что мы уничтожили 2400 вражеских самолетов. Многие не успели даже взлететь.

Это прямо совпадение. Вчера вечером я записал сообщение нашего радио, а всего через несколько часов мы вышли бомбить французскую базу. Прекрасные поля, по краям деревья, невысокие холмы вдалеке. Представьте наше изумление, когда мы увидели все эти «мораны» сидящими на земле. Оберлейтенант Фримель начал считать, досчитал до двадцати и бросил. Ударили мы мгновенно. Никакого ответа, видели только нескольких их пилотов, как они бежали к своим машинам. Первый раз промахнулись, но вторая серия пошла точно в цель. Зрелище получилось замечательное. В воздухе кружились куски самолетов, а огонь прямо разливался по земле. Я опять дал вниз, и наши пулеметы довершили дело. Я не думаю, что хоть один из этих самолетов когда-нибудь еще взлетит.

Радио передает, что мы занимаем территорию без остановок. Наша артиллерия бомбит Ипр. Враг пытается зацепиться за Дюнкирхен.[7] Но я все-таки думаю, что скорее всего они просто хотят удрать по дороге через этот Дюнкирхен. Они укрепили город, и ребята, которые кидали яйца на тамошние доки, рассказывали, что зенитки бьют очень сильно. Но это все равно им не поможет.

Ледерер считает, что война закончится через две недели. Оберлейтенант послушал его, но ничего не сказал. Он вообще много не говорит. Оберлейтенант Фримель классный парень, к тому же отличный спортсмен и ведет себя очень достойно. Говорят, что он на короткой ноге со многими близкими к фюреру. Ничего удивительного. Он очень высоко стоит в партии.

Бомбили Дюнкирхен. Город теперь, наверное, весь в руинах. Нефтяные запасы взрывались со страшной силой. Все небо заволокло черным дымом, а издалека это казалось громадной башней. Взрывы были почти каждую минуту. Грохот внизу, наверное, был ужасный.

Когда вернулись, узнали, что наши взяли Булонь.

С.В. Яров

02.08.2021, 13:05

https://history.wikireading.ru/257189

Объединение Европы под немецким главенством побудило Гитлера изменить правила советско-германской политической игры. Германия уже не нуждалась в советской дипломатической поддержке и, более того, видела в СССР единственную силу, на которую могла уповать сопротивляющаяся Англия.

Советско-германские разногласия с особой силой выявились в ноябре 1940 г. во время переговоров Молотова в Берлине. Молотов настаивал на «разрешении финской проблемы», пояснив, отвечая на вопрос Гитлера, что «он представляет себе урегулирование в тех же рамках, что и в Бессарабии и в соседних странах», т. е. путем полного поглощения Финляндии. Молотов больше интересовался не разделом восточных владений Англии, к чему его усиленно подталкивали Гитлер и Риббентроп, а европейскими делами. Он выразил озабоченность пребыванием немецких войск в Финляндии и недвусмысленно заявил, что считает Болгарию сферой советских интересов. Все эти требования встретили резкий отпор германской стороны. СССР было взамен предложено присоединиться к Тройственному пакту Германии, Италии и Японии. Молотов дал уклончивый ответ и только в конце ноября 1940 г. сообщил о принципиальном согласии СССР на подписание пакта. Однако это предполагало выполнение ряда предварительных условий: СССР получал право создавать военные базы в черноморских проливах, Япония должна была отказаться от концессий на Северном Сахалине, немецкие войска обязаны были уйти из Финляндии. Германия позднее известила СССР о невозможности принять эти условия без консультации с союзниками и тем окончательно похоронила данный проект.

Советско-германские отношения вступили в полосу откровенной враждебности после вторжения гитлеровских войск в Югославию 6 апреля 1941 г. Это произошло через день после подписания в Москве Договора о дружбе и ненападении между СССР и Югославией. Попытки Советского Союза в последующие несколько месяцев ослабить напряженность в советско-германских отношениях не имели успеха. 22 июня 1941 г. посол Германии в СССР В. Шуленбург вручил Молотову меморандум об объявлении войны.

И.Г. Дроговоз

03.08.2021, 11:29

https://history.wikireading.ru/319818
9 июня 1940 года народный комиссар обороны СССР С.К. Тимошенко утвердил план формирования механизированных корпусов и передал свои предложения в СНК СССР 6 июля 1940 года вышло постановление СНК СССР № 1193-464сс, в котором говорилось: «СНК СССР постановляет:

1. Утвердить организацию механизированного корпуса в составе двух танковых дивизий, моторизованной дивизии, мотоциклетного полка, одной авиаэскадрильи, дорожного батальона и батальона связи корпуса. МК придать одну авиабригаду в составе 2-х ближнебомбардировочных и одного истребительного авиаполков.

2. Утвердить организацию танковой дивизии МК и отдельной танковой дивизии в составе:

а) 2-х танковых полков по одному батальону тяжелых танков / в каждом /, 2-х батальонов средних танков и батальону огнеметных танков в каждом полку.

б) одного моторизованного полка в составе 3-х стрелковых батальонов и одной 6-орудийной батареи полковой артиллерии.

в) одного артиллерийского полка в составе 2-х дивизионов: одного дивизиона 122мм гаубиц и одного дивизиона 152 мм гаубиц.

г) зенитного дивизиона, разведывательного батальона, мостового батальона и тыловых частей обслуживания…

3. Моторизованную дивизию иметь в составе и организации, утвержденной постановлением Комитета Обороны от 22 мая 1940 г. № 215 сс.

4. Утвердить штатную численность:

а) управления механизированного корпуса с мотоциклетным полком на мирное время — 2662 человека и на военное время — 2862 человека.

б) танковой дивизии на мирное время — 10943 человека и на военное время — 11343 человека.

в) моторизованной дивизии на мирное время — 11000 человек, на военное время — 12000 человек.

5. Всего в Красной Армии иметь 8 механизированных корпусов и 2 отдельные танковые дивизии, всего 8 управлений МК с МЦП и корпусными частями, 18 танковых дивизий и 8 моторизованных дивизий…»

На формирование танковых дивизий были обращены имевшиеся танковые бригады, главным образом, в пограничных военных округах. Моторизованные дивизии создавались на базе стрелковых соединений. Личный состав и командные кадры поступали из расформированных кавалерийских дивизий и корпусов. В 1940 году это были: в Западном Особом военном округе — управление 3-го кавалерийского корпуса, 7-я Самарская, 11-я им. Морозова, 4-я Донская казачья кавалерийские дивизии, в Киевском Особом ВО — управление 4-го кавалерийского корпуса, 16-я Сибирская и 34-я кавалерийские дивизии, в Ленинградском ВО — 25-я кавалерийская дивизия, в Северо-Кавказском ВО — 10-я Терско-Ставропольская, 12-я Кубанская казачья кавалерийские дивизии, на Дальнем Востоке -31-я кавалерийская дивизия, в Забайкальском ВО — 15-я, 22-я кавалерийские дивизии. На базе управления 4-го кавалерийского корпуса был сформирован 8-й механизированный корпус КОВО. Командир 6-го кавалерийского корпуса А.И. Еременко стал командиром 3-го мехкорпуса, формирование которого началось в Западном, а завершилось в Прибалтийском военном округе. Многие кавалеристы в 1940 году превратились в танкистов.

2-й механизированный корпус, включавший в свой состав 11-ю, 16-ю танковые и 15-ю моторизованную дивизии, 6-й мотоциклетный полк, 182-й отдельный батальон связи, 49-й инженерный батальон, формировался в Одесском военном округе на базе управления 55-го стрелкового корпуса, 173-й стрелковой дивизии и 4-й танковой бригады.

8-й мехкорпус Киевского военного округа развертывался на базе управления 4-го кавалерийского корпуса, 7-й стрелковой дивизии, 14-й тяжелой и 23-й легкотанковой бригад.

Всего до конца 1940 года были развернуты следующие механизированные корпуса:

• 1-й — в Ленинградском военном округе — 1-я, 3-я танковые, 163-я моторизованная дивизии, 5-й мотоциклетный полк;

• 2-й — в Одесском ВО — 11-я, 16-я тд, 15-я мд, 6-й мцп;

• 3-й — в Прибалтийском ВО — 2-я, 5-я тд, 84-я мд;

• 4-й — в Киевском Особом ВО -8-я, 32-я тд, 81-я мд, 3-й мцп;

• 5-й — в Забайкальском ВО — 13-я, 17-я тд, 109-я мд, 8-й мцп;

• 6-й — в Западном Особом ВО — 4-я, 7-я тд, 29-я мд, 4-й мцп;

• 7-й — в Московском ВО — 14-я, 18-я тд, 1-я мсд, 9-й мцп;

• 8-й — в Киевском Особом ВО — 12-я, 34-я тд, 7-я мд, 2-й мцп.

В Закавказском военном округе формировалась 6-я, в Среднеазиатском — 9-я танковые дивизии. В конце 1940 года в Киевском Особом военном округе был дополнительно развернут 9-й механизированный корпус, командиром которого был назначен срочно выпущенный из лагеря на волю К.К. Рокоссовский.

Каждый механизированный корпус в случае его полного укомплектования имел бы огромную ударную мощь. По штату 1941 года в нем должно было быть 36000 человек, 1031 танк (из них 120 тяжелых, 420 средних, 316 легких БТ, 17 легких и 152 химических), 358 орудий и минометов, 268 средних бронеавтомобилей БА-10, 116 легких бронемашин БА-20.

Темпы развертывания мехкорпусов были очень высокими, что вызывало массу проблем. Из-за нехватки новых танков их пришлось забрать из танковых батальонов стрелковых дивизий, танковых полков кавалерийских дивизий, лишив эти соединения главной ударной силы.

Как признавал в своих мемуарах Г.К. Жуков, «мы не рассчитали объективных возможностей нашей танковой промышленности. Для полного укомплектования новых мехкорпусов требовалось 16,6 тыс. танков только новых типов, а всего около 32 тыс. танков. Такого количества машин в течение одного года практически при любых условиях взять было неоткуда, недоставало и технических, командных кадров».

Несмотря на это, вместо качественного совершенствования имевшихся бронетанковых и механизированных войск был выбран путь количественного наращивания сил и средств без учета возможностей. Девяти корпусов командованию РККА показалось мало, хотя будь они укомплектованы по штату, то в 2 с лишним раза превзошли бы танковые войска Германии по числу танков и могли решить исход любого сражения или конфликта.

Но вместо оснащения существующих мехкорпусов и их боевого слаживания, в феврале 1941 года Генеральный штаб разработал еще более широкий план формирования бронетанковых и механизированных войск, предусматривающий создание еще 21 корпуса. И.В. Сталин не сразу под держал этот план, утвердив его лишь в марте 1941 года. И с апреля 1941 года началось массовое развертывание новых механизированных корпусов, для которых не было ни танков, ни командных кадров. Для этого процесса были задействованы оставшиеся танковые бригады, некоторые кавалерийские дивизии (27-й мехкорпус генерала Петрова в Среднеазиатском военном округе создавался на базе 19-й кавалерийской дивизии).

Всего к началу Великой Отечественной войны было сформировано 29 механизированных корпусов, имевших различную степень укомплектованности:

1-й механизированный корпус — Ленинградский военный округ, штаб — Псков. Командир — генерал-майор М.Л. Чернявский. Состав — 1-я и 3-я танковые, 163-я моторизованная дивизии, 5-й мотоциклетный полк;

2-й механизированный корпус — Одесский военный округ; штаб — Тирасполь. Командир — генерал-лейтенант Ю.B. Новосельский. Состав — 11-я и 16-я танковые, 15-я моторизованная дивизии, 6-й мцп. 489 танков, из них 60 — КВ и Т-34;

3-й механизированный корпус — Прибалтийский Особый военный округ, штаб — Вильнюс. Командир — генерал-майор А.В. Куркин. Состав — 2-я и 5-я танковые, 84-я моторизованная дивизии;

4-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Львов. Командир — генерал-майор А.А. Власов. Состав — 8-я и 32-я танковые, 81-я моторизованная дивизии. Всего 892 танка, из них 414 — КВ и Т-34;

5-й механизированный корпус — Забайкальский военный округ, штаб — Борзя. Командир — генерал-майор И.П. Алексеенко. Состав — 13-я и 17-я танковые, 109-я моторизованная дивизии, 8-й мцп;

6-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Белосток. Командир — генерал-майор М.Г Хацкилевич. Состав — 4-я и 7-я танковые, 29-я моторизованная дивизии, 4-й мцп. Всего 1021 танк, из них — 114 КВ, 238 Т-34, 416 БТ, 126 Т-26, 127 прочих;

7-й механизированный корпус — Московский военный округ, штаб — Москва. Командир — генерал-майор В.И. Виноградов. Состав — 14-я и 18-я танковые, 1-я мотострелковая дивизии, 9-й мцп;

8-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Дрогобыч. Командир — генерал-лейтенант Д.И. Рябышев. Состав — 12-я и 34-я танковые, 7-я моторизованная дивизии, 2-й мцп. Всего 858 танков, из них 171 — КВ и Т-34;

9-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Новоград-Волынский. Командир — генерал-майор К.К. Рокоссовский. Состав — 20-я и 35-я танковые, 131-я моторизованная дивизии, 32-й мцп. Всего 300 танков, из них БТ —134, Т-26 — 148, прочих — 18;

10-й механизированный корпус — Ленинградский военный округ, штаб — Ленинград. Командир — генерал-майор И.Г. Лазарев. Состав — 21-я и 24-я танковые, 198-я моторизованная дивизии, 7-й мцп. Всего в 1-м и 10-м мехкорпусах 1506 танков, из них 15 — КВ и Т-34;

11-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Волковыск. Командир — генерал-майор Д.К. Мостовенко. Состав — 29-я и 33-я танковые, 204-я моторизованная дивизии, 16-й мцп. Всего 237 танков, из них 3 — КВ, 28 — Т-34, 44 — БТ, 162 — Т-26;

12-й механизированный корпус — Прибалтийский Особый военный округ, штаб — Елгава. Командир — генерал-майор Н.М. Шестопалов. Состав — 23-я и 28-я танковые, 202-я моторизованная дивизии, 10-й мцп. Всего в 3-м и 12-м мехкорпусах 1393 танка, из них 109 — КВ и Т-34;

13-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Бельск-Подлясны. Командир — генерал-майор П.Н. Ахлюстин. Состав — 25-я и 31-я танковые, 208-я моторизованная дивизии, 18-й мцп. Всего 294 танка, из них 15 — БТ, 263 Т-25, прочих — 16;

14-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Кобрин. Командир — генерал-майор С.И. Оборин. Состав — 22-я и 30-я танковые, 205-я моторизованная дивизии, 20-й мцп. Всего 520 танков, из них 6 — БТ, 504 — Т-26, прочих — 10;

15-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Броды. Командир — генерал-майор И.И. Карпезо. Состав — 10-я и 37-я танковые, 212-я моторизованная дивизии, 25-й мцп. Всего 733 танка, из них 131— КВ и Т-34;

16-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Каменец-Подольский. Командир — комдив А.Д. Соколов. Состав — 15-я и 39-я танковые, 240-я моторизованная дивизии, 19-й мцп. Всего 608 танков, КВ и Т-34 нет;

17-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Барановичи. Командир — генерал-майор М.П. Петров. Состав — 27-я и 36-я танковые, 209-я моторизованная дивизии, 22-й мцп. Всего 36 танков, из них 24 — БТ, 1 — Т-26, прочие —11;

18-й механизированный корпус — Одесский военный округ, штаб — Аккерман. Командир — генерал-майор П.В. Волох. Состав — 4-я и 47-я танковые, 218-я моторизованная дивизии, 26-й мцп. Всего 280 танков;

19-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Бердичев. Командир — генерал-майор Н.В. Фекленко. Состав — 40-я и 43-я танковые, 213-я моторизованная дивизии, 21-й мцп. Всего 450 танков, из них 5 — КВ, 2 —Т-34, 291 —Т-26, прочие — 152;

20-й механизированный корпус — Западный Особый военный округ, штаб — Борисов. Командир — генерал-майор А.Г. Никитин. Состав — 26-я и 38-я танковые, 210-я моторизованная дивизии, 24-й мцп. Всего 93 танка, из них 13 — БТ, 80 — Т-26;

21-й механизированный корпус — Московский военный округ, штаб — Идрица. Командир — генерал-майор Д.Д. Лелюшенко. Состав —42-я и 46-я танковые, 185-я моторизованная дивизии. Всего в 7-м и 21-м мехкорпусах 1134 танка;

22-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Ровно. Командир — генерал-майор С.М. Кондрусев. Состав — 19-я и 41-я танковые, 215-я моторизованная дивизии, 23-й мцп. Всего 647 танков, из них 31— КВ-2 (по другим данным — 707 танков);

23-й механизированный корпус — Орловский военный округ. Командир — генерал-майор М.А. Мясников. Состав — 48-я и 51-я танковые, 220-я моторизованная дивизии, 27-й мцп. Всего 413 танков, из них 21 — КВ и Т-34;

24-й механизированный корпус — Киевский Особый военный округ, штаб — Проскуров. Командир — генерал-майор В.И. Чистяков. Состав — 45-я и 49-я танковые, 216-я моторизованная дивизии, 17-й мцп. Всего 222 танка;

25-й механизированный корпус — Харьковский военный округ, штаб — Харьков. Командир — генерал-майор С.М. Кривошеин. Состав — 50-я и 55-я танковые, 219-я моторизованная дивизии, 12-й мцп. Всего 300 танков, из них 20 — КВ и Т-34;

26-й механизированный корпус — Северо-Кавказский военный округ. Состав — 52-я и 56-я танковые, 217-я моторизованная дивизии, 27-й мцп. Всего 184 танка;

27-й механизированный корпус — Среднеазиатский военный округ, штаб — Мары. Командир — генерал-майор И.Е. Петров. Состав — 9-я и 53-я танковые, 221-я моторизованная дивизии, 31-й мцп. Всего 356 танков;

28-й механизированный корпус — Закавказский военный округ, штаб — Тбилиси. Состав — 6-я и 54-я танковые, 236-я моторизованная дивизии, 13-я мцп. Всего 869 танков;

30-й механизированный корпус — Дальневосточный фронт. Состав — 58-я и 60-я танковые, 239-я моторизованная дивизии. Всего в Дальневосточном фронте (30-й МК плюс 59-я и 69-я тд) 2969 танков.

Большинство механизированных корпусов не имело необходимого количества вооружения и боевой техники. Укомплектованность к середине июня 1941 года составляла: по автомобилям — 39 %, тракторам — 44 %, ремонтным средствам — 29 %, мотоциклам — 11 %.

Наибольшее количество танков было сосредоточено в механизированных корпусах Киевского Особого военного округа, что вполне соответствовало точке зрения И.В. Сталина о том, что в случае войны главный удар немцы нанесут на Украине. Поэтому юго-западное направление считалось основным. 4-й и 8-й механизированные корпуса имели одних только новых танков КВ и Т-34 около 600 штук, а к ним более 1000 танков других марок.

О состоянии механизированных корпусов, после начала войны оказавшихся на направлении главного удара немецких войск, можно судить по следующим данным.

Перейти на сайт

СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК «ДИВНОЕ-СИТИ» С проектной декларацией можно ознакомиться на сайте наш.дом.рф»
Вернуться к просмотру
СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ЗАСТРОЙЩИК «ДИВНОЕ-СИТИ» С проектной декларацией можно ознакомиться на сайте наш.дом.рф»
К началу июня 1941 года механизированные корпуса Западного и Киевского Особых военных округов, входившие в Первый стратегический эшелон, имели (в скобках — штатное количество):

6-й мехкорпус — танков — 1021 (1031), из них тяжелых танков КВ — 114 (126), средних танков Т-34 — 238 (420), легких танков БТ — 416 (316), легких танков Т-26 — 126 (152), прочих — 127 (17), бронеавтомобилей — 229 (268), артиллерийских орудий —172 (172);

11-й мехкорпус — танков — 237, из них КВ — 3, Т-34 — 28, БТ — 44, Т-26 — 162, бронеавтомобилей — 141, артиллерийских орудий — 121;

13-й мехкорпус — танков — 294, из них БТ — 15, Т-26 — 263, прочих —16, бронеавтомобилей — 34, артиллерийских орудий —144;

14-й мехкорпус — танков — 520, из них БТ — 6, Т-26 — 504, прочих — 10, бронеавтомобилей —44, артиллерийских орудий —160;

17-й мехкорпус — танков — 36, из них БТ — 24, Т-26 — 1, прочих —11, бронеавтомобилей — 35, артиллерийских орудий —162;

20-й мехкорпус — танков — 93, из них БТ — 13, Т-26 — 80, бронеавтомобилей — 11, артиллерийских орудий —144;

9-й мехкорпус — танков — 300, из них БТ — 134, Т-26 — 148, прочих —18, бронеавтомобилей — нет, артиллерийских орудий — 90;

19-й мехкорпус — танков — 450, из них КВ — 5, Т-34 — 2, Т-26 — 291, прочих — 152, бронеавтомобилей — нет, артиллерийских орудий —64.

МОТОРИЗОВАННЫЕ ДИВИЗИИ

В состав каждого механизированного корпуса, наряду с двумя танковыми дивизиями, входила моторизованная дивизия. Они предназначались для закрепления успеха, достигнутого танковыми дивизиями, и решения других задач в глубине обороны противника. Моторизованные дивизии первых девяти мехкорпусов развертывались из стрелковых соединений с сохранением прежней нумерации. Для второй волны МК началось формирование новых дивизий — с нуля или на базе расформированных кавалерийских дивизий.

Состав и организация моторизованной дивизии были утверждены постановлением Комитета Обороны от 22 мая 1940 г. № 215 сс.

Организационно моторизованная дивизия состояла из следующих частей и подразделений:

— управление дивизии;

— два мотострелковых полка, каждый в составе:

— управление полка,

— три стрелковых батальона (в каждом — 3 стрелковых и одна минометная роты);

— комендантская рота;

— рота связи;

— пушечная артиллерийская батарея (4 76-мм пушки);

— полковой медпункт;

— танковый полк (в составе 4 танковых батальонов и подразделений обеспечения);

— гаубичный артиллерийский полк в составе:

— артиллерийский дивизион 122-мм гаубиц (4 батареи по 4 орудия);

— артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

— подразделения обеспечения;

— разведывательный батальон в составе:

— рота танков;

— рота бронеавтомобилей;

— мотоциклетная рота;

— истребительно-противотанковый дивизион;

— отдельный зенитно-артиллерийский дивизион (8 37-мм пушек);

— саперный батальон;

— ремонтно-восстановительный батальон;

— медико-санитарный батальон;

— артпарковый дивизион;

— отдельный батальон связи;

— автотранспортный батальон;

— рота регулирования;

— походный хлебозавод;

— полевая почтовая станция;

— полевая касса Госбанка.

По штату военного времени в моторизованной дивизии должно было быть:

— 11534 человека;

— 258 легких танков БТ и 17 плавающих Т-37;

— 51 бронеавтомобиль;

— 12 152-мм гаубиц;

— 16 122-мм гаубиц;

— 16 76-мм пушек;

— 8 37-мм зенитных пушек;

— 12 82-мм минометов;

— 60 50-мм минометов;

— 1587 автомашин;

— 128 тракторов;

— 159 мотоциклов.

Нумерация частей в моторизированных дивизиях была единой со стрелковыми дивизиями, то есть бессистемной (хотя до 1939 года нумерация полков стрелковой дивизии отличалась простотой — их номера шли по порядку, к примеру: 11-я стрелковая дивизия — 31, 32, 33-й стрелковые полки, 24-я стрелковая дивизия — 70, 71, 72-й стрелковые полки (с 1939 года 7, 168 и 274-й соответственно). Примером может служить 69-я моторизованная дивизия Дальневосточного фронта (бывшая 3-я колхозная дивизия Отдельной Краснознаменной Дальневосточной армии), не входившая в состав мехкорпуса. Ее состав: 120-й, 237-й мотострелковые полки, 143-й танковый полк, 118-й артполк, 109-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион, 61-й отдельный зенитно-артиллерийский дивизион, 20-й разведывательный батальон, 41-й отдельный батальон связи, 99-й легкий инженерный батальон, 800-й автотранспортный батальон, 71-й медсанбат, 118-й артпарковый дивизион, 800-я рота регулирования. 17 июля 1941 года 69-я моторизованная дивизия была преобразована в 107-ю танковую дивизию, при этом состав и нумерация частей остались прежними. 16 сентября 1941 года ее вновь переименовали в 107-ю мотострелковую дивизию.

Моторизованные дивизии сильно отличались по укомплектованности личным составом, вооружением и техникой. Это хорошо видно на примере трех соединений — 131-й, 213-й, 215-й моторизованных дивизий, входивших в состав механизированных корпусов Киевского Особого ВО. Имея личный состав, близкий к штатному (11534 человека) — в 131-й мд —10580, 213-й мд —10021, 215-й мд — 10648 человек, эти дивизии испытывали большой дефицит командных кадров: при штатной численности комначсостава в 1095 человек имелось — в 131-й мд — 784, 213-й мд — 459, 215-й мд —596. Танковый парк — в среднем 36 % от штата. По дивизиям: 131-я — 122 танка, 213-я —55 танков, 215-я —129 танков.

Артиллерийское вооружение — общий процент укомплектованности по трем дивизиям: 76-мм пушки — 66,6, 37-мм пушки—50, 152-мм гаубицы—22,2, 122-мм гаубицы— 91,6, 82-мм минометы —88,8, 50-мм миномёты —100. Гораздо хуже обстояло дело с транспортными средствами:

— автомобили — 24 % от штата. Вместо 1587 автомашин, в 131-й мд —595, 213-й мд — 140, 215-й мд — 405;

— тракторы и тягачи — 62,6 % от штата. Из 128 штатных — в 131-й мд — 69, 213-й мд —47,215-й мд —62;

— мотоциклы — 3,5 % от штата. Вместо 159 машин — в 131-й мд — 17, в 213-й и 215-й мд — вообще нет.

А ведь это были дивизии Первого стратегического эшелона. Во внутренних округах положение было еще хуже. Поэтому с первых дней войны большинство мотодивизий использовалось в боях как стрелковые соединения.

Всего перед войной в составе механизированных корпусов имелось 29 моторизованных дивизий. Кроме них, существовало еще несколько отдельных мотострелковых дивизий.

Судьба мотодивизий механизированных корпусов в годы войны была различной:

1 мотострелковая дивизия —7-й мк —21.09.1941 г. преобразована в 1-ю гвардейскую мотострелковую дивизию (с 23.01.1943 г. — 1-я гвардейская стрелковая дивизия). Завершила боевой путь в годы войны как 1-я гвардейская Московско-Минская Пролетарская ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова стрелковая дивизия.

7-я моторизованная дивизия — 8-й мк— 12.09.1941 г. переформирована в 7-ю стрелковую дивизию. 27.12.1941 г. расформирована.

15-я мд —2-й мк —6.08.1941 г. переформирована в 15-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 15-я Инзенская Сивашско-Щецинская ордена Ленина дважды Краснознаменная орденов Суворова и Трудового Красного Знамени стрелковая дивизия. После войны она вновь стала механизированной.

29-я мд — 6-й мк — 19.09.1941 г. расформирована.

81-я мд — 4-й мк — 16.07.1941 г. переформирована в 81-ю стрелковую дивизию. 27.09.1942 г. расформирована.

84-я мд — 3-й мк —16.07.1941 г. переформирована в 84-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 84-я Харьковская Краснознаменная стрелковая дивизия.

103-я мд — 26-й мк — 28.08.1941 г. переформирована в 103-ю стрелковую дивизию. 27.12.1941 г. расформирована.

109-я мд — 5-й мк — 19.07.1941 г. преобразована в 304-ю стрелковую дивизию.

131-я мд — 9-й мк — 29.07.1941 г. переформирована в 131-ю стрелковую дивизию. 27.12.1941 г. расформирована.

163-я мд — 1-й мк — 15.09.1941 г. переформирована в 163-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 163-я Ромненско-Киевская ордена Ленина Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова стрелковая дивизия.

185-я мд — 21-й мк — 25.08.1941 г. переформирована в 185-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 185-я Панкратовско-Пражская ордена Суворова стрелковая дивизия.

198-я мд — 10-й мк — 17.09.1941 г. переформирована в 198-ю стрелковую дивизию.

202-я мд — 12-й мк — 20.09.1941 г. переформирована в 202-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 202-я Корсунь-Шевченковская Краснознаменная орденов Суворова и Кутузова стрелковая дивизия.

204-я мд — 11-й мк — 19.09.1941 г. расформирована.

205-я мд — 14-й мк — 30.06.1941 г. расформирована.

208-я мд — 13-й мк —19.09.1941 г. расформирована.

209-я мд — 17-й мк —19.09.1941 г. расформирована.

210-я мд — 20-й мк — 14.07.1941 г. преобразована в 4-ю кавалерийскую дивизию.

212-я мд — 15-й мк — 29.07.1941 г. переформирована в 212-ю стрелковую дивизию. 21.11.1941 г. расформирована.

213-я мд — 19-й мк —19.09.1941 г. расформирована.

215-я мд — 22-й мк —19.09.1941 г. расформирована.

216-я мд — 24-й мк — 19.09.1941 г. расформирована.

218-я мд — 18-й мк — 8.09.1941 г. переформирована в

218-ю стрелковую дивизию. 27.09.1942 г. расформирована.

219-я мд — 25-й мк — 9.09.1941 г. переформирована в

219-ю стрелковую дивизию. 27.12.1941 г. расформирована.

220-я мд — 23-й мк — 21.07.1941 г. переформирована в 220-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 220-я Оршанская Краснознаменная ордена Суворова стрелковая дивизия.

221-я мд — 27-й мк —10.08.1941 г. расформирована.

236-я мд — 28-й мк — в 09.1941 г. переформирована в 236-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 236-я Днепропетровская Краснознаменная ордена Суворова стрелковая дивизия.

239-я мд — 30-й мк — 6.08.1941 г. переформирована в 239-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 239-я Краснознаменная стрелковая дивизия.

240-я мд — 16-й мк — 6.08. 1941 г. переформирована в 240-ю стрелковую дивизию. Закончила войну как 240-я Киевско-Днепровская Краснознаменная орденов Суворова и Богдана Хмельницкого стрелковая дивизия.

Большинство моторизованных дивизий после упразднения мехкорпусов были переведены на штаты стрелковых дивизий, поскольку танков в них практически не осталось, а на поступление новых надежды не было.

ТАНКОВЫЕ ДИВИЗИИ РККА ФОРМИРОВАНИЯ 1940–1941 ГОДОВ

Главной ударной силой мехкорпусов были две танковые дивизии, входившие в их состав. Основным предназначением танковых дивизий был прорыв слабо укрепленной обороны противника, развитие наступления на большую глубину и действия в оперативной глубине — разгром резервов, нарушение управления и деморализация тыла, захват важных объектов. В оборонительных операциях танковые дивизии должны были наносить контрудары с целью уничтожения прорвавшегося противника. Эта задача перед войной считалась второстепенной и маловероятной. Поэтому в завязавшихся боях организовать и провести должным образом контрудары так и не удалось.

Организация танковой дивизии и ее штат целиком отвечали ее предназначению. Ввиду господства теории «войны малой кровью на чужой территории», подразумевавшей захват господства в воздухе и наступление как основной вид боевых действий, танковые дивизии имели большую ударную мощь, но совершенно недостаточное (как показала война) количество средств ПВО, эвакуационной техники.

Формирование танковых дивизий началось в соответствии и по штатам, утвержденным Постановлением СНК СССР от б июля 1940 года № 1193—464 сс.

Дивизии полагалось: личного состава — 11343 человека, танков —413 (из них тяжелых КВ —105, средних Т-34 — 210, легких БТ-7 — 26, Т-26 — 18, химических —54), бронеавтомобилей — 91, орудий и минометов (без 50-мм) — 58. В марте 1941 года организация танкового полка танковой дивизии была изменена — количество тяжелых танков в нем уменьшилась с 52 до 31. Соответственно число танков в дивизии сократилось с 413 до 375. В механизированном корпусе вместо 1108 танков стало 1031.

В 1940 году было сформировано 18 танковых дивизий в составе мехкорпусов и две отдельные (6-я — в Закавказском военном округе и 9-я — в Среднеазиатском).

Организационная структура танковых дивизий была следующей:

— управление дивизии;

— штабная рота;

— два танковых полка, каждый в составе:

— управление полка;

— комендантская рота;

— рота связи;

— разведывательная рота;

— саперная рота;

— ремонтная рота;

— полковой медицинский пункт;

— 4 танковых батальона (батальон тяжелых танков — 31 КВ, 2 батальона средних танков по 52 Т-34 в каждом и батальон химических танков);

— мотострелковый полк в составе:

— управление полка;

— комендантская рота;

— рота связи;

— разведывательная рота;

— саперная рота;

— пушечная артиллерийская батарея (4 76-мм пушки);

— 3 стрелковых батальона (в каждом 3 стрелковые роты и одна минометная рота — 6 82-мм минометов);

— полковой медицинский пункт;

— гаубичный артиллерийский полк в составе:

— управление полка;

— артиллерийский дивизион 122-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

— артиллерийский дивизион 152-мм гаубиц (3 батареи по 4 орудия);

— подразделения обеспечения;

— разведывательный батальон в составе:

— взвод управления;

— взвод связи;

— комендантский взвод;

— танковая рота;

— рота средних бронеавтомобилей;

— рота легких бронеавтомобилей;

— мотоциклетная рота;

— зенитная рота—4 37-мм пушки, 12 крупнокалиберных пулеметов ДШК;

— артиллерийская батарея — 6 пушек ДРП;

— саперный взвод;

— взвод ранцевых огнеметов;

— отдельный зенитно-артиллерийский дивизион (2 батареи 37-мм пушек) — 8 37-мм пушек, 36 пулеметов ДШК;

— отдельный батальон связи;

— моторизованный понтонно-мостовой батальон;

— автотранспортный батальон;

— ремонтно-восстановительный батальон;

— медико-санитарный батальон;

— рота регулирования;

— полевой хлебозавод;

— полевая почтовая станция;

— полевая касса Госбанка.

Танковая рота средних танков имела 17 машин (во взводе — 5 танков), батальон — 52 танка. Батальон тяжелых танков насчитывал 31 танк (в роте — 10, во взводе — 3).

Нумерация частей в танковых дивизиях была проще, чем в моторизованных и стрелковых дивизиях. Номера танковых полков шли по порядку (за небольшим исключением) и соответствовали номеру дивизии, умноженному на 2 и номеру, умноженному на 2 минус 1 (например — в 47-й танковой дивизии — 93-й и 94-й танковые полки). Исключение: 16-я танковая дивизия — 31-й и 149-й танковые полки. 23-я тд — 45-й и 144-й тп, 24-я тд — 48-й и 49-й тп, 25-я тд — 50-й и 113-й тп, 27-я тд — 54-й и 140-й тп, 29-я тд — 57-й и 59-й тп, 31-я тд — 46-й и 148-й тп.

Номера мотострелкового полка, артиллерийского полка, зенитно-артиллерийского дивизиона, разведывательного батальона, понтонно-мостового, медико-санитарного, автотранспортного, ремонтно-восстановительного батальонов и батальона связи, роты регулирования и полевого хлебозавода совпадали с номером дивизии.

Полевые почтовые станции и кассы Госбанка имели свою систему нумерации.

В танковых дивизиях, сформированных из мехкорпусов внутренних округов, система нумерации была нарушена — номера полков поменялись — и не имела былой стройности.

Вот состав 1-й Краснознаменной танковой дивизии Ленинградского военного округа: 1-й, 2-й танковые, 1-й мотострелковый, 1-й гаубичный артиллерийский полки, 1-й отдельный зенитно-артиллерийский дивизион, 1-й разведывательный батальон, 1-й понтонный батальон, 1-й отдельный батальон связи, 1-й медсанбат, 1-й автотранспортный батальон, 1-й ремонтно-восстановительный батальон, 1-я рота регулирования, 1-й полевой хлебозавод, 63-я полевая почтовая станция, 204-я полевая касса Госбанка.

Штатный состав танковой дивизии РККА в 1941 году составлял 10942 человека, в том числе 1288 человек командно-начальствующего состава, 2331 человек младшего комсостава, 7323 рядовых.

На вооружении дивизии состояло:

— 375 танков (тяжелых — 63, средних — 210, легких БТ-7 — 26, Т-26 — 22, химических — 54),

— 95 бронеавтомобилей (средние БА-10 и легкие БА-20);

— 12 122-мм гаубиц;

— 12 152-мм гаубиц;

— 4 76-мм полковых пушек;

— 12 37-мм автоматических зенитных пушек;

— 18 82-мм батальонных минометов;

— 27 50-мм ротных минометов;

— 1360 автомашин;

— 84 тракторов;

— 380 мотоциклов;

— 122 ручных пулеметов;

— 390 пистолет-пулеметов;

— 1528 самозарядных винтовок.

События начала войны показали, что слабым местом танковых дивизий был недостаток зенитных и противотанковых средств, бронетранспортеров (их вообще не было), хотя все остальное вооружение было на уровне лучших образцов Вермахта или даже превосходило его.

Ввиду того что в последнее время появилось достаточно много литературы, посвященной танкам периода второй мировой войны, будет уместно ограничиться краткой характеристикой бронетанковой техники и другого вооружения танковых дивизий.

Тяжелые танки были представлены следующими образцами:

— Т-35 —построенный в 1933–1939 годах на Харьковском паровозостроительном заводе им. Коминтерна в количестве 60 единиц. Вооружение размещалось в 5 башнях и состояло из одной 76-мм и 2 45-мм пушек, 5 пулеметов. При броне 20–30 мм и массе до 55 т имел скорость до 30 км/час. Т-35 предназначался для прорыва сильно укрепленных оборонительных полос. Все танки Т-35 находились в составе 34-й танковой дивизии Юго-Западного фронта и были потеряны в июне 1941 года, в основном по техническим причинам: в 67-м танковом полку ни один танк Т-35 не был уничтожен противником — все 17 машин брошены из-за неисправностей. В 68-м танковом полку из 30 танков: 6 подбито немцами, два застряли в болоте, один пропал без вести, все остальные брошены из-за поломок и неисправностей.

— КВ-1 — принят на вооружение 19 декабря 1939 года. Боевое крещение получил в «зимней войне» с Финляндией. Вооружение — 76-мм пушка, 3 пулемета. Толщина брони до 100 мм, масса — 47,5 т, скорость до 35 км/час. По всем показателям превосходил немецкие танки.

— КВ-2 — принят на вооружение в феврале 1940 года. Оснащен 152-мм гаубицей и предназначался для прорыва укрепленных оборонительных рубежей и разрушения долговременных огневых точек. Броня — до 75 мм, масса — 52 т, скорость — 35 км/час. Было выпущено 330 таких машин (по другим данным —100). В 41-Й танковой дивизии Юго-Западного фронта имелся 31 танк, но без боекомплекта к началу войны.

В германской армии ничего подобного тяжелым советским танкам не было.

Средние танки:

— Т-28 — принят на вооружение 11 августа 1933 года. В 1933–1940 годах на заводе «Красный путиловец» в Ленинграде произведено 523 машины. Вооружение — 76-мм пушка и 3 пулемета в трех башнях. Броня — до 80 мм (вариант Т-28Э), масса — 32 т. Предназначался для прорыва укрепленных оборонительных полос. К началу войны по вооружению превосходил все немецкие танки, уступая по бронированию только Т-4.

— Т-34 — принят на вооружение 19 декабря 1939 года. Боевая масса — 26,5 т, вооружение — 76 мм пушка и 2 пулемета. Броня — до 45 мм, скорость — 55 км/час. Шедевр советского танкостроения, соперничать с которым в начале войны мог в определенной мере Т-4.

Легкие танки:

— Т-26 — самая массовая машина в танковом парке РККА. Копия английского танка «Виккерс — 6-тонный», принят на вооружение 13 февраля 1931 года (2-башенный вариант). К 1941 году наиболее распространенным был вариант с 45-мм пушкой. Всего в 30-е годы их было выпущено более 12000. По основным показателям уступал немецким Т-3 и Т-4.

— БТ-5 — производился в 1933–1934 годах в Харькове. Усовершенствованный вариант БТ-2 с усиленным пушечным вооружением — 45-мм пушкой и отечественным двигателем М-5. По вооружению и проходимости не уступал Т-26, а по удельной мощности, подвижности и запасу хода превосходил его.

— БТ-7 — в 1935–1940 годах произведено 4881 БТ-7 и БТ-7А, 706 БТ-7М, 2596 БТ-7 линейных, 2017 БТ-7 радио, 155 БТ-7А, 787 БТ-7М. Составлял вместе с Т-26 основу танкового парка РККА. Вооружение — 45-мм пушка. Немецкому Т-3 уступал по бронированию, превосходя его в скорости и маневренности. Основными недостатками танка были — плохие приборы наблюдения, неудачная конструкция коробки передач, ухудшившей маневренность машины (переключить передачу в движении мог только опытный механик-водитель).

Все танки БТ — развитие конструкции колесно-гусеничного танка Кристи.

Химические танки или, как их тогда называли, бронированные химические машины были предназначены для огне-метания, заражения местности отравляющими веществами, постановки дымовой завесы и дегазации местности.

— ОТ-26 — создан в 1933 году на базе 2-башенного Т-26 образца 1931 года.

— ОТ-130 и ОТ-133 — на базе Т-26 (пушечного) с огнеметом вместо 45-мм пушки. Дальность выброса огнесмеси (мазут и керосин) до 50 м. Количество смеси — 360 литров, которые расходовались за 40 односекундных выстрелов. Всего было выпущено 1336 машин типа ОТ-26/130/131/132/133.

Для ведения разведки предназначались:

— Т-37 — принят на вооружение 11 августа 1933 года. Масса — 3,2 т, броня — 4–9 мм, вооружение — один пулемет ДТ. В 1933–1936 годах выпущено 1909 линейных, 643 радиотанка Т-37ТУ и 75 химических.

— Т-38 — плавающий, в 1936–1939 годах выпущено 1340 единиц. Вооружение — один пулемет ДТ.

— Т-40 — их выпуск начался в 1941 году (до июня произведена 181 машина), вооружены 20-мм автоматической пушкой.

Бронеавтомобили:

Средний — БА-10, созданный на шасси грузовика ГАЗ-ААА. Выпускался в 1938–1942 годах. Масса — 5,1 т, скорость 52 км/час. Броня —10 мм. Вооружение — 45-мм пушка и 2 пулемета. Предназначались для ведения разведки, но могли вести и противотанковую борьбу, обладая значительной огневой мощью.

Легкий — БА-20, на шасси легковой машины ГАЗ-М1. Использовались для разведки и патрульной службы. Выпускались в 1936–1941 годах. Масса —2,3 т, броня — 6 мм, скорость 90 км/час. Вооружение — один пулемет. Экипаж — 2 человека.

Бронеавтомобилями были оснащены разведывательные батальоны и роты танковых дивизий.

Артиллерийское вооружение было представлено следующими образцами:

— 122-мм дивизионная гаубица образца 1938 года М-30;

— 152- мм дивизионная гаубица образца 1938 года М-10.

Дальность стрельбы —12–13 км. Этими орудиями оснащались гаубичные артиллерийские полки.

Полковая артиллерия:

— 76-мм пушка образца 1902/30 года — модернизированная «трехдюймовка», имевшая бронепробиваемость до 60 мм;

— 76-мм полковая пушка образца 1927 года;

— 76-мм пушка образца 1939 года Ф22УСВ.

Для противотанковой обороны предназначалась и 45-мм противотанковая пушка образца 1937 года 53-К (бронепробиваемость на дальности 800 м — 30–45 мм).

Минометы:

— 82-мм батальонный миномет образца 1937 года;

— 50-мм ротный миномет образца 1938 года.

Основой зенитной артиллерии была 37-мм автоматическая зенитная пушка образца 1939 года.

Для буксировки артиллерийских орудий в танковых дивизиях использовались:

— 45-мм и 76-мм пушек — легкие артиллерийские тягачи Т-20 «Комсомолец»;

— 122-мм и 152-мм гаубиц — средние артиллерийские тягачи «Коминтерн» (скорость до 30 км/час, масса буксируемого прицепа—12 т). Выпускались с 1935 года и к началу войны в РККА имелось 1712 машин этого типа. Применялись транспортные гусеничные тракторы СТЗ-5 (СТЗ-НАТИ-2ТВ), имевшие скорость до 21 км/час. Они выпускались с 1938 года и могли буксировать прицепы массой до 7250 кг. Кроме них, использовались транспортные трактора «Сталинец-2», производство которых началось с конца 1940 года. В каждой танковой дивизии по штату должно было быть 84 тягача и трактора. Фактически же их было гораздо меньше: к примеру, в 19-й танковой дивизии имелось 52, а во многих дивизиях дело обстояло еще хуже — в 41-й —15,20-й — 38, 35-й — 7, 40-й — 5. Процент укомплектованности тягачами танковых дивизий механизированных корпусов 5-й Армии КОВО составлял 26,1 %. Кроме того, очень часто использовались и сельскохозяйственные тракторы, так как специальной техники не хватало.

Автомобильный парк танковых дивизий был очень пестрым. Штабы мехкорпусов и дивизий, входившие в их состав, использовали штабные автобусы ГАЗ-ОЗ-ЗО и ГАЗ-05-193 (на шасси ГАЗ-ААА), легковые автомобили ГАЗ-М1, ГАЗ-11-73 и другие. Для транспортировки грузов и личного состава использовались:

— полутортонные грузовики ГАЗ-АА;

— трехосные грузовые автомобили повышенной проходимости ГАЗ-ААА грузоподъемностью 1,5–2 т. Они служили в качестве шасси для бронеавтомобилей, радиостанций, зенитных установок;

— трехосные грузовики ЗИС-6, которые также применялись в качестве артиллерийских тягачей и шасси для специальных машин;

— трехтонные грузовики ЗИС-5;

— пятитонные ЯАЗ.

Штатная численность автопарка танковых дивизий составляла 1360 автомашин. Но их тоже не хватало, поэтому количество автомобилей колебалось от 157 в 40-й танковой дивизии до 682 в 41-й. Средняя укомплектованность танковых дивизий 9, 19, 22-го механизированных корпусов была 27 % от штатной, а мотодивизий — 24 %.

Для ведения разведки, связи и патрульной службы широко применялись мотоциклы, представленные следующими образцами:

— Л-300 — выпускавшийся с 1930 года на заводах «Красный Октябрь» и «Промет» в Ленинграде. Мощность двигателя — 6,5 л.с., скорость — 75 км/час, запас хода — 265 км;

— ПМЗ-А-750 — тяжелый мотоцикл с коляской, выпускавшийся в 1934–1938 годах на Подольском механическом заводе. Мощность двигателя 14 л.с., скорость —90 км/час, запас хода — 300 км;

— ТИЗ-АМ-600 — тяжелый мотоцикл с коляской (1-й с 4-тактным двигателем мощностью 16,2 л.с.). Скорость — 95 км/час. Производился с 1935 года на Таганрогском инструментальном заводе;

— легкие и средние Иж-7, Иж-8, Иж-9.

Каждая танковая дивизия должна была иметь по штату 380 мотоциклов. Однако в реальности картина была другой. 35, 40, 41-я танковые дивизии вообще не имели мотоциклов, в 19-й и 20-й танковых дивизиях их было по 10 машин, в 43-й — 18. Общий процент укомплектованности составлял всего 1,7 штатного. Не лучше дело обстояло и в мотодивизиях — при штатном количестве 159 мотоциклов 213-я, 215-я моторизованные дивизии их совсем не имели, в 131-й мотодивизии имелось 17. Процент укомплектованности составлял 3,5. К тому же имевшиеся мотоциклы порядком послужили и находились в плохом техническом состоянии.

Вот свидетельство командира 43-го разведывательного батальона 43-й танковой дивизии B.C. Архипова: «К началу июня 1941 года 43-й разведбатальон был почти полностью сформирован. Ждали только новые мотоциклы. В мотоциклетной роте машины были старые и разных марок, да и тех очень мало, так что большая часть бойцов перевозилась на грузовиках». Это создавало большие трудности при ведении разведки и организации связи.

Понтонно-мостовой батальон оснащался парком Н2П (принят на вооружение в 1934 году, грузоподъемность 60 т).

В качестве средств связи использовались общевойсковые радиостанции 5АК, монтируемые на шасси автомобиля. Дальность действия в телеграфном режиме — 50 км на стоянке и 30 км на ходу, в телефонном — 15 км. Перед войной в войска начали поступать радиостанции РБ (дальность в телеграфном режиме — 10 км, телефонном — 7 км), РРУ и другие. Наиболее распространенной танковой радиостанцией была 71ТК (дальность действия в телеграфном режиме—50 км на стоянке, 30 км на ходу, в телефонном — 15 км). В конце 30-х годов на танки и бронеавтомобили стали устанавливать радиостанции 9Р (дальность на стоянке — 25 км, на ходу — 18 км), 10Р (40–25 км), РСМК (100—40 км). В проводной связи использовались телефонные аппараты УНА-Ф-31, УНА-И-31.

Средства связи были одним из слабых мест мехкорпусов. Как и в корпусах образца 1939 года основными оставались танковые радиостанции 71ТК и автомобильные 5АК. Этих радиосредств не хватало для управления танковым корпусом прежней автоматизации, а тем более новыми корпусами, количество танков в которых увеличилось почти в 2 раза.

Будучи одинаковыми на бумаге, в реальности количество личного состава, вооружения и техники в танковых дивизиях было различным. Полностью укомплектованных дивизий к началу войны было очень мало.

Данные по танковому парку некоторых тд

Количество танков колебалось от 36 в 20-й танковой дивизии до 415 в 41-й тд. Близкое к штатному число машин имели 1, 3, 7, 8, 10-я танковые дивизии, большинство же дивизий находилось в начальной стадии формирования.

Сравнивая вооружение советских и немецких танковых дивизий, нужно отметить, что танковая дивизия РККА по количеству танков (штатному) превосходила немецкую в 2 раза, уступая в численности личного состава (10942 против 16000 человек). Организационно-штатная структура дивизий имела отличия: в советской было 2 танковых полка 3-батальонного состава, в немецкой — один тп 2-батальонного. Против одного мотострелкового полка (3 батальона) в танковой дивизии РККА, в немецкой имелось 2 гренадерских полка (по 2 батальона). Остальные части и подразделения были практически одинаковыми.

При полном укомплектовании по маневренным возможностям немецкие танковые дивизии превосходили советские, но уступали по ударной мощи.

Танковый парк танковых дивизий РККА тоже был разнообразным. Если 7,8,10-я танковые дивизии имели большое количество новых танков КВ и Т-34, то в 40-й тд из 158 танков 139 были танкетки Т-37 и всего 19 Т-26 — боевой потенциал ее как танкового соединения был минимальным — одно громкое название. Большинство же дивизий имело в основном танки серии БТ и Т-26 различных модификаций. Они составляли основу танковых войск перед войной.

Укомплектованность танковых дивизий вооружением и боевой техникой можно рассмотреть на примере соединений 9-го, 19-го, 22-го механизированных корпусов КОВО, поскольку о них имеются наиболее достоверные сведения. Начнем с личного состава. Общая укомплектованность танковых дивизий командно-начальствующим составом составляла 46 % (при штатной численности 1288 человек колеблясь от 428 в 35-й тд до 722 в 19-й тд), младшим комсоставом —48,7 % (штатный — 2331 человек, фактически — от 687 в 20-й тд до 1644 в 35-й тд). Не хватало более половины командиров разного уровня. При штате в 10942 человека численность личного состава колебалась от 8434 в 43-й ТД до 9347 в 19-й ТД. Общая укомплектованность личным составом составляла 81,4 %.

Танков в этих шести дивизиях имелось 51 % от штата. Разброс по типам машин был велик: тяжелых танков КВ имелось всего 9,41 %, Т-34 — еще меньше — 0,16 %, БТ — 41 %, Т-26 —649 %, химических —16 %. Основной машиной был Т-26 — в 41-й танковой дивизии — 342, в 43-й тд — 230. Немного лучше обстояло дело с артиллерийским вооружением — общий процент укомплектованности по типам орудий был следующим: 76-мм пушки — 66,6, 37-мм зенитные пушки —33,3,152-мм гаубицы —66,6,122-мм гаубицы —86.

Самое тяжелое положение с бензовозами было в Прибалтийском Особом ВО, где командующий округом генерал-полковник Кузнецов был вынужден 18 июня 1941 года отдать приказ: «Отобрать из числа частей округа (кроме механизированных и авиационных) бензоцистерны и передать их по 50 % в 3-й и 12-й мк».

Все это привело в конечном итоге к печальным последствиям — в первые дни войны очень часто танки в самый неподходящий момент оказывались без горючего и были вынуждены часами ожидать его (что срывало все планы взаимодействия) или же экипажам приходилось уничтожать свои машины, чтобы они не достались противнику. В таком положении оказались 4-я и 7-я танковые дивизии 6-го механизированного корпуса в момент контрудара по сувалкинской группировке, 28-я танковая дивизия 12-го мк СЗФ, что привело к большим потерям танков и другой боевой техники.

Другим недостатком танковых дивизий была нехватка эвакуационных средств, в результате чего не только поврежденные, а даже и исправные, но застрявшие в болотах, на реках и других препятствиях танки не эвакуировались и уничтожались. В дивизиях имелось всего по 3–4 маломощных трактора, предназначенных для эвакуации.

Кроме того, в предвоенные годы многие военные специалисты ремонт рассматривали как чисто техническое мероприятие, обеспечивающее лишь устранение неисправностей в машинах в процессе эксплуатации, но не способствовавшее восстановлению боеспособности войск. Поэтому ремонт техники на поле боя предусматривалось производить лишь после выполнения войсками боевых задач. В сочетании со слабой обученностью личного состава все это приводило к тому, что потери матчасти по небоевым причинам превышали 50 %.

О.В. Вишлёв

04.08.2021, 08:08

https://history.wikireading.ru/333429

Вечером 21 июня 1941 г. в связи с получением тревожных сообщений о намерении Германии утром следующего дня напасть на СССР И. В. Сталин собрал в Кремле совещание. Выслушав приглашенных на него военных во главе с наркомом обороны Маршалом Советского Союза С. К. Тимошенко, настаивавших на незамедлительном издании директивы о приведении войск приграничных округов в состояние полной боевой готовности, Сталин заметил: "Такую директиву сейчас давать преждевременно, может быть, вопрос еще уладится мирным путем. Надо дать короткую директиву, в которой указать, что нападение может начаться с провокационных действий немецких частей. Войска приграничных округов не должны поддаваться ни на какие провокации, чтобы не вызвать осложнений"[1].

Требование "не поддаваться на провокации", которое Сталин неоднократно повторял в начале лета 1941 г., не раз подробно комментировалось как в мемуарной литературе, так и в работах историков. Но что стояло за словами "может быть, вопрос еще уладится мирным путем"? Развернутого объяснения им нет на страницах книг и статей, посвященных проблеме 22 июня 1941 г. Да и могли ли быть произнесены Сталиным эти слова в условиях, когда было ясно, что война у порога? Не ошибся ли Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, занимавший весной — в начале лета 1941 г. пост начальника Генерального штаба Красной Армии, перенеся в своих воспоминаниях высказывание, которое могло прозвучать до 18 июня 1941 г., на последнее предвоенное заседание советского руководства?

Сталина и его политическое окружение вряд ли можно заподозрить в беспечности и доверчивости. Поэтому весьма странным представляется сам по себе факт, что Кремль, мобилизовавший ресурсы страны на подготовку к отражению агрессии, в решающий момент вдруг начал предаваться иллюзиям относительно возможности сохранения мира.

Предыстория нападения нацистской Германии на СССР окружена не малым количеством загадок, недомолвок и спекуляций. Уже давно острые дискуссии среди историков вызывает ряд принципиальных вопросов: почему советское политическое руководство настороженно относилось к стекавшимся к нему сведениям о сроках возможного военного выступления Германии? Почему эти тревожные сигналы воспринимались им во многом как дезинформация, как происки определенных политических сил Запада, стремившихся спровоцировать германо-советский конфликт? Почему частям Красной Армии, стянутым к западной границе СССР, не был своевременно отдан приказ о развертывании в боевые порядки? Или, может быть, правы приверженцы тезиса о "превентивной войне" "третьего рейха" против СССР (В. Суворов, Й. Хоффман, Э. Топич, В. Мазер и другие), утверждающие, что за невозмутимым спокойствием Кремля скрывалась подготовка им внезапного удара по Германии?

Попытаемся разобраться во всех поставленных вопросах, рассмотрев для этого международную ситуацию и отношения между Германией и СССР накануне 22 июня 1941 г.

Вестфаль Зигфрид

05.08.2021, 09:05

https://history.wikireading.ru/111561

В 1940 г., вскоре после окончания кампании на Западе, штаб группы армий «Б» под командованием фельдмаршала фон Бока был переведён в Познань. Спустя некоторое время в Варшаву был переброшен штаб 4-й армии фельдмаршала фон Клюге. До этого вдоль нашей восточной границы располагалось всего несколько дивизий, включая одну кавалерийскую. Они дислоцировались в крупных городах, как в мирное время, а вдоль границы принимались обычные меры безопасности. Красная Армия располагавшаяся по ту сторону демаркационной линии, которая разделяла Польшу, вела себя так же тихо, как и наша армия. Было ясно, что ни та, ни другая сторона не помышляет о войне. Но едва прекратились все действия во Франции, немецкие дивизии стали постепеенно, но неуклонно перебрасываться на Восток.

До января 1941 г. ни фельдмаршал фон Клюге, ни его штаб не получали никаких указаний о подготовке к войне с Россией Затем из штаба группы армий мы получили приказ с весьма осторожными формулировками, в котором намекалось на возможность кампании на Востоке и было много туманных фраз и общих положений.

С планом операции «Барбаросса» (условное обозначение вторжения в Россию) высшие командиры познакомились позднее. Весной 1941 г все больше и больше дивизий перебрасывалось на Восток. Чтобы скрыть это от русских, они дислоцировались далеко от границы. Создавались штабы новых крупных соединений на Востоке, проводились штабные учения и тактические игры. Никаких сомнений относительно решения Гитлера напасть на Россию уже не оставалось, и штабы всех частей и соединений усилили свои приготовления к войне

В эти месяцы создалась весьма странная атмосфера. Прежде всего мы себе ясно представляли, что повлечёт за собой новая война. В первую мировую войну многие из нас ещё младшими офицерами воевали в России, и поэтому мы знали, что ожидает нас. Среди офицеров чувствовалось какое-то беспокойство, неуверенность. Но долг службы требовал тщательной кропотливой работы Все карты и книги, касающиеся России, вскоре исчезли из книжных магазинов. Помню, на столе фельдмаршала Клюге в Варшаве всегда лежала кипа таких книг. Наполеоновская кампания 1812 г. стала предметом особого изучения. С большим вниманием Клюге читал отчёты генерала де Коленкура об этой кампании [15]. В них раскрывались трудности ведения войны и даже жизнь в России. Места боев Великой армии Наполеона были нанесены на наши карты. Мы знали, что вскоре пойдём по следам Наполеона.

Изучали мы и русско-польскую войну 1920 г. Как начальник штаба 4-й армии я прочитал для офицеров нашего штаба ряд лекций на эту тему, иллюстрируя ход событий подробными схемами и картами. Припятские болота сыграли важную роль в этой войне. Огромный район болот и лесов, простирающийся от Бреста до Днепра и едва ли не равный по площади всей Баварии. не был совершенно непроходим, как раньше. Во время первой мировой войны мы проложили себе путь через эту территорию и вскоре снова собирались пройти нему.

Наша подготовка к проведению операции «Барбаросса» была частично прервана весной в связи с так называемым Балканским инцидентом. Помня о Галлиполи [16], Гитлер боялся, что англичане попытаются ещё раз совершить диверсию в этом уголке Европы. Он учитывал вероятность высадки противника в Греции, которая могла бы англичанам дать возможность продвинуться через Болгарию на север и нанести удар в тыл наступающей на Восток группе армий «Юг» фельдмаршала фон Рундштедта. Чтобы избежать этого и обеспечить безопасность румынской нефти, он стремился укрепить политические и военные узы, которые связывали балканские государства с Германией.

Что касается Румынии, то генерал Антонеску полностью одобрял планы Гитлера. В Бухарест была послана Немецкая военная миссия для реорганизации румынской армии. Антонеску был озабочен тем, чтобы вернуть назад Бессарабию, оккупированную русскими в 1940 г. Он надеялся присоединить к Румынии и часть Украины. Имея все это в виду, Антонеску подписал пакт о союзе с Германией.

Отношение болгар было более сдержанным, так как они не хотели вызывать гнева ни Англии, ни Германии. В качестве приманки Гитлер предложил Болгарии Салоники и утраченные ею территории во Фракии [17]. После долгих переговоров болгары, наконец, согласились разрешить немецким войскам пройти через территорию их страны, чтобы нанести удар по английским войскам в Греции. В Албании греко-итальянская война зашла в тупик с преимуществом, пожалуй, для греческой стороны. Много неприятных хлопот причинила Гитлеру Югославия. Ещё в 1939 г. регент Югославии принц Павел был принят в Берлине с большими почестями. Гитлер рассчитывал, что принц Павел будет поддерживать нейтралитет. Но неожиданно, вероятно не без вмешательства Лондона или Москвы, в Югославии создалась революционная ситуация. Правительство принца Павла было свергнуто, и страна перестала быть нашим потенциальным союзником. Такое положение сразу же поставило под угрозу коммуникации немецких армий в Румынии и Болгарии. Гитлер действовал без промедления. Немецкие войска вторглись в Югославию, и её храбрая армия вскоре была разгромлена. Этому в немалой степени способствовала национальная вражда между сербами и хорватами.

В мою задачу не входит детальное рассмотрение непродолжительной Балканской кампании. Значение её в том, что она до некоторой степени задержала наше вторжение в Россию. Так как эта кампания продолжалась очень недолго и окончилась успешно, дивизии, использованные на Балканах, опять вернулись в исходные районы. Что касается нескольких танковых дивизий, проделавших длительный марш через горы Греции, то их танковый парк нуждался в длительном ремонте и пополнении.

Начало операции «Барбаросса» намечалось предварительно на 15 мая. Это была самая ранняя дата, так как приходилось ждать, пока высохнут дороги после весенней распутицы. Механизированные части застряли бы в апреле, когда вздуваются реки и ручьи и огромные просторы западной России покрываются вешними водами. Балканская кампания задержала начало войны с Россией на пять — пять с половиной недель.

Но если бы даже и не было Балканской кампании, все равно начало войны с Россией, очевидно, пришлось бы отсрочить, так как в 1941 г. оттепель наступила поздно и река Буг на участке 4-й армии вошла в свои берега только в начале июня. День «Д» был, наконец, назначен на 22 июня, что почти совпадало с началом похода Наполеона в 1812г. [18].

В связи с Балканской кампанией и поздней весной мы потеряли немало бесценных недель. Оставалось лишь несколько месяцев для эффективного использования наших моторизированных войск. С июня по конец сентября условия России исключительно благоприятны для ведения умеренной войны. Таким образом, мы располагали четырьмя месяцами. В октябре начинается осенняя распутица и движение чрезвычайно затрудняется, так как целые машины вязнут в грязи. Период морозов — с ноября по февраль — благоприятствует военным действиям, но только в том случае, если снаряжение, оружие и транспортные средства приспособлены для ведения войны в холодную погоду, а войска одеты и подготовлены для ведения боевых действий так, как русская армия. Несмотря на тщательное изучение русских условий, мы были поражены суровостью двух периодов распутицы весной и осенью. В данном случае опыт, полученный в первую мировую войну, не только не принёс нам пользы, но даже ввёл нас в заблуждение. Тогда мы воевали с царской армией главным образом на территории Польши, а не в глубине России, где климат гораздо суровее.

Наконец, о моральном состоянии наших войск. Нет ни никакого сомнения в том, что наши командиры и войска были обеспокоены перспективой новой кампании. У всех создалось впечатление, что мы отправляемся в таинственно-жуткую страну, страну без конца и края. Однако это не мешало нам самым тщательным образом готовиться к войне. Всё, что можно было сделать перед началом кампании, было сделано.

Трумбулл Хиггинс

06.08.2021, 09:18

https://history.wikireading.ru/136602
Глава 4

«БАРБАРОССА»

14 ноября 1940 г. – 22 июня 1941 г.

Вы как русские; вы не можете видеть ничего, кроме угроз, ничего, кроме войны, тогда как это просто диспозиция сил, необходимая для того, чтобы заставить Англию просить о мире раньше, чем истечет шесть месяцев.

Наполеон Коленкуру, 1811 г.

Не переговоры с Троцким, не мирная резолюция рейхстага… а продвижение вперед крупных военных сил Германии принесло нам мир на востоке.

Штреземан, февраль 1918 г.

Если война начнется, нам не придется сидеть сложа руки – нам придется выступить, но выступить последними. И мы выступим для того, чтобы бросить решающую гирю на чашу весов, гирю, которая могла бы перевесить.

Сталин, 1925 г.

Мы не знаем, какую силу обнаружим, когда нам действительно придется распахнуть двери на восток.

Гитлер Риббентропу, апрель 1941 г.

После унылого отъезда советской иностранной делегации из Берлина гроссадмирал Редер 14 ноября сделал следующую запись о состоявшемся в тот день совещании у Гитлера: «Фюрер все еще намерен спровоцировать конфликт с Россией. Командующий флотом рекомендует отложить его до победы над Англией, поскольку на вооруженные силы Германии возлагается тяжелое бремя, а конец войны пока не виден. По мнению командующего флотом, Россия не будет стремиться к конфликту в течение следующего года, потому что она как раз занимается строительством собственного военно-морского флота с помощью Германии… Таким образом, в эти годы она остается зависимой от помощи Германии».

Вернуться к просмотру
•
16+
Редер, не обескураженный очевидным отсутствием интереса Гитлера к обсуждению проблем Средиземноморья, подробно остановился на недавней серии военных неудач итальянцев, как немаловажной причине немецкого наступления на Ближнем Востоке. Герман Геринг тоже советовал Гитлеру уступить русским все, кроме Балтики, утверждая, что они не смогут напасть на Германию раньше чем в 1942 году. Ответ Гитлера показал его истинные мотивы. Если верить Герингу, он сказал: «Моя армия сейчас свободна. Только флот и военно-воздушные силы заняты войной с Англией. Необходимо нанести удар, пока это возможно. Я хочу уничтожить русские вооруженные силы, пока они не стали опасными».

Спустя четыре дня, 18 ноября, Гитлер дал понять Серрано Суньеру, снова находившемуся в Берлине, что имеет собственную концепцию относительно того, кому следует заботиться о Средиземноморье в течение следующего года. Вступив в войну как можно раньше, сказал фюрер колеблющемуся Суньеру, Испании будет легче добиться успеха против Британии. Вряд ли убежденный неудачным итальянским примером, Суньер нашел спасение в своих обычных требованиях весомой экономической помощи и французских североафриканских территорий. Заметим, что последнее желание уже было отвергнуто Гитлером, как вовлекающее германские вооруженные силы в регионы, в которых фюрер пока предпочитал позволять другим нести бремя войны против Британии. Возвратившись к наполеоновской аналогии, Гитлер не мог набраться энтузиазма в отношении перспективы дополнения пребывавшей на эмбриональной стадии развития русской кампании тем, что еще Бонапарт назвал «испанской язвой».

В письме от 20 ноября, из которого Муссолини должен был понять, что ему элементарно дали нагоняй, как школьнику, Гитлер снова повторил, что Испанию необходимо убедить вступить в войну. Пожаловавшись на трудное время, во время которого итальянцы начали кампанию против Греции, Гитлер предупредил, что немецкие вооруженные силы, отправленные им на помощь Италии, должны вернуться на север не позднее 1 мая. Дуче не было сказано ни одного слова относительно истинного назначения концентрирующихся на севере гигантских сил. Так же как и в случае с Редером и представителями Франции и Испании, Гитлер хотел, чтобы дуче как можно дольше верил в наступательную войну против Англии.

23 ноября Гитлер, чтобы остаться ближе к реальности, предложил финнам и румынам полную немецкую поддержку против новых требований русских, а 24 ноября Гитлер сказал генералу Гальдеру, что Германия сможет захватить Дарданеллы «только после разгрома России». На этой стадии Гитлер и Гальдер пребывали в полном согласии относительно возможности эффективного нападения на Египет наземным путем – с Балкан через Турцию и Сирию.

Если потенциальные союзники Германии против СССР могли не испытывать беспокойства относительно новой сделки нацистов с Москвой, у Советского Союза была иная позиция. Уже 25 ноября советский министр иностранных дел Молотов разъяснил немцам советские условия возобновления согласия 1939 года. Требования Молотова включали следующее: немедленный вывод немецких войск из Финляндии и заключение советского пакта о взаимопомощи с Болгарией, а также предоставление России военной базы на территории Турции в Дарданеллах. Советские требования, касающиеся Японии и Персии, были менее оскорбительны для Гитлера, но любое замечание о том, что движение советских войск по его кратчайшему наземному маршруту на Ближний Восток лишь подстегивало планы Гитлера атаковать СССР, абсурдно. Наоборот, Гитлер намеревался вторгнуться в СССР в любом случае, и советский Кавказ давал немцам не менее удобный маршрут к нефтяным месторождениям Ближнего Востока, чем Балканы и Турция, а также дополнительные преимущества в виде кавказских нефтяных месторождений.

5 декабря генерал Гальдер передал разработанный ОКХ план Русской кампании Гитлеру для неофициального одобрения. Фюрер согласился с указанной в армейском плане цели – поражение Красной армии как можно ближе к границе. Начало кампании было намечено примерно на 15 мая. Однако фюрер повторил, что «Москва не является очень важной», как цель для группы армий «Центр». И Гитлер, и командование армии придерживались мнения, что 130–140 дивизий вполне достаточно для успешного проведения операции.

Несмотря на вывод, сделанный на основании нескольких военных игр генералом Паулюсом из ОКХ, о том, что расширение «дымовой трубы» русского театра военных действий потребует большего числа немецких дивизий, чем предусмотренные 130–140 единиц, командование армии, как и сам Паулюс, придерживалось оптимистичного настроя. Заключение экспертов ОКВ о том, что в Германии уже слишком не хватает нефти, чтобы ввязываться в широкомасштабную кампанию с неопределенными целями, также не возымело эффекта на Йодля и Кейтеля. К середине декабря в Верховном командовании армии бытовало мнение, что Советский Союз будет неминуемо разгромлен в кампании, которая продлится не более шести – восьми недель. Если профессионалы из ранее пессимистичной армии начинали учитывать столь несостоятельное мнение, неудивительно, что фюрер, стремившийся любыми путями к этой кампании, обретал все больше уверенности.

А тем временем осенние надежды Гитлера на вступление Испании в войну и закрытие Гибралтарского пролива от флота союзников и де Голля начали таять. Хотя фюрер отправил своего таинственного адмирала Канариса в Мадрид с адресованной Франко последней просьбой принять участие в операции «Феликс» против Гибралтара, к 11 декабря ему пришлось признать, что на помощь испанцев рассчитывать не стоит. Что явилось причиной тому – тяжелая экономическая ситуация, поставившая страну на грань голода, или другие обстоятельства, – сказать трудно. Гитлер в своей военной директиве № 19 изложил план быстрого захвата неоккупированной части Франции (операция «Аттила»), если союзники нанесут удар в Северной Африке. А 13 декабря в военной директиве № 20 он заменил операцию «Феликс» широкомасштабной немецкой кампанией на Балканах, якобы в помощь дуче. В отличие от операции «Феликс» «Марита» должна была иметь место в Восточной Европе и, по оценкам генерала Гальдера, могла задержать нападение на СССР, планируемое на май 1941 года, не более чем на две недели.

Операция «Марита» предусматривала сбор в Румынии до 24 дивизий. Большинство из них по плану должны были пересечь Болгарию и вытеснить британцев из материковой части Греции и с прилегающих островов весной 1941 года. Как объяснил Гитлер своим приближенным в следующем месяце, немецкие приготовления в Румынии имели двойную цель: охранять эту страну и Болгарию от русских, а также создать удобную базу для наземных операций против Греции. Однако двухнедельная (по экспертным оценкам) задержка будущей русской кампании из-за этой ограниченной операции на Балканах зависела от нейтралитета Югославии и Турции. Из этих двух весьма самоуверенных допущений только одно было выдержано на практике.

Вернуться к просмотру
Спустя три дня, то есть 16 декабря, штаб ОКВ передал генералу Йодлю пересмотренную версию плана нападения на СССР, составленного ОКХ. После оживленной дискуссии между генералами Йодлем и Варлимонтом относительно опасности войны на два фронта 17 декабря план ОКХ и ОКВ был передан Гитлеру для окончательного одобрения. После того как фюрер отдал приоритет наступлению на балтийские государства и Ленинград, отложив атаку на Москву на потом, командующий армией фельдмаршал фон Браухич возразил, что такая отсрочка приведет к невозможности уничтожить большую концентрацию русских войск к востоку от Белостока на центральном немецком фронте. Гитлер отклонил этот аргумент Браухича, заявив, что тот основывается на устаревших рассуждениях. Возможно, как предположил генерал Адольф Хойзингер, что фюрер попросту опасался идти по проторенному Наполеоном пути на Москву – такая перспектива вполне могла показаться ему зловещей и угрожающей.

В военной директиве № 21 от 18 декабря Адольф Гитлер изложил формальный план генерального наступления на Советский Союз следующей весной. Получив кодовое название «Барбаросса», этот военный план включал в себя, что явствовало из первого же предложения, решающую ошибку Гитлера во Второй мировой войне. Представляется символичным, что Фридрих I из Гогенштауфенов, известный как Барбаросса (Красная Борода), был великим германским императором времен Средневековья. Он утонул, когда вел все германские народы в масштабную, хотя и несколько аморфную экспедицию на восток. По сей день, во всяком случае так утверждает легенда, дух Барбароссы бродит в горах Гарц, то есть вдоль демаркационной линии между советской и натовской зонами в самом центре рейха. Он ожидает подходящего момента, чтобы подняться и вновь повести европейцев в Крестовый поход против неверного востока.

В директиве операции «Барбаросса» сказано следующее:

«Германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. Сухопутные силы должны использовать для этой цели все находящиеся в их распоряжении соединения, за исключением тех, которые необходимы для защиты оккупированных территорий от всяких неожиданностей.

Задача военно-воздушных сил – высвободить такие силы для поддержки сухопутных войск при проведении Восточной кампании, чтобы можно было рассчитывать на быстрое завершение наземных операций и вместе с тем ограничить до минимума разрушение восточных областей Германии вражеской авиацией. Однако эта концентрация ВВС на востоке должна быть ограничена требованием, чтобы все театры военных действий и районы размещения нашей военной промышленности были надежно прикрыты от налетов авиации противника и наступательные действия против Англии, особенно против ее морских коммуникаций, отнюдь не ослабевали.

Основные усилия военно-морского флота должны и во время Восточной кампании, безусловно, сосредоточиваться против Англии.

Приказ о стратегическом развертывании вооруженных сил против Советского Союза я отдам, в случае необходимости, за восемь недель до намеченного срока начала операции.

Приготовления, требующие более продолжительного времени, если они еще не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15 мая 41 года.

Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были распознаны.

Подготовительные действия командования должны основываться на следующем:

I. Общий замысел

Основные силы русских сухопутных войск, находящиеся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено.

Путем быстрого преследования должна быть достигнута линия, с которой русские военно-воздушные силы будут не в состоянии совершать налеты на имперскую территорию Германии. Конечной целью операции является создание заградительного барьера против азиатской части России по общей линии Волга – Архангельск. Таким образом, в случае необходимости последний индустриальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации.

В ходе этих операций русский Балтийский флот быстро потеряет свои базы и окажется, таким образом, неспособным продолжать борьбу.

Эффективные действия русских военно-воздушных сил должны быть предотвращены нашими мощными ударами уже в самом начале операции.

II. Предполагаемые союзники и их задачи

1. В войне против Советской России на флангах нашего фронта мы можем рассчитывать на активное участие Румынии и Финляндии. <…>

2. Задача Румынии будет заключаться в том, чтобы отборными войсками поддержать наступление южного фланга германских войск, хотя бы в начале операции, сковать противника там, где не будут действовать германские силы, и в остальном нести вспомогательную службу в тыловых районах.

3. Финляндия должна прикрывать сосредоточение и развертывание отдельной немецкой северной группы войск (части 21-й группы), следующей из Норвегии. Финская армия будет вести боевые действия вместе с нашими войсками. Кроме того, Финляндия будет ответственна за захват полуострова Ханко.

4. Следует считать возможным, что к началу операции шведские железные и шоссейные дороги будут предоставлены для использования немецкой группе войск, предназначенной для действий на севере.

III. Проведение операции

А. Сухопутные силы. (В соответствии с оперативными замыслами, доложенными мне.)

Театр вооруженных действий разделяется Припятскими болотами на северную и южную части. Направление главного удара должно быть подготовлено севернее Припятских болот. Здесь следует сосредоточить две группы армий.

Южная из этих групп, являющаяся центром общего фронта, имеет задачу наступать особо сильными танковыми и моторизованными соединениями из района Варшавы и севернее ее с целью раздробить силы противника в Белоруссии. Таким образом, будут созданы предпосылки для поворота мощных частей подвижных войск на север, с тем чтобы во взаимодействии с северной группой армий, наступающей из Восточной Пруссии в общем направлении на Ленинград, уничтожить силы противника, действующие в Прибалтике. Лишь после выполнения этой неотложной задачи, за которой должен последовать захват Ленинграда и Кронштадта, следует приступить к операции по взятию Москвы – важного центра коммуникаций и военной промышленности.

Только неожиданно быстрый развал русского сопротивления мог бы оправдать постановку и выполнение этих обеих задач одновременно.

Главным предназначением 21-й группы, даже в ходе Восточной кампании, остается защита Норвегии. Имеющиеся в наличии дополнительные силы должны использоваться на севере (горный корпус), во-первых, для защиты района Петсамо и его рудных месторождений, так же как арктического пути. Затем им следует наступать вместе с финскими силами к Мурманской железной дороге и прекратить снабжение Мурманского региона наземным транспортом.

Будет ли такая операция довольно крупными силами немцев (две или три дивизии) проведена из района к югу от Рованиеми, зависит от согласия Швеции сделать возможной такую концентрацию на железных дорогах.

Основной массе финской армии будет поручена задача, во взаимодействии с наступлением северного фланга немцев, сковать максимально возможные силы русских, атакуя к западу от или по обе стороны Ладожского озера, и захватить Ханко.

Группе армий, действующей южнее Припятских болот, надлежит посредством концентрированных ударов, имея основные силы на флангах, уничтожить русские войска, находящиеся на Украине, еще до выхода последних к Днепру. С этой целью главный удар наносится из района Люблина в общем направлении на Киев. Одновременно находящиеся в Румынии войска форсируют реку Прут в нижнем течении и осуществляют глубокий охват противника. На долю румынской армии выпадет задача сковать русские силы, находящиеся внутри образуемых клещей.

Когда бои севернее и южнее Припятских болот будут закончены, следует в рамках операций преследования выполнить следующее:

1) на юге быстро захватить экономически важный Донецкий бассейн;

2) на севере быстро продвинуться к Москве.

Захват этого города означает решающий успех как политический, так и экономический и, кроме того, ликвидацию важного железнодорожного узла.

Б. Люфтваффе.

Задача военно-воздушных сил – парализовать и ликвидировать, насколько будет возможно, вмешательство русских военно-воздушных сил, а также поддержать армию в направлениях главного удара, особенно группу армий «Центр» и главный фланг группы армий «Юг». <…>

Чтобы сконцентрировать все силы против вражеских военно-воздушных сил и оказать прямую поддержку армии, во время главных операций промышленные предприятия не будут подвергаться атаке. Только после завершения мобильных операций могут проводиться такие атаки, главным образом против Уральского региона.

В. Военно-морской флот.

Роль флота против Советской России заключается в охране собственных берегов и, параллельно, недопущении выхода военно-морских подразделений противника из Балтийского моря. Поскольку русский Балтийский флот, как только мы достигнем Ленинграда, лишится своей последней базы и окажется в безнадежной ситуации, до этого момента крупных военных операций следует избегать.

IV. Все распоряжения, которые будут отданы главнокомандующими на основании этой директивы, должны совершенно определенно исходить из того, что речь идет о мерах предосторожности на тот случай, если Россия изменит свою нынешнюю позицию по отношению к нам. Число офицеров, привлекаемых для первоначальных приготовлений, должно быть максимально ограниченным. Остальных сотрудников, участие которых необходимо, следует привлекать к работе как можно позже и знакомить только с частными сторонами подготовки, необходимыми для исполнения служебных обязанностей каждого из них в отдельности. Иначе имеется опасность возникновения серьезнейших политических и военных осложнений в результате раскрытия наших приготовлений, сроки которых еще не назначены. <…>»

Помимо множества сомнений в рядах ОКВ, касающихся этого фундаментального решения, колебания генерала Гальдера по поводу операции «Барбаросса» отразились в его личном дневнике. Например, 28 января Гальдер записал: «Цели операции «Барбаросса» не ясны. Мы не нанесем удар по англичанам таким образом. Наш экономический потенциал из-за этого не возрастет». Более того, Гальдер опасался, что, если Италию постигнет крах и англичане организуют новый южный фронт против Германии на Средиземном море, в то время как вооруженные силы рейха еще будут заняты в России, и без того нелегкая ситуация существенно ухудшится.

Тем не менее, хотя Гитлер проявлял пессимизм в отношении Италии, его уверенность в будущей победе над Советским Союзом была непоколебимой. А уверенность его военных, касающаяся чисто технических проблем избавления от СССР, была единственным соображением, которое Гитлер считал значимым. По веским причинам он с презрением относился к осторожным, но бесхитростным и устаревшим политическим суждениям своих военных советников.

Что бы ни было сказано об излишнем оптимизме фюрера и частей вооруженных сил, непосредственно участвовавших в операции «Барбаросса», по крайней мере, для гроссадмирала Редера кампания в Советском Союзе означала крушение всех его надежд на второстепенную морскую войну против Великобритании, ее уязвимой империи и судоходных путей. Через два дня после Рождества Редер пожаловался, что угроза Британии в Египте и на Ближнем Востоке ликвидирована одним ударом. Гитлеру флотоводец смело заявил, что концентрация военных усилий против Англии – главного врага Германии – является самой острой необходимостью момента. На возражения Редера против начала кампании в СССР до завершения войны с Англией Гитлер ответил, что не может больше мириться с растущей советской военной угрозой на Балканах.

Конечно, одна только операция «Марита» могла справиться с любой возможной военной угрозой русских на Балканах, но, чтобы отстоять необходимость начала операции «Барбаросса», Гитлер использовал все возможные аргументы. Днем позже, 28 декабря, Редеру пришлось пережить переход производственных приоритетов к немецким сухопутным силам, хотя при этом «для спасения лица» было добавлено условие о том, что действовавший раньше акцент на военно-морскую и воздушную войну против Великобритании должен сохраниться. Из тех же бесед с Редером 27 декабря Гитлер отлично знал, что это невозможно, учитывая обширные нужды кампании на востоке. Редеру пришлось утешиться, получив заверение фюрера о том, что после быстрого завершения операции «Барбаросса» приоритеты в производстве продукции сразу будут изменены.

В этой последней попытке отвлечь Гитлера от кампании на востоке Редер, вероятно, сослужил русским по меньшей мере одну службу. С избытком сверхоптимизма обычно осторожные эксперты, планировавшие развитие немецкой военной экономики, приняли настолько детальные меры для урезания армейских приоритетов в пользу авиации и флота, теперь намеченного на осень 1941 года, что самые ключевые из сокращений автоматически произошли позже, несмотря на тот «незначительный» факт, что Советский Союз в октябре 1941 года еще не был побежден.

Перейти на сайт

Вернуться к просмотру
Смятение Гитлера относительно обширного ряда великолепных возможностей, открывшихся перед ним, достигло апогея во время встречи с военными советниками в Оберзальцберге, прошедшей 8–9 января 1941 года. Согласившись с адмиралом Редером в вопросе о важности того, чтобы Италия не была разбита, фюрер перешел к более серьезным, по его мнению, проблемам. Сталин, объявил Гитлер, конечно, человек умный и проницательный, но одновременно он хладнокровный шантажист, который откажется от любого соглашения, чтобы добиться собственной выгоды. Далее Гитлер сообщил, что немецкая победа несовместима с советской идеологией и что Россия должна быть побеждена, прежде чем Британия перестроит свою армию, доведя ее численность 40–50 дивизий в 1943 году. Гитлер добавил, что еще одной причиной для принятия немедленных действий против Советского Союза является то, что Красная армия до сих пор является обезглавленным колоссом на глиняных ногах, однако ее не следует недооценивать в будущем, когда лучшая организация командования и современная техника сделают ее по-настоящему опасной. Фюрер считал, что на данный момент потребуются все резервы Германии, чтобы победить Россию.

С меньшей проницательностью Гитлер упомянул о морской концепции войны Редера, концепции, совершенно несовместимой с его собственной сухопутной точкой зрения. Японии, заявил фюрер, должна быть предоставлена полная свобода в отношении Сингапура, несмотря на риск принятия Соединенными Штатами решительных шагов, явно в оптимистичной интерпретации Редера, исключительно против Японии. В большой стратегии войны Гитлера, считавшего, что итальянцы и японцы должны сковать силы британцев и американцев соответственно, пока он будет разделываться с Россией, многое можно сказать о выборе времени, что всегда являлось сильной стороной фюрера. К счастью для своих врагов, фюрер был обманут ошеломляющим единодушием профессионального мнения, заключавшегося в том, что у рейха есть возможность победить Советский Союз в 1941 или в 1942 году, задолго до того, как западные державы сумеют мобилизовать силы, достаточные для оказания эффективной помощи русским.

Спустя два дня, 11 января, в военной директиве № 22 Гитлер приказал ОКХ направить подразделение для усиления итальянских частей в Ливии немецкой броней. Это подразделение со временем выросло в грозный корпус под командованием генерал-майора Роммеля. Однако с самого начала не предусматривалась возможность его наступления против британцев по Средиземноморскому региону. Слишком уж длинен и труден был для немцев путь подвоза, поскольку Средиземноморье оставалось второстепенным театром военных действий для рейха. «Марита» на Балканах, поддерживаемая по земле, все еще считалась основной наступательной операцией против британцев после завершения операции «Барбаросса» в 1941 году.

На протяжении всей следующей недели русские и открыто, и неофициально выражали немцам протест относительно ожидаемого вторжения в Болгарию, страну, теперь считающуюся русскими жизненно важной для безопасности СССР. В своем ответе от 21 января Риббентроп отрицал советские интересы в этой области, утверждая, что немцы все равно пересекут Болгарию, если это будет необходимо для вытеснения британцев из Греции. Утверждения Гитлера Муссолини, высказанные в это же время, были такими же резкими. Гитлер открытым текстом предупредил его о предполагаемой советской угрозе на Балканах. Гитлер уточнял подобные намеки на будущее своему итальянскому партнеру, добавляя, что, пока жив «проницательный и осторожный» Сталин, русские не станут предпринимать действий против Германии, но при его неизвестном преемнике ситуация станет намного более проблематичной.

Хотя британский посол в России сэр Стаффорд Криппс сохранял пессимизм относительно будущего направления советской политики, 21 января американский Госдепартамент, получивший из разведывательных источников информацию о планах немцев напасть на Советский Союз, снял так называемое «моральное эмбарго» на отправку американских военных грузов в СССР. К сожалению, нужды американской программы обороны в это время сравнительной безопасности на море, как и потребности новых союзников Америки по акту ленд-лиза, препятствовали крупным поставкам в Россию даже товаров, находившихся в относительном изобилии, таких как авиационный бензин. В результате летом 1941 года уцелевшие военно-воздушные силы СССР оказались практически обездвиженными из-за хронической нехватки горючего.

В последний день января, когда оперативные планы операции «Барбаросса» были почти готовы, в публичном выступлении в берлинском дворце спорта Гитлер заявил: «Неужели Англия думает, что у меня комплекс неполноценности в отношении ее?.. Я снова и снова предлагал Британии свою руку. Самой сутью моей программы было установление взаимопонимания с ней». Четырьмя днями позже, 3 февраля 1941 года, его разочарование Великобританией несколько смягчилось грандиозными восточными планами, и Гитлер одобрил разработанный ОКХ план для операции «Барбаросса».

Еще до официального одобрения Гитлером оперативного плана «Барбаросса», 2 февраля, фельдмаршал Федор фон Бок, намеченный на должность командующего предположительно решающей группой армий «Центр», спросил у фюрера, как можно заставить русских искать мира. Хотя он выразил уверенность в достижении военной победы, в случае если Красная армия предпочтет сражаться у границы. Фюрер ответил, что, если взятие Москвы, Ленинграда и оккупация Украины не вынудит русских просить о мире, наступление будет продолжено до Урала. Выражая свое обычное упоение технологией, Гитлер завершил беседу заявлением: «В любом случае наше военное производство отвечает любым требованиям. У нас настолько широкая материально-техническая база, что даже имеется возможность вернуть некоторые военные планы к условиям мирного времени». Разница между самонадеянностью фюрера и его генералов заключалась в том, что его самонадеянность была значительно более универсальной.

На следующий день, 3 февраля, на совещании руководителей ОКВ и ОКХ генерал Гальдер доложил оперативный план «Барбаросса». Гальдер открыл обсуждение, заявив, что германская армия настолько превосходит советскую армию по качеству, что это перевесит советское превосходство 3:1 или даже 4:1 в бронетехнике, не говоря уже о количестве пехотных и кавалерийских дивизий (по текущим оценкам, 125 советских против 104 немецких). Конечно, на этом этапе никто из немцев не слышал о советских танках Т-34 и КВ.

Далее Гальдер разъяснил, что своевременное возвращение шести немецких танковых дивизий, выделенных для операции «Марита», к границам СССР зависит от позиции Турции. Здесь вмешался Гитлер и заверил слушателей, что со стороны турок опасности не будет, тем самым освободив армию от серьезных тревог на Балканах после изгнания из Греции англичан.

Вернуться к просмотру
Затем и Гитлер, и Гальдер выразили сомнение относительно шансов окружить все советские силы на западе, прежде чем они успеют отступить в глубь территории. Однако фюрер продолжал подчеркивать важность наступления на флангах, в противоположность массированному удару в центре, которому отдавал предпочтение Гальдер, считавший его средством более быстрого уничтожения Красной армии. Представляется, что, как и многие правители с острым политическим чутьем, Гитлер смешал политические цели, такие как захват прибалтийских государств и создание наземного пути через Ленинград в Финляндию, с совершенно другими нуждами эффективного стратегического планирования для военного поражения Советского Союза.

В заключение Гитлер высокопарно объявил, что теперь, когда с плана «Барбаросса» снят покров тайны, мир затаит дыхание и удержится от комментариев, а Советы лопнут, как мыльный пузырь. Что касается Средиземноморья, Гитлер признал, что дуче необходима поддержка, потому что потеря Северной Африки позволит британцам приставить револьвер к голове Италии и вынудить ее искать мира.

В качестве важного дополнения к немецкому плану нападения в декабре были проведены переговоры с финским Генштабом, и к 30 января немцы рассматривали использование трех с половиной дивизий из Норвегии для захвата Мурманской железной дороги и, если возможно, самого порта в операции «Зилберфукс» («Серебристая лиса»). Эта операция зависела от получения права на транзитный проход от нейтральной Швеции, так же как и от мобилизации основных финских сил на юге в районе озера Ладога, чтобы не насторожить русских. Ясно, что захват Мурманска был одной из нескольких целей Восточной кампании, с энтузиазмом принятых немецким военно-морским флотом.

На следующие три месяца предусматривалось прикрытие для плана «Барбаросса», названное военно-морским штабом величайшим обманным предприятием в истории войн. Операцию «Барбаросса» продолжали описывать как чисто предупредительную меру на случай возможного советского нападения, а намеченную на ближайшее будущее «Мариту» и отмирающего «Морского льва» (которого возродили и якобы наметили на весну 1941 года) использовали как хитрые ходы для отвлечения внимания от русской кампании.

Другой потерей «Барбароссы», не получившей даже высокого статуса плана прикрытия, было любимое детище адмирала Редера, если не адмирала Канариса, операция «Феликс». Поскольку артиллерия и людская сила, выделенные для этой операции против Гибралтара, теперь требовались на востоке для «Мариты» и «Барбароссы», Гитлер принял крушение своих планов с испанцами с необычайным спокойствием. Но его раздражение проявилось в жалобе Франко 6 февраля на то, что закрытие пролива могло одним ударом изменить обстановку на Средиземном море. Еще более важными для Гитлера были последствия его предостережения, сказанного Франко, что время, потерянное на войне, нельзя вернуть. Имелось в виду время, потерянное для «Барбароссы», поскольку все еще не было особых причин спешить с захватом Гибралтара.

Вероятно, нацистский фюрер наконец понял: то, что он называл испанской пустой болтовней, закончилось. Возможно, как заметил его наполеоновский ментор Коленкуру во время отступления из Москвы, лучше было бы довести до конца войну в Испании, прежде чем ввязываться в эту русскую экспедицию, хотя, конечно, это можно обсуждать. С другой стороны, у Гитлера не было особых причин слишком стремиться в Южную и Западную Европу в начале 1941 года, когда ему были необходимы все имеющиеся ресурсы для Восточной кампании. Об Испании он вполне мог позаботиться позднее, когда его армия освободится от русского инкуба.

В действительности даже без Испании честолюбивые замыслы Гитлера уже настолько опередили возможности Германии, что 17 февраля он приказал ОКВ подготовить планы вторжения в Индию из Афганистана для конечной встречи с японцами. Гроссадмирал Редер 18 февраля сделал еще одну попытку вернуть внимание Гитлера к Средиземноморью, настаивая на оккупации британской базы подводных лодок – Мальты, расположенной на траверзе морского пути стран оси в Африку. Он хотел сделать это до начала операции «Барбаросса». Гитлер не стал слушать своего флотоводца, заявив ему, что подобные операции, так же как Испания, вполне могут подождать до осени 1941 года.

Гитлер был решительно настроен напасть на Советский Союз и 17 февраля сказал Гальдеру, что, судя по разведывательным донесениям относительно роста советских военно-воздушных сил, конфликт с Россией неизбежен. Он вновь заявил, что, когда война с Англией завершится, он не сможет поднять немецкий народ на борьбу с Россией, поэтому с ней необходимо разделаться раньше. Представляется очевидным, что, когда речь заходила об обосновании операции «Барбаросса», Гитлер использовал любые аргументы.

Посол Шуленбург в Москве получил приказ явственно «показать зубы рейха». Он должен был сообщить русским, что в Румынии уже находится 680 000 немецких солдат. Возможно, цифра была несколько завышена, но она должна была убедить русских не предпринимать никаких действий, кроме разве что словесных. Затем 27 февраля Молотов получил известие о том, что Болгария примкнула к Тройственному союзу. Уже 1 марта поступил ожидаемый протест русских. Не приходилось сомневаться, что балканская дверь к Дарданеллам была захлопнута перед русскими, тем более учитывая барьеры, возведенные немцами в Румынии и Финляндии накануне осенью.

Вторжение немцев в Румынию было дополнено соглашением с Болгарией, позволившим вермахту войти в страну в конце февраля. В итоге греческое правительство согласилось с британскими предложениями военной помощи, и, несмотря на неоднозначное мнение британских военных, Уинстон Черчилль и его военный кабинет остановили многообещающее наступление генерала сэра Арчибальда Уэйвелла в Ливии, чтобы оказать поддержку грекам.

Если в середине февраля испанская карта оказалась бесполезной до завершения операции «Барбаросса», возможность отвлечь американцев от остающегося открытым входа в Средиземное море через Гибралтар на Тихий океан казалась министру иностранных дел Риббентропу все более привлекательной. Вовсе не жаждущий начать претворение в жизнь плана «Барбаросса» Риббентроп, возможно, надеялся, что, подтолкнув и без того небезразличное японское правительство в направлении Сингапура, он повлияет на фюрера, сумев вернуть его внимание к войне против извечного врага Риббентропа – Великобритании. Немецкий министр не знал, делая неловкие попытки удержать американцев на Тихом океане, что скрытные японцы не только обдумывали то, что ему нужно. Они уже планировали грозную атаку на американский флот в Пёрл-Харборе, которая поставит администрацию Рузвельта перед проблемой эффективного выступления против всех партнеров по оси, включая саму Германию.

Маневры Риббентропа, подстрекаемые гроссадмиралом Редером к этой опасной игре глобальной отвлекающей стратегии, завершились военной директивой Гитлера № 24 от 5 марта. Она касалась сотрудничества с Японией. В ней подчеркивалось, что общая цель войны для стран оси – поставить Великобританию на колени раньше, чем успеют вмешаться Соединенные Штаты. Хотя план «Барбаросса» считался полезным для японцев, поскольку обеспечивалась безопасность их северного фланга против России и освобождалась японская армия для действий против Сингапура в конце 1941 года, Гитлер, вопреки желанию Редера, не позволил японцам узнать хотя бы что-то о его русских планах. В свое время недоверчивый фюрер узнает, что его восточные, так же как и европейские, союзники могут отплатить той же монетой – обманом, особенно когда Третий рейх вводит их в заблуждение до последней минуты по основополагающим вопросам.

А тем временем в начале марта небольшой рейд британских десантников на Лофотенские острова у северного побережья Норвегии сильно встревожил Гитлера. И он, объявив Норвегию лучшей британской целью, доступной после начала операции «Барбаросса», отменил все свои прежние распоряжения относительно перевода 40 % норвежского гарнизона в Северную Финляндию для операций против русских. В результате, к большому разочарованию германского флота, запланированное нападение на жизненно важный для снабжения советский порт Мурманск было урезано до такой степени, что потеряло смысл. Правда, если шведы разрешат проход войск через свою территорию, о слабом наступлении еще можно было вести речь. Фактически британцы уже помогали русским, хотя, на этой стадии, без соответствующего обращения Советского Союза да и не имея таких намерений.

Еще одной выгодой для русских от слишком эмоциональной реакции Гитлера на второстепенный британский рейд явился перевод норвежской армии в ее наступательной финской роли из юрисдикции ОКХ под юрисдикцию ОКВ. Тем самым личный штаб Гитлера стал ответственным и за оборонительный Норвежский, и за наступательный Финский театр военных действий. Все это могло быть очень хорошо с политической точки зрения фюрера, но для ОКХ, единолично ответственного за операцию «Барбаросса», согласование направления общих операций против Ленинграда из Финляндии балтийских государств с Финским театром, теперь за пределами его оперативного командования, было, мягко говоря, трудным.

Как еще одно доказательство острого личного интереса Гитлера к восточным проблемам стало вышедшее 13 марта дополнение к приказу «Барбаросса», передававшее все будущие оккупированные советские территории (после завершения военных действий) под юрисдикцию трех гражданских администраторов, подчиненных непосредственно фюреру. Еще более зловещим для несчастных жителей будущих немецких колоний – Прибалтики, Белоруссии и Украины – было то, что рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер должен был осуществлять правление, независимо от гражданской администрации, подготавливая эти восточные регионы к пожинанию самых полных плодов нацистского освобождения. Возможно, Гиммлер уже высказал свое мнение о том, что важнейшей целью кампании «Барбаросса» является уничтожение около 30 миллионов славян.

Совершенно очевидные намерения Гитлера относительно судьбы Советского Союза были выражены генералом Гальдером 17 марта. Он заявил, что идеологические узы, связывающие вместе советские народы, не являются достаточно прочными и нация распадется, как только будут уничтожены коммунистические функционеры. Гитлер считал (и не ошибся), что украинцы в Польше примут немцев с распростертыми объятиями. Относительно принятия рейха советскими украинцами и донскими казаками он был менее уверен, поэтому интеллигенция, появившаяся при Сталине, должна быть уничтожена in toto с тем, чтобы создать несколько республик, полностью избавленных от советского влияния.

Эти взгляды Гитлер повторил в обращении, адресованном основным командирам, 30 марта. Упомянув о численном превосходстве в танках Советского Союза, Гитлер заявил, что большинство из них являются устаревшими, что подтверждали официальные советские источники. Перейдя к политическим целям, стоящим перед немецкой армией в предстоящей кампании, фюрер заявил, что война против России не может вестись рыцарскими методами. В отличие от большинства «джентльменских» конфликтов на западе на востоке начнется война идеологий и социальных различий, которая станет беспрецедентной по своей жестокости. Всем офицерам предстоит избавиться от устаревших понятий. Фюрер понимал, что необходимость применения таких методов ведения войны находится за пределами понимания генералов, но не изменил своих приказов и напомнил, чтобы все они выполнялись беспрекословно. Далее он объявил, что все взятые в плен советские политические комиссары должны расстреливаться на месте представителями армии в случае необходимости.

После ухода этого самопровозглашенного Аттилы возмущенные генералы обрушили свой гнев на командующего армией фельдмаршала фон Браухича. Они были шокированы попыткой фюрера втянуть их в выполнение своих самых варварских планов. Слабый Браухич постарался выиграть время и с помощью Гальдера и командующих группами армий значительно смягчил применение приказа о казни политических комиссаров. Конечно, советским комиссарам, так же как и некоторым другим категориям пленных, на которых вскоре распространился этот приказ, было все равно, от чьих пуль принять смерть – СС или вермахта, но для немецких военных, все еще не забывших об этических христианских нормах прежних веков, это имело значение. Иллюзии относительно собственных добродетелей необходимы для большинства людей, а для солдат – даже больше, чем для других.

В том же месяце, когда Гитлер раскрыл свои намерения перед генералами, правительство Соединенных Штатов официально проинформировало Советский Союз о плане «Барбаросса», о существовании которого стало известно из разведывательных источников еще в январе 1941 года. Хотя реакция Сталина на первое предупреждение американцев в точности неизвестна, в последующие месяцы, получив сообщения о планируемом нападении немцев от Уинстона Черчилля и от собственных разведчиков, он объявлял их британской провокацией. Известно о направленном 10 апреля секретном распоряжении о приведении войск в боевую готовность на важнейшем участке советского Западного фронта в Белоруссии. Вероятно, объяснение своего поведения, данное Сталиным лорду Бивербруку в том же году, столь же правдиво, как и любое другое: он ожидал войны, но надеялся с помощью разного рода уловок выиграть еще хотя бы шесть месяцев.

В любом случае в марте и апреле Красная армия постепенно увеличивала свои пограничные гарнизоны и возобновила строительство фортификационных сооружений в прибалтийских районах. К сожалению, похоже, ни советское правительство, ни армейское командование не могли решить, стоит ли окончательно демонтировать фортификационные сооружения на некогда очень сильной линии реки Днепр и выбрать позицию западнее. Поэтому судьбоносной весной 1941 года крупные концентрации советских войск не были окончательно размещены на оперативных оборонительных позициях. Уже после войны русские признали, что Красная армия не признавала необходимости в доктрине для повсеместной обороны против превосходящих сил противника.

До сербского офицерского переворота 27 марта, направленного против участия Югославии в Тройственном пакте, Гитлер сглаживал южный компонент операции «Барбаросса» в интересах расширения и усиления операции «Марита», направленной против британской армии, высадившейся в Греции. В военной директиве № 20 от 22 марта Гитлер приказал использовать 12-ю германскую армию для оккупации всей Греции. Таким образом, она не могла участвовать в первом танковом ударе из Румынии на Украину, как это следовало из исходного плана «Барбаросса». От итальянцев требовалось сковать в Северной Африке как можно более крупные силы англичан.

Новый командир немецкого корпуса в Африке Эрвин Роммель решил 24 марта действовать без подготовки и воспользоваться неготовностью британцев к ведению оборонительных действий в Ливийской пустыне. К большому недовольству своего более осторожного и консервативного командира генерала Франца Гальдера, Роммель выказал тактическое своеобразие, которое мир научился уважать, и быстро оттеснил британцев к египетской границе даже раньше, чем они сообразили, что произошло. Можно не сомневаться в том, что эти преждевременные действия немцев замедлили неосторожное движение британцев в самую опасную ловушку Гитлера в Греции. Однако они настолько укрепили репутацию Роммеля, что он стал вечной проблемой и беспокойством для армейского Генерального штаба, который должен был вот-вот оказаться втянутым в более насущные требования плана «Барбаросса».

Гитлер был разъярен неожиданным сербским переворотом 27 марта, потому что такое развитие событий угрожало полностью нарушить его замыслы согласования планов операций «Марита» и «Барбаросса». Из-за недавнего расширения «Мариты» в Южную Грецию возник временной цейтнот, и необходимость принимать срочные меры против Югославии оказалась совершенно некстати. В военной директиве № 25 Гитлер приказал отложить начало операции «Барбаросса» на четыре недели. Хотя проливные дожди в Польше, вероятно, тоже сыграли свою роль, нет сомнений, что беспокойство Гитлера относительно возможности повторного возникновения союзнического фронта Первой мировой войны в Салониках явилось основным фактором отсрочки операции «Барбаросса» до конца июня 1941 года.

Опасения фюрера относительно событий на Балканах стали еще больше, когда он 5 апреля узнал, что советское правительство собирается подписать пакт о ненападении с Югославией, что совершенно очевидно было актом рассчитанной провокации. Это ускорило решение обозленного нацистского диктатора напасть на Югославию уже на следующий день. Очевидно, русские надеялись, что немцы застрянут в гористой местности Балкан на всю весну 1941 года. Учитывая присущую Гитлеру, как и многим австрийцам, паранойю в отношении этого региона, они в какой-то мере достигли своей цели, поскольку дата начала операции «Барбаросса» была предположительно отодвинута на 22 июня, то есть через пять с половиной недель после первоначально назначенной даты 15 мая.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Карл Дёниц

07.08.2021, 08:54

https://history.wikireading.ru/141313

Года нехватки и растрачивания сил. – Оперативное планирование во Франции. – Северная Атлантика – перспективный район. – Нужда в военно-морской авиации. – Противодействие Геринга. – Я протестую. – Гитлер передает под мое командование несколько самолетов. – Важность совместных тренировок. – Проблема обнаружения конвоев. – Сотрудничество адмирала Пароны и итальянского флота. – Действия итальянцев нас разочаровали. – Разбазаривание подлодок. – Перевод 15 подлодок в Северную Африку. – Роль надводных кораблей в Атлантике. – Ремонт подлодок. – Гибель «Бисмарка». – Некоторые сражения с конвоями в Атлантике. – Провалы в Южной Атлантике

Ландсман, участвовавший в двух мировых войнах, называл субмарину кораблем, плавающим основную часть времени под водой и только изредка всплывающим на поверхность. Иными словами, он считал субмарину подводным кораблем. И был не прав. Субмарины, существовавшие до 1944 года, уходили под воду только при необходимости – в целях самозащиты или для атаки в дневное время. Основное время они проводили на поверхности воды. Скорее их можно было назвать ныряющими или погружающимися кораблями, то есть имеющими возможность исчезнуть из виду, погрузившись под воду. Субмарины всегда оставались на поверхности столько, сколько было возможно, ведь только так можно было обеспечить широкий обзор, и, кроме того, только на поверхности субмарина сохраняла максимальную мобильность, позволяющую ей быстро выйти на благоприятную для атаки позицию. Под водой все перечисленное выполнялось с намного меньшей эффективностью. Скорость движения в погруженном состоянии у субмарин была очень низкой – максимум 7 узлов, да и то недолго. При такой скорости было невозможно приблизиться к находящемуся на поверхности судну, двигающемуся, как правило, намного быстрее. Поэтому субмарине было очень сложно выйти на атакующую позицию. Под водой она была относительно неподвижна, и ее эффективность снижалась до эффективности, пожалуй, мины. Лодке оставалось только ждать и надеяться, что потенциальная жертва сама найдет ее. Шансы на такой удачный исход были весьма невелики, а подлодки, придерживавшиеся такой тактики, больше всего походили на хищников, которые не гоняются за едой, а сидят и ждут, когда пища сама прибежит в широко распахнутую пасть. Поэтому на большие успехи не стоило и надеяться.

Если с субмарины замечали вражеское судно, находившееся на большом расстоянии в открытом море и в спокойную погоду, первым делом подлодка всплывала на поверхность, чтобы максимально быстро перейти в атакующую позицию – перед целью на ее пути. Выпущенная торпеда до столкновения с целью некоторое время движется, так же как и цель. Как правило, торпеда достигала цели, только будучи выпущенной со стороны носа вражеского судна. Если торпеду выпускали со стороны кормы, ей приходилось преследовать свою убегающую цель, которую обычно догнать не удавалось – пробег торпеды заканчивался, и она спокойно тонула, никому не причинив вреда.

Поэтому начиная с 1935 года основным принципом разработки новых тактических решений для субмарин стала мобильность. Групповая тактика, которую мы активно внедряли, была тактикой мобильной войны. Полностью используя свои скоростные возможности, одни подлодки часами, а то и сутками преследовали противника, другие искали в море вражеские конвои, третьи шли на сближение с противником, информацию о местонахождении которого получили по радио, четвертые поддерживали контакт с обнаруженным конвоем – в общем, все так или иначе участвовали в подготовке ночной атаки.

Одним словом, мобильность субмарины на поверхности является одним из главных условий успеха, поэтому в 1936 году изучению этого вопроса я уделил максимум внимания. Как же подводной лодке сохранить эту мобильность? Основную угрозу представляли вражеские самолеты, вынуждавшие лодку уходить под воду, становясь куда менее подвижными. В годы, когда создавался новый подводной флот, я неоднократно высказывал пожелание увидеть субмарину с высокой подводной скоростью. Однако моя мечта так и не была реализована. У нас не было надежных силовых установок. В 1936 году гениальный инженер Вальтер предложил проект увеличения подводной скорости субмарин с использованием двигателя, работающего на водороде. Тедсен и я отнеслись к идее с большим вниманием и обратились к командованию ВМС с просьбой оказать поддержку изобретателю, поскольку идея может оказаться очень полезной. Позже я остановлюсь на этом подробнее, а пока хочу только подчеркнуть исключительную важность обеспечения мобильности подлодок на втором этапе битвы за Атлантику. Еще раз напомню, что существовавшие в то время подводные лодки были мобильными только на поверхности воды.

В 8-й главе я описывал, как развивалась битва за Атлантику до октября 1940 года. Теперь я продолжу рассказ о развитии событий вплоть до декабря 1941 года.

На моем командном пункте во Франции планирование операций и руководство ими велось из двух «комнат боевой обстановки» – такое название мы им дали. Здесь мы обстоятельно обсуждали происшедшие за день события и вырабатывали решения. Стены в этих комнатах были сплошь увешаны картами. На них булавки с маленькими флажками обозначали положение всех наших лодок в море, а также известное нам местонахождение некоторых кораблей противника. Здесь же мы отмечали маршруты ожидаемого прохождения конвоев и т. д. Кроме карт на стенах висели диаграммы, отражающие разницу между местным временем и временем в разных оперативных зонах, карты морских течений, границ льдов, туманов, ежедневные погодные карты и много другой нужной и полезной информации. Большой глобус диаметром около 3 футов давал весьма реалистичную картину просторов Атлантического океана и очень помогал нам при вычислении расстояний, что с использованием обычных карт можно было сделать только приблизительно, поскольку при больших расстояниях нет поправки на изгиб земной поверхности.

Кроме «комнат боевой обстановки» у нас был «музей». Там на стенах висели графики, отражающие данные о потопленном тоннаже противника, потерях подводных лодок, а также информация об атаках на разные конвои. Здесь результаты всех наших операций было легко оценить визуально. Наиболее наглядными, на мой взгляд, были графики, показывающие средние данные о ежедневно потопленном тоннаже. Что касается общей величины тоннажа, мы получали информацию от непосредственных участников событий – командиров подводных лодок. И хотя, как выяснилось, цифры, сообщаемые ими, имели тенденцию к преувеличению – тем более что ночью действительно легко ошибиться, – график отражал достаточно точную картину относительного увеличения или снижения показателей. Так же как температурная карта показывает доктору состояние больного, такие графики показывали, в каком направлении идут дела в разных оперативных зонах – к лучшему или к худшему.

К примеру, на графиках было ясно видно, что, оставаясь относительно высоким, показатель потопленных судов с ноября 1940 года по январь 1941 года несколько снизился по сравнению с предыдущими месяцами. Тому имелись какие-то причины, и обязанностью штаба было их отыскать.

Самой очевидной причиной являлась погода. Тому году были свойственны необычайно сильные и затяжные шторма в Атлантике. Когда подводную лодку швыряет, как игрушечный кораблик, об атаке говорить не приходится. Во время таких штормов волна перекатывается через боевую рубку, не считая ее серьезным препятствием. Вахту на мостике, которую обычно несут офицер и три старшины или матроса, увеселительной прогулкой никак не назовешь. Людям приходилось привязывать себя к ограждению мостика, чтобы не быть сбитыми с ног и смытыми за борт. Той зимой немецкие подводники не понаслышке узнали, какой грозной бывает бушующая Атлантика.

Всякий раз, получив очередное сообщение с той или иной подводной лодки о временном прекращении операций из-за погоды, я погружался в глубокие раздумья. Я снова и снова спрашивал себя, не лучше ли перевести подводные лодки южнее, туда, где погода не столь свирепа. Но каждый раз мне удавалось преодолевать искушение. 13 декабря 1940 года я записал в военном дневнике:

«Несмотря на ужасную погоду, работа на севере более продуктивна, чем на юге. Все-таки здесь проходит больше торговых путей, чем по Южной Атлантике. Поскольку только количество потопленного тоннажа является решающим вкладом в дело нашей победы, подлодки останутся на севере».

Мнение о том, что, несмотря на погодные условия, операции на севере будут более продуктивными, чем в южных районах, собственно говоря, основывалось только на моих догадках. Свидетельств в их пользу пока не было. Они появились только в мае – июне 1941 года, когда по особым причинам, на которых я остановлюсь позже, была проведена операция в центральных районах Атлантики. И хотя она оказалась вполне успешной, но заняла так много времени, что показатель потопленного тоннажа, приходящегося на каждый день в море, оказался намного ниже, чем достигнутый в зоне к западу от Британских островов в ноябре 1940-го – январе 1941 года при неблагоприятных погодных условиях.

Вернуться к просмотру
Кроме погоды существовала и другая причина снижения начиная с ноября 1940 года среднего показателя потопленного тоннажа.

Организованная англичанами защита западных подходов к островам стала намного сильнее, а противолодочные мероприятия с некоторых пор стали включать патрулирование авиацией, что сильно повлияло на наше ведение операций. Черчилль объявил, что запросы адмиралтейства на авиацию, необходимую для противолодочного патрулирования в Атлантике, должны выполняться в первую очередь (Роскилл. Т. 1. С. 360–361). В результате как по инициативе отдельных командиров, так и по решению командования подводного флота операции со временем стали переноситься все дальше на запад от Британских островов, в открытое море. По тактическим причинам, о которых я уже говорил, было очень важно, чтобы лодки сохранили свою маневренность на поверхности. До октября 1940 года центр операций подводных лодок находился между 10 и 15° западной долготы, а после ноября он переместился намного дальше на запад.

Там было открытое море, вражеские суда шли намного более рассредоточенно, поэтому установить контакт с ними было труднее. Количество операций против конвоев упало. Высокий октябрьский показатель был достигнут благодаря большому числу возможностей успешно применить тактику «волчьих стай». Естественно, что уменьшение числа этих возможностей привело к снижению показателя.

Следовало срочно решить вопрос, как облегчить процесс обнаружения конвоя. Совершенно очевидно, что для успешного ведения войны на море важным дополнением к подводному флоту должна стать авиация, воздушная разведка. То, что подводный флот, как в общем-то и весь военно-морской флот, был вынужден обходиться без нее, стало серьезным препятствием на пути к успеху. Позже, уже в 1943 году, я сказал Гитлеру:

«Историки по-разному опишут войну на море, которая велась во время Второй мировой войны. Но в одном они наверняка будут едины: тот факт, что немецкий военно-морской флот в XX веке, веке авиации, был вынужден сражаться без поддержки с воздуха и воздушной разведки, объяснить не сможет никто».

В этой связи я должен остановиться немного подробнее на необходимости наличия военно-морской авиации и на тех попытках, которые были сделаны во время войны для организации совместных действий подводных лодок и самолетов.

Во время войны очень важно, чтобы все доступные на данном театре военных действий средства были подчинены одному командиру. Причем это тем важнее, чем теснее должно быть сотрудничество разных родов войск. В течение веков никто не подвергал сомнению, что разведка – важнейшая составная часть боевых действий – должна проводиться там и тогда, где и когда этого требует обстановка. То, что и разведывательные и боевые подразделения должны одинаково хорошо владеть тактическими приемами, применяемыми во время боевых действий, что все они обязаны с профессиональной точки зрения «говорить на одном языке» и пользоваться одинаковыми средствами получения информации, настолько очевидно, что может показаться банальностью. Однако из сказанного выше следует, что их следует обучать и тренировать в мирное время по одинаковым методикам.

По этим причинам воздушная война, ведущаяся над морем, вместе с войной на море и в его глубинах должна стать единым организмом, в котором головой будет флот. С точки зрения организации подразделения разных родов вооруженных сил, выполняющих эти операции, должны становиться частью флота и подчиняться ему.

Генерал Геринг начиная с 1933 года, когда и начался подъем военно-воздушных сил Германии, имел другую точку зрения по этому вопросу. Он всегда повторял: «Все, что летает, принадлежит мне». В период с 1933-го по 1939 год гросс-адмирал Редер делал все от него зависящее, чтобы убедить правительство в необходимости создания военно-морской авиации. Но его усилия оказались тщетными. 27 января 1939 года два главнокомандующих подписали соглашения, которым затянувшиеся переговоры по этому вопросу были завершены. Геринг настоял на своем. В соглашении указывалось, что военно-воздушные силы будут также вести войну на море. Авиация для нужд флота будет выделяться только для разведывательных целей или для участия в тактическом воздушном сражении в случае морского боя. Вопрос о типах и количестве самолетов, которые следовало построить для таких целей, а также об организации их обучения оставался целиком в ведении командования военно-воздушных сил.

Это принятое в мирное время решение произвело на меня, офицера, командовавшего подводными лодками, чрезвычайно неприятное впечатление. Оно означало, что продолжительные общие тренировки в совместных операциях подводных и воздушных сил останутся недостижимой мечтой. Только при широкомасштабных учениях подводного флота я мог позвонить командующему авиацией генерал-майору Гейслеру, который, кстати, сам являлся бывшим военно-морским офицером, чтобы тот санкционировал участие в них воздушных подразделений. Такие учения я проводил в районе Северного моря, удаленном от наших территориальных вод на север на расстояние максимальной дальности полета разведывательного самолета «Do 18s» (около 1600 миль). Иными словами, максимальная дальность полета наших самолетов устанавливала северную границу района учений – примерно на широте Шетландских островов.

Я считал очень важным, чтобы совместные учения с подразделениями воздушной разведки проводились в пределах максимально обширного района. И не только потому, что это наиболее вероятно понадобится во время войны. Дело в том, что при полетах на относительно большие расстояния выявляются навигационные ошибки, возникающие, возможно, из-за действия воздушных потоков. Это становится очевидным, когда экипаж сообщает свои координаты, причем неверные. Был один случай, когда два самолета-разведчика доложили о присутствии «противника» в совершенно разных частях Северного моря. В результате командование подводного флота оказалось поставлено перед задачей: речь идет о двух подразделениях «противника» или (поскольку это казалось маловероятным исходя из общей ситуации) один из докладов ошибочен. Но какой? Хотя нельзя было отрицать возможность и ошибочности обоих сообщений. А где тогда «противник»?

Точная навигация является необходимым условием эффективной разведки. Неверно указанные координаты противника могут свести на нет результат всей операции.

Вернуться к просмотру
•
16+
Наши совместные учения имели большое значение для принимавших в них участие летчиков. Должен признать, что последние всегда демонстрировали высокую преданность долгу. Если этого требовала ситуация, они снова и снова совершали полеты над морем и возвращались на базы, израсходовав топливо до последней капли. А поскольку у этих людей были и другие обязанности (они же не были подчинены военно-морскому командованию), подобные учения проводились нечасто. Но даже при этом они позволили выявить ряд типичных ошибок, вызванных недостатком совместных тренировок. На их устранение потребовалось бы много времени, которого, к моему глубокому сожалению, у нас не было.

В начале войны сотрудничество между авиацией и подводным флотом было невозможно, поскольку даже самолеты с самой большой дальностью полета не могли долететь из Германии до театра военных действий подводного флота на западных подходах к Британским островам. Но когда оккупация Северной Франции позволила приблизить наши базы к Атлантическому побережью, военно-морское командование в докладной записке от 8 июня 1940 года снова подняло вопрос о поддержке подводного флота в Атлантике силами воздушной разведки:

«…С новых баз в Северной Франции имеется возможность вести воздушную разведку, направленную на обнаружение конвоев и военно-морских сил противника в море к югу и юго-западу от Ирландии и, вероятно, также к западу и северу от нее.

В предполагаемом сотрудничестве между авиацией и подводным флотом роль первой будет сводиться к обнаружению конвоев и прочих потенциальных целей, передаче информации подводному флоту и поддержанию контакта с целями. В случае утери контакта (к примеру, после наступления темноты) его следует восстановить на следующее утро…»

Однако выделенных нам для этого сил было совершенно недостаточно. При очень высокой потребности мы только изредка получали одну машину, которая могла сделать только один вылет, да и то только на небольшом участке юго-западнее Ирландии. В результате в период между июлем и декабрем 1940 года мы не смогли провести ни одной совместной операции. И это несмотря на постоянные усилия, прилагаемые военно-морским командованием. Насколько сурова была реальность, видно из следующих записей в моем военном дневнике:

«1.10. Несмотря на все мои усилия, у авиации, которая должна вести разведку к северу, северо-востоку, югу, юго-востоку и западу от нашего театра военных действий (район Роколл-Бэнк), нет для этого самолетов.

9.12. Воздушная разведка самолетами 406-й группы (самолеты-разведчики типа „BV-138“) прекращена до дальнейших распоряжений по техническим причинам (вероятнее всего, на два месяца).

14.12. В настоящее время достигнуто некое подобие сотрудничества со следующими авиационными подразделениями:

1406-я береговая авиационная группа „Брест“, входящая по тактическим соображениям в группу „Запад“. Правда, их самолеты с большой дальностью полетов („BV-138“) не вылетают по техническим причинам.

2. 40-я группа „Бордо“. Официально контакт не поддерживаем. Налажены личные контакты. К сожалению, на сегодняшний день они могут нам выделить только одну машину типа „FW-200“ в сутки.

3. Группа V. Время от времени делаем запросы на проведение разведки в заданном районе. До настоящего времени сделан только один вылет. На дальнейшие запросы неизменно получаем ответ об отсутствии подходящих самолетов».

Мы уже 5 месяцев находились на побережье Атлантики, а командование подводного флота так и не получило обещанной поддержки с воздуха. Не дали нам возможность и создать собственное авиационное разведывательное подразделение. 14 декабря 1940 года я снова обобщил наши требования и передал соответствующий документ на рассмотрение командованию ВМС. Я писал:

«1. Подводные лодки для целей разведки почти бесполезны. Они имеют слишком ограниченный обзор. Для производства разведки на большой территории им требуется много времени, и к тому же мы не обладаем достаточным числом подлодок, чтобы даже пытаться это сделать. В любом случае использование подводных лодок для этих целей было бы неправильным и означало бы потерю их боевой мощи. Подводный флот мог бы достичь гораздо большего, если бы субмарины не болтались неделями в море, ожидая появления жертвы, а были направлены непосредственно к цели, обнаруженной с воздуха. Все части вооруженных сил имеют особые средства для разведки, кроме подводного флота.

2. Произведя разведку, воздушные силы могли бы дать нам точную информацию о местонахождении и курсе торговых судов противника в море, получив которую мы использовали бы подводные лодки с максимальной эффективностью.

3. Самолеты-разведчики могли бы производить разведку территории, прилегающей к местам скопления подводных лодок в море, передавая информацию о присутствии всех потенциальных целей. Таким образом, с одной стороны, обнаруженная цель всегда подвергалась бы нападению находящейся вблизи подводной лодки, а с другой – мы были бы уверены, что через район концентрации подводных лодок ни одна цель не пройдет ими не замеченной (из-за ограниченного обзора).

4. Возможности взаимодействия подводного флота и авиации не ограничиваются только разведкой. В течение дня самолет может поддерживать контакт с целью до подхода к ней подводной лодки или же может направить к цели лодку с помощью определенных сигналов, если контакт утерян. Самолет может восстановить контакт с целью на следующий день на рассвете и т. д. В общем, необходимо наладить максимально близкое тактическое сотрудничество в совместных операциях.

5. Выполнение этих миссий ни в коей мере не будет мешать или ограничивать обычные атаки с воздуха на корабли противника. Чем больше тонет судов в результате атак с воздуха, тем больше паника в рядах противника, что, безусловно, на руку и подводному флоту. Районы, в которых действуют подводные лодки, являются перспективными и для воздушных атак, поскольку подводные лодки всегда действуют в местах пересечения торговых путей противника. Нет никаких ограничений на действия авиации при наличии вблизи субмарины. Единственное, чего авиаторы ни в коем случае не должны делать, это бомбить подводные лодки. Опыт показывает, что ошибки в идентификации вполне возможны и допускаются довольно часто. До начала атаки летчику следует прежде всего удостовериться, что субмарина, которую он видит в море, является вражеской.

6. Формы сотрудничества могут быть обсуждены на совещаниях с участием представителей воздушных формирований. Но чтобы оно действительно начало развиваться и были достигнуты серьезные результаты, необходимо:

а) выделение для этой цели соответствующих сил;

б) строгое определение порядка командования.

Разведывательный вылет должен направляться тем субъектом, для которого производится разведка. После обнаружения конвоя последующее руководство операцией (поддержание контакта и т. д.) должно быть организовано исходя из основной задачи – атаки на конвой тем, кто руководит ее выполнением. Это ни в коей мере не ограничит тактическую свободу офицера, командующего воздушным формированием. Это значит, что границы района разведки и число необходимых для этого самолетов должны устанавливаться командованием подводного флота, которое должно располагать достаточными силами, чтобы обеспечить действительно эффективное ведение подводной войны…»

2 января 1941 года я еще раз тщательно проанализировал свои соображения по этому вопросу и передал их гросс-адмиралу Редеру. В тот же день он отправил меня к начальнику штаба командования вермахта Йодлю. Я должен был объяснить ему лично трудности положения, в котором мы оказались. Беседа, на мой взгляд, прошла вполне удовлетворительно, Йодль меня понял. Я настаивал на ежедневных разведывательных полетах 12 «кондоров» (самолеты с максимальной дальностью полетов), несколько единиц которых уже было в распоряжении 40-й группы в Бордо.

После этой беседы 7 января 1941 года Гитлер лично вмешался в действия рейхсмаршала Геринга и отдал под мое командование 40-ю группу.

Услышав об этом, я записал в военном дневнике:

«Такой приказ – большой шаг вперед. Правда, это, конечно, лишь первый шаг в нужном направлении. Учитывая же небольшое число самолетов, а также великое множество технических деталей, которые следует утрясти, его последствия будут видны не скоро, да и вряд ли будут велики. Но в принципе мы двигаемся в правильном направлении, и я уверен, со временем сможем оценить выгоды такого сотрудничества».

Гитлер принял решение, не проконсультировавшись с Герингом, который как раз находился в отпуске. Рейхсмаршал вовсе не был намерен мириться с передачей одного из его боевых подразделений флоту. 7 февраля он находился во Франции недалеко от моего командного пункта и пригласил меня к себе. В тот раз я впервые увидел его. Первым делом он постарался убедить меня добровольно согласиться на прекращение действия приказа фюрера. Я отказался. Затем он предложил мне остаться на ужин. Я тоже отказался. В результате мы расстались не друзьями.

40-й группой командовал подполковник Харлингаузен, ранее бывший военно-морским офицером, человек очень смелый и к тому же обладающий неиссякаемой энергией. Под его командованием эскадрилья буквально творила чудеса. Полученные ею «кондоры» на самом деле были усовершенствованным и переоборудованным гражданским самолетом «FW-200». В 1935 году начальник штаба ВВС генерал Вефер, обоснованно считавший, что после начала войны для стратегических операций понадобится самолет с большой дальностью полетов, явился инициатором постройки 4-моторного бомбардировщика. В 1936 году на свет появились «DO-19» и «Ju-89». Но после трагической гибели Вефера его идеи были забыты и проект самолета с большой дальностью полетов положен под сукно. В то время мы чрезвычайно увлеклись пикирующими бомбардировщиками. Проект 4-моторного бомбардировщика «Не-177», разработка которого началась в 1938 году, застопорился из-за выдвинутого требования превращения его одновременно и в пикирующий бомбардировщик. В результате машина просто-напросто не получилась. Она была построена уже после начала войны, не прошла испытания и в конечном итоге отправилась в металлолом.

Вот почему, когда началась война, в нашем распоряжении не оказалось самолета с большой дальностью полетов, и, чтобы восполнить этот недостаток, было произведено переоборудование «FW-200». В результате не слишком продуманных действий самолет лишился многих важных качеств, но с этим уже ничего не поделаешь.

Когда сотрудничество подводного флота и авиации, о котором я собираюсь рассказать, в конце 1941 года прекратилось, это произошло как раз из-за невозможности этого созданного на скорую руку военного самолета проникнуть в удаленные от берега районы Атлантики, куда переместились наши операции. Иными словами, действительной причиной явилась неспособность предвидеть необходимость в высокоэффективном самолете с большой дальностью полета, проявленная нашими чиновниками и военачальниками еще в мирное время. Недостаток таких самолетов, который вообще-то можно рассматривать как причину нашей неполноценности в воздухе, явственно проявившейся во время войны, сказался крайне отрицательно на разведывательной стороне подводной войны.

Когда 40-я группа перешла под мое командование, Харлингаузен и я начали организовывать разведывательные вылеты в интересах подводного флота. В среднем каждый день вылетали два «кондора» и производили разведку в районе к западу от Британских островов. Они имели возможность облететь самые важные участки – к западу и северо-западу от Северного пролива, только если сокращали обратный путь и летели над Шотландией к Ставангеру на западном берегу Норвегии. Но это не всегда было возможно, поскольку норвежский берег часто спрятан под низкой облачностью. Авиаторы 40-й группы делали все от них зависящее, чтобы увеличить дальность полета «FW-200», они даже самостоятельно установили на самолетах дополнительные топливные баки.

В начале января 1941 года мы сделали две попытки направить подлодки на конвои, обнаруженные с воздуха. Обе оказались неудачными, потому что единственный самолет, имевшийся в нашем распоряжении для восстановления контакта с конвоем на следующее утро, не сумел его найти. Принимая во внимание длительный полет, который самолету предстояло совершить, и большую площадь поиска, этому вряд ли стоит удивляться. Имей мы возможность организовать поиск силами нескольких самолетов, скорее всего, конвой был бы обнаружен и подводные лодки, находившиеся в этом же районе, смогли его атаковать.

Последующие попытки были удачными, если по воле случая в непосредственной близости от самолета, обнаружившего конвой, оказывалась подводная лодка, которая в тот же день устанавливала контакт. Однако в целом выяснилось, что, пока те один или два самолета, силами которых мы могли производить ежедневную разведку, долетали до зоны действия подводных лодок к западу от Северного пролива, у них оставалось слишком мало топлива. Если же им удавалось обнаружить конвой, то опять же из-за нехватки топлива они не могли поддерживать с ним контакт до подхода подлодок. Поэтому в большинстве случаев подлодки все-таки направлялись в место, указанное летчиком, который часто сообщал координаты, но не сообщал курс конвоя. На основании явно неполной информации подлодки часто проходили огромные расстояния, чтобы не упустить возможность атаковать. В подобных обстоятельствах мы обычно на следующий день отправляли в район поиска второй самолет, который смог бы снова обнаружить конвой и указать его местонахождение подлодкам, которые к этому времени подходили достаточно близко к указанному району.

Еще мы выяснили, что навигационная система самолетов оставляет желать лучшего, поскольку ошибка в сообщаемых координатах конвоев могла достигать 80 миль. Во время длительных полетов, которые летчикам чаще всего приходилось выполнять в темноте, самолеты отклонялись от курса, его просто невозможно было уточнить. В двух случаях – в феврале и в начале марта 1941 года – операции, проводимые силами всех имеющихся в наличии подводных лодок, оказались неудачными, поскольку организованный на обширной территории поиск не дал результата: в указанном самолетом-разведчиком районе конвой так и не был обнаружен.

Столь полная картина потенциальных возможностей и ограничений использования нескольких появившихся у нас «FW-200» для разведывательных целей сложилась далеко не сразу. Мы поняли, что посылать куда-то подлодки на основании единственного сообщения летчика, отправленного обычно, когда самолет уже достиг предела дальности и вынужден поворачивать обратно, дело ненадежное. Поэтому мы отказались от идеи прямого взаимодействия в главной, но самой удаленной оперативной зоне, расположенной к северо-западу от Ирландии. Но даже при этом полеты самолетов-разведчиков снабжали нас чрезвычайно ценной информацией. Мы получали сведения о плотности судопотоков, что было для нас очень важно. Что же касается поисков противника в главной оперативной зоне, нам приходилось полагаться только на собственные силы.

С другой стороны, прямое взаимодействие оказалось вполне возможным в морских районах, расположенных ближе к бискайским военно-воздушным базам, к примеру, у западного побережья Испании, где проходили направляющиеся в Великобританию конвои из Гибралтара или, менее многочисленные, из Западной Африки. Но даже его пришлось весной 1941 года отложить до лучших времен из-за нехватки самолетов. Мы ждали, когда 40-й группе будут выделены новые самолеты.

А пока командование подводного флота занималось развитием системы, которая помогла бы компенсировать навигационные ошибки при передаче с самолетов-разведчиков координат конвоя. Процедура заключалась в следующем: при обнаружении конвоя летчик не сообщает сразу его координаты в эфир. Вместо этого он передает на коротких волнах: «Я отправлю сигнальное сообщение». Это предупреждение поступает от командования на подводные лодки, чтобы дать возможность подготовиться к приему сигнала самолета на длинных волнах. Далее все сигнальные сообщения с самолета идут на длинных волнах. Подводные лодки берут на него пеленг и, используя на этот раз короткие волны, сообщают результат и свое собственное местонахождение командованию. На командном пункте все пеленги наносятся на карту, а точка пересечения показывает достаточно точное местонахождение самолета, а значит, и конвоя. Результат крюйс-пеленга передается на подлодки, которые начинают действовать.

Мы довольно скоро выяснили, что рассчитанное таким образом положение противника является достаточно точным, то есть система работала. Оказалось, что эта на первый взгляд усложненная процедура вполне себя оправдывала, поскольку все равно полученная с самолета информация о координатах конвоя почти всегда оказывалась слишком далекой от действительности.

Таким образом, в начале июля 1941 года мы снова организовали прямое сотрудничество подлодок и самолетов-разведчиков в морском районе, прилегающем к западному побережью Испании. И хотя атакованные нами гибралтарские конвои состояли в основном из меньших, а значит, и менее ценных судов, чем атлантические, мы достигли весьма неплохих результатов. Нередко операции продолжались несколько дней, и самолеты 40-й группы не только вели подлодки к цели, но и сами участвовали в атаках, сбрасывая на головы противника бомбы.

В этом же морском районе мы также однажды провели совместную операцию, в которой участвовали подводные лодки, самолеты и надводные корабли, но только они поменялись ролями. Операция стоит того, чтобы ее описать, поскольку была в своем роде уникальной.

Следуя в одиночку в центральную часть Атлантики, подлодка «U-37» в районе мыса Сен-Винсент встретила конвой, идущий в Великобританию из Гибралтара. Поскольку других подводных лодок вблизи не было, не было и возможности организовать совместную атаку. Зато конвой находился в зоне действия наших самолетов, базировавшихся в Бордо. Поэтому я дал приказ подлодке поддерживать контакт и сообщить свои координаты на длинных волнах. Это было сделано. Самолеты приняли сигнал подлодки, находясь в 150 милях от цели, и сразу же легли на нужный курс. Конвой был обнаружен и атакован. Только «U-37» потопила 4 судна. А тем временем к месту событий приблизился крейсер «Хиппер», совершавший боевой поход из Бреста в Атлантику. После завершения атаки «U-37» было приказано продолжать поддерживать контакт с конвоем для крейсера, который тоже должен был внести свою лепту в общее дело.

Это была единственная подобная операция, когда-либо проведенная в Атлантике.

Даже краткое описание проведенных совместных операций показывает, как дорого мы заплатили (я имею в виду упущенные возможности) за получение боевого опыта, за выявление ошибок и отыскание способов их преодоления.

Как бы то ни было, а наша главная проблема – обнаружение конвоев противника в открытом море в Северной Атлантике – летом 1941 года все еще оставалась нерешенной. Театры военных действий подводных лодок постепенно переместились в разных направлениях: в западном – к югу от Гренландии, в северном – к северо-западу от Исландии, а затем и в восточном – к северо-западу от Ирландии. Сражения против конвоев противника происходили нечасто, и между ними следовали долгие периоды утомительных поисков, когда подлодки без устали прочесывали казавшиеся пустынными морские просторы в поисках врага. Из-за продолжительных «мертвых сезонов» показатель потопления значительно снизился. Командование подводного флота не прекращало попыток найти возможность изменить состояние дел. Не приходилось сомневаться, что больше всего нам мешают нехватка подводных лодок и отсутствие надежных «глаз», которые могли бы разом охватить бескрайние просторы Атлантики. Но быть может, существовали и другие причины наших неудач в поисках противника? Что, если у него появилось некое средство, позволяющее обнаружить нашу подводную лодку с большого расстояния? Ведь тогда противник может изменить маршрут конвоя, чтобы избежать встречи?

Еще до войны, начиная отрабатывать тактику «волчьих стай», мы обсуждали вопрос, поможет ли противнику обнаружить позиции подлодок использование ими радиосвязи. После начала войны командование внимательно следило, не появятся ли признаки использования противником выходов в эфир наших подлодок для радиопеленгации. В первые месяцы войны, насколько мы могли судить, зная точность английских радиопеленгаторов, у нас не было повода для беспокойства. В военный дневник я внес следующую запись:

«Насколько мы могли проверить, ошибки в радиопеленгации пропорциональны расстоянию от вражеского берега, то есть при расстоянии в 300 миль средняя ошибка составляет 60–80 миль. Часто она бывает еще больше. Самый точный известный нам результат – это ошибка в 30 миль в непосредственной близости от побережья Западной Франции. Самая большая ошибка – 320 миль при расстоянии около 600 миль».

Понятно, что со временем англичане усовершенствуют свою радиопеленгаторную аппаратуру, расширят сеть станций и достигнут лучшего результата. На участке от Шетландских островов до Лендс-Энд они уже обладали прекрасными возможностями для пеленгации в западном направлении. Построив станции в Исландии, Гренландии и на Ньюфаундленде, они вполне могли накрыть сетью радиопеленгации всю Северную Атлантику. Поэтому нам следовало исходить из того, что противник перехватывает все сигналы, передаваемые с подлодок, и может установить местонахождение каждой. Значит, выход в эфир опасен? Но эти сигналы имели чрезвычайно важное значение для командования. Поэтому нам следовало все взвесить и принять решение, пользоваться командам подводных лодок радиосвязью или нет. Представлялось очевидным, что общение по радио необходимо свести к минимуму. Однако было невозможно его запретить вообще. Сообщения с подлодок содержали информацию, на основе которой велось планирование и управление совместными действиями против конвоев противника, а шансы на большой успех имели только такие операции. Командованием подводного флота было сделано все, чтобы найти лазейку между бесчисленными «за» и «против» радиопередач. В результате командиры подводных лодок получили следующие инструкции:

«В зоне боевых действий: радио следует использовать только для передачи важной с тактической точки зрения информации, по приказу командования или когда местонахождение радиопередатчика уже и так известно противнику.

По пути к зоне патрулирования и обратно: действовать, как указано выше. Менее важные сообщения могут быть отправлены, если это представляется целесообразным, но не часто. В этих случаях следует принять меры предосторожности, чтобы не демаскировать свой путь следования. Следует помнить, что неподалеку могут находиться другие подводные лодки.

Технический аспект: частая смена длины волны, использование дополнительных полос частот и строгая радиодисциплина затруднят для противника радиопеленгацию».

Реагирует ли противник на радиопередачи с подлодок и если реагирует, то как, точно мы не знали (и так никогда и не узнали). В нескольких случаях резкие изменения курса конвоя заставляли нас думать, что несомненно реагирует и принимает решительные меры. Но с другой стороны, было немало случаев, когда, несмотря на высокую радиоактивность подводных лодок в каком-то районе, независимые суда противника, так же как и конвои, шли прямо в этот район, не беря в расчет, что там только недавно имели место случаи гибели отдельных судов и даже сражения против конвоев.

Получаемые нами сведения были весьма противоречивы, поэтому я скептически отнесся к предложению использовать нашими подлодками радиопередачи, чтобы заставить противника обойти «опасный» район и выбрать маршрут, кажущийся безопасным, где на самом деле его поджидали подлодки, но только хранившие радиомолчание.

В военном дневнике я записал:

«Идея использования радио для обмана противника… на мой взгляд, достаточно привлекательна, но только теоретически. На практике все будет намного сложнее. Внимательно рассмотрев данное предложение, я пришел к выводу, что мы неизбежно погрязнем в массе гипотетических предположений и выводов (противник думает… я думаю… поэтому он подумает, что я думаю…), в результате чего принятие рационального решения станет невозможным. Между прочим, существует опасность, что ошибочная или даже просто неточная радиопеленгация даст эффект, прямо противоположный ожидаемому, то есть тому, ради которого и затевался обман».

Тем не менее я решил, что идею следует испытать. 29 июня 1941 года несколько подводных лодок, находившихся на пути домой, получили приказ по достижении района юго-западнее Ирландии максимально использовать свои радиопередатчики, чтобы не дать конвою, замеченному в 300 милях к западу от Ирландии, то есть на более северном участке, повернуть на юг. Насколько мне известно, ничего достойного упоминания не произошло.

Сколько мы ни обсуждали вопрос номер один, почему так трудно обнаружить в море конвой противника, ответ неизменно получался одним и тем же: потому что слишком мало «глаз» участвует в поиске. В распоряжении противника были обширные пространства Северной Атлантики – от Азорских островов до Гренландии и Исландии, – то есть места, чтобы максимально рассредоточить свои конвои, было предостаточно. А благодаря оккупации Исландии и созданию там военно-морских и военно-воздушных баз, а также постоянной поддержке следующих на восток конвоев американцами условия для англичан вряд ли могли быть лучше.

В общем, проблема могла решиться только при увеличении числа подводных лодок. Поэтому, думаю, здесь будет небезынтересно перечислить принимаемые нами меры и происшедшие события, которые привели к изменению боевой мощи подводного флота в Атлантике в 1941 году.

24 июля 1940 года итальянцы предложили направить свои субмарины для участия в битве за Атлантику, конечно, под нашим командованием. Командование ВМС поинтересовалось моим мнением на этот счет. Ввиду малочисленности моих собственных сил я не сомневался ни минуты, и уже на следующий день, 25 июля, предложение было принято, о чем и было уведомлено итальянское военно-морское командование.

Вскоре после этого ко мне явился адмирал Парона, командующий итальянскими субмаринами. Это был, вне всякого сомнения, мужественный человек и опытный командир. Он искренне стремился к сотрудничеству, поэтому между нами быстро установилась атмосфера взаимного доверия. Мы договорились о следующем:

1) общий контроль и руководство операциями в целом, расположение оперативных зон, а также принятие решений о формах сотрудничества остается в руках немецкого командования;

Фи*нан*со*вые услуги ока*зы*вает: ПАО "Сов*ком*банк", ООО МКК "Кред*Ком"

Срочный выкуп квартир
По*лу*чите всю сумму сразу при под*пи*са*нии до*го*во*ра!
CENTERFINANCE.ORG
РЕКЛАМА
2) в рамках объединенного командования адмиралу, командующему итальянскими субмаринами, предоставляется значительная свобода действий и ответственности. Итальянские подводники должны знать, что ими командует итальянский адмирал.

Чтобы познакомить итальянцев с обстановкой в Атлантике и нашей тактикой «волчьих стай», было решено, что командиры итальянских субмарин должны некоторое время выходить в боевые походы на немецких лодках, а итальянские экипажи пройдут курс подготовки в одной из балтийских школ.

Базу для итальянцев создали в Бордо. Чтобы максимально облегчить сотрудничество, адмирал Парона временно откомандировал для работы в моем штабе Сестини. Вряд ли он мог сделать лучший выбор. Это был прекрасный человек и отличный офицер. В свою очередь, я отправил в штаб Пароны Рёзинга, также очень опытного командира подводной лодки.

Чтобы итальянцы быстрее приспособились к условиям Атлантики, после прохождения Гибралтара их направили в район Азорских островов, а уже оттуда они прибыли в Бордо – всего туда пришло 27 итальянских субмарин. При первом удобном случае я приехал познакомиться с людьми. И офицеры и матросы произвели неплохое впечатление. Очевидно, они прошли специальный отбор, как и наши подводники. Однако я сразу понял, что в части войны в Атлантике им предстоит еще многому научиться. Это и стало главной задачей, которую Пароне и мне предстояло решить.

Во время Первой мировой войны, будучи в Константинополе, я имел возможность лично убедиться, какое искреннее уважение и восхищение испытывали турецкая армия и турецкий народ к фельдмаршалу барону Кольмару фон дер Гольтцу. От него я узнал, что никогда не стоит пытаться искать в солдатах и мирном населении союзников черты, которые хотелось бы найти. Образ их жизни и образ мыслей, воспитание и обучение солдат отличались от наших. Поэтому, общаясь с союзниками, необходимо с самого начала избавиться от всяческих предрассудков и уж тем более от чувства превосходства. Нужно проявлять максимальное терпение и такт. Мои инструкции немецким подводникам в части взаимоотношений с итальянскими союзниками строились на уроках, усвоенных мною от фельдмаршала. А инструктируя учебные подразделения, я особо подчеркнул, что итальянцам «должно быть позволено самим убедиться в недостатке знаний и прийти к выводу о необходимости приобретения новых, основанных на нашем богатом опыте. Ни в коем случае не следует их подгонять или навязывать свое мнение».

После первого похода к Азорским островам в начале октября итальянцы присоединились к немецким подлодкам на нашем основном театре военных действий – к западу от Северного пролива. Я выбрал для них районы к западу и юго-западу от немецких, где появление воздушной разведки британцев было менее вероятно. Получив итальянское подкрепление, я прежде всего рассчитывал на улучшение состояния разведки и считал, что мое страстное желание получить «больше глаз» близко к выполнению.

Однако в последующий период – в октябре – ноябре 1940 года – меня постигло разочарование. Ни разу итальянцы не помогли немцам вступить в контакт с противником. Их сообщения всегда были крайне неточными, да и поступали слишком поздно. Они не умели ни атаковать собственными силами, ни поддерживать контакт с противником. Если же на наших лодках замечали противника и организовывали совместную атаку, итальянцы также ни разу не приняли в ней участие.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Диана

09.08.2021, 11:47

https://litobozrenie.com/2021/07/djunkerk-chast-i/

Диана

09.08.2021, 11:48

https://litobozrenie.com/2021/07/djunkerk-chast-ii/

Диана

09.08.2021, 11:49

https://litobozrenie.com/2021/08/djunkerk-chast-iii/

Диана

09.08.2021, 11:50

мммммммммммммммммммммммммммммммммммммммммммммммммм ммммммммммммммммммммммммммммммм

Newsland

10.08.2021, 08:17

https://newsland.com/user/4297740009/content/fsb-obnarodovala-dokumenty-o-podgotovke-iaponii-k-voine-s-sssr/7452441
16:06 08.08.2021

ФСБ обнародовала документы о подготовке Японии к войне с СССР
Федеральная служба безопасности рассекретила протокол допроса Отодзо Ямады, последнего главнокомандующего Квантунской армии. В 1938 году Ямада отдал приказ усилить готовность к войне против Советского Союза.

Речь идет о приказе № 70 частям 3-й армии, которая размещалась в Манчжурии на границе с Советским Союзом. Приказ был отдан Ямадой в январе 1938 во время Хасанских боев — это была серия столкновений летом 1938 года из-за споров о принадлежности территории у озера Хасан и реки Туманная (на архивном фото - пленные японские солдаты).

Согласно рассекреченному протоколу допроса Отодзо Ямада признал, что приказ № 70, который "свидетельствует об усилении готовности к войне против Советского Союза", цитирует документ РИА Новости. Он приказал японским частям сосредоточиться в районе восточной границы Манчжурии.

В 1949-м Ямада стал обвиняемым в Хабаровском процессе — суде над японскими военными, причастными к разработке бактериологического оружия.

Источник: newizv.ru

Pantv

11.08.2021, 07:50

https://pantv.livejournal.com/3430104.html
Пишет ПАВ (pantv)
2021-08-10 12:00:00 199

C 29 июля по 11 августа 1938 года между РККА и Японией был ряд боестолкновений.
У нас они известны как "Хасанские бои". Все из-за оспаривания Японией принадлежности территории у озера Хасан и реки Туманная. По плану „Оцу“, разработанному японским генштабом, война с СССР намечалась в 1934 году, потом её постоянно откладывали.

Бои у озера Хасан

В апреле 1934 года японские солдаты предприняли попытку захватить высоту «Лысая» на участке Гродековского погранотряда, одновременно была атакована застава «Полтавка», но пограничники при поддержке артиллерийской роты отразили нападение и выбили противника за линию границы.

В июле 1934 года на линии границы японцы совершили шесть провокаций, в августе 1934 года - 20 провокаций, в сентябре 1934 года - 47 провокаций. 30 января 1936 года две японско-маньчжурские роты пересекли границу в Мещеряковой пади и на 1,5 км углубились на территорию СССР, прежде чем были оттеснены пограничниками.

xklWcfQEaYO5dpwaEYEgYg

24 ноября конно-пеший отряд из 60 японцев пересёк границу в районе Гродеково, но попал под пулемётный огонь и отступил. В 1936 году на участке заставы «Ханси» японские солдаты захватили высоту Малая Чертова и возвели на ней доты. 5 июня на участке ответственности 21-й стрелковой дивизии РККА японские военнослужащие совершили вторжение на советскую территорию и заняли сопку у озера Ханка, однако при приближении к границе 63-го стрелкового полка отступили на сопредельную территорию.

Японские агрессоры

1 июля 1938 года, в связи с возрастанием военной опасности, Особая Краснознамённая Дальневосточная армия РККА была преобразована в Дальневосточный фронт РККА.

Прибывшие на сопку советские пограничники отрыли окопы, чтобы можно было просматривать и при необходимости простреливать значительное пространство в глубину территории Кореи и поселка Туманган, установили перед ними малозаметное проволочное заграждение. Это привело японцев в ярость - подразделение пехотинцев японской армии во главе с офицером имитировало атаку на сопку, развернувшись в боевой порядок, однако остановилось у линии границы.

15 июля 1938 года японское правительство потребовало отвода советских войск с советской территории западнее острова Хасан, а также пересмотра бывшей российско-китайской границы. Советское правительство ответило отказом.

Японские агрессоры

К началу боевых действий приграничная группировка японских войск насчитывала: три пехотные дивизии (15-я, 19-я, 20-я), один кавалерийский полк, три пулемётных батальона, отдельные бронетанковые части (численностью до батальона), подразделения зенитной артиллерии, три бронепоезда и 70 самолётов, в устье реки Туманная было сосредоточено 15 боевых кораблей (один крейсер и 14 миноносцев) и 15 катеров. Это более 20 тыс. военнослужащих японской армии, на вооружении которых находились 200 орудий и три бронепоезда.

Японские агрессоры
Японская карта местности.

29 июля ранним туманным утром, японские войска численностью до 150 солдат атаковали сопку Безымянная, на которой находилось 11 советских пограничников. Потеряв до 40 солдат, они заняли высоту, но к пограничникам прибыло подкрепление и к вечеру из выбили обратно.

Бои у озера Хасан

Вечером 30 июля 1938 года японская артиллерия обстреляла сопки, японская пехота вновь предприняла попытку захвата Безымянной и Заозёрной, но пограничники отбили атаку.

Японские агрессоры

Японские артиллеристы.

Японские агрессоры

Японские агрессоры

31 июля 1938 года К. Е. Ворошилов приказал привести в боевую готовность Приморскую армию и Тихоокеанский флот.

В этот же день, после короткой артиллерийской подготовки, японские войска предприняли новую атаку силами до двух полков 19-й пехотной дивизии и заняли сопки. Сразу же после захвата японцы начали укреплять высоты. На фото японские солдаты на сопке.

Бои у озера Хасан

Японская техника.

Японские агрессоры

Попытка советской контратаки двумя батальонами успеха не имела. В.К. Блюхер был отстранён от командования войсками (с ним даже Сталин беседовал просил действовать активнее), а командующим всеми войсками был назначен Г.М. Штерн.

xAMy-ROOUD65HIexMbvT9Q

6 августа 1938 года, в 16:00, после того, как над озёрами рассеялся туман, бомбардировку японских позиций начали 216 советских самолётов, в 17:00, после 45-минутной артподготовки и двух массированных бомбардировок расположения японских войск, началось наступление советских войск.

Бои у озера Хасан

32-я стрелковая дивизия и танковый батальон 2-й механизированной бригады наступали с севера на сопку Безымянную. 40-я стрелковая дивизия, усиленная разведывательным батальоном и танками, наступала с юго-востока на сопку Заозёрную.

Бои у озера Хасан

7, 8 и 9-го августа бои за высоты продолжались, в течение дня японская пехота предприняла 12 контратак. Войска сходились и в рукопашную. Стремясь ослабить натиск на свои войска в районе Хасана, японское командование предприняло контратаки на других участках границы.

Бои у озера Хасан

Самолеты РККА были однажды по ошибке взяли на борт химические бомбы. Но использовать их не пришлось, они были сброшены в озеро. Но тем не менее, все противогазы имели.

советские танкисты

9 августа 32-я стрелковая дивизия при поддержке артиллерийского огня заняла высоту Безымянная, а противник был отброшен за границу. Для остановки наступления советской пехоты японцы развернули на острове посреди реки Туманная несколько артиллерийских батарей, которые открыли огонь, но были подавлены ответным огнём артиллерийской группы дальнего действия.

Бои у озера Хасан

10 августа 1938 года японский посол в СССР М. Сигэмицу посетил в Москве наркома иностранных дел СССР М. М. Литвинова и предложил начать мирные переговоры. 11 августа 1938 года, между Японией и СССР было заключено перемирие.

Бои у озера Хасан

Потери советских войск составили 960 человек погибшими и пропавшими без вести. Японские потери составили, по советской оценке, около 650 убитых и 2500 раненых. По секретному меморандуму на имя императора Хирохито, количество потерь японских войск существенно (не менее чем в полтора раза) превосходит официально опубликованные данные. И советские потери наверняка уменьшены.

Бои у озера Хасан

В ноябре 1938 года в городском музее Владивостока открылась выставка трофейной техники и оружия, захваченного у японских войск в ходе боевых действий у озера Хасан.

Инфа и фото (С) интернет. Основа: Википедия и сайт https://maxpark.com/

Энтони Бивор

12.08.2021, 08:40

https://history.wikireading.ru/48888
Глава 9

Последствия

Июнь 1940–февраль 1941 гг.

Падение Франции летом 1940 г. привело ко многим прямым и косвенным последствиям во всем мире. Сталин был глубоко озабочен сложившейся ситуацией, так как его надежды на то, что мощь гитлеровской Германии сильно ослабеет в результате изнурительной войны против Англии и Франции, совершенно не оправдались. Наоборот, Германия теперь значительно усилилась, учитывая тот факт, что большая часть вооружений и автотранспорта французской армии попали в руки вермахта абсолютно целыми и исправными.

На Востоке падение Франции означало серьезный двойной удар для Чан Кайши и китайских националистов. После потери Нанкина они переместили свою промышленную базу в юго-западные провинции Юньнань и Гуанси, вблизи границы с Французским Индокитаем. Считалось, что там безопаснее всего, и к тому же имеется связь с внешним миром. Однако вишистский режим маршала Петена в июле уступил требованиям Японии и согласился на размещение японского военного контингента в Ханое. Так были перерезаны линии снабжения сил националистов через Индокитай.

Получить ЭП(ЭЦП) для ЭДО
Реклама taxcom.ru
Наступление японской Одиннадцатой армии в долине реки Янцзы летом 1940 г. рассекло китайскую армию пополам и привело к огромным потерям в живой силе. Сильным ударом для националистов стало падение крупного речного порта Ичжан 12 июня 1940 г. Оно привело также к полной изоляции их столицы Чунцина и позволило корабельной авиации японцев начать постоянные бомбардировки города. В это время года над рекой почти не было туманов, видимость была отличной, чем не преминули воспользоваться японские летчики. Они бомбили не только города и деревни, расположенные вдоль реки, но и плывшие вверх по реке через великие пороги Янцзы пароходы и баржи с ранеными и беженцами.

Агнес Смедли расспрашивала о сложившемся положении одного врача Красного Креста. Тот ответил, что на Центральном фронте из 150 госпиталей осталось только пять. «А как же раненые?» – спросила Смедли. «Доктор промолчал, но я уже догадалась, каким будет ответ на этот вопрос». Смерть была повсюду. «Каждый день, – писала она, – мы видели вздувшиеся трупы людей, медленно плывущие вниз по реке. Иногда они ударялись о борт баржи, и матросы отталкивали их длинными палками».

Когда Смедли добралась до Чунцина, расположенного на высоких скалах в месте слияния рек Янцзы и Цзялин, ей пришлось вздрагивать от частых взрывов. Но это были не разрывы японских авиабомб, это китайские саперы взрывами пробивали туннели в скалах, чтобы оборудовать в них бомбоубежища. Она заметила, что за время ее отсутствия очень многое в городе изменилось и к лучшему, и к худшему. Провинциальная столица, в которой раньше проживало всего 200 тыс. человек, разрослась почти до миллиона жителей. Весьма радовал бурный рост промышленных кооперативов, но крайне правые, чье влияние в Гоминьдане постоянно усиливалось, видели в кооперативах скрытую опору коммунистов. Значительные изменения к лучшему произошли в военно-медицинской службе. В находившихся под контролем националистов районах открывались бесплатные клиники, однако боссы Гоминьдана опять же стремились взять здравоохранение под свой контроль, преимущественно ради собственного обогащения.

Наиболее зловещим из всего происходящего был резкий взлет к вершинам власти начальника службы безопасности генерала Тай Ли, который, предположительно, имел под своим началом 300 тыс. человек – как носивших форму, так и переодетых в штатское. Власть его была так велика, что, по слухам, он давал указания даже самому генералиссимусу Чан Кайши. Генерал Тай Ли подавлял не только любое проявление инакомыслия, но и всякую свободу слова. Китайская интеллигенция спасалась бегством в Гонконг. В таких условиях были запрещены даже самые безобидные с политической точки зрения организации – например, Ассоциация молодых христианских женщин (YWCA).

Находившиеся в Чунцине иностранцы, по словам Смедли, смотрели на китайскую армию с презрением. «Китай, – говорили они, – не в состоянии вести войну; генералы погрязли в коррупции; солдаты – безграмотные кули, а то и просто дети; народ совершенно невежествен; системы медицинской помощи просто не существует». Некоторые из этих обвинений были справедливыми, некоторые несправедливыми, но почти все они были основаны на нежелании признать, что Китай нес на себе чудовищную тяжесть ведения такой изнурительной войны. И европейцы, и американцы абсолютно не понимали, что поставлено на карту, и почти не помогали Китаю. Существенную помощь стране оказывали только китайцы, проживающие за границей. Китайцы из Малайи, с Явы, из США и многих других стран мира присылали большое количество медикаментов для страны. Размеры их пожертвований были огромны. В 1941 г. японские оккупанты заставят их заплатить высокую цену за эту помощь своим собратьям.

Чан Кайши продолжал свои бессмысленные мирные переговоры с японцами в надежде оказать давление на Сталина и заставить его возобновить военную помощь на прежнем уровне. Но в июле 1940 г. смена правительства в Токио привела к тому, что новым военным министром стал генерал Хидеки Тодзио. Он тут же прекратил ведение этих переговоров и решил лишить китайцев всех возможных источников получения материальной помощи извне. Он старался укрепить отношения с Советским Союзом, а также перерезать все существовавшие на тот момент пути поступления помощи. Военное руководство в Токио стало поглядывать на юг, в сторону Тихого океана, и на юго-запад – в сторону британских, французских и голландских владений по берегам Южно-Китайского моря. Их захват должен был обеспечить Японию рисом и лишить националистический Китай всех поставок извне, но больше всего Япония хотела овладеть нефтяными промыслами Голландской Ост-Индии. Любой возможный компромисс с Соединенными Штатами, который бы включал в себя уход из Китая, казался режиму в Токио просто немыслимым, после того как в ходе «китайского инцидента» погибло 62 тыс. японских солдат.

Во второй половине 1940 г. Коммунистическая партия Китая, получив инструкции из Москвы, перешла в наступление на севере страны силами почти в 400 тыс. бойцов. Оно вошло в историю под названием «Битва ста полков». Целью наступления было сорвать переговоры между Чан Кайши и японцами – они не знали, что переговоры уже прекращены, да и вообще никогда не велись всерьез. Коммунисты сумели потеснить японские войска во многих местах, перерезали железную дорогу Пекин–Ханькоу, разрушили много угольных шахт и даже совершили несколько рейдов в Маньчжурию. В результате такой масштабной военной операции китайские коммунисты потеряли 22 тыс. бойцов, что стало для них тяжелой утратой.

В Европе Гитлер демонстрировал поразительную лояльность по отношению к Муссолини, часто к большому огорчению своих генералов. Но дуче, в прошлом наставник фюрера, лез из кожи вон, чтобы не выглядеть его подчиненным. Фашистский лидер Италии хотел вести свою собственную «параллельную войну», отдельно от нацистской Германии. Муссолини не предупредил Гитлера о своих планах захвата Албании в апреле 1939 г. Он просто притворился, что сделал это за компанию с гитлеровским захватом Чехословакии, состоявшимся в марте. Нацистское руководство Германии также неохотно делилось своими секретами с итальянцами, однако всего через месяц после оккупации Албании подписало с итальянцами «Стальной пакт».

Подобно крайне неосмотрительным любовникам, в надежде получить выгоду от существующих взаимоотношений, оба политических лидера вводили друг друга в заблуждение, и оба чувствовали себя обманутыми. Гитлер не поставил Муссолини в известность о том, что планирует сокрушить Польшу, но в то же время ожидал от Муссолини поддержки в противоборстве с Англией и Францией. А дуче полагал, что в Европе не будет никаких крупных конфликтов на протяжении как минимум еще двух лет. После немецкого вторжения в Польшу в сентябре 1939 г. Муссолини отказался вступить в войну на стороне Германии, чем сильно разочаровал Гитлера. Дуче знал, что его страна не готова к войне, и, чтобы не ввязываться в нее, в обмен на свою поддержку потребовал от Гитлера такое количество военного снаряжения, какого Германия позволить себе не могла.

Перейти на сайт

Вернуться к просмотру
Однако Муссолини все же собирался вступить в войну, но в удобный для него момент, чтобы завоевать колонии и сделать Италию великой державой. Он не хотел упускать возможности, открывшиеся в результате сокрушительного поражения двух великих колониальных держав – Англии и Франции – летом 1940 г. Та невероятная стремительность, с которой Германия провела военную кампанию против Франции, и широко распространенное мнение о том, что Англия будет вынуждена вскоре согласиться на немецкие условия, привели Муссолини в состояние лихорадочной неопределенности. Будущее Европы станет диктовать Германия, почти наверняка став доминирующей силой на Балканах, в то время как Италия рисковала остаться на обочине. Чтобы этого не произошло, Муссолини отчаянно пытался получить право на участие в мирных переговорах. Он счел, что несколько тысяч итальянских солдат, убитых во время кампании против Франции, помогут ему получить заветное место за столом переговоров.

Нацистский режим не возражал против вступления Италии в войну, пусть это и произошло перед самым концом кампании. Однако Гитлер сильно переоценил военный потенциал Италии. Муссолини хвастал тем, что у него восемь миллионов штыков, в то время как на самом деле его вооруженные силы имели в своем составе менее 1.7 миллиона солдат, у многих из которых не было даже винтовки, к которой можно было бы примкнуть штык. Стране катастрофически не хватало денег, сырья и автотранспорта. Чтобы увеличить количество дивизий, Муссолини уменьшил количество полков в них с трех до двух. Из семидесяти трех дивизий полностью оснащены были только девятнадцать. В действительности итальянская армия была вооружена хуже, чем в 1915 г., когда вступила в Первую мировую войну.

Гитлер поступил крайне опрометчиво, поверив басням Муссолини о силе итальянской армии. У дуче был очень узкий военный кругозор, основанный на разрисованных картах в ставке фюрера, где дивизия считалась дивизией, насколько бы неполной, плохо вооруженной и неподготовленной она ни была. Муссолини совершил летом 1940 г. фатальную ошибку, посчитав, что война практически закончилась, в то время как она только начиналась. Ему не могло даже в голову прийти, что вся эта риторика Гитлера о «жизненном пространстве» на востоке когда-либо превратится в конкретные планы. 10 июня 1940 г. Муссолини объявил войну Англии и Франции. В напыщенной речи, произнесенной с балкона Палаццо Венециав Риме, он с большим пафосом заявил, что «молодые и плодовитые нации» сокрушат обессилевшие демократии. Толпа преданных чернорубашечников неистовствовала на площади, но большинство итальянцев было совсем не радо такому развитию событий.

Немцы тоже не пришли в восторг от попыток Муссолини искупаться в лучах славы вермахта. Статс-секретарь рейхсканцелярии видел в союзнике по «Оси» «циркового клоуна, скатывающего красную дорожку после выступления акробата и пытающегося сорвать все аплодисменты». Многие сравнивали объявление войны Муссолини уже почти побежденной Франции с поведением шакала, пытающегося отхватить часть добычи, убитой львом. Оппортунизм дуче был поистине бесстыдным, но за ним скрывалось нечто намного худшее. Муссолини сделал свою страну заложником и жертвой своих собственных амбиций. Он понял, что ему не удастся избежать союза с Гитлером, где последний будет играть главенствующую роль. И все же он продолжал в своем воображении питать иллюзии, что Италия сможет вести политику, направленную на колониальную экспансию, в то время как вся остальная Европа будет втянута в смертельный конфликт. На деле же слабость Италии приведет эту страну к полной катастрофе и принесет много проблем для Германии.

27 сентября 1940 г. Германия подписала Тройственный пакт с Италией и Японией. Отчасти целью заключения этого пакта было удержать США от вступления в войну, которая находилась в стадии затишья после неудачной попытки поставить на колени Англию. Во время встречи Гитлера и Муссолини, которая состоялась 4 октября на перевале Бреннер в Альпах, Гитлер заверил дуче в том, что ни Москва, ни Вашингтон никак не среагировали на заключение Тройственного пакта. Гитлер хотел добиться от Муссолини заключения континентального альянса Германии и Италии для борьбы против Англии.

Фюрер сначала намеревался оставить Средиземноморье в сфере интересов Италии, но вскоре после падения Франции понял, что это не так-то просто. Он был вынужден балансировать между противоречащими друг другу интересами Италии, вишистской Франции и франкистской Испании. Франко хотел получить Гибралтар, а также Французское Марокко и некоторые другие африканские территории, принадлежащие Франции. Но Гитлер не хотел провоцировать недовольство «Французского государства» маршала Петена и верных ему войск в колониальных владениях. С его точки зрения было бы намного лучше, если бы вишистская Франция сама поддерживала порядок в интересах Германии как внутри страны, так и в своих североафриканских колониях до тех пор, пока не закончится война.

После окончания войны он спокойно смог бы отдать французские колонии либо Италии, либо Испании. Но Гитлер, несмотря на свою, казалось, безграничную власть, которую он получил после поражения Франции, так и не сумел убедить своего должника Франко, своего вассала Петена и своего союзника Муссолини поддержать стратегию создания континентального блока против Англии.

22 октября бронированный спецпоезд Гитлера «Америка», имевший в своем составе два паровоза и две платформы с зенитками, остановился на станции Монтуар-сюр-ле-Луар. Здесь состоялась встреча между Гитлером и заместителем Петена Пьером Лавалем, который пытался получить гарантии определенного статуса для режима Виши. Гитлер в ходе встречи ушел от предоставления каких-либо гарантий, одновременно с этим пытаясь убедить режим Виши присоединиться к антибританской коалиции.

Блестящие вагоны «Америки» продолжили свой путь к границе Испании, где на следующий день в пограничном городишке Андай состоялась встреча между Гитлером и Франко. Поезд каудильо задержался в пути из-за плохого состояния испанских железных дорог, и долгое ожидание вывело Гитлера из себя. Два диктатора обошли строй почетного караула, состоявшего из солдат личного эскорта фюрера Fuhrerbegleitkommando, который выстроился на перроне станции. Одетые в черную форму, огромного роста немецкие солдаты горой возвышались над невысоким пузатым Франко, у которого с лица не сходила самодовольная и одновременно заискивающая улыбка.

Когда Гитлер и Франко начали переговоры, словесный поток каудильо не дал фюреру возможности даже открыть рот. К такому положению дел Гитлер абсолютно не привык. Франко говорил об их братстве по оружию во время Гражданской войны в Испании и благодарил за все, что Гитлер сделал для Испании. Он взывал к alianza espiritual («духовному союзу») между двумя странами. Затем он выразил свое глубочайшее сожаление по поводу того, что Испания не в состоянии немедленно вступить в войну на стороне Германии из-за царившей в стране крайней нищеты. Большую часть встречи, длившейся три часа, Франко бессвязно распространялся о своей жизни и прошлом. По окончании встречи Гитлер сказал, что он лучше вырвет три, а то и четыре зуба, чем еще раз встретится с испанским диктатором.

ООО "Эл*мас" РОСС RU.0001.13ФК14

Сертификация системе ISO!
Со скид*кой 11 000 р! Центр сер*ти*фи*ка*ции ISO! Без по*сред*ни*ков и за 3 дня!
ПОДРОБНЕЕ
ФЕДРЕГИСТР.РФ
РЕКЛАМА
В конце концов Гитлеру удалось прервать поток слов каудильо и сказать, что Германия уже выиграла войну. Англия висит на тоненькой ниточке надежды, что ее спасут или Советский Союз, или Соединенные Штаты, но американцам понадобится как минимум полтора или два года, чтобы подготовиться к войне. Единственная угроза, которую еще представляла Англия, заключалась в том, что она могла захватить острова в Атлантическом океане или с помощью де Голля вызвать беспорядки во французских колониях. Именно поэтому он и хочет создать «широкую коалицию» против англичан.

Гитлер хотел захватить Гибралтар, этого же хотели Франко и его генералы, но мысль о том, что операцией будут командовать немцы, не вызывала у них энтузиазма. Франко также опасался, что англичане в отместку захватят Канарские острова. Он был потрясен настойчивыми требованиями немцев отдать им один из Канарских островов и базы в Испанском Марокко. Гитлера также интересовали Азорские острова и острова Зеленого Мыса, принадлежавшие Португалии. Азорские острова не только представляли собой великолепное место для базы немецкого флота в Атлантике. Как гласила сделанная позднее запись в журнале Верховного главного командования вермахта: «Фюрер видит ценность Азорских островов в двух аспектах. Он хочет использовать их для нападения на Америку и хочет обладать ими после окончания войны». Гитлер уже мечтал о новом поколении «бомбардировщиков с дальностью полетов в 6 тыс. км», чтобы иметь возможность нанести удар по Восточному побережью Соединенных Штатов.

Ожидания Франко, что Французское Марокко и Оран будут обещаны ему еще до вступления в войну на стороне Германии, поразили Гитлера как неописуемое нахальство, и это еще мягко выражаясь. Говорят, Гитлер даже распространялся относительно Франко, что тот вел себя как «еврей, который торгуется за самое святое, что у него есть». Затем, во время новой вспышки гнева в присутствии своего окружения, уже по возвращении в Германию, он назвал Франко «иезуитской свиньей». Правительство Франко с новым пронацистским министром иностранных дел Рамоном Серрано Суньером, горячо желающим вступить в войну, все же опасалось раздражать Англию, хотя и было идеологически близким к Германии. Жизнеспособность Испании зависела от импорта, часть которого поступала из Англии, но прежде всего Испания зависела от импорта зерна и нефти из США. После трех лет опустошительной Гражданской войны страна находилась в ужасном состоянии. На улицах испанских городов часто можно было увидеть людей, падающих в голодный обморок. Англичане, а за ними и американцы, умело применяли экономическое давление на Испанию, хорошо понимая, что Германия абсолютно не в состоянии оказать ей какую-либо экономическую помощь. Поэтому, когда стало ясно, что Англия не собирается идти на соглашение с немцами, правительство Франко, находившееся в критическом положении из-за острой нехватки в стране топлива и продовольствия, могло разве что выразить странам «Оси» свою моральную поддержку и пообещать вступить в войну позднее, когда-нибудь. Это, однако, не мешало Франко обдумывать возможность собственной «параллельной войны» – вторжения в Португалию, которая была традиционным союзником англичан. К счастью, этому плану так и не суждено было осуществиться.

После встречи в Андае спецпоезд фюрера вновь направился в Монтуар, где Гитлера уже ожидал сам Петен. Он приветствовал фюрера так, словно они были равными по статусу политическими деятелями, что Гитлеру сразу не понравилось. Старый маршал выразил надежду на то, что отношения с Берлином будут строиться в духе сотрудничества, но его требование о том, чтобы Германия предоставила гарантии целостности колониальных владений Франции, было сразу отвергнуто без всяких церемоний. «Это Франция начала войну против Германии, – ответил Гитлер, – и теперь ей придется заплатить за это “и деньгами, и территорией”». Фюрер, которого Петен раздражал гораздо меньше, чем Франко, оставил вопрос открытым. Он все еще хотел, чтобы вишистская Франция присоединилась к его антибританскому альянсу. Но в конце концов Гитлер пришел к выводу, что на «латинские» страны рассчитывать нельзя, если речь идет о создании континентального блока.

Гитлер колебался относительно продолжения войны против Англии на Средиземном море после того как его военные стратеги пришли к выводу, что шансы на успех при вторжении в Южную Англию будут ничтожны. Теперь все его мысли сосредоточились на вторжении в Советский Союз, хотя и здесь он колебался и склонялся к тому, чтобы отложить начало операции. На всякий случай в начале ноября Верховное главное командование вермахта подготовило план захвата Гибралтара и островов в Атлантике, получивший кодовое название операции «Феликс».

Осенью 1940 г. Гитлер надеялся отрезать Британию от остального мира и изгнать из Средиземного моря Королевские ВМС, а уже после этого начать самую важную военную операцию своей жизни – вторжение в Советский Союз. Он был убежден, что самый простой способ вынудить англичан пойти на переговоры – это нанести поражение Советскому Союзу. Для немецких военно-морских сил настали печальные времена, поскольку с этого момента приоритет в вопросах вооружения перешел к сухопутным войскам и люфтваффе.

Гитлер определенно был готов помочь итальянцам в их планах начать наступление из своей колонии Ливии на английские соединения, дислоцированные в Египте и в районе Суэцкого канала. Это могло связать определенную часть британской армии и таило угрозу регулярным связям Англии с Индией, Австралией и Азией. Однако итальянцы, которые с удовольствием готовы были принять помощь люфтваффе, были не очень рады видеть в своей зоне боевых действий наземные силы вермахта. Они знали, что немцы тут же захотят взять на себя все руководство событиями.

Гитлера особенно интересовали Балканы, поскольку они представляли собой основание его южного фланга для вторжения в Россию. После оккупации Советским Союзом Бессарабии и Северной Буковины Гитлер, не желая в то время нарушать советско-германский пакт, посоветовал румынскому правительству «принять все как есть, до поры до времени». Затем он решил послать в Румынию военную миссию и войска, чтобы обезопасить нефтепромыслы в Плоешти. Единственное, чего Гитлер не хотел, так это чтобы Муссолини взорвал Балканы своим вторжением в Югославию или Грецию из оккупированной итальянцами Албании. Фюрер оказался в этом вопросе не на высоте, понадеявшись на инертность итальянцев.

Вернуться к просмотру
Поначалу все выглядело так, будто Муссолини вообще ничего не собирался предпринимать. Итальянский военно-морской флот, несмотря на прежние воинственные заявления, даже не выходил в открытое море, разве что сопровождал транспортные караваны, идущие в Ливию. Не желая вступать в бой с англичанами на море, итальянцы просто дали возможность своей авиации иногда бомбить Мальту. А в Ливии генерал-губернатор маршал Итало Бальбо не предпринимал никаких действий, настаивая на том, что перейдет в наступление, как только немцы начнут вторжение в Англию.

Англичане в Египте не преминули померяться силами со своим итальянским противником. Вечером 11 июня, сразу же после объявления Муссолини войны, 11-й гусарский полк английской армии на своих устаревших бронетранспортерах «роллс-ройс» двинулся на запад и с наступлением темноты пересек ливийскую границу. Они направились к фортам «Маддалена» и «Капуццо» – двум главным пограничным узлам обороны. Устроив засады в нескольких местах, англичане захватили семьдесят пленных.

Итальянцы пали духом. Никто даже не удосужился поставить их в известность о том, что их правительство объявило войну Англии. 13 июня оба форта были захвачены и разрушены. Через два дня солдаты все того же 11-го гусарского полка взяли в плен на дороге между Бардией и Тобруком еще почти сотню итальянцев. Среди них оказался толстый итальянский генерал, ехавший в штабной машине Lancia в сопровождении «подруги» на последних месяцах беременности, которая не была ему женой. Это вызвало настоящий скандал в Италии. Но намного важнее для англичан было то, что генерал вез с собой все схемы обороны Бардии.

Маршал Бальбо не долго командовал в Ливии. 28 июня бравые итальянские зенитчики, слишком рьяно выполнявшие свои обязанности, сбили по ошибке самолет маршала над Тобруком. Менее чем через неделю назначенный вместо Бальбо маршал Родольфо Грациани пришел в ужас, получив от Муссолини приказ начать 15 июля наступление на Египет. Дуче считал поход на Александрию уже «решенным вопросом». Нетрудно предугадать, что Грациани сделал все, что было в его силах, чтобы перенести дату начала операции. Вначале он заявил, что не может начать наступление в самый разгар лета, а затем – что у него не хватает нужного снаряжения.

В августе герцог д’Аоста, вице-король Итальянской Восточной Африки, одержал легкую победу, вступив из Абиссинии в Британское Сомали и вынудив немногочисленных защитников этой колонии отступить через залив в Аден. Но д’Аоста хорошо понимал, что его положение безнадежно, пока маршал Грациани не завоюет Египет. Зажатый с запада Англо-египетским Суданом и Британской Кенией, в условиях, когда Королевские ВМС полностью контролировали Красное море и Индийский океан, он понимал, что не сможет наладить снабжение своих войск до тех пор, пока итальянская армия не захватит Египет.

Муссолини потерял всякое терпение, а Грациани все тянул с началом наступления. В конце концов, 13 сентября итальянская армия перешла в наступление. Она имела явное численное превосходство над англичанами, располагая пятью дивизиями против трех дивизий неполного состава английских войск и войск стран Британского содружества. 7-я английская танковая дивизия «Крысы пустыни» имела всего 70 танков на ходу.

Итальянцы умудрились заблудиться еще до того, как дошли до границы с Египтом. В соответствии с планом, британские войска осуществляли отход с боем и даже оставили Сиди-Баррани, но тут итальянцы прекратили наступление. Муссолини настаивал на том, чтобы Грациани продолжал наступать вдоль прибрежной дороги, тянувшейся до города Мерса-Матрух. Но в это время началась подготовка к вторжению в Грецию, и войска Грациани не получили топлива и боеприпасов, необходимых для продолжения наступления.

Немцы несколько раз предостерегали Муссолини от нападения на Грецию. 19 сентября дуче заверил Риббентропа, что не начнет вторжение в Грецию или Югославию, не завоевав сначала Египет. Казалось, итальянцы согласились с тем, что их главной мишенью должна стать Англия. Но затем, 8 октября, Муссолини, узнав, что Германия направила свои войска в Румынию, посчитал, что немцы относятся к нему с пренебрежением. Его министр иностранных дел граф Чиано просто забыл ему сказать, что Риббентроп упоминал об этом во время своего визита в Италию. «Гитлер постоянно ставит меня перед свершившимися фактами, – сказал дуче 12 октября Чиано. – На этот раз я отвечу ему тем же».

На следующий день Муссолини отдал приказ Верховному командованию вооруженных сил начать разработку планов немедленного вторжения в Грецию с территории Албании, уже оккупированной итальянцами. Ни у кого из высокопоставленных офицеров итальянской армии, и в первую очередь у командующего итальянской армией в Албании генерала Себастьяно Висконти Праска, не хватило смелости предупредить дуче об огромных проблемах с транспортом и снабжением, которые могут возникнуть во время проведения зимней кампании в горах Эпира. Приготовления шли в полном беспорядке. По экономическим причинам большая часть итальянской армии была демобилизована. Те подразделения, в которых не хватало солдат, нужно было переформировать. В соответствии с планом, для проведения кампании было необходимо двадцать дивизий, но для переправки такого количества войск через Адриатическое море требовалось не менее трех месяцев. Муссолини же хотел начать наступление 26 октября, меньше чем через две недели.

Немцы знали об этих приготовлениях, но полагали, что итальянцы не начнут наступление в Греции, пока не продвинутся в Египте и не возьмут Мерса-Матрух. Гитлер узнал о надвигающемся вторжении в Грецию, когда в своем бронированном поезде возвращался в Германию после встреч с Франко и Петеном. Вместо того чтобы проследовать до Берлина, спецпоезд фюрера повернул обратно. Гитлер отправился во Флоренцию, а министерство иностранных дел Германии срочно попросило Муссолини встретиться там с фюрером.

Ранним утром 28 октября, незадолго до начала встречи с Муссолини, Гитлеру сообщили о том, что вторжение в Грецию только что началось. Фюрер был в ярости. Он догадался, что дуче завидует немецкому влиянию на Балканах, но Гитлер предвидел и то, что итальянцев на Балканах может ожидать большой сюрприз. Больше всего Гитлер опасался того, что такой поворот событий может привести к появлению в Греции английских войск и баз бомбардировщиков, которые смогут оттуда нанести удар по нефтепромыслам в Плоешти. Безответственность Муссолини могла даже поставить под угрозу начало операции «Барбаросса». Но фюрер смог совладать со своей яростью к тому времени, когда спецпоезд остановился на платформе во Флоренции, где его ожидал Муссолини. На состоявшейся в Палаццо Веккьо встрече вопрос вторжения в Грецию лидеры двух стран едва затронули, разве что Гитлер предложил помощь одной авиадесантной и одной парашютно-десантной дивизий, чтобы предотвратить захват англичанами острова Крит.

Вернуться к просмотру
•
16+
В 3 часа утра того же дня итальянский посол в Афинах предъявил греческому диктатору генералу Иоаннису Метаксасу ультиматум, срок которого истекал через три часа. Метаксас ответил одним словом: «Нет». Но фашистский режим не интересовал его ответ, будь он положительным или отрицательным. Вторжение, в котором участвовало 140 тыс. солдат и офицеров, началось через два с половиной часа.

Итальянские войска начали наступление под проливным дождем. Они не смогли далеко продвинуться. Дождь шел двое суток подряд не переставая. Потоки воды и вышедшие из берегов реки снесли почти все мосты, а те, что не были смыты водой, взорвала греческая армия, которая хорошо знала о надвигающемся вторжении, которого в Риме не скрывали. Грунтовые дороги превратились в непроходимые болота.

Греки, обеспокоенные тем, что вторжение в их страну могут начать и болгары с северо-востока, вынуждены были оставить четыре дивизии в Восточной Македонии и Фракии. Греческая линия обороны проходила от озера Преспа на границе с Югославией через горы Граммос и затем вдоль быстрой речки Тиамис до морского побережья напротив южной оконечности острова Корфу. У греков было очень мало танков и противотанковых орудий, почти не было современных самолетов. Но их самым главным преимуществом была всеобщая, полная ненависти к врагу, решимость отразить нападение презираемых ими «макаронников», как они называли итальянцев. Даже греческая община в Александрии была охвачена патриотическим порывом. Около 14 тыс. человек отправились из Александрии в Грецию, чтобы вступить в бой с итальянцами, а средства, собранные александрийскими греками, превысили оборонный бюджет всего Египта.

5 ноября итальянцы возобновили наступление, но смогли прорвать греческую оборону только на побережье и к северу от города Коница, где дивизия альпийских стрелков Julia смогла продвинуться больше чем на двадцать километров. Но Julia, одно из лучших соединений итальянской армии, не получив никакой поддержки, вскоре очутилась практически в окружении. Вырваться из него смогла только часть дивизии, и генерал Праска отдал приказ своим войскам перейти к обороне на всем протяжении фронта в 140 километров. Верховное командование итальянской армии в Риме вынуждено было отложить начало наступления в Египте и перебросить войска для усиления армии в Албании. Заявления Муссолини, что он оккупирует Грецию за пятнадцать дней, оказались пустым хвастовством, однако он все еще не сомневался, что его армия все же добьется победы. Гитлера абсолютно не удивило такое унижение его союзника, ведь он уже предсказывал, что греки – лучшие солдаты, чем итальянцы. Генерал Александрос Папагос, начальник Генерального штаба греческой армии, уже подтягивал резервы, готовя контрнаступление.

Еще один удар по итальянской гордости был нанесен в ночь на 11 ноября, когда английский флот нанес удар по итальянской военно-морской базе в Таранто с помощью самолетов «фэйри сордфиш», базировавшихся на авианосце Illustrious, а также силами эскадры, состоявшей из четырех крейсеров и четырех эсминцев. Три итальянских линкора: Littorio, Cavour и Duilio,– были поражены торпедами, в ответ на что итальянцы смогли сбить только два английских самолета. Cavour был потоплен. Адмирал сэр Эндрю Каннингем, главнокомандующий британскими силами в Средиземном море, мог быть спокоен – ему больше незачем было опасаться итальянского флота.

14 ноября генерал Папагос начал контрнаступление, зная, что имеет численное превосходство на албанском фронте, пока к итальянцам не подошли подкрепления. Его солдаты, обладая большим мужеством и выносливостью, продвигались вперед. К концу года греки оттеснили итальянскую армию обратно в Албанию, заставив ее даже отступить на пятьдесят-семьдесят километров от границы вглубь страны. Итальянские подкрепления, увеличившие армию до 490 тыс. солдат и офицеров, ничего не решили. В апреле следующего года, к тому времени, когда Гитлер начал свое вторжение в Грецию, итальянская армия потеряла почти 40 тыс. убитыми и еще 114 тыс. человек получили ранения, заболели или обморозились. Претензии Италии на статус великой державы лопнули, как мыльный пузырь. Какие-либо мысли о «параллельной войне» у дуче в дальнейшем никогда не возникали. Муссолини больше не был союзником Гитлера – он стал его подчиненным.

Хроническая военная слабость Италии вскоре стала очевидной и в Египте. Генерал сэр Арчибальд Уэйвелл, главнокомандующий британскими войсками на Ближнем Востоке, имел внушительный список обязанностей, отвечая за Северную Африку, Восточную Африку и Ближний Восток в целом. Он начал кампанию, имея под своим командованием в Египте всего 36 тыс. солдат и офицеров, которым противостояла Ливийская армия итальянцев, насчитывающая 215 тыс. человек. На юге герцог д’Аоста имел под своим началом почти четверть миллиона солдат, большинство из которых, правда, составляли туземные войска. Но вскоре на помощь Уэйвеллу стали прибывать и англичане, и войска стран Британского Содружества.

Уэйвелл, молчаливый, очень образованный и любящий поэзию человек, не внушал Черчиллю доверия. Драчливому премьер-министру нужен был человек-огонь, особенно здесь, на Ближнем Востоке, где итальянцы были так уязвимы. Черчиллю не терпелось. И к тому же он недооценивал все сложности ведения войны в пустыне. Уэйвелл опасался, что Черчилль будет вмешиваться в его планы, и поэтому не сказал ему, что готовит контрнаступление под кодовым названием операция «Компас». Он сказал об этом Энтони Идену, находившемуся в то время с визитом в Египте, и то лишь тогда, когда его попросили помочь грекам оружием, которого у них так не хватало. Говорят, что когда Черчилль, по возвращении Идена в Лондон, услышал о планах Уэйвелла, «он мурлыкал от удовольствия, как шесть кошек сразу». Он тут же начал подталкивать Уэйвелла начать наступление как можно раньше, не позднее текущего месяца.

Командиром оперативной армейской группы в Западной пустыне был генерал-лейтенант Ричард О’Коннор. Жесткий и решительный человек невысокого роста, О’Коннор имел под своим командованием 7-ю танковую и 4-ю индийскую дивизии, развернутые приблизительно в сорока километрах к югу от главных итальянских позиций в Сиди-Баррани. Небольшое подразделение, отряд «Селби», выдвинулся по прибрежной дороге из Мерса-Матрух, чтобы нанести удар по Сиди-Баррани с запада. Корабли английского флота находились неподалеку от побережья, готовые в любой момент оказать артиллерийскую поддержку. О’Коннор уже создал на пути наступления замаскированные склады боеприпасов и топлива.

Электронная подпись - получите!
Элек*трон*ная под*пись - быст*рое по*лу*че*ние по всей Рос*сии, в УЦ Кон*ту*ра!
ПОДРОБНЕЕ
KONTUR.RU
РЕКЛАМА
Поскольку было известно, что у итальянцев в Каире множество тайных агентов, включая людей в окружении короля Фарука, сохранять полную секретность было крайне сложно. Поэтому, чтобы создать впечатление, что он не планирует никаких активных действий, генерал Уэйвелл накануне наступления отправился вместе с женой и дочерьми на скачки в Гезире, а затем устроил вечеринку в клубе.

Когда ранним утром девятого декабря началась операция «Компас», англичане поняли, что им удалось достичь полной неожиданности. Индийская дивизия, на острие атаки которой шли танки «матильда» 7-го Королевского танкового полка, заняла главную оборонительную линию итальянцев на краю Сиди-Баррани менее чем за 36 часов. Подразделение 7-й танковой дивизии, наступающее в северо-западном направлении, перерезало прибрежную дорогу между Сиди-Баррани и Букбуком. Одновременно главные силы дивизии атаковали дивизию Catanzaro, занявшую позиции перед Букбуком. 4-я индийская дивизия овладела Сиди-Баррани к концу дня 10 декабря, после чего четыре итальянские дивизии, дислоцированные в этом районе, сдались на следующий день. Букбук также был захвачен британскими войсками, а дивизия Catanzaro разгромлена. И только дивизия Cirene, дислоцированная в сорока километрах к югу, смогла уйти от поражения, быстро отступив к перевалу Халфайя.

Войска О’Коннора одержали ошеломляющую победу. Потеряв всего 624 человека, они взяли в плен 38 тыс. солдат и офицеров противника, захватили 237 орудий и 73 танка. О’Коннор хотел продолжать наступление, но ему пришлось остановиться. Большую часть 4-й индийской дивизии пришлось перебросить в Судан, чтобы помочь отразить атаки войск герцога д’Аоста в Абиссинии. Взамен 4-й индийской дивизии О’Коннор получил 16-ю австралийскую пехотную бригаду, которая была передовым соединением прибывшей позднее 6-й австралийской дивизии.

Главной целью наступления англичан была Бардия – портовый город в Ливии, у границы с Египтом. По личному приказу Муссолини маршал Грациани сосредоточил вокруг Бардии шесть дивизий. Пехота О’Коннора перешла в наступление 3 января 1941 г. при поддержке оставшихся «матильд». После трех дней боев итальянцы сдались частям 6-й австралийской дивизии. В плен было взято 45 тыс. солдат и офицеров противника, захвачено 462 полевых орудия и 129 танков. Командующему итальянскими войсками в этом регионе генералу Аннибале Бергонцоли, прозванному за пугающую растительность на лице Электрические Усы, удалось бежать на запад. Британские войска потеряли всего 130 человек убитыми и 326 ранеными.

Тем временем английская 7-я танковая дивизия наступала с целью отрезать от основных сил противника город Тобрук. Две австралийские бригады спешили ей на помощь из Бардии. Тобрук также сдался. В руки британцев попало еще 25 тыс. военнопленных, 208 орудий, 87 бронетранспортеров и 14 проституток итальянской армии, которых отправили в монастырь в Александрии, где они были вынуждены томиться до самого окончания войны.

О’Коннор был крайне обеспокоен, когда услышал, что Черчилль предложил Греции послать ей на помощь британские войска и авиацию, что ставило под вопрос продолжение наступления в Ливии. К счастью, Метаксас отказался. Он считал, что любая помощь меньше чем в девять дивизий несла в себе риск вмешательства в конфликт немцев, не давая никакой надежды сдержать их.

Тем временем в Восточной Африке продолжался развал итальянской колониальной империи. 19 января 1941 г., когда 4-я индийская дивизия в полной боевой готовности уже находилась в Судане, части генерал-майора Уильяма Платта начали наступление на попавшую в окружение неповоротливую армию герцога д’Аоста в Абиссинии. Двумя днями позднее в сопровождении майора Орда Уингейта в страну вернулся император Хайле Селассие, чтобы участвовать в ее освобождении. На юге, с территории Кении, началось наступление британских войск под командованием генерал-майора Алана Каннингема, младшего брата адмирала Каннингема. Итальянская армия, страдающая от крайне плохого снабжения, была не в состоянии долго оказывать сопротивление.

В Ливии О’Коннор принял решение пойти ва-банк и окружить основную часть итальянских войск на прибрежном выступе Киренаики. С этой целью он направил 7-ю танковую дивизию напрямую через выступ к заливу Сидра, расположенному к югу от Бенгази. Но многие английские танки на марше вышли из строя из-за поломок, а ситуация со снабжением войск была тяжелейшей, поскольку линии снабжения растянулись почти на 1300 километров от Каира. Перед сильно укрепленными позициями итальянцев в районе Мечили, к югу от горного массива Джебель-Ахдар, О’Коннор приказал дивизии на время остановиться. Но высланные в разведку броневики, а также самолеты Королевских ВВС обнаружили признаки массового отступления итальянцев. Маршал Грациани начал эвакуировать итальянские войска из Киренаики.

4 февраля гонка, которую английские кавалеристы назвали «скачки с препятствиями в Бенгази», развернулась в полную силу. 7-я танковая дивизия, в первом эшелоне которой шел 11-й гусарский полк, продвигалась вперед через труднопроходимую местность, чтобы не позволить остаткам Десятой итальянской армии выскользнуть из окружения. 6-я австралийская дивизия преследовала отступающего противника вдоль побережья и 6 февраля вошла в Бенгази.

Узнав о том, что итальянцы приступили к эвакуации Бенгази, командир 7-й танковой дивизии генерал-майор Майкл Крейг выслал вперед летучий отряд, чтобы перерезать итальянцам дорогу к отступлению у городка Беда-Фомм. Этот отряд в составе 11-й гусарского полка, 2-го батальона стрелковой бригады и трех батарей Королевской конной артиллерии добрался до дороги в самый нужный момент. По ней двигались 20 тыс. итальянцев, отчаянно пытавшихся вырваться из окружения. Англичане боялись, что эта волна итальянцев, намного превосходящая их по численности, просто сметет все со своего с пути. Но в тот самый момент, когда казалось, что их вот-вот захлестнет эта людская масса, появились легкие танки 7-го гусарского полка. Они атаковали левый фланг итальянских войск, вызвав среди них страшную панику и хаос. Бой продолжался до заката.

Сражение разгорелось с новой силой на рассвете следующего дня, когда к итальянцам подошли танки. Но британский летучий отряд тоже начал получать подкрепления, по мере того как подтягивались части 7-й танковой дивизии. Более восьмидесяти итальянских танков были уничтожены, когда пытались прорвать кольцо окружения. В это время австралийцы, наступающие из Бенгази, начали давить на итальянцев сзади. После того как последняя попытка прорваться провалилась утром 7 февраля, генерал Бергонцоли сдался подполковнику Джону Комбу из 11-го гусарского полка. Электрические Усы был самым старшим по званию офицером, оставшимся в Десятой армии.

Сколько хватало глаз, повсюду на земле, съежившись под дождем, сидели одной огромной толпой обессиленные и жалкие итальянские солдаты. Когда одного из подчиненных Комба запросили по радио, сколько пленных взял 11-й гусарский полк, говорят, он ответил с подлинно кавалерийской бесшабашностью: «О, я думаю несколько акров».

Через пять дней после этих событий в Триполи приземлился самолет, на борту которого находился Эрвин Роммель. За ним следовали передовые части того, что впоследствии войдет в историю как немецкий Африканский корпус.

Максим Калашников

13.08.2021, 09:23

https://history.wikireading.ru/69070

Знаешь, читатель, в истории самой Второй Мировой есть два решающих года – 1940 и 1941-й. И эти же годы стали средоточием тайн и загадок. И самая главная загадка, воистину главная загадка ХХ столетия – это то, что произошло 22 июня 1941 года. Ведь последствия того самого длинного дня в истории человечества ощущаются и сегодня, и будут чувствоваться очень-очень долго.

Поражает какая-то чудовищная «комедия ошибок». Гитлер был кем угодно, но только не сумасшедшим. Храбрый немецкий солдат, прошедший Первую Мировую, он хорошо изучил ее опыт. Перспектива борьбы на два фронта была для него кошмаром, равно как и для всего немецкого генералитета. Тем не менее, он в сорок первом кидается на нас, оставив в тылу хотя и побитую, но несломленную Англию и незаконченную кампанию в Средиземноморье, вынуждая Германию драться на трех фронтах сразу!

Вторая непонятная вещь: предупреждения Сталину о готовящемся вторжении Гитлера в Россию идут по множеству каналов. Он же упрямо считал: немцы не нападут. При этом Сталина ни до, ни после нельзя обвинить ни в легкомыслии, ни в неосторожности. Но он так и не отдал приказа поднять самолеты с приграничных аэродромов, дабы нанести упреждающий удар, не передислоцировал механизированные корпуса.

Объяснение напрашивается одно: Гитлер надеялся заключить мир и даже союз с британцами. Но тогда какого черта он летом 1940-го начал воздушную войну против Англии? Да еще и перевел ее с 7 сентября 1940-го в фазу налетов на Лондон, уничтожая мирное население? При этом он рискует лучшими летчиками, подрывая мощь Люфтваффе. Неужели Вторая Мировая была до конца мистической войной, и потому сопровождалась периодическими «затмениями» сознания вождей под действием какого-то запредельного ментального оружия? Увы, англичане и американцы до сих пор отказываются открывать архивы той войны, а в наших архивах, несмотря на все перестройки-демократии, якобы не нашли по этому поводу ничего нового. Поэтому нам приходится опираться лишь на свои логические заключения.

А не видим ли мы следы большого стратегического плана Гитлера – по уничтожению двух «выскочек», США и СССР?

Наверное, немцы рассчитывали, что англичане пойдут на заключение мира с ними, что в Англии придет к власти та часть аристократии, которая пойдет на сговор с Берлином. В обмен на сохранение Британской империи и на возможность поживиться за счет французских колоний англичане признают завоевания Германии на континенте и не помешают немцам бить русских.

Америки в тот момент немцы не боялись. Америка еще не в войне (Германия объявит ее США только в декабре 1941-го), многие американцы в тот момент сочувствуют немцам. Здесь и национальный герой Чарльз Линдберг, первым перелетевший Атлантический океан, и влиятельнейший клан во главе с Джозефом Кеннеди. Замысел логичен: Гитлер, как и немцы кайзеровских времен, считал англичан всего лишь заблудшими германцами, которых нужно вынудить пойти на союз с Германией. Разрушение Британской империи тевтонам, по мысли Гитлера, ни к чему: ее остатками поживятся эти варвары-русские во главе с жидами и комиссарами, да еще и это гнездо плутократов и сионистов – США. Не зря Гитлер считал модель британской колонизации Индии (несколько десятков тысяч белых англичан держат в повиновении сотни миллионов туземцев) примером для подражания – ибо, мол, только так горстка немцев сможет править захваченными русскими землями. Он не скрывал своих симпатий к Британской империи еще в «Майн кампф».

В пользу этой версии говорят некоторые факты. Например, серьезные экономические переговоры между английскими немецкими промышленниками об общей экономической политике. В начале 1939 года Герман Геринг лелеял надежду замириться с англичанами, уповая на «второй Мюнхен». К Герингу в его особняк-дворец Каринхалле часто приезжал глава шведского концерна «Электролюкс» Аксель Веннер-Грен, который имел доступ к английскому премьеру Чемберлену. Четырежды Геринг посылал в Лондон своего доверенного – Гельмута Вольтата. До самого вторжения в Польшу Геринг держал два самолета Ю-52 в постоянной готовности, чтобы полететь в Лондон и совершить историческое англо-немецкое примирение.

Видимо, в Берлине считали, что лучше залучить британцев в партнеры, создав при этом союз трех империй – Британской, Германской и Японской. Тем более, что еще в 1902 году англичане с японцами уже создавали военно-морской союз, продержавшийся двадцать лет. В этом же случае все трое получают свои куски добычи за счет разгромленного СССР и начинают дружить против выскочки-США, этого логовища масонов и евреев. Создается «Ось трех империй». И теперь уже американцы попадают в геополитическую западню, имея дело с флотами сразу трех держав и ужасаясь перспективе появления немецкого плацдарма в Латинской Америке, которая тогда ненавидела янки.

Кстати, после Первой Мировой отношения между Лондоном и Вашингтоном обострились, и Гитлер об этом прекрасно знал. Знал он и о том, что англичане так и не оправились от тяжелейших потерь в Первой Мировой и не хотят больше нести тяжелых потерь. У них еще недавно бушевал пацифизм. Перспектива налетов врага на большие города – это ужас и кошмар, это сюжеты леденящих кровь фантастических романов и фильмов 1920-1930-х годов.

Если же, думал Гитлер, я договорюсь с британцами, и мои друзья в Англии свалят правительство Черчилля, то я смогу спокойно воевать со Сталиным. Японцам же останется «перейти границу у реки» и начать наступление на Владивосток, перехватывая Транссибирскую магистраль. И дело тогда, как говорится, будет в шляпе. Нам, немцам, не придется отвлекаться на отражение налетов стратегической авиации с Британских островов и отвлекать силы на борьбу за Атлантику.

А теперь ответим на недоуменные вопросы, заданные ранее по поводу боевых действий Гитлера против Англии.

Итак, в мае-июне 1940 года Гитлер решительными ударами громит Францию и английский экспедиционный корпус на континенте, и наступает очень интересный момент в войне. Вся Западная Европа – в руках немцев. Германия не воюет с СССР, она не воюет и с Соединенными Штатами. Против немцев остается только Англия…

Англичане до сих пор гордятся тем, что они летом-осенью 1940 года, когда в войну не вступили еще ни русские, ни американцы, в одиночку сражались с немцами, выдерживая налеты неисчислимых авиационных армад Геринга. Мол, выстояли мы и победили, из войны не вышли, и немцам все-таки пришлось сражаться и на Западе, и на Востоке, и, откровенно говоря, в Северной Африке тоже.

Но только при этом британцы как-то не любят вспоминать о том, что всерьез их немцы как раз и не били. В самом начале войны Люфтваффе получили строжайший запрет: не атаковать корабли британского флота, которые стоят в гаванях. Что за глупость! Ведь гитлеровский флот был очень мал, и самым логичным было уничтожить английские дредноуты, авианосцы и крейсеры с воздуха. Немцы-то готовились к высадке в Норвегии и поэтому им нужно было очистить море от вражеских эскадр. Но Гитлер запретил налеты на военно-морские базы англичан, потому что боялся жертв среди английского мирного населения. Не рассчитывал ли он на то, что ему еще пригодятся и симпатии британцев, и их военный флот?

Май 1940-го. Наголову разгромив англо-французские войска и прижав их к Дюнкерку, гитлеровцы могли устроить там грандиозную мясорубку, уничтожив последние остатки британской армии. Но немцы не сделали этого. Они позволили британцам покинуть материк, прихватив с собой даже кое-какую тяжелую технику. Так, словно не хотели делать англичан смертельными врагами.

После Дюнкерка в мае 1940 г. Англия практически беззащитна и деморализована. Армии у нее нет. Ее приходится восстанавливать после тяжелого поражения на материке. На островах приходится создавать отряды ополчения, вооружая их допотопными винтовками. Вот – самый удобный момент для броска немцев через Ла-Манш! Его можно оградить минами от действий английского флота, бросив против британских кораблей всю мощь авиации Геринга – как это было вскоре на Средиземном море. В конце-концов, Норвегия была не менее безумной операцией. Но … немцы не делают этого. Вместо этого они летом 1940-го, надеясь принудить англичан к заключению сепаратного мира, начинают воздушную кампанию над Британией. Очень странную, больше похожую на нахрапистый наскок малыми силами, чем на серьезную воздушно-наступательную операцию. Позже это назовут «Битвой за Англию».

Англичане не любят вспоминать и о том, что немцы в 1940-м воевали походя, не особо себя утруждая. Их экономика, в отличие от английской, не прошла мобилизации, и они даже снижали выпуск бомбардировщиков и истребителей в самый разгар воздушного наступления на британцев. Вот факт: в пору так называемой «Битвы за Англию» немцы выпускали в среднем 178 самолетов ежемесячно, а британцы – 470. В августе 1940 года число истребителей, которыми располагали люфтваффе Германа Геринга, составляло только 69 процентов от того, что они имели всего тремя месяцами ранее. Они странным образом не додумались до того, чтобы обеспечить хорошее прикрытие своим бомбардировщикам, оснастив свои истребители подвесными баками, почему-то не стали развертывать сильную сеть аэродромов на севере Франции. Это что, война всерьез?

Всерьез немцы с Британской империей не воевали!

Вот один вопрос: почему отлично мыслящие и моделирующие немцы не стали совмещать свой небесный натиск на Альбион летом-осенью 1940-го с развертыванием подводной войны против него? Судите сами. Разгар «войны в воздухе» над Англией – это июль-сентябрь 1940 года. А что в это время делают немецкие подводники? Они еще очень слабы и ни о какой тотальной морской блокаде Британии даже речи не идет. На 1 сентября у немцев в распоряжении имеется 57 субмарин – ровно столько же, сколько и годом раньше, при официальном начале Второй мировой. На позициях вокруг Британии они могут держать всего 7-8 лодок, оставляя огромные бреши для прохода кораблей снабжения. Топить все, что идет в Англию, они не могут чисто физически – и потому не способны оставить англичан без топлива и продовольствия. К тому же, флот Германии слеп: из-за упрямства Геринга он лишен самолетов разведки и наведения. Летом-осенью 1940-го командование подводных сил Рейха не имело больше четырех самолетов-разведчиков в своем распоряжении! А на Рождество 1940 года в море находилась одна-единственная немецкая лодка. Одна – против всей Англии! И только в июле 1941 года число немецких лодок, наконец-то, превосходит их количество на 1 сентября 1939-го.

Странная война с Англией получается: когда напрягаются немецкие ВВС – слабы немецкие ВМС. Когда же начинается серьезная морская война – прекращается германский воздушный натиск. Какая-то очень скупая и неорганизованная война со стороны немцев выходит. Будто бы они англичан жалеют.

Возжелай Гитлер в 1940-м действительно сломать хребет британцам, то он бы навалился на них по нескольким направлениям сразу, дополняя атаки с воздуха подводной блокадой Англии, да еще и нападениями надводных рейдеров. Так, чтобы перерезать трассы танкерам, которые доставляли нефть англичанам из США, чтобы оставить Англию без подвоза продовольствия. (Нефть-то в том году поступала на Британские острова не с Ближнего Востока, а из Америки). Если б Гитлер рассчитывал воевать с англичанами всерьёз, то он и лодок бы настроил, да ещё и завалил входы-выходы из британских гаваней магнитными минами, как они сделали это с нами на Черном море. Вполне логичным представлялось разбомбить Ливерпуль – главный морской порт, через который шло внешнее питание Англии, разгромить несколько предприятий, выпускавшие авиамоторы и боевые самолеты, парализовать их железнодорожное сообщение, разбомбив транспортные узлы и железнодорожные мосты. После этого можно было растирать гордых бриттов в порошок без всяких препятствий, расстреливая с воздуха паровозы и автомобили. Так, как это в 1944-1945 годах делали бомбардировщики англичан и американцев уже с самой Германией. Да еще бы и поддержал по-настоящему антианглийское восстание в Ираке в мае 1941-го, лишив нефти английские войска в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Но ведь было все иначе, и англичане подавили иракское восстание!

А что произошло на самом деле? Пощадив британский корпус при Дюнкерке, немцы сначала начинают воздушную войну. Бросив ее на полпути, немцы неспешно занимаются подводной войной против Англии, разворачивая ее по-настоящему только в 1941-1942 годах. Знаете, так настоящие дела не делают.

Да и сколько самолетов бросили немцы в 1940-м на англичан? 2200. В июне сорок первого они против нас кинут почти пять тысяч машин. Разница есть?

Таким образом, Гитлер рассматривал англичан как братский народ, который следовало вывести из войны. Поэтому гитлеровцы били англичан, в общем, не в солнечное сплетение, а долбили их психику. Немцы не английскую промышленность уничтожают, а собор в Кентербери и бомбят бедные окраины Лондона. Ну, еще пытаются устроить «воздушный Верден»: перебить английские истребители в воздушных боях. Так, чтобы темпы уничтожения авиапарка британцев опережали темпы выпуска истребителей на британских заводах. Видно совершенно четко: немцы сберегали Англию, они щадили ее. Ну, Ковентри они разрушили – так ведь это небольшой город с текстильной промышленностью. Но не случилось ни одного налета на богатые районы Лондона – наци громили только рабочие предместья. Двух зайцев одним махом убивахом: и элиту, мол, не злим, и народ на эту элиту натравливаем. Пусть английский рабочий класс потребует прекращения войны, мира с немцами, надавив на своих аристократов. Сдается нам, что означает это одно: Гитлер до последнего надеялся на то, что кабинет Черчилля падет, и к власти в Великобритании придут сторонники союза с Германией.

Эта версия объясняет и загадочный полет Гесса, сподвижника Гитлера, а Англию. Гесс в мае 1941-го перелетел на Ме-110 в Британию, очевидно – для переговоров с британскими верхами относительно замирения и совместной борьбы с русскими. Мы пока не знаем, что англичане сказали Гессу, да и сам он, просидев в заключении все эти годы, якобы покончил жизнь самоубийством, повесившись в тюрьме Шпандау в 1987 году. В то, что это было самоубийством, никто не верит. Во всяком случае, мы прекрасно знаем о том, что после миссии Гесса Гитлер спокойно нападает на Россию, будто рассчитывая на то, что Англия мешать ему не станет.

Давайте влезем в шкуру наблюдателя из мая 1941 года, забыв о том, что мы – люди 2000-х. Что творилось с точки зрения Сталина того времени? Нечто очень похожее на завязывание тайного германо-британского союза. Кто срывал все попытки СССР 1938-1939 годов сколотить антигитлеровскую коалицию с саботировал переговоры? Англия. Кто ему не мешал? Англия. Кого Гитлер странно щадил? Англию. Странный полет Гесса и его таинственное общение с англичанами наводило на нехорошие мысли.

Historical-fact

14.08.2021, 15:27

https://historical-fact.livejournal.com/290852.html
vasiliy_eremin (vasiliy_eremin) написал в historical_fact
2021-08-13 09:53:00 269

В основном, по материалам книги Хмелинского П.В. "Навстречу смерчу":

Кто и как определял военную политику в СССР в довоенные времена? Не ответив на этот вопрос, мы не сможем понять причин тяжелых поражений РККА 1941−42 годов.

Сталин не только физически уничтожил большинство членов ЦК партии и Политбюро 20-х годов; даже пережившие все волны репрессий "ближайшие соратники" висели на волоске. Одни из них могли считаться, строго говоря, "членами семьи врага народа", так как у них были репрессированы ближайшие родственники (Молотов, Каганович, Калинин); других Сталин в разное время всерьез обвинял в предательстве (Молотов, Микоян, Ворошилов). Лазарь Каганович, находясь на пенсии, в частном разговоре как-то признался, что при Сталине боялся по ночам уличного визга тормозов... Подлинная (а не рекламируемая) генеральная линия, вопреки впечатлению Бухарина, существовала, но она была строго засекречена ото всех. Достаточно полное представление о ней имел только один человек на свете. Сталин много раз противоречил сам себе, круто менял курс категорически опровергал назавтра то, что категорически утверждал позавчера; выступал против своего же "культа личности". Но нигде и никогда он не формулировал свои настоящие замыслы от "а" до "я"... Рассекречивание каких угодно архивов не даст нам в руки документа, в котором бы вождь откровенно излагал свои концепции и свою политическую стратегию. Он вел себя, как зверь, запутывающий следы.

Многочисленные мемуаристы, описывающие довоенные совещания в Кремле, не приводят... ни одного случая живой дискуссии, настоящего обмена аргументами между Сталиным и кем-либо из присутствовавших. Обычно хозяин кабинета прохаживался, не мешая гостям высказываться и спорить, а в какой-то момент объявлял свое решение. Он часто задавал вопросы выступающим, но очень редко мотивировал свои окончательные приговоры. И мотивировки эти были предельно краткими. Так, он в один прекрасный день прекратил строительство многобашенных танков (которое до тех пор поддерживал), сказав: "Нечего делать из танка "Мюр и Мерилиз" (название крупного московского универмага со множеством башенок на крыше).

Он хотел, чтобы исполнили его волю, но не хотел, чтобы поняли его мысли. С этой целью он время от времени устраивал домашний театр абсурда: например, на одном из послевоенных заседаний Политбюро вышел из кабинета, сказав, что хочет позвонить Мао Цзэдуну и попросить сто миллионов долларов взаймы, а вернувшись, заявил, что Мао дать в долг согласен, но мы брать не будем.

По свидетельству работавшего в Кремле переводчиком Н. Т. Федоренко, "Сталин вообще редко смотрел на собеседника. Его взгляд обычно был обращен куда-то в сторону... Сталин искусно носил маску, за которой скрывалось нечто непостижимое... Весь его облик, манера держаться, беседовать как бы говорили окружающим, что власть должна быть таинственной, ибо сила власти в ее неразгаданности... Достаточно было появиться Сталину, как все будто переставали дышать, замирали. Вместе с ним приходила опасность" {3}.

Тираны и тирании тоже бывают разные. Гитлер выступал перед своими генералами на закрытых совещаниях с подробными обоснованиями и описаниями планов завоевания мирового господства. Каждый следующий его внешнеполитический или военный акт не был сюрпризом для приближенных. А начальник советского Генштаба Б. М. Шапошников, например, узнал о войне с Финляндией в 1939 году, находясь в отпуске, из газет. По словам В. Новобранца, приехав в Москву и узнав подробности, Шапошников "потрясенный, схватился за голову, бегал по кабинету и с болью в голосе восклицал:
— Боже! Что наделали! Ай-яй-яй! Осрамились на весь мир! Почему же меня не предупредили!" {5}.

Такая сцена в германском Генштабе была в то время абсолютно исключена, что не делало режим Гитлера менее тоталитарным. В Москве же никто, кроме Сталина, не знал наверняка, что будет (и чего не будет) делаться завтра, а главное — зачем, с какими целями это будет. Тот же В. Новобранец, опытный работник разведки, называет в своих мемуарах финскую войну "личным капризом Сталина", вызванным "неясными причинами". А адмирал Н. Г. Кузнецов, занимавший в 1939 году пост наркома Военно-Морского Флота, пересказывает по-своему замечательный диалог, состоявшийся тогда на даче у Сталина:
"За ужином зашла речь о Балтийском театре. Я высказал свое мнение относительно линкоров — не о том, нужны ли в принципе такие корабли, а конкретно, следует ли их строить для мелководного Балтийского моря, где линкоры легко могут подрываться на минах.
Сталин встал из-за стола, прошелся по комнате, сломал две папиросы, высыпал из них табак, набил трубку, закурил.
— По копеечке соберем деньги, а построим,- чеканя каждое слово, проговорил он, строго глядя на меня.
Я подумал, что у него есть какие-то свои планы, делиться которыми он не считает нужным..." {6}.

Казалось бы, с кем же делиться "какими-то" замыслами, связанными с флотом, как не с наркомом этого самого флота? Но Сталин, очевидно, строит эти планы только сам, в своем воображении, а молодой нарком не решается настаивать и выспрашивать. И такая ситуация сложилась не только в связи с линкорами. Н. Г. Кузнецов констатирует:
"Мы, к сожалению, как и Наркомат обороны не имели четких задач на случай войны. Все замыслы высшего политического руководства хранились в тайне" {7}.

Под "высшим руководством" здесь может подразумеваться только лично Сталин, так как без него никто не решал вопросы ВМФ. Причем при переходе от мира к войне тайна не рассеивалась:
"До Великой Отечественной войны, как известно, нашей стране пришлось участвовать в нескольких военных кампаниях... Нарком обороны на деле не был Верховным Главнокомандующим, а нарком Военно-морского Флота не являлся Главнокомандующим флотами. Все решал Сталин. Остальным предоставлялось действовать в соответствии с принятыми им решениями... Работа военного аппарата в такой обстановке шла не планомерно, а словно бы спазматически, рывками. Выполнили одно распоряжение — ждали следующего... Случалось, мы узнавали о намеченных операциях, когда и времени на подготовку почти не оставалось" {8}.

Сталин принимал все ключевые решения единолично, и мотивы их никому не были в точности известны. Прочие руководители, подобно историкам или журналистам, могли лишь строить догадки на этот счет с той или иной степенью достоверности. Приведем свидетельство Н. С. Хрущева, доказывающее, что личная монополия на принятие решений и на знание их причин и истоков в равной мере распространялась на оборонную промышленность:
"Сталин стремился сосредоточить в своих руках руководство производством вооружений и механизированной техники на наших заводах, а это, в свою очередь, вело к тому, что никто толком не знал, в каком состоянии находится наш арсенал... В 1941 году Сталин... сказал мне, что дизельные двигатели производятся на Харьковском паровозостроительном заводе. Я, естественно, знал этот завод, но от Сталина впервые услышал, что на нем производят дизели... Сталин позаботился о том, чтобы никто, кроме тех, кто был непосредственно связан с этой работой, не совал на завод свой нос. Даже я, первый секретарь украинского Центрального комитета, ничего не знал..." {9}. Добавим, что Хрущев был тогда и членом Политбюро ЦК ВКП(б).

Режим единоличного немотивируемого принятия решений Сталиным устанавливался постепенно, поэтапно, в разное время включая одну область государственной, партийной или общественной жизни за другой. В философии этот режим установился в 1930 году, в истории — в 1931-м, в вопросах сельского хозяйства несколько раньше, в 1929 году. Что касается армии, флота и оборонной промышленности, у нас есть возможность определить момент перехода к режиму неограниченного волюнтаризма достаточно точно. С ленинских времен главные решения по обороне оживленно обсуждал и принимал Революционный Военный Совет (РВС). В 30-е годы этот орган собирался, как правило, в декабре, подводил итоги года в армии и на военном производстве и разрабатывал планы на будущее. Исключением стало заседание РВС в начале июня 1937 года, созванное Сталиным для обсуждения сфабрикованного дела "восьми шпионов" — Тухачевского, Якира и некоторых других высших руководителей Красной Армии. Эти дни стали концом РВС как органа руководства. Вот что вспоминает о заседании РВС его участник, генерал-лейтенант К. Полищук:
"В течение двух дней заседаний наблюдались прямо дьявольские происшествия: из зала заседаний наяву исчезал то один, то другой военачальник. Обнаруживалось это обычно после перерывов в заседании. До перерыва рядом с вами сидел кто-нибудь из командиров, а после перерыва вы его уже не могли обнаружить в зале. Все понимали, что это значит: тут же, на наших глазах агенты НКВД хватали того или иного деятеля и перемещали его из Кремля на Лубянскую площадь. Все мы понимали, что происходит, в кулуарах фамилии исчезнувших шепотом перекатывались волнами, но в зале все молчали, с ужасом ожидая, кто следующий. Особенно крупная утечка начальников произошла между заседаниями, в ночь с первого на второе июня. Состав пленума потерял за это время около половины своих членов... Все следили за перешептываниями Ежова со Сталиным, все думали:
"Пронеси, Господи!" Над всеми царил дух обреченности, покорности и ожидания... Сталин был очень бодр, уверен в себе и, я бы сказал, весел" {10}.

Заметим следующее: арестовывать командиров Сталин мог и поодиночке, в разных городах, на местах их службы. Это было даже безопаснее и надежнее. Но он пошел на преднамеренную демонстративную наглость: в зале постоянно, не стесняясь, толпились и расхаживали люди Ежова. Судьбы серьезных и немолодых мужчин, прошедших огонь и воду, с издевательской прямотой решались у них на глазах. Он как бы подставлялся: "Вы же видите, что с вами делают и кто это делает. Вы же не можете не видеть. Ну так лезьте на рожон, плюньте мне в лицо..."
И каждый выступавший не просто с фальшивым пафосом требовал казни "врагов". Каждый оратор должен был "не заметить" творившейся у него на глазах и грозящей ему самому расправы. Вся соль заключалась в том, что не заметить этого было нельзя, и каждый знал это и знал, что это знают все вокруг. То есть, каждым своим словом говоривший должен был унижать себя сам. В этом заключался смысл экзамена.

И если до того дня многие руководители Красной Армии резко и настойчиво спорили с бестолковым наркомом обороны Ворошиловым (а в 1936 году даже требовали его отставки), то начиная с июня 1937 года Сталин мог делать и делал в армии и военной промышленности все, что хотел, никому ничего не объясняя.

К 50-летию Сталина Ворошилов написал статью под названием "Сталин и Красная армия", напечатанную в газете "Правда". В этой статье Климент Ефремович утверждал, что все основные победы, одержанные в гражданской войне, были достигнуты благодаря исключительной роли товарища Сталина. Еще в рукописи Сталин ознакомился с этой статьей и сделал некоторые поправки. В частности, возле фразы, где было написано, что в период гражданской войны "...у И.В.Сталина ошибок было меньше, чем у других", Сталин написал красным карандашом следующее: "Клим! Ошибок не было, надо выбросить этот абзац". Это сталинское замечание объясняет очень многое в его действиях, кажущихся порой абсолютно неадекватными. Ошибок не было, Иосиф Джугашвили искренно считал себя непогрешимым! Именно поэтому ему нравилась даже самая тупая лесть в его адрес, ведь он воспринимал ее как обычное признание своих "великих" заслуг. Возможно, товарищ Джугашвили, как и многие советские граждане, глядя на портреты и статуи "великого вождя", читая советские газеты, битком набитые славословиями в его адрес, сам постепенно поверил массированной пропаганде, убеждающей всех в гениальных способностях и непреходящей "безошибочной" мудрости товарища Сталина. Ведь для человека, который не совершает ошибок, нет никаких моральных преград, ему можно практически все.

Единственное искусство, в котором Клим Ворошилов достиг совершенства, это искусство лести и славословия. В период Великой Отечественной войны Сталину пришлось отстранить его от командования войсками из-за чудовищной некомпетентности.

Итак, долгосрочные планы и основные концепции прятались в мозгу у Сталина и никогда не излагались на бумаге в сколько-нибудь полном виде. В этом первая их особенность. Вторая особенность состоит в том, что долгосрочное планирование Сталиным своих действий и своей политики тем не менее действительно имело место; и планы эти шаг за шагом, год за годом неуклонно проводились в жизнь. При ретроспективном взгляде это последовательное, неторопливое, поэтапное продвижение в промышленности и в сельском хозяйстве, в идеологии и в охоте на "врагов", в подготовке к войне и в руководстве наукой — нельзя не заметить. Куда в действительности вел он страну, правильно ли сформулировал и выбрал цели — вопрос другой.

Еще в 20-е годы в партии никто не сомневался в том, что в сравнительно недалеком будущем предстоит грандиозное военное столкновение с миром капитала. Уже одно это предполагало постановку таких задач (экономических, социальных и др.), выполнение которых заведомо не могло уложиться в один-два года. В 1938 году главный партийный журнал "Большевик" писал в редакционной статье: "Основная функция социалистического государства в условиях эпохи победы социализма на одной шестой части земли... организация победы над капиталистическим окружением".
В тот год заявление такого характера в таком журнале уже никак не могло появиться, минуя Сталина. Следовательно, мы имеем право без натяжек заключить, что будущую победоносную войну против капиталистического мира вождь считал ГЛАВНЫМ своим делом, и итогом такой войны должна была стать "мировая коммуна", "мировая диктатура пролетариата" . И дабы никто не сомневался, что это именно его мысли, Сталин обратился к теме будущей войны в своем знаменитом "Кратком курсе истории ВКП(б)", вышедшем в том же 1938 году. Вот его слова:
"Чтобы уничтожить опасность иностранной капиталистической интервенции, нужно уничтожить капиталистическое окружение".
На этой фразе можно было бы и остановиться, но этот автор разжевывает до последней крошки:
"Конечно, советский народ и его Красная Армия при правильной политике Советской власти сумеют дать надлежащий отпор новой иностранной капиталистической интервенции так же, как они дали отпор первой капиталистической интервенции в 1918-1920 годах. Но это еще не значит, что этим будет уничтожена опасность новых капиталистических интервенций. Поражение первой интервенции не уничтожило опасность новой интервенции, так как источник опасности интервенции — капиталистическое окружение — продолжает существовать. Не уничтожит опасности интервенции и поражение новой интервенции, если капиталистическое окружение будет все еще существовать"

Как мы сегодня знаем, война пошла совсем по-другому сценарию и Сталину пришлось униженно выпрашивать помощь этого самого проклятого капиталистического окружения, чтобы выиграть войну и не потерять власть.

При всем значении, какое придавалось подготовке к войне, военное планирование Сталина было, как мы увидим ниже, подчинено соображениям невоенным, более широким. Сталин претендовал на руководство всей жизнью общества, и не только советского. Он назначал лидеров зарубежных компартий и давал им инструкции, присутствовал на очных ставках арестованных и редактировал тексты приговоров, утверждал архитектурные проекты и раздавал квартиры артистам, лично определял форму штыка для винтовки и форму диска для автомата, вправлял мозги философам и устанавливал оклады дипломатам...

При столь сильном желании и готовности влезать не в свои дела, в которых участие главы государства излишне и странно, при столь обширных, пестрых и поверхностных интересах он просто не мог руководствоваться какими-либо рациональными соображениями. В этих разнородных и мелочных (для его положения) занятиях он неизбежно должен был следовать за своими пристрастиями и предрассудками. Избавив себя от труда обосновывать свои решения перед другими, он избавился и от необходимости обосновывать их перед самим собой. Напряженно рассуждать, ломать голову было ни к чему — можно было просто делать то, что казалось интуитивно очевидным. Диктатура Сталина в значительной степени была диктатурой его подсознания, интуиции, прихоти. Еженощные бдения многих тысяч управленцев по всей стране — наиболее яркая иллюстрация тому. Люди работали до 4-5 часов утра, потому что к такому режиму был приспособлен организм их Хозяина. Но точно так же и принципиально важные решения принимались под воздействием его эмоциональных импульсов и впечатлений.

Музыкант Юрий Елагин, много раз выступавший перед Сталиным, замечает: "Анализ сталинских музыкальных вкусов дает картину поразительного и полного соответствия с официальной музыкальной доктриной Советской власти, носящей столь объективную маску "социалистического реализма в музыке". Доктрина эта обоснована политически, философски и исторически. Сотни глубокомысленных статей и книг написаны на эту тему, придуманы эстетические теории, проведены исторические изыскания, введена точная терминология... А на деле все это сводится к тому, что любит Сталин и чего он не переносит" {11}.

Все решения Сталина (а значит, и вся общественная жизнь страны) основывались на совершенно иррациональной базе. Интуитивный, в сущности, характер мышления и поведения вождя еще более усугублялся в силу того, что Сталин никогда и нигде не обучался рассуждать строго. Ни церковная семинария, ни марксизм не могли научить его думать на научном уровне точности. Как справедливо замечает доктор философских наук С. А. Эфиров, "марксизм — не строго аналитическая концепция, а "рационализация" идеалов, существовавших до концептуальных построений" {12}. Недисциплинированность мышления не помешала Сталину прийти к власти, так как борьба за власть не более научна, чем уличная драка. Интуитивность и непредсказуемость здесь могут быть и козырями, а не минусами. Но долговременное руководство государством, развитием страны — совсем другое дело. Оно никак не сводится к борьбе между людьми и требует интеллектуальной культуры, которой у Сталина не было и в помине.

Армия - это сложнейший инструмент, требующий тонкой настройки и умелого исполнителя. Все компоненты и составляющие должны быть безусловно доведены до ума, отлажены и притерты друг к другу. Сталин не вникал в эти "тонкости" (да и не мог вникнуть по причине отсутствия профильного образования и опыта), он требовал одного: больше дивизий, танков, самолетов, кораблей! Из-за гигантомании и некомпетентности Сталина в области военного строительства перед войной ускоренными темпами было создано огромное количество соединений, несбалансированных по своей структуре. При относительно приемлемой насыщенности вооружением, они имели крайне недостаточный уровень обеспеченности по службам тыла, связи, ремонта, автотранспорта. Летчики и механики-водителей танков были вопиюще неопытными, имея мизерное количество часов налета и вождения. Об уровне командования и говорить не приходилось, ведь после массовых расстрелов военачальников многими соединениями командовали бывшие майоры и лейтенанты.

Только неблагоприятный ход войны заставил Сталина уступить часть своих властных функций, и тогда появилось новое, эффективное поколение военных и гражданских руководителей, прекрасно знавших цену себе и другим. Чувствуя это, Сталин устраивал кампании послевоенных зачисток, чтобы все вокруг не забывали — кто здесь главный. Впрочем, уже не такие массовые и кровавые, как в 1937—1938 гг. Видимо, события военных лет все же послужили для него уроком.

Основной источник: http://militera.lib.ru/research/hmelinsky/index.html

Прочие источники:
Захаров М. Н. "Генеральный штаб к предвоенные годы." М., 1989. С. 124
Проблемы Дальнего Востока. 1989. №1. С.152, 156.
Правда. 1989. 20 января.
Знамя. 1990 № 6. С. 171.
Кузнецов Н. Г. "Накануне." М., 1989. С. 301-302.
Ворошень А.П. "Выстрелы в спину" http://artofwar.ru/w/woroshenx_a_p/text_0200-1.shtml

П. В. Хмелинский

15.08.2021, 12:31

http://militera.lib.ru/research/hmelinsky/06.html
Вся довоенная политика сталинского руководства обычно рассматривается как попытка догнать лучше нас подготовленные к войне страны (прежде всего Германию) и, с другой стороны, оттянуть начало войны, выиграть время. Все это имело бы смысл только в том случае, если бы Сталин воспринимал свою страну как действительно отставшую в военной гонке, как слабейшую сторону. Это сомнительно уже потому, что Германия до середины 30-х годов вообще не могла всерьез развивать оборонную промышленность, будучи связанной Версальским договором, а Япония вовсе не была в те времена таким мировым экономическим гигантом, как ныне.

Итак, считало ли советское руководство свою армию и страну отсталыми в военном отношении? В какое-то время — безусловно да. В 1924 году общепризнанной считалась истина, что Красной Армии как боеспособной силы не существует. В 1927 году Ворошилов заявлял, что "вопросам подготовки государства к обороне мы стали придавать актуальное значение только с весны текущего года". У него уже появились оптимистичные нотки: "В случае войны мы сможем развернуть оборону на своей промышленной базе"{1}. Но ни Ворошилов, ни кто другой не заикается о нашем превосходстве, непременной победе и т. д. В 1931 году Сталин заявил, что

нам нужно за 10 лет пробежать путь длиною в 100 лет, иначе нас сомнут. Значит, самооценка оставалась трезвой и не слишком высокой. Но затем, с ростом вооруженности происходит разительная перемена в настроении руководства. В 1936 году Ворошилов объявляет:

"Теперь, когда наши силы удесятерились, мы вовсе и не ставим вопрос, победим ли мы врага или нет. Победим безусловно. Сейчас не в этом уже дело. Сейчас вопрос ставится так: какой ценой, какими усилиями, какими жертвами мы победим? Я лично думаю,-так думает т. Сталин, так думает т. Орджоникидзе, так думает весь наш ЦК и правительство, — что мы должны победить врага, если он осмелится на нас напасть, малой кровью, с затратой минимальных средств"{2}.
С этого момента ни о каком отставании не было и речи. На мой взгляд, это важнейший факт, ключ к предвоенным событиям: в 1937-1939 годах советское политическое руководство рассматривало СССР как сильнейшую страну в сравнении с потенциальными противниками в будущей войне. Сталин утверждал: "Наша Красная Армия имеет все основания быть лучшей в мире армией"{3}. Журнал "Большевик" подчеркивал отсутствие легкомыслия в таких оценках: "Эта уверенность в победе не является результатом переоценки своих сил и недооценки сил противника. Наша уверенность в победе вытекает из объективного анализа соотношения сил, из учета всей совокупности обстоятельств, характеризующих положение в лагере наших врагов и в рядах борцов за социализм"{4}. Существуют косвенные улики, указывающие на то, что профессиональное военное руководство не разделяло этого безбрежного оптимизма. Так, журнал "Военная мысль" 1937 года практически не содержит аналогичных "обоснованных" оценок и прогнозов. Эйфорией было охвачено прежде всего сталинское политическое руководство, мало смыслившее в военном деле, а не командный состав Красной Армии. Правда, большинство командиров тоже смотрело в будущее без особой тревоги. Командир танковой бригады И. В. Дубинский рассказывает о настроении в зале во время выступления Ворошилова перед командирами и политработниками в Киеве осенью 1936 года: "Никто не сомневался в добром исходе будущей великой схватки. Думаю, что у всех в зале, как и у меня, разгорелось желание поскорее разделаться с фашистской угрозой" {5}. Тем не менее опытные и квалифицированные командиры сознавали масштаб предстоящих трудностей и жертв лучше, чем партийные лидеры или замороченные шапко-закидательской пропагандой рядовые граждане.

Одновременно с заявлением Ворошилова о нашей готовности к отпору врагу в конце 1936 года на советского человека хлынул поток фильмов, романов, пьес о будущей войне. Историки обычно упоминают два таких произведения из большого их количества: фильм "Если завтра война", роман Шпанова "Первый удар". Но в 1939 году, например, "оборонные" фильмы составили четверть всех выпущенных на экраны: 6 из 24. Вот газета "Кино" пересказывает забытый ныне оборонный фильм "Война начинается"; "Мощное соединение вражеских танков пересекло советскую границу. Враги уже готовятся торжествовать победу... Но еще мгновение, и танки взрываются на минных полях. В бой вступают самолеты. Двое советских отважных летчиков попадают на вражескую территорию. Проявляя смелость и находчивость, умело маскируясь, они проникают в секретный укрепленный вражеский район и сообщают о его расположении красному командованию. Враги подвергаются беспощадному разгрому" ''. Как известно, Сталин смотрел все кинокартины, выпускающиеся в Советском Союзе. Он очень любил кино...

Один из деятелей распущенной в 1932 году Ассоциации пролетарских писателей — Киршон успел, прежде чем погибнуть с клеймом врага, опубликовать фантастическую пьесу "Большой день" — о войне с фашистской Германией. В начале 1937 года это была пьеса номер один. Она шла в 68 городах страны, тогда как "Любовь Яровая" и "Отелло" — в 27 городах, а "Гроза" Островского — в 22 городах. Наша победа выглядит у Киршона так. Немецкий штаб, не предчувствуя худого, руководит войной, как вдруг раздается стук в дверь.

"Мизенбах. Да! Кто там? Входите!

Дверь открывается. Входит очень спокойный, с маузером в руке, в синем комбинезоне, Кожин).

Кожин. Благодарю вас. Между прочим, предупреждаю, что за оружие хвататься не стоит. (Входят трое десантников с ручными пулеметами). Сигнализацию тоже не надо трогать — застрелю на месте. Понятно?..

Мизенбах (отступая). Нет, нет... Что это, Грауденц? Призрак?

Кожин. Так точно. Призрак коммунизма в составе одного десантного полка, при шести орудиях и ста восьмидесяти пулеметах..."{7}.

Не напоминает ли эта театральная победа над фашистской Германией ночной визит сотрудников НКВД в простую советскую квартиру? Стук в дверь... Ошеломленный враг... Победная издевка непрошеных гостей... В жанре прозы первооткрывателем этой темы стал Н. Павленко, чей роман "На востоке" был опубликован в журнале "Знамя" накануне нового, 1937 года. Начиная с января отрывки из этого романа стали печататься во многих изданиях — центральных и местных, взрослых и детских. Публиковались авторитетные положительные рецензии.

В этой "замечательной" книге описывалось, как ранней весной 193... года Япония нападает на СССР. Однако, на Советском Дальнем Востоке сооружено "etwas" — "нечто", как переводила это слово наша печать — об него и разбивается нападение. Впрочем, поначалу японцы наступают, стреляют и вообще явно на что-то рассчитывают. Перелом наступает в главе третьей, которая называется "Москва вступает в войну". Вступление Москвы в войну заключается в том, что на вечере в Большом театре произносит речь Сталин. Это сразу меняет дело: "Заговорил Сталин. Слова его вошли в пограничный бой, мешаясь с огнем и грохотом снарядов, будя еще не проснувшиеся колхозы на севере и заставляя плакать от радости мужества дехкан в оазисах на Аму-Дарье.

Голос Сталина был в самом пекле боя. Радиорупор в разбитой снарядами хате Василия Луза долго еще сражался... Сталин говорил с бойцами в подземных казематах и с летчиками в вышине. Раненые на перевязочных пунктах приходили в сознание под негромкий и душевный голос этот..." {8}.

Все атаки японцев превращаются в продвижение в заранее приготовленные им ловушки.

А вот что происходит в воздухе:

"Бомбардировщики Сано, врасплох захваченные красными крейсерами и окруженные истребителями, выходили в ту ночь к Георгиевке уже не той компактной массой, которая способна родить катастрофу...

Стальные тросы аэростатов воздушного заграждения, подготовленные на высоте 7 и 8 тысяч метров над Георгиевкой, надвое разрезали наткнувшиеся на тросы машины первой волны, и вторая волна, растерянная этой неуловимой, невидимо висящей в воздухе опасностью, произвела свой залп раньше срока.

Третья волна, наиболее плотно атакованная красными истребителями, превратилась в беспорядочную стаю машин-одиночек..." {9}.

Зато красная авиация уничтожает Главный штаб японцев в Токио. В Китае, Корее и Японии вспыхивает восстание. Побеждает Народный фронт. Война кончается. И, наконец, на Советском Дальнем Востоке пленные строят интернациональный город Сэн Катаяма {10}, по ходу дела перевоплощаясь в "строителей новой жизни" и "пропагандистов новой, социалистической эры человечества". Труд заключенных оказывается дорогой в будущее, дорогой к счастью.

Л. Ровинский в "Правде" подчеркивал, что "Павленко не приукрашивает войну, не рисует ее как легкую военную прогулку Красной Армии". Критик сетовал, что в Советском Союзе это лишь первая книга о будущей войне, тогда как Япония завалена такими романами. В адрес советских маститых литераторов следовал полуупрек-полупризыв: не отставать "по валу" от зарубежных бульварных дешевок {11}.

Руководитель Союза писателей В. Ставский на совещании оборонных писателей зимой 1937 года говорил о военно-фантастическом романе Павленко: "Это прекрасная работа... Он берет тему войны на границах нашего Союза и на территории врага, куда мы перенесем эту войну тотчас, как враг нападет на нас, как об этом ярко, красочно записано в новом Полевом Уставе РККА"{12}.

В периодической печати залп небывало воинственных публикаций грянул в ноябре 1938 года, через месяц после Мюнхенского соглашения и оккупации Судетской области Чехословакии гитлеровскими войсками. Серия грозных статей в "Красной звезде" началась с "подвала" Д. Заславского "О крепких нервах и верной политике". Журналист писал: "При равных арифметических данных самолет с пилотом-коммунистом в несколько раз сильнее, чем самолет с пилотом-фашистом... Политика сидит внутри танков, и она действует даже тогда, когда отказывают бензиновые баки... Нервы английского и французского правительств сдали при первом же столкновении с германским фашизмом... Спокойно, твердо, уверенно смотрел на истерику европейской буржуазии советский народ. Наши нервы в полном порядке... Советский народ готов по первому призыву своего правительства взяться за оружие, чтобы укротить политических хулиганов, обезопасить свои границы, создать прочный мир в Европе и в Азии" {13}.

Заключительные слова на двусмысленном политическом языке означали претензию на военное господство в Евразии и готовность утвердить это господство силой в близком будущем. Вообще статья Д. Заславского очень необычна. Наши газеты только в редакционных (а не авторских) материалах позволяли себе давать общую характеристику политики какого-либо иностранного государства или самого Советского Союза, да и то лишь дословно повторяя какие-либо формулировки партии и правительства.

Первое впечатление от статьи Заславского на общем фоне нашей печати — странное: автор вдруг вышел из строя советских журналистов, пошел не в ногу, принялся рассуждать не по чину многозначительно и веско. Разгадка такого экстравагантного поведения содержится, по-моему, в мемуарах сотрудника "Правды" Бориса Иза-кова. Из них мы узнаем, что, во-первых, Заславский работал не в "Красной звезде", а в "Правде"; а во-вторых, "ему покровительствовал и лично выручал его из некоторых сложных ситуаций сам Сталин. В прошлом меньшевик, он оставался членом Центрального комитета партии меньшевиков даже некоторое время после Октября. Сталин питал своего рода слабость к способным людям с таким "подмоченным" прошлым, как у Заславского" {14}. Надо полагать, Сталин выручал журналиста-меньшевика не из любовных треугольников, а вышеупомянутая статья в "Красной звезде" провозглашала далеко идущие военно-политические намерения не по воле висящего на волоске гражданина.

Через несколько дней после появления статьи Д. Заславского с вызывающей торжественностью было отмечено 20-летие изгнания немецких захватчиков с Украины в 1918 году. В передовой статье "Красная звезда" писала: "В тот же миг, когда фашисты посмеют нас тронуть, Красная Армия перейдет границы вражеской страны... Наша оборона — это наступление. Красная Армия ни единого часа не останется на рубежах, она не станет топтаться на месте, а стальной лавиной ринется на территорию поджигателей войны... Империалистический зверь будет сокрушен в своем логове, и сокрушен так, что уже больше подняться не сможет" {15}.

В том же номере майор-орденоносец А. Осадчий подтверждал: "Советскую границу врагу перейти не удастся, ибо при первой его агрессивной попытке наша Красная Армия опередит его. Мы перейдем границу врага и вот там, на его же территории, будем его беспощадно громить... Мы не будем ждать его удара, а сами со всей силой нашего могущества первыми нанесем врагу сокрушительный удар на его же территории. Наши танки помчатся по вражеской земле... Наши самолеты зареют над его территорией"{16}.

На следующей странице выступает В. Агуреев: "Если фашистские громилы, спровоцировав очередной "инцидент" на границе, начнут войну с СССР... с советских авиабаз поднимутся тысячи бомбардировщиков и беспощадно сотрут с лица земли тех, кто затеет войну" {17}.

Эти описания начала войны звучат чуточку неестественно: если противник нападает, то как можно заранее гарантировать, что ему так-таки нигде не удастся перейти границу, что наше наступление начнется "в тот же миг", после первого выстрела? В природе вообще не бывает буквально мгновенных реакций, тем более не способна среагировать "в тот же миг" огромная армия. Все становится на свои места, если предположить, что "Красная звезда" стремится описать наше нападение: тогда и наступление с первой минуты войны, и инцидент, с которого все начнется, объяснимы. А то — почему это фашисты не нападают всерьез, а какими-то инцидентами занимаются?

Видимо, публикации "Красной звезды" были адресованы не только советским читателям, но и германскому посольству. Между прочим, среди них был и пересказ статьи американского журнала "Харпэрс мэгэзин" — "Шаткая база германского агрессора". Читателям сообщалось: "Фашистские руководители Германии рассчитывают на "молниеносную войну". Но весь опыт мировой войны, а равно войн в Испании и Китае, противоречит этой сумасшедшей "теории".

Сделав обзор положения с сырьем, кадрами, продовольствием в Германии, авторы заключали: "Итак, Германия не располагает нужными ресурсами ни для того, чтобы обеспечить снабжение своей армии, ни для того, чтобы прокормить население в будущей большой войне" {18}. Делался вывод о неспособности фашизма вынести длительную войну. И в упоминавшейся ранее речи весной 1939 года один из высших руководителей Красной Армии Мехлис заговорил так, будто война уже выиграна. Констатировав быстрый рост государственного долга, сокращение золотых запасов и инфляционные процессы в Германии и других странах "оси", Мехлис с удовольствием пророчит: "Так называемая ось Берлин — Рим — Токио" имеет много амбиций, но в большой войне она быстро очутится без амуниции. (Смех, аплодисменты.)

Есть только одна страна в Европе и во всем мире, которая ведет выдержанную, последовательную, уверенную в себе политику,- это Советский Союз".

Ударение делается не на мирном характере нашей политики; вместо этого рисуется образ уверенного в себе СССР рядом с нервными врагами. Через год в Москве никто не заикнется о Германии в таком высокомерном тоне. А пока дальше — больше:

"Нам не страшны ничьи угрозы. Нам нет необходимости в панических условиях, как это делают другие, искать союзников и проводить мобилизации. Политика Сталина позволяет нам уверенно, спокойно, но зорко следить за развивающимися событиями и встретить их во всеоружии" {19}.

Именно ощущением спокойствия и уверенности наполнено это выступление: даже в союзниках нет особой нужды! Ничего подобного не встречалось в официальных речах в 1940-м — начале 1941 года. Если следить за оттенками смысла, следует признать чрезвычайно многозначительными и такие формулировки:

"Советский корабль могуч, всесилен, непобедим. Не страшны ему непогоды и бури. Великий кормчий Сталин ведет этот корабль на последний решительный бой, на штурм капитализма, к мировой коммуне. (Бурные аплодисменты.)"{20}.

А заканчивает Мехлис лозунгом, почему-то не дожившим до следующего, 1940 года: "Сталин — это мировая коммуна!"{21}.

Бодрый настрой имел под собой некоторую цифровую основу. В 1938 году в Генштабе был разработан новый план развертывания Красной Армии. Разработчики исходили из наихудшего для нас варианта — войны на два фронта: на востоке — против Японии, на западе против большой коалиции государств во главе с Германией (Италия, Польша, Румыния, Финляндия, Эстония, Латвия, Литва). Согласно проведенному анализу (как впоследствии оказалось, весьма точному), все противники, вместе взятые, могли выставить на обоих фронтах 13 077 орудий, 5775 самолетов, 7980 танков. А Советский Союз за один тот год произвел более 12 000 орудий, более 5000 самолетов, а производство танков еще в 1933 году составило 3770 — больше половины мирового танкового производства {22}. За кем преимущество — кажется очевидным. "Оба новейших вида вооружения Красной Армии — авиация и танки — находятся на высоком уровне- писал "Большевик",- это превращает ее в современную могущественную армию, опередившую передовые армии капиталистических стран" {23}. План Генштаба ставил войскам задачу: с самого начала нанести решительное поражение противникам и на западе, и на востоке. Об уверенности в благоприятном ходе будущей войны свидетельствует и такой факт: в Генштабе загодя разрабатывались вопросы ведения войны в коалиции с капиталистическими странами и особо — ведение войны федерацией нескольких социалистических стран {24}, хотя, кроме СССР да еще Монголии, социалистических государств на карте мира не было.

К числу наших козырей относили и самую многочисленную в мире кавалерию. Журнал "Красная конница" теоретически обосновывал этот взгляд: "Будущая роль кавалерии такова: кавалерия будет использована в бою как главное средство вооружения, выигрывая победу молниеносной подвижностью, используя полностью момент внезапности... Местность и другие местные условия благоприятствуют больше кавалерии, нежели самостоятельным автоброневым соединениям... Можем ли мы делать ставку на исход битвы, успех которой зависит от маневра такого достаточно неизвестного и неиспытанного фактора, как броневые средства? Если же мы знаем, что успех зависит от быстроты маневра, можем ли мы разрешить себе обманываться этим новым созданием (то есть броневыми соединениями)? Можем ли мы уничтожить кавалерию и беспомощно стоять сконфузившись, когда подвижность броневых соединений окажется фикцией?.. Надо учесть, как может повлиять на подвижность длина моторизованной дивизии, если длина колонны этой дивизии равна 93 милям (миля равна 1,6 км.- П. X.). Это явится огромным недостатком в ее подвижности..."{25}.

Еще одно большое преимущество виделось в стабильности тыла. За много лет до войны Сталин говорил:

"Что такое армия без крепкого тыла? Ничто. Самые большие армии, самые вооруженные армии разваливались и превращались в прах без крепкого тыла"{26}. Как мы уже убедились выше, он занялся основательным "укреплением" тыла в 1937 году и был с тех пор уверен во внутренней стабильности своего государства, зато в стабильность противников не верил ничуть. Сталин считал: "Едва ли можно сомневаться, что эта война будет самой опасной для буржуазии войной... Война будет происходить не только на фронтах, но и в тылу у противника. Буржуазия может не сомневаться, что многочисленные друзья рабочего класса СССР в Европе и Азии постараются ударить в тыл своим угнетателям, которые затеяли преступную войну против отечества рабочего класса всех стран. И пусть не пеняют на нас господа буржуа, если они на другой день после такой войны недосчитаются некоторых близких им правительств" {27}. Проблема "борьбы тылов" стыковалась с затянувшимся ожиданием мировой революции.

К 1937 году считалось, что мы полностью готовы к наземной и воздушной войне. "Создание большого и мощного флота, способного бить врага на море, является нашей очередной задачей",- провозглашал "Большевик"{28}. В декабре 1937 года был создан отдельный Наркомат Военно-морского флота и принята долгосрочная программа строительства громадного океанского флота, на выполнение которой были отвлечены большие ресурсы. Адмирал Кузнецов вспоминал: "На создание всего этого требуется немало времени и огромные средства. Программа, конечно, не могла уложиться даже в одно пятилетие. Однако нам, командующим, всю программу строительства не излагали. Не раскрывались и задачи, на решение которых она рассчитана. (Курсив мой.- П. X.). Разговор с командующими шел больше о кораблях... Эти корабли уже стояли на стапелях заводов. В выступлениях часто подчеркивали, что проект того или иного корабля одобрен лично Сталиным. Этим давалось понять, что обсуждению он не подлежит" {29}. Сталин при этом считал, что мы будем сильны на море лет через восемь — десять. Однако и в данном случае мотивы одного из главнейших решений, определявших судьбу армии и страны, остались личной тайной Сталина. В чем же они могли состоять? Для чего предназначался мощный флот? Нет сомнений, что через восемь лет Сталин рассчитывал давно уже закончить сухопутную войну и "установить прочный мир в Европе и Азии". В таком случае океанский флот мог ему потребоваться лишь для большой войны против Америки или, быть может, остатков Британской империи — других противников просто не оставалось бы на планете. Во всяком случае, сухопутная война уже не казалась Сталину серьезной проблемой, иначе бы он не стал отвлекать средства и ресурсы на постройку такого флота.

Для выполнения судостроительной программы требовалось принципиально новое, отсутствовавшее в Советском Союзе оборудование — например, для изготовления небывалых по весу и габаритам броневых плит, причем значительная часть этого оборудования (прессы мощностью в 15 тыс. тонн и т. п.) не могла быть эффективно использована в интересах сухопутных войск или авиации. Во многих городах началось лихорадочное (без проектов и смет!) строительство цехов и целых заводов, Насколько это обострило ситуацию в оборонной промышленности, можно судить по воспоминаниям В. С. Емельянова, руководившего одним из судостроительных главков: "В автобронетанковом управлении многие открыто выражали свое отрицательное отношение к созданию флота пяти морей и океанов.

— Всю броню нам надо использовать на сооружение не линкоров, а танков,- говорили они.

Мощности бронепрокатных цехов были пока невелики, и брони одновременно и для кораблей, и для танков не хватало. Сооружение бронированных кораблей сдерживало производство танков.

Не будучи военным, я не мог оценить целесообразность строительства линкоров, но самые общие соображения вызывали у меня сомнения в необходимости строить тяжелые корабли" {30}.

Еще одним подтверждением уверенности Сталина в абсолютном превосходстве своих сухопутных войск являются огромные предвоенные поставки вооружений в Китай. После нападения Японии (июль 1937 г.) Китай закупал оружие во многих странах, но советские поставки намного превышали закупки оружия китайцами в других местах, а главное, они были осуществлены практически бесплатно, причем первые партии оружия были отправлены из СССР в сентябре 1937 года, до подписания соглашения о кредите — беспрецедентный случай в мировой практике. Через два месяца Китай обратился с просьбой о полном оснащении 20 пехотных дивизий — и она немедленно была удовлетворена {31}. Всего до 22 июня 1941 года в Китай было поставлено 777 боевых самолетов, 1225 орудий, включая тяжелые гаубицы, 1160 автомашин, 9600 пулеметов, миллионы снарядов, сотни миллионов патронов, танки, винтовки, трактора, запчасти, инструмент {32}. Сталин явно считал, что у нас самих оружия хватает. А в 1941 году мы своих ополченцев вооружали пиками и охотничьими ружьями...

В невоенных отраслях на протяжении 30-х годов в ряде случаев настойчиво осуществлялись дорогостоящие, бесполезные и для обороны, и для экономики проекты: Беломорканал, Байкало-Амурская магистраль, огромные статуи Ленина и Сталина на канале Москва — Волга (над каждой из них трудилось 800 человек) и т. д. Но больше всего поражает начатая с 1938 года, на пороге предполагаемой войны, стройка Дворца Советов в Москве, согласно проекту — самого высокого в мире здания с венчающей его 100-метровой статуей Ленина. Сооружение каркаса предполагалось завершить в 1940 году, и каркас уже поднимался над столицей, хотя и с некоторым опозданием. На него должны были потратить 300 тыс. тонн высококачественной стали (из нее можно было бы сделать 10 тыс. танков Т-34). В фундаменты уложили огромное количество прочнейшего бетона, которого остро не хватало на строительстве укреплений и аэродромов в западных областях страны. Страна до сих пор благополучно живет без этого дворца. Замечателен именно выбор момента для помпезной стройки: он будто нарочито подчеркивает, что в гонке вооружений теперь можно особо не напрягаться, дело сделано, можно потратиться на что-нибудь еще.

Итак, Красная Армия и оборонная промышленность Советского Союза казались Сталину в 1936-1939 годах не отставшими, а, наоборот, ушедшими далеко вперед; победа в большой сухопутной войне против любой возможной коалиции противников — в принципе обеспеченной. В свете этой оценки рассмотрим его действия на международной арене.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
{1}

Пролетарий (Харьков). 1927. 17 декабря. 51
{2}Большевик. 1937. № 5-6. С. 53.

{3}Там же. С. 56.

{4}Там же. С. 53, 56.

{5}Дубинскчй И. К. Особый счет. М., 1989. С. 174.

{6}Кино. 1939. 29 января.

{7}Будь готов! (Воронеж). 1937. 15 апреля.

{8}Правда. 1937. 3 января.

{9}Пионерская правда. 1937. 16 января.

{10}Сэн Катаяма - один из первых японских коммунистов. Умер в 1933 году в Москве.

{11}Правда. 1937. 3 января.

{12}Литературная газета. 1937. 20 февраля.

{13}Красная звезда. 1938. 7 ноября.

{14}Изаков Борис. Летучие годы, дальние края... С. 185.

{15}Красная звезда. 1938. 17 ноября.

{16}Там же.

{17}Там же.

{18}Красная звезда. 1938. 16 ноября.

{19}Известия. 1939. 6 апреля.

{20}Там же.

{21}Там же.

{22}См.: Захаров М. В. Генеральный штаб в предвоенные годы. С. 85-86, 127, 130.

{23}Большевик. 1937. № 5-6. С. 58.

{24}Там же. С. 165.

{25}Красная конница, 1939. № 11. С. 158-159.

{26}Правда. 1928. 28 февраля.

{27}Большевик. 1937. № 2-6. С. 53.

{28}Там же. С. 59.

{29}Кузнецов Н. Г. Накануне. С. 240-241.

{30}Емельянов В. С. На пороге войны. М., 1971. С- 93.

{31}См.: Военная помощь СССР в освободительной борьбе китайского народа. М., 1975- С. 53-54.

{32}Там же. С. 51-80.

Александр Звягинцев

16.08.2021, 10:44

https://aif.ru/society/history/chuma_pridyot_s_vostoka_yaponcy_eshchyo_v_1938_g_b yli_gotovy_napast_na_rossiyu
15.08.2021 00:09

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 32. Что можно купить на единовременную выплату? 11/08/2021
Персонал подразделения 731 заражает бубонной чумой китайских жителей. Маньчжурия 1940 г.
Персонал подразделения 731 заражает бубонной чумой китайских жителей. Маньчжурия 1940 г. Commons.wikimedia.org

ФСБ рассекретила документы, подтверждающие подготовку Японии к агрессии против СССР. Согласно этим данным, враждебные действия велись с 1938 г.

Об этом говорит приказ № 70 частям японской 3-й армии, который был отдан 9 августа 1938 г., во время советско-японского конфликта у озера Хасан. А согласно рассекреченной ФСБ стенограмме заседания японского Центрального комитета обороны от 10 июня 1942 г., против СССР планировались диверсионные операции с применением ядов и бактериологического оружия. Несмотря на пакт о нейтралитете, японские военные готовились к полномасштабной войне против СССР.

О том, как собирались применять биологическое оружие, по кому готовились нанести первый и самый мощный удар, кто предотвратил грядущий апокалипсис и почему вступление СССР в войну против Японии 8 августа 1945 г. было не только оправданным, но и спасительным, рассказывает замдиректора Института государства и права РАН, писатель, сенатор Международной ассоциации прокуроров, с 2000 по 2016 г. зам Генерального прокурора РФ Александр Звягинцев.

Нейтралитет? Бумажка!
— Рассекреченные ФСБ документы лишний раз доказывают, что Япония нарушила и букву, и дух Советско-японского пакта о нейтралитете, заключённого 13 апреля 1941 г. Империя рассматривала его лишь как тактический манёвр, не более. Министр иностранных дел Ёсукэ Мацуока по возвращении из Москвы после подписания пакта сразу же заявил германскому послу в Токио Отту, что Япония при благоприятном развитии войны Германии против СССР обязательно нападёт на Советский Союз с востока, и «никакой пакт о нейтралитете тут не поможет».

Дальневосточный фронт. Население китайского города Далянь встречает советских танкистов. 21 августа 1945 г.
«Младшая» Победа. Какую участь Япония готовила Советскому Союзу?
Подробнее
Так что к войне в Японии готовились, и готовились по-настоящему. В юриспруденции есть такой термин — «не доведённое до конца преступление». Действия политического и военного руководства Японии в отношении Советского Союза во время Второй мировой войны исчерпывающе описываются этим термином. Документально подтверждено, что фактически пакт о нейтралитете был нарушен японской стороной ещё летом 1941 г., когда был введён в действие план «Кантокуэн», который предусматривал резкое увеличение численности Квантунской армии, её сосредоточение на границе с СССР и дальнейшие боевые операции. Действительно, если к 22 июня 1941 г. её численность составляла 400 тыс. чел., то уже через несколько недель она достигла 850 тыс. чел. Маршалу Советского Союза Борису Шапошникову принадлежит чеканная формулировка: «Мобилизация является не только признаком войны, но и самой войной». Так вот — директиву о проведении первой очереди мобилизации верховное командование Вооружённых сил Японии издаёт 5 июля 1941 г. С тем, что это были именно мобилизация и война, согласны и добросовестные японские историки, например Акира Фудзивара, который пишет: «Маневры „Кантокуэн“, в ходе которых была осуществлена небывалая в истории армии мобилизация, проводились не из предосторожности, а для того, чтобы быть готовыми в любой момент начать войну... Нападение Японии на СССР не произошло потому, что она не имела уверенности в победе над сильным в военном отношении Советским Союзом».

Горе побеждённым
Японская сторона имела чёткий план действий, разработанный в специальной структуре под названием «Институт тотальной войны». Для начала предполагалось уничтожение Советского Союза как государства и раздел территорий между победителями — Японией и Германией: «Приморская область, Восточная Сибирь и Байкал будут присоединены к территориальным владениям империи. Сибирская железная дорога будет поставлена целиком под контроль Японии и Германии. При этом линия разграничения между ними проходит в Омске». Затем — освоение этих территорий, в ходе которого советское население ожидала незавидная судьба: «Будут проводиться в жизнь простые, но сильные военные приказы... Местному населению в принципе не будет разрешаться участвовать в политической жизни... На эти территории будут посланы японские, корейские и маньчжурские колонисты. Нашей целью должно быть внедрение нашей мощи, и для этого мы должны приложить все силы, не опускаясь при этом до так называемой отеческой опеки».

Уже в 1942 г. Япония сконцентрировала на границах СССР более трети всех своих сухопутных, около половины военно-воздушных и две трети бронетанковых сил. С учётом японских войск, сосредоточенных в Северном Китае, на Сахалине и Курильских островах, против СССР должна была выступить огромная армия — около 1,2 млн солдат и офицеров.

Однако поражение немецко-фашистских войск в битвах под Москвой и Сталинградом внесло серьёзные коррективы в агрессивные намерения Японии. Нападение на СССР пришлось пока отложить. В апреле 1943 г. японский посол в Берлине генерал Хироси Осима заявил Риббентропу: «Двадцать лет все планы японского Генерального штаба разрабатывались для наступления на Россию, и всё снова направлено на это наступление».

Переступить черту
Говоря «всё», Осима подразумевал действительно всё, включая прямо запрещённое Женевским протоколом 17 июня 1925 г. «применение на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств». На Хабаровском процессе, что проходил в последние дни 1949 г., было неопровержимо доказано, что Япония в ходе подготовки войны с СССР сделала ставку именно на бактериологическое оружие. 12 бывших военнослужащих Квантунской армии, представшие перед судом, признали создание специальных подразделений — «Отряда 100» и «Отряда 731», занимавшихся производством бактерий, способных вызвать эпидемии чумы, холеры, сибирской язвы. Во время своих экспериментов они заражали живых людей, которых им поставляла японская армия и разведка.

В 1945 г. мир стоял на пороге апокалипсиса. На территории оккупированной Маньчжурии был создан научно-исследовательский комплекс, способный вырабатывать полчища микробов, которые должны были привести к гибели миллионов людей, прежде всего советских граждан. Для исполнения этих изуверских планов были развёрнуты специальные отряды. В их распоряжении имелись уже готовые к применению боевые средства, которых, по признанию одного из пленённых учёных, «хватило бы для уничтожения всего человечества».

Суд в Хабаровске проходил в окружном Доме офицеров Советской армии. Процесс был открытый, зал заседания — всегда переполненный. Хабаровск был избран местом проведения данного процесса, так как согласно японскому плану «Кантокуэн», в котором расписывались наступательные операции против советского государства, город должен был одним из первых подвергнуться бактериологической атаке. В этом плане также значились Благовещенск, Чита, Уссурийск.

Член судебно-экспертной медицинской комиссии Хабаровского процесса, врач-паразитолог О. Козловская, рассказывала: «Когда выступал государственный обвинитель Лев Смирнов, никто из подсудимых не поднял головы. Тишина была полнейшая... Никто из нас не знал и не мог подумать, что в таких колоссальных масштабах можно разводить в лабораторных условиях заразу. Нам, советским специалистам, было очень трудно поверить, что преступления против человечества совершали медицинские работники... Те, которые должны были бороться за здоровье людей».

Территория, где работал «отряд 731». Репродукция фотографии из документальной книги японского писателя Сэйити Моримуры «Кухня дьявола».
Конец «лабораторий смерти». Как японцы готовили биологическую атаку на СССР
Подробнее
Японским генеральным штабом были утверждены три основных метода применения бактерий для целей войны: распыление с боевых самолётов, сброс с самолётов специальных бактериологических бомб и наземное заражение населённых пунктов, водоёмов, пастбищ путём совершения бактериологических диверсий.

Для исполнения этих планов в «Отряде 731» был создан хорошо оснащённый научно-исследовательский комплекс, позволявший вырабатывать десятки килограммов болезнетворных бактерий, которые должны были заразить водоёмы и пастбища, города и сёла и привести к гибели сотен тысяч людей. Человечество было избавлено от ужасов бактериологической войны лишь благодаря тому, что в августе 1945 г. СССР вступил в войну прежде, чем Квантунская армия пустила в ход это чудовищное оружие.

Признание без раскаяния
Сомневаться в этом не приходится. Бывший командующий Квантунской армией Отодзо Ямада благодаря собранным неопровержимым доказательствам вынужден был признать на процессе: «Только вступление Советского Союза в войну против Японии и стремительное продвижение Красной армии лишило нас возможности применять бактериологическое оружие против Советского Союза и других стран». А на вопрос: «В чём конкретно вы признаёте себя виновным?», Ямада ответил: «Я признаю себя виновным в том, что я осуществлял непосредственное руководство подготовкой бактериологической войны против СССР, Китая, Монгольской Народной Республики, Англии, США и других стран. Я также должен признать, что в основном эта подготовка была направлена против Советского Союза. Именно этим и объясняется, что бактериологические отряды „731“ и „100“ и их филиалы были расположены поблизости от границы с Советским Союзом».

Хорошо бы сегодня тем политикам и историкам, которые сомневаются в целесообразности участия Советского Союза в войне с Японией, кто призывает «покаяться» и муссирует «юридическую сомнительность» вступления СССР в войну, помнить, что могло бы произойти со всеми людьми доброй воли, если бы война затянулась немного дольше.

П. В. Хмелинский

17.08.2021, 04:35

http://militera.lib.ru/research/hmelinsky/07.html
С одной стороны мы как будто вырвались далеко вперед в подготовке к войне; с другой — все внешнеполитические партнеры — хищники, все мазаны одним миром, и решающая война с ними все равно неизбежна. При такой оценке обстановки какая дипломатическая игра была бы правильной и разумной? Естественно было бы, пока мы впереди, пока мы сильнее, реализовать свое военное превосходство, приступить к боевым действиям, раскалывая будущих противников дипломатическими средствами, побеждая их поодиночке. Дабы не иметь против себя, как предсказывал Фрунзе, "объединенную силу всего империалистического лагеря".

Похожа ли реальная сталинская политика на этот вариант?

Рассмотрим два крупнейших европейских кризиса 1938 и 1939 годов: Мюнхенский, связанный с поэтапным присоединением Чехословакии к сфере господства Гитлера, и начало второй мировой войны, нападение фашистской Германии на Польшу. Сосредоточимся на поведении Сталина в этих критических ситуациях, чреватых, между прочим, немедленной войной между СССР и Германией. Во время обоих кризисов имели место контакты и обмен мнениями между Москвой и Парижем, Москвой и Лондоном, а также другими столицами, видимой целью которых было противодействие германской агрессии. Все как будто понимали, что остановить Гитлера способна только сильная коалиция, основными участниками которой могут стать: на востоке — СССР, на западе — Франция и Англия. Одни действительно хотели создать такую коалицию, другие полагали, что для сохранения мира достаточно самой угрозы ее создания или просто блефа. Западные демократии вели себя, на мой взгляд, небезупречно, но мы здесь говорим прежде всего не о них, а о Сталине.

Обычная тенденция торгов на переговорах о военно-политической коалиции — стремление каждого государства оставить себе наибольшую свободу рук на будущее и, наоборот, как можно крепче связать руки своим возможным союзникам. Или, говоря чуть точнее, взять наименьшие обязательства на себя и взвалить максимальные обязательства на товарища по оружию. Примерно так и вели себя по отношению к Советскому Союзу Англия и Франция. В Москве именно так понимали их действия. Советская печать нередко возмущалась тем, что нашей стране пытаются отвести роль "батрака", заставить "таскать каштаны из огня" для других.

В эти месяцы советская внешнеполитическая игра разительно отличалась от западной. Она велась по совсем иным правилам. И осенью 1938-го, и летом 1939 года для нашей политики характерно следующее:

готовность брать на себя гораздо большие военные обязательства, чем те, о которых просят партнеры;

поразительное равнодушие к вопросу о втором фронте на западе (то есть об обязательствах партнеров);

явное стремление немедленно пустить в дело Красную Армию.

Проследим эту "красную нить" сталинской политики от Мюнхена до договора с Гитлером о ненападении.

Угрозы из Берлина в адрес Чехословакии стали предельно частыми и громкими летом 1938 года. К тому времени существовало трехстороннее соглашение Франции, Чехословакии и СССР, по которому наша страна в случае агрессии против Чехословакии была обязана прийти ей на помощь лишь в том случае, если военную помощь окажет и Франция. Если же французы нарушали бы свои обязательства, Москва могла с чистой совестью умывать руки.

20 сентября 1938 года, когда напряженность достигла пика и счет пошел на часы, президент Чехословакии Бенеш сделал запрос в соответствии с договором: готов ли Союз оказать помощь, если Франция поступит так же? Ответ был мгновенным и удивительно щедрым: СССР готов воевать, даже если французы отступятся. Польское правительство, так же, как и германское, сосредоточивало свои войска на чехословацкой границе. 23 сентября Советское правительство обратилось к Варшаве с заявлением о том, что, если польские войска нарушат чехословацкую границу, СССР признает это актом невызванной агрессии и денонсирует польско-советский пакт о ненападении {1}.

Не остается никаких сомнений, что Сталин был готов воевать против европейской коалиции во главе с Германией сию же минуту и без второго фронта, хотя юридические обязательства Советского Союза позволяли уклониться от этого варианта. М. В. Захаров сообщает о приготовлениях в Красной Армии: "Истребительная авиация должна была перебазироваться на передовые аэродромы у границы для прикрытия себежского, полоцкого, минского и слуцкого направлений, а скоростная бомбардировочная — в район Витебск, Орша... Одновременно Ленинградскому, Калининскому, Белорусскому, Киевскому, Харьковскому и Московскому военным округам давались указания о приведении в боевую готовность системы ПВО... В боевую готовность были приведены: танковый корпус, 30 стрелковых и 10 кавалерийских дивизий, 7 танковых, мотострелковая и 12 авиационных бригад, 7 укрепленных районов... Частичное отмобилизование войск коснулось не только наших западных приграничных округов, но и внутренних округов вплоть до Урала... (Курсив мой.- П. X.) В армию было призвано в общей сложности до 330 тыс. человек... Кроме того, десятки тысяч младших командиров и рядовых, выслуживших установленные сроки службы и подлежащих увольнению, были задержаны в рядах армии... Подобные приказы, как известно, отдаются в исключительных случаях" {2}.

И никаких попыток выиграть время, никаких взглядов на Запад (что там Англия и Франция?) — сталинская линия четко определена: война сию же минуту. Нужно только согласие Праги — и мы пойдем вперед. Н. С. Хрущев рассказывает о днях Мюнхенского кризиса: "В Киев сообщили (от Сталина я лично этого не слышал, а было передано через военных), что может возникнуть необходимость того, что нашим войскам придется силой пробиваться через польскую территорию в Чехословакию, чтобы оказать ей помощь. Это было очень сложно, если принимать во внимание географическое положение участка, на котором были сосредоточены наши войска..."{3} Можно еще долго умножать свидетельства, доказывающие, что в этот момент Кремль был готов воевать практически без союзников против, может быть, всей Европы. Если же учесть, что тогда не прошло еще и двух месяцев после ожесточенных и неудачных для Красной Армии боев с японцами у озера Хасан и обстановка на Дальнем Востоке была весьма напряженная, то мы вновь замечаем: Сталин не опасается и войны на двух огромных фронтах против великих держав Евразии.

Странно после этого читать рассуждения историков, будто Сталин и в 1938-1939 годах стремился выиграть время и оттянуть войну. Если бы президент Бенеш не принял ультиматум Гитлера, война могла бы начаться для нас не в июне 1941-го, а в октябре 1938-го. Может быть, все зависело от одного слова. Но Мюнхенские соглашения были подписаны, немецко-фашистские войска вступили в Судетскую область Чехословакии. Не прошло и полугода, как Гитлер сам нарушил достигнутые договоренности, двинулся дальше и поставил под свой контроль всю Чехословакию. Это вызвало взрыв возмущения и тревоги в Англии и Франции, общественное мнение изменилось не в пользу фашистов, политика умиротворения Гитлера потеряла всякую популярность. Стало ясно, что вскоре он пойдет еще дальше и очередной жертвой должна стать Польша.

В апреле — августе 1939 года в большом треугольнике Москва — Париж и Лондон — Берлин шел зондаж, контакты и торг каждого с каждым. Все перипетии и нюансы этого сложного взаимодействия мы не сможем здесь проследить и обсудить подробно. Задержимся лишь на одном важнейшем процессе — на переговорах английской, французской и советской военных миссий в Москве в середине августа, в последние две недели перед подписанием советско-германского пакта.

Результатом этих переговоров, вообще говоря, могло бы стать создание антигитлеровской коалиции еще в 1939 году. Этого не случилось. Первое же крупное расхождение между сторонами было вызвано не занимаемыми позициями, но разным пониманием предмета переговоров: английская и французская стороны хотели обсудить цели и принципы военного сотрудничества, а глава советской делегации Ворошилов настаивал на первоочередном рассмотрении конкретных планов военных действий {4}. Иначе говоря, западные делегации заботились о том, какие термины и формулировки будут в окончательном тексте соглашения, какой будет конвенция. Ворошилова с первой минуты интересовало — какой будет война.

Британский министр иностранных дел Галифакс на заседании кабинета 10 июля говорил об этих (тогда еще только предстоявших) переговорах: "Они не будут иметь большого успеха. Переговоры будут затягиваться, и в конце концов каждая из сторон добьется от другой обязательств общего характера" {5}. Видимо, на Западе ожидали классической, традиционной нудной борьбы из-за каждой запятой в расчете на то, что либо итоговый документ, либо сама по себе многозначительная волынка в Москве подействуют Гитлеру на нервы и предотвратят самое худшее. Вряд ли в Лондоне и Париже могли вообразить, что Ворошилов, едва речь зайдет о целях и принципах, заявит, что предложения западных партнеров "не вызывают возражений" — то есть как бы примет предлагаемое с порога, не торгуясь, а двадцать часов спустя, на следующем заседании, так же походя, как само собой разумеющееся, скажет, что обсуждение принципов и целей вообще "отвлекло бы нас в сторону" {6}. Затем западные делегации представили те же принципы уже не в устной, но в письменной форме, оформленные как проект совместной трехсторонней декларации. Ворошилов, попросив время на его рассмотрение, отреагировал в итоге следующим образом: "Эти три принципа об организации обороны договаривающихся сторон слишком универсальны, абстрактны, бесплотны и никого ни к чему не обязывают. Я их, разумеется, разделяю, так как против них трудно возразить" {7}.

Это означает, что Запад без боя добился всего, чего хотел, однако советская сторона хотела вдобавок согласовать военные планы.

Но когда английская и французская стороны согласились обратиться в первую очередь к этим планам, начались уже просто чудеса. Первое же пожелание Ворошилова звучало так: "Я полагаю, что г-н генерал Думенк, излагая план обороны западного фронта... не ограничится только Западом, а выскажет свои предположения, как, по его мнению, должна быть организована защита, оттяжка сил агрессора на востоке" {8}. Кажется, советскую сторону второй фронт на западе не интересует вовсе. Выслушав западный план, Ворошилов задал много уточняющих вопросов, но не высказал ни одного возражения и ни одного пожелания по ведению войны на западе. В контрасте с ожесточенными спорами о втором фронте времен Великой Отечественной войны это выглядит прямо-таки неправдоподобно. Но это факт. Невольно вспоминается высказывание Мехлиса о том, что нам-де не нужны союзники.

Что касается Восточного фронта, поведение Ворошилова в этом вопросе тоже было нестандартным. Советский Союз в то время не имел общей границы с Германией, будучи отделен от рейха территориями Польши и Румынии. Если бы Сталин руководствовался в августе 1939 года желанием выиграть время и оттянуть свое вступление в войну, было бы естественным на переговорах ссылаться на отсутствие соприкосновения советских и немецких войск и отказываться взять на себя обязательство о непосредственном участии в войне, ограничиваясь обещаниями обеспечить тыл Польши, Румынии или других восточноевропейских соседей, которые подверглись бы гитлеровской агрессии, а также поставлять им необходимое оружие и другие материалы, как это делалось по отношению к Китаю. По-видимому, такую позицию и ожидали встретить в Москве французы, получившие соответствующую инструкцию: "Необходимо, чтобы русские взяли на себя обязательства в случае войны ничего не предпринимать против Польши, Румынии, Турции и даже (курсив мой.- П. X.) оказать им помощь, если наши союзники (т. е. перечисленные страны.- П. X.) об этом попросят, и обезопасить, когда они обратятся с просьбой, их коммуникации и усилить авиацию. Большего с русских не спрашивать" {9}. Наверное, никому и в голову не приходило, что Ворошилов без всякого нажима на него по своей воле с самого начала пожелает взвалить на советский народ не минимальную, а максимальную военную тяжесть. Он заявил собеседникам, что хочет знать, как Красная Армия войдет в соприкосновение с врагом; что для этого, очевидно, требуется согласие Польши на проход советских войск через ее территорию навстречу вермахту — и вопрос о согласии Польши и стал главным камнем преткновения на переговорах {10}.

Так что же, в сущности, произошло? Западные принципы и цели были приняты без всяких споров. Добившись обсуждения планов, Москва пожелала взять на себя максимальные обязательства на востоке, не требуя взамен никаких дополнительных обязательств в отношении западного второго фронта! Этот царский подарок был по достоинству оценен французской делегацией, писавшей в Париж: "То, что предлагают русские в целях выполнения обязательств по политическому договору, соответствует интересам нашей безопасности и безопасности самой Польши... Нам предлагают точно определенную помощь на востоке и не выдвигают каких-либо дополнительных требований о помощи с запада" 11 .html# target="app" class="showTip L11 ">{11 } (курсив мой.-П. X.). Кажется, французы руками разводят от удивления.

Между тем поведение Сталина в данном случае строится по той же схеме, что и в прошлом году, во время Мюнхенского кризиса, и основывается на том же стремлении: скорее в бой! И советско-германский пакт о ненападении 23 августа 1939 года был подписан при соблюдении этого ключевого условия: уже через три недели Красная Армия перешла западную границу. Где же здесь оттягивание войны? Миф о том, что пакт мыслился как средство отсрочить войну, впервые выдвинут самим Сталиным в знаменитой речи 3 июля 1941 года. В тот момент требовалась хоть какая-то хорошая мина при плохой игре, хоть какое-то, пусть самое неуклюжее, оправдание при явном политическом банкротстве. Никакой договор с Гитлером войну отсрочить не мог, подобная надежда находилась в кричащем противоречии со всем образом политического мышления Кремля.

Наугад, не выбирая, можно привести типичное высказывание, принадлежащее Жданову (1938 год): "В период, когда международные правовые нормы и отношения превращаются в клочки бумажки и попираются грубой силой, мы должны быть особенно сильными" {12}. Неужели после этого можно считать какой-то договор серьезной защитой? Сам Сталин, по свидетельству Хрущева, говорил при заключении пакта: "Здесь ведется игра — игра, кто кого перехитрит, кто кого обманет.- И заключил:- Я их обманул" {13}.

Сталин был прекрасно осведомлен о расчетах Гитлера. Еще в 1938 году советская пресса сообщала, что в Судетской области Чехословакии перед ее захватом фашисты распространяли листовки с картой Европы, на которой были обозначены даты гитлеровских захватов: весна 1938-го — Австрия; осень 1938-го — Чехословакия; весна 1939-го — Венгрия; осень 1939-го — Польша; весна 1940-го — Югославия; осень 1940-го — Румыния и Болгария; весна 1941-го-Франция, Бельгия, Голландия, Дания и Швейцария; осень 1941-го — СССР {14}. Даты и объекты агрессии обозначены неточно, но сам принцип поэтапного ее осуществления не вызывал сомнений. Наивно думать, будто Сталин, не доверявший никому, вдруг проникся доверием к главному своему врагу — Гитлеру.

Тем не менее отношения между Москвой и Берлином в ближайшие месяцы после пакта были не менее тесными, чем между союзниками в будущей антигитлеровской коалиции.

Политическое, экономическое, военное сотрудничество дополнялось и сотрудничеством между гестапо и НКВД. Пропаганда обоих режимов блистала подчеркнутой корректностью по отношению к партнеру. Когда 17 сентября Красная Армия перешла польскую границу, фашистский официоз "Фелькише Беобахтер" откликнулся с восхищением: "Мы безгранично приветствуем решение Москвы". В "Комсомольской правде" можно было прочесть: "Берлин, 19 сентября (ТАСС). Германское население единодушно приветствует решение Советского правительства... Берлин в эти дни принял особенно оживленный вид. На улицах около витрин и специальных щитов, где вывешены карты Польши, весь день толпятся люди. Они оживленно обсуждают успешные операции Красной Армии. Продвижение частей Красной Армии обозначается на карте красными советскими флажками" {15}.

В те дни Гитлер, выступая в Данциге (Гданьске), сказал: "Россия оказалась вынужденной со своей стороны ввести свои войска для защиты украинского и белорусского населения Польши. В Англии и Франции считают преступлением сотрудничество Германии и России — уроки 4 лет войны достаточны для обоих государств и народов. Мы намерены представлять и защищать свои собственные интересы и нашли, что лучше всего двум самым крупным государствам и народам Европы договориться о соглашении... Если вы полагаете,- заявил Гитлер обращаясь к Англии,- что мы при этом вступим в конфликт, то вы ошибаетесь, так как намерения Германии очень ограничены"{16}.

Несмотря на такие речи фюрера, Сталин, по моему мнению, ясно и точно представлял себе замысел Гитлера, "читал" его. Сухопутные боевые действия осенью 1939 года стали для нас фактом. Полномасштабная война была явно не за горами.

Был ли Сталин встревожен? Его практические действия показывают: нет, нисколько. Адмирал Кузнецов пишет: "Когда Гитлер в сентябре 1939 года напал на Польшу, очевидно, следовало сразу решать, как быть дальше с судостроительной программой... Дорогостоящую, отнимавшую массу ресурсов программу следовало немедленно свернуть... Изменений в нашей программе не последовало. Напротив, темп строительства даже нарастал (курсив мой.-П. X.), что влекло за собой колоссальные расходы на строительство военно-морских баз, доков, заводов и т. д." {17}. Рост ресурсов, отвлекаемых от сухопутных сил в пользу морских, должен по логике вещей означать, что Сталин в связи с переменами в обстановке предвидит приближение пока еще отдаленной морской войны, а в сухопутном своем могуществе по-прежнему уверен. Драматические и кровавые события той осени не изменили его высокую оценку собственных сил. Полным ходом продолжалось грандиозное строительство Дворца Советов в Москве...

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
{1}

См.: Захаров М. В. Генеральный штаб в предвоенные годы. С. 112-116.
{2} Там же. С. 114-115.

{3}Вопросы истории. 1990. № 6. С. 84.

{4}См.: СССР в борьбе за мир накануне Второй мировой войны. М., 1971. С. 546-550.

{5}1939 год: уроки истории. М., 1990. С. 325.

{6} СССР в борьбе за мир накануне Второй мировой войны. С. 548, 550.

{7}Там же. С. 600.

{8}СССР в борьбе за мир накануне Второй мировой войны. С. 550.

{9}1939 год: уроки истории. С. 314.

{10}См., напр.: СССР в борьбе за мир накануне Второй мировой войны. С. 601.

{11}1939 год: уроки истории. С. 315.

{12}Красная звезда. 1938. 4 ноября.

{13}1939 год: уроки истории. С. 487.

{14}См.: Красная звезда. 1938. 2 ноября.

{15} Комсомольская правда. 1939. 20 сентября.

{16}Там же. 21 сентября.

{17}Кузнецов Н. Г. Накануне. С. 30.3.
Даль

Humus

18.08.2021, 08:15

https://humus.livejournal.com/7930768.html

П. В. Хмелинский

20.08.2021, 11:08

http://militera.lib.ru/research/hmelinsky/08.html
Спустя три месяца и одну неделю после подписания советско-германского пакта, 30 ноября 1939 года, Красная Армия перешла границу с Финляндией — и началась самая неудачная и позорная из всех войн, которые нам когда-либо доводилось вести. С тех пор на протяжении 50 лет ортодоксальная историография стремилась свести всю эту "зимнюю войну" к сражению на Карельском перешейке, выставляя в качестве ее цели отодвижение границы от Ленинграда.

Но за месяц до начала этой войны Молотов говорил о западной прессе: "Утверждают, что СССР "требует" себе г. Виппаури (Выборг) и северную часть Ладожского озера. Скажем от себя, что это — чистый вымысел и ложь" {1}. В итоге именно эти территории и отошли к Союзу. То есть перед началом войны речь шла совсем не о той передвижке границы, что была осуществлена по ее окончании, а о намного меньшей.

Гораздо важнее, однако, отметить другую фальшь:

как масштаб, так и цели военных действий выходили далеко за пределы Карельского перешейка. С первого же дня наши войска двинулись в наступление практически на всем протяжении границы между двумя странами, от Балтийского моря до Ледовитого океана: на Ухтинском, Реболском, Поросозерском, Петрозаводском, Петсамском направлениях {2}.

Несколько раньше, на протяжении ноября, высказывания советской пропаганды о финском правительстве становились все резче. Вечером 26 ноября было объявлено, что в 15 часов 45 минут у села Майнила, находящегося у самой границы, орудийными выстрелами с финской стороны было убито 4 и ранено 9 красноармейцев. Началась яростная кампания митингов на заводах и фабриках. Множество стихов, карикатур, статей самого зловещего характера пролилось на газетные страницы. Прошло незамеченным, что сигнал к началу концерта прозвучал до инцидента на границе: еще утром 26 ноября "Правда" вышла с передовицей "Шут гороховый на посту премьера", посвященной главе финского правительства Каяндеру. В ней, в частности, говорилось:

"Не уйти каяндерам от ответа, которого требует все более настойчиво финляндский народ". Еще не разорваны дипломатические отношения, а о Каяндере говорится в тех же выражениях, что и о Бухарине или Зиновьеве — в дни, когда они сидели на скамье подсудимых: "Это разновидность пресмыкающегося, у которого нет острых зубов, нет силы, но есть коварство и похотливость мелкого хищника... Надо надеяться, что финский народ не даст марионеткам вроде Каяндера вести дальше государственный корабль Финляндии по гибельному пути Беков и Мосьцицких" {3}.

В первый же день войны было сообщено о радиоперехвате обращения ЦК компартии Финляндии к "трудовому народу" своей страны: "Бело-Финляндия является в настоящий момент самой черной страной в Европе... Однако теперь пришел конец терпению нашего трудового народа. Пусть это презренное правительство... будет последним правительством капиталистов и помещиков Финляндии. Необходимо создать широкий трудовой народный фронт - а к власти необходимо выдвинуть опирающееся на этот фронт правительство трудового народа, т. е. народное правительство".

Новая власть, предлагало обращение, должна сразу же выступить с территориальными претензиями к СССР:

"Обратиться к правительству СССР с предложением удовлетворить вековую национальную мечту финского народа и воссоединить с Финляндией районы Советской Карелии... Мы имеем основание надеяться, что, если установим с Советским Союзом дружественные отношения, Советский Союз удовлетворит такое предложение".

Содержащиеся в обращении оценки Красной Армии и прогнозы относительно будущего хода боевых действий показывают, что в день начала войны с Финляндией Сталин по-прежнему находился под влиянием иллюзии собственного могущества: "Смешно даже думать, что генералишки финляндской армии могли бы устоять перед Красной Армией. Красная армия обучена и снабжена лучше всех армий в мире. (Курсив мой.- П. X.)... Крас-ная Армия монолитна, как гранитная скала... Вы увидите, что сопротивлению финляндских генералишек скоро будет конец... Да здравствует независимая Финляндская Демократическая Республика!" {4}.

Спустя еще сутки — новое сообщение: в занятом Красной Армией поселке Териоки уже образовано "народное правительство" во главе с Отто Куусиненом (живший в то время в Москве работник Коминтерна; впоследствии — секретарь ЦК КПСС; участвовал в разработке хрущевской программы строительства коммунизма). В декларации нового правительства говорилось: "В разных частях страны народ уже восстал и провозгласил создание демократической республики. Часть солдат финляндской армии уже перешла на сторону нового правительства, поддерживаемого народом... Народные массы Финляндии с огромным энтузиазмом встречают и приветствуют доблестную, непобедимую Красную Армию".

Сообщалось также, что уже сформирован Первый Финский Корпус, и ему "предоставляется честь принести в столицу знамя Финляндской Демократической Республики и водрузить его на крыше президентского дворца на радость трудящимся и страх врагам народа" {5}. А уже вечером того же дня радио известило о подписании между СССР и новоиспеченной ФДР договора о дружбе и взаимопомощи. События теперь стали изображать так, будто сначала в Финляндии произошла революция, а затем мы пришли на помощь "восставшему народу". Например, поэт Семен Кирсанов писал:

Наш снаряд — к победе пропуск!
Под огнем возводим мост,
Чтобы Первый Финский Корпус
Знамя в Хельсинки принес!

А вот отрывок из фронтового репортажа Николая Вирты: "Первые же часы войны показали, что хваленая "доблесть" финской армии не стоит выеденного яйца... На улице встречаю старого знакомого — комиссара N-ской дивизии.

— Куда едете, товарищ комиссар, как дела?

— Некогда, Вирта, право слово, некогда, спешу. Еду в полк. Он третий день не выходит из боя. Не задерживайте.

— Ну скажите хоть пару слов. Что там, на фронте?

— А вы что, в тылу?

— Ну ладно шутить. Где же ваши части?

— Наступают, берем деревни одну за другой. Завтра возьмем станцию Райвола. До скорого свидания, приезжайте в Хельсинки".

Никто, как видим, не скрывал, что цель войны — не передвижка границы, а свержение правительства Финляндии. Крайняя спешка, с которой было создано правительство Куусинена, показывает, что не допускалось и мысли о возможности не то что остановки, но хотя бы задержки стремительного наступления. Позже, когда военное банкротство Сталина и Ворошилова стало очевидным, о "народном правительстве" и обо всем, что с ним связано, пришлось хранить неловкое молчание.

Как обосновывали, чем оправдывали в Кремле решение, стоившее огромной крови народам Финляндии и Советского Союза? Мне известны три главных аргумента:

граница "нависла" над Ленинградом на расстоянии всего лишь 32 километров — на такую дальность могут стрелять современные (по тогдашним понятиям) орудия; этот факт представляет слишком большую опасность для города, этого нельзя терпеть;

уже упоминавшийся выше артобстрел у села Майнила требовал возмездия;

Финляндия вообще проводила враждебную Союзу политику, требовались соответствующие меры...

Разберем эти аргументы по порядку.

Что касается опасений относительно артобстрелов Ленинграда, они выглядят несерьезно хотя бы потому, что к тому времени опыт войн в Испании, Китае, Польше однозначно показал: главную опасность для больших городов представляют не артобстрелы, а бомбежки с воздуха. Никакая передвижка границы, конечно, не могла уберечь Ленинград от этой угрозы. Кроме того, стрелять на расстоянии 32 км могли бы лишь наиболее тяжелые орудия, которые финнам пришлось бы располагать возле самой границы, что делало их весьма уязвимыми. Если бы Финляндия вознамерилась вести наступательную войну против СССР, ее армия могла бы надеяться подойти поближе для артобстрела Ленинграда; если же война с финской стороны была бы оборонительной, обстреливать Ленинград было бы крайней глупостью. В 1941 году финны с боями вернулись на прежнюю, близкую к Ленинграду границу, но главная опасность к городу подошла, как известно, с другой стороны.

Артобстрел села Майнила, по мнению Финляндии, был произведен с советской стороны; но даже если принять советскую версию, нельзя поверить, что Сталин начал бы войну из-за нескольких убитых красноармейцев. Не начал же он войну с Японией из-за действительно разбойного нападения на нашу территорию у озера Хасан.

Что касается "враждебной" политики Финляндии, даже если принять это как факт (хотя "враждебность" весьма сомнительна), то любая насильственная передвижка границы могла враждебные СССР силы и настроения в Хельсинки только усилить; свержение же законного правительства чужой страны из-за неприязни к его политическому курсу, как ни крути, акт международного бандитизма. К тому же Финляндией и СССР в 1932 году был заключен пакт о ненападении; после вторжения Гитлера в Польшу финское правительство подтвердило свою позицию нейтралитета и, если бы Сталин не захотел большего, мы во время войны с фашизмом, вероятно, не знали бы ни обороны Мурманска, ни блокады Ленинграда.

Таким образом, войну против Финляндии невозможно оправдать, даже если принять за чистую монету все шитые белыми нитками сталинско-молотовские аргументы в ее пользу. Она была просто не нужна. Вдобавок в чисто военном отношении она обернулась настоящим фиаско. Маршал А. М. Василевский свидетельствовал:

"Ленинградский фронт... топтался на Карельском перешейке целый месяц, понес тяжелые потери и, по существу, преодолел только предполье. Лишь через месяц подошел к самой линии Маннергейма, но подошел выдохшийся... Финская война была для нас большим срамом и создала о нашей армии глубоко неблагоприятные впечатления за рубежом, да и внутри страны" {6}. Севернее Ладоги потери были в ряде случаев еще страшнее, чем на линии Маннергейма. "Беспомощность, с которой мы вели войну с Финляндией", констатирует и Н. С. Хрущев. Он пишет: "Все мы, и прежде всего Сталин, видели в нашей победе над финнами поражение. Это было опасное поражение, потому что оно укрепляло наших врагов в убеждении, что Советский Союз — колосс на глиняных ногах" {7}. В 1944 году то же самое пространство, но еще более укрепленное, наша армия преодолела не за 105 дней, а за десять.

Конкретные действия Сталина доказывают: финская война заставила его заново оценить свои силы. Именно во время войны с Финляндией стало свертываться строительство океанского флота {8}. Тогда же было прервано строительство Дворца Советов в Москве. Кроме того, любопытные "скачки" обнаруживаются в численности курсантов военных училищ сухопутных войск. В 1937- 1938 годах численность курсантов резко возросла-с 36 тыс. до 59 тыс. (в 1,65 раза). Видимо, Сталин пытался таким путем компенсировать последствия массового уничтожения военных кадров. Захват Гитлером Чехословакии, явное назревание большой войны особого беспокойства, как представляется, в Кремле не вызвали: в 1938-1939 годах число курсантов выросло мало — с 59 тыс. до 65 тыс. Зато после войны с Финляндией — невиданный скачок: с 65 тыс. до 170 тыс. (в 2,6 раза). Если взять одни пехотные училища (без танковых, артиллерийских и т. д.), картина получается еще более красноречивая: скачок 1937-1938 годов — в 1,5 раза; скачок 1939-1940 годов — в 6,5 раза! {9}.

Цифры говорят сами за себя: "зимняя война" стала личным крушением Сталина, столкнула его с реальностью, неподвластной ему и нежелательной. Не в июне 1941-го, а в декабре 1939 года жизнь преподнесла Сталину грандиозный и грозный сюрприз. Вот когда действительно события развивались для него внезапно и страшно. Не Ленинградский фронт потерпел поражение — потерпела провал вся его долгосрочная стратегия подготовки к войне. Оказалось плохо не что-то одно — Красная Армия в целом оказалась вооруженной, обученной и управляемой не лучше, а хуже других. Но ведь Сталин на завышенной оценке избитой и обескровленной им Красной Армии основывал все свои далеко идущие расчеты. Значит, война с Финляндией перечеркнула не только прошлую его политику, но и планы на будущее.

Важно осознать все значение этого факта. Сталин до "зимней войны" и после нее — это два разных политика. С этого момента он делал все не так, как рассчитывал раньше. Война с Финляндией — важнейший рубеж во всей истории сталинщины. Совершенно исчезли из нашей прессы жизнерадостные рассказы о будущей войне.

Чтобы понять поведение Сталина до этого краха, надо разгадать, каким он видел будущее после предполагаемой победы над Финляндией. Мне не доводилось встречать по-настоящему точных указаний на то, в какой срок рассчитывал Сталин закончить операции в Финляндии. Из различных туманных свидетельств можно понять, что на все про все отводилось около двух или трех недель. По свидетельству А. М. Василевского, когда Б. М. Шапошников еще во время подготовки к наступлению доложил на совещании планы Генштаба, "Сталин поднял его на смех. Было сказано что-то вроде того, что, дескать, вы для того, чтобы управиться с этой самой... Финляндией, требуете таких огромных сил и средств. В таких масштабах в них нет никакой необходимости" {10}. Отсюда следует, что Отец народов замышлял эдакую демонстрацию мощи, быструю победу одной левой. И кстати, почему нападение началось 30 ноября? Почему не в январе или феврале? Ведь, как известно, возможности сближения позиций СССР и Финляндии отнюдь не были исчерпаны, и поэтому быстрый рост напряженности в двусторонних отношениях и сама война оказались для финской стороны в значительной мере неожиданными. Временами в Хельсинки просто не понимали, что происходит. 29 ноября, за считанные часы до начала войны, в Москву поступила срочная нота: правительство Финляндии выдвигало новые предложения, шло навстречу требованиям Молотова. Нота осталась без ответа {11}. Почему?

В качестве зыбкой гипотезы позволю себе высказать следующее: похоже на то, что Сталин хотел "разрешить" финскую проблему до нового, 1940 года. Потому что он понимал намерения Гитлера и предвидел, что с окончанием весны фашисты предпримут попытку разгромить Францию. Видимо, он стремился завершить свои ближайшие военные мероприятия, забрать всё причитавшееся по договору о ненападении и протоколам к нему до начала лета. После подписания пакта о ненападении продвижение Красной Армии осуществлялось в довольно высоком темпе: сентябрь 1939-го — Западная Украина и Западная Белоруссия; октябрь — размещение гарнизонов в Эстонии, Латвии, Литве; 30 ноября — Финляндия. Кто был на очереди?

Согласно секретным протоколам августа 1939 года, кроме уже занятого, Сталину "полагалась" только Бессарабия, принадлежавшая в то время Румынии. Однако следующий (после Финляндии) шаг Сталин, как представляется, планировал сделать в другом направлении.

Маленькое отступление. 31 октября Молотов в Верховном Совете сказал: "Английские, а вместе с ними и французские сторонники войны объявили Германии что-то вроде "идеологической войны", напоминающей старые религиозные войны" {12}. Еще грубей и откровенней высказался депутат от Ленинграда А. А. Кузнецов:

"Поджигатели войны — Англия и Франция хотели и нас втянуть в войну, которую они ведут за свое мировое господство" {13}. Это типичные для тех месяцев заявления. В день начала войны с Финляндией было опубликовано официальное личное опровержение Сталина в связи с сообщением французского агентства Гавас о якобы сделанном Сталиным на заседании Политбюро 19 августа заявлении: "Война (между Францией и Германией.- П. X.) должна продолжаться как можно дольше, чтобы истощить воюющие стороны". Ответ был таков: "Я, конечно, не могу знать, в каком именно кафешантане сфабриковано это вранье. Но как бы ни врали господа из агентства Гавас, они не могут отрицать того, что:

а) не Германия напала на Францию и Англию, а Франция и Англия напали на Германию, взяв на себя ответственность за нынешнюю войну;

б) после открытия военных действий Германия обратилась к Франции и Англии с мирными предложениями, а Советский Союз открыто поддержал мирные предложения Германии...

в) правящие круги Англии и Франции грубо отклонили как мирные предложения Германии, так и попытки Советского Союза добиться скорейшего окончания войны.

Таковы факты..." {14}

Бросается в глаза, что это "опровержение" — вовсе не опровержение. Пункты "а", "б" и "в" не имеют никакого отношения к "клевете" агентства Гавас {15}. Зато они представляют собой важнейшее внешнеполитическое заявление: впервые на столь высоком уровне столь определенно Москва провозглашала свою солидарность с Германией в связи с идущей в Европе войной и враждебность по отношению к Англии и Франции.

В таком контексте не удивляет еще одно место из речи Молотова 31 октября: сообщив депутатам, что Турция заключила пакт о взаимопомощи с Англией и Францией, Вячеслав Михайлович сказал: "Не пожалеет ли об этом Турция — гадать не будем. (Оживление в зале.)". Строго говоря, фраза бессодержательная, придраться не к чему, но звучит угрожающе, и Верховный Совет, как видим, это почувствовал.

Синхронно с Молотовым, но подробнее и резче высказался журнал "Большевик" в передовой (это важно!) статье: "В то время, как Советский Союз ведет борьбу за прекращение войны, империалистические агрессоры пытаются расширять плацдарм войны. Заключенный недавно франко-англо-турецкий пакт о взаимопомощи — это не инструмент мира, а орудие создания новых очагов войны... Турция стала на путь весьма рискованной внешней политики, которая не способствует сокращению военных действий, не ведет к миру" {16}.

Раз политика Турции не ведет к миру — значит, она ведет к войне. Намек прозрачен. Контраст между СССР и Турцией подчеркнут. Между прочим, перед заключением англо-франко-турецкого пакта Молотов вел с Турцией переговоры относительно возможного договора о взаимопомощи — такие же, как с Эстонией, Латвией, Литвой, Финляндией. Аналогия напрашивается.

Но после неудач на линии Маннергейма и в Карелии все претензии к Турции как ветром сдуло. Для сравнения: тот же "Большевик" в апреле 1940 года, и опять в передовой статье, затрагивает вроде бы ту же тему, что и полгода назад: "Англия и Франция с самого начала ведут отчаянную борьбу за расширение плацдарма военных действий" {17}. Но никакого недовольства Турцией теперь не выражается, эта страна даже не упомянута.

Итак. Не исключено, что Турция была намечена как следующая после Финляндии жертва. Предлагаю эту версию как рабочую гипотезу для дальнейшего поиска подтверждающих и опровергающих аргументов и документов, При той самоуверенности, какою был преисполнен Сталин осенью 1939 года, он мог рассчитывать разрешить турецкую и бессарабскую проблемы до окончания весны, и к моменту, когда Гитлер готов был бы обрушиться на Францию, у него за спиной на востоке стояла бы превосходящая по мощи Красная Армия, продемонстрировавшая всему миру свою силу, получившая боевой опыт. Быть может, идя на пакт о ненападении с Гитлером, Сталин вовсе не собирался за так подарить ему Францию, дать погубить второй фронт в Европе. В этом случае его ошибка состояла не в доверии к Гитлеру и не в плохом понимании фашистских планов, а в грубой переоценке своих сил.

Фюрер не обманул Вождя. Сталин обманулся сам.

Ужасные потери наших войск становились еще ужасней от того, что демонстрировали не мощь армии, а ее бессилие. 2-й секретарь посольства США в Москве Болен писал в конце декабря 1939 года: "По мнению иностранных военных атташе в Москве, самая критическая оценка советских вооруженных сил, имевшая место до финского конфликта, кажется теперь пропагандой в пользу Советов. Ввиду такого неожиданного поворота дел, которого никто фактически не ожидал, в ряде стран возникает сильная тенденция увеличить активную помощь финнам... Немцы в Москве очень довольны и смеются..." {18}.

Как я не раз убеждался в личных беседах, многие рядовые советские люди в ту зиму сделали для себя вывод: теперь Гитлер обязательно нападет на нас.

Персонально для Сталина военное фиаско в Финляндии было не только неожиданным, но и необъяснимым. Причины прятались слишком глубоко в его мышлении, и он не мог до них докопаться, тем более что для "отлова" собственных ошибок его интуитивный и нестрогий образ мыслей был приспособлен еще меньше, чем для руководства войной. В результате — он стоял лицом к лицу с фактом собственной постыдной слабости и неумения, не зная в то же время, где искать и как устранять причину этого.

Он бросился еще крепче завинчивать гайки, повышать качество оружия (в прежнем, неправильном его понимании) и т. д. Многие наши руководители и командиры за время финской войны получили ценный опыт, извлекли из него уроки, и это сыграло свою роль с началом Великой Отечественной войны; но сам Сталин мало чему научился в тот раз, скорее, он просто утратил уверенность в себе. До декабря 1939 года он готовился к войне по-своему последовательно, поэтапно, без тревоги; с самого начала 1940 года — исступленно "жал на газ", не будучи в глубине души уверенным, что едет по той дороге. Планомерность сменилась импровизацией, самодовольство — страхом.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
{1}

Правда. 1939. 1ноября.
{2}См., напр.: Красная звезда. 1939. 3 декабря.

{3} Бек и Мосьцицкий — политические деятели только что уничтоженного тогда польского государства.

{4}Правда, 1939. 1 декабря

{5} Там же. 2 декабря.

{6}Знамя. 1988. № 5. С. 79-80.

{7} Молдавия литературная. 1989. № 10. С. 69.

{8}См.: Кузнецов Н. Г. Накануне. С. 303.

{9}См.: Военно-исторический журнал. 1990. № 2. С. 22.

{10}Знамя. 1988. № 5. С. 79.

{11}См.: Новая и новейшая история. 1989. № 4. С. 35.

{12}Правда. 1939. 1ноября.

{13}Там же.

{14}Литературная газета. 1939. 1 декабря.

{15}На самом деле Сталин говорил той осенью в узком кругу: "Мы не прочь, чтобы они подрались хорошенько и ослабили друг друга". См.: Известия ЦК КПСС. 1989. № 12. С. 207.

{16} Большевик. 1939. № 20. С. 21.

{17}Большевик. 1940. № 8. С. 2.

{18} Новая и новейшая история. 1989. № 4. С. 37.
Дальше

П. В. Хмелинский

21.08.2021, 08:28

http://militera.lib.ru/research/hmelinsky/09.html
В мае 1940 года грянула новая потрясающая неожиданность: вопреки всем прогнозам, вермахт молниеносно и легко разгромил Францию. Мало того что Сталин оказался слабее, чем сам думал,- Гитлер оказался сильнее, чем ожидалось, да еще усилился за счет новых завоеваний. Н. С. Хрущев свидетельствует: "Я... был у Сталина, когда мы узнали о капитуляции Франции. Отпустив пару отборных русских ругательств, он сказал, что теперь Гитлер уверен, что свернет нам шею" {1}. Эта "высочайшая" брань прозвучала ровно за год до вторжения немецко-фашистских войск в нашу страну. На протяжении этих двенадцати месяцев множество людей пожертвовало жизнью, чтобы предупредить Сталина о надвигавшемся урагане, а он сознавал угрозу и предвидел будущее и без сигналов со стороны.

7 ноября 1940 года. Празднество на Красной площади описывает писатель Константин Федин: "Был один момент в параде, поднявший душевное настроение на громадную высоту. Когда начал бить на Спасской башне установленный час, Сталин поднялся на трибуну ленинского мавзолея. Тогда параду был дан приказ "смирно", и раздалась музыка. Это был Бетховен... апофеоз великой Девятой симфонии Бетховена исполнял оркестр, необъятный по числу инструментов и слитый воедино. Голоса повелительной меди поднялись к Кремлю, и это был действительно апофеоз воли, силы и самой жизни... Наша военная мысль достигла большой изощренности, и когда, нарастая от волны к волне, по площади двинулись фантастичные, но необычайно послушные человеку машины, стало видно, каким разнообразием средств обороны обладает теперь Советский Союз. Пролетели тучи быстроходных скорострелов. Прошли дальнобойные орудия, для передвижения которых нужны целые поезда усовершенствованных тяжелых самовозов. То мчались легкие, наглухо замкнутые броневики. То площадь словно засевалась малыми танками. То грузно выплывал сухопутный флот тяжелых танков... То, что необычайным предвидением Сталина мы оказались в опаснейший исторический час могущественной державой, достигнуто творческим трудом всего народа" {2}.

Если не ошибаюсь, никогда раньше на таких праздниках Бетховен на Красной площади не звучал. Это — еще один сигнал Берлину, и их будет все больше и больше по мере приближения срока нападения.

Спустя пять дней в Берлин отбыла советская делегация во главе с Молотовым. Последовавшие важнейшие переговоры позволили прозондировать намерения Гитлера. Слово А. М. Василевскому: "Что немцы готовились к войне и что она будет, несмотря на пакт, были убеждены все, кто ездил в ноябре сорокового года вместе с Молотовым в Берлин. Я тоже ездил в составе этой делегации, как один из представителей Генерального штаба. После этой поездки, после приемов, разговоров там ни у кого из нас не было ни малейших сомнений в том, что Гитлер держит камень за пазухой. Об этом говорили и самому Молотову. Насколько я понял, он тоже придерживался этой точки зрения". Не приходится сомневаться, что до сведения Сталина этот вывод тоже довели. И если Сталин правильно истолковывал значение (для СССР) разгрома Франции, то он не мог вдруг ослепнуть после того, как Молотов привез самые тревожные вести из Берлина. А предупреждения разного рода продолжали поступать на протяжении зимы. В прессе Новый год отмечен, как всегда, стихами:

Мы в Сорок Первом свежие пласты
Земных богатств лопатами затронем,
И, может, станет топливом простым
Уран, растормошенный циклотром...

Наш каждый год — победа и борьба
За уголь, за размах металлургии!..
А может быть — к шестнадцати гербам
Еще гербы прибавятся другие...

Тема войны, как видим, присутствовала и на этом празднике — правда, в единственно возможном тогда "наступательном" исполнении. А 21 января 1941 года, в годовщину смерти Ленина, на торжественно-траурном заседании в Большом театре новая восходящая звезда нашей политики, молодой секретарь ЦК партии Щербаков выступил с самыми решительными предостережениями: "Мы не можем безучастно смотреть на то, что происходит за советскими рубежами. Международная обстановка сейчас особенно сложна и чревата всякими неожиданностями. В этих условиях необходимо проявить усиленную бдительность... Никто не имеет права самоуспокаиваться..." {3}. При наличии договора о ненападении с Германией сильнее выражений не подберешь. Но на этом заявлении все и затихло: Кремль вдруг первый самоуспокоился и потерял бдительность. Пропаганда начисто позабыла про "всякие неожиданности", которые могут ожидать нас в ближайшем будущем.

Сигналы о приближении войны поступали к Сталину из самых разных источников с нарастающей частотой. Информация становилась все более красноречивой. Сталин, каждый раз на словах отрицая опасность, с возрастающей резкостью реагировал на все новые тревожные известия. Однако его практические дела убедительно свидетельствуют: он знал и понимал, что война на пороге.

Если рассматривать взаимодействие между Берлином и Москвой с точки зрения дозированного применения "кнута и пряника", можно сказать, что в последние предвоенные месяцы Гитлер если и применял, то только кнут, а Сталин — только пряники.

Он позволил немцам производить в приграничной полосе "розыски могил" германских солдат 1-й мировой войны, т. е. открыто вести наземную разведку. Он выражал готовность распустить Коминтерн. Он запрещал атаковывать немецкие самолеты, вторгавшиеся в воздушное пространство СССР. Дело дошло до того, что 15 мая 1941 года фашистский "юнкере", нарушив границу, долетел до самой Москвы и беспрепятственно приземлился на московском аэродроме. Причем в связи с этим случаем нарком обороны Тимошенко подписал приказ о принятии мер почти через месяц (10 июня). Виновные отделались лишь выговорами и замечаниями {5}. Такой гнилой либерализм в стране, где иной раз расстреливали железнодорожников за опоздание обычного пассажирского поезда! Кроме того, Сталин "не замечал" невыполнения и срыва фашистской Германией поставок по экономическим соглашениям с нашей страной, тогда как советские поставки сырья и продовольствия в Германию продолжались как ни в чем не бывало. В начале апреля Гитлер напал на Югославию именно в тот день, когда был подписан советско-югославский договор о дружбе. Более вызывающей и наглой по отношению к Москве акции невозможно вообразить. Однако Сталин не протестовал. Только что были пролиты реки чернил ради разоблачения тактики "умиротворения" агрессора и "невмешательства" — и вот уже Кремль сам катится по рельсам этой политики.

С приближением срока нападения уступки и сигналы Берлину все учащались. Когда в апреле из Москвы уезжал японский министр иностранных дел Мацуока, на вокзале внезапно появились Сталин и Молотов, что было совершенно необычным жестом любезности. Сталин не забыл подойти и к германскому послу Шуленбургу, продемонстрировав ему свои дружбу и расположение. В день 1 Мая на Мавзолее среди членов Политбюро очутилось лицо, стоявшее несравненно ниже по рангу,-посол СССР в Германии Деканозов. Причем он стоял не где-нибудь с краю, а рядом со Сталиным. Москвичи, проходившие в то солнечное утро мимо Мавзолея в праздничных колоннах, вряд ли заметили что-либо необычное, но немецкие дипломаты не заметить не могли. Получалось, что Деканозов — как бы второй в нашем руководстве человек после Сталина. Намек недвусмысленный. А спустя всего пять дней было объявлено о смешении Молотова с поста председателя Совета Народных Комиссаров и назначении вместо него Сталина. Иностранные наблюдатели единодушно расценили это как сигнал Гитлеру о готовности Сталина вести переговоры лично, сойти с тех позиций, которые отстаивал Молотов осенью, пойти навстречу "коричневому" партнеру.

Нередко утверждается, что Сталин практически совсем не готовился к отпору весной и в начале лета 1941 года. Это не совсем так. Действительно, он не позволял армии приступить к развертыванию или осуществить какие-то другие мероприятия, если существовала хотя бы теоретическая возможность их обнаружения фашистами. Такой подход накладывал абсурдные, недопустимо строгие ограничения на подготовку к войне, ставил ей немыслимо тесные рамки. Но вместе с тем все, что можно было делать, не боясь обнаружения, делалось в максимальных масштабах и с лихорадочной поспешностью. В феврале несколько неожиданно была созвана Всесоюзная партконференция (первая за последние 13 лет), целиком посвященная "нажиму" по партийной линии на руководителей оборонной промышленности и транспорта. А в армии, по свидетельству Г. К. Жукова, происходило следующее: "Много мероприятий было проведено и в авиации, и другого организационного порядка. В марте началось формирование 15 дополнительных механизированных корпусов и масса других мероприятий. Все эти меры явились, конечно, следствием уже нараставшей тревоги... И тут надо, конечно, иметь в виду категорическое требование и категорическую установку Сталина. Он твердо сказал, что, если мы не будем провоцировать немцев на войну — войны не будет, мы ее избежим. У нас есть средства избежать ее. Какие средства, он не говорил... Нам, конечно, труднее было догадываться. Но Сталин такую установку дал, поэтому все, что вы делаете, это должно делаться в величайшей тайне — вы отвечаете за каждый свой шаг" {6}. Таким образом, обилие "пряников" во внешних отношениях с Германией не исключало тайную подготовку "кнута". Просто "пряники" получили, безусловно, приоритет.

В то же время на торопливых оборонительных мероприятиях по-прежнему (а может, и в большей степени) сказывалось логически порочное мышление Сталина, Судя по всему, он сопоставлял качественно различные цели и задачи как бы количественно. Так, наступление, видимо, было для него "больше" обороны; если армия будет готова к наступлению — значит, тем более она окажется готовой к обороне. Тут он тоже действовал "с запасом". До его сознания не доходили такие тонкости, как целесообразность при подготовке к наступательной войне разместить основные запасы оружия возле границы и идиотизм такого размещения при перспективе войны оборонительной. В результате главные склады Красной Армии очутились в руках у противника в первые же дни войны. Сталин не понимал, что оборона — принципиально иной способ ведения боя и сражения и к ней надо готовиться особо. В его глазах наступление было элементарно "больше" обороны, и даже в начале 1941 года высший комсостав Красной Армии из 29 научно-исследовательских работ обороне посвятил лишь 3, из них стратегической обороне — ни одной {7}.

Аналогичный по сути промах был совершен в области военного строительства у западной границы в 1941 году. Вместо того чтобы сосредоточить силы и средства на немногих объектах, быстро завершать их постройку и переключаться на другие, Сталин дал "добро" на одновременное строительство огромного числа объектов, следуя, очевидно, всегдашнему своему правилу: "Выжимай как можно больше — получишь хоть что-нибудь". Он не замечал, что больше объектов — это качественно иная задача. В результате ни один аэродром и ни одна железная дорога из числа начатых не были построены к началу войны {8}.Труд, стоивший сил и нервов множеству людей, пропал впустую.

Но даже если отрешиться от поспешных и не очень толковых усилий Вождя по укреплению обороноспособности, его поведение не дает никаких оснований заподозрить его в беззаботности и в неверии в близость войны. Если бы он действительно был спокоен (а не изображал спокойствие), он отрицал бы возможность войны в 1941 году уверенно, "на одной ноте", а не с возрастающей нервозностью и категоричностью, а его дружеские жесты в сторону Берлина не должны были бы учащаться. В связи с этим обращает на себя внимание знаменитое сообщение ТАСС 14 июня 1941 года. В нем утверждалось, что Германия строго соблюдает договор о ненападении и распространяющиеся тревожные слухи и настроения беспочвенны. Служивший на Черноморском флоте И. Н. Азаров рассказывает: "Учения были в разгаре, когда мы услышали сообщение ТАСС от 14 июня, которое обескуражило нас... Всего несколько дней назад в Москве, перед нашим отъездом в Севастополь, Рогов, являвшийся членом Центрального Комитета партии, требовал... ориентировать личный состав флота на повышение бдительности и боевой готовности. И вдруг — совершенно противоположная ориентировка... Командир крейсера капитан 2-го ранга А. М. Гущин обратился ко мне с просьбой выступить перед моряками и разъяснить им, как понимать это сообщение... Уклониться от этого мне было невозможно... Полковой комиссар В. И. Семин, тоже находившийся на крейсере, доложил мне о жарких спорах, завязавшихся среди моряков в связи с сообщением ТАСС. Да и сам он был совершенно сбит с толку... Спросил, не имею ли я каких-либо указаний свыше. Я сказал, что никаких указаний не имею. Семин, очевидно, заметил мое волнение, и в его взгляде я прочел сочувствие. Он помолчал минуту и проговорил:

— Нелегко вам, Илья Ильич..." {9}

Дипломаты расценили сообщение ТАСС как еще одну попытку прозондировать намерения Гитлера, еще одно приглашение к переговорам. Мне, однако, не приходилось встречать объяснений, почему этот сигнал прозвучал именно 14-го числа? Почему, скажем, не 16-го и не 10-го? Мне кажется, все становится на свои места, если предположить, что Сталин вполне отдавал себе отчет в том, что война уже стучится в дверь, и более того — достаточно точно предвидел дату ее начала.

Довольно определенные сведения к нему, как известно, поступали. Было, кроме того, известно, что Гитлер нападает по воскресеньям. Так вот, 15 июня было именно воскресенье, и Сталин мог ожидать нападения в этот день. Тогда сообщение ТАСС 14-го числа публикуется как бы в последние сутки перед войной и представляет собою "последнюю" попытку выпросить у Гитлера мира. Но если так, тогда и в следующую субботу, 21 июня, должна была иметь место еще одна последняя попытка?

И она — была.

Тогдашний первый секретарь нашего посольства в Берлине В. М. Бережков сообщает: "В тот субботний день (21 июня.-П. X.) к нам в посольство поступила из Москвы телеграмма, предписывавшая послу безотлагательно встретиться с Риббентропом и сообщить ему о готовности Советского правительства вступить в переговоры с высшим руководством рейха и "выслушать возможные претензии Германии". Фактически это был намек на готовность советской стороны не только выслушать, но и удовлетворить германские требования" {10}.

Указание на эту готовность находим и в дневнике начальника германского Генштаба Ф. Гальдера, записавшего: "...г. Молотов хотел 18.6 говорить с фюрером" {11}.

Тот факт, что Сталин предвидел грозу, не может удивлять, ибо на сегодняшний день нет сомнений, что большинство компетентных профессионалов (дипломатов, разведчиков, пограничников и т. д.), хоть сколько-нибудь осведомленных о развитии обстановки, отчетливо предчувствовали войну. Из этого следует, во-первых, что Сталин оценивал обстановку как все профессионалы; во-вторых, что, если бы принятие главных решений в Советском Союзе не замыкалось на одном человеке, если бы в стране была демократия, Гитлер не имел бы никаких шансов на "внезапность", на так называемое "вероломство" нападения. На самом деле внезапности не было, а был паралич системы управления.

Но почему, сознавая близость нападения, Сталин не развернул армию, не привел ее в боевую готовность, подставив ее под бомбы — спящую в казармах, с накрытыми брезентом самолетами, с незаминированными мостами на границе? Видимо, потому, что он оценивал перспективы войны опять-таки как все профессионалы. Английские, американские, немецкие военные и политики полагали, что на разгром Советского Союза у вермахта уйдет от трех недель до трех месяцев. Причем это говорилось не на публику, а вполне серьезно, между собой. Других мнений практически не было.

Ожидая в случае войны скорого поражения, а для себя лично — гибели, Сталин, вероятно, счел сопротивление бесполезным, оттого и не пытался ни грозить Гитлеру, ни изготовиться к бою вовремя. На такое предположение наводит и его поведение в первые дни войны, когда он выпустил из рук руководство, совершенно не принимал участия ни в каких делах. Г. К. Жуков утверждает (о предвоенных месяцах Сталина): "Главное, конечно, что довлело над ним, над всеми его мероприятиями, которые отзывались и на нас,- это, конечно, страх перед Германией. Он боялся германских вооруженных сил, которые маршировали легко по Западной Европе, и громили, и перед ними все становились на колени. Он боялся. Боялся почему? Потому, что он привел страну к такому угрожающему моменту, не готовил к войне. Он понял, что вся предвоенная политика оказалась фальшивой. Опоздали{12}.

В том же духе повествует о начале июня 1941 года Н. С. Хрущев: "От Сталина не поступало никаких новых распоряжений, лишь один затяжной обед сменялся другим. Я уже начал чувствовать отвращение к этим обедам. Они давали мне возможность наблюдать Сталина вблизи, и мне не нравилось то, что я видел. Казалось, что он полностью утратил всякую веру в способность нашей армии дать отпор врагу... Он держал меня около себя просто потому, что нуждался в обществе, особенно когда его одолевал страх. Он не выносил одиночества..." {13}.

Начавшаяся после 22 июня переписка Сталина и Черчилля также свидетельствует, что в 1941 году "Гениальный стратег" принимал решения под действием неуверенности и страха. 3 сентября он писал Черчиллю: "За последние три недели положение советских войск значительно ухудшилось... Относительная стабилизация на фронте... потерпела крушение... Я думаю, что существует лишь один путь выхода из такого положения (курсив мой.- П. X.): создать уже в этом году второй фронт..." {14} Далее Сталин упоминает и о возможности поражения Советского Союза в войне. Надо полагать, глава правительства выбирал выражения в официальной переписке, и если он писал, что второй фронт — единственный путь выхода из положения, значит, в одиночку выстоять не надеялся. Во всяком случае, на протяжении трехлетней дискуссии о втором фронте он подобных слов больше не употреблял. Но еще красноречивее о его состоянии говорит следующее письмо Черчиллю, отправленное через 10 дней, 13 сентября: "Если создание второго фронта на Западе в данный момент, по мнению Английского Правительства, представляется невозможным, то, может быть, можно было бы найти другое средство... Англия могла бы без риска высадить 25-30 дивизий в Архангельск или перевести их через Иран в южные районы СССР..." {15} 25-30 дивизий составляли большую часть британской сухопутной армии, и Черчилль заведомо не мог их отдать. Мало того: эти дивизии были заведомо не нужны нам. У нас было достаточно солдат, но остро не хватало для них оружия, даже винтовок и пистолетов. Из Англии в Союз уже шел, хоть и прерываемый противником и обстоятельствами, поток оружия и других военных материалов, но не хватало судов для их транспортировки и охраны. В сложившейся обстановке каждый доставленный к нам британский солдат означал бы недоставленную сотню килограммов оружия и боеприпасов. Зачем же нам люди вместо оружия именно тогда, когда люди у нас были, а оружия не хватало? Бессмысленная и постыдная просьба Сталина заранее была обречена на отказ и лишь открыла Черчиллю смятение союзника, потерю веры в себя, в свою армию, в свой народ.

Исходя из всего вышесказанного, мы, по-моему, имеем право сделать вывод: в 1941 году Красная Армия и народы Советского Союза преподнесли потрясающий сюрприз не только фашистским захватчикам и нейтральным наблюдателям, но и собственному тирану.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
{1}

Молдавия литературная. 1989. № 10. С. 74.
{2}Правда. 1940. 10 ноября.

{3}Знамя. 1988. № 5. С. 81.

{4}Правда. 1941. 22 января.

{5}См.: Военно-исторический журнал. 1990. № 6. С. 43-46.

{6}Коммунист. 1988. № 14. С. 99.

{7}См.: Новая и новейшая история. 1988. № 6. С. 15.

{8}См.: Сандалов Л. М. Первые дни войны. С. 13.

{9}Азаров И. Н. Осажденная Одесса. М., 1966. С. 8-9.

{10}Международная жизнь. 1989. № 8. С. 27.

{11}Гальдер Ф. Военный дневник. Т. 2. М., 1969. С. 579.

{12}Коммунист. 1988. № 14. С. 99.

{13}Молдавия литературная. 1989. № 10. С. 74.

{14}Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. М., 1976. Т. I. С. 28-29.

{15}Там же. С. 32.

Хорст Гроссман

22.08.2021, 09:16

https://history.wikireading.ru/109889

Польша и Франция были разгромлены, Дания и Норвегия заняты. Но Англия была не готова к миру. Хотя генерал Роммель победил в Африке, однако «воздушная битва над Англией», которая должна был подготовить немецкое вторжение на Британские острова, безуспешно прервалась. Предложение военных советников Гитлера, особенно главнокомандующего морскими силами гросс-адмирала Редера разгромить совместно с Италией Англию в сражениях на Средиземном море, не встретило поддержки Гитлера. Вероятно, он полагал, что Италия достаточно сильна и без немецкой помощи, чтобы довести до конца победоносную войну на Средиземном море, в своем mare nostra. Прежде всего, однако, он не доверял, пожалуй, по праву, Советской России. Претензии СССР к Финляндии и балтийским государствам, а также отчетливо заметные русские планы на Балканах позволяли предполагать, что Сталин будет предъявлять к Германии дальнейшие претензии. К тому же германское государство во время длительной войны нуждалось в продовольственном снабжении и сырье из России. Таким образом, Сталин имел в руках важный козырь против Гитлера. Концентрация русских войск на немецкой восточной границе была, вероятно, в то время только оборонным мероприятием. Однако существовала опасность в том, что как только Германия окажется связанной борьбой против западных держав или будет ослаблена, русские без большого риска начнут нападение на Запад. Наконец, русский большевизм оставался для Гитлера врагом номер один. По этим причинам Гитлер решился напасть на Советскую Россию.

Продать автомобиль срочно?
Реклама moneyforcar.ru
Скрыть рекламу:
29 июля 1940 года начальник Генерального штаба вермахта, генерал Йодль сообщил шефу 3-го отдела вермахта о решении начать вторжение в Россию. Штабы и войска вермахта направились к восточной границе Советского государства. Генеральный штаб армии разрабатывал первый вариант операции против России, и 18 декабря 1940 года в директиве 21 Гитлер приказал начать военные действия против СССР (план «Барбаросса») с поручением разгромить Советскую Россию за одну кампанию.

Наступление было отложено с середины мая на 22 июня 1941 года из-за путча в Югославии и последующего нападения на Грецию с целью изгнать с Балкан высадившихся там англичан. Четыре драгоценные недели были упущены. Потеря времени позднее оказалась роковой.

22 июня 1941 года в 3.30 немецкий вермахт тремя группами армий и тремя воздушными флотами выступил на восток и в решительных сражениях отбросил русские армии. В июле 1941 года после взятия Смоленска в вермахте возникли споры о дальнейшем проведении операции. Фельдмаршал фон Браухич, главнокомандующий армии, и начальник Генерального штаба, генерал-полковник Гальдер, хотели продолжать нападение на Москву. Перед столицей Советской России, этим большим и крайне важным транспортным узлом с его пространными промышленными сооружениями и пунктом связи со своими многочисленными объектами, русские должны были остановиться уже по причинам сохранения престижа, но только с уничтожением русской армии война могла быть закончена в пользу Германии. После поражения противника все экономические успехи должны были достаться победителю. Гитлер, напротив, считал Москву не такой уж важной. Он хотел завладеть на юге житницей Украины и промышленным районом русских на Дону, отрезав им поступление нефти с Кавказа. На севере следовало вступить в тесную связь с финнами и овладеть Ленинградом.

Гитлер настоял на своем. Группа армий «Центр» должна была перебросить свои силы на юг. В сражениях под Киевом германские войска добились значительной тактической победы. Но прежде чем на севере был взят Ленинград и осуществлена связь с финнами, Гитлер изменил свое решение. Теперь он хотел попытаться еще до начала зимы захватить Москву, чтобы в 1941 году добиться окончания войны. Группа армий «Центр» была усилена всеми имеющимися в распоряжении Германии на востоке средствами, и Гитлер назначил наступление по всему Восточному фронту на 2 октября 1941 года.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Сергей Зюзин

23.08.2021, 09:13

https://rg.ru/2020/09/30/reg-sibfo/legendarnuiu-operaciiu-sneg-vozglavlial-urozhenec-barnaula.html
30.09.2020 07:25Рубрика: Общество

Легендарную операцию "Снег" возглавлял уроженец Барнаула
Текст: Сергей Зюзин (Барнаул)Российская газета - Неделя - Сибирь № 220(8274)
Цитировать в комментарии Сообщить об опечатке

"Когда вскрыли пакеты, <...> не скрою, я был потрясен. Передо мною лежали копии строжайших секретных документов Пентагона и НАТО. <...> Существовали - сам это видел - планы ядерной войны против нашей страны, где цели распределялись между ядерными силами США и Англии. Атомные удары по союзным с Вашингтоном государствам намечались не только тогда, когда туда войдут русские, а до того, так сказать, профилактически, чтобы превратить эти страны в зону "выжженной земли". Чувство отвращения к тому, что планировал Пентагон, охватило меня. Но вместе с тем я испытывал гордость, что нашей разведке удалось добыть важнейшие секреты Вашингтона".
Во время Второй мировой войны разведчик Виталий Павлов (второй слева) работал на легальном положении в Канаде - первым секретарем советского посольства. Фото: Предоставлено Александром ПавловымВо время Второй мировой войны разведчик Виталий Павлов (второй слева) работал на легальном положении в Канаде - первым секретарем советского посольства. Фото: Предоставлено Александром ПавловымВо время Второй мировой войны разведчик Виталий Павлов (второй слева) работал на легальном положении в Канаде - первым секретарем советского посольства. Фото: Предоставлено Александром Павловым
Это отрывок из книги воспоминаний генерал-лейтенанта госбезопасности Виталия Павлова "Полвека в разведке". Он нес службу в Северной Америке и многих странах Европы. Являлся непосредственным исполнителем легендарной операции "Снег", которая не дала Японии напасть на Советский Союз в 1941 году. Коллеги называли Павлова "гением организаторской работы".

Характер у него был сибирский
Разведчик - профессия благородная, но зачастую неблагодарная. Плотная, многолетняя завеса секретности - неизбежное последствие работы разведчика. Многие ли на Алтае знают, что Виталий Григорьевич - наш земляк? Он родился 30 сентября 1914 года в Барнауле в доме на улице Павловской, 22 (ныне - улица Анатолия).

Фото: Николай Долгополов/ Легендарные разведчики
Сегодня легендарному разведчику Юрию Дроздову исполнилось бы 95 лет
После школы работал на местном паровозоремонтном заводе. В 1938 году был направлен на работу в органы НКВД СССР с последнего курса Сибирского автодорожного института. А там был ШОН - школа особого назначения НКВД, колыбель многих советских разведчиков.

Перейти на сайт

Вернуться к просмотру
РЕКЛАМА
Наш собеседник - старший сын разведчика, родившийся в 1943 году в Оттаве, где на тот момент находились его папа и мама, Клавдия Ивановна, тоже сотрудник госбезопасности. Виталий Павлов был легальным резидентом под прикрытием должности первого секретаря и заведующего консульским отделом посольства СССР в Канаде. Александр Павлов живет в Москве и многое делает для того, чтобы сберечь память о родителях.

- Отец, конечно, рассказывал о своей малой родине, - вспоминает Александр Витальевич. - Барнаул и Сибирь для него были очень важными понятиями. Всегда подчеркивал, что он сибиряк. Как я понимаю, характер у него тоже был сибирский - волевой, крепкий, деятельный. После выхода в 1987 году на пенсию он любил что-то мастерить на даче, возиться с яблонями и другими саженцами. К слову, своя дача появилась в конце карьеры. Машины собственной тоже долго не было.

"Показалось, что время остановилось"
После окончания ШОН Виталий Павлов стал стажером Американского отделения 5-го отдела, оперуполномоченным, заместителем начальника 1-го отделения, а с 1940 года - 5-го отдела ГУГБ НКВД СССР. В 26 лет под руководством выдающихся разведчиков Исхака Ахмерова и Павла Фитина провел в США операцию "Снег".

Названа она была так из-за фамилии Гарри Уайта ("белый") - антифашиста по убеждениям и доверенного лица министра финансов США Генри Моргентау. Именно с ним Виталий Павлов должен был встретиться в Вашингтоне. Наши разведчики исходили из того, что США и Япония были непримиримыми конкурентами в Тихо-океанском регионе. Еще в 1921 году американцы, опасаясь роста могущества Японии, вынудили ее руководство вывести войска с нашего Дальнего Востока.

В 1940 году в советской разведке ясно понимали неизбежность войны с Германией. Существовала опасность, что после нападения немцев на западе их союзники выступят на СССР с востока. Чтобы не допустить войны на два фронта, возникла идея разыграть "американскую карту". Замысел состоял в том, чтобы через Гарри Уайта донести до высшего руководства США, проводившего политику нейтралитета, мысль о том, что политика Токио прямо угрожает интересам Штатов и ее союзников. Но нужно было еще получить добро от высшего руководства. Грозный нарком НКВД вызвал Павлова в октябре 1940 года.

"Разговор был предельно кратким. Он спросил, понимаю ли я всю серьезность предлагаемой операции. Детали его не интересовали. "Сейчас же, - строго наказал Лаврентий Берия, - готовь все необходимое и храни все, что связано с операцией, в полнейшей тайне. После операции ты, Ахмеров (отозванный из США опытный разведчик и работавший в отделе Павлова) и Фитин (на тот момент руководитель службы внешней разведки) должны забыть все и навсегда. Никаких следов ее ни в каких делах не должно остаться", - вспоминал в своей книге Павлов.

К моменту начала операции "Снег" он еще ни разу не выезжал за пределы СССР. Молодой разведчик и его коллеги готовились несколько месяцев, просчитывали любые нюансы и варианты. Вычислили даже оптимальный день недели и время для звонка в министерство. По легенде Павлов был учеником китаеведа Билла, с которым Уайт познакомился незадолго до начала Второй мировой. Биллом был Исхак Ахмеров, вскоре якобы уехавший работать в Китай. "Ученик" Билла хотел рассказать высокопоставленному чиновнику, как его "учитель" оценивает положение дел в Китае, который подвергся японской агрессии. Напряжение было страшным: "Когда раздались гудки на том конце провода, мне показалось, что время остановилось". Но разговор по телефону и ланч на следующий день прошли как по маслу.

Фото: Фото предоставлено СВР
Специально для "РГ" рассекречена информация о великом разведчике
В СССР Павлов и его напарник Михаил Корнеев вернулись, когда уже шла Великая Отечественная. А 16 ноября министр финансов Моргентау на основе документов, составленных Гарри Уайтом, представил свой меморандум госсекретарю Хэллу и президенту Рузвельту. Вскоре японскому послу в США был вручен ультиматум с требованием немедленно вывести вооруженные силы его страны из Китая, Индонезии и Северной Кореи, а также выйти из Тройственного союза с Германией и Италией. "Ультиматум Хэлла", по мнению серьезных американских историков и политиков, спровоцировал нападение Японии на США - 7 декабря 1941 года была разгромлена база ВМС США в Перл-Харборе. Стало понятно: Япония не откроет второй фронт на дальневосточных рубежах СССР.

Реалист и оптимист
В кино разведчиков обычно показывают очень сдержанными, молчаливыми, редко улыбающимися. Виталий Григорьевич, вспоминает сын, был исключительно жизнерадостным, душой любой компании. Любил и ценил шутки. У него не было особых музыкальных данных, но он с удовольствием слушал музыку, песни.

- Петь и танцевать у нас особенно любила мама. Работая в Вене, родители очень любили посещать театры, концерты, выставки. Были знакомы с известными артистами и музыкантами.

В биографии Павлова был период, когда он отвечал за пропаганду в искусстве работы органов госбезопасности.

- Он общался с кинорежиссерами, которых часто поддерживал и помогал, с писателями. Его фамилии нет в титрах "Мертвого сезона", но именно он курировал фильм. Отец никогда не уточнял, насколько фильмы о разведчиках соответствуют историческим фактам, просто говорил, понравился фильм или нет. Никогда не комментировал "Семнадцать мгновений весны", но я уверен, что папа принял этот замечательный сериал.

Виталий Павлов - автор интереснейших книг о работе разведчиков. На одном дыхании читаются "Женское лицо разведки", "Сезам, откройся", "Трагедии советской разведки". На фоне этой документальной литературы, написанной по-пушкински ясно и лаконично, детективы про агентов 007 и прочих шпионов вызывают снисходительную усмешку.

- Отец вышел на пенсию в 1987 году. В 1991 году не стало Клавдии Ивановны. Он сильно тосковал. Чтобы отвлечь его от тяжелых дум, мы стали настойчиво предлагать сесть за мемуары. Он постепенно втянулся, очень много работал в архивах, с каждой новой книгой росло писательское мастерство. Он был исключительно эрудированным человеком, постоянно занимавшимся самообразованием. Писал книги сам, никому ничего не надиктовывал. Почерк у него сложный - выручали терпение и опыт маминой сестры, профессионально печатавшей на машинке.

Последний сборник статей ветерана внешней разведки "Берлин и не только. Разведка КГБ в Германии" был издан посмертно в 2014 году. Он вошел в основательно дополненную и переизданную сыном книгу "Полвека в разведке".

"Это мой родной город"
Из-за специфики своей службы Виталий Григорьевич на малой родине бывал нечасто. Летом 1942-го семья Павловых добиралась в Канаду через Дальний Восток и Тихий океан. Воспользовавшись случаем, Павлов познакомил супругу с родителями и Барнаулом.

Фото: Сергей Пятаков/ РИА Новости
В РАН предложили создать институт по изучению истории Великой Отечественной
"Родители были рады нашему приезду и встретили молодую жену со всем сибирским радушием, хотя жили очень трудно материально. <…> В 1942-м город еще не имел трамвая, улицы были без твердого покрытия и без тротуаров. Когда начинал дуть не редкий здесь ветер, тучи пыли и песка поднимались в воздух. Так что особого восхищения Барнаул не мог вызвать. Но это был мой родной город", - писал в своей книге Виталий Григорьевич, показавший жене все тогдашние достопримечательности Барнаула.

В 1958 году Павлову удалось выкроить время на в турпоход по Горному Алтаю. "Папа хотел взять меня с собой, но мама не отпустила, волновалась за мое здоровье. Потом я наверстал упущенное - занимался альпинизмом. Хотя в Горном Алтае так и не побывал. Надеюсь, не все еще потеряно", - не теряет оптимизма Александр Витальевич.

Куда сможем выгрести?
Виталий Павлов по убеждениям оставался советским человеком, патриотом и многие процессы, происходившие после развала Союза, не принимал. Он немало размышлял о психологии предательства, ее причинах и последствиях, в том числе для самих изменников Родины. Никогда не верил в то, что Америка и ее верные союзники станут искренними партнерами России. "О чем бы вы спросили у отца сейчас?" - поинтересовался корреспондент "РГ" у Александра Павлова. И получил ответ:

- Я бы спросил, каким он видит будущее России в нашем бурно меняющемся и усложняющемся мире. Куда мы сможем выгрести?

P. S.

Автор благодарит за помощь в подготовке материала сотрудника ФСИН России Наталью Шулепину.